TERRA NOVA Т.II

XIV

– Тони? – окликнула Юля смуглого юношу в белом халате возле одного из непонятных устройств, вокруг которого толпилось еще несколько человек.

– О, птенчик! – воскликнул Тони и, сказав что-то остальным, направился к Юле, как за его спиной разразился смех. – Что-то смешное увидели? – удивленно обернулся юноша.

– Э.. Нет, сэр, – откликнулся один парнишка в халате. – рады, что вы общаетесь с девушкой, сэр… – не успел он договорить как вся группа вновь разразилась смехом.

Тони проигнорировал их шутку и спокойно подошел к удивившейся такой ситуации Юле.

– Ты пришла сдаваться, что не можешь справиться с моим поручением? – Тони скинул с себя белый халат и надел тепло-розовый пиджак, висевший на его кресле.

– Что? Нет, – Юля возмутилась и нажала кнопку на своем наручном компьютере. – Я, вообще-то, раздобыла всё, что вы просили!

– Ого! Неплохо, птенчик! – воскликнул Тони и уткнулся в монитор, рассматривая данные, присланные Юлей. – Надо бы вызвать к нам Августа, он будет рад…

Вскоре, меньше чем через час, прибыл Август. Без его присутствия Тони не хотел ничего говорить, как Юля не спрашивала его.

– Ну что? – Август сел рядом и вопросительно смотрел то на Тони, то на Юлю, ожидая ответа.

– Есть хорошая новость и плохая… – начал было Тони, но Август его перебил.

– С плохой. Что там опять?

– Это старый ключ, создан еще в военное время. Шифрование высшего уровня. Взломать будет непросто…

– Но возможно? – Август нахмурился.

– Да, но займет много времени, – Тони развел руками. – Если ты захочешь получить доступ ко всей информации на нем, то ты ее получишь, когда состаришься. Я буду, таким же стариком, как и ты, буду приходить к тебе с тростью и кряхтеть обо всем, что мы тут выяснили…

– Я понял, – тяжело вздохнул Август.

– Разве нельзя, – вставила свое слово Юля. – выборочно достать оттуда какие-то данные? Чтобы не ждать так долго…

Тони рассмеялся.

– У тебя и правда умная ученица, – обратился он к Августу. – Именно это я и хотел предложить. Я могу постараться случайным образом получить доступ к некоторым данным, а затем, ты их посмотришь. Может, тебе хватит этого, чтобы понять то, что тебе нужно?

– Если это будет быстрее, – Август задумался. – Сколько времени это займет?

– Пару недель, – пожал плечами Тони. – может чуть больше.

– Ладно, – Август кивнул. – есть что-то еще об этом ключе?

– Да, – Юля опомнилась. – есть инициалы последнего владельца – А.Б. Но сказано, что ключ был списан десять лет назад…

– Вот как? – Август насторожился. – А.Б., кто бы это мог быть?

– Да брось, – Тони махнул рукой. – ключ старый, тот кто им владел, мог уже давно умереть. Нет смысла гнаться за этими буквами.

– Еще, – добавила Юля. – ключ был списан из-за каких-то неисправностей в коде… И у него есть устройство-близнец…

– Неисправности в коде? – Тони удивленно повернулся к девушке.

– Устройство-близнец, значит… – прошептал задумчиво Август.

– Учитель, а что это значит? – Юля, хоть и передала всю собранную информацию, до сих пор не все понимала. – Что значит устройство-близнец?

– Ключи-чипы, – начал Август, после небольшой паузы. – создавались не только как хранилище информации, но и как способ общения. Если несколько ключей были связаны в одну систему, через которую можно было свободно общаться – такие чипы назывались близнецами. Их декодеры подходили друг к другу, поскольку ключи были абсолютно одинаковыми.

– То есть, получив доступ к одному, можно получить данные и из других? – закончила мысль Юля.

– Можно, – ответил Тони. – только на таких и система защиты очень хорошая. Взломать можно, но потратишь уйму времени. А попробуешь добраться до внутренностей – пух, – он вскинул руки. – все данные будут уничтожены. В том числе и сам ключ будет поврежден. В войну эти штуки сыграли немалую роль. Если такой и попадал в руки к противнику, и им вдруг удавалось получить доступ к данным то, когда это происходило, информация была уже неактуальна.

– Надо быть осторожнее, – Август взглянул на Тони. – если этот ключ связан еще с каким-то активным устройством… Мы сильно рискуем.

– Я буду нежен и осторожен с твоей штукой, – Тони поднял руки и поиграл пальчиками. – Не переживай, Август, я все сделаю чисто.

– А что делать мне? – Юля заглянула в глаза Августу и тот вспомнил о ее трудной ситуации.

– Юля… – Август вновь на время погрузился в свои мысли. – Тони, как продвигается расследование по «Надзирателю»?

– Копаемся, – юноша махнул рукой. – пока ничего толкового ответить не могу.

– Возьми Юлю в помощницы? – Август ввел в ступор обоих своим вопросом. – Ей нужна работа, а мое поручение было неофициальным, – пояснил Август. – она смышленая, поможет тебе в этом деле. И будет держать меня в курсе как у вас продвигаются дела?

– Пожалуйста! – Юля вскочила и сделал поклон.

– Ладно, – протянул Тони, тяжело вздыхая.

– Спасибо! – Юля вновь поклонилась.

– Юля, – обратился к девушке Август. – я выпишу тебе средства, за проделанную работу. Найду как описать, чтобы твой труд, даже неофициальный, не остался неоплаченным. Не переживай, все будет хорошо с твоими родителями.

– Ну что ж, – обратился к ней Тони, когда Август ушел. – Добро пожаловать в нашу лабораторию, Послушница. Будешь, значит, приезжать к нам каждый день и помогать с мозговым штурмом…

– А есть уже какая-то версия? – Юля мало смыслила в таких делах, но хорошо умела решать головоломки, а раз это расследование было именно таким, то для нее это задание идеально подходило.

– Есть, – кивнул Тони задумчиво. – техническая неисправность и человеческий фактор…

– Но? – Юля услышала нотки сомнения в голосе юноши.

– Но, – почти шепотом ответил Тони. – это слишком простой ответ, для такой непростой ситуации…

XV

– У тебя папины глаза, – проговорил добродушный толстяк с пышными светлыми волосами и бородой, заплетенной в косичку, заканчивая работу над протезом. – Мамина внешность, но глаза! Глаза явно папины!

– Спасибо, Готтфрид, – Стелла грустно улыбнулась. – Как там моя рука?

– Ну, – протянул толстяк, почесывая затылок. – не шикарная конечно… Прости, принцесса, сделать хороший интегрированный протез не выйдет. Но Хальфдан дал мне эскиз, и кое-что мне удалось смастерить.

Мастерская Готтфрида была несколько удалена от основного поселения и прилегала к лаборатории, в которой постоянно пропадали Мария и Хальфдан. Мастерская же почти ничем не отличалась ото всех остальных зданий в Вике – такой же вытянутый деревянный одноэтажный домик, с множеством комнат и главным залом, в котором постоянно горел очаг. Стелла сидела на столе в одних штанах в небольшой комнате с маленьким окном, из которого лился свет. В помещении было прохладно, но Стеллу это не смущало – она легко сокращала кровоснабжение внешних покровов, сохраняя тепло внутри тела, из-за чего ее кожа всегда была бледной, почти белой. Правой рукой она закрывала свою голую грудь, впервые посчитав, что должна прикрываться, хотя раньше такие мелочи ее не заботили. Ей было чуждо смущение своего тела, для Стеллы оно было не больше чем инструментом. Но теперь ее тело принадлежало не только ей. У нее был Декстер, и девушке хотелось, чтобы только он мог видеть ее голой.

Готтфрид поднес к Стелле на подносе нечто отдаленно похожее на руку. Протез был черно-серый, начинался от плеча специальным чехлом и крепился к телу ремешками. В той части, что примыкала непосредственно к телу, виднелись простенькие датчики для фиксации биотоков. Далее шла, довольно простая по конструкции, часть, имитирующая плечевую кость, шарниром соединенная с темно-серым предплечьем и заканчивающаяся кистью.

– Это основа, – проговорил Готтфрид, уходя куда-то в глубь своей мастерской. – Я распечатал для тебя на 3D-принтере мускулатуру и несколько пластин, чтобы закрыть механизм от внешних угроз.

Он вернулся к Стелле и положил на столик перед ней все необходимые компоненты. Помимо основы, имитирующей кость, было специальное волокно, которое могло сокращаться подобно мышечному, при этом не расходуя большое количество энергии.

– Ну что, начнем? – Готтфрид посмотрел на Стеллу, и та кивнула.

Мужчина поднял основу и накинул чехол на левое плечо Стеллы. Ремешками он обогнул ее тело и в нескольких местах защелкнул замки. Девушка чуть качнулась, привыкая к новой, пока неподвижно висящей, конечности. Как только основа уверенно стала держаться на плече Стеллы, Готтфрид перешел к мышечному волокну. Он что-то щелкнул на протезной основе и стал вдевать в крепления эластичный материал, постоянно сверяясь со своими записями и схемами. Когда последний кусок волокна был закреплен, Готтфрид стал аккуратно закрывать самые хрупкие части конструкции небольшими темно-синими пластинами, внешне напоминающими металлическую броню. Стелла спокойно сидела и ждала, когда механик закончит, и она, наконец, сможет воспользоваться своей новой рукой. Пусть она будет не как родная, пусть слабее и неповоротливее – главное, чтобы была. Отсутствие левой руки вызывало у нее странное чувство несоответствия, и дело было даже не в практическом вопросе. Она легко привыкла обходиться без еще одной конечности. Дело было в ощущениях. Стелла была готова поклясться, что она продолжала чувствовать свою левую руку, продолжать двигаться так, будто она никуда не делась, учитывая при движении ее «невидимые» габариты. Но каждый раз, когда она смотрела на себя в зеркало или опускала свой взор вниз, на свои руки, ее пронзало тяжелое, гнетущее ощущение ненависти к самой себе. Все ее нутро будто кричало, вопило и требовало, что рука должна быть на месте …

– Готово! – воскликнул Готтфрид, когда раздался финальный щелчок. – Ну, попробуй!

Толстяк встал чуть поодаль, любуясь своим творением. Стелла попыталась поднять руку и та, с тихим звуком натягивающейся материи, медленно поползла вверх.

– Ну как тебе? – спросил улыбающийся мужичок. – Материал изменяет свою длину, подобно мышцам, после подачи на него тока. В плече и предплечье есть батарейки с металлическим водородом. Их энергии тебе должно хватить надолго, – Стелла продолжала двигать своей рукой, которая очень сильно отставала по своим движениям от ее намерений. – Ну, она конечно медленная, но…

– Но это лучше, чем ничего, – закончила за него Стелла, кивая. – Хотя, папе бы не понравилась… Спасибо, Готтфрид.

Мужичок улыбнулся, сделал небольшой поклон и удалился в другую комнату, а Стелла стала одеваться, собираясь обратно в домик ярла. Декстер уплыл на лодке обретать новые навыки рыболовства, стремясь вписаться в новый для них образ жизни. Когда она уже оделась, громко ругаясь, в главный зал вошли Мария и Хальфдан. Они вели разговор на чистом немецком, видимо, чтобы никто другой из поселения не мог понять, о чем именно они спорят, но Стелла прекрасно все понимала. Девушка замерла, стараясь не шуметь, вслушиваясь в каждое слово.

– …ты хоть понимаешь, что ты просишь? – громко возмущался Хальфдан. – Я все понимаю, но такое… Как ты хочешь это сделать? Это невозможно!

– Возможно, – холодным тоном парировала Мария. – Пока я сама не представляю как, но это должно быть возможно.

– Столько работы уже было сделано и что теперь? Ты хочешь поставить все на кон! – не унимался Хальфдан. – А если не выйдет? Что если мы все потерям…

Его голос резко осекся, видимо Мария заставила его властным жестом закрыть рот. В комнату Стеллы заглянули карие глаза и на серьезном лице тут же появилась улыбка.

– Ты тут! – Мария, тщетно пытаясь изобразить удивление, подошла к Стелле и потянулась к ее левой руке, которая крайне медленно поднималась в приветственном жесте. – Да уж, папа бы сейчас возмущался. Он всегда был против, чего-то «неестественного», как он говорил…

– Угу, аккуратнее, – Стелла кивнула головой и несколько отстранилась от попыток матери разглядеть как выглядит протез под одеждой. – Он на ремнях держится. Чтобы я могла его снимать.

– Снимать? – удивленно спросила мама, не отводя взгляд от искусственной кисти. – Зачем тебе его снимать? Я думала он интегрированный…

– Нет, – покачал рыжей головой, вошедший Хальфдан. – у нас нет таких материалов и технологий.

– Он еще и не металлический. Ты его чисто из полимера сделал? – презрительно фыркнула Мария, прощупывая руку Стеллы. – Теперь понятно. Все равно не пойму, зачем тебе его снимать…

Стелла неожиданно для самой себя засмущалась и чуть было не покраснела. Она опустила голову, отводя взгляд.

– А спать мне как? – тихо проговорила она. – Мешаться же будет…

– Ах, вон оно что, – улыбнулась Мария и жестом выгнала мужчину из комнаты. – Дай мне свою правую руку. Мне нужно взять кровь на анализ.

– Анализ? А я что, заболела? – Стелла удивленно наблюдала, как мать достала пробирку и, засучив рукав одежды, вонзила иглу в вену, набирая целый цилиндр крови.

– Нет, – осмотрев пробу, Мария убрала ее куда-то в свою сумку. – Это так, для мониторинга. Как у вас с Декстером, кстати? – Стелла удивилась этому вопросу, но мама хитро улыбнулась и добавила. – Приступов тошноты еще не было? Мы здесь уже несколько дней…

– Не было, – перебила ее Стелла недовольным тоном. – Если бы ты меньше пропадала в своей лаборатории, то может быть не пришлось бы мне задавать такие вопросы. Все у нас хорошо!

Мария странно улыбнулась, кивнула Стелле и собралась уходить, но Стелла, неожиданно для себя остановила ее.

– Мам…

– Да? – Мария застыла в дверном проеме, придерживая ткань, закрывающую проход между комнатами.

– Мне… – Стелла потупила взор. Она не знала, как сказать матери со столь научным подходом к жизни, о своих видениях. – Мне приснилось кое-что…

К удивлению девушки, мать отреагировала со всей присущей ей внимательностью к деталям. Мария вновь зашла в комнату и перешла на шепот.

– Что тебе приснилось?

– Ну… – Стелла не ожидала такого внимания к себе. – Папа… Мне снилось, что я совсем маленькая… И он держит меня на руках, обнимает… – на мгновение Стелла запнулась. – Меня, конечно, Декстер ночью обнимает, наверное, поэтому… мне казалось, будто я чувствую его тепло… его руки…

– Это все? – Мария внимательно смотрела на дочь, не мигая.

– Ну… – Стелла задумалась. – Нет… кое-что еще… Я видела… Видела его руки. И мне показалось кое-что очень странным.

– Что же? – в голосе матери слышалось нетерпение.

– У него, как будто была татуировка на правой руке… Огромная, от кисти до плеча… – Стелла попыталась показать это на себе, но протез предательски отставал от ее слов и крайне медленно совершал жесты. – У папы была когда-нибудь татуировка? Мне казалось он не сильно любил такое, нет?

– Твой отец, – Мария хмыкнула. – в принципе мало что любил. Разве что меня, – она хитро улыбнулась, положила руку на правое плечо Стеллы и прижалась к ней лбом. – Но больше всех, он любит тебя, – она чмокнула дочь в носик, направилась на выход из комнаты и обернулась в дверном проеме. – Вам с Декстером надо пожениться…

– Мама!

Мария хихикнула и скрылась, а Стелла опустила глаза и грустно улыбнулась, постепенно ощущая, как внутри растекается тепло.

Вечером, Стелла и Декстер уединились в своей комнате. Закончив слушать, как Декс учился рыбачить и справлялся с морской болезнью, Стелла улыбнулась, плотно закрыла дверной проем и усадила юношу на кровать.

– Смотри, – девушка сняла с себя одежду, оставшись в одних лишь штанах и, не прикрываясь, покрутилась перед ним, показывая, как закреплен протез. – Как я тебе?

– Ух ты, – Декстер вскочил и с нескрываемым интересом стал осматривать устройство, трогая его руками. – Удивительно! Я и не думал, что здесь смогут изготовить для тебя такое!

– Он не идеален, – Стелла указала правой рукой на медленно движущийся протез. – но это хоть что-то… – девушка поймала жадный взгляд Декстера на себе и усмехнулась. – Он без прямого контакта с нервами – снимается.

Декстер, не говоря ни слова, смотря ей прямо в глаза, стал отстегивать один ремень за другим, опоясывающих девушку, постепенно отцепляя протез от ее тела.

Раздался щелчок последнего замка, и Декс ловко подхватил протез, убирая его в сторону.

– Он хорош, – прошептал Декстер, целуя Стеллу в шею и прижимая ее к себе. – Но без него ты мне нравишься еще больше…

Стелла улыбнулась. В ее голове промелькнула последняя мысль, и она отдалась безрассудному пожару любви.

XVI

Время шло, и год приближался к своему концу. Юля ездила в Исследовательский центр почти каждый день, участвуя в расследовании взрыва, временами отвлекаясь на другие, более мелкие дела Ордена. Девушка старалась заработать нужную сумму, чтобы оплатить лечение родителей, и Август старался помочь ей в этом. Тони проводил множество экспериментов, стараясь восстановить события той злополучной ночи, стремясь разобраться в причинах произошедшего. Однако, почти вся его команда относилась к его попыткам скорее презрительно, считая, что ответ уже давно получен, а Тони лишь задерживает их. Параллельно, юноша занимался взломом ключа-чипа, выполняя тайное поручение Августа, на результаты которого тот возлагал очень большие надежды.

Жизнь шла своим чередом, город постепенно возвращался к привычному ритму, хотя на голову Августа все же свалилась еще одна немалая проблема. Из-за того, что очень многие жилые дома остались в зимние дни без стекол и отопления, резко возросло количество случаев сезонных заболеваний. И, хотя в норме все больницы были бы готовы вылечить своих пациентов от несильно страшных болезней, вызванных, в первую очередь, переохлаждением, в условиях кризиса ситуация сильно обострилась. Из-за взрыва серьезно пострадали некоторые предприятия, включая те, что принадлежали семье Вульф. Больницы были переполнены пострадавшими, деньги расходовались в колоссальных объемах не только на восстановление, но и на поддержание пострадавших и лишившихся работы. В конечном счете, постепенно назревала новая проблема – из-за пострадавших производств, включая фармацевтические, количество лекарств стало медленно сходить на нет. Деньги требовалось расходовать и на восстановление фабрик, и на закупку лекарств. Впрочем, решение короля медленно, но верно стало приносить желаемый результат. Август сильно переживал и на счет своего города, и на счет создания Торговой Гильдии. Однако, казавшееся ему неверным решение короля стало приносить пользу – Торговая Гильдия стала перечислять суммы, которые начинали закрывать дыры в бюджете, постепенно успокаивая Августа.

Было и еще кое-что, что тревожило юношу. Эльза все так же была в коме, и, хотя врач уверенно обещал позитивный исход, Август все равно тревожился. Рана на сердце, хоть и болела, но постепенно начинала зарастать, вынуждая Августа думать о будущем. В конце концов, Эльза его супруга, они вступили в вечный союз, который не вправе расторгнуть. А значит, ему нужно найти выход из этой безвыходной ситуации, как-то примириться с ней, либо… Темные мысли временами посещали голову юноши. Он частенько пробирался в комнату, где лежала Эльза, усыпанная датчиками и приборами жизнеобеспечения, смотрел на нее, не зная, что же делать и как правильно поступить.

Приближался один из немногих праздников, официально отмечавшихся Орденом – Новый год. Начало нового цикла было значимым событием для всех крестоносцев. Александр был вынужден на несколько дней покинуть Ньюполис, посетить Столицу, а затем – Франкию, для выполнения рутинных, но важных для правильного функционирования королевства дел. В конце концов, ужасные теракты случились только в Ньюполисе, и весь остальной мир не должен был страдать от этого. Однако, в самом городе ощущения праздника не было. Август отдал указания, в попытке хоть немного поднять настроение гражданам, однако доступных средств на это было немного, из-за чего празднование обещало быть довольно тусклым и наполненным скорбью по погибшим.