Падение Хранителя, по мотивам цикла "Империя без имени"

На противоположной стороне зала, в креслах, обитых тёмно-синим бархатом Бон, не было ни движения, ни звука. Все взгляды были прикованы к фигуре Корвина Бон-Элиона. Он не спешил вставать. Он поправил манжет, на котором сверкали часы, сделанные вручную на одной из его же фабрик. Когда он наконец поднялся, это было движение не оратора, а хозяина, оценивающего убытки.

– Сенатор Фон-Термин говорит о «данных», – его голос был мягким, почти сочувствующим. – Но какие это данные? Те самые, что ходят по подпольным каналам? Те, что рисовал на стенах какой-то ребёнок? Мы, Бон, верим в факты. А факты таковы: империя переживает беспрецедентный стресс из-за… вброса дезинформации. Наша обязанность – стабилизировать систему. А не раскачивать лодку, в которой мы все плывём.

Он сделал паузу, позволив своим словам осесть.– Комиссия? Зачем? Чтобы легитимизировать панику? Чтобы дать мятежным элементам знак, что их ложь находит отклик в высших эшелонах? – Он покачал головой. – Нет. Дом Бон настоятельно рекомендует не вмешиваться в работу действующих институтов. Экономика – это сложный организм. И хирургу-любителю с топором не место в операционной.

Это была не просто риторика. Это был ультиматум, обёрнутый в шёлк. «Не вмешивайтесь» означало «не трогайте наши прибыли, наши схемы, наш контроль над ресурсами».

Третий полюс, Дон, молчал. Их сенаторы, в серых мантиях, сидели, опустив глаза. Они были хранителями памяти, а не власти. Их инструмент – архивы, а не голоса. И архивы были… закрыты на «плановое обновление». Приказом Верховного Эконома. Их молчание было красноречивее любых криков.

Молодой сенатор Фон-Термин не сдавался, его лицо залила багровая краска:– Вы говорите о стабильности, пока люди замерзают! Вы говорите об экономике, пока гибнут наши офицеры при загадочных обстоятельствах! Это не управление! Это…

Он не успел договорить. С высокого подиума, где обычно восседал Хранитель (сегодня пустующего), раздался металлический, усиленный голос Магистра Протокола:– Сенатор Фон-Термин, ваше время истекло. Слово предоставляется представителю Верховного Эконома.

Из тени за подиумом вышла не Лира, а её зам, сухой, как гербарий, мужчина. Он не стал занимать центральное место. Он просто объявил:– Верховный Эконом, учитывая критическую важность бесперебойного энергоснабжения оборонных объектов и архивного комплекса, издала временный указ № 778. Все текущие схемы распределения ресурсов утверждаются как чрезвычайные и не подлежат аудиту до стабилизации обстановки. Вопрос о комиссии – снимается с обсуждения. Следующее заседание – через две недели.