Мое крылатое (не)счастье

Пролог

В Срединном небе шёл бой. Два нэйара, сцепившись в смертельной схватке, безжалостно рвали друг друга. Острые как шипы когти вонзались в плоть, оставляя глубокие раны на совершенных гибких телах.

Нэйар тёмной масти явно одерживал верх. Более крупный и мощный, он наносил сопернику тяжёлые удары. Светлый же был более изящным, вёртким. Он пока уворачивался, ускользая от смертельных объятий противника, но время было не на его стороне. Светлый уставал, его движения становились менее точными и быстрыми. Наконец, улучив момент, он попытался спланировать вниз, под кроны деревьев. Там у него был хоть какой-то, пусть даже призрачный шанс на спасение.

Увы, улизнуть не удалось.

Чёрный зверь вцепился зубами в хвост противника и резко дёрнул на себя, подбрасывая того в воздухе. Секундной потери ориентации оказалось достаточно, чтобы тёмный перевернул светлого на спину и резким ударом вышиб весь воздух из груди, а вместе с ним и остатки магического резерва.

Белоснежные перья с золотистой окантовкой, будто лепестки амелий, посыпались на землю. Лишённое крылатой ипостаси тело легко выскользнуло из лап тёмного нэйара и сломанной куклой полетело вниз, рассекая ворох кружащих в небе перьев.

Тёмный на секунду задержался, любуясь этим зрелищем. В лучах рассветного солнца светлые перья походили на невесомое кучерявое облако – белое, с тёплыми золотистыми всполохами.

Нэйар спланировал вниз. Пролетел над шумящими кронами в поисках врага.

Да, именно враг – так именовались те, кто без дозволения пытался пересечь границу Срединного неба, лежащего между Верхним и Нижним пределами. Светлый нарушил закон и поплатится за это жизнью.

Тёмный нэйар по имени Эдриан спускался, чтобы исполнить закон, годами царствующий в обоих пределах.

Эдриан нырнул в чащу леса и, оказавшись на земле, сразу сменил облик. Дважды щёлкнул пальцами, облачаясь в костюм для пеших прогулок, и следом выудил из воздуха излюбленный короткий кинжал – идеальное оружие, чтобы добить ослабленного противника. Если он, конечно, ещё жив, после падения с такой высоты. Впрочем, нэйары всегда отличались поразительной живучестью, в какой бы ипостаси не находились.

Мужчина скользнул взглядом по земле. Пух и перья, облепившие невысокие кустики, подсказывали, что упавший нэйар совсем близко. Эдриан обогнул дерево и увидел то, что искал: бледное тело, лежащее у корней разлапистого вяза. Эдриан направился к врагу, предвкушая скорую расправу, но буквально через секунду ошеломлённо замер. Несколько раз моргнул, не веря собственным глазам, а следом зло выругался. Причём злился он исключительно на себя, совершенно не понимая, как можно быть настолько ослеплённым битвой, чтобы не разглядеть в противнике самку?

Поверженный нэйар при ближайшем рассмотрении оказался девушкой. Тоненькой, худенькой, с длинными светлыми волосами, в которых запутались клочки пуха. На бледной, почти прозрачной коже красовались многочисленные ссадины и порезы.

Эдриан запустил руку в тёмные волосы и с силой дёрнул себя за прядь, пытаясь вернуть ясность мыслям. Слишком неожиданным оказалось для него случившееся открытие. Нэйару не приходилось раньше сражаться с женщинами, а тем более убивать их. Но закон был нарушен, а пол нарушителя вряд ли имел какое-то значение. Мужчина поудобнее перехватил рукоять кинжала и решительно двинулся к жертве. Возможно, она уже мертва. Тогда и руки марать не придётся.

Но девушка вдруг шевельнулась. Болезненно застонала и распахнула глаза – огромные омуты на пол-лица, на дне которых плескалось расплавленное золото. Незнакомка рвано вдохнула, напряглась и пересохшими губами прошептала одно-единственное слово: «Пощади» – после чего затихла.

Умерла?

Отчего-то он испытал сожаление, а в груди вместо чувства удовлетворения, теперь растекалась горечь.

Опустившись на колени рядом с девушкой, Эдриан уловил едва различимое дыхание. Всё-таки жива.

Нэйар сунул кинжал за пояс, дёрнул шнуровку на горловине плаща и завернул в него беспомощное обнажённое тело. Легко поднял на руки – его ноша оказалась почти невесомой. Мужчина заглянул в совсем юное лицо и попробовал представить, насколько же отчаянным должно быть положение юной нэйары, чтобы пересечь границу Срединного неба.

– Кто же ты такая? – самому себе задал вопрос Эдриан.

И сам же мысленно ответил, что непременно это выяснит!

Глава 1

Адель

Просыпаться было сложно. Казалось, само моё тело противилось пробуждению, мысли были вялыми и тягучими, как кисель, а в голове стоял туман ночного кошмара.

Я через силу разлепила веки и сощурилась от непривычно яркого света. Как странно, обычно солнечный свет ощущался иначе: он ластился ко мне, льнул, точно живой, ведь недаром магия света давалась мне так легко. Но сейчас чувство единения со стихией исчезло. Я взмахнула рукой, пытаясь приглушить невыносимую яркость. Но ничего не вышло.

Странно. Раньше это получалось на раз. Но сейчас магия не отзывалась. Словно уснула.

Я оторвала голову от подушки и осмотрелась. Незнакомая крохотная комнатушка, простая деревянная мебель, узкое окно, прикрытое куцей занавеской – вот и вся обстановка. И где, интересно, я очутилась?

Воспоминания накрыли лавиной. Бой в небе. Чёрный нэйар, неистово желающий меня убить. Падение с высоты. Ясно теперь, откуда эта острая боль и слабость во всём теле.

А ещё ужасная сухость во рту с привкусом горьких трав. Видимо во время беспамятства в меня вливали какое-то жуткое снадобье. Я ещё раз пробежала глазами по комнате и к своему счастью заметила стоящий на тумбочке кувшин.

Вода!

Стоило приподняться, как тело отозвалось болью, а перед глазами заплясали тёмные круги. На мгновение прикрыв веки, я справилась с головокружением и спустила ноги с постели. Встать оказалось непросто. Я была слабой, точно новорождённый птенец. И всё-таки вода была совсем рядом, всего в паре метров.

Я смогу!

Упрямо закусив губу, сделала крошечный шаг, после которого ноги подкосились, а руки беспомощно скользнули по спинке кровати.

Грохот от падения стоял такой, что, кажется, был слышен даже за стенами дома. И буквально через несколько секунд я уловила решительные шаги. Дверь отворилась, и перед носом возникли высокие замшевые сапоги.

– И куда это мы собрались? Разве тебе разрешали вставать? – отчитал насмешливый мужской голос.

Ответить я не успела, меня подхватили сильные руки и усадили обратно на постель. Я подняла голову и сразу узнала в вошедшем своего спасителя. Или, правильнее было бы сказать, несостоявшегося убийцу? Вряд ли после падения меня мог найти кто-то иной, кроме того чёрного нэйара, что безжалостно рвал меня в небе.

– Ты… – еле слышно прошипела я.

– Я. – Спокойный, чуть насмешливый взгляд.

Казалось, мужчину забавляла сложившаяся ситуация. Ни намёка на сострадание или сожаление. Верно говорят, что все мятежники – звери. Жизнь внизу их озлобила, сделала чёрствыми и жестокими. При этом внешне они ничем не отличались от живущих на островах нэйаров.

Мужчина был молод и высок, длинные смоляные волосы нечёсаны и беспорядочно рассыпаны по плечам. Видимо, он тоже недавно проснулся. Штаны и туника из грубого некрашеного полотна лишь подтверждали эту догадку.

Пронзительные синие глаза с живым интересом рассматривали меня. Взгляд мужчины мазнул по лицу, затем спустился ниже, пройдясь по телу, и остановился на моих коленях. Нижняя сорочка была слишком короткой, и я инстинктивно сжала ноги. Это движение не осталось незамеченным и вызвало у нэйара очередную усмешку.

– Так куда ты так спешила?

– Воды, – еле слышно прохрипела я. Каждое слово давалось с трудом, в горле будто рассыпали жгучий песок.

Я угадала, в кувшине в самом деле была вода. Нэйар наполнил стакан и протянул мне. И снова я почувствовала, как его взгляд скользит по моим обнажённым ногам.

Кровь прилила к лицу, я дёрнула на себя одеяло и лишь тогда приняла воду. Пригубила, и едва не поперхнулась, ощутив незнакомый привкус. Вода Нижнего предела отдавала металлом и ещё чем-то незнакомым и неприятным. Будь у меня выбор, я поискала бы иной источник.

– Не нравится? – Мужчина протянул руку, как если бы хотел отобрать стакан.

Я замотала головой и начала пить, быстро, жадно, взахлёб, уже не ощущая ничего, кроме желания избавиться от сухости во рту.

– Ещё! – Я протянула стакан.

Но незнакомец покачал головой.

– Пока достаточно. Тебе следует пить часто, но небольшими порциями. У тебя хорошая регенерация. – Его взгляд стал таким цепким, что меня прошиб холодный пот.

Ускоренная регенерация – отличительная черта королевского рода. Неужели он догадался, что я из высокородных?

Страх липкой змейкой скользнул по коже, я вытерла тыльной стороной ладони мокрую шею и наткнулась на что-то твёрдое и холодное.

Ошейник!

Этот дикарь надел на меня шехан! Металлический обруч из зачарованного металла, полностью блокирующий как магию, так и смену ипостасей.

Видимо, выражение лица у меня было весьма выразительным, потому что хозяин дома вдруг рассмеялся.

– Что, не нравится мой подарок? Знаешь, что это?

– Я знаю, что это! Сними немедленно!

Нэйар недобро прищурился, и на его губах проступила кривая улыбка.

– Неужели думаешь, я настолько беспечен, чтобы позволить тебе колдовать?

Проклятый мятежник! Недаром их сослали в Нижний предел!

Это случилось почти сотню лет назад. После смерти старого короля трон перешёл к моему отцу. Но Дориан Ветрокрылый захотел оспорить это право, попытался захватить власть силой.

И проиграл.

Небесный народ пошёл за моим отцом, а Дориана с его сторонниками сослали на землю, к людям, без права когда-либо вернуться на Парящие острова. Стоит ли говорить, что после этого мятежники люто возненавидели моего отца, а вместе с ним и всю королевскую семью. И если они узнают, кто я такая, участь моя будет несладкой.

Нет! Нельзя бояться! Нельзя, чтобы этот дикарь почувствовал, до чего сильно меня пугает его мир, как болезненно сжимается в груди сердце от взгляда синих глаз. Я выдержала паузу, чтобы успокоить дыхание, и холодным голосом, достойным принцессы неба, произнесла:

– Я что, пленница?

– По крайней мере до тех пор, пока я не узнаю твоё имя и причину прибытия в Нижний предел, – жёстко ответил он, отчего я на мгновение растерялась.

Впопыхах сбегая из дома, я не успела придумать убедительную легенду. Надеялась, что в Нижнем пределе мне никто не встретится, хотя бы в первое время. Нэйаров здесь обитало не так много. Я хотела всего лишь скрыться на какое-то время, а магия высшего рода обеспечила бы меня всем необходимым. Но я даже не предполагала, что Срединное небо стерегут мятежники, и едва не поплатилась за свою ошибку жизнью.

А теперь этот недоумок надел на меня шехан!

Магия естественна для высокородных, мы впитываем её с солнечным светом. Способность к колдовству сродни дыханию или умению летать. А он лишил меня такой важной части самой себя и теперь смотрел так, словно был вправе это сделать!

Я глубоко вздохнула и попыталась собраться с мыслями.

– Меня зовут А… – я чуть было не произнесла настоящее имя, но вовремя поправилась: – Эль!

– Просто Эль? – подозрительно сощурился брюнет.

– Да. Этого вполне достаточно.

– Что ж… Это твой выбор. – Его лицо посуровело, губы поджались. – В таком случае можешь называть меня просто Риан. А ещё лучше – Господин. Это больше соответствует ситуации.

– Значит, не снимешь? – Мой голос теперь походил на шипение ядовитой гадюки.

– Я уже ответил на этот вопрос! – Риан решительно развернулся, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Но уже на пороге вдруг остановился и язвительно добавил: – Кстати, раз уж ты возомнила себя пленницей, думаю, будет разумно кормить тебя хлебом и водой. Согласна? – И он покинул комнату, не дав мне вставить ни слова.

Вот гад! Настоящий грубиян и хам! Дикарь, каких ещё поискать!

Разумеется, вслух я поносить Риана не стала. Вдруг стоит за дверью? Не стоит усугублять и без того непростую ситуацию.

Мятежник не убил меня, когда у него была такая возможность, а принёс в свой дом и залечил раны. А значит, настроен серьёзно и собирается так или иначе докопаться до истины.

Да скорее он линять начнёт, чем разгадает мою тайну!

И всё же черноволосый нэйар был здесь хозяином и мог вести себя так, как ему вздумается. Его дом – его правила, придётся их учитывать. Нет, не подчиняться, а именно что принимать к сведению.

Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Надо решить, что делать дальше.

Мой побег на землю проходил не так, как планировалось. Шехан лишил меня не только магии, но и крыльев. Ещё эта слабость проклятущая. Я сидела на постели и чувствовала, как по спине струится пот. В голове давно поселилась тупая боль, но если поначалу я её игнорировала, то сейчас едва могла держать осанку.

Дикарь не увидит меня беспомощной!

И всё-таки мне нужно время, чтобы моё тело исцелилось.

Я дотронулась до шехана, неприятно холодившего кожу, и выругалась. Если бы не ошейник я поправилась бы намного быстрее. Сейчас же на мне места живого не было! Сплошные бинты и повязки. Особенно сильно болело левое предплечье – руку было почти не поднять. Но несмотря на слабость и ломоту во всём теле, сидеть взаперти в крохотной комнатушке я не собиралась.

Аккуратно встала и попробовала пройтись. Голова кружилась, приходилось сосредотачиваться буквально на каждом шаге, но всё-таки я шла. Я не была беспомощным птенцом!

В единственном шкафу обнаружилась чистая одежда. Скрипя зубами от боли, натянула просторную рубашку и короткие бриджи. На перекладине висело и платье, но справиться с ним я не смогла бы: слишком узкое, да и застёжка на спине – с больной рукой не дотянуться. А вот туфель, или иной обуви, к моему огорчению не оказалось. Видимо, покидать выделенные покои мне не полагалось.

На внутренней стороне дверцы шкафа обнаружилось мутноватое зеркало во весь рост. Взглянула на себя и еле слышно застонала. Лицо бледное, на шее кровоподтёки, длинные светлые волосы спутаны и перепачканы в крови. Я вытащила из-за уха клочок белого пуха и отправила в недолгий полёт. Вслед за светлым пёрышком вытянула из волос чёрное с синеватым отливом. Странно, как оно там оказалось?

Наскоро заплетя неровную косу и так и не найдя обуви, я с досадой закрыла шкаф. Желудок настойчиво требовал пищи, так что я осмелилась высунуть нос в коридор, немного постояла, вслушиваясь в тишину, и отправилась на поиски кухни. И плевать, что Риан говорил про хлеб и воду!

Эдриан

Утро выдалось «весёленьким»…

Подняться пришлось ни свет ни заря. После вчерашней возни с девчонкой Эдриан планировал проспать как минимум до полудня. Но его гостья – или вернее пленница, как она сама себя назвала – вздумала очнуться раньше, умудрилась встать с кровати и разбудила своим падением весь дом.

И это были ещё не все сюрпризы.

В почтовой шкатулке обнаружилось срочное послание от наместника, будь он неладен. И здесь нашёл, не дав отдохнуть и пары дней. А ведь Риан не просто так сбежал в своё поместье, находящееся на самой границе Нижнего предела и людских владений, подальше от замка и нескончаемых дел, которыми нагружал его любимый папаша. Риану нужна была передышка. Отец до сих пор считал его желторотым птенцом, старался контролировать каждый шаг, ему вечно мерещилось, что единственный сын отлынивает от своих обязанностей.

И вот теперь Риану приходилось вникать в суть послания, содержание которого даже с натягом нельзя было назвать приятным. Наместник выказывал своё недовольство отлучкой сына и требовал его скорейшего возвращения. Риану, разумеется, этого делать не хотелось. Особенно теперь, когда в его доме появилась загадочная незнакомка с Парящих островов.

– Ваш завтрак, нэй. – Дворецкий поставил перед ним поднос с пышным омлетом и несколькими кусками хорошо прожаренного бекона.

Риан отложил письмо в сторону и с аппетитом оглядел еду. Ну, коли выспаться не удалось, быть может, сытный завтрак поднимет испорченное с утра настроение.

В еде Риан был непривередлив и с лёгкостью перенял вкусовые пристрастия людей. Жирная свинина и жёсткая говядина казались ему ничуть не хуже лёгкого и питательного мяса птицы. Хотя многие люди до сих пор считали, что нэйары питаются лишь манной небесной.

Стоило Риану вспомнить, как в детстве слуги прятали от него сырые яйца и скрывали приготовленные глазуньи, как в груди начинал клокотать смех. Среди людей даже ходила присказка, что разбить яйцо – к прилёту нэйара. Видели бы они, как этот самый нэйар уплетает яичницу, сочли бы каннибалом.

В голове мелькнула мысль, что девушку тоже стоило бы накормить. Нэйар уже хотел распорядиться насчёт завтрака, но этого не потребовалось – в дверном проёме мелькнула беловолосая макушка его пленницы.

– Выходи, чего прячешься? – окликнул девушку Риан, и та несмело шагнула на веранду. С опаской покосилась на дворецкого, разливающего чай. – Зачем пришла? – равнодушно бросил нэйар, хотя внутренне был обескуражен её внезапным появлением.

Ещё полчаса назад встать самостоятельно не могла, а сейчас уже вовсю разгуливала по дому. Притом без дозволения! Впрочем, он ведь и не запрещал ей этого…

– Ты обещал кормить меня хлебом и водой! Воду я уже получила. Пришла за хлебом! – уверенно заявила гостья.

Риан мысленно зааплодировал её смелости. Хотя, вернее было бы сказать, наглости. С виду такая кроткая – да только норов крут. Кто бы мог подумать, что эта серенькая мышка окажется с характером… А теперь сразу видно – истинная нэйара, гордая и отважная. Вот только одежда подкачала. В этих коротких штанишках и великоватой рубашке Эль походила скорее на нескладного человеческого мальчишку, нежели на дочь неба.

– Ну, садись. – Риан кивнул на соседний стул, и девушка тут же воспользовалась приглашением. – Фьез, подай нашей гостье завтрак.

Дворецкий коротко кивнул и удалился. Эль же, не дожидаясь позволения, сунула нос в корзинку с хлебом. Выудила оттуда толстый ломоть и, держа его двумя пальцами, словно нечто мерзкое, скривила маленький носик.

– Что это?

– Хлеб.

– Из чего вы его делаете? – Девушка брезгливо кинула ломоть обратно в корзину.

– Я его не делаю. Его делают люди. Из ячменной муки. Это тебе не манна. И другого хлеба здесь нет, так что придётся привыкнуть, – раздражённо фыркнул Риан.

Сам-то он манну в глаза не видел. А тем более не пробовал на вкус испечённого из неё хлеба. Риан был рождён в Нижнем пределе и о многих яствах Парящих островов мог лишь слышать. Говорили, хлеб из манны белее облаков и мягче самой пышной пуховой подушки. Не сравнить с грязно-бурой ячменной буханкой, что пекут для нэйаров люди.

Фьез вернулся быстро. Поставил перед гостьей тарелку с омлетом и принялся неторопливо наполнять чашку чаем. Эль же смотрела отнюдь не на еду. Дворецкий интересовал её намного больше.

Девушка морщилась, прикладывала тонкий изящный пальчик к губам, будто хотела что-то спросить, но всё не решалась.

Риан скрестил руки и откинулся на спинку стула, готовясь услышать неминуемый вопрос.

– Он человек? – взволнованно спросила она, стоило дворецкому удалиться.

– Да. Тебя это смущает?

– Ну, я… просто… мне не доводилось раньше видеть людей, – призналась Эль.

Ещё бы. В Верхнем пределе людей не было. Бескрылым туда не добраться – слишком высоко. А вот внизу их хоть отбавляй, и нэйары не гнушались пользоваться их услугами. Из людей выходили отличные слуги, рабочие и просто помощники. Они были слабее, не блистали умом и, что немаловажно, отлично умели подчиняться. Правда вот, события, о которых говорилось в письме, серьёзно этому противоречили… Организованный мятеж, нападение на поместье нэйара, применение неизвестного прежде оружия – всё это казалось до смешного надуманным, неправдоподобным.

Риан и не поверил бы, если бы в последнее время не участились стычки с людьми. Все они были мелкими и незначительными, нэйарам без труда удавалось усмирить недовольных. Но такая закономерность Риану не нравилась. Волнения нарастали, словно снежный ком. И последнее происшествие однозначно требовало его внимания. А значит, придётся вернуться в замок наместника и разобраться во всём лично.

– И… ты держишь его в доме? – Вопрос девчонки вырвал нэйара из мыслей. Риан заметил беспокойство, проскочившее в её голосе.

Она боится? Простого слугу? Человека? Неужто в Верхнем пределе все такие невежды, что до сих пор считают людей дикарями?

– Нет, в хлеву, – со смешком ответил нэйар. И вновь усмехнулся, увидев с каким облегчением выдохнула его гостья.

Надо же, поверила! Увы, но пришлось развеять её чаяния.

– Конечно, в доме! Все мои слуги живут в доме!

– И все слуги – люди? – И опять на её лице проступило неподдельное удивление.

Риан задумался. А девчонка-то непростая. К наличию слуг относится как к должному, а вот людей явно не жалует. Выходит, на его землю забросило не простую нэйару, а высокородную…

И возраст… Слишком молода, чтобы думать головой. Иначе бы не сунулась в одиночку в Нижний предел. Сбежала от чересчур суровых родителей? Или от замужества… Хотя нет. Для замужества она ещё не доросла. Вряд ли девчонка успела обзавестись срединной ипостасью. Конечно, если его выводы верны и она всё-таки высокородная.

– Нет, мне прислуживают исключительно высокородные нэйары, оказавшиеся слишком самонадеянными, чтобы соваться, куда не следует, – с издёвкой бросил Риан.

Девчонка смутилась и сглотнула вставший в горле ком. По её растерянному личику Риан понял, что попал в самую точку. Высокородная, как есть. И это делало тайну её происхождения ещё более интересной.

Кто же ты, девочка?

– К слову… Мне нужно улететь сегодня. Так что, хочешь или нет, тебе придётся найти общий язык со слугами.

– И надолго? – Вместо ожидаемой радости на её лице появилась неуверенность.

– На пару дней не меньше. – Заметив, что девчонка неуютно заёрзала на стуле, Риан добавил: – Не беспокойся, тебя никто не тронет. Фьез и остальные слуги – миролюбивые создания.

– А шехан… – Она тронула ладонью металлический обруч.

– Я уже говорил, он останется на тебе, пока ты не расскажешь мне всю правду. И… не советую делать глупостей. Ты ведь понимаешь, о чём я? – Риан выдержал многозначительную паузу.

Не может же она не знать, чем чревато вскрытие шехана?

Эль медленно кивнула, и Риан удовлетворённо хмыкнул. Может, не такая уж и глупая…

– Но… – Эль вновь дотронулась до обруча. – Мне нужна одежда и остальное… А с ним я не могу…

– Колдовать? – Риан со смешком откинулся на спинку стула. – Я в курсе. И так уж и быть, я буду столь щедр, что привезу тебе пару платьев, – широко махнул рукой.

– И туфли! – потребовала гостья.

Да, не попросила, а именно потребовала! С ней явно будет нелегко.

Риан хотел уже было отвесить очередную колкость, но тут из-за спины раздалось деликатное покашливание.

Он обернулся и увидел стоящую у перил веранды горничную. В руках её была стопка грязных простыней со следами крови.

– Простите, нэй. Я хотела спросить, что делать с бельём, оставшимся после… девушки. Кровь плохо отстирывается и…

– Можете выбросить! – позволил Риан, хоть и знал, что нерадивая Ельга просто не желала возиться со стиркой. Но не шёлк, в конце концов, парой простыней можно и пожертвовать. А вот горничную, наверное, придётся сменить. Найти кого-то более… трудолюбивого.

Ельга радостно подскочила на месте и, удобнее перехватив тряпки, бросилась исполнять указание хозяина.

– Это она мне повязки накладывала? – спросила Эль, глядя вслед удаляющейся женщине.

– С чего ты так решила? – Эдриан подался вперёд, опершись локтями на стол. Опустил подбородок на сцепленные пальцы, предвкушая веселье.

Девчонка же, напротив, отодвинулась подальше, позабыв про недоеденный омлет.

– А кто тогда? – спросила она, изрядно понизив голос.

– Вообще-то, своими гостями я предпочитаю заниматься лично, – оскалился Риан и с удовольствием отметил, как скулы Эль тронул лёгкий румянец, а сама она сжалась и обхватила себя руками, словно желая прикрыться.

Но этого ему показалось мало.

– Не беспокойся, на твоё бледное тельце никто не покушался. Там и смотреть-то не на что. Одна только кожа да кости, – небрежно бросил Риан, а Эль теперь уже по-настоящему вспыхнула, покрывшись краской чуть ли не до самых кончиков ушей.