Попаданка я и моя драконья судьба

Да уж, минувшая ночь этому наглядный пример. Выходит, у Повелительницы красных нехилый зуб на бронзовых.

– На сегодня с историей покончено. Встречаемся после перерыва на практической магии.

Дети начали поспешно покидать аудиторию. Оно и понятно, кому охота торчать за партой, когда на дворе солнышко и свежий воздух. Я и сама с огромным удовольствием присоединилась бы к ним. Но это чуть позже, сейчас придется объясниться с Садаром, иначе его порвет от любопытства.

– Ариана, того, кто помог тебе выбраться из башни, ждут огромные неприятности. – Садар сурово нахмурился. – Ты дракайна Повелителя! Ни один дракон не вправе к тебе прикасаться без его дозволения.

– А мое мнение на этот счет традиционно никого не волнует?

– Шандор не просто так изолировал тебя от остальных драконов Гардонора. Ты серебряная, а сейчас настали неспокойные времена. Глупо с твоей стороны испытывать судьбу…

– Да сама я спустилась! Сама! Дракон и рядом не пробегал, не пролетал и даже не проползал.

Лицо Садара изумленно вытянулось.

– Веревка? Левитация?

– Не угадал. Башня сама меня выпустила. Подозреваю, это какая-то разновидность портала.

– И куда он ведет? – вопрос Садара указывал, что он в курсе подобных выкрутасов драконьей недвижимости.

– В мой деревенский дом.

Губы Садара растянулись в широкой улыбке, а потом он не выдержал и захохотал в голос.

– Хотел бы я увидеть реакцию Шандора, когда он узнает.

– Думаю, он поделится своими соображениями на этот счет, – чопорно промолвила я, хотя внутри хитрой змейкой разворачивался… Нет, не страх, а нечто более дерзкое и язвительное.

Я не просила называть меня дракайной или запирать в башне. Сам притащил – сам и виноват! Башня всего лишь пошла мне на уступки. Видимо, таинственные силы, выстраивающие драконьи города, сочли, что мне было бы неплохо поднатаскаться в магии.

– Хочешь присутствовать на занятиях?

– Очень!

– Хорошо. Оставайся. На следующей неделе прибудет новый учитель, но пока я за него.

– Огромное спасибо! Ты не пожалеешь.

– Главное, чтобы ты не пожалела.

Я рассчитывала отсидеться на практической магии, полюбоваться на достижения юных ан-даров, заодно и выучить какое-нибудь заклинание. Не вышло. Садар попросил меня снова воспользоваться магией лунного света. Я с опаской покосилась в сторону хлипкого плетеного забора, по такому тюкнешь легонечко, и нет больше у школы заборчика. Да и увидеть серебряную магию мог любой мимо проходящий. Это беспокоило меня даже сильнее возможных разрушений.

– Да, конечно. Как я сам об этом не подумал.

Дракон уставился на заборчик, тот вздрогнул, скрипнул и начал меняться: прутики раздались вширь и вытянулись раза в четыре. Спустя минуту вокруг здания школы стоял частокол, которому позавидовала бы и Баба-Яга.

Садар с удовлетворением осмотрел свою работу.

– Вот теперь можешь магичить совершенно спокойно.

Ага! Как бы не так! Да у меня плетение каждого заклинания вызывает нервную дрожь. И все-таки я выложилась по полной программе и битых два часа развлекала детишек видом серебряного «Элардо». Жертвами наглядной демонстрации пали тренировочный манекен и чей-то стул. Садару тоже могло бы прилететь, когда я случайно направила луч в его сторону, но дракон успел увернуться.

Зато к концу занятия мы точно знали, что Нэд, сын Брианны, видел не только столпы света, но и сами этапы плетения заклинания: как свет буквально лип к моим рукам, а потом преобразовывался в нечто новое, яркое и разрушительное.

– Очень интересно, но для чистоты эксперимента я бы протестировал Нэда и ночью, – задумчиво произнес Садар. – Нэд, отпросишься у мамы?

– Зачем отпрашиваться? Я в окошко выберусь, когда Теод уснет.

– Не усну, – угрюмо пообещал брат.

– А я тебе сонного порошка в кашу бухну!

– Тогда готовься сидеть на горшке всю ночь, потому что я одним слабительным не ограничусь!

Теоду было обидно из-за того, что его брат оказался удачливее, но ссору мальчиков следовало пресечь. Иначе хана конспирации. Драчуны выдадут нас с потрохами.

– Спокойно! Я запрещаю вам вредить друг другу. Иначе никакой магии вы больше от меня не увидите!

Мальчики переглянулись и закивали, еще и за руки крепко взялись, демонстрируя полное взаимопонимание.

– А еще никто не будет убегать из дома тайно. Я считаю, что нам надо поставить в известность вашу маму.

Весть о том, что ее дети видят столпы лунного света, а Нэд еще и смог рассмотреть механизм плетения заклинаний, напугала Брианну. Нет, я и раньше знала, что эта ан-дароу не самая стрессоустойчивая девушка в мире, но не падать же в обморок от таких новостей?

– Это она от радости, – неуверенно заявил Нэд.

Да уж. Хорошо, что мы догадались привести мальчиков домой, а не вызвали Брианну в школу.

В себя Брианна пришла довольно-таки быстро.

– Мальчики мои! – Она крепко вцепилась в руки сыновей и притянула их к себе, как если бы боялась, что их у нее отберут. – Это же обратимо? Эту способность можно как-то нейтрализовать? Теод и Нэд – дети огненного дракона, я и сама родилась от огненных родителей, нам не нужна серебряная магия! От нее одни беды!

– Тебе не нужна, но она нужна твоим детям, – спокойно заявил Садар. – Выяснилось, что все юные ан-дары способны видеть лунные источники. Мой отец потратил долгие годы на поиск способа обратить проклятие. Возможно, совсем скоро эта загадка будет решена. Ты же хочешь, чтобы у твоих детей появилась вторая ипостась?

Брианна, которая уже поднялась с постели, куда ее уложили после обморока, тяжело опустилась на кровать.

– Ариана, это действительно так?

– Мы не знаем точно. Но если ты позволишь, мы продолжим занятия с Нэдом после заката.

– И что от него потребуется? Я хочу знать, что вы намерены делать с моим ребенком!

– Присоединяйся к нам и узнаешь. К чему мучить себя напрасными подозрениями, если можно все увидеть своими глазами?

На том и порешили. Ровно в полночь мы снова собрались в школьной аудитории. Поначалу Брианна держалась настороженно, поэтому магичила я в одиночестве, а Нэд только наблюдал. Наконец она решилась и сама подвела мальчика ко мне:

– Он и его брат – самое дорогое, что у меня есть в этой жизни. Поклянись, что не навредишь ему.

– Неверная формулировка… – немедленно встрял Садар, не дав мне и рта раскрыть. – Ни Ариана, ни я не знаем, что означают способности твоего сына, но хотим выяснить это.

– Бри, серебряную магию часто называют магией обмана. Но я клянусь, что никогда не обращу свой дар против твоего сына. Обещаю – он не пострадает.

Мы начали с самого простого – с изучения столпов света. Казалось бы, ничего сложного. Нэду надо было лишь попытаться его почувствовать именно как источник энергии для плетения заклинания. И тут мы уперлись в глухую стену. Нэд видел, но не чувствовал. Надо отдать мальчику должное, он старался изо всех сил, раз за разом опускал со мной ладони в серебристый поток и пытался вызвать в себе хоть какой-то отклик, но все безрезультатно. Когда Нэда уже начало пошатывать от усталости, Садар предложил разойтись по домам и попробовать еще раз следующей ночью.

– Шандора не будет в Гардоноре как минимум три дня. Мы должны использовать это время…

– Потому что неизвестно, как отреагирует дракон-лунофоб, когда раскроет нашу тайну.

– Отчего же. – Садар свел пальцы в замок и крепко сжал руки. – Его реакцию спрогнозировать несложно. Шандор сын своего отца. Нет ничего более постоянного в Авендоре, чем вражда огненных и серебряных драконов.

Эм! Надеюсь, это не намек на то, что меня попросту придушат?!

– Вот только не надо смотреть на меня с такой жалостью!

Да, Шандор будет в бешенстве. Да и может ли быть иначе, если его с детства приучили считать Алуну чуть ли не главным врагом всех драконов? Шандор верил, что ее белоснежные алтари несли смерть. И все-таки Садар ошибался. Кое-что изменилось. К примеру, Шандор знал, что Рэдар погиб не из-за алтаря Алуны.

– Совсем себя не жалеешь. Умоталась, умагичилась, и это когда-с мы еще и в подвал не забурились! – ворчал Светик, пока я плотно перекусывала на сон грядущий.

Я размеренно кивала, поддакивая его причитаниям, все-таки когда тебя жалеют – это очень приятно, а потом услышала про подвал.

– Мягкая постелька – единственное место, в которое я могу забуриться. Светик, опомнись! Какой подвал? Меня вырубит еще в процессе плетения заклинания!

– А помощь духов на шо? – Дракончик хитро прищурил наглые глазки.

– А-а-а… Ты об этих. – Я мазнула вялым взглядом по разноцветным огонькам, роящимся под потолком.

Изменив форму, духи стихий не оставили старые привычки, и теперь бывшая золотая рыбка мутузила в углу оранжевый огонек, оставшийся от саламандры. Старательно так мутузила, аж искры во все стороны летели. И что могут не поделить две шарообразные сущности? И вообще, какой от них прок? Раньше духи стихий хотя бы обо мне заботились, в доме прибирались, кушать готовили, а теперь…

– А-а-а!!! – заорала я уже в голос, потому что огоньки вдруг рванули ко мне.

А дальше был удар в грудь, перешедший в электрический разряд. От неожиданности я вскочила со стула да так и продолжила скакать на одном месте. Грудная клетка ходила ходуном, словно я уже отпрыгала пятьсот раз на скакалке, но при этом в теле был такой заряд бодрости, точно я могла напрыгать еще пару тыщ, причем без остановки.

– Светик, что это было?!

– Скорая помощь для драконьего организма-с.

– Я не дракон!

– Да как скажешь. Поползли в подвал-с.

И мы поползли. Точнее, полз только Светик, я же скакала рядом, как мячик.

– Ну нравится этой глупой девчонке-с считать себя человь-е-еком-с. Ну и фиг с ней. Чем бы дитя-с не тешилось, лишь бы не до смерти-с… – ворчал мой чешуйчатый хранитель.

Мы спустились на второй этаж башни, переместились в мой дом, потом был еще один спуск по крутой винтовой лестнице. У меня возникло ощущение, что в прошлый раз подвальчик был поменьше.

– Подрос! Подрос, родимый! – Светик радостно бегал вокруг защитного круга, который и в самом деле стал шире. – Растешь! – одобрительно объявили уже мне. – Так, Цыпа, времени у нас в обрез. К возвращению твоего Большого и горячего дракона ты должна быть полностью готова-с! Да не к тому самому готова-с, распущенная ты девица!

– А к чему? – осторожно уточнила я.

– К демонстрации владения четырьмя стихиями-с. Ты же полную привязку к своему источнику духам-с обеспечила. Вот и учись теперь распоряжаться их силой, а то придется жить в режиме поел-упал-отжался… хм… не-е-е-е, долго ты в таком темпе не протянешь. Ладно, объясняю популярно-с, как для… личинки дракона. Раньше твои духи были привязаны к дому и сбрасывали излишки-с энергии в землю на благо недвижимости.

– А теперь они будут передавать ее мне? – пролепетала я, начиная понимать, почему огонькам вздумалось меня протаранить.

– Умница! Теперь запрыгнула-с в круг и продемонстрировала владение магией воздуха!

Да легко!

«Йопрст» удалось колдануть с первого раза, после этого по подвалу пронесся небольшой торнадо. Светик был в восторге и бросился учить меня заклинанию с заковыристый вербальным воплощением «Топовжух». И земля дрожала, да так сильно, что я всерьез испугалась, что стены дома не выдержат и обрушатся на мою магически одаренную голову. Но обошлось, а мне и в самом деле полегчало. Едва излишки энергии были израсходованы, я с огромнейшим наслаждением опустилась на пол. Никогда бы не подумала, что буду так радоваться обычной усталости.

– Светик, а зачем тебе все это? Возишься со мной, учишь. Только не заливай, что действуешь в интересах Эваларда. Ты давно послал эти интересы далеко и надолго.

Дракончик переступил с лапы на лапу, поковырял пол кончиком хвоста, а потом тихонечко выдохнул:

– Ты права-с. Обучая тебя, я преследую личную цель. Видишь ли, Ариана, я не простой родовой хранитель, а брачный.

Обалдеть! Ничего себе заявочка! Это меня, получается, замуж готовят?

– Нет, Цыпа, замуж тебе пока рано.

Фух! Хотя бы тут мы на одной волне!

– Так вот, я брачный хранитель, причем один из лучших. На моем счету более десяти тысяч счастливых пар. И что я получил в итоге? Меня забыли и поставили на полочку-с! В какой-то момент драконы сочли-с, що могут сами заниматься поисками своей пары, и я оказался не нужен. И ни одна тварь окольцованная не догадалась пожелать мне счастливого перерождения!

– Так ты хочешь заново родиться и стать заурядным драконом?

– Очень. Прям самая голубая из мечт! Помоги, а?

– И что я должна сделать?

– Нечто очень великое. И тогда богиня Алуна подарит мне шанс на перерождение-с.

Последующие дни мало чем отличались от предыдущего. Я перемещалась из башни в свой деревенский дом, шла в школу и там вместе с ан-дарами постигала чудеса магии огненных драконов, но что еще ценнее – я знакомилась с Авендором. Садар мастерски разбивал занятия по теоретической и практической магии историями из прошлого, рассказывал о тварях, населяющих мир драконов; он говорил о далеких землях, в которые бескрылым было сложно добраться, и об уникальных полезных ресурсах. Мы учили, какими травами и ягодами снабжают Гардонор зеленые драконы, узнали о загадочных магических камнях из каменоломен красных, но сильнее всего меня поразили волшебные снадобья синекрылых, ведь, помимо защитных, они варили и атакующие, что было равносильно наделению магией. А еще Садар готовил нас к будущему, такому жуткому и неотвратимому. Кровавая Луна должна была взойти в течение месяца и озарить ночное небо багряным светом, который пробудит спящих под землей виверов.

И это событие ждал не только Садар.

Весь Гардонор находился в процессе активной подготовки. На южной окраине спешно возводилась еще одна деревня для тех, кому не хватит места в магически укрепленных городах ан-даров. Мастерские опустели, теперь взрослые оттачивали свое искусство на стройке. Зато по вечерам жизнь в деревне снова возвращалась в привычное русло и не уставала меня удивлять.

Магически одаренные и привыкшие пользоваться магией в быту ан-дары вели себя как дети: подсвечивали свои дома волшебной иллюминацией и щедро делились результатами бытовой магии. Пироги, пирожки и прочие вкусности крейсировали по воздуху от дома к дому, временами сталкиваясь с иными дарами, вроде бутылок с вином и готовым платьем. Воздушная доставка была здесь в порядке вещей. Ан-дары словно компенсировали отсутствие крыльев. Если же в процессе доставки случалась «авария», ее участники выбирались на улицу и шумно выясняли отношения. А еще ан-дары умели отдыхать. Прежде чем переместиться в башню Шандора, я взяла за правило немного гулять перед сном. Так вот, ан-дары просто обожали ходить друг к другу в гости и частенько накрывали столы на улице, а то и вовсе располагались прямо на траве. Первые дни меня еще окликали и предлагали присоединиться, а потом оставили в покое.

И все-таки в этом веселье чувствовалось напряжение. Я замечала встревоженные взгляды, которыми обменивались на пикниках, а вместо магических фонариков в воздухе часто висели огненные карты. Чувствовалось, что строительство в Гардоноре было только малой частью всеобщей подготовки.

Новые обязанности появились и у Садара. После школы он отправлялся на городской склад и наполнял магические накопители серебряной магией. И это выжимало его досуха. Не прошло и недели, как сильный цветущий мужчина превратился в бледную копию самого себя и был вынужден объявить, что больше не может вести занятия.

– С завтрашнего дня меня будет подменять старейшина Гелен. Он и познакомит вас с новым учителем. Будем надеяться, он окажется лучше прежнего.

В аудитории раздались робкие смешки. Дети уже полностью оправились от последствий обучения Иарусом Красным, стали раскрепощеннее и не боялись пробовать новое. Нэд так вообще лучился энтузиазмом и не мог дождаться тайного ночного занятия. Я и сама ждала его с нетерпением и толикой опаски, сегодня мне предстояло сообщить Садару, что же стало с прощальным даром его матери.

Роковой момент настал после заката.

Дракон рассматривал серебряное кольцо так долго, что в какой-то момент я уже испугалась, что он почувствовал чешуйчатого хранителя. Светик был уверен, что аура духов стихий надежно укроет его от проницательного дракона, я же успокоилась, только когда мне вернули кольцо.

– Мне жаль, что так вышло. – Я надела кольцо на палец, серебряный дракончик все так же сжимал в лапах кусочек мрамора, вокруг которого роились крошечные огоньки.

– Не вижу повода для сожаления.

– Но это же был прощальный дар твоей матери!

– Который я поместил в сокровищницу и не прикасался более десяти лет. Вероятно, Алуна сочла тебя более достойной своего осколка, раз помогла осуществить перепривязку духов стихий.

Внезапно лицо Садара сделалось очень задумчивым, а губы сложились в довольную улыбку.

– Ну конечно, как я раньше не догадался! – Дракон улыбнулся уже шире, как если бы осознал нечто очень важное. – Нэд, подойди-ка сюда! Сейчас мы попробуем кое-что новое. Сначала ты и Ариана вместе погрузите руки в столп света, а потом ты попробуешь сплести заклинание. Любое, какое захочешь, главное, чтобы ты был в нем уверен.

– Ты хочешь, чтобы Нэд попробовал использовать лунный свет как источник энергии?

– Он не сможет, но зато мы узнаем, как отреагирует его собственная магия на соприкосновение с серебряным светом.

Слышала бы нас Брианна! Она немедленно забрала бы Нэда домой. То, что мы собирались провернуть, было экспериментом. Огненные и серебряные драконы враждовали не одно столетие и использовали разные виды магии, но они не были враждебны друг другу. В противном случае я бы никогда не родилась.

Рассудив таким образом, я позволила Нэду положить свою руку на мою ладонь.

Погружение в столп света отозвалось привычным ощущением легкой эйфории, предвкушение неизведанного разгоняло кровь по венам, пришлось напомнить себе, что я отвечаю за Нэда головой.

– Серебряна, не волнуйся. Все будет хорошо. – Мальчик важно похлопал меня по ладони. Совсем как взрослый.

Ладно! Алуна, если ты и правда наблюдаешь за своими детьми и любишь их одинаково, покажи себя. Дай почувствовать, что ты рядом, что заботишься и защищаешь. Этому мальчику просто нужно во что-то верить…

Нэд призвал огонь – понятный выбор для сына бронзового дракона, – но у меня в груди все равно екнуло, когда на кончиках пальцев мальчика заплясали крошечные язычки пламени. Огонь скользил по его коже, словно играя, и в том месте, где он пробегал, проступали крошечные чешуйки.

– Садар, смотри на его кисть! Это невероятно! – Я осторожно сжала ладонь Нэда, не давая ему увести ее от столпа света.

Серебристый свет мерцал на зеленых пластинах, покрывающих руку мальчика. Невероятное зрелище. Трогающее до слез. Я и в самом деле ревела, и только чужой тихий всхлип привел меня в чувство.

– Эй! Ты чего? Испугался? Все же хорошо.

Мальчик неуверенно кивнул. Мне не видно было лица Нэда, но я чувствовала, как дрожат его плечи от перенапряжения.

– Думаю, на сегодня хватит, – твердо объявил Садар.

Я кивнула и попыталась осторожно вывести руку Нэда из сияющего столпа, нам надо было все взвесить и переосмыслить, но мальчик вдруг вцепился в меня. И хватка это была нечеловеческая, а драконья. Острые когти впились в кожу, я крепко стиснула зубы, чтобы не закричать, и почувствовала, как по руке течет кровь.

Так, сейчас главное не испугать мальчика. Порез, каким бы глубоким он ни был, затянется.

– Нэд, мы попробуем завтра снова.

– А если больше не получится? Если я не смогу…

– Сможешь! Обязательно. Надо только продолжать заниматься. Но сейчас лучше…

– Что здесь происходит?

Я испуганно вздрогнула и обернулась. В дверях аудитории возвышался Шандор, и, судя по выражению лица, Повелитель бронзовых драконов уже прекрасно понял, чем мы тут занимались. Или решил, что понял. Шандор был в бешенстве, я физически ощущала волны ярости, исходящие от него, нечеловеческие глаза полыхали алым на застывшем лице. Прошла секунда, другая, но Шандор оставался на месте, хотя уже должен был как минимум отшвырнуть меня от столпа света, но вместо этого он слегка повернул голову и… улыбнулся.

– Вижу, некоторым так нравится учиться, что они готовы заниматься круглосуточно.

От немедленной расплаты – или расправы? – меня спасало присутствие Нэда! Повелитель бронзовых драконов не хотел напугать мальчика.

– Мой повелитель! – тоненьким голосом воскликнул он и замер с открытым ртом.

Тут только я заметила, что Шандор прибыл не один. Позади него стоял Каддар. Увидев его, Нэд запустил свою руку в столп по самый локоть, и там, где серебристый свет соприкасался с кожей, она стремительно трансформировалась, превращаясь в чешую.

– Папа, смотри. Моя рука как у настоящего дракона!

Каддар протиснулся мимо Шандора и, отпихнув меня в сторону, сгреб Нэда в охапку.

– Папа! Не надо! Нет!!! – Покинув столп света, рука мальчика мгновенно вернулась в исходное состояние: исчезла чешуя, втянулись коготки, форма пальцев снова стала человеческой. – Что ты наделал?! Зачем? Ненавижу тебя!

Нэд яростно колотил кулаками по груди Каддара.

– Брат, я все могу объяснить. – Садар примиряюще вскинул ладони и шагнул к Шандору.

– Будь уверен, Серебряный, – объяснишь. Но чуть позже. Сперва я разберусь с ней. – Шандор медленно повернулся ко мне: – Ан-дароу Серебряна, когда ты возжелала изучать магию Алуны, я пошел тебе навстречу. Я надеялся, что это поможет тебе принять положение ан-даров в этом мире. Неужели, чтобы осознать свою никчемность, тебе нужно было использовать ребенка?

– Я всего лишь хотела помочь! Садар говорил, что вы ищите лекарство от проклятия…

– Нет никакого лекарства! Невозможно обратить вспять то, что уже заложено природой. Нэд родился бескрылым, и этого не исправить. Ему не изменить свою суть, точно так же как ты не в силах преодолеть свою.

– Вы же сами видел руку Нэда. Она была покрыта чешуей!

– Магия обмана, – не произнес – выплюнул слова Шандор.

Тут только я осознала, что он имел в виду, когда говорил о моей сути. Я была серебряной – и точка! Хоть в лепешку разбейся, но я никогда не докажу, что всего лишь хотела помочь маленькому мальчику осуществить свою самую заветную мечту. Шандор считал, что меня направляла Алуна, а я всего лишь выполняла ее приказ.

И когда же богиня снизошла до меня? Когда подчинила своей воле? Правильно! Когда я два часа обнималась с ее алтарем. Пришлось признать, что выводы Шандора не лишены своей логики. И все-таки кое-что не сходилось. И это кое-что заставляло меня медленно закипать от злости.

– Отлично! По-твоему, я предательница. А как же Садар? Он тоже, по-твоему, продался Алуне?

– Он сын своей матери.

Я не видела лица Садара, у меня просто не хватило духу повернуть голову и посмотреть на его реакцию, поэтому я просто ждала, что он ответит, но время шло, а в аудитории раздавались лишь тихие всхлипы Нэда и тихое бормотание Каддара, пытавшегося его успокоить. Не выдержав, я посмотрела через плечо – Садар стоял ссутулившись и смотрел в пол. Это было признание вины, полное и безоговорочное.

– Я слишком увлекся поисками истины, мой Повелитель.

– Нет, ты всего лишь слишком увлекся, отдавая свою магию серебряным накопителям, и у тебя с соображалкой теперь туго. А у вас какое оправдание? – Я посмотрела на Шандора в упор.

– Не зли меня, Серебряна, ты не в том положении.

– И какое же у меня положение? Ваша дракайна? Да не смешите мои тапочки, вас же воротит только от одного вида серебряной магии. Лирак!

Я попыталась ткнуть световой указкой в грудь Шандора, но тот ожидаемо отскочил в сторону, причем с такой поспешностью, словно в самом деле боялся. Нет, не за свою жизнь, Шандор боялся запачкаться. Просто потрясающе!

– Ширак! – Я активировала серебряный щит, который, по словам Светика, мог сдержать всего лишь одну волну драконьего огня.

Лицо Шандора исказила странная гримаса, мне даже почудилось, что дракон о чем-то сильно сожалел.

– Я не собираюсь наказывать тебя огнем, – отчеканил он.

– Очень хорошо. Но я тут изображаю из себя светляка совсем не поэтому. Каддар, прошу, уведи Нэда. Ему рано смотреть на такое. Не дракон, а оборотень какой-то! Те тоже при виде луны в припадке бьются, – пояснила я для тех, кто не в теме.

Как только Каддар увел Нэда, обстановка в аудитории заметно накалилась. Ничто больше не удерживало Шандора от того, чтобы наказать двух зарвавшихся экспериментаторов.

– Итак, мы выяснили, Повелитель Гардонора боится серебряной магии, – объявила я и начала раздеваться.

Гневный рык, зародившийся в драконьей глотке, перешел в глухой кашель, пылающие огнем глаза заметно округлились:

– Ариана, ты что творишь?