Миссия: спасти Землю

Глава первая. Шаг в никуда

Да-ан. Да-ан. Да-ан. Мягкий звуковой сигнал, сопровождаемый синхронизированной пульсацией голубого свечения под потолком, сообщил сотрудникам Якутского НИИ космофизики и времени (КФиВ), что рабочий день подошел к концу. Подсветка пола сразу стала мягче, и по тусклым плитам к выходу заспешили сотрудники разных отделов.

Несмотря на аврал, который всегда случается в последнем квартале года, трудовой график НИИ не нарушался ни на минуту, а трудомеры, размещенные на каждом этаже здания, функционировали, как отлаженные нейро-часы. Уже год за неоправданную переработку начальство начисляло автоматические штрафы, поэтому научная элита, заблокировав служебные помещения, торопилась из секретных лабораторий на свет божий.

– 18–15. Ключ сдан. Замыкающий Андреев, – холодным голосом произнес электронный вахтер, когда металлический прямоугольник с лазерной насечкой – ключ отдела перемещений во времени занял свой паз в стене за вахтой. – До свидания, Айсен Георгиевич.

Голос был адресован молодому человеку в очках и лабораторной светло-серой спецодежде. Его всклокоченные волосы и нелепая цветовая гамма футболки, торчащей из-под расстегнутого верха спецовки, диссонировали с минимализмом интерьера парадного холла НИИ, а сосредоточенный взгляд, самопроизвольные движения рук и запоздалые реакции свидетельствовали о том, что младший научный сотрудник Андреев не перестал думать о работе даже после того, как запер двери лаборатории и сдал ключ.

– Айс, ты в рабочем халате! Опять забыл переодеться? На работе надо думать о работе, а на досуге об отдыхе, – смешливый мужской голос вернул его в реальность.

– И бейдж не дезактивировал. Молодец! – присоединился к нему кокетливый женский. – Тебе надо научиться расслабляться и думать о чем-то еще, кроме своих экспериментов.

– Не учите его плохому, ему не до вас, – раздался третий, более возрастной. – А если серьезно, Айсен, пора уже взяться за ум. Нельзя быть таким недотепой. В кроссовках и футболке собрался на якутский мороз! И это в конце ноября. О чем ты только думаешь.

ИЗ ДОСЬЕ СЛУЖБЫ КАДРОВ НИИ КФиВ:

(Обновлено 10.11.2022 г. по итогам планового тестирования сотрудников)

Айсен Георгиевич Андреев, младший научный сотрудник лаборатории временных перемещений. Хороший специалист в своей области, эрудирован, однако не обладает необходимой организованностью, в том числе это касается и внешнего вида. Склонен нарушать дисциплину и трудовой график. Коммуникационные навыки ниже среднего. Не командный игрок. Интроверт. Подвергается насмешкам со стороны коллег, но реагирует спокойно. Лидерские качества отсутствуют.

Сотрудники соседних отделов сдавали ключи и посмеивались, глядя на Андреева. Все они были одеты в теплоемкие пальто и термокепки, вошедшие в моду в Якутске в сезоне осень-зима 2022–2023 года. Оглядев себя, Айсен смущенно улыбнулся.

– Летать-бороздить! Опять задумался, – он повернулся к вахтеру. – Можно открыть лабораторию? Вернусь переодеться.

– Не положено, – ответил робот.

Ожидаемый отказ вызвал дружный смех коллег, уже покидавших здание.

– Удачи, Айсен! Надеюсь, часа через два ты его уговоришь! – зазвучал женский кокетливый возле стеклянных дверей.

Айсен, не оборачиваясь на уходящих, махнул рукой в знак прощания и с умоляющим видом уставился на вахтера. Возникла пауза. Она длилась ровно столько, сколько потребовалось, чтобы последние из сотрудников скрылись за стеклянными дверями выхода.

Айсен сдвинул очки к переносице и оперся на стойку вахты.

– Одним из главных ваших приоритетов, уважаемый вахтер, является здоровье сотрудников института, а значит, согласно инструкции, вы обязаны способствовать тому, чтобы я смог надеть теплую одежду, соответствующую погоде. В противном случае я выйду на улицу раздетым, замерзну и умру. Это станет большой потерей для всего нашего института, уверяю вас. Да, что там институт! Для всей отечественной науки! В этом случае ваши действия, безусловно, будут квалифицированы, как умышленное причинение вреда здоровью и вас, конечно, отправят на дезактива…

Раздался щелчок. Через секунду Айсен уже держал в руках ключ. – Спасибо! Я быстро!

Он стремительно развернулся и побежал к лестнице.

Сегодня на работе прошел очередное тестирование в службе кадров. Просили написать о себе. Отделался от них стандартным набором шаблонов. Ну, а если серьезно…

О себе? Хм… что же такого рассказать о себе? В глазах общественности я лузер и недотепа. Но это не совсем так. В наш институт я попал не по блату, а потому что пять лет подряд выигрывал хакатоны. Работать начал еще со школы, для того, чтобы иметь самую лучшую начинку для компа. Я могу собрать необходимое оборудование из пары железяк и проволоки, имея только отвертку и пассатижи. А еще у меня фотографическая память и математический склад ума, что позволяет держать в голове результаты многих расчетов и анализировать их, не тратя времени на ввод данных в систему. Нет, пожалуй, я точно не лузер. Просто, не умею налаживать контакты с людьми. Может, мне записаться на курсы, чтобы подтянуть коммуникативные навыки? Да не, вряд ли. Во всяком случае, не сейчас.

Что еще? Девушка… Нет, ничего серьезного. Похоже, я не в их вкусе. Не такой слащавый, как BTS, и не такой брутальный, как Тейлор Лотнер. Это проблема. Иногда мне кажется, что я вообще не с этой планеты. Инопланетянин какой-то… Интересно, какие они – пришельцы? Повидать бы одного из них, может, сошел бы у них за своего.

В общем, над самопиаром еще нужно поработать. Но, я думаю, скоро все изменится. Как только я закончу новую серию экспериментов, проведу расчеты и смогу осуществить… впрочем, пока это секрет.

Айсен добежал до поворота на лестницу и со всего размаху налетел на троих сотрудников Отдела изучения внеземного вмешательства. Черт! Он думал, что в здании уже никого нет.

От столкновения ключ вылетел из нагрудного кармана на пол и залетел в щель под плинтусом.

– Андреев, аккуратнее. Необязательно к своей рассеянности добавлять еще и заполошность, – произнес один из подошедших, неприязненно посмотрев на взлохмаченного ученого. В отличие от него, говорящий был настоящий педант, а такие, как правило, не прощают окружающим их недостатки.

– Извините, – буркнул Айсен.

Пока он выковыривал ключ, крепко застрявший в щели, троица из «внеземного» подошла к вахте.

– 18–23, ключ сдан, замыкающий Нойский, – произнес вахтер. – До свидания, Альберт Викторович.

Высокий худой брюнет не счел нужным ответить электронному вахтеру. Зато, пока его сослуживцы сдавали ключи, Нойский с подозрением глядел на Андреева.

Он наконец вытащил ключ и с досадливым видом побежал вверх по лестнице. Нойский смотрел ему вслед.

– От некоторых сотрудников нашего института никакого толку. Зачем такие идут в науку? Один хаос. Возможно, стоит поговорить с его начальством? – слова Нойского были поддержаны активным киванием подчиненных. – Если его место освободится, я мог бы пристроить туда своего племянника.

– Альберт Викторович, ваши ботинки снова оставили черные полосы на полу холла, – прожужжал электронный охранник. – Надевайте бахилы.

– Ничего страшного. Вытрешь. Для того ты здесь и поставлен, железяка, – ответил Нойский и, смерив вахтера презрительным взглядом, покинул институт.

Только что на планерке познакомился с пренеприятным типом. Альберт Викторович Нойский – так его зовут. Начальник отдела космического вмешательства. Бррр. Нет, мы, конечно, пересекались в коридорах нашей конторы, ведь я уже работаю здесь полгода (устроился в 2019-м, сразу после универа). И с ним, как со всеми остальными, я прилежно здоровался. Но Альберт Викторович кому попало на приветствия не отвечает. Я – птица не его полета. Мои предложения по улучшению работы между отделами он поднял на смех. Даже не разобрался. Я, конечно, поговорю с руководством, но это, наверное, усложнит и без того непростые отношения с начальником «внеземного» отдела.

(12.03.2020. 20–01)

Разжевал директору свои предложения. Он одобрил. Утрись, Нойский!

Кстати, в институте этот Альберт Викторович давно, и тема, над которой работает его отдел, просто бомбическая – «Возможное присутствие внеземных цивилизаций в эпоху палеолита». Эх, если бы не его характер, могли бы сотрудничать. Говорят, раньше он был ничего, но потом – бац! – сознание переменилось. Но по мне, так он просто высокомерный жлоб. Слышал, он даже пытался писать диссертацию «Люди высшей расы», но руководство ее прикрыло. Еще бы! Надо же такое придумать. Я не физиономист, но внешность у него, по-моему, соответствует характеру: худой, нервный, длинная челка, губы, даже когда закрыты, говорят тебе: «Ты ничтожество». Короче… не мой герой. Но обсуждать коллегу я ни с кем не буду, только со своим дневником.

Лаборатория по изучению временных перемещений располагалась в западном крыле здания и занимала внушительную площадь. Помимо расчетных панелей, рабочих столов с тактильным управлением и другого супер-современного оборудования, в ней разместился недавно собранный временной портал – первый на Евразийском континенте. С начала этого месяца сотрудники приступили к тестированию уникального оборудования.

Айсен зашел в лабораторию и плотно, до щелчка блокиратора закрыл за собой дверь. Потолок стал матово-белым. Он направился к своему столу, попутно вытаскивая из шкафов необходимые бумаги.

– Уф! Поверили, что я забыл переодеться! Но, дорогие мои коллеги, я ничего и никогда не забываю. Я вообще очень умный, как бы свысока вы ко мне не относились. А еще я перспективный, обладаю фотографической памятью и… а, черт! – Айсен врезался в приоткрытую дверцу шкафа. – Летать-бороздить! Какой гад оставил ее открытой! – Андреев потер ушибленную переносицу. – Похоже, это я сам – умный и перспективный.

Он засмеялся и, все еще потирая переносицу, подошел к столу. Здесь в прозрачном боксе разместилась полная коллекция Лего-Мстителей. Сдвинув ее в сторону, Айсен разложил на столе бумаги с зарисовками. Привычка делать карандашные наброски происходящего, помогала МНС (младшему научному сотруднику) сосредотачиваться.

– Так, что тут у нас? Необходимые расчеты проведены, все проверено и перепроверено и, похоже, теперь я готов к испытанию.

Андреев включил видеоблокнот. Полупрозрачная панель над столом засветилась, потом потухла.

– Опять барахлит, – с досадой сказал Айсен и с силой топнул ногой возле стола. От микроколебания панель засветилась снова. Видеозапись началась, а по нижнему краю поползла строка буквенной кодировки речи.

– Итак, запись номер пять. Сегодня я закончил все расчеты. Согласно данным экспериментов (слушайте запись 2, 3, 4), далеко не все живые существа могут безопасно перемещаться во времени. Малейшее отклонение в артериальном давлении или иные физиологические характеристики нестабильного характера делают перемещение крайне опасным для жизни. (Айсен поднял рисунки до объектива видеоблокнота). Вчерашний опыт на крысах показал, что гипертоников расщепляет на обратном пути. Пониженный сахар тоже является проблемой – он способствует впадению в безвозвратную кому. А обезвоженность, даже незначительная, приводит к полному высыханию объекта в процессе перемещения.

Андреев грустно посмотрел на стеклянный морозильник, где стояли контейнеры с невезучими грызунами.

– Но есть и хорошие новости! Три абсолютно здоровые особи – Халк, Тор и Капитан Америка – прекрасно перенесли перемещение на десять, пятнадцать и двадцать минут соответственно.

Андреев бросил взгляд на клетку, где сидели три белые крысы – одна с зеленой полосой на спине, другая с красно-синим пунктиром. Третья не нуждалась в цветовой дифференциации, так как была одноглазой.

– Эта удача говорит нам только об одном: сегодня я, Айсен Георгиевич Андреев, младший научный сотрудник, я бы даже сказал «самый младший научный сотрудник», совершу переход и тем самым открою эру трансвременных путешествий для человечества.

Андреев подошел к Воротам времени и дотронулся до панели управления. Она засветилась приятным светло-бирюзовым светом. В тот же тон окрасился контур ворот, прямо под которыми обозначился небольшой круг. Айсен снял очки и наглухо застегнул спецодежду. Его пальцы быстро побежали по клавиатуре и в строке отправления появились цифры: 30.11.2022. Андреев взглянул на свои нейро-часы:

– 18–45. Теперь время прибытия, – он на секунду задумался. – Думаю, пятнадцати минут хватит.

Пальцы набрали ту же дату, но другое время. Закончив с приготовлениями, Айсен обернулся к блокноту. Лицо его стало непривычно серьезным.

– Если я не вернусь или вернусь пострадавшим, это будет исключительно моей виной. Все, что я сейчас делаю, я делаю во благо науки, ибо я ученый и хочу посвятить изучению времени всю жизнь. Я сам принял это решение и сам несу за него ответственность.

Он коротко вздохнул, взъерошил волосы и добавил в своей обычной веселой манере:

– Надеюсь, мне повезет.

Андреев сделал шаг вперед, встал на круг, и тот сразу засветился ярче, объяв экспериментатора столбом зеленоватого света. Айсен решительно нажал кнопку «Старт» на панели. Светящиеся ворота слегка задрожали, раздался электрический треск, и в тот момент, когда зеленое свечение стало ослепительным, он увидел (или показалось?), что дверная ручка лаборатории подергивается, будто кто-то пытается открыть дверь.

В следующую секунду зеленые врата ослепительно вспыхнули и тут же погасли. Треск утих. Лаборатория приобрела свой обычный вид. Все было как прежде. Все, кроме одного – перспективного ученого с лохматыми волосами в кабинете больше не было.

Глава вторая. Неудачное возвращение

Вспышка!

Тишина.

Долгая, долгая тишина…

В первую долю мгновения казалось, что зеленоватый свет, поглотивший его, был просто невероятно ярким. Но затем потоки фотонов буквально растворили тело. Стало больно. Боль была такой, что Айсен раскрыл рот для крика. И он закричал. А может, это осталось на уровне желания, потому что вокруг не было ни звука. Только звенящая тишина и все растворяющее в себе сияние.

Прошла вечность или около того. Ощущение времени, пространства и силы тяготения исчезли. Айсен даже под пыткой не сказал бы, сколько продолжалось перемещение.

Перемещение! Вот зачем он здесь. Он успел забыть, почему стоит тут, посреди сжигающего живьем зеленого столба. Но теперь память вернулась. Айсен осознал, что работа Временных ворот закончилась, однако не мог понять главного, удался ли его эксперимент. Глаза различали только монохромные силуэты, и чтобы привыкнуть к обычному освещению кабинета, Андрееву пришлось болезненно жмуриться. Раз. Еще раз.

«Одно можно сказать точно: я не умер. Кажется», – подумал Айсен.

Он попробовал ощутить руки и ноги. Оказалось, они на месте.

«Похоже, и не расщеплен. А это еще одна хорошая новость данной минуты.

Кстати, о минутах. Сколько сейчас времени? Нужно срочно посмотреть на нейро-часы!»

Андреев еще раз зажмурился, а потом широко раскрыл глаза. Силуэты предметов стали вполне четкими и обрели цвет. Айсен обвел взглядом кабинет. Так… Вот рабочий стол с панелью видео-блокнота. Вот морозильник с жертвами неудачных экспериментов. Слева клетки с пищащими Халком, Тором и Капитаном Америкой. Возле входной двери мужик в сером костюме. Дальше шкаф с документами… Стоп!

СТОП! Мужик в костюме?! Айсен вытаращил глаза в сторону все еще плохо различимого объекта и замер.

– Так-так, Айсен Георгиевич, – произнес костюм нервным фальцетом директора НИИ КФиВ Никодима Эрастовича Блинова. – Вижу, вы развлекаетесь?

Итак, закончилась моя первая неделя на новой работе. Помаленьку знакомлюсь с коллективом. И первый  – директор. Никодим Эрастович в науке человек неслучайный. Он в ней давно и всю сознательную жизнь провел на руководящей работе. Год назад ему доверили руководить Институтом космофизики и времени, и Блинов взялся за дело. Ну, как взялся… «Работайте, товарищи, но только так, чтобы ничего не натворить», – примерно так наш директор заканчивает собрания трудового коллектива. Если я правильно понял, теперь это девиз всего нашего НИИ. А жаль, потому что хочется работать, экспериментировать – в общем, что-нибудь натворить.

Примечание. Есть в руководстве Блинова Н.Э и положительные стороны. Говорят, с его появлением столовая института стала в разы лучше.

Разговор был неприятным. Никодим Эрастович, несмотря на свою полную фигуру, энергично ходил по кабинету, размахивал руками и кричал. А младший научный сотрудник стоял в Воротах времени с виноватым видом, как плохой голкипер, пропустивший решающий мяч.

– Вы что, хотите всех нас под монастырь подвести?! – задыхался от возмущения директор. – И это в конце года! Когда решается вопрос финансирования наших экспериментальных программ, и вашей – вашей! – в том числе. Я уж не говорю о том, что вы подставляете свое руководство, и это накануне юбилея.

– Извините, я не понял, юбилей у всего руководства? – как-то устало спросил Айсен.

– Нет!! Юбилей у меня! Но подарок вы приготовили для нас всех, – директор продолжал энергичную ходьбу, и от этого Айсена начало подташнивать. После перемещения он чувствовал себя слабым. Пришлось сесть на стул.

– Хорошо, что Альберт Викторович позвонил мне и предупредил о вашем подозрительном поведении. Хорошо, что я как раз задержался на работе и успел предотвратить ваши безответственные фокусы. Я был вынужден идти на вахту и брать запасной ключ, а у меня, знаете ли, астма, – Блинов остановился перед подчиненным и заговорил чуть спокойнее. – Ну, объясните мне, Андреев, о чем вы думали? Вы что, хотели, чтобы вас пополам разорвало, как крысу? Это ж хорошо еще, что Ворота не сработали. Вспыхнули, да погасли. А то неизвестно, чем бы все это закончилось.

Айсен удивленно поднял голову на директора, потом перевел взгляд на свои нейро-часы.

– Вы ошибаетесь, Никодим Эрастович.

– В чем, Андреев? В чем я ошибаюсь? – опять добавил оборотов Блинов. – В том, что вы крыса? Или что проводить такого рода эксперименты в одиночку безответственно? Или в том, что…

– В том, что эксперимент не состоялся, – с затаенным торжеством произнес Айсен. – Меня не было в кабинете пятнадцать минут!

Повисла пауза. Директор Блинов застыл с неоконченной фразой. Его лохматый и немного бледный подчиненный кивнул для убедительности, как бы подтверждая только что сказанную новость.

– Вы хотите сказать… хотите сказать… что вы переместили себя во времени?

Андреев кивнул еще раз. Никодим Эрастович сел на соседний стул и вытер лысину платком.

– Это же… это… эээээ, – директор посмотрел на соседа так, словно видел его впервые. – Это фантастика! Андреев! Вы понимаете, это фантастика!

– Вот именно! – Айсен Георгиевич вскочил со стула. От его вялости не осталось следа. Он подошел к своему столу и остановил запись видеоблокнота.

– Здесь, – показал он на панель, – здесь все записи, все расчеты и наблюдения. Я все точно рассчитал, все перепроверил. Я был уверен, что все получится. Начальство не решалось и думать о перемещении человека, не верили мне. Но ученый должен быть смелым, так ведь? И я принял решение. И сделал это! – он радостно хлопнул по столу, и панель вновь принялась записывать. Айсен нетерпеливо вырубил ее. – Теперь мы, опережая график на два месяца, можем рапортовать о научном прорыве! Уже завтра о нас сообщат во всех мировых СМИ. Только представьте: «Айсен Андреев, никому не известный сотрудник якутского НИИ Космофизики и времени, стал первым путешественником, пронзившим временной поток! Молодой ученый совершил научный подвиг масштаба Розье, Кюри, Кусто, Гагарина, Барри Маршала!» Здорово, правда?

Блинов с потрясенным видом смотрел на молодого ученого и слегка потряхивал головой.

– Ну? Я ведь как Гагарин, понимаете? Здорово же? – повторил Айсен. – Как вы думаете?

– Да-да, Гагарин – это здорово, – Блинов еще раз протер лысину. – Я думаю, Андреев, с завтрашнего дня вы уволены.

Только что уволили. Блинов сказал что-то о стратегической важности, наблюдении спецслужб и катастрофах планетарного масштаба, которые обязательно случатся по моей вине. В общем, голливудский блокбастер. Только для меня все закончилось в самом начале фильма.

The end. Титры.

Глава третья. Бесповоротные решения и поворотные моменты

– Сегодня 6 декабря 2022 года. На улице туман, ветер северный 1–3 метра в секунду. Температура воздуха –470 градусов мороза. Наблюдается небольшая магнитная буря вследствие вспышки на солнце. За городом в вечернее время можно будет наблюдать северное сияние. Следующая остановка «Институт Космофизики и времени».

Голос из репродуктора затих, сменившись приятной музыкой, двери электробуса мягко раскрылись, и пассажиры вышли на мороз.

Младший научный сотрудник НИИ КФиВ Андреев сегодня шел на работу позже обычного. Причин торопиться не было. Принятое накануне решение бросить все к чертовой матери лишь окрепло к утру, и помятый от бессонной ночи ученый топал в родной институт в последний раз.

За эту неделю Айсен пережил столько неприятностей, сколько не сваливалось на него в течение всей жизни. Приказ об увольнении отменили, но радоваться было нечему. За самовольное проведение опасного эксперимента ему впаяли строгий выговор и лишили годовой премии. И понизили в должности! Его место занял какой-то мажор (говорят, племянник Нойского), а самого Андреева временно перевели в лаборанты и лишили права замыкающего. Теперь он не должен был оставаться в лаборатории последним или находиться там один. Коллеги не знали всех деталей случившегося, однако количество насмешек над лохматым неудачником увеличилось в разы.

Но не это так расстраивало ученого. Катастрофа заключалась в другом: все документы, расчеты и видеозапись перемещения были изъяты руководством института. Попытки поговорить, объяснить свои мотивы и рассказать о ходе эксперимента разбивались в приемной о холодное «директор занят подготовкой к юбилею, просил не беспокоить». Научный подвиг, самоотречение, риск, прорыв оказались никому не нужны. Ну и к черту все! Андреев решил уволиться.

Сейчас на пороге института, вдыхая туман декабрьской улицы, он еще раз пошагово продумал свой последний визит: 1. забрать личные вещи, рисунки и коллекцию Мстителей; 2. незаметно запихать в спортивную сумку Халка, Тора и Кэпа; 3. зарегистрировать в трудомере заявление об увольнении. Все!

Айсен сделал решительный вдох-выдох и потянул на себя замерзшую на морозе ручку.

Как ни странно, электронного вахтера на своем месте не было. Вместо вечного дежурного сидела грузная женщина в форме ЧОПа. «Дезактивировали все-таки старика», – решил Айсен, поздоровался с ЧОПовкой и пошел дальше. Разбираться в кадровых перестановках вахты ему было недосуг.

Первый этап прошел почти без заминок. Не обращая внимания на насмешливые взгляды коллег, он поднялся по лестнице. Уже наверху ему кто-то сунул в руку открытку с аудиопоздравлением. Айсен раскрыл.