Искупая грехи

Пролог

Куртка была разодрана и продолжала намокать от крови. Алые ручейки медленно вытекали из ран оставленных несколькими пулями. Алекс неспешно шёл по мокрому асфальту, буквально пробиваясь сквозь стену проливного дождя, окутавшего столицу своей непроглядной пеленой. После всего, что произошло сегодня, ему остался последний в его жизни бой, и он был к нему готов.

Несмотря на сильную боль, Алекс продолжал идти вперёд, не останавливаясь и не оборачиваясь.

– Как же всё-таки хорошо жить! – подумал он и ещё крепче сжал холодный, бескомпромиссный и так хорошо знакомый, пластик рукоятки автомата.

Можно ли изменить мир, имея в запасе всего двадцать четыре часа? – спросил сам себя и тут же ответил, – скорее всего, нет!

Алекс поднял глаза и посмотрел вдаль, где десятки автомобилей в огнях красных и синих проблесковых маячков неслись по лётному полю аэропорта.

– Можно сколько угодно пытаться изменить себя, но не более… Многим людям, живущим, казалось бы, полной жизнью, этой самой жизни и не хватает на то, чтобы осознать всё многообразие жестокости, тесно связанной с красотой и миролюбием окружающего нас мира. Лишь единицы на протяжении отведённого жизненного пути пытаются хоть что-то изменить, мне дали на это только 24 часа.

И это моя история!

Глава 1

– Построиться! – крикнул младший сержант.

Отрепетированным движением, доведённым до автоматизма за несколько лет службы, он открыл кормушку камерной двери и заглянул внутрь.

Два человека в чёрных тюремных робах встали со шконок и построились вдоль небольшого металлического стола, вмонтированного в пол посреди небольшой камеры.

Тюремное помещение представляло собой маленькую бетонную комнату. Толстые металлические прутья тяжёлыми оковами нависали на крохотном грязном окне, практически не давая шансов лучам солнца проникнуть в эту хмурую комнатушку. Обшарпанные стены уже много лет не видели свежей краски. Пол покрывали громко скрипящие деревянные доски, прогнившие в некоторых местах на столько, что между ними зияли большие отверстия, к происхождению которых явно были причастны крысы. Огромные и мерзкие, они пожирали всё на своём пути, даже то, что казалось просто невозможным. Тут они являлись яркими представителями местной фауны. Бесчисленное количество этой «пушистой заразы» обитало под половицами. Твари прогрызали ходы в толстых плитах стен и, подобно кровеносной системе, пронизывали все здание, шустро неся по «сосудам» зоны свои зловонные шкурки.

В дальнем углу камеры ютился ржавый умывальник, в котором вместо смесителя использовалась простая пластиковая бутылка, закреплённая под торчащими из стены трубами, также имеющими характерные следы проступающей ржавчины. Санитарный узел был слегка отделён от спального помещения символической перегородкой, а вместо двери весела пожелтевшая от старости и грязи, источающая дикий смрад, занавеска. Но как бы то ни было, за многие годы, проведённые в этом месте, условия содержания, да и в целом тюремный быт, уже давным-давно стали «нормальными» для обитателей этого маленького своеобразного мира. Ведь давно известно и научно доказано, что человек по своей природе способен привыкать к новым условиям и адаптироваться в них не хуже таракана.

Снаружи послышался звон ключей. Старая ржавая дверь со скрипом отошла в сторону и в камеру зашли два сержанта дежурной смены. На вид им было не больше двадцати пяти, но камуфляжная форма, висевшие на поясе резиновые дубинки и свойственная наглость манер, заставляла даже матёрых сидельцев считаться с их требованиями.

Правила внутреннего распорядка тюрьмы, люди, для которых эта зона стала буквально даже не вторым, а первым домом, знали назубок.

– Осуждённый Семенов Александр Владимирович, 1978 года рождения, осуждён по статьям: 105 – часть 1, пункты а, б, з, л; часть 3 статьи 30, срок 25 лет, – словно скороговорку, быстро проговорил один из них и отошёл к стене, освобождая проход в камеру.

Это был высокий мужчина. На вид – лет сорока, имеющий очень крепкое телосложение, острые черты лица и волевой, но выдающий его нелёгкую судьбу, взгляд. Не смотря на то, что чёрный балахон тюремной робы был сшит не по размеру, подтянутая фигура даже при беглом взгляде выдавала в нём бывшего спортсмена или военного.

Стоящий рядом с ним человек выглядел значительно моложе, одет он был в абсолютно такую же робу, хотя и имел куда более скромные физические данные. Уставшее лицо и отрешённый взгляд выдавали в нём наплевательское отношение ко всему происходящему вокруг.

Подождав пока сокамерник закончит свой доклад, он монотонно сквозь зубы процедил:

– «Осуждённый Пархоменко Сергей Петрович, 1985 года рождения, осуждён по статьям: 105 часть – 1 пункты а, б; часть 3 статьи 228, срок 17 лет.

– Семенов, на выход! – скомандовал один из сержантов, демонстративно постукивая резиновой дубинкой о металлический откос входной двери.

При выходе из камеры на запястья Алекса, как уже на протяжении многих лет называл Александра его друг по несчастью и сокамерник в одном лице, надели металлические браслеты. Его повели вдоль длинного коридора, по которому содержащихся в специальном блоке усиленного режима осуждённых ежедневно выводили на прогулочные дворы. Пара часов, отведённых для прогулок в этом крошечном дворике, пролетали молниеносно. Каждый зэк пытался до последней минуты насладиться открытым небом, поймать блеск яркого солнца, так сильно обжигающего глаза и заставляющего жмуриться, чувствуя, как его лучи нежно касаются кожи и тёплым пледом обволакивают тело.

Но на этот раз маршрут почему-то оказался совершенно иной. Его повели в административный корпус, куда в обычное время осуждённым входить было строго запрещено.

Охранники завели Алекса в помещение, явно непредназначенное для встречи осуждённых с кем бы то ни было. Он понял это окинув беглым взглядом вычурный кабинет. В нём не было ни привычного металлического стола, ни отгороженного решёткой стула. Это был обычный большой кабинет…

Хотя, слово «обычный» не совсем подходило для описания этого помещения. В центре стоял внушительных размеров стол. Он имел глубокий благородный цвет с мелькающими на солнце тёплыми медовыми оттенками. Деревянная столешница, украшенная красивым резным орнаментом, выдавала благородное происхождение сие изделия. Придвинутые к этому роскошному чуду стулья ничуть не уступали по красоте самому столу, а занавески на окнах в точности повторяли орнамент столешницы.

Во главе сидел незнакомый человек. Одет он был в синюю, хорошо отглаженную прокурорскую форму. На плечах поблёскивали золотистым цветом большие звезды, на груди пришита орденская планка, указывающая на наличие множества медалей за невесть какие заслуги. В целом, незнакомый человек выглядел довольно приятно. На вид – не больше сорока пяти лет, весьма подтянутое тело, наверняка «сделанное» отличным тренером. Загорелая кожа вкупе со светлыми волосами, лежавшими в аккуратной стрижке, давали яркий контраст. Ровные белоснежные зубы были главной составляющей шикарной улыбки, которой он, наверняка, свёл с ума ни один десяток женщин. При всей идеальной внешности, что-то в нём было пугающее и отталкивающее. Некое чувство опасности, перемешанное с подсознательным отвращением, закралось в мозг.

Офицер перебирал принесённые им в кожаной папке документы, но как только увидел, что в помещение ввели нужного ему человека, тут же встал из-за стола и подошёл к Алексу.

– Александр Владимирович, присаживайтесь, – уважительным тоном, но явно наигранно, сказал прокурор и указал рукой на противоположный край стола.

– Товарищи сержанты, пока можете сходить покурить, – непринуждённым, но властным тоном попросил офицер, явно не приемля отказа.

– Есть, товарищ подполковник! – браво отрапортовал один из сопровождавших и они оба вышли за дверь.

Алекс насторожился, ведь он не был готов к подобному посещению, да и если уж говорить честно, то вообще к какому бы то ни было визиту. За те долгие годы, проведённые в этих стенах, его уже давно перестали посещать родственники, старые друзья, хотя их вряд ли когда-то можно было назвать таковыми. У всех этих людей давно была совершенно другая жизнь, в которой нет места для одинокого зэка, олицетворяющего не самое хорошее прошлое, которое большинство из них старались забыть навсегда.

Уголовное дело, по которому Алекс находился в этом учреждении, состоявшее из двух десятков толстых томов, уже давно отправлено пылиться в полицейские архивы, так что посещение прокурора было для Алекса не самым ожидаемым событием последних лет. Но он никак не выдавал своего удивления и вообще старался вести себя сдержанно и непринуждённо.

Провалившись в мягкое кресло, Алекс посмотрел на прокурора, пытаясь по внешнему виду и взгляду распознать цель их неожиданной, по крайней мере для него, встречи, но прокурор опередил его мысли.

– Тень? – неожиданно спросил он и хитро прищурился.

– Что, простите? – насторожился Алекс.

– Тень! Вас ведь так называли в своё время? – повторил вопрос офицер.

– О каком ещё своём времени Вы меня спрашиваете? – Алекс упорно создавал вид человека, не понимающего, о чем идёт речь.

– Да бросьте, Александр Владимирович, я прекрасно знаю, кто Вы такой и что гораздо более важно – то, кем Вы были раньше.

– Я уже давно завязал с прошлым, гражданин прокурор, теперь я стал другим человеком.

Алекс прекрасно понимал, что начавшаяся с такого вопроса беседа явно не сулит ничего хорошего, но продолжал сохранять каменное спокойствие и вид непринуждённого общения.

– Почти одиннадцать лет назад я принял решение выйти из этого, скажем так, бизнеса, а как Вы сами знаете, гражданин прокурор, сделать это можно только двумя путями, я выбрал тот, который не ведёт в могилу, – в голосе прорезался металл.

– Знаю-знаю, – поспешил успокоить офицер, – ах да, я же совсем забыл представиться – Тарасов Алексей Дмитриевич, являюсь действующим заместителем прокурора по городу Москва, – подчёркнуто важно произнёс он. – У меня к Вам есть одно небольшое, но крайне важное для меня, предложение, – он хитро улыбнулся и прищурился, – как бы это сказать, частного характера.

В глазах прокурора мелькали огоньки, казалось бы, самая обычная улыбка издавала отблески ядовитой гримасы, и это только подтвердило мысль о том, что предложение от человека, сидевшего напротив, не пройдёт гладко и без неприятных последствий.

– Я уверен, что ничем не смогу Вам помочь, – перебил его Алекс.

– Не спешите с выводами, Александр, я думаю, что как раз именно Вы, и только Вы сможете нам помочь, – не обратив внимания на грубость со стороны собеседника, как ни в чём не бывало, продолжил прокурор.

– Вам знаком один очень влиятельный человек – Державин Альберт Петрович, который сейчас возглавляет одну из крупнейших корпораций в России, да и, в принципе, во всём мире. Именно его компания несколько лет назад начала разработку нефтяных месторождений в Арктике и на шельфах дальневосточных регионов.

– Возможно, я видел его по новостям. И что с того? – спросил Алекс, вновь перебив прокурора.

– Сейчас уважаемый Альберт Петрович входит в десятку богатейших людей планеты, и амбиции, созданной им корпорации, уже начинают выходить на уровень разработки космической программы по добыче полезных ископаемых на околоземных небесных телах, но всё это в будущем и особо к делу не относится, – прервал свой же рассказ прокурор.

Алекс, не произнося не слова, пристально смотрел в горящие глаза собеседника

– Одиннадцать лет назад у господина Державина трагически погиб единственный сын, который сегодня бы являлся наследником его многомиллиардной корпорации, – глядя на реакцию собеседника, продолжил говорить прокурор, – если сказать точнее, его убили!

– Соболезную, – холодно ответил Алекс, – зачем мне знать это?

– Тогда дело так и не получило хода, так и оставшись в статусе нераскрытого. Однако в последнее время всплывает всё больше и больше разной информации. Часть источников едва ли заслуживают доверия, но малые из них способны приоткрыть завесу тайны.

Тут Алекс почувствовал, как капельки холодного пота начали скатываться по его спине, заставляя непроизвольно передёрнуть плечами.

Он вспомнил всё…

Глава 2

Тот день выдался пасмурным и дождливым. Цель, которую Алекс выслеживал уже несколько месяцев, с минимальной охраной находилась в одном из ночных клубов в центре столицы, попасть в который без приглашения не представлялось возможным. Здоровые лысые бугаи, скрестив руки, и демонстративно оголив рельефные мышцы, стояли на входе в заведение.

Заказ на цель Алекс получил несколько месяцев назад. Этот, казалось бы, абсолютно рядовой, если убийство человека можно назвать таковым, «заказ» должен стать одним из последних дел, которые он обязан был выполнить в обмен на спасение своей семьи.

Информацию о цели как обычно передал сторонний курьер. В папке находилась фотография и чек на четверть миллиона долларов, хранившихся на счёте в одном из отделений банка «Banque Cantonale de Fribourg» в Швейцарии.

На фото изображён молодой парень лет двадцати, стоявший на фоне яркого спортивного автомобиля. Держался он при этом за большую грудь какой-то девушки далеко не рядовой внешности. На обратной стороне фотографии каллиграфическим почерком выведено: «Державин Артём Альбертович».

С тех пор Алекс начал беспрестанно собирать данные, в которые входило всё, что только можно узнать о человеке: с кем он спит, когда и с кем ходит в то или иное место, сколько человек из числа личной охраны его сопровождают. За пару месяцев удалось собрать достаточно информации, чтобы без особого риска устранить объект. Алексом был выбран день, когда Артём собирался очередной раз пойти в клуб для избранных членов золотой молодёжи столицы.

Почти вся личная охрана Державина младшего осталась снаружи возле чёрного бронированного мерседеса и джипа сопровождения. Здание этого пафосного заведения было ярко освещено сотнями светодиодных огней. Благодаря им, свет разливался на несколько десятков метров вокруг. Весело бегая по фасаду, огни создавали извивающиеся геометрические фигуры совершенно невообразимых форм и размеров, а над главным входом висела огромная неоновая вывеска с названием клуба. Под ней ярко светилась фраза: «Бери от жизни всё и сразу».

Попасть в заведение можно было только при наличии VIP карты со специальным, не поддающимся копированию, ID кодом. Однако единственный плюс этих карт был в том, что они не были именными, а значит, не содержали данных о своих владельцах. Всё это сделано для того, чтобы сохранить конфиденциальность держателей этих самых карт, порой занимающих весьма высокие посты на всех политических и экономических площадках Москвы и России в целом.

Карту лично выдавал владелец клуба и, по совместительству, один из влиятельнейших людей города, контролирующий почти весь игорный бизнес, владелец самых престижных ночных клубов столицы.

Возле главного входа как всегда стояли дорогущие автомобили, привычно толпились люди, желающие попасть на утопический праздник жизни, устроенный самопровозглашённой элитой города. Каждый из желающих войти внутрь, пытался всеми доступными ему средствами показать свою причастность к этому, по их мнению, высшему обществу.

Подойдя к входу, Алекс достал сигарету из мятой пачки и закурил. В запасе было порядка трёх минут, пока не выйдет один из посетителей клуба и не направится к небольшому тихому переулку, заставленному мусорными контейнерами.

Алекс знал это, потому что человеку должна была позвонить подружка. Приставленная «Агентством» ослепительная красавица, с которой он, якобы случайно, познакомился пару недель назад, и которой удалось быстро втереться в его доверие. За это время «Агентство» выяснило, что этот безобидный человек является одним из членов влиятельного бизнес-сообщества, однако, это нисколько не мешает ему заниматься отмыванием грязных денег через подставные фирмы, а так же похищением людей и вымогательством.

Ровно в оговорённое время нужный посетитель вышел из клуба, пытаясь подальше отойти от оглушающего грохота доносившейся из недр заведения музыки. Цель была проста. Звонящий на телефон абонент ни в коем случае не должен был заподозрить, что вопреки данным обещаниям провести романтический вечер вдвоём, он гуляет с другими девками и пьёт алкоголь в ночном клубе. Мужчина направился в тихий переулок решить все телефонные дела, а потом вновь вернуться и продолжить тусовку. Алекс бросил догорающую сигарету на асфальт и, потушив её каблуком черных лакированных туфель, тихим неспешным шагом отправился вслед за ним.

– Да, да, милая, – пробормотал мужчина. – Конечно я помню. Ну, дела подвернулись, партнёры по бизнесу встречу организовали. Я как закончу сразу к тебе, моя сладкая конфетка. Чмоки.

Звук капель дождя, звонко разбивающихся о мокрый асфальт, заглушал и без того тихие шаги. Парень увлечённо общался по телефону, особо не смотря по сторонам. Тихий хлопок пистолетного выстрела, приглушенного накрученным на ствол глушителем, слился с дождём и звуком оседающего на асфальт безвольного тела. Подобрав упавшую отстреленную гильзу, Алекс быстрыми шагами подошёл к телу. Пошарив по карманам ещё секунду назад белоснежного, а сейчас заляпанного кровью дорогого пиджака, он нашёл нужную карту и сунул себе в карман.

– Тяжёлый, блин, – выругался Алекс, засовывая обмякшее тело в мусорный контейнер. От пистолета тоже пришлось избавиться во избежание проблем при осмотре на входе, а обыскивала охрана любого посетителя, невзирая на статус и положение.

– Извините, но таковы правила нашего заведения, – оправдывается охрана и тут же вежливо добавляет, – это исключительно для Вашей же безопасности.

По карточке Алексу без труда удалось попасть внутрь. В главном зале шумела оглушительная музыка, множество человек хаотично танцевали в центре зала, пытаясь улавливать звуки электронных нот, играющих в лучах лазерной подсветки и искусственного дыма, создающего эффект нереальности пространства, окружающего подвыпивших посетителей.

Вокруг танцпола располагались столики, за ними, дымя густым ароматным дымом паровых коктейлей, сидели надменные посетители клуба, в лицах которых читалась уверенность в том, что они короли, так сказать, «элита» среди остального быдла, расхаживающего по улицам их города.

На некоторых столах обнажённые девицы ловко, словно профессиональные гимнастки, крутились на пилонах, извиваясь, с необычайной лёгкостью выполняя сложные акробатические трюки, развлекая богатых клиентов. Эти нагловатые типы окидывали девушек сальным, полным похоти взглядом, засовывая деньги им в тонкие, почти прозрачные трусики.

Подойдя к барной стойке, Алекс заказал бокал пива. Бармен легко и непринуждённо покрутил бутылкой в руках. Одним слаженным, хорошо отрепетированным движением открыл пробку, подставил стакан, в который тут же с лёгким шипением полился пенный золотистый напиток.

Взяв с собой бокал и оставив деньги на стойке, Алекс пошёл к VIP ложе, которое было слегка отделено от танцевальной площадки и общих столиков, но при этом имело прекрасный обзор на весь зал. В нём находилась группа молодых парней и несколько полуобнажённых девиц, весело хихикающих от тупых шуточек на темы, не поднимающиеся выше пояса.

В такт играющей музыке, дорогое вино ярко искрилось в бокалах, которые держали красивые молодые девушки в коротких юбках, пришедшие сюда явно не с целью просто потанцевать.

Дождавшись пока молодой парень захочет выйти из ложи, а после такого количества выпитого спиртного Алекс был уверен, что долго ждать ему не придётся, он подошёл вплотную и, запнувшись, случайно вылил пиво на штаны Державина младшего.

– Ты куда прёшь, тупой осёл? – заверещал он, ощущая как холодный пенный напиток неприятно разливается по его ногам.

– Извините, извините пожалуйста, – сделав испуганный вид, затараторил Алекс, – сам не понимаю, как так вышло.

– Тупой баран, смотри, урод, что ты наделал! – Державин указал на облитые пивом штаны, на вид очень дорогого покроя.

В ответ Алекс виновато развёл руками. Державин ещё раз громко ругнулся и, грубо оттолкнув неуклюжего посетителя, бормоча что-то себе под нос, направился в сторону туалетов. Подождав ровно минуту, Алекс поставил пустой бокал на ближайший к нему столик и направился вслед за ним.

Интерьер туалетов оказался выполнен по высшему разряду, впрочем, как и весь клуб в целом. Приглушенный свет, переливающаяся бордовыми цветами подсветка, создавали некую интимную атмосферу, которой не брезговали пользоваться парочки. Не стесняясь, они зажимались прямо в проходах. Точно просчитав нужное время и убедившись, что в следующие несколько секунд никто не направляется в сторону уборных, Алекс осторожно открыл дверь мужского туалета.

Державин стоял возле раковины и пытался салфетками высушить штаны. Он поднял глаза и сказал:

– А, это ты, урод?! Смотри, что ты на…

Завершить фразу не удалось. В долю секунды Алекс сократил дистанцию и, ударив ребром ладони в гортань, заставил противника буквально опешить от резкой боли и невозможности издать звук. Сильный удар ногой в промежность окончательно лишил возможности и желания оказывать сопротивление. Звуки приближающихся шагов свидетельствовали о том, что времени почти не осталось. Толкнув Державина в кабинку, Алекс зашёл вслед за ним. Зажав рот рукой, отточенным движением всадил в горло филейный нож, предусмотрительно взятый со шведского стола, стоявшего недалеко от барной стойки и переполненного самыми вкусными и изощрёнными угощениями для гостей клуба. Раздался приглушенный хрип и молодой человек задёргался в конвульсиях, так и не сумев освободиться от смертельного захвата.

Алекс предусмотрительно наклонил тело нечастного парня так, чтобы голова оказалась в унитазе, куда буквально фонтаном хлынула тёмная густая кровь. Придав Державину вид человека которому стало плохо от выпитого спиртного или передоза наркотиков, он закрыл дверь кабинки и, вымыв руки в умывальнике, вышел из туалета. После чего направился в сторону танцпола, окончательно слившись с массой танцующих гостей.

Фанатичная привязанность высокопоставленных гостей клуба к конспирации во всём, что касается их личной жизни и, как следствие, отсутствие любой видеозаписывающей аппаратуры в помещениях клуба, сыграла на руку Алексу, поспешившему проследовать к выходу.

Крики и суматоха не заставили себя долго ждать. В помещение клуба ворвались перепуганные охранники Державина и почти сразу направились к туалетам, у входа в которые кричала незнакомая девушка. Алекс сделал вид изрядно подпившего человека и неуклюжей походкой, имитирующей забавный «алко-шаг», направился на свежий воздух.

Пройдя сквозь суматоху, творившуюся на выходе из клуба, Алекс направился на противоположную улицу. Погода всё также не радовала. Продолжал идти мерзкий, накрапывающий маленькими капельками, словно пронизывающий сотней иголок, осенний дождь. Достав из пиджака мятую пачку, взяв из неё очередную сигарету, он двинулся вдоль мостовой Дербеневской набережной, растворяясь в ночи, спустившейся на сверкающий мегаполис.

Глава 3

– Думаю, я знаю о ком Вы, – сохраняя каменное спокойствие в голосе, произнёс Алекс, устраиваясь удобнее на мягком стуле. – Доказательств моей причастности в этом деле так и не нашлось, всё это подробно расписано в бесчисленных томах уголовного дела, с которыми Вы можете при желании ознакомиться.

Не говоря ни слова, прокурор сверлил собеседника своим хищным взглядом. Вслед за ним Алекс так же продолжал делать непринуждённый вид, с которым он ежедневно общался с сотрудниками администрации тюрьмы и своими товарищами по несчастью.

– Кроме того, – продолжил он, – это всё уже давно кануло в лету. Срок давности давно истёк, так что не вижу смысла поднимать старые дела, ведь за многие годы прозябания в этом «прекрасном» месте, я надеюсь сполна вернуть долг обществу, которое уже давно наплевало на меня и растёрло об асфальт.

– Александр Владимирович, бросьте забалтывать меня пустыми речами, – надменно высказался прокурор. – Я пришёл сюда не для того, чтобы слушать Ваши оправдания или пытаться узнать что-то, о чём мне до сих пор не известно. Ко мне поступило очень заманчивое предложение от господина Державина старшего касательно Вашей дальнейшей судьбы. Вы меня понимаете? – глядя в глаза, спросил прокурор.

– Теперь, когда бизнес Альберта Петровича вышел на международный уровень, а сам он пробился в депутаты нашего горячо любимого правительства, его возможности слегка увеличились, так что он решил, наконец, вернуть долг убийце своего сына.