Несостоятельность (банкротство) физических лиц: тенденции развития механизма банкротства граждан

§ 1. Исторический этап развития до 1740 г

Основные понятия, сформировавшиеся в глубокой древности, легли в основу современной конструкции несостоятельности (банкротства) граждан. Тем не менее необходимость возврата к историческим истокам сегодня сохраняется, поскольку многие вопросы, успешно решаемые в прошлом, остаются неурегулированными сегодня в силу ряда причин.

Огромное влияние на формирование института неторговой несостоятельности в разные периоды его становления, в современном его значении, оказывали экономическое развитие страны и общая концепция развития законодательства в государстве.

Так было на историческом этапе, когда формированию норм материального и процессуального права, которые в своей совокупности легли в основу современного банкротства граждан, способствовало развитие кредитного хозяйства. В первобытных обществах значения имущества, народного хозяйства и права скудны, кредит фактически обеспечивался самим должником, его женой и детьми, на что впоследствии обращалось взыскание[6].

Продолжая эту мысль, Г.Ф. Шершеневич писал, что в «неразвитом быту древних народов обеспечением долга служило не имущество должника, а он сам. Это явление представляется общим как суровому законодательству Ману, так и сравнительно весьма мягкому праву Моисея. Мы видим его у египтян и греков. Оно же характеризовало римское право на первоначальных ступенях его развития»[7].

В истории развития института несостоятельности граждан в России можно условно выделить несколько этапов, связанных с разработкой, принятием и реализацией основополагающих нормативных правовых актов, регулирующих отношения несостоятельности: I этап – до 1740 г.; II этап – с 1740 по 1917 г.; III этап – с 1922 по 1991 г.; IV этап – с 1992 по 2002 г.; V этап – с 2006 г. по настоящее время.

Детальное рассмотрение этих исторических этапов позволит увидеть траекторию возникновения неторговой несостоятельности, ошибки и проблемы, которые сопровождали каждый исторический этап в ходе создания законодательных актов и формирования практики применения в рассматриваемой области, а также влияние на современный институт несостоятельности (банкротства) граждан с точки зрения выбранной в настоящее время концепции развития общего гражданского права.

Модель конкурсных отношений граждан в России, рассматриваемая в настоящем параграфе, определяется слабым развитием торговли, если сравнивать с торговлей, существовавшей в северогерманских и итальянских городах того времени. В России торговля была сдержанной и характеризовалась в большей степени земледельческой жизнью государства и иными факторами.

В первом сборнике правовых норм Древнерусского государства – Русской Правде говорилось, что должника, не заплатившего нескольким кредиторам, следует продать, средства от реализации разделить по порядку: 1) князю, 2) кредиторам (иногородним и иностранным), 3) остальным; исключение составляли те, кто «выговорил в свою пользу чрезмерные проценты»[8].

Как видим, прослеживается установление очередности погашения задолженности перед кредиторами, известной нашему современному законодательству.

Как видим, прослеживается порядок установления очередности погашения задолженности перед кредиторами, известной нашему современному законодательству, однако характерный для того времени.

Кроме того, выделялись различные подходы определения последствий признания должника банкротом в зависимости от количества кредиторов. Так, в случае непогашенных требований перед одним кредитором должник обязался отработать долг, по сути передавался такому кредитору во временное рабство, а в случае с несколькими кредиторами должника продавали.

Из анализа Карамзинского списка Русской Правды – это статьи под номерами 68, 69, 133 – следует, что несостоятельность делилась на виды:

1. Безвинный должник (случайная потеря, без установленной воли должника) – последствия для должника выражались в предоставлении рассрочки либо полном освобождении от долга[9].

2. Злостный должник (потеря товара вследствие пьянства, пари и т. п.) – должнику могли предоставить возможность рассрочки, но только с согласия кредиторов, если по решению кредиторов не признают его особо злостным.

3. Особо злостный должник (сбежавший в иное государство с целью уклонения от уплаты) – в случае возвращения такого должника его вне зависимости от объяснений передавали кредитору в рабство или продавали. Как справедливо отмечает Г.Ф. Шершеневич, характеризуя варварский подход к урегулированию спора того времени, определяет его схожим с существовавшим в римском праве, однако без in partes secare[10].

В конкурсном производстве времен Юстиниана возмещение долга осуществлялось из имущества должника либо его личности. Непогашение задолженности, установленной судом, для должника оборачивалось тюрьмой. Розыск имущества осуществлялся с использованием пытки должника[11].

При этом вопросы правового статуса личности не чужды тому времени, первые упоминания наиболее четко вырисовываются в римских Дигестах Юстиниана, основанных на более древних положениях 12 таблиц. Так, эти положения освещены в книге первой титуле V «О положении людей» (De statu hominiim), титуле VI «О тех, кто являются (лицами) своего или чужого права» (De his qui sui vel alieni iuris sunt), титуле VII «Об усыновлении и освобождении из-под власти и о других способах прекращения власти» (De adoptionibus et emancipationibus et aliis modis quibus potestas solvitur); в книге четвертой титуле IV «О лицах, не достигших 25 лет» (De minoribus viginti quinque annis), титуле V «Об умаленных в правоспособности» (De capite minutis)[12].

Кроме того, из анализа положений древнего римского законодательства можно вывести три фундаментальные составляющие статуса личности: гражданство (civitatis), семья (familiae) и свобода (libertatis).

Совокупность этих составляющих определяла правосубъектность человека. Во все времена лишить ее кого-либо можно было только при факте обладания им определенных прав и обязанностей.

Некоторые законодательные акты указывают на случаи существования конкуренции прав. Например, в ст. 104 Псковской Судной Грамоты описывается случай, когда залоговые кредиторы имели права на одну вещь, при этом у одних имелась только закладная бумага, а у других – вместе с бумагой и сам заклад[13]. А.Х. Гольмстен не видел в этом случае возникновения конкурса, считая, что конкуренция вызвана не несостоятельностью, а совокупностью вещных прав на единственную вещь[14].

Важно отметить, что Г.Ф. Шершеневич был противником применения современных норм права к древнему тексту, поскольку находил развитие конкурсного права[15] поэтапным: признаки, его характеризующие, выделились постепенно, в этой связи в рассмотренном выше случае следует говорить о конкурсном вопросе, определяемом элементами соответствующего времени[16].

Проанализировав положения древних памятников законодательства, следует отметить, что выделялись следующие особенности конкурсного процесса рассматриваемого периода: 1) недостаточность имущества у должника, 2) множественность кредиторов, 3) порядок удовлетворения требований этих кредиторов. Эти особенности определили ход производных отношений, возникших в результате определения соответствующего органа контроля, формирования и реализации конкурсной массы и др.

Перерыв в историческом развитии конкурсных отношений определен до 1649 г. – года принятия Соборного Уложения царя Алексея Михайловича. В результате анализа законодательства за указанный период каких-либо законов обнаружено не было, которых можно было бы отнести к урегулированию вопросов конкурса в России.

Единственным документом, который следует отметить здесь, – это Судебник Ивана III (1497 г.), согласно которому сохранялся варварский элемент, поскольку кредитору предоставлялось право на получение должника для целей его продажи, – «выдача головою на продажу»[17]. Такой способ определяется как древнейший формат удовлетворения требований кредиторов[18].

Соборное Уложение (1649 г.) концептуально не меняется со времен Русской Правды[19]. Разницу можно усмотреть лишь в преимущественном праве удовлетворения требований иностранных кредиторов перед остальными, а требований государя – перед подчиненными.

С одной стороны, мы видим движение в сторону интересов иностранных инвесторов того времени, с другой стороны – отсутствие норм права, детально регулирующих конкурсные отношения, указывают на недостаточный уровень развития рыночных отношений. Поддержку таких выводов мы находим в рассуждениях дореволюционных цивилистов.

А.Х. Гольмстен указывал на бездействие государства в части урегулирования вопросов конкурсного производства до XVIII в.[20]

Г.Ф. Шершеневич также отмечает низкий уровень развития торговли в сравнении с западноевропейскими странами[21].

В результате в истории отечественного конкурсного процесса физических лиц выделились три направления. Первое направление характеризовалось присутствием иностранного элемента в силу применения иностранных законов. Второе направление основывалось на обычаях торговых, некоторые из которых все же оформлялись в закон. Третье направление отмечено как канцелярско-кодификационное. Такой подход со временем привел к ряду проблем: правительство, говоря о важности принятия конкурсных законов, сформировало механизм, схожий по своему содержанию с производством суррогата конкурсного процесса, конкурсный устав, изданный в тот же период, не использовался правительством, а ведение дел осуществлялось по иностранным правилам[22].

В XVIII в. замечены случаи признания иностранных должников несостоятельными. Вопрос мог быть решен мирно без содействия государственных органов при условии отсутствия конфликта, в противном случае спор решался в Сенате с применением иностранных законов. Например, в деле Мейера 1735 г. конфликт решался с применением ст. 8 Устава амстердамского купечества, так как Сенат определил большинство кредиторов как иностранных. Очевидно, что применение иностранных законов осуществлялось в связи с отсутствием собственных.

Иностранный опыт в России, несмотря на отсутствие конкурсных законов, позволил сформировать основные элементы механизма банкротства: возникновение судебной структуры, состоящей из Коммерц-коллегии, магистратов городовых, главного магистрата, Сената; появление должности куратора, который формирует конкурсную массу, реализует ее и распределяет полученные средства среди кредиторов, порядок проведения собраний кредиторов, порядок погашения неудовлетворенных требований в результате завершения конкурса.

Между тем возникающие в отдельных документах какие-либо положения, регулирующие обстоятельства в конкретных делах, некоторыми цивилистами отмечались как недостаток внимания со стороны государства вопросам регулирования конкурсных отношений[23].

Так, например, по одному отдельному делу 27 января 1780 г. утверждено особое правило об определении срока принятия заявления к должнику по своим требованиям: для кредиторов г. Санкт-Петербурга, где велось дело, срок определили 1 месяц, а для иных – 6 месяцев, требования, поданные за рамками установленного срока, прекращали их[24].

Развитие направления, связанного с обычаями торговыми, уходит корнями в историю древнейших времен. Так, можно наблюдать за преобразованием обычая взимания долга, в основе которого должник, обращенный в рабство. В XIII в. рабство переходит в формат определенной работы, в определенный срок – как правило, один год. XVI и XVII вв. отмечены нами как период, где рабство относилось к исключению, как справедливо отмечает М.Н. Дмитриев, положение должника приравнивалось к кабальному холопству[25]. Ситуация, при которой у должника было несколько кредиторов – конкуренция права, разрешалась согласно положениям Устава Купеческого (1727 г.) и Указу (1736 г.). Должник отрабатывал поочередно долг у каждого кредитора либо постоянно служил одному, который за него выплачивал долг остальным. Анализируя названные положения, А.X. Гольмстен указывает на развитие самобытных институтов, где возникал суррогат конкурсного процесса[26].

Такой вывод стал возможен в силу отсутствия какого-либо полного документа, регулирующего институт конкурсных отношений физических лиц, как процессуальную, так и материальную его сторону.

В 1729 г. принят Вексельный устав, где впервые представлено понятие несостоятельности, определяемое через принятие векселя: так, в ситуации, когда векселеполучатель подозревается в банкротстве (имеются достаточные основания так полагать), а после не появляется в местах торговых и на бирже его не видно, то заявитель (лицо, имеющее в распоряжении своем вексель) в отношении векселеполучателя имеет все основания через нотариуса либо в судебном порядке просить досрочного погашения по векселю, а если откажут, то заявить о банкротстве[27].

Дальнейшее развитие конкурсных отношений физических лиц отмечено через обнаруженные прецеденты.

Так, например, в деле 1736 г. решался спор об имуществе двух купцов, часть из которого приобретена в кредит. Часть товара не была распакована, вторая – в процессе реализации, третья – реализована. Коммерц-коллегия приняла решение о включении в конкурсную массу второй части, запечатанные товары возвратить отправителю, кредитный товар вернуть собственнику[28].

Другой пример: в деле 1738 г. продавец желал возврата имущества, переданного на корабль, ввиду несостоятельности покупателя, однако иностранный торговец требовал отправить товар адресату, опираясь на подписанные документы, согласно которым товар считался уже отправленным. Коммерц-коллегия приняла решение, основываясь на ярмарочном времени, что товар подлежит выгрузке и реализации, а средства – включению в конкурс.

Сложившаяся практика побудила возложить на Коммерц-коллегию обязанность по формированию Устава о банкротах и представлению его сначала в Сенат, а после Императорскому Величеству Анне Иоанновне[29]. Коммерц-коллегия разработала Банкротный устав к 1740 г., одобрен, и подписан 15 декабря 1740 г., с этой даты Банкротный устав стал законом.

Итак, зарождение института несостоятельности граждан в России фундаментально формировалось в условиях фактически неторговых отношений. Исторический анализ демонстрирует, что первые упоминания о нем в отечественном законодательстве обнаружены в Русской Правде. В основе механизма лежит личность человека, за долги он мог быть продан в рабство, как и члены его семьи. По мере перехода к торговым отношениям прослеживается смена акцентов от личного взыскания с физического лица к его имуществу. Постепенно имущество становится важным элементом в конкурсных отношениях, однако обращение взыскания на личность человека сохраняется.

В поисках сведений о законодательной базе, регулирующей неторговую несостоятельность рассматриваемого периода, изучены нормативные правовые акты и документы, близкие к ним по смыслу, среди которых: Русская Правда, Дигесты Юстиниана, Договор князя Мстислава Смоленского с немецкими городами и Ригою, Псковская Судная Грамота, Судебник 1497 г., Соборное Уложение, Купеческий Устав 1727 г., Вексельный устав 1727 г., Банкротный устав 1740 г. и др., а также судебная практика 1736 г. Документ, полно отражающий механизм банкротства граждан в рассмотренный период, отсутствовал как самостоятельный документ и как отдельная часть общих положений о конкурсных отношениях.

Обнаруженные источники положений определяют экономическую обстановку того времени, вопрос несостоятельности физических лиц был существенным, однако не требовал детальной регламентации из-за влияния первобытных инстинктов в обществе.

§ 2. Дореволюционный этап развития (с 1740 по 1917 г.)

В предыдущем параграфе мы рассмотрели решения Сената, которые оказали существенное влияние на историю развития конкурсных отношений с участием физических лиц. Между тем не менее интересно исследование нормативных актов и решений государственных органов следующего этапа.

Так, Указ, сопровождающий Устав 1740 г., определял Устав как документ, в соответствии с которым необходимо вести дела о несостоятельности, однако изданы указанные документы не были, существовали только проекты[30].

А.Х. Гольмстен данную ситуацию связывал с разногласиями, сложившимися в то время между Сенатом и Кабинетом, считая, что Кабинет воздействовал на Сенат[31].

Состоял Устав о банкротах из трех глав и 74 статей. Действие положений Устава имело обратную силу. Применялся Устав лишь в отношении субъектов, ведущих торговую деятельность (неторговой несостоятельности не существовало). Несостоятельность рассматривалась как особое положение дел, при котором должник лишен какого-либо имущества для полных требований кредиторов. В конкурсные суды входили ратуши, Московская Коммерц-коллегия Контора и Коммерц-коллегия.

Следует отметить иностранное участие в формировании этого Устава, о чем свидетельствует применение иностранного законодательства согласно Уставу.

В 1753 г. Сенат принялся за новый проект, разработанный документ в том же году изучался уже императрицей[32]. Новый проект копировал положения Устава 1740 г., за исключением того, что новый проект не имел обратной силы действия. В качестве банкротных судов указываются Коммерц-коллегия, Главный магистрат, Коммисарство, Городовые магистраты и ратуши.

После возвращения императрицей проекта в Сенат Указом от 8 июня 1760 г. Коммерц-коллегия обязалась пересмотреть Устав 1753 г. Комиссия о коммерции, ранее именуемая Комиссией о пошлинах, 3 января 1763 г. представила новый Устав, в основе которого была копия Прожекта 1761 г.

Устав включал 55 статей, объединенных в четыре главы.

Несостоятельным признавалось лицо, у которого имеющееся имущество безнадежно и (или) сложно взыскать, если в результате усматривается, что пассив его превышает актив на 25 %[33].

Одной из особенностей Устава 1763 г. являлась стартовая сумма всех долгов для открытия конкурса – 3000 руб. Обосновывалось это через нецелесообразность ведения дел с меньшими суммами, так как расходов больше[34]. Однако Устав о банкротах императрицею не был принят. 20 февраля 1764 г. Екатерина II обязала Комиссию о коммерции составить новый банкротный Устав, что было исполнено к 5 января 1768 г.

Устав 1768 г., концептуально схожий с Уставом 1763 г., дополненный положениями из «Прожекта» 1761 г., Устава 1753 г., также не был принят императрицей.

Все проекты не укладывались в общую концепцию императрицы – кодификацию нормативных правовых актов.[35] В начале XIX в. благодаря Банкротному уставу, принятого 19 декабря 1800 г., задуманное стало возможным.

Новый закон содержал в себе две части. Одна часть определялась для купцов и иных торговых людей, а другая регулировала отношения с дворянами и чиновниками[36].

Вторая часть состояла из 111 статей, в 12 из них были установлены нормы о банкротах, остальные отражали в большей степени вопросы правоспособности дворян в области обязательственных отношений. Основная идея прослеживается в сохранении платежеспособности дворян и чиновников. Согласно Уставу на должника возложена обязанность заявить о несостоятельности в случае недостаточности его имущества до 30 % на один рубль от суммы задолженности[37]. Таким образом, регулировалась и торговая, и неторговая несостоятельность. При этом минимальная сумма долгов установлена не была.

С введением Устава о банкротах 1800 г. конкурсное право получило много новелл. Основные изменения коснулись разделения торговой и неторговой несостоятельности. Произошло смещение критерия неоплатности в сторону неторговой несостоятельности. В торговой несостоятельности банкротом законодатель считал лицо, не способное погасить свой долг[38].

Выделялись три вида несостоятельности: несчастная – в результате банкрот полностью освобождался от личного преследования и имущественного взыскания (т. е. непогашенные после продажи имущества должника требования удовлетворялись); неосторожная – когда лица не могли освободиться от погашения долга даже после завершения конкурса; злостная – когда лица подлежали наказанию даже в случае погашения всех долгов.

Как видим, прослеживаются меры, характерные для предупреждения банкротства, поскольку возникновение конкурсных отношений возможно при желании нескольких кредиторов. Как альтернатива кредиторам разрешалось предоставлять должнику отсрочку. Интересен факт появления голосования на собрании кредиторов, которое осуществлялось соразмерно суммам задолженности, порядок выявления большинства имел следующий формат: 3/4 от общего количества кредиторов, с правами требований, 2/3 от суммы задолженности или 2/3 от общего количества кредиторов, чьи требования составляют 3/4 от общей суммы задолженности, или (в ситуации отсутствия на собрании кредиторов нужного количества кредиторов) свыше 1/2 кредиторов с суммой задолженности больше половины суммы общего долга. Установлены особые правила для отношений, где требования обеспечены залогом. Например, кураторы имели право выкупа залога при уплате полной суммы долга, в такой ситуации залог поступал в конкурсную массу.