Миллер. Спрячься, если сможешь

Глава 1. Обещание

Каждый человек рождается уникальным. Если однажды тебе скажут, что ты глуп или недостаточно красив для другого, так значит этот другой не понимает фразы, сказанной мной в начале.

– Эмилия, ты опять за своё? – возмутилась моя мама из соседней комнаты. Не столь трудно догадаться, я вновь разбросала свои вещи.

–Мама, как закончу, сразу уберу. – мои кисти и масляные краски заняли абсолютно весь пол. Моё маленькое хобби умело раздосадовать любящую порядок родительницу.

В этот раз я рисовала девушку с огромными, распахнутыми крыльями. У нее были белокурые волосы и острые уши. Каждый раз, глядя на свое еще незаконченное произведение, я думала о том, чтобы и у меня за спиной появились крылья. Хотя бы на ночь. Или на часок. Этого бы хватило для того, чтобы я отдалась порывам ветра и пролетала над своим маленьким городом, наблюдая, как выключается и включается свет в квартирах.

Может на мои мечты повлияли книги. В маленьком возрасте я всегда читала только фантастику. Всё самое таинственное, неизведанное и странное меня притягивало. С каждой книгой меня затягивало больше и больше. Я срисовывала картинки из книг, журналов, переносила сны на мольберт, купленный мамой после того, как она заметила моё безумное желание и отдала меня в школу для начинающих художников в восемь лет. Я очень благодарна ей за то, что не проигнорировала мои увлечения. Сейчас мне уже восемнадцать и я заканчиваю своё обучение. Соответственно, покидаю родной дом и уезжаю учиться в колледж. Мама на протяжении месяца уговаривала меня остаться, боясь, что я свяжу свою жизнь ни с тем, чем надо. Она одержима мыслью о том, что я должна вырасти успешной, независящей девушкой. Но как этого достичь? Если люди, с которыми я училась в школе всегда меня не любили, распускали слухи о моём пагубном положении, умели задеть мою душу, думая, что им всё сойдёт с рук. Я смеялась с их шуток надо мной же. Я не могла себя защитить. Хотя нет, пыталась, но после моего колкого прикола над девушкой из параллельного класса мой почти новый портфель лежал порванный в урне.

Не хочется расстраивать единственного человека, уважающего меня. Я приложу много усилий, но докажу маме: я не безнадежна. Я смогу вытащить нас из нищеты. Только необходимо уехать отсюда. И поскорее.

Папа бросил нас, когда мне исполнилось десять лет. Тогда у нас дома творился хаос. Мама кричала и срывалась на моего отца, а тот в свою очередь молча выслушивал всё, что было ему адресовано. Он ушел к другой. Пару раз я встречалась с новой избранницей папы в магазинах. Она покупала самые дорогие продукты, не жалея денег. Предполагать даже не нужно, я знаю, что она ходила в магазин на деньги моего отца. С ним мы жили не бедствуя, у меня часто появлялись новые игрушки, у мамы драгоценности. Уходя из нашей «крепкой» семьи, как я думала раньше, он перекрыл весь семейный бюджет. И мама создавала всё заново, собирая по каждой копейке. Именно поэтому уже в четырнадцать лет я пошла работать. Как и любому ребёнку, подростку, мне было горько и обидно понимать, что детство проходит мимо меня, словно обходит стороной и не хочет награждать меня радостями жизни. Когда другие дети игрались и ходили в гости к друг другу, я допоздна засиживалась в пекарне, а в конце смены получала зарплату и далеко несчастливая шла одна домой.

–Милая моя, ты уже подумала в какой колледж будешь поступать? – спрашивала с улыбкой мама, но глаза выдавали её боль и тревожность за меня.

–Да, я выбрала. Из всех колледжей, куда я подавала документам, я прошла во все. Но поеду в город Ойстер-Бей. – она с одобрением посмотрела в мои глаза, поцеловала в лоб и ушла к себе в комнату. Ушла так быстро и молниеносно, что я не успела насладиться её поцелуем.

Мы были близки, но порой отдалялись. Давали друг другу понять, что нам придется скоро жить порознь. Я уеду, и это никто не вправе изменить. Каждый ребенок с возрастом хочет перемен. Может, к лучшему, что отец бросил нас, из-за его ухода ненависть к мужчинам усилилась. Маме не стоит переживать за меня, я не испорчу честь нашей крохотной семьи, состоящей из двух человек.

Я боюсь оставлять её одну, но находиться в этом маленьком городе невозможно, когда каждый второй человек знает тебя и напрямую, не стесняясь, обсуждает. Глупая растерянность появляется на лице, а в своё оправдание сказать нечего. Конфликтовать с придурками мне хотелось меньше всего.

Я собираю свои краски с пола, убираю их в кейс и довольная своей работой, укладываюсь в постель.

Своё творчество я критиковала, жестоко придиралась к помаркам, казалось, что я полная бездарность, хотя мой учитель по изобразительному искусству так не считал. Восхищался моим талантом, планировал выдвинуть меня на различные конкурсы мирового уровня, но участие я принимала только в своём городе. Пару раз занимала первые места, и на этом всё оборвалось. Я увидела, как мама занимает деньги, чтобы оплатить моё хобби, и сердце сжалось от обиды, пришлось уйти оттуда добровольно, аргументируя тем, что поменялись взгляды на жизнь.

Марьяна была в курсе всех событий, происходящих вокруг меня. Подружка детства, та, с которой и в песочнице, и в детском саду, и в школе. Моя оторва, знающая, как поставить на место любого человека. Её золотистым волосам и каре-зеленым глазам завидовали, её внешностью восхищались. Она мечтала о точеных скулах, но природа дала ей щёчки. Когда-то мы даже дрались с ней из-за парня, но даже это не сломало нашу крепкую дружбу. А с парнем, кстати, никто из нас не стал общаться дальше. Он выбрал третью, довольно досадно вышло.

Ей тоже трудно смириться с тем, что я скоро уеду. Иногда я думаю, что она очень похожа на мою маму. Такая же добрая, заботливая, местами нудная. В одном они различаются: Марьяна абсолютная тусовщица. Все клубы она знает наизусть и всегда таскает меня за собой, как собачонку. Нарядиться, как на красную дорожку, подведет губы яркой помадой и готово – все парни без ума и валяться с ног. Видимо, судьба распорядилась иначе, ведь и она и я до сих пор без второй половинки.

Не обладаю сведениями, как убрать их переживания за меня, но знаю точно, я не подведу их, у меня все получится. Добьюсь задуманного, чего бы мне это ни стоило. Обещаю.

Глава 2. Новые знакомства

Что же так трясёт? Раньше мне хватало выпить только одну таблетку успокоительного , и всё вставало на свои места. А сейчас можно пачку зараз высыпать в рот и хоть бы хны.

– Милая, не переживай. Ты главное звони почаще. – от слов мамы становилось спокойнее. Она умела подобрать слова, греющие душу, они всегда помогали в трудные минуты.

Ты же этого так хотела, Эмилия.

Вот он день, который изменит твою жизнь, перевернёт вверх дном мировоззрение. И все же, каким бы ни был этот скучный город , я буду скучать по родным гаражам, закоулкам и откровенным разговорам с подругой в беседке возле дома.

Собрав вещи в чемодан, я принимаюсь вызывать такси. Уже скоро я первый раз полечу на самолете. Возможно из-за этого меня и трясет. Нужно прекращать смотреть новости с трагедиями и падениями самолетов. Так и до сердечного приступа недалеко.

– Я позвоню, как прилечу, люблю тебя. – говорю провожающей маме и сажусь в такси, едва сдерживая накатывающие слёзы.

Из-за того, что всю ночь я не спала, в такси меня знатно расслабило. Отказавшись от того, чтобы мой малюсенький чемодан убирали в багажник, я старалась придерживать его рукой. Половина вещей, которые я туда сложила, являются старыми и неброскими, лишь пару новых кофточек разбавляли гардероб. Я не удивлюсь, если вся группа станет подшучивать надо мной, а вообще я свыклась, мне легче воспринимать критику.

Под  легкую музыку в салоне я заснула быстро, а проснулась, когда водитель почти терял надежду меня разбудить. Открыв глаза, я увидела его потерянное и испуганное лицо. Таксист с облегчением выдохнул и пожелал мне удачи.

До объявления посадки целый час. Я качу за собой чемодан, подхожу к автомату с кофе и смотрю на цены. Потом перевожу взгляд на карту в руке. Нахмурившись, принимаю решение отказать себе в такой роскоши.

Я не богата – это раздражает.

Время тянулось чертовски медленно, и наконец объявляют посадку. Откуда у девушек столько сил, чтобы тащить с собой аж два чемодана? Это из разряда: своя ноша не тянет? В одном я рада сейчас своему положению, мне не приходится пыхтеть, утаскивая за собой целую груду одежды.

Только я вступила на борт, как желудок предательски свело, желчь подступила к горлу. Почему так чудовищно громко стучит сердце? Я попросила у стюардессы стакан воды, затем ещё один.

Расслабиться удалось, когда самолёт достиг облаков. Такой красоты я никогда не видела. Это что-то удивительное и по-настоящему волшебное. Лучики солнца пробивались сквозь облака, разделяя их на две, а то и на три части. Я надела наушники, включив песню Adele – Set Fire to the rain.

Музыка помогала устранить плохие мысли. Успокоившись, я закрыла глаза.

– Девушка, – кто-то агрессивно толкал меня в плечо. – слава Богам. Прошу покинуть борт самолёта. – любезно прогоняла меня стюардесса.

– Да, я сейчас. Одну минуту. – сонная я поспешно убираю наушники в карман серой кофты.

Я никогда так крепко не спала, как в этот день.

Долгий перелет дался мне тяжело. Мои потрепанные волосы и помятое лицо выдавали мое состояние усталости. Я похожа на ленивца, еле двигаю ногами, готова замертво свалиться на землю и сказать всем: «Меня не трогать, я отсыпаюсь».

Очередное такси и мои нервы натягиваются, как струнки. Я отправила сообщение маме и Марьяне, что долетала и чувствую себя превосходно. Разумеется, солгала. Сердце трепетало, будто предвещало что-то очень плохое. Последний раз мой фиброзно – мышечный орган сокращался так сильно перед тем, как в семь лет я уронила любимую вазу мамы. Страха были полные штаны. Я сбежала из дома, пришла под вечер, а разбитой вазы на полу уже не было. Никто так и не наругал меня, а я до сих пор чувствую себя виноватой.

Город по-своему красив. Высокие здания пугали меня, а от огромных рекламных экранов кружилась голова. Ровные дороги и украшенные витрины магазинов мне только снились, а теперь я вижу это вживую. Множество мерцающих объявлений перебивали друг друга. Суетливые люди бегали, толкаясь плечами на светофорах. Чего совсем не увидишь в моем родном городе. Всего лишь несколько магазинов и малочисленное население давало о себе знать: такое чувство, что город буквально вымирал. А здесь настоящая суматоха, здесь жизнь кипит.

Как студентке мне предоставили комнату в общежитие. Оно не внушает мне ни малейшего доверия. Когда перед этим видишь отточенные многоэтажки, то это семиэтажное здание, как белая ворона среди черных. Ну, может внутри всё отлично. Радует , что я не одна такая здесь. Новоприбывшие бегали по этажам, перетаскивая вещи из машин. А старшекурсники со смехом наблюдали за этим. Представляю, что будет, когда начнется полноценная учеба.

– Здравствуйте, я Эмилия Картер, под каким номером моя комната?

– Привет, Эмилия. – она вбила в базу моё имя, улыбнулась и встала с места. – Меня зовут Хлоя. Я твой комендант, по всем вопросам обязательно обращайся ко мне. А теперь пойдем, я лучше сама покажу тебе твою комнату. – Довольно милая женщина лет тридцати пяти. Надеюсь, мы с ней подружимся.

– Вот и пришли. – она проворачивает ключ, и дверь распахивается. – Не пугайся, по секрету скажу, тебе еще повезло. Другие комнаты в худшем состоянии. Располагайся, если что я внизу.

– Хорошо, спасибо.

Примерно этого я ожидала. Немного отклеивающееся обои и поцарапанная мебель. Запах сырости, еды или побелки. Я запуталась, не зная, к чему мне принюхаться лучше, чтобы не задохнуться. Что ж, приступим. Открыв шкаф, я начала раскладывать свои вещи по полочкам. Сейчас уже поздно , завтра нужно сходить в магазин и купить новые обои. Если уж и жить , то в комфорте. Уют себе я обеспечу. Но где же моя соседка? Кровать пустеет до сих пор, а на улице довольно темно. Неужели я стану жить одна? Всего через два дня начнется учеба, и мне не терпится познакомиться со своими одногруппниками.

Не успела я застелить постель, как услышала громкий смех в коридоре. А потом стук в дверь.

– Привет, ты Эмилия же? Милашка. Я твоя соседка – Николь, то есть Ника, зови меня так, – влетела как ураган, как смерч.

– Привет, я уже думала буду жить одна. – от растерянности я плюхнулась на кровать.

– Тут такого не бывает. Общежитие заполнено полностью. Нам с тобой везет, мы будем жить вдвоем. А есть комнаты, где живут по три, даже по пять человек.

– То есть ты не первый год здесь живешь?

– Нет. Я учусь на экономиста, перешла на третий курс. Эту профессию выбрал отец, я ужасно не хотела поступать сюда. Но проучившись два года, поменяла мнение. А ты кем у нас станешь? – Ника развешивала свои красивые короткие платья и украдкой поглядывала на мою реакцию.

– Художницей. С детства рисую.

– Не смотри так. Эти платья я не надеваю в колледж. Наш ворчун директор давно бы отчислил меня за такое. Кстати, будь поосторожнее с ним, если вдруг придется разговаривать. Он еще тот извращенец. – засмеявшись, Ника упала на кровать. – Это потом разберу, устала невозможно как.

– Я хочу переклеить обои, как ты смотришь на это? – предложила я.

– Боже, я только за . У меня руки никогда бы до этого не дошли.

Я взяла в руки телефон и принялась листать новостную ленту, нашла Нику в социальных сетях. Она пригласила меня в общий чат колледжа и отдельный чат для тех, кто живёт в общежитие. Студенты переписывались между собой, матерились и скидывали свои смешные фотографии. Новенькие молчали, лишь пару человек пытались подружиться со всеми через интернет. Я не решилась. Останусь пока в стороне. Я больше стеснялась себя, как буду выглядеть, если напишу что-то глупое.

– Ника, ты не спишь? – тихонько поинтересовалась я.

– А? – она вскочила, схватившись за грудь. – Что?

– Я тебя напугала, прости. – хихикнула я. – Отведешь меня в туалет? Я боюсь одна идти.

– Пойдём.

Спустив ноги с кровати, она в полудрёме надела тапочки и поплелась открывать дверь. Свет в коридоре резал глаза, мы зажмурились, шли, как кроты.

В туалете стояли две девчонки. Одна из них смывала макияж, а вторая сидела на подоконнике. Я зашла в кабинку.

– Мы думали, ты не заедешь в этом году в общагу. – обратилась девушка к Нике.

– Почему же? – усмехнулась она.

– Ну… – девочка замялась.

– Можешь не договаривать. – немного грубовато ответила моя соседка.

Вернувшись в комнату, я хотела спросить у неё про ситуацию в туалете. С чего бы Нике не заселяться в общежитие? Но она очень ловко заплела свои чёрные волосы в косу и легла в кровать, отвернувшись от меня, накрылась одеялом и засопела.

Выключив светильник, я свернулась в позу эмбриона, заставляя себя уснуть. У меня затряслась челюсть, а тело задрожало. Я обняла саму себя руками. Весь организм пребывал в стрессе. Я далеко от дома. Мозг понимает, но сердце рвётся обратно. К маме. В её объятия.

Глава 3. Кто они?

У меня возникло ощущение, что меня облизал кот. Почему лицо мокрое? С полуоткрытыми глазами я протёрла щеки и подбородок краем махрового одеяла.

– Сколько можно спать? – буркнула Ника, держа кружку с водой в руке.

– Куда так рано вставать, сколько время? – я полностью открываю глаза, и они чуть не выкатываются от увиденного. – А ты…

– Да, я сплю иногда голой. Ты же не будешь против? Нет, если конечно тебе не приятно, я могу…

– Все в порядке. – перебила её я.

А она без комплексов. Вероятно, Ника и не знает, что такое стесняться себя.  Показать своё тело незнакомому человеку – это, конечно, смело.

– Так зачем будила? – полюбопытствовала я.

– Как же? А кто обои покупать поедет? —Ника сощурила глаза, но через секунду гримаса недовольства сменилась сияющей улыбкой. – Расслабься, я буду ждать тебя внизу в машине.

– У тебя своя тачка есть?

– Да, я же говорю, повезло тебе со мной. – довольно продемонстрировав состояние удовольствия от самой себя, Ника живо раскрыла скрипучий шкаф.

Быстро натянув кофту и штаны, она вылетела из комнаты, попутно здороваясь со всеми, кого видит. Она пользуется популярностью, значит с ней надобно дружить. Как это обычно бывает? Уважают только тех, кто имеет авторитетных друзей. Я надеюсь, Ника прекрасный человек и мне не придётся общаться с ней через силу, насилуя свою совесть.

А что же надеть мне? Глянув в окно и заметив моросящий дождь, я немного загрустила. Обычно в такую погоду я люблю сидеть дома, в наушниках. Но я не дома, и правила меняются.

Я накидываю черную толстовку и джинсы серого цвета. Волосы собираю в высокий хвост. В два счёта подкрасившись, я беру со стола дубликат ключа и выхожу из комнаты.

– Тёмненькая. – окликает меня высокая коротко стриженная  девушка в компании нескольких парней. – Говорят, не успела ты заехать, как уже побывала во всех комнатах седьмого этажа.

Парни переглянулись и тут же залились смехом. Точно ли ко мне было обращение? Верчу головой. Кроме меня нет больше девушки с темными волосами. Не смеялся только один парень. Его рыжие волосы и веснушки по всему лицу меня умилили, но я постаралась не составлять у себя в голове его добрую характеристику, ведь если он в такой наглой компании, то отчасти является таким же.

– Да, побывала. – вытаскиваю ключ из отверстия и кладу в карман. – И меня там с тобой сравнили. Говорили: «Ты чертовски хороша, сучка, не то, что та перекаченная швабра». – её лицо обрело багровый оттенок. Она спрыгнула с подоконника, хотела подойти ко мне.  Что я несу? Язык, как помело. – А еще: «Да, да, не останавливайся, скачи на мне».  Продолжать, или боишься, что я смогу составить тебе конкуренцию? – я с вызовом посмотрела на неё, но внутри занервничала.

Не успела она и рта раскрыть, как Ника поднялась на этаж.

– И долго тебя еще ждать? Так, что здесь происходит? – спрашивает Ника, скрестив на груди руки. Мы знакомы один день, но я уже уверена, что моя соседка порвет любого. Уж слишком от неё веет напористостью. – Шла бы ты отсюда. Нахер. – выплеснула Ника.

– Вот именно. – буркнула я.

– Не поддакивай. – не глядя на меня, сделала замечание соседка.

– Вот именно. А, ой. – я смутилась, отойдя к лестнице.

– Да она больная какая-то. Пойдемте отсюда. – вкрадчиво сказала девушка, едва сдерживая гримасу отчаяния. Вслед за ней ушли и парни. Только тот рыжий остановился, кратко улыбнулся.

– Меня зовут Крис, – он хочет подружиться? – и ты круто ответила ей. Если что я живу на седьмом этаже, тебя я там не видел. А эту сплетницу не слушай, это Эрика. Привыкла принижать новеньких, так и стережет каждую девчонку. – он протянул мне руку для пожатия, и я отвечаю взаимностью.

– Эмилия. – сжимаю его ладонь. – Тогда может мы зайдем к тебе вечером? Отметим знакомство? Только без неё, хорошо?

– Хорошо, триста двенадцатая комната, я буду ждать. – Крис побежал наверх, чуть ли не вприпрыжку. Может у него так и не появились друзья за время его проживания здесь?

– Да, подруга, умеешь ты приключения найти. – сказала Ника, скривив лицо от удивления. – Обои ждать не будут, за мной!

– Да иду я, иду. – догоняла я её. – А эта Эрика, она здесь кем является?

Ника резко остановилась и я втиснулась в неё.

– В каком смысле? – она нахмурила брови.

– Она королева общаги? Почему ей позволительно занижать остальных?

– Лучше тебе вообще не знать, кто она такая. Задира, требующая к себе много внимания. Не рекомендую шляться без меня, хотя бы первый месяц.

Я кивнула.

Сев в «Ford», я пристегнулась. Салон сразу пропах клубничными духами Ники. Она поправила свои волосы, подкрасила губы и только потом взялась за руль. Любопытно, а она сама купила машину или ей подарили?

Покрыв всех поголовно матами, Ника наконец смогла припарковаться возле высокого торгового центра. С трудом верится, что его можно обойти за один день. Я бросаю взгляд на машины, одна краше другой. Видимо, в этом торговом центре закупаются богачи и высший класс.

И я не ошиблась. Цены были завышены максимально.

– Ника, ты цены видела? – мои глаза готовы были выкатиться.

Баснословные цифры били в самое нутро моего нищего статуса.

– Если ты переживаешь из-за денег, успокойся. Я куплю сама. Но клеить будешь ты, мои руки растут из того самого места.

Её упругая задница соблазняла каждого мужчину, проходящего мимо. И их не смущало, что рядом с ними идут жёны или дети. Они пялились на фигуру Ники, не скрывая этого.

После двух долгих часов, мы наконец нашли то, что понравилось нам обеим. Выбирать уже не оставалось сил. Ника хотела что-то потемнее, а я искала светлые тона. Переруганные, мы шли довольные с черно-белыми обоями.

Дальнейшая пробежка по всем магазинам одежды в торговом центре изнурила нас окончательно. Я умоляла консультантов не подавать больше одежду соседке. Она перемерила каждую чёрную вещь по несколько раз. Через долгих четыре часа я всё же получила вознаграждение и смогла вдохнуть поток свежего воздуху, неся с собой два заполненных пакета.

– Алло? – Ника поднесла телефон к уху, пока я раскладывала покупки на заднее сидение. – Как? Уже? Мы так не договаривались! – цокнула она, замолчав на минуту. – Хорошо, но я с тебя ещё спрошу за это, ясно?

– Какие-то проблемы? – вмешалась я.

– Нет, старший брат звонил. Поехали.

Ноги гудели, не переставая. Обессиленная я легла на кровать животом вниз, подперев обеими руками щёки. Оглядев комнату, я поняла, что если приступим к работе сейчас, то закончим только к следующему вечеру. Соседки за стенкой будут не в восторге слушать, как мы по всей комнате передвигаем мебель. А шкаф я категорично опасаюсь, сложится пополам, нам потом разбирайся с ним.

– Честно сказать, уже не хочется заниматься ремонтом. У меня есть предложение получше. – она восхитительна. Я рада, что по моему уставшему лицу можно считать мысли. – Пойдем покажу общежитие? – Ника обвела меня глазами, встала с кровати и подошла ко мне.

Рукой она дотронулась до моих волос, ухватилась за резинку и стянула её. Локоны ниспадали на плечи. Довольно ухмыльнувшись, Ника извлекла из косметички новый блеск для губ, разорвала плёнку и открыла колпачок.

Зафиксировав мою голову, она поднесла блеск к моим полуоткрытым губам и сделала первый мазок.

– У меня нет цели охмурить кого-то. – догадалась я, для чего она это делает.

– Губки сухие, нужно было увлажнить. И я хотела сделать тебе маленький подарок. Вот, возьми этот блеск себе. Мы мало знакомы, но я хочу, чтобы наша дружба стремительно развивалась. Ты классная, Эми, и очень красивая. Не скрывай фигуру под глупыми толстовками и джинсами, как у клоуна. Прости, но я обязана выбросить их. – Ника засмеялась, залезла на шатающийся стул и приложила ладонь к груди. – Перед тобой богиня моды. Я научу тебя, – она показала пальцем в мою сторону, но стул шатнулся и подруга чуть не грохнулась. – Мать твою, как обычно. Короче, ты поняла. Новую одежду мы тебе купили, поэтому старый хлам выброси.

– Неловко как-то. Знакомы второй день, а ты уже тратишь деньги на меня. – жалобно опустив глаза, проговорила я.

– Во-первых, деньги не мои, а моего отца. Во-вторых, я не жалею бумажки, потому что не вижу в них ценности. Мне их тратить уже некуда, зато смогла сделать тебя счастливой.

Словно опьянев, я широко улыбнулась. Мне бесконечно приятно осознавать , что богатый человек не ставит себя выше.

– Тогда я просто не могу не согласиться на твоё предложение. – живо отозвалась я.

Мы выходим из комнаты. Повсюду разносились громкие и озорные голоса студентов. Такое большое скопление людей в одном месте я не видела никогда.

– Фитнес зал. – раскрыла она дверь неподалеку от нашей комнаты. – Сюда никто не ходит, потому что девочки ленивые. У парней тоже есть свой зал, как раз таки туда с охотой идёт весь третий этаж. Иногда там можно встретить голых мальчиков, но об этом позже. – злорадно ухмыльнувшись, она повела меня за собой наверх.

Как только мы поднялись на седьмой этаж, я вспомнила про Криса. Как я могла забыть про него? Вдруг сидит, ждёт гостей.

– Не отвлекайся! – она пихнула меня в плечо. – Посмотри, какая красота. – Ника заходит внутрь и включает свет. – Это наш мини-кинотеатр. Здесь каждый день мы смотрим фильмы. Выбирают старосты этажей. К сожалению, нашей старосте плевать на нас, и наш этаж всегда смотрит только то, что выберут другие. Но и так неплохо.

Комната отличалась благоприятной атмосферой. Наверняка здесь вмещается около пятидесяти человек, может и больше. Мягкие пуфики, большой экран и автомат с кофе – романтика, запавшая мне в душу.