Странники. Рубеж Каина

Странники. Рубеж Каина. 07.09.2023

Глава 1

— Как связано боевое обучение — и это?!

Каин Этер запрокинул голову и посмотрел на палубу далеко внизу. Поза, в которой он находился, не была чем-то необычным для пустотника. Магнитные ботинки скафандра, невесомость, хождение по потолку отсека — рутина для любого корабельного инженера.

— Не знаю, но можешь спросить конфессора Сатра, когда мы закончим!

Его напарница Милица Геб поправила выбившуюся прядь светлых волос и потянулась к панели управления, с которой им предстояло работать.

— Подожди! Тут надо по-особому… — остановил её Каин.

То, что молодых паломников из Ордена Странников допустили до технических работ на пассажирском лайнере, само по себе было удивительно. Всё же странников только ленивый не славил сектантами, террористами и пиратами. Но Каин уже сталкивался с опытными офицерами корпоративного космоса, и те знали: лучше странника инженера нет. И всё-таки юноша до последнего сомневался, что их учебную группу пустят на борт в качестве наёмного отряда, а не простых пассажиров.

— Кай, тебе не кажется странным, что тебя сопровождаю я? А не, например, Хассана или Итран, которые вроде как технические специалисты нашей группы? — спросила Милица, наблюдая за действиями Каина.

Тот аккуратно отсоединил панель и выдвинул раму с микросхемами. Девушка внимательно следила за тем, как он умело проверяет тестером цепи и контакты, но легко признавалась себе, что не понимает и половины показателей на приборе. Её учили другим вещам: втереться в доверие, узнать информацию, в штурмовом бронескафандре броситься в атаку. Но не заниматься технической разведкой! Тем более — техническим обслуживанием неизвестного оборудования!

— Кай!

— Что?.. Нет, не кажется. Ты видела, с каким лицом конфессор Сатр нас встречал? — проворчал Каин, решая инженерную головоломку и не глядя на Милицу. — Мы лишние на этом празднике жизни. Особенно с учётом того, что конфессор Слава воспользовалась правом отставника и насильно нас впихнула в эту группу. Тут… будет уместнее спросить, зачем мы оказались здесь… тут…

Он наклонил голову к плечу, насколько позволял скафандр, и нахмурился. Точки голографической татуировки над правой бровью блеснули в свете ламп.

Милица задумчиво потёрла такую же татуировку у себя на лбу:

— Ну что там не так?

— Это пульт линии тройного резервирования, управляющий воротами ангара и полем герметизации. — Каин махнул рукой в сторону широкой арки, за пределами которой начинался космос. Сейчас проём был перекрыт толстыми раздвижными створками и едва заметной зелёной плёнкой силового щита. — Он, конечно, должен работать, но обычно всем плевать. А именно сейчас пульт не просто работает — он проявляет некую активность, и мне кажется, что вон та процессорная пластина здесь лишняя…

Каин не успел прикоснуться к нутру пульта, потому что по громкой связи прозвучало:

— Внимание экипажу! Выход из прыжка через тридцать секунд!

И пока юноша раздумывал, по кораблю прошла дрожь — единственный признак перемещения в реальный космос.

— Я, наверное, вызову техническую службу. Что-то явно не в порядке. Возможно, саботаж. — Каин скосил взгляд на значок дополненной реальности, отвечавший за сетевые соединения, как раз в том момент, когда пульт самопроизвольно активировался.

Раздался тихий тоновый сигнал, мигнула диодом панель, сменив цвет одного из значков с зелёного на красный. Каин обернулся — только чтобы увидеть, как массивные створки почти бесшумно раздвигаются в стороны, обнажая нутро ангара космосу. Не звучали сигналы готовности, полагающиеся в подобной ситуации, фонари предупредительно не мигали. Странники заученным движением опустили лицевые пластины шлемов. Утечки атмосферы ещё не было, в этом случае сработала бы автоматика скафандров, но в Ордене учили не пренебрегать техникой безопасности.

Пока створки шли в стороны, Каин пытался связаться с технической службой лайнера — и никак не мог этого сделать. Милица положила ладонь на рукоять короткого лазерного карабина, прикреплённого у бедра. Она увидела, что связь с корабельной сетью пропала, а докричаться до остальных паломников с помощью слабосильных станций скафандров через все конструкции лайнера — невыполнимая задача.

— Если Путь снова подбросит испытание моему миролюбию, это уже будет выглядеть издевательством! — пробормотал Каин, но, вопреки своим словам, коснулся пистолета в нагрудной кобуре.

— Пророку свойственно дурное чувство юмора, — согласилась Милица и отправила Каину данные сенсоров своего скафандра.

На нескольких кадрах автоматика вычленила какую-то тень, которая скрывала собой искры звёзд, перемещаясь в сторону лайнера.

— У нас гости? Серьёзно?! — Каин склонился над пультом, выдернул подозрительную кристаллическую микросхему из массива и воткнул в освободившееся гнездо кабель, подключив компьютер скафандра к системам ангара.

Каин чуть прикрыл глаза. Ещё в детстве он вызвался добровольцем для имплантации сложнейшей инженерной нейросети и сейчас собирался использовать её для перехвата контроля над самовольной автоматикой. И первый сюрприз не заставил себя ждать: надежда навязать свою волю электронной схеме не оправдалась. Система находилась под плотным контролем какого-то хитрого вируса, засевшего где-то в аппаратуре.

— Где здесь коммутатор?! — Каин рывком развернулся, на виртуальном экране дополненной реальности тут же появились схемы кабельных подключений ангара.

Милица не ответила. Она искала взглядом удобное место для обороны. Космическое пиратство в промежуточных точках путешествий не было таким уж редким. Да, космос, с его дистанциями и скоростями, сам по себе защищал от абордажей и прочей фантазии писателей, режиссёров и дизайнеров игр. Но немного социальной инженерии, изворотливости и наглости давали возможность узнать маршрут, ожидаемые координаты и время выхода в реальное пространство. После чего начиналась игра на выбывание. Как сейчас.

Девушка неторопливо прошла по потолку и забралась в нишу между балками. Милица знала, что сделает Каин первым делом после высадки десанта: сбросит атмосферу в ангаре. Резкая декомпрессия такого объёма выдует в космос любого.

Каин следил за Милицей краем глаза, одновременно отламывая от стены куски облицовки и рассылая информационные запросы. Злоумышленники подготовились отлично: все системы ангара работали штатно, но данные от них не передавались в основную сеть корабля. Коммутаторы и маршрутизаторы находились под контролем вируса. А что после прыжка контроль от третичной резервной системы не перешёл к основной — такое бывает сплошь и рядом. Можно разобраться и потом.

Наконец перед Каином появился бронированный кабель-канал. Если схемы не врали, в нём лежали инфоводы системы внутренней связи корабля, которые шли уже из главного коммутатора отсека, а значит, не контролировались вирусом.

Каин сдёрнул с пояса ручной плазменный резак и начал делать в металлическом коробе отверстие. Нужно было чуть-чуть времени.

— Они приближаются. — Голос Милицы прозвучал внезапно, отчего рука Каина дёрнулась.

— Спасибо… что держишь… в курсе… милая! — прорычал он в ответ.

— Ох, нежные слова перед схваткой с многократно превосходящим противником! Может быть, признание в любви прозвучит именно сейчас? — ехидно продолжила девушка.

— Не сейчас!.. — выдохнул Каин и коротким ударом выломал кусок короба.

Пришлось раздвинуть толстые пучки кабелей, чтобы найти нужный. Радиочастотные метки в дополненной реальности мешали, заслоняя друг друга информационными плашками, но Каин знал, что искать и как. Коротким движением мультиключа он надрезал кабель и впаялся в оптоволоконные жилы.

Через несколько секунд нейросеть в голове Каина настроила протоколы связи и по всему кораблю зазвучало:

— Внимание! Несанкционированный доступ в ангар номер шесть! Службе безопасности — в ангар номер шесть!

Сообщение было зациклено и повторялось без остановки, а Каин уже переключился на канал корабельной связи, выделенный странникам:

— Брат Сатр! Нас берут на абордаж! Все системы ангара под контролем вируса, и десантный челнок, — Каин обернулся и посмотрел в открывающиеся ворота, — уже заходит на посадку! Нам срочно нужна помощь!

— Понял тебя, брат. Мы идём! — Глухой низкий голос конфессора Сатра стал первым лучиком света в этой ситуации.

Каин достал из подсумка маленький ретранслятор, подключил к мультиключу, впаянному в кабель, и оставил висеть. Торчать на виду инженер больше не мог: челнок подошёл слишком близко к ангару. Следовало найти укрытие. Но Каин не обманывался: как только вторженцы пересекут границу корпуса, они смогут получить доступ к сети ангара, а следовательно, и к системе наблюдения. Мозг странника лихорадочно искал решение критически важной задачи: выжить.

— Ты долго собираешься метаться?! — резко спросила Милица. — Я думала, ты собираешься провентилировать их в космос, нет? Ты же постоянно так делаешь на тренировках!

— Слишком долго сейчас… и бесполезно… — отмахнулся Каин, но тон Милицы настроил его на рабочий лад.

Сбрасывать атмосферу — действие ситуативное, и Каин сомневался в его полезности. Если бы штурмом руководил он, то бойцы бы носили скафандры, приспособленные для активного маневрирования в космосе, и самостоятельно влетели в ангар ещё до челнока.

Теперь, когда поднята тревога и вызвана помощь, осталось только дотянуть до прибытия остальных странников. Каин окинул взглядом ангар. Нейросеть дорисовывала коммуникации, скрытые в стенах и палубе. Таких деталей не хватало, когда они с Милицией пробирались через останки разрушенной добывающей станции, шли по коридорам погибшего ковчега, обходя кучи истлевших трупов странников. Злоба и отвращение забурлили в душе Каина, смешиваясь с адреналином. С трудом дистанцировавшись от воспоминаний, которые решили всплыть в самый неподходящий момент, Каин взял в себя в руки и оттолкнулся от стены.

Мощь экзоскелета скафандра и собственная сила придали в невесомости такое ускорение, что тормозить пришлось с использованием ракетных ускорителей в ботинках. Каин врезался в стену и замер рядом с пультом управления створками ангара. Здесь можно было реализовать другую ситуативную идею.

Милица следила за этими акробатическими этюдами со скепсисом, но сильно на них не отвлекалась. Система прицеливания скафандра уже выделила силуэт челнока на фоне звёзд, а ещё Милица заметила, как от челнока отделяются искорки и устремляются к пассажирскому лайнеру. Будь у корабля нормальная система обороны, на этом шаге можно было бы отключить тревогу и отдать решение проблемы на откуп автоматическим пушкам. Сейчас же вместо системы обороны имелся один стрелок с лазерным карабином.

— Милица, докладывай по противнику! — потребовал конфессор Сатр

— Вижу челнок неизвестной модели, сброшен десант — минимум пятнадцать единиц. Время до контакта — две минуты максимум!

— Понял! Мы идём! Нам нужно пять минут!

— Ага… вступаю в бой… — протянула Милица и подняла карабин.

Прицельный комплекс захватил цель: гуманоидная форма, но не человек. Боевой андроид. Девушка переключила режим карабина с ультрафиолета на гамма-лазер, презрев возможные последствия в виде радиационного заражения.

— Каин! Бой!

Она не стала дожидаться ответа и нажала на сенсор открытия огня. Едва заметный луч мигнул в воздухе ангара, мгновенно соединившись с целью. Андроид распался на две половины, но остальные «гости» начали маневрировать. Челнок ускорился, вокруг него вспыхнула плёнка защитного поля, и десантники оказались прикрыты им от выстрелов Милицы.

Лайнер всё ещё оставался на месте, капитан не торопился внять предупреждению Каина, а челнок уже фактически влетел в ангар.

— Ситуативное решение! — хекнул Каин и что-то вырвал из стены.

Под рёв сирены створки рванули навстречу друг другу, как лезвия гильотины. На такой дистанции и скорости никакая, даже самая совершенная автоматика не могла предотвратить столкновение. С хрустом и скрипом металлические плиты сомкнулись на корпусе челнока, пробив его обшивку и практически передавив пополам. Но инерцию огромной массы невозможно было остановить целиком. Челнок проломился в ангар.

Каин вжался в пространство между шпангоутами, уповая на благосклонность Пророка к своему последователю. Грохот, обломки, хлопки, искры, аварийная сирена — всё это сплелось в безумную какофонию разрушения. Юноша прикрыл голову руками, содрогаясь от каждого нового удара о его укрытие.

— Кай! Кай! — кричала Милица.

— Ситуативное решение оказалось не лучшим… далеко не лучшим… — пробормотал Каин, а затем увидел, как в ангар влетают боевые андроиды.

Из разбившегося челнока уже вылезали их копии — чтобы один за другим получить сквозные пробития от лазерных выстрелов.

Милица перебегала между элементами конструкции и грузовыми механизмами на потолке ангара, прикрываясь ими от урагана выстрелов из импульсных винтовок. Андроиды почти мгновенно определили девушку как единственную и приоритетную цель. Они действовали, как полагается машинам: бездушно, чётко, без сомнений и колебаний, выполняя сложный боевой алгоритм. Милицу от пули в голове спасали только её генетические улучшения, суровые тренировки и отличный скафандр. Каждый её выстрел находил цель, но численный перевес — а потому и статистика — были не в её пользу.

Каин выхватил из нагрудной кобуры лазерный пистолет, но тут же запихнул его обратно. Этот «фонарик» для самообороны, скорее всего, мог выжечь оптические сенсоры андроидов, но доковыряться до их главного процессора за разумное время — уже нет.

— Подрежь ближайшего ко мне! — резко сказал Каин. — Только антенны не трогай!

У Милицы на тактической схеме на визоре шлема несколько противников подсветились голубой рамкой. Она двумя быстрыми выстрелами превратила одного из них в радиоактивный металлолом и снова скрылась за массивной балкой грузового крана. В ограниченном объёме ангара она уже оказалась в положении, из которого единственный выход — в Последний Путь. Андроиды перекрывали всё больше векторов атаки, зажимая Милицу в угол. Пусть в облаках обломков, вальяжно плавающих в невесомости, у неё ещё имелись шансы потянуть время, но победить она не могла.

В сторону Каина андроиды не смотрели, всё их внимание было сосредоточено на подавлении угрозы. Поэтому они не заметили маленького дрона с парой роторов, который легко умещался на человеческой ладони. Эта малютка держала в цепких лапах самопальный модуль, который Каин использовал для взлома защищённых систем. Вообще за такие штуки в цивилизованном космосе можно было получить и штраф, и срок, но Каин — боевой инженер Ордена Странников, поэтому выбор между жизнью и законами чужого общества перед ним не стоял.

Дрон воткнул свою ношу в андроида, и через секунду на его процессор обрушилась вся вычислительная мощь хак-модуля нейросети, подкреплённая эмоциями Каина. Для странника это был рискованный ход: боевой взлом происходил в особом виде виртуального пространства, поэтому, пока мозг юноши штурмовал бастионы процессора, шальная пуля могла оборвать его реальную жизнь.

Шифрованные блоки информации, водопады защиты, но знакомые по структуре и архитектуре решения, популярные в Корпоративном секторе, — вот с чем столкнулся Каин. Виртуальные барьеры из потоков символов, мосты данных, ведущие в тупики и ловушки, — всё это отступало перед человеческим сознанием. Поэтому спустя несколько секунд объективного времени машина полностью подчинилась страннику, раскрыв все свои секреты, а главное — предоставив доступ к каналам управления и координации действий.

— Ну привет… — выдохнул Каин, и в локальную сеть противника ворвались боевые вирусы. Кибероружие, которое явно не следовало использовать на корабельных системах, прекрасно подходило для уничтожения андроидов-вторженцев.

Любовно созданные Каином вирусы-убийцы и приложения-захватчики, универсальные и способные работать в разных операционных средах, останавливали обработку данных, забивали оперативную память и перегружали процессоры бессмысленными запросами. Атака андроидов немедленно захлебнулась, потеряв напор и ритм. Машины больше не могли нормально взаимодействовать, их руки и ноги совершали непроизвольные движения, словно жили собственной электронной жизнью, и Милица быстро била по ним из карабина. И никакие эвристические антивирусы не были в состоянии остановить детища Каина.

Распахнувшийся внутренний шлюз, впустивший в ангар тяжеловооружённых странников, стал лишь завершающим эпизодом скоротечной схватки. Штурмовые скафандры в чёрных, красных и золотых цветах Ордена рассеялись у входа, но стволы лазерных излучателей смотрели в палубу. Вперёд вышел конфессор Сатр. Его шлем стал прозрачным, позволяя увидеть строгое лицо. Конфессор хмурился, но в его глубоко запавших карих глазах плясали смешинки. Естественно, ведь он мог наблюдать за ходом боя — телеметрия скафандров Каина и Милицы продолжала транслироваться в локальную сеть странников.

— Что ж… хоть кто-то вынес пользу из тренировок! — Конфессор одобрительно посмотрел на Милицу, а потом перевёл взгляд на Каина: — А кому-то следовало остаться на ковчеге и заниматься тем, чему он учился всю предыдущую жизнь!

— Я окончил курс подготовки боевого инженера с отличием! — вскинулся Каин. — И Пророк уже указал мне мой Путь!

— Устав Ордена учит не перечить командиру во время миссии вне Садов Пророка! — хмыкнул конфессор Сатр, и Каин сконфуженно затих.

Милице оставалось лишь промолчать. У Каина были причины отложить в сторону цель стать кораблестроителем-оружейником и тратить время на боевую подготовку. А ведь ещё год назад он всеми силами отбивался от дополнительных курсов по боевым специальностям. Но их первое самостоятельное паломничество оставило слишком глубокие следы даже на отрицавшем насилие Каине.

— Вы несправедливы к нашему юному брату.

Из-за спины конфессора Сатра вышли две фигуры в золотисто-чёрных плащах. За распахнутыми полами Каин легко различил облегающие скафандры, которые выдавали только особым агентам Ордена. Вся учебная группа повернулась к вошедшим и замерла по стойке смирно.

Милица впервые видела двух Дланей Пророка в одно время в одном месте. Единственный случай, предусмотренный инструкциями, — это сопровождение высокопоставленного иерарха Ордена.

— Братья! — резко кивнул им конфессор Сатр.

— Раз уж здесь всё улажено, оставляйте своих учеников заканчивать и идите с нами. Вас желает видеть конфессор-наставник Валдан.

Дыхание Милицы перехватило: один из главных резидентов Ордена за пределами Садов Пророка буквально на расстоянии вытянутой руки! Она на мгновение почувствовала себя восторженной девчонкой, которую собираются представить кумиру. Что-то подобное наверняка испытывали все остальные… кроме Каина. Милица бросила на него быстрый взгляд: за шлемом не было видно, но он наверняка всё ещё переживал слова конфессора.

— Понял. Ман! Ты за старшего! Зачистите тут всё, сам знаешь рутину!

— Есть! — браво отрапортовал один из штурмовиков.

Каин лишь скептически поджал губы: в штурмовом доспехе, который больше походил на маленький шагающий танк, только и заниматься зачисткой в невесомости в месиве из обломков.

Не успел конфессор Сатр уйти, а Ман Парт уже начал раздавать указания. Каин лишь пожал плечами и ждал, когда новый начальник доберётся до него. Что мог ему сказать штурмовик? Какие задачи поставить? Ман мог выступать агитатором Ордена: красивый высокий воин, отличник боевой и идеологической подготовки. Как легендарный Пастырь из Книги Пути, он быстро находил общий язык с кем угодно. Только с Каином и Милицей у него вышла осечка. И если на инженера штурмовик наплевал, то мимо будущего конфессора не смог пройти.

Каин отдавал себе отчёт, что просто ревнует. Ман пытался приударить за Милицей, и конфессор Сатр потворствовал своему любимчику.

— Мил, давай со мной в паре. Идём посмотрим, что осталось от челнока после его знакомства с Каином! — Ман и не пытался скрыть насмешку в голосе.

— А ты бы справился лучше? — немедленно отозвалась девушка, не собиравшаяся даже приближаться к штурмовику. Она возилась с обломками, держась строго за спиной Каина.

— Лучше него? Конечно!

— Поделись с нами, — тихо, но очень твёрдо сказал Каин.

— Мой скафандр лучше во всём. Я бы с ним и техническое обслуживание осуществил качественнее, и бой провёл успешнее. Они бы даже не коснулись палубы!

— Пустозвон, — ответил на это Каин. — У тебя боевых сертификатов три десятка, а вот техническое образование на уровне ликбеза: может быть, собственный скафандр сможешь отремонтировать, но линии управления корабельными системами — не твой уровень. Тебя здесь быть не могло.

Повисла тишина. Каин откровенно плевал на флёр геройства вокруг Мана, а тот понимал, что спорить о ремонте и техническом обслуживании с инженером, у которого нейросеть в голове, заведомо проигрышно.

— История не знает сослагательного наклонения, — заключил штурмовик. — Возможно, в следующий раз я покажу всю глубину твоего заблуждения. А теперь и ты, и Милица — со мной на челнок. Изучим его.

Милица хмыкнула и толкнула Каина бедром:

— Какой ты злой! А ведь всем говоришь, что против насилия и конфликтов.

— А я и против. Вон, никакого конфликта. Сплошное взаимопонимание на фоне вежливого посылания.

***

Джованни Вонг откинулся в кресле и прикрыл глаза. Только что он закончил переговоры с весьма настырной дамой из Департамента колонизации Корпоративного сектора. Приятная во всех отношениях женщина долго настаивала на увеличении квот переселенцев на Оазис-427, но без пропорционального увеличения финансирования проекта нормализации планеты. Для Вонга — одного из личных ассистентов директора корпорации «Капром инк.» господина Лемичи — это стало профессиональным вызовом.

Он постучал пальцами по подлокотнику кресла. Обратная связь от тактильных датчиков показалась Вонгу слабее, чем обычно.

«Пройти техобслуживание. Заказать новые детали», — появилась в виртуальном планировщике новая запись, чуть подвинув вниз бесконечное полотно пронумерованных строчек и абзацев. Вонгу приходилось держать под контролем всю работу департамента статистики, приглядывать за департаментом логистики и быть в курсе главных новостей остальных департаментов. Даже при его уровне киборгизации это выматывало.

Повинуясь мысленному приказу, по трубкам, заменявшим Вонгу кровеносную систему, заструились лекарственные смеси, усиливая регенерацию нервных тканей и проводимость сигналов, вычищая любые отходы жизнедеятельности на клеточном уровне. Эти препараты стоили состояние, предоставлялись корпорацией, и без них совершенный киборг Джованни Вонг превратился бы в бесполезный комок нервов в металлокерамической оболочке. Торговать человечностью в угоду интересов корпорации — обязательное условие карьерного роста в «Капром инк.».

Верно было и обратное: если тебя вознесли решением директора, а ты всё ещё слишком человек, то выбор становился небольшим. Вонг его сделал и получил власть, положение, океаны бесконечных интересных задач — и шанс быть казнённым как не оправдавший высокое доверие директора.

«Зато не скучно!» — усмехнулся Вонг, а в следующий момент в потоке новостей от департамента логистики вспыхнул чёрный флаг — критическая ситуация с необходимостью немедленного реагирования.

Вонг не успел даже ознакомиться с сообщением, как флаг сменился на красный с чёрной полосой — реализуется решение по критической ситуации. Через пару секунд вместо красного флага появился оранжевый — критическая ситуация под контролем, ещё через три секунды — жёлтый, потом — зелёный. И наконец белый — критическая ситуация разрешена, задача снята с контроля.

— Да что здесь происходит?! — рявкнул Вонг.

Искусственный разум, выполнявший роль его помощника, вывел хронологию событий на отдельный экран на стене кабинета. Сначала поступил сигнал тревоги с транспортно-пассажирского лайнера «Одуванчики Панд» — угроза захвата на промежуточной точке выхода в реальное пространство. Вонг бегло изучил отчёт и сбросил его в департамент безопасности для контроля: бандиты знали время и координаты выхода корабля из прыжка, провели подготовительные работы на самом корабле — пусть теперь безопасники отрабатывают свой хлеб. Дальше события и флаги менялись со скоростью кадров в виртуальной комнате ужасов.

Вонг с любопытством посмотрел, как пара наёмников размотала штурмовую группу.

«Красивое кино…»

Вонг быстро пролистал отчёт. Первая странность бросилась ему в глаза почти сразу. На лайнере летели пять членов Ордена Странников: какая-то важная шишка и четыре бойца сопровождения. Они оплатили перевозку с личным оружием, предоставили все необходимые сертификаты Корпуса безопасности Корпоративного сектора. Вонг посмотрел на следующую страницу отчёта и хмыкнул: перед самым отправлением на борт по бартеру нанялась целая группа странников — перевозка за охрану.