Странники. Путь Каина

– Босс, блин, меня же из борделя выдернули!..

– Я разговаривал с родителями по тахионке!..

– Откуда у тебя такие баблищи?!

– Накопил!

Мужчина дождался, когда эмоции выплеснутся, и повторил:

– Тихо!

Строй снова замолчал.

– Мы на контракте. Пункт 2.20.90 контракта гласит: «В случае принятия компанией решения о передислокации корабля-носителя работники Исполнителя обязаны прибыть на корабль-носитель до совершения внепространственного сверхсветового прыжка либо проследовать к точке передислокации своими средствами и за свой счёт. Задержка прибытия работников Исполнителя более чем на двадцать четыре стандартных часа считается нарушением условий контракта». Ответственность – штраф, пеня по пунктам 5.01.04, 5.01.08, если кому-то интересно. Поэтому, если у вас остались жалобы, выразить их надо здесь и сейчас.

Строй молчал.

– Отлично. Взвод! Вольно! Разойдись!

Каин наблюдал за происходящим с интересом. Это так напоминало дом, что в груди защемило, мгновенно окатив тоской. Но он подавил очередной малодушный порыв вернуться и направился к диафрагме шлюза: суровый командир прибывшего отряда уже подходил к Сате.

– Доброго Пути, – коротко приветствовал мужчину Каин, когда они встретились под боком Саты. Её мобильный модуль сейчас раскинулся на плечах странника в режиме невидимости, глухо мурча, но готовый защищать хозяина от любых невзгод.

– И тебе, странник, – кивнули ему в ответ. – Я Джон Рубер, глава «Спасателей Рубера». Мы наёмный отряд по спасению пострадавших в космосе и утилизации их кораблей. Этот ангар по контракту полностью в нашем распоряжении. В связи с чем у меня вопрос: что ты тут делаешь и как долго это продлится?

Каина окатило страхом, так сильно тон этой короткой речи напомнил ему конфессора по боевой подготовке на ковчеге. Тот тоже разговаривал с Каином словно с пустым местом. Но это был не конфессор, сам Каин – не на ковчеге, а за его спиной – Сата с оборонительными лазерами.

– Столько, сколько скажут, уважаемый Рубер. Меня сюда направил диспетчер. – Каин постарался как можно спокойнее пожать плечами. Этот мужчина на полголовы ниже странника генерировал пугающую ауру, хотя ничем не выражал агрессии.

– Ты подрядчик или член экипажа? – последовал новый вопрос.

Каин подумал секунду и дал нейтральный ответ:

– Я – странник. Мне по Пути с капитаном Вилом, особенно когда он платит.

Рубер чуть нахмурился, явно не ожидая такого. Его губы сжались, челюсть напряглась, он, видимо, собирался выдать что-то более грубое, но не успел. Женщина из строя, рыжая, с яркой татуировкой туманности вокруг левого глаза, подскочила к ним, обогнула Рубера и хлопнула Каина по плечу. Никто не успел среагировать – кроме пустоты на плече странника. Что бы женщина ни хотела сказать, когда подошла, эти слова умерли в её горле, превратившись в крик страха. Модуль Саты по-кошачьи зашипел, мелькнули когти и зубы, размером и остротой вовсе не подходящие корабельному питомцу: боевой биомеханоид собрался порвать эту несчастную.

– Сата, нет! – Каин ловко подхватил пушистое тело, спасая женщину от смерти.

– Лова, назад! – рыкнул Джон.

Всё это заняло меньше секунды. Теперь странник держал псевдокошку на руках, та раздражённо шипела, Лова пучила глаза на них обоих, открывая и закрывая рот, а Рубер сжимал её плечо пальцами. Остальные бойцы Джона только повернулись на крик, но замерли под излучателями двух гамма-лазеров.

– Сата! Нет! – снова приказал Каин. Его нейросеть напрямую подключилась к биопроцессорам корабля, подавляя защитные реакции.

– Все замерли! – гулко приказал Джон. Он посмотрел в глаза страннику: – Если это начнёт здесь стрелять, ты тоже умрёшь.

– У излучателей Саты фокусировка позволяет сбивать насекомых. А наведённая радиация мне не так страшна. – Адреналин бил в голову, и Каин держал себя в руках только благодаря тренировкам на ковчеге.

– Так! Спокойно! Спокойно, я сказал! – В ангар ворвалась группа безопасности «Харона». Все они были боевыми киборгами разной степени протезирования, а следом за ними шли андроиды охраны. Из-за спин бойцов выглядывал Малка Роднис. – Мир, дружба, презервативы!

– Мистер Роднис, – Рубер повернулся к главному инженеру, – нахождение здесь странника с кораблём – нарушение контракта.

Тот лишь закатил глаза и отмахнулся:

– Ты, Джон, не ценишь моего хорошего отношения! – Малка потряс рукой в воздухе. – Каин! Пока мы движемся, твоя задача – диагностика их корыта! – Инженер ткнул пальцем в челнок.

– Я не успел получить инструменты… – растерялся странник.

– Это ты молодец, парень! Свои-то инструменты не казённые! Держи! – Малка жизнерадостно улыбнулся и вручил Каину потёртый пояс с подсумками. – Всё по списку, всё работает! Ну, верю в тебя! И никакого выпендрёжа, Джон! Дефектная ведомость мальчика ляжет напрямую на стол Арктурусу, и, если тебе реально повезло, капитан подпишет документ, не вникая. Ты понимаешь меня?

– Понимаю, – степенно кивнул Рубер и махнул своим подчинённым: – Не мешайте парню работать!

Каин смотрел на происходящий спектакль и не понимал его. Перед странником реализовывались какие-то договорённости между Рубером и Роднисом, совмещённые с тестированием самого Каина. По здравому размышлению, его это мало волновало. Он в движении и скоро удалится от ковчега ещё дальше, у него есть какая-никакая работа и место отдыха для Саты. А в перспективе его ждут интересные места и знакомства с новыми людьми.

Поэтому странник быстро проверил подсумки, убедился, что в тестере свежие батареи и новая прошивка, а щупы не потеряли чувствительность и откалиброваны. Несколько мультиключей разных конфигураций, малый плазменный резак, хомуты, плавкий крепёж, изолента – всё, что нужно для осмотра и беглого ремонта.

– Я пойду? – спросил Каин.

– Давай, парень, покажи класс! – Малка махнул рукой. – И не подсказывайте ему!

– К страннику не приближаться! – приказал Джон, и его подчинённые расступились, словно Каин был прокажённым.

Пустота на его плече прошипела всем окружающим что-то оскорбительное, а излучатели втянулись в борт Саты. Каин неторопливо приблизился к челноку, разглядывая его.

Корабль создавался в рамках уровня шесть-плюс, а значит, из титанового сплава были и несущие конструкции, и обшивка – что внешняя, что внутренняя. В толще корпуса располагались вторичные системы челнока: сенсорные системы, основная часть трубопроводов, не связанных с жизнеобеспечением, часть резервуаров с топливом и водой. Снаружи обшивку покрывали заплаты, но на искушённый взгляд Каина с ними всё было в порядке. Один из защитных куполов над сенсорами не закрылся до конца, внешний манипулятор на левом борту не вернулся в походное положение.

Странник прикоснулся к броне, словно желая прочувствовать корабль.

– Вибрации, Сата. Вибрации – это плохо. Особенно, когда двигатели молчат.

Каин ползал под челноком, осматривал, ощупывал, вскрывал сервисные люки, поэтому люди Рубера отвлеклись и не заметили, когда гибкая фигура исчезла из их поля зрения. То, что корпусные шлюзы требовали сложных шифрованных ключей для доступа, Каина не смущало. Он погрузился в работу, поймал поток вдохновения, у него имелся хак-модуль – что ещё нужно? Маленький буфер шлюза даже не пискнул, когда посторонний попал во внутренний объём корабля. Сигнализация не заметила вторженца, вторженец не стал беспокоить сигнализацию. Коридор отразил возраст и большое число обитателей челнока. Эту модель построили по достаточно известному модульному шаблону, поэтому Каин приблизительно понимал, где стоит искать резервный пост управления и инженерного контроля.

От основного тела Саты пришёл сигнал, что в ангаре поднялась какая-то паника, люди кого-то ищут. Каин, только устроившийся в ложементе управления, пожал плечами и продолжил прогонять предстартовые тесты, проверяя состояние систем двигателей и реактора. Для этого, конечно, пришлось задраить люки.

– Может, из-за этого они и беспокоятся? Мне казалось, летающие на такой машине должны быть бесстрашными.

Каин потратил ещё час, чтобы прозвонить датчики по всему кораблю и сделать выводы. Челноку требовался мелкий ремонт и полноценный апгрейд. Странник сформировал отчёт и дефектную ведомость, вписав в документ предложения с указанием возможных моделей для замены. Модуль Саты вернулся к нему на плечи и тихо заурчал.

– Да, хорошо потрудились. Если во внешнем мире все корабли такие, без работы я не останусь.

По здравому размышлению Каин не решился выходить через одну из аппарелей, чтобы не действовать на нервы этому суровому Руберу и его людям. Он выбрался через верхний шлюз и пробрался к кормовым пилонам двигателей. Большинство членов отряда ушли ещё полчаса назад, теперь только оставленные наблюдатели нерешительно топтались перед трапами. Ситуацию разрешили вооружённые дроиды-охранники, вышедшие из тени Саты.

– Прошу не противодействовать члену экипажа во избежание конфликта. – Сутулый механический болванчик с вполне убойным дробовиком перегородил дорогу одному из спасателей, который заметил, как Каин спустился по тросу на палубу.

– А никакого противодействия не будет! Я ему разок в зубы ткну! Ты что сделал с нашим «Гиперионом», долбанный сектант?!

Каин обиженно поджал губы, бросил острый взгляд на громогласного мужчину, но промолчал. Мир всегда богат на грубости, это не повод мараться о них. Где-то в глубине души странник понимал, что так же реагировал бы на незваных гостей на Сате. Вот только причина была бы другой: система обороны эмоционального и частично разумного биомеханоида разорвала бы вторженцев на части, которые ещё пришлось бы убирать.

– Ничего! – Каин в приступе ребячества показал ему язык и подмигнул. – И не буду! Держи.

Каин пихнул в ладонь дроида карту памяти.

– Мне надо куда-то прибыть? Ещё тестовые задачи?

– Да, в сектор развлечений. Вас ожидает виртуальный тренажёр, – ровным голосом ответил дроид. – Я провожу.

– Веди. – Каин пожал плечами, вызвав шипение у Саты.

В этот раз коридоры «Харона» были наполнены людьми. Где-то слышались детские голоса. Чем-то эта страшная старая посудина напоминала страннику родной ковчег. Несколько тысяч человек: семьи, одиночки, друзья, любовники, враги, соперники. Только тут не было вездесущей Ариадны, проводника идей Пророка, не было суровых конфессоров, которые прятали за зеркальными линзами шлемов усталые взгляды, наполненные пониманием. Там, где Орден Странников был монолитным, единым в своей цели, население «Харона» было пёстрым комком векторов. Обычными людьми. Захотел ли он жить, как они? Нет. Он не знал их, зачем ему разделять их образ жизни? Они попутчики, не больше, но и не меньше. Попутчик достоин уважения. А Каин посмотрит и оценит. Путь непредсказуем, всё может пригодиться.

Сектор развлечений, он же – рекреационная зона, занимал несколько просторных отсеков и примыкал к одной из столовых и единственному на «Хароне» бару. Отдельное помещение занимали три десятка капсул виртуальной реальности, между которыми нервно вышагивал молодой мужчина. Каин сразу заметил цветные дреды разной толщины, часть из которых явно скрывала шнуры подключения, глубоко запавшие глаза, бледную кожу, жиденькую бородку, заплетённую в косичку, и проявившиеся сосудики вокруг маленького рта и крыльев горбатого носа.

– Наркоман? – без обиняков спросил Каин, когда дроид остановился рядом с мужчиной.

– Не, я в завязке! Арктурус и так не любит нашего брата, а если ещё и с наркотиками поймает – отправит голым на мороз. Возможно, во время перехода. Меня зовут Вай Сон, я один из операторов виртуальных комплексов «Харона».

– Завязка – это хорошо. Я наркоманов не люблю. Их Путь короток и глуп, сами они ненадёжны и предают по щелчку пальцев барыги, – кивнул Каин. – Поэтому капитан Вил прав. А ты молодец, что бросил и больше не употребляешь.

Взгляд собеседника забегал, но Вай Сон быстро взял себя в руки и указал на ближайшую капсулу:

– Надеюсь, к виртуальной реальности у тебя претензий нет?

– Нет, она всего лишь инструмент Пути. Главное, чтобы не единственный, – заученно ответил Каин.

Странник в своё время провёл в виртуале многие часы, осваивая теорию. С трёх лет Ариадна учила его всему, а конфессоры следили, чтобы знания не лежали мёртвым грузом. Сейчас история вывернулась наизнанку: сначала практические тесты и лишь потом – виртуальные.

– Отлично! Тогда ложись. – Верхние сегменты раскрылись, повинуясь мановению руки Вая. – Где у тебя гнездо?

– Я обойдусь беспроводным подключением, – качнул головой Каин. Вай Сон мелко вздрогнул. Он всё меньше нравился юноше.

– Хорошо!.. Н-ну ты ложись, ложись! Я пойду за пульт… буду следить!

Каин кивнул ему и лёг в капсулу как был: в обычном комбезе и с рабочим ремнём. Сата фыркнула и осталась снаружи, устроившись у сервисного люка капсулы.

Виртуальная оболочка включилась, едва капсула закрылась. Каин расслабился и позволил себе скользнуть в программную среду. Хак-модуль немедленно врубился в цепи управления, предотвращая попытки воздействовать на странника, перехватывая контроль над подключением, медицинским модулем и остальными системами. Даже возможность записи происходящего в виртуале была отключена. Странники не имели права раскрывать себя в произвольной среде, где властвовал искушённый разум, а не бесстрастные законы Вселенной. Там, где нет правил, лишь воля странника должна быть правилом.

Тесты были настолько многочисленными и разными, что если бы не ускоренное восприятие времени в виртуале, процесс затянулся бы на недели. Он ремонтировал произвольные поломки. Помогал организовывать масштабный ремонт целой волны отказов оборудования. Самым страшным был, естественно, отказ энергоустановки и системы жизнеобеспечения при частично неисправных резервных системах. Игра со смертью на время. Были выходы в космос. Только на боевых тестах Каин испытал… дискомфорт. Мог ли человек, прошедший длительные и разнообразные тренировки, обеспеченный нейросетевым имплантом, а значит, обладающий усиленным мозгом, мазать при стрельбе? Каин для себя имел ответ: мог. Оружие вызывало у него не отторжение – в конце концов, он инженер-универсал, – а стойкое нежелание использовать. Он отказывался стрелять в любые цели, даже в железные болванки. Его Путь в созидании, пусть и инструментов разрушения. Каин отрицал своё прямое участие в бою.

Поэтому первую группу атакующих он подловил в секции коридора, запер в ней и резко увеличил содержание кислорода в воздухе, используя пропускную мощность трубопроводов на максимум. Автоматика их скафандров сработала отлично, но момент, чтобы вырваться из ловушки, был упущен. Гравитация отключена, выходы заблокированы усиленными переборками, вместо дыхательной смеси – кислородное облако.

– Бросили оружие, сели у стенки, руки подняли над головой. При попытке освободиться я продемонстрирую вам всю эффектность горения в невесомости. И молитесь, чтобы я не добавил вам побольше водорода. Для остроты.

Смог бы Каин привести свою угрозу в действие? Он очень сомневался. В этом не было никакой насущной необходимости.

Другая группа решила пробраться через грузовой трюм и в итоге окончила свой путь в металлических гробах, в которые их живьём впаяли строительные дроны. Когда по условию оператора материала для новых ящиков не нашлось, в ход пошли кабели и псевдомускулы экзоскелета скафандра.

Перед четвёртым боевым тестом капсула попыталась впрыснуть ему некий препарат. Потом ещё раз. И ещё. Каин ждал нового теста, зависнув в пустоте. И только когда Сата подала сигнал опасности, выбрался наружу. Пока сегменты крышки расходились в стороны, он мысленно извинился перед Ариадной, которая всегда выступала за мирное решение вопросов, и воззвал к конфессору Петру, научившего его решать такие ситуации.

Вай Сон лежал на палубе, придавленный к ней титанической силой мышц биомеханоида. Одной лапой Сата вцепилась в плиту палубы, глубоко пронзив её когтями, а второй прижала шею техника. Тот мелко дрожал и скулил, но не шевелился. Каин обошел его и присел так, чтобы Вай мог смотреть ему в глаза.

– Сейчас я могу приказать Сате оторвать тебе голову, патлатый членосос. Веришь мне? – Едва вырвавшись наружу, слова вызвали у Каина отторжение и желание помыть рот с мылом. Странник с трудом удержал подобающее ситуации лицо.

Но оператор виртуала поверил. Он уже понял, что заигрался, слишком творчески подойдя к приказу капитана. А холодные чёрные глаза странника не обещали ему ничего: ни жизни, ни смерти, ни памяти, ни забвения. Непроницаемая чернота глаз и спокойного красивого лицо не вязались с произнесённой фразой.

– В-верю!

– Что ты хотел мне вколоть, выхлоп реакторный?

– Стимулятор! – пискнул оператор. – Для раскрепощения!

– Не люблю наркотики. Стимуляторы тоже не люблю. И я очень миролюбив, мудак. Поэтому сегодня ты будешь жить. Даже без тяжёлой инвалидности. – Каин встал. – Заикание не считается. Сата, пусти его.

Биомеханоид рыкнул и разжал хватку. Вай Сон со скулежом откатился. Странник повернулся к нему спиной и ушёл. Сата, запрыгнув Каину на плечи, бросила на Вая презрительный взгляд зеленых с алыми прожилками глаз.

***

Малка выключил запись и посмотрел на Лову.

– Вот так. Поэтому скажи Руберу, что мальчик неприкасаемый. Если вы его обидите и он решит вас всех удушить, я, возможно, не успею вас спасти.

– Вот это заявление… – протянула Лова, склонив голову к плечу.

– Я тебя предупредил. Мальчик профессионал. – Он толкнул через стол планшет. – Всё, что вы раньше указывали в заявках на техобслуживание, он выяснил и описал за несколько часов работы. Чётко, грамотно, по формулярам. Этот юный сектант – находка, и мы его подсадили к вам в том числе и для того, чтобы он сработался с вами и поддержал ваши походы за мертвецами.

– Я… расскажу Руберу.

– На планшете запись и результаты тестов. Можешь спокойно их показать. Арктурус считает, что вам нужна поддержка, а то когда вы ещё укомплектуесь? Вот. – Малка улыбнулся той улыбкой, от которой женщины таяли, а дети улыбались в ответ. Его обаяние оставляло отметины даже на броне Ловы, насколько уж она была искушённой в переговорах с ним.

– Вы нас снова кинете в мясорубку? – нахмурилась женщина.

– Не факт. Но эта Вселенная крутится, а шарик может упасть и на красное, и на чёрное. – Главный инженер пожал плечами. – Казино даёт шанс, но не смеет настаивать.

– Вы его хотите обкатать на нас! – Лова обвинительно ткнула в него пальцем.

– Не без этого, – снова улыбнулся Малка.

– Я поговорю с Рубером.

Они проболтали ещё несколько минут, а потом женщина покинула каюту Малки. Едва за ней закрылась дверь, как над столом вспыхнули две голограммы: Арктурус и Модей Гор – глава службы безопасности «Харона», мрачный киборг, больше машина, чем человек.

– Вы меня не убедили, – зазвучал тихий синтезированный голос Модея. – Мальчик – странник, а значит, умеет убивать. Точка, других мнений тут нет. То, что он очень не хочет убивать, мне тоже очевидно. Никакой соцкоррекции поведения, только самоконтроль. Зрачки дёргаются, сердце стучит сильнее, угроза вызвала микромимику отторжения. Он отрицает насилие. Это хорошо. Но, повторюсь, он странник, а значит, обучен всему, что необходимо для решения личного конфликта. А его навыки взлома – отдельная песня. Хак-блок просто поработил виртуальную капсулу. Я даже не уверен, что странник сделал это осознанно. Я рекомендую плотный контроль и ликвидацию при малейшей угрозе. Его биомеханоид – средство террора.

– Я понял тебя, Модей. Каин – ценный актив. Пока что мы будем наблюдать. Я считаю, что если не толкать его на конфликт, то конфликта не случится. Подведи к нему пару толковых парней, пусть берегут мальчишку, – резюмировал Арктурус. – Включайте его в корабельный цикл потихоньку. Пусть потрётся с ребятами Рубера, потом пообщается с Потрошителями и Стервятниками. Железный хор его сам найдёт. Через десять часов мы будем на верфи, а потом у нас месяц ремонта. За это время, он должен стать частью команды.

– Мы идём в проблемную зону? – напрягся Малка.

– Возможно, нас отправят в Карантин-14, – ответил Арктурус.

– Генитально, – заключил Модей, и разговор прервался.