Мы с тобой наконец встретились…

Да, он оказался успешным, влиятельным человеком, инвестировал в IT-компании, стартапы, имел бизнес в Кремниевой долине и был очень умным, сильным, щедрым, добрым. Все-все те качества, которые я прописывала ежедневно в своих желаниях и своих дневниках.

Наступило очередное воскресенье, и мы запланировали встретиться, Деметрио должен был заехать к маме и потом за мной, я собиралась, уже не чувствуя ни своего тела, ни этого мира, я хотела только увидеть поскорее, ощутить, почувствовать… Я снова в бигуди, снова почти одетая и он скидывает билет в Израиль, что срочно нужно ехать, на один день. Но приедет из аэропорта сразу ко мне, и какова моя реакция? Я чуть не плакала, я ведь ждала уже почти две недели, и я сказала, что жду, буду ждать, что ничего страшного. А изнутри пылала, только не гневом, а желанием побыстрее увидеть. В этот его отъезд Деметрио написал мне впервые, что влюбился, не видя меня, и приземлившись написал, что любит.

Переписка была следующей:

– Софиюш, я приземлился, ты ложишься или со мной будешь?

– Я с тобой буду, – ответила я.

– А куда деваться, я влюблен в тебя, не видел и влюбился.

Мы переписывались в аэропорту, перед посадкой, после посадки, после прилета, мы все время были на связи, не отрывались друг от друга, мы были примагничены друг к другу. И с каждым днем росло желание быть только с ним, только вместе, всегда рядом. И конечно я чувствовала его искренность, внимание, заботу, и да, что скрывать, я видела, как он был воодушевлен. Деметрио говорил, что правду говорят – никогда не зарекайся. И тут такое. Как так, встретить и влюбиться не видя, но ощущая, что будто всю жизнь знал.

Деметрио высылал мне фото с аэропорта, видео, сам Тель-Авив, погоду, природу, фотографировал все, кроме себя, да мне и не нужно было, как-то все само по себе шло. В аэропорту он спросил, что мне взять из дьюти фри, я ответила, чтобы выбрал на свое усмотрение, мне все будет приятно.

Ему было интересно все узнать обо мне, о моем детстве, юности, о моей жизни, чем я жила, чем дышала, какая была в детстве. Деметрио все время интересовался о моем сыне, о маме, его интересовало все. Мы говорили с утром, днем, вечером, ночью, переписывались постоянно, писали друг другу каждую секунду и это было обоюдно, его жизненные принципы, его цели, его всё было под копирку моим, будто он взял и снял копию с моего процессора…

После его прилета мы сблизились еще ближе – одна энергетика, одна родственная душа, все было родным, своим. Сказка, да и только.

Прошла очередная неделя, мы до сих пор так и не увиделись, у него был загруженный график, проекты, дела, встречи, но связь между нами только укреплялась, желание росло с нарастающей силой, энергия била ключом.

И тут наступает суббота, он едет отвозить маму на дачу, а я с сыном пошла в кино. Переписывались весь день и к вечеру я понимаю, что настроение его не то, что было ранее утром или днем, и я понимаю, что что-то не то. Еще не понимая, что происходит я говорю: «Это не ты», а он отвечает: «Я могу быть разным». И в эту ночь я не уснула, понимала, что теряю кислород. Так и не ложась спать, в пять утра отправилась на пробежку, рыдая от бессилия и не понимая, что произошло… Он тоже не уснул в ту ночь, я это ощущала, ему говорить не нужно было ничего. Я просто это знала. Он написал мне с утра следующее: «Мне не сорок, как я тебе говорил, мне 51, а значит, я на одиннадцать лет старше тебя. Я отлично выгляжу, но не суть. Теперь не знаю, стоит ли нам встречаться, решать тебе. Я иду спать, потом на пробежку, если решишь увидеться, давай, как и договаривались, в обед увидимся, целую».

Я плакала и отвечала ему в сообщении, что я только рада, что он взрослее меня, я ведь не воспринимаю мужчин ни ровесников, ни моложе себя, и потом зачем загадывать, ведь мы еще даже не виделись. И да, я хочу увидеться, я хочу.

Я позвонила маме слезах и стала искать подтверждения и поддержки, мама успокоила и сказала, что даже в этом я получила, что хотела, чтобы мужчина был старше меня минимум на десять лет.

Он проснулся, написал: «Что, ты готова?» Я сказала: «Да!» и пошла собираться. Время подходило к назначенному часу и сердце мое вырывалось наружу, я боялась, дрожала, коленки тряслись, я ведь даже не понимала, кого я увижу. Он как будто услышал меня и выслал свое фото. Только мне уже было все равно, кто он, что он, как выглядит, что у него есть, а чего нет, я только прикоснуться хотела, увидеть, почувствовать. Дрожь не унималась и вот я стояла одетая. Уже ехала в машине, он отправил водителя и, подъезжая к ресторану, я понимала, что просто сейчас потеряю сознание, а Деметрио уже ждал меня.

Я вышла и увидела то, что хотела увидеть – сильного, солидного, уверенного в себе мужчину. Я поцеловала его в щеку, немного нервничала, он сказал только одно: «Ты в жизни красивее. Намного!»

Деметрио проводил меня к столу, и мы сели рядом, он взял мою руку в свою и больше не отпускал ни на миг. Я чувствовала его, он меня, и он сказал: «София, у тебя сумасшедшая, женская энергетика».

Мы ели осьминога, рыбу, еще много чего, я пила вино, он пил кофе, мы сидели на улице, и погода была солнечная, это был наш день…

Я смеялась, что-то рассказывала, что – я уже и не помню, но отчетливо помню только его сильные руки, его силу. Деметрио, как гора, сидел рядом, и это тепло, эта надежность укрывала меня ото всех. Выяснилось, что мы одной стихии воды: он Рыбы, я Рак. Теперь я понимала, отчего наша энергетика слилась воедино и появилась эта схожесть, это родство, ведь Рак и Рыбы – одни самых чувственных знаков. И потом Рак для Рыб является идеальнейшим партнером по всем параметрам.

Мы еще долго сидели, смеялись, общались, но руку он не отпускал, и я чувствовала его, и хотела только одного – чтоб этот момент никогда не заканчивался. Он сказал, что теперь осталось только, чтобы его бывшая жена тоже встретила кого-нибудь и можно расслабиться. Я его уважала за то, что он беспокоился за нее, за то, что обеспечивал и нес ответственность за нее и за дочь, которая жила с матерью. Они жили в Риге, он жил на три страны: Израиль, Великобритания, Штаты.

Посидев, пообедав, поговорив о многом, ему нужно было ехать на встречу, и мы тронулись, его рука держала крепко мою руку, будто он боялся отпустить, да и я тоже. Потом, вечером, он мне сказал: «Ты только прикоснулась ко мне и, передав свою энергетику, зарядила меня энергией, я теперь могу работать всю ночь». Он часто говорил мне о моей живительной энергетике, от которой он с утра пробегает теперь не 10, а 20 километров, как успевает сделать все в один момент, как у него все получается. И да, он вспомнил наш первый разговор и сказал, что был не прав в позиции, что мужчина – независимая боевая единица. Что, безусловно, женщина играет значительную роль в жизни мужчины. «И ты, София только утверждаешь этот факт, потому как вливаешь в меня столько энергии, сколько я не получал последние 10 лет, ты словно топливо в меня влила, и я чувствую себя Гераклом, которому все подвластно».

Теперь же, увидев его, прикоснувшись к нему, я понимала только одно: он моя крышечка, он тот мужчина, кого хочу любить, с кем хочу разделить свою любовь и кого хочу радовать. Он в реалии чуть спокойнее, более молчалив, выдержанный, думающий, я же – ураган, который тоже ворвался в его жизнь и перевернул её с ног на голову. Он – человек, который слишком контролирует все и вся, контролирует так, что может дать себе установку и полностью владеть ситуацией, и поэтому говорит. Даже если чего-то хочет, то слишком контролирует себя, от этого и глупостей не делает.

Увидев его в живую, я убедилась в этом: слишком уверенный, степенный и анализирующий. Как так вышло, что он так прочувствовал меня, так открылся и проникся, я не понимала. Мы так же переписывались, созванивались, его работа и занятость занимала большое количество времени. Я тоже была занята работой, которую уже даже не чувствовала, я ведь растворилась в нем и мои чувства к Деметрио росли день ото дня. Сколько учтивости и такта он проявил в отношении меня, не передать словами. Деметрио не уподобился низменным желаниям и не воспользоваться ситуацией, мной… Он даже боялся задеть меня не тем словом или взглядом, поэтому заранее предугадывал мою реакцию. Более того, он распланировал и нашу свадьбу и все абсолютно. Деметрио хотел, чтобы все было правильно, и моя мама и мои родные знали, что я замуж выхожу, а не планирую перебазироваться непонятно с кем. Да, ему было важно соблюсти традиции и мне тоже.