Вредная. Запретная. Моя

Глава 18

Я отключила мобильный, вынула вилку из розетки стационарного телефона, перевела на беззвучный режим домофон и в полной тишине закрылась в спальне. Каждый раз, когда я думала, что хуже быть не может, я оказывалась в еще большей заднице.

Первой мыслью было поехать к Аракчееву и разнести к чертям всю его компанию и самого Артурчика порвать в клочья. Я истерично рассмеялась, из глаз хлынули слезы. Снова и снова я переживала сегодняшний позор. А Вано? Сначала чесал репу, а потом понял, что ничего с меня не поимеет, и тут же свалил.

Нет, я правильно сделала, что не поехала к этому уроду Аракчееву. Пережить еще одно унижение? Ну уж нет!

Можно было опозорить его в соцсетях, сделать пару подкастов с блогерами, но я заставила себя отказаться от этой идеи. Нам и так хватает скандалов. Когда домой возвращалась, услышала по радио, что папу опять в чем-то обвиняют и вот-вот предъявят обвинения. Попыталась связаться с адвокатом, но не удалось — автоответчик был переполнен.

Никогда не представляла, что могу остаться без денег. В прямом смысле, когда их просто нет. Такое ведь невозможно, правда? Но за два дня я лишилась как минимум четырех миллионов, которые, казалось бы, уже лежали у меня в кармане. Пришлось бы ужаться, но я и так сижу как мышь в норе, перестала совсем тусить. Денег бы хватило на несколько месяцев.

А если папу не выпустят? Если его действительно посадят?

Я резко села на кровати. Однако дела становились только хуже — один за другим на отца сыпались все новые и новые обвинения. Папу даже не отпустили под домашний арест! Перепугавшись, я вскочила с кровати и бросилась к телефону, проклиная себя за то, что редко звонила адвокату. Надо все-таки ему дозвониться! Включив мобильник, я увидела входящий от Леши.

— Привет! — Я прислонилась к стене и закрыла глаза. Наверное, следовало сбросить звонок, потому что я была совсем не «в форме», но мне до одури захотелось услышать его голос.

— Привет! — От его мягкого баритона у меня к горлу комок подкатил. — Как дела? Разобралась с чем хотела?

Я закрыла рот ладонью, чтобы не зарыдать в голос. Зря, ой как зря я ему ответила. Он не должен знать, что я на дне! Только не он!

— Саша? Ты здесь? Что случилось?

Леша был единственным, кто обо мне беспокоился. Не папа, который просто сбагрил меня Артуру и забыл, не Ксюша, с которой мы с пеленок вместе, не папины друзья, которые куклы мне дарили каждый год, не Артурчик, который клялся в любви, а потом чуть не изнасиловал. Друзья… я думала, они у меня есть…

— Саша! Ты где? Дома? Сейчас приеду!

Я нажала на отбой и вместе с телефоном в руке опустилась на пол. Мобильный опять завибрировал — не успела я даже толком разреветься.

«Я сейчас приеду к тебе».

Нет, нет, только не это! Я метнулась в ванную умываться. Увидев себя в зеркале, ужаснулась.

«Не приезжай, я не открою, у меня все ок».

Снова звонок, и я со вздохом ответила. Не отстанет ведь.

— Говорю тебе, нормально все! — Мой голос едва не сорвался на рев.

— Я слышу. — Смирнов явно улыбался. — Я буду у тебя минут через пятнадцать. Съездим, проветримся…

— Нет.

Он замолчал, а я пожалела, что отказалась. Похоже, я сама не знала, чего хотела.

— Я буду ждать тебя десять минут, — наконец произнес он и отключился.

Через двадцать минут я сидела с Лешей в такси.

— Ну, куда едем? — бодро спросила я. Хорошо, что уже поздний вечер и не видно моих глаз, красных от слез. — Только не туда, где меня знают.

— Разумеется, — легко согласился Леша. — В Сокольники.

— Сокольники? — Я удивилась. — В лес, что ли?

— Почти.

— Меня никогда не приглашали на свидание в парк! — фыркнула я. — Оригинально.

— Это не свидание, это прогулка.

Ах ты сволочь!

Смирнов улыбнулся. Он выглядел очень довольным. И совсем не уставшим. Я сидела рядом и постоянно задавала себе вопрос, что я с ним делаю. Чем он меня так цепляет, что мне всегда хочется быть там, где находится он? Надо разобраться, что в нем особенного, и тогда меня сразу же отпустит. Леша мне нравился, но влюбляться я в него не собиралась.

В парке было немноголюдно — все-таки время позднее, — зато все освещено.

— Ты так смотришь, словно это ты приезжая, а не я. — Леша протянул мне мороженое. — Давно здесь не была?

— Я не просила мороженое, ешь сам. В детстве с родителями была. Я мало что помню. Я, знаешь ли, не фанат парков.

Я поежилась, хотя воздух был теплый. Смирнов отреагировал мгновенно и накинул мне на плечи свой пиджак. На удивление уютный, и я решила не возникать — укуталась в него и двинулась дальше по мощеной дорожке.

— Неспешные прогулки успокаивают нервы, — негромко проговорил Леша и добавил: — Что у тебя случилось, Саша?

Я молчала. Хотелось нахамить, чтобы отрезать все его попытки влезть ко мне в душу. Я боялась выглядеть жалкой перед ним и обычной глупой курицей, как эти телки в его отделе. Если он узнает правду и разочаруется во мне, я этого не вынесу.

— Саш…

— Все плохо! Просто отвратительно! Не трогай меня!

Леша попытался обнять меня, но я увернулась. Села на ближайшую скамейку и спрятала лицо в ладонях. Не хотела реветь при нем, но ничего поделать с собой я не смогла.

Почувствовала, что он присел на корточки, положил ладони мне на колени.

— Рассказывай. Мы все разрулим.

От его слов хотелось засмеяться. Что разрулим?! Кто разрулит? Он, что ли?

— Ты не понимаешь! Ничего уже не разрулить! Меня кинули, и кинули так жестко, что я не знаю, как дальше жить. И каждый день, понимаешь, каждый день на меня падает какая-то хрень! Я про папу даже не говорю. Я про себя! Вчера машину разбила, а сегодня… Артур, ну бывший мой…

Я запнулась, потому что вдруг увидела себя как бы со стороны — сидела и жаловалась на жизнь. И кому? Тому, кто вряд ли поймет, с какой высоты я грохнулась.

— Сахар Медович? — невинным тоном поинтересовался Леша, вызвав у меня взрыв хохота.

Едва отдышавшись, я вывалила Смирнову все: и про кольцо, и про то, что Аракчеев предлагал мне стать его любовницей и даже про то, что он кинул меня с деньгами папы.

— Короче, я продала это гребаное кольцо, но за копейки, как какая-то нищебродка. Но главное, у меня никого нет. Я одна осталась.

Смирнов молчал, а я боялась смотреть на него. Наверное, не надо было все это рассказывать, но я устала притворяться.

Леша взял меня за руки, и я вздрогнула. Его ладони оказались сухими и очень теплыми. Он поднялся с корточек и потянул меня за собой.

— У тебя есть ты сама, Саш, — мягко произнес Смирнов. — Поверь мне, это очень много, намного больше, чем можно подумать. Ты себе цены не знаешь.

Мне было отрадно слышать такие слова, хотя я и понимала, что это всего лишь слова.

— Продолжай, — то ли попросила, то ли потребовала я. И положила голову на плечо Смирнову. — Говори, какая я чудесная и замечательная.

Он тихо засмеялся, а у меня в груди словно солнце из-за туч вышло — так хорошо сразу стало. Я обняла Лешу за пояс, прикрыла глаза и приготовилась слушать.

— Ты не оставляешь людей равнодушными, Саша. Ты не просто очень красивая, в тебе много харизмы, обаяния, ты умеешь располагать к себе людей. Если, конечно, хочешь этого, как с Лоренцо получилось. У тебя талант к коммуникациям, ты можешь очень многого добиться в жизни, намного больше, чем если бы стала просто женой Аракчеева.

— Такое ощущение, что ты о какой-то незнакомке говоришь, — фыркнула я. — Но приятно. Продолжай!

Леша сильнее прижал меня к себе — как будто забирал напряжение из моего тела. Я повисла на нем, слушая его успокаивающую речь. Так бы и задремала в его объятиях, но парк закрывался — пришлось уходить.

Смирнов вызвал такси. Я была уверена, что он предложит поехать к нему, и уже обдумывала свой ответ, но нет — через полчаса я прощалась с Лешей, стоя перед своим домом.

— До завтра! — Он взял в ладони мое лицо и нежно поцеловал в губы. — Спокойной ночи!

— Не свались со своего дивана, когда я тебе ночью буду сниться, Смирнов! — Я шутливо щелкнула его по носу. — Спасибо за прогулку. Пока!

Влетела в квартиру и, не раздеваясь, рухнула на кровать. Впервые за последние несколько недель я спала как убитая.

***

На экране моего рабочего компа высветилось очередное письмо от замши. Четвертое за сегодня и десятое за последние три дня. Ведьма контролировала каждый мой шаг! Еще и пушила* при любой возможности. Откуда мне знать, что делать, если груз на таможне застрял?!

Вообще, здесь было не так уж и стремно. Офис стильный, чай-кофе-вкусняшки, работает кондей, чисто и уютно. Даже в «аквариуме», то есть в опенспейсе, я ощущала себя вполне комфортно. На меня никто не нападал, все здоровались, но в глаза не смотрели, лишних вопросов не задавали. Меня это устраивало. И главное — зарплата! Слава богам, она должна быть уже скоро! Денег осталось пятнадцать штук. А я вообще ни на что не трачу! Маникюр пришлось самой себе делать! Стремно!

Итак, были три «но», которые серьезно портили мне жизнь в компании. Во-первых, Ирка Горячева. Эта коза готова задницу лизать кому угодно, лишь бы доказать всем, что ее не на помойке нашли. Задолбала за эти дни. Лезла все сама выполнять, а я потом как идиотка перед клиентом выглядела. А косяки и накладки, которые, оказывается, часто бывают, почему-то разруливать приходилось мне! Уже дважды оправдывалась перед инглишами. Хорошо, хоть пока не перед Лоренцо!

Во-вторых, парни. Есть несколько озабоченных идиотов. Я всегда знаю, когда на меня западают. Я не против: пусть любуются, но без претензий — все должны знать свое место. Двух я послала, когда они попытались на днях ко мне подкатить — больше не лезут. Но вот няшка Берг явно не въезжает, что надо отвалить. Дважды аккуратно ему намекала — решила пока не ссориться с боссом Смирнова. Кто знает, может, и пригодится этот Берг.

Ну а в-третьих, Леша. После нашей прогулки в парке я видела его от силы раза два. Каждый день он чем угодно занят, но только не мной! Мотается постоянно по каким-то складам. Этого я не понимала, но Смирнов бубнил, типа так и надо, это работа. В общем, еще чуть-чуть — и я в нем разочаруюсь.

Я со вздохом поглядела в окно — второй день лил дождь. Влом в такую погоду выходить на обед в кафешку — придется снова тащиться в столовку. Вчера Костик туда дорогу показал, вместе даже в очереди стояли.

— Колосов! — Я обернулась к задроту. — Слушай, пошли обедать, что ли?

Из всего нашего «аквариума» эта «рыбка» была самой безобидной и полезной. Всегда мне помогал, когда я просила.

— И-извините, Александра, но не могу, — прошептал Костик и уткнулся в свой комп.

Ну раз не может — его проблемы. Я пожала плечами и решила идти одна. Смирнова опять сегодня куда-то сослали! Когда спускалась по лестнице, меня нагнал Берг. Олежа был при особом параде (одевался, словно в загс каждый день ходит), но сейчас и впрямь как жених выглядел. Только букета в петлице не хватало.

— Привет, Александра! Пообедаем вместе? — Он встал передо мной, облокотившись на перила.

— Нет. — Я еле сдержалась, чтобы не толкнуть этого клоуна. — Обедаю одна.

— Ты обедаешь со мной, — нагло улыбнулся Берг. Он напоминал Артурчика — такой же самоуверенный недомачо. — Если хочешь узнать, как решать вопросы с таможней. Пойдем, я тебе все расскажу.

Я от раздражения даже губу закусила: вот же гад, знает, чем крыть. Мне и правда не справиться, еще и Ирка отпросилась на полдня…

— Ладно, — кивнула я. — Но если кинешь, прибью.

В столовку я зашла чуть позднее — нужно было ответить на звонок клиента. Берг стоял спиной ко мне в компании трех незнакомых парней.

— …конечно согласилась. Куда она денется-то?! — Я подошла ближе и встала за кадкой с пальмой. Нутром почуяла, что про меня говорит. — Гонора уже меньше, да и она ж понимает, что тупая, не в состоянии сама даже почту открыть. Все знают, через какое место она к нам попала.

Взрыв смеха. Вот гондоны! Я постаралась запомнить все эти рожи. Отомщу при первом же удобном случае! Это я почту открыть не могу?!

— Слышал, Костян вокруг нее трется, — добавил бородатый уродец. — Даже обедать ее водил.

— Больше не поведет, — заржал Берг. — Я ему объяснил. Кто девушку заказывает, тот ее и танцует.

Я вышла из-за кадки и встала почти вплотную к этой компашке. Меня заметили. Бородач побледнел, смутился и толкнул Олега, который тут же повернулся ко мне лицом.

— Танцор, значит, — без улыбки проронила я и отточенным ударом заехала ему в глаз. Берг взвыл, а я добавила ему коленом между ног. — Танцуй давай!

— Эй… эй… — К нам подлетели какие-то телки, бородатый подхватил Олежу, который задел стол с чистыми приборами. Ложки и ножи с вилками полетели нам под ноги.

— Чокнутая!

— Олег, что случилось?

— Надо охрану позвать.

Я смотрела на этот муравейник и не чувствовала внутри ничего — ни злости, ни раздражения, ни обиды, что меня в очередной раз посчитали тупой шлюхой. Мне плевать на этот сброд, но я никому не позволю себя мешать с дерьмом.

Обедать расхотелось, я повернулась, чтобы уйти, но Берг вцепился мне в плечо.

— Извинись! — Левый глаз Олежи был красным, но еще не заплыл. — Ты че творишь?

— Руку убрал, пока снова не получил, урод, — процедила я. — Как баба сплетни разводишь.

— Что здесь происходит?

Перед нами возник Смирнов. Уставший, волосы взлохмаченные, в какой-то убогой толстовке. Он внимательно оглядел всех, потом посмотрел на Берга и… молча задвинул меня к себе за спину.

— Лех, ты чего влез? — Олежа приложил к глазу пакет со льдом, который ему сунул в руку бородатый олух. — Не видишь, я разговариваю?

— По работе?

— Личный разговор!

— Если личный, то сначала ко мне. Но лучше к врачу.

— Иди на хрен, Лех! Ты че, ее адвокат, что ли?

Я сама могла справиться с Бергом. Дерьмо, а не мужчина, тут слепому ясно, но было приятно, что Смирнов впрягся за меня. Очень приятно.

— Я не ее адвокат, но мы вместе. Мы с Сашей встречаемся, ясно? И если у тебя остались к ней вопросы, задавай их мне.

* Пушить — (молодежный сленг) давить, надавливать, прессовать, оказывать давление.

Глава 19

От заявления, что я, оказывается, девушка Смирнова, опешили все. Берг даже лед из рук выронил. Такая тишина вокруг образовалась, будто стены рухнули, а все, кто выжил, застыли на месте. Очнулась я, только когда Леша потащил меня за руку к выходу.

— Совсем сдурел? Никогда не буду с тобой встречаться! Даже не надейся!

Я была так зла на Смирнова, что у меня слов не хватало. Пока шли из столовки, я пнула его пару раз от полноты чувств. Пусть скажет спасибо, что на месте не убила!

— Я и не надеюсь, Саш. Но не смог придумать ничего лучшего. Извини.

По тону не заметно, чтобы он о чем-то сожалел.

— Не извиняю! — огрызнулась я. — Теперь еще и слухи пойдут!

О нашей стычке в столовке скоро узнали. В «аквариуме» воцарилась гробовая тишина, едва я туда зашла. Да и плевать — я правильно все сделала. Никому не позволю себя прогнуть — ни Артурчику, ни его вшивому клону!

Отвернулась от всех, засунула айподсы в уши и попыталась поработать, но мысли блуждали вокруг Лешиного экспромта.

Его девушка! Придумал тоже. Да мы с ним на разных волнах, даже несмотря на умопомрачительный секс. Если бы не случайность, никогда бы и не встретились. Наверное.

Заставила себя вспомнить его диван на съемной квартире. Нет, такая романтика точно не по мне.

Я так напрягла воображение, что не сразу заметила, как на моем столе появился сэндвич в упаковке. Обернувшись, поймала ускользающий взгляд Костика.

— Спасибо, — кивнула и подкатила к нему на кресле. — Пообедать сегодня не удалось, как — ты знаешь уже.

— Наслышан, — пробормотал задрот. — Жаль, сам не видел. Правда в глаз, да?!. Берг еще то дерьмо, но зря вы так с ним. Лехе теперь кобзда.

— Чего?! — Я удивленно вытаращилась на Колосова. — Да не мо…

И захлопнула рот: черт, ведь Смирнов действительно огребет от своего шефа.

— Олег на вас запал конкретно. — Костик смотрел на меня так, будто я во всем виновата. — Он и Леху поэтому по складам гонял эти дни, знал, что вы знакомы. Так это правда? Вы и Смирнов…

— Ну да, — соврала я. — Почему нет?

Колосов скривил кислую рожу, и я поймала себя на мысли, что перегрызу ему глотку, если он что-то вякнет против. Кто он вообще такой, чтобы меня осуждать?! Костик отвернулся, ссутулился и уткнулся в свои жуткие таблицы на мониторе.

— Эй! Я вопрос задала, — специально повысила голос, чтобы все услышали.

И точно: Колосов поспешно ответил, лишь бы я поскорее от него отвязалась.

— Да мне чего… просто не думал, что такая, как вы, может обратить внимание на таких, как мы с Лехой.

— Как вы с Лехой? — повторила я. — Слушай, ты не пошел со мной обедать из-за Берга, да? Олежа прижал?

Колосов чуть покраснел и опять отвернулся.

— Он родственник одного из акционеров, его даже замша не особо трогает. А мне и так проблем хватает.

— Считай, я за тебя отомстила уроду, — улыбнулась я. — А мой Леша не зассал перед Бергом. Говоришь, вы с ним похожие? Ни хрена. И поэтому я с ним, а не с таким, как ты, Костик. А за бутерброд спасибо.

Колосов явно обиделся. Ну так сам виноват — нечего моего «парня» с собой сравнивать. Я решила, что не буду Смирнова подставлять и рассказывать правду. Пусть он налажал, но ведь меня защитить старался.

Настроение заметно улучшилось, хотя я так и не поняла, как вытащить груз с таможни. Кому-то надо было звонить и какие-то документы досылать. Но кому именно? Я путалась в этих письмах, актах, счетах. Не так я представляла себе работу с клиентами.

Смирнов не звонил, я и не знала, огреб он от Берга или нет. Меня, слава богу, никто не трогал, только косились недобро, когда мимо моего стола проходили.

Вечером я пошла на кухню делать себе кофе.

— А я к вам хотела идти, Александра, — пропела эйчарщица Катя. Сама милота! — У вас завтра с утра нет никаких встреч?

Однако рано я расслабилась.

— Не припомню таких.

Я притворилась, что внимательно выбираю между капучино и эспрессо, но внутренне напряглась. Берг наверняка пожаловался, что я ему в морду дала. Умеешь ты, Саша, везде находить фанатов!

— Завтра на десять утра вас вызвала к себе Лидия Валерьевна. Также на встрече будет директор по персоналу. Это касается того, что произошло сегодня в столовой.

Она мило улыбнулась и поспешила уйти. На душе стало муторно. На замшу мне плевать, да и побоится она меня трогать, но на Леше может отыграться. И не только она.

Про кофе сразу забыла.

— Смирнов, ты там живой? — бодро спросила я, едва услышала в телефоне негромкое «алло». — Берг тебя не уволил?

— Нет, но я занят, Саш. Давай завтра поговорим?

И всю ночь терзаться от неизвестности? С ума он там сошел, что ли?!

— Сегодня!

— Слово «нет» тебе незнакомо? — усмехнулся Смирнов. — Если сегодня, тогда жди.

— Да легко! — согласилась я не подумав.

К шести наш «аквариум» опустел. Я осталась одна, как дура, которой больше всех надо. Сначала облазила все соцсети, почитала новости, сходила за кофе. А через два часа просто сидела и гипнотизировала телефон. До чего докатилась, а? Даже когда замуж за Артурчика собиралась, никогда его не ждала и вовремя ни разу никуда не приходила. Леша мне вообще никто. По-хорошему, надо встать и не париться, что там с ним будет.

Смирнов позвонил в полдесятого, когда я уже готова была лезть на стену.

— Вспомнил наконец? — Я не скрывала дурного настроения, хотя понимала, что сама виновата.

— Разве тебя можно забыть? — устало усмехнулся Леша. — Саш, ты ведь не обедала?