Злая леди в погоне за сладкой жизнью

— Она умерла? Но… как? — Служанка дома Карлес, только вернувшаяся после долгой болезни дочери, резко вскочила со своего места, услышав последние новости. Николь Карлес — позор рода — действительно покинула их?

Не только слуги, но и все жители графства сторонились этой леди: Николь не умела жить без скандалов, словно фурия, бросалась на каждого, кто, по её мнению, смотрел «неправильно». Неужели эта пугающая всех леди и вправду умерла? Теперь они смогут вздохнуть свободно?

— Выпила яд из-за расставания с Габриэлем Ребане. — Прошептала другая служанка.

— Женихом Её Высочества? — шокировано ахнула первая, опускаясь на стул.

Не прошло и дня, как «добрые» вести о смерти наследницы разлетелись по всему графству Карлес.

В день похорон, на удивление, стояла ясная и солнечная погода. Провожать юную госпожу пришли все — от мала до велика. Всем хотелось поглазеть и убедиться в том, что скандальную леди забрала богиня.

— Леди Николь наконец-то воздалось по заслугам?

— Так сложно в это поверить… Но она ведь была безнравственной леди. Злодейка, что пыталась увести жениха принцессы Джулианны…

Перешёптывания разносились со всех сторон.

Гроб был отделан в нежных, светлых тонах. Граф и графиня, единственные, кто искренне скорбел, сделали всё, чтобы проводить дочь достойно.

Красота леди вызывала зависть у многих: кукольное лицо, обрамлённое мягкими персиковыми локонами, делало её похожей на нежный цветок. Казалось, девушка просто спит и вот-вот откроет глаза. Однако молва о её уродливом характере давно вышла за пределы графства.

— Хахаха… Это карма. Так ей и надо! — Кто-то и вовсе не пытался скрыть радости, чувствуя облегчение. Кассион, к своему удивлению, не был среди их числа.

Он, конечно, ненавидел и презирал Николь — и у него было для этого достаточно причин. Леди превратила жизнь рыцаря в настоящий ад, но за годы, проведённые вместе, он научился терпеть её выходки и капризы.

Сейчас же Кассион думал о том, что леди действительно лишилась рассудка от любви.

"...И сама поставила точку в своих злодеяниях", — тяжело вздохнул рыцарь, вглядываясь в безмятежное лицо. Но даже от леди он не ожидал подобной глупости… Умереть, выпив яд из-за отказа мужчины…

Кассион был обязан графу за спасённую жизнь и поклялся защищать всё, что было тому дорого. Но самым дорогим для графа всегда оставалась дочь. И вот теперь Кассион, верный рыцарь, вынужден признать — он не справился. Не досмотрел… Опоздал…

Ему оставалось лишь наблюдать за горем того, кто однажды подарил ему новую жизнь. Когда очередь дошла до Кассиона, он наклонился и положил рядом с ней нежно-розовые пионы. Несмотря на всё, что ему пришлось пережить из-за неё, он прощал Николь. Говорили, что эти цветы символизируют надежду на новую жизнь. И он молился, чтобы его глупой госпоже выпал шанс начать всё заново. Там, в другой жизни.

— Прощайте… — Прошептал он, склонив голову.

Неожиданно послышался шорох ткани, из толпы донеслись удивлённые вздохи. Графиня перестала плакать, а граф застыл в шоке и ужасе. Кассион растерянно поднял голову — и встретился взглядом с двумя изумрудами. Он не мог отвести взгляда от той, кого сегодня хоронили. Николь потирала глаза и с удивлением смотрела на рыцаря. Что-то в ней показалось Кассиону странным, неправильным.

Девушка внезапно потянулась, словно только что проснулась после долгого сна, и, обмахиваясь рукой, недовольно сморщила нос:

— Уф, как душно… А у вас тут что-нибудь сладкое есть?

Его леди восстала из мёртвых, но Кассион и не догадывался, что в теле несносной госпожи оказалась девушка из другого мира. В тот момент в его голове пронеслось обречённое:

— Я что, слишком усердно молился?

Приглашаю вас в свою новинку!
💙Не каждому выпадает шанс прожить новую жизнь. Мне же НЕ посчастливилось получить его целых шесть раз.

Очнувшись в теле униженной дочери герцога, я мечтала о тихой и размеренной жизни, но снова встретила ЕГО — холодного и отрешённого наследника драконов, лишённого дара. И пока для него девушка с волосами цвета сирени всего лишь надоедливая незнакомка, я разрываюсь между виной, проклятием и попытками растопить его ледяное сердце.

Главное — не влюбиться вновь…

Если коротко, то драконы, истинные, академия - https://litnet.com/shrt/WiVz

От автора

🧁 🧁 🧁Дорогие читатели, добро пожаловать в книгу «Злая леди в погоне за сладкой жизнью». Вас ожидает лёгкая история, приправленная юмором и любовью❤️❤️❤️

На этот раз я расскажу вам о попаданке в книгу, чьим грозным оружием будет… сковородка! И нет, она не только для готовки, ей хорошенько можно приложить кого-нибудь…

Например, вредного рыцаря, который и является главным героем книги, в которую Николь попала. Он, если честно, воспринял «пробуждение» девушки без особого восторга…

А также вас в скором времени ожидают:

❤️ милый демон-фамильяр в облике змеи❤️

❤️готовка сладостей❤️

❤️приключения героев❤️

❤️много забавных ситуаций❤️

Буду рада, если поддержите книгу и добавите её в библиотеку, чтобы не пропускать новые главы. Не жалейте комментариев — они вдохновляют и дарят идеи. Буду рада, если вы нажмёте ⭐ «Мне нравится» ⭐, чтобы книгу смогло увидеть больше читателей.

Приключения Персика и Морковки… Ой, то есть Николь и Кассиона вот-вот начнутся!

Глава 1. Николь

Я понуро смотрела в зеркало. Снова. И никак не могла принять то, кем я оказалась. Дело было вовсе не в уродстве или чем-то подобном. Нет…

Напротив отражалась прекрасная девушка: мягкие, нежно-розовые локоны струились, как волны. Зелёные глаза сверкали, словно изумруды, в обрамлении тёмных ресниц. Бесспорно, она… то есть я — красива. Только вот на деле была, пусть и прекрасным, но ядовитым цветком, отравляющим жизнь всем окружающим.

Николь Карлес — так меня теперь зовут. Я тяжело вздохнула, с тоской желая разбить зеркало: от прежней меня не осталось ни следа. Что со мной произошло? Помню, как заснула, перечитывая любимую книгу… Было ли потом что-то ещё?

Впрочем, теперь я всего лишь второстепенная героиня книги, госпожа и третьесортная злодейка, отравляющая жизнь главному герою. Хотя принять это оказалось непросто.

Будучи драгоценным ребёнком графа, Николь казалась обладающей всем: роскошными нарядами, вниманием и властью. Но скверный характер всё портил.

— Я и вправду та самая глупая леди? — в который раз спросила я в пустоту, не веря в происходящее. Может, всё это сон?

— Как хорошо, что вы так верно себя оцениваете, — прозвучал спокойный голос приставленного ко мне рыцаря.

Я едва не рухнула на пол, услышав его. Совсем забыла о нём! Нет, Кассион, конечно, был главным героем книги, но я и представить не могла, что в реальности он окажется настолько невыносим! В книге саркастичность Морковки мне нравилась, но встретившись с ним лицом к лицу…

Я попыталась успокоиться, сделав глубокий вдох. Пока что я всё списывала на шок после смерти, но в будущем нельзя давать ни малейшего намёка на то, что в этом теле чужая душа. Ещё свяжут с чёрными магами… Тогда Кассион вполне может расправиться со мной без лишних раздумий.

Первым, кого я увидела, когда очнулась в этом мире был именно Морковка. Я сразу обратила внимание на его пронзительные голубые глаза и алые, словно кровь, волосы, странную одежду — белоснежная рубашка и камзол — он выглядел словно сказочный принц. Я даже очаровалась на мгновение. Почему-то мне казалось, что я знакома с каждой чёрточкой его лица. В глаза бросились его чёрные перчатки и меч, что были вечными спутниками героя на всех иллюстрациях в книге.

Откуда-то позади рыцаря раздались крики, а затем наступила резкая тишина. Было душно, и хотелось есть. Я с интересом оглядывалась по сторонам. Окружающие, открыв рты, застыли в немом изумлении, будто время остановилось.

— Леди Карлес… — первым нарушил тишину Кассион, и его голос заставил меня очнуться.

Я резко обернулась к нему, широко раскрывая глаза.

— Как ты меня назвал?

Казалось, после этого всё вокруг ожило: начался настоящий переполох. А я думала, что это странный сон ещё несколько дней и ходила в прострации, пытаясь прийти в себя.

Мне и сейчас хотелось верить, что всё это просто сон. Но я понимала: проснуться не получится.

— Неужели день начинается без скандалов и споров? — притворно удивился Кассион, лишь усиливая моё раздражение.

— Ещё слово, и я запущу в тебя чашкой.

— Вы думаете, ваша меткость стала лучше?

— Агрх! — Что-что, а репутации нужно соответствовать. Да и не сказать, чтобы это совсем было не в моём характере… Я схватила пустую чашку и бросила её в сторону рыцаря. Однако этот невозмутимый гад даже не шелохнулся.

Не даёт мне спокойно пострадать и осознать случившееся. Я устало потёрла переносицу. Хотя сколько дней я ещё буду приходить в себя, надеясь, что всё это — сон?

— Леди, принести вам новый набор? — раздался насмешливый голос рыцаря. Николь, ну зачем ты выпила яд?! Мне из-за тебя приходится его терпеть! Всё-таки некоторых героев проще любить со страниц книги.

Как же он невыносим! Я резко отодвинула стул и встала. Всё, иду к графу! Пусть уже уберёт от меня Кассиона, который «следит» за моей безопасностью. Нужно покаяться, пообещать, что больше ничего с собой делать не стану — и дело в шляпе.

Но Кассион вновь оказывается впереди, доброжелательно открывая передо мной дверь из покоев.

Я отмахиваюсь от него, но, к сожалению, это не помогает избавиться от его навязчивого присутствия. А ведь он был моим любимым героем… Я обожала разглядывать иллюстрации с ним и ласково окрестила его «Морковкой» из-за цвета волос.

Чтение было одной из трёх отдушин, наравне с фехтованием и готовкой. Но больше всего я любила любовные романы. Фэнтези с прекрасными, сильными и властными драконами занимали особое место в сердце.

С «Алым рыцарем пепла» всё было иначе. Отсутствие любовной линии делало эту книгу для меня непривлекательной. Я много о ней слышала — «Алый рыцарь пепла» был на пике популярности — но читать не собиралась.

В тот день я просто рассматривала новинки в книжном магазине, где проходила фан-встреча с автором. Я даже не удивилась, когда ко мне подошла парочка косплееров в средневековых нарядах.

Девушка настойчиво всучила мне этот том, сказав:

— Вероника, эта книга изменит твою жизнь. Поверь мне. — Это мой вольный пересказ её слов по смутным воспоминаниям того дня. Я даже не запомнила их лиц. Один из них точно косплеил главного героя, а у девушки, кажется, был розовый парик.

Не найдя ничего интересного для чтения, я решила: почему бы и нет?

Думала, это просто подарок. Только вот на выходе оказалось, что эти двое не оплатили книгу! Было довольно неловко — я злилась на них, но всё же заплатила за неё сама и начала читать из упрямства, жалея свои кровно заработанные деньги. Бумажные книги не дешёвое удовольствие!

Но простая история о рыцаре-сироте из небольшого графства, который прошёл путь до мастера меча и стал самым известным рыцарем на континенте, захватила меня. Я по-настоящему отдала сердце этой книге, искренне сочувствуя герою, чей путь был полон одиночества.

— Леди Николь? — Кассион вывел меня из воспоминаний, собираясь постучать за меня в кабинет отца.

— Стой! — я остановила его, схватив за рукав и слегка отодвигая от двери. Из кабинета графа доносились голоса, и я собиралась подслушать, что там происходит.

— Леди не пристало подслушивать, — покачал головой рыцарь. Ага, если с настоящей Николь это никогда не работало, то меня тем более не получится пристыдить!

— Как хорошо, что я планировала быть леди только с завтрашнего дня, — зашипела я на него, аккуратно приоткрывая дверь.

— До каких пор вы будете задерживать оплату?! — рявкнул грубый мужской голос. В щёлочку я заметила полного мужчину, брызжущего слюной на графа. Ростовщик, значит, к нам пожаловал…

Увидев опущенные плечи графа Роума, я почувствовала укол совести за владелицу этого тела. Большая часть её воспоминаний, к счастью или несчастью, была мне доступна. Именно по её вине графство обросло долгами и теперь оказалось на грани разорения. Кто-то уж слишком любил роскошь и богатства.

Стоящий рядом рыцарь тоже нахмурился — похоже, до этого он не знал, кто пожаловал с визитом.

Не особо церемонясь, я пнула дверь и вошла в кабинет «отца».

— Всем доброго утречка… Точнее, денёчка, — дружелюбно улыбнулась я ростовщику, одновременно встречаясь с удивлённым взглядом графа Роума. — А разве срок оплаты уже наступил? Видимо, совсем вылетело из головы.

Лицо толстяка скукурузилось. Он побледнел и вжался в кресло. Моя улыбка стала ещё шире. Несмотря на внешнюю красоту, у Николь была одна особенность — она совершенно не умела улыбаться. Каждый раз, когда она пыталась изобразить улыбку, её кукольное личико приобретало жутковатое выражение, способное напугать любого. Надо отдать должное ростовщику — он довольно быстро взял себя в руки.

— Леди Николь, — неприятная улыбка скользнула по его губам, — должно быть, вы ещё не пришли в себя после случившегося…

— О, спасибо, что побеспокоились. Я прекрасно себя чувствую. — Легким движением убрала волосы за спину и села рядом с графом. Кассион молча встал позади нас за диван.

Мой взгляд невольно скользнул к договору, лежащему на столе. По воспоминаниям Николь, выплатить долг сейчас не было возможности. Не то чтобы это её сильно тревожило, но перед смертью она успела подслушать разговор отца об этом.

— Неужели нельзя совсем никак отсрочить оплату…хотя бы на месяц? — Я глупо похлопала глазами.

— Увы, совсем-совсем никак. — Сочувственно покачал головой ростовщик.

В книге он отличался алчностью и часто проворачивал один и тот же трюк с особенно отчаявшимися должниками, предлагая им одну игру, которая могла изменить их жизнь. Вряд ли он осмелился бы предложить её графу — но такой скверной и глупой леди, как я, вполне мог бы рискнуть. Тем более что благодаря своему магическому дару «очарования» или, скорее, убеждения, он был в себе излишне уверен.

Кассион раскрыл его, отрубив руку за мошенничество, но это произошло гораздо-гораздо позже по сюжету. Тогда семьи графа уже не существовало, ведь все её члены уже погибли. Почему бы мне не воспользоваться его жадностью и знанием будущего?

— Николь… — предостерегающе начал графРоум, но, встретившись со мной взглядом, смягчился. Он слишком любил свою дочь и часто закрывал глаза на её выходки. Да и по характеру был мягок — чем-то напоминал мне отца из моего мира. Сдержала порыв! Не время грустить!

— Лорд… — я попыталась вспомнить имя ростовщика. Оно вертелось на языке, но ускользало. Ладно, опустим. — Знаете, говорят, мне часто везёт. Почему бы нам не сыграть во что-нибудь? В карты, к примеру. Я в них довольно хороша.

Глаза ростовщика загорелись жадным блеском — сразу понял, к чему веду и видимо, мысленно подсчитывал, сколько золотых монет сможет содрать с глупой графской дочери. Конечно, ты не можешь упустить такой шанс. Ну-ну, надейся на свой дар, мошенник!

— Карты — игра долгая. — Протянул толстяк. — К сожалению, у меня нет столько времени, но я могу предложить другую игру на удачу. Ваши шансы — пятьдесят на пятьдесят. Только вот… что я получу взамен?

— Если выиграю я, вы отсрочите платёж на месяц. Если победа за вами — что захотите.— Я нарочно безразлично пожала плечами.

— Даже если придётся удвоить ваш долг? — Осторожно уточнил он.

— Хоть втрое, — легко согласилась я. — Так что за игра?

— Николь… — граф Роум побледнел и крепко сжал мой локоть, но я мягко высвободилась из его хватки.

Простите, но придётся немного понервничать, чтобы ростовщик расслабился. Я не видела Кассиона, но ощущала его взгляд, прожигающий глазами затылок.

— Скорее же, рассказывайте! — Захлопала по-дурацки в ладоши. — Я вся в нетерпении. Отец, просто доверьтесь мне. Когда я вас подводила?

— Положим в мешочек две монеты: например, золотую и медную. Если вытянете золотую — победа за мной, если медную — за вами, леди. Как и говорил, ваши шансы ровно пятьдесят на пятьдесят.

— Ух ты, всё так просто? — Я обернулась к рыцарю. — Кассион, не одолжишь нам пару монет?

Рыцарь бросил быстрый взгляд на графа, а затем, скрипя зубами, протянул мне кошель. Я высыпала всё содержимое на стол. . На удивление, у него не нашлось даже не одной серебряной монеты, поэтому я взяла в руки бронзовую и медную монету, протягиваю ростовщику.

— Если медная, победа за мной. — Николь прослыла вздорной гордячкой, так что её репутация сейчас играла мне на руку. Ростовщик кивнул. Обычно он легонько использовал дар, и никто не сомневался и не думал, что он может обмануть, всецело доверяя. — Доверим мешочек с монетами служанке?

— Конечно, — любезно согласился толстяк, потирая руки. — Но чтобы всё прошло честно, я сам брошу монеты в мешочек. Вы не возражаете?

— Ваше право, — я равнодушно махнула рукой, не сводя с него внимательного взгляда.

Конечно, я знала, что он смухлюет: и положит две одинаковые бронзовые монеты. Никто же не может подумать, что он смухлюет.

Читая об этом, я много раз прокручивала в голове эту ситуацию: что бы сделала я, если бы знала правду о его трюке? Только я не подозревала, что мне это пригодится.

— Э… — Имя служанки также отказывалась всплывать в голове, поэтому я просто махнула рукой, приглашая её подойти. Николь, у тебя что совсем памяти на имена не было? — Давайте начнём.

Глядя на графа, мне стало его по-настоящему жаль. Он побледнел и осунулся, уже предчувствую проигрыш. Его мягкий характер частенько мешал ему, как графу.

Монеты уже лежали в мешочке. Мы с ростовщиком стояли друг напротив друга, пока служанка тщательно встряхивала его.

Я протянула руку, нащупала одну из монет, крепко сжала её и улыбнулась. Ох, в этот раз ростовщику не повезло. Никто из них не знал, что в прошлом мире я занималась фехтованием и ловкости мне было не занимать.

— Кажется, вы были правы, я ещё не до конца пришла в себя… — Я изобразила внезапное головокружение, покачнулась и буквально навалилась на ростовщика, «случайно» выронив монету на пол. Каблучки зацокали по полу, и, пока он не опомнился, я ловко поддела монету носком, прикрыв её подолом платья. Ростовщик растерялся, а потом резко оттолкнул меня, и я спиной оперлась о подоспевшего Кассиона.

— Леди Николь, где же монета? — с досадой спросил ростовщик, озираясь в поисках.

Я приложила ладонь ко лбу, показывая, что мне очень-очень плохо.

— Не знаю… Кажется, я видела, как она укатилась за диванчик.

Ростовщик был готов чуть ли не ползать по полу ради этой треклятой монеты, так нервничал, что совсем забыл о мешочке, который всё ещё держала озадаченная служанка.

В книге упоминалось, что обычно проигравшие, расстроившись, не обращали внимания на содержимое мешочка: ростовщик прятал его, и люди забывали о нём. Но на этот раз он растерялся настолько, что забыл о нём, сосредоточившись на упавшей монете. Граф так же сидел, не понимая, что происходит, а Кассион по-прежнему придерживал меня.

— От вас у меня голова разболелась ещё сильнее, — захныкала я. — Почему бы просто не посмотреть, что осталось в мешочке? Если там медная, значит, я вытащила бронзовую, и наоборот. Не убудет же от моего рыцаря из-за потери какой-то мелочи.

— Вы правы, леди, — холодно согласился Кассион, а ростовщик побледнел, когда служанка, отмерев, опустила руку в мешочек. Прости, но сегодня удача не на твоей стороне, толстяк.

— Но… как же… — ростовщик стоял в замешательстве. Он не мог признаться, что смухлевал и что обе монеты были одинаковыми. Лицо его перекосилось от злости, когда ростовщик, возможно, осознал, что его обманули. — Приду за деньгами через месяц!

Он вылетел из кабинета.

— Уведомление прислать не забудьте, — пропела я, моментально перестав изображать больную. Убрав ногу с монеты, я ловко подняла её с пола.

— Держи, а то ещё скажешь, что мы твоё жалование забираем. — Фыркнула я, кидая рыцарю монетку, которую он ловко поймал.

— Николь, что же это… — граф смотрел на меня с таким изумлением, что мне на миг показалось, будто он догадался, что в теле его дочери чужая душа. — Ты его обманула? Точнее, он обманул нас, а ты — его? — Он устало потёр переносицу. — Когда ты успела научиться такому? В любом случае, не стоило вмешиваться. Я бы справился сам.

На его лице отражалась глубокая усталость, которую просто невозможно было скрыть. Он лгал.

— И чем бы наше графство платило в этом месяце? — прямо спросила я, отряхивая с юбки платья невидимые пылинки.

— Всё в порядке, Николь. Тебе не о чем волноваться, я сам бы со всем разобрался, — мягко ответил он.

Но это была ложь, а он был далеко не в порядке. Их дочь наворотила слишком много дел, чтобы можно было продолжать делать вид, будто ничего не происходит. Но он, как и его жена, продолжал закрывать глаза, чувствуя вину за прошлое.

— Нет смысла оттягивать неизбежное, — в дверях появилась хмурая графиня, очевидно уже оповещённая о случившемся служанкой. — А если бы ты вогнала нас в ещё больший долг своим решением? Разве можно поступать так необдуманно?

Я лишь хмыкнула. В отличие от графа, графиня Хелен вполне могла бы и мечом по попе меня отшлёпать.

— Ну этот долг вы ведь взяли из-за меня, — спокойно ответила я. — , Поэтому решила, что сама с ним разберусь. Месяца вполне хватит, чтобы найти деньги и не влезть в новые долги.

— И где ты собираешься их взять?

— Пока не знаю, — честно призналась. Была большая вероятность того, что перемены в поведении вызовут подозрения... Но кажется, родителей Николь уже мало, что могло удивить. В крайнем случае скажу, что возвращение с того света изменило меня. Пусть попробуют не поверить. Конечно, если узнают правду — могут и казнить, подумав, что я принадлежу к тёмным магам.

— Николь… — усталый вздох графини ясно давал понять, что она хочет затеять серьёзный разговор, но мне совсем не хотелось слушать нотации.

— У меня дела, прошу простить, — бросила я и поспешила выйти, радуясь, что графиня позволила мне ускользнуть. Если бы захотела, то могла бы схватить меня и за шкирку, ведь рыцарем она была отменным.

Глава 2. Николь

— Чего пристал? Хватит уже ходить за мной, — я резко остановилась и грозно ткнула пальцем в твёрдую грудь Морковки. В суматохе я совсем забыла, что собиралась избавиться от его постоянного присутствия. Он смотрел на меня сверху вниз, прожигая насквозь.

— Мне приказано следить за вами.

Я едва не поперхнулась воздухом от его прямоты. Сузила глаза, уперев руки в бока:

— Охранять, ты хотел сказать?

— Верно, — подозрительно легко согласился он. — Охранять людей от вас.

Кассион! Хотелось взвыть от бессилия. Ну как с ним вообще разговаривать?

Читая книгу, я только и делала, что сочувствовала ему. Все, кем Кассион дорожил, погибали: граф Роум и графиня Хелен, которых он почитал, погибли вместе с графством; позже встретил наставника, герцога Самуэля Ребане, который был серьёзно ранен и тоже погиб после нападения демона; близкая подруга, потенциальная возлюбленная, — принцесса Джулианна, и верный друг, Рафаэль, пожертвовали собой ради королевства. Он всегда оставался единственным, кто выживал. Как тут было не проникнуться его историей?

Но и его отношение к Николь я понимала. Она часто издевалась над ним, а он привык всё за насмешками — его едкие замечания Николь не выносила. Злить её стало для Кассиона способом хоть немного отвлечься от собственной боли, которую она ему причиняла.