Эфир твоей крови

Глава 1. Айса

Айса проснулась за час до рассвета как всегда.

Она и не помнила, когда в последний раз спала дольше. Может, в детстве? Но в детстве она спала в приюте, а там кровати были жёсткие, и кошмары — мягкие. И те, и другие лезли под одеяло.

В общежитии Академии Элементальной Магии было тихо. Три её соседки ещё дышали во сне, укрытые одеялами, которые светились слабой защитной магией от ночных кошмаров. Айса такую не ставила. Во-первых, лень. Во-вторых ей всё равно снилось только одно. Золотые нити. Тянутся от всего живого к небу. И чьи-то холодные глаза из темноты.

Она бесшумно оделась. Серое форменное платье — унылое, как всё в этой Академии, — перетянутое кожаным корсетом. На левом запястье — браслет-ограничитель. Академический артефакт, чтобы магия учеников не вырывалась наружу во сне. У Айсы браслет был толще, чем у других и с двумя печатями. Директор лично ставил, боясь, что ее магия может убить.

Ей было шесть. Она не понимала, что значит «убить». Она просто видела нити. Золотые. Серебряные. Алые. Они опутывали всех вокруг — людей, деревья, даже камни. И она могла дотронуться до нити и… потянуть.

Она потянула однажды случайного торговца на рынке, он упал замертво. Айса до сих пор помнит, как его нить — тускло-серая, как старая верёвка, — рассыпалась в пыль у неё в пальцах.Больше она никогда не тянула, даже когда очень хотелось.

Сейчас ей девятнадцать. До выпускного экзамена три дня. Три дня, блин.

Айса выдохнула и вышла во внутренний двор.

Академия спала. Готические шпили, башни из белого камня, мосты между корпусами — всё это выглядело красиво, если не присматриваться. Если присмотреться везде были трещины. Как в ней самой, наверное.

В центре двора статуя Основателя. Женщина с распростёртыми крыльями из бронзы. Крылья покрылись зеленью. Айса села на скамью напротив и закрыла глаза.

Она не колдовала, просто смотрела.

Мир открылся ей, как обычно тысячами нитей от каждого окна, от каждой травинки, от звёзд на небе. Магия Академии гудела как улей. Сильнее всего светилась Башня Элементов — там хранились артефакты. Айса знала каждый. Она проводила там ночи, тайком проникая через вентиляцию. Не потому что хотела украсть просто там было тихо и нити не гудели так громко.

— Опять не спишь? — раздался голос сзади.

Айса не вздрогнула. Она уже знала, кто это.

Зайра. Лучшая и единственная подруга. Круглолицая, с веснушками и вечно растрёпанной рыжей косой, которая лезла во всё — в суп, в магические кристаллы, в чужие разговоры. Сейчас Зайра несла две кружки дымящегося травяного чая.

— Не могу, — Айса взяла кружку. — Чувствую… слежку.

— Ты всегда чувствуешь слежку, — Зайра плюхнулась рядом. — Ты параноик.

— В прошлом месяце я чувствовала слежку, и оказалось, что за мной действительно следил магистр Корвин.

Зайра поперхнулась чаем.

— Что?!

— Шучу, — Айса улыбнулась уголками губ. Так она улыбалась всегда — будто не до конца. — Он подглядывал, как я практикую эфир. С балкона. С подзорной трубой.

— Это не лучше!

— Он старый перверт, — пожала плечами Айса. — Но единственный, кто учит меня чему-то полезному. Остальные преподаватели боятся ко мне приближаться. Думают, я их превращу в лягушек.

— А ты превратишь?

— Нет. Лягушки — это скучно. Мыши смешнее.

Зайра замолчала. Потому что это была правда. Айсу в Академии ненавидели не за характер, а за силу. За то, что она могла уничтожить выпускника-старшекурсника одним движением пальца. За то, что браслеты на её руках трещали каждый день. За то, что она была не такой как все. Айса знала это и давно перестала обижаться.

— Ты справишься, — тихо сказала Зайра. — Выпускной. Потом — распределение. Может, тебя возьмут в королевскую гвардию.

— Или сожгут на костре, — Айса допила чай и поставила кружку на скамью. — Как всех эфирных магов до меня.

— Прекрати.

— Это история, Зайра. Эфирных магов всегда было мало. И почти все они умирали молодыми. Потому что эфир сжигает носителя изнутри.

Она подняла левую руку, стянула перчатку. На тыльной стороне ладони — тонкие золотистые линии, похожие на вены, но светящиеся. В темноте они горели как свечи.

— Это распространяется, — сказала Айса. — Когда я была маленькой, только пальцы. Сейчас — полкисти. К тридцати годам я превращусь в ходячий светильник, а потом в пепел.

Зайра взяла её за руку. Крепко. Так, что Айса почувствовала тепло.

— Мы найдём лекарство.

— Нет, — Айса выдернула руку, может быть резче, чем хотела. — Не найдём. И не занимайся этой чушью. Я не хочу, чтобы ты тратила жизнь на мою смерть. Это тупо.

Она встала. На горизонте занимался рассвет — серый, северный, холодный. Такой же, как вчера. И позавчера.

— Пойдём, — сказала Айса. — Сегодня последняя лекция по боевой магии. Магистр Корвин обещал показать «нечто особенное».

— Он всегда так говорит, — вздохнула Зайра, поднимаясь. — В прошлый раз «нечто особенное» оказалось слизнем, который съел мою обувь. Мою любимую обувь, Айса!

— Да, — Айса почти улыбнулась. На этот раз почти по-настоящему. — Это было смешно.

Зайра обиженно фыркнула. И они пошли внутрь — туда, где пахло магией, страхом и старым пергаментом. Туда, где Айсу никто не ждал, кроме Корвина, который подглядывал за ней с балкона, и одной золотой нити, которая вела в никуда.

Глава 2. Лекция о нитях судьбы

Аудитория 404, Башня Ветров.

Амфитеатр на двести мест, но заняты только первые три ряда. Остальные студенты предпочитали держаться от Айсы подальше, как будто эфир заразный. Ну или они просто боялись, что она случайно превратит их волосы в лёд.Как Лиссе.

Айса села в углу. Зайра рядом. Через два ряда от них — компания сокурсниц во главе с Лиссой. Красавица с магией воды, короткой стрижкой и вечным выражением лица «меня обидели, и я это так не оставлю». Два года назад Айса случайно превратила её волосы в лёд на практическом занятии. Волосы пришлось срезать. Лисса до сих пор носила короткую стрижку и клялась отомстить.

Айса, если честно, уже устала извиняться перед ней. Ну, случайно же.

— Эфирный выродок, — прошипела Лисса, когда Айса проходила мимо. — Удачи на экзамене. Говорят, наблюдатель будет из столицы. Сам король прислал инспектора.

— Сплетни, — тихо сказала Зайра, но голос у неё был не уверенный.

— Не совсем, — раздался голос от двери.

Магистр Корвин вошёл в аудиторию. Высокий, седой, с тростью из чёрного дерева — которую он, кстати, никогда не использовал по назначению. Просто носил. Для статуса. Он всегда носил закрытый сюртук, даже летом. Говорили, под ним — шрамы от неудачного эксперимента. Айса не проверяла, но верила.

Корвин был некогда сильнейшим боевым магом королевства. Теперь — старик с дрожащими руками и острым умом. И с подзорной трубой, да.

— Действительно, инспектор из Эрдхолла прибудет завтра, — продолжил он, поднимаясь на кафедру. — Зовут его лорд Ашер. Личный советник короля Эдвина III по магическим вопросам.

— Что ему нужно? — спросил кто-то с заднего ряда. Кажется, парень, который всегда жевал яблоки на лекциях.

— Оценить выпускников, — Корвин посмотрел прямо на Айсу. — Особенно тех, чья магия представляет интерес для короны.

Айса почувствовала, как браслеты нагрелись. Чёрт. Её магия реагировала на стресс. Всегда в самый неподходящий момент.

— Приступим, — Корвин хлопнул в ладоши. Стены аудитории стали прозрачными, открывая вид на тренировочный полигон внизу. — Сегодня тема: «Уязвимости эфирной магии». Айса, выйди к доске.

Она встала. По аудитории прошёлся шёпот. Кто-то сказал «повезло», кто-то — «не дай боги».

— Изложи три способа подавить эфирного мага без использования антимагических артефактов, — сказал Корвин.

Айса подошла к доске, взяла мел. На секунду задумалась. Не потому что не знала — потому что эти способы работали на ней самой, и это было неприятно.

— Первое, — написала она крупными буквами. — Физическое истощение. Эфир черпает силу из тела носителя. Если маг голоден, болен или не спал — его магия слабеет.

Она знала это по себе. Бессонные ночи, пропущенные обеды — и эфир сворачивается в клубок, как обиженный кот.

— Второе.

— Эмоциональная атака, — Айса продолжила писать. — Гнев, страх, отчаяние разрывают концентрацию. Эфирный маг не может колдовать, если плачет.

Она почти добавила «проверено на себе», но сдержалась.

— Третье, — Корвин подошёл ближе. — Самое важное.

Айса замерла. Её рука с мелом дрожала. Чуть-чуть. Не заметно для других, но Корвин заметил бы. Он всегда замечал.

— Другой эфирный маг, — сказала она тихо. — Два эфира не могут существовать рядом. Один всегда поглощает другой. Это называется «Зов пустоты». Если встретятся два эфирных мага — более сильный уничтожит более слабого, даже не желая этого. Просто потому что эфир голоден.

— Верно, — Корвин кивнул. — И поэтому, Айса, ты должна знать, что ты не единственная.

Аудитория взорвалась шёпотом. Айса услышала, как Зайра выдохнула: «Что?»

— Что? — Айса обернулась. — Есть ещё?

— Был, — Корвин поправил очки. — Лорд Рилош, граф Северной столицы. В молодости у него диагностировали зачатки эфирной магии. Но он предпочёл развивать теневую. Его эфир атрофировался. Теоретически, если бы вы встретились, ничего бы не произошло.

— Теоретически? — переспросила Айса. Голос не дрожал. Она не позволяла ему дрожать.

— Практически, — Корвин улыбнулся одними глазами. — Я бы не советовал это проверять.

Он повернулся к доске и стёр надписи.

— А теперь практика. Все на полигон. Айса — останьтесь.

Студенты потянулись к выходу. Зайра бросила на подругу тревожный взгляд, но ушла. Лисса, проходя мимо, толкнула Айсу плечом. Больно.

— Удачи, выродок. Твоя магия не спасёт тебя от реальности.

Айса промолчала. Потому что если бы она открыла рот, то сказала бы что-то, о чём потом пожалела бы. Например, превратила бы Лиссины брови в перья гусиные, белые, пушистые.

Когда аудитория опустела, Корвин тяжело опустился на стул. Выглядел он... старым. Не таким, как обычно. Будто нёс что-то тяжёлое внутри.

— Закрой дверь, — сказал он. — И поставь звукоизоляцию. Разговор не для чужих ушей.

Айса подчинилась. Её магия мягко обволокла комнату золотистой дымкой. Она чувствовала, как нити тянутся к стенам, к потолку, запечатывая каждую щель.

— Что случилось, магистр?

— Ты в опасности, — Корвин снял очки, протёр их. Руки дрожали. — Лорд Ашер едет не оценивать выпускников. Он едет за тобой.

— Король хочет меня завербовать? — Айса скрестила руки на груди. — Я не против, если хорошо заплатят.

— Хуже, — Корвин посмотрел ей в глаза. — Король хочет тебя использовать. Его дар — убеждение. Он может заставить человека сделать что угодно одним словом. На тебя его магия не действует — из-за эфира. Ты — единственная, кто может сказать ему «нет». Это делает тебя либо его самым ценным союзником, либо самым опасным врагом.

— И что же он выберет?

— Он ещё не решил, — Корвин встал. — Поэтому у тебя есть три дня. На выпускном экзамене будет портал. Прямо на полигоне. Я настроил его на Теневой Рынок. Там ты будешь в безопасности.

— Теневой Рынок? — Айса не поверила ушам. — Это же логово преступников, контрабандистов и тёмных магов!

— Это единственное место в королевстве, куда не сунется король, — жёстко сказал Корвин. — И где живёт женщина, которая знает о тебе больше, чем ты сама.

— Кто?

— Твоя бабушка, — Корвин взял её за плечи. Пальцы были тёплыми. — Ведьма Морвен.

Айса отшатнулась. Так, что чуть не споткнулась о стул.

— У меня нет бабушки. Я сирота. Меня подкинули к воротам Академии.

— Тебя подкинула я, — раздался голос от двери.

Дверь отворилась. Хотя Айса только что запечатала её эфиром. Это было... странно. Страшно.

На пороге стояла женщина. Молодая, на вид лет тридцать. Длинные чёрные волосы, глаза — неестественно золотые, как у Айсы. На ней было платье из вороньих перьев, и от неё пахло грозой. Буквально — озоном и мокрой землёй.

— Морвен, — выдохнул Корвин. — Я не звал тебя.

— А я и не ждала приглашения, — женщина вошла. Каждый её шаг оставлял на каменном полу чёрные следы, которые тут же исчезали. — Здравствуй, внучка.

Айса не могла пошевелиться. Её эфир завыл внутри, как раненый зверь. Завыл — впервые в жизни. Не от страха. От узнавания.

— Ты… — начала она.

— Я ведьма, которая предсказала твоё рождение, — Морвен подошла вплотную. От неё веяло холодом. — Я ведьма, которая отдала тебя в Академию, потому что иначе тебя убили бы. И я ведьма, которая пришла предупредить: похищение начнётся завтра. Не на экзамене. Раньше.

— Кто меня похитит? — Айса нашла голос. Он звучал чужим.

Морвен улыбнулась. Жутко. Нежно. Печально. Так улыбаются, когда прощаются навсегда.

— Твой суженый, дитя. Граф Рилош. И ты родишь ему наследника, который спасёт этот мир от хаоса, или погрузит его в вечную тьму. Это зависит только от тебя.

Она коснулась щеки Айсы. Пальцы были ледяными.

— Я люблю тебя, — прошептала Морвен. — Поэтому я оставила тебя. Потому что рядом со мной ты бы не выжила.

И она исчезла. Просто растворилась в воздухе, оставив после себя запах озона и одно воронье перо на полу. Айса подняла перо. Оно было золотым, тёплым.

— Что происходит? — прошептала она. — Кто я, магистр?

Корвин тяжело вздохнул. Посмотрел на неё так, будто видел впервые.

— Ты дочь короля, Айса. Настоящего короля. Эдвина Второго, убитого узурпатором. Твоя мать была ведьмой. Твоя бабушка — пророчица. А человек, который придёт за тобой завтра — не тюремщик. Он — ключ к твоей судьбе.

— Рилош?

— Рилош, — кивнул Корвин. — Самый опасный человек в королевстве. И единственный, кто сможет тебя защитить.

— Но ты сказал — он меня похитит!

— Да, — Корвин опустил глаза. — Потому что другого способа спасти тебя нет. Поверь, Айса, иногда тюрьма безопаснее свободы.

Она хотела ответить. Сказать, что это бред. Что она никуда не пойдёт. Что она справится сама. Но не успела.

Потому что в этот момент стены Академии вздрогнули. И небо за окнами стало чёрным.

Глава 3. Чёрное небо

Чёрный цвет не был тьмой.

Это была материя. Тысячи крошечных частиц, кружащихся в воздухе, словно сажа, но живые. Они просачивались сквозь стены, сквозь защитные барьеры Академии, сквозь кожу — внутрь.

Айса почувствовала их сразу. Частицы тянулись к её эфиру, как голодные псы к мясу, голодные и злые.

— Что это? — прошептала она.

— Теневой портал, — Корвин побледнел. Побледнел так, что его седая борода стала почти белой. — Нестабильный. Кто-то сжёг целый магический источник, чтобы открыть его так близко к Академии. Это безумие.

— Рилош?

— Нет, — Корвин схватил её за руку. Крепко. — Рилош — мастер. Он не допустил бы такого расточительства. Это кто-то другой. Кто-то отчаянный.

В коридоре закричали студенты.

Айса выбежала из аудитории, не чувствуя ног.

Коридоры Башни Ветров были затянуты чёрной дымкой. Частицы липли к стенам, к полу, к людям. И там, где они касались открытой кожи, оставляли ожоги. Айса видела, как первокурсница в синем платье схватилась за лицо — и отдернула руки в крови.

— Зайра! — крикнула Айса.

— Здесь! — голос подруги раздался слева, из-за поворота.

Айса рванула туда.

Зайра сидела у стены, прижимая к груди обожжённую руку. Рядом с ней сидела Лисса, тряслась от страха и пыталась создать водяной щит, но частицы проедали его насквозь. Вода шипела, как на раскалённой сковороде.

— Что происходит? — закричала Лисса, увидев Айсу. — Это из-за тебя, выродок? Твоя магия притягивает эту дрянь?

— Заткнись, — Айса опустилась на колено перед Зайрой. — Дай руку.

Зайра протянула обожжённую ладонь. Кожа обуглилась, пахло горелым мясом.

Айса коснулась раны. Золотые нити эфира потянулись из её пальцев, обвили ожог, проникли внутрь. Зайра зашипела от боли громко, с матом, но через секунду ожог исчез. Кожа стала розовой, как новая. Даже шрама не осталось.

— Спасибо, — выдохнула Зайра, бледная.

— Бегите в подвал, — приказала Айса, поднимаясь. — Там толстые стены, частицы не пробьют.

— А ты? — Зайра схватила её за юбку. — Айса, нет!

— Я пойду к источнику портала. Если его не закрыть, Академия рухнет.

— Ты с ума сошла! — закричала Лисса. — Ты даже не знаешь, кто его открыл!

— Узнаю, — Айса уже бежала к лестнице. — Если выживу — расскажу.

Нижний уровень Башни Элементов. Здесь хранились самые опасные артефакты. И здесь же находился сердечник — кристалл, питавший защитную магию всей Академии.

Айса ворвалась в зал и замерла. Сердечник был разбит.

Огромный аметистовый кристалл, размером с человека, лежал на полу расколотым на три части. Из него вытекала магия — густая, синяя, похожая на кровь. Она растекалась по полу лужами и шипела.

А над обломками стоял человек.

Высокий. Худой. В чёрном балахоне с капюшоном, скрывающим лицо. В руках — кинжал с лезвием из обсидиана чёрного, как сама ночь.

— Ты опоздала, девочка, — голос был женским, низким, с металлическим оттенком. — Я уже забрала то, за чем пришла.

— Кто ты? — Айса приготовила эфир. Нити засветились на её ладонях. Она чувствовала, как они пульсируют — быстро-быстро, как второе сердце.

— Я та, кого предали, — женщина скинула капюшон.

Айса узнала её.

Все в королевстве знали это лицо. Оно было на портретах, на монетах, на гербах. Красивое. Холодное. Мёртвое.

— Леди Сефира? — прошептала Айса. — Бывшая жена графа Рилоша?

— Бывшая , потому что это ублюдок выбросил меня, как мусор, — глаза Сефиры горели чёрным огнём. Не метафора — реально горели. Чёрные языки пламени вырывались из уголков глаз. — Когда узнал, что я бесплодна. Ему не нужна была жена. Ему нужна была матка для его драгоценного наследника. А теперь, — она шагнула вперёд, — он нашёл тебя.

— Я не имею отношения к Рилошу.

— Имеешь, — Сефира улыбнулась. Кинжал в её руке засветился тёмным. — Ведьма Морвен нагадала: «Дитя эфира родит наследника Северной Столицы». Ты — это дитя. И я не позволю этому случиться.

Она бросилась на Айсу. Бой был коротким и жестоким.

Айса ударила эфиром — золотая волна снесла стеллажи с артефактами, разбила стеклянные колбы, превратила в щепки деревянные подставки. Но Сефира не отступила. Её кинжал разрезал эфир, как нож — масло.

— Твоя магия слаба против древнего проклятия, — прошипела Сефира, нанося удар. — Этот кинжал выкован из костей моего нерождённого ребёнка. Он питается отчаянием.

Лезвие полоснуло Айсу по плечу.

Боль была не физической. Она была внутренней. Словно кто-то вырвал кусок души и разжевал. Айса упала на колени, зажимая рану. Кровь — золотистая, смешанная с эфиром — текла по пальцам, капала на каменный пол.

— Сейчас ты умрёшь, — Сефира занесла кинжал для последнего удара. — И Рилош никогда не получит своего наследника. Он будет страдать, как страдала я.

Но удар не состоялся, потому что в этот момент потолок зала обрушился.

Кто-то ворвался сверху, пробив три этажа каменной кладки. Глыбы гранита рассыпались в пыль, а в центре зала приземлилась фигура — высокая, в чёрном плаще, с мечом, пылающим тёмным пламенем.

— Сефира, — голос был низким, хриплым, полным ярости. — Я же сказал: если ты приблизишься к ней, я убью тебя. Медленно.

Рилош.Айса видела его только на портретах. Вживую он был другим, моложе, опаснее. Глаза — золотые, как у неё, но с красными прожилками, которые пульсировали в такт сердцебиению. Волосы — чёрные, длинные, собранные в низкий хвост. На щеке — свежий шрам, ещё кровоточащий.

Он был красив. Страшно красив. Как нож.

— Рилош, — Сефира отступила на шаг. — Ты не посмеешь. У меня кинжал из костей нашего…

— Твоего нерождённого ребёнка, — перебил он. — Которого никогда не существовало. Ты солгала мне. Ты не была беременна. Ты заключила сделку с демоном, и он дал тебе иллюзию жизни в животе. А когда я разорвал сделку, ты обвинила меня в убийстве. Я не убивал нашего ребёнка, Сефира. Ты сама его никогда не имела.

Сефира закричала.Нечеловеческим голосом — низким, вибрирующим, от которого заложило уши. Из её глаз потекли чёрные слёзы. Кинжал взорвался тьмой, окутав её фигуру коконом.

— Ты заплатишь за это! — проревела она, исчезая в портале. — Я вернусь! И твоя девка умрёт в муках!

Портал схлопнулся. Тьма рассеялась. Остался только запах серы и страха.

Айса лежала на полу, истекая золотистой кровью. Рилош подошёл к ней. Опустился на колено. Его лицо было непроницаемым, но руки дрожали.

— Ты дура, — сказал он. — Зачем ты пришла сюда одна?

— Защищать Академию, — прошептала Айса. Голос не слушался. — В отличие от тебя, я не привыкла прятаться.

Он усмехнулся. Одними уголками губ.

— Дерзкая.

Он сорвал с себя плащ, разорвал его на полосы и начал перевязывать её рану. Грубо, но умело. Как военный.

— Не надо, — Айса попыталась оттолкнуть его руку. — Я сама.

— Твоя магия сейчас бесполезна. Рана от кинжала Сефиры блокирует эфир. Ты не сможешь колдовать как минимум сутки.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я тоже был ранен этим кинжалом, — он затянул повязку туже, чем нужно. Айса зашипела. — Терпи. Лучше боль, чем смерть.

Он поднял её на руки. Легко, как ребёнка. Айса хотела возмутиться — пнуть его, сказать что-то едкое, — но сил не было. Кровь всё ещё сочилась, голова кружилась.

— Отпусти меня, — прошептала она.

— Нет, — сказал Рилош. — Ты едешь со мной.

— Похищение? — горько усмехнулась она. — Прямо сейчас? Когда я ранена?

— Это единственный способ спасти тебя, — его голос стал тише. — Сефира вернётся. Король пришлёт своих людей. Академия пала. Если ты останешься — ты умрёшь.

— А с тобой я буду жить? В клетке?

— В замке, — поправил он. — С видом на море. С библиотекой в три тысячи томов. И с условием: я не трону тебя без твоего согласия.

— А ребёнок?

— Ребёнок подождёт, — он нёс её сквозь разрушенные коридоры. Студенты и преподаватели расступались перед ним, как вода перед камнем. Никто не пытался остановить. — Я не насильник, Айса. Я — прагматик. Если ты родишь моего наследника по доброй воле — он будет сильнее. Если по принуждению — магия ребёнка будет проклята.

— Ты веришь в это?

— Я верю в факты, — он вышел во двор. Там уже ждал портал — стабильный, ровный, в отличие от того, что открыла Сефира. — Факт: ты нужна мне живой и здоровой. Факт: я могу тебя защитить. Факт: у тебя нет выбора.

Айса хотела возразить. Сказать, что у неё всегда есть выбор. Что она не вещь. Что он чудовище.

Но тьма портала поглотила её раньше, чем она успела открыть рот.

Глава 4. Замок на скале

Портал выбросил их на холодный камень.

Айса упала на колени, её вырвало. Порталы всегда действовали на неё плохо — эфир внутри бунтовал, не желая смешиваться с чужой магией. Рилош стоял рядом, не предлагая помощи. Просто ждал, скрестив руки на груди.

— Где мы? — прошептала она, вытирая губы тыльной стороной ладони.

— Северная Столица. Мои земли, — он указал рукой вперёд. — Замок Каменный Утёс.

Айса подняла голову и замерла.

Замок висел на скале. Буквально — огромная чёрная крепость с башнями, уходящими в облака, будто вырастала из самой скалы, как продолжение камня. Внизу, в бесконечной дали, шумело море — серое, холодное, с пенными гребнями волн. Небо было низким, тяжёлым, цвета старого свинца.

— Выглядит как тюрьма, — сказала Айса.

— Выглядит как дом, — ответил Рилош. — Идём.

Он не взял её за руку. Не подтолкнул. Просто пошёл вперёд, и Айса, стиснув зубы, последовала за ним. Потому что за спиной портал уже закрылся, а вокруг — на многие мили — не было ничего, кроме скал, моря и воронов, кружащих над башнями.

Внутри замок оказался не таким мрачным, как снаружи.

Горели свечи. Десятки, сотни свечей в массивных канделябрах. Стены были увешаны гобеленами — сцены охоты, битв, коронаций. Полы из чёрного дерева блестели, как зеркала. Слуги в серых ливреях кланялись Рилошу, но на Айсу смотрели с любопытством и страхом.

— Граф вернулся, — раздался голос с лестницы. — И привёл… кого? Новую игрушку?

С лестницы спускался мужчина. Моложе Рилоша, лет двадцати восьми, светлые волосы, вечно растрёпанные, ямочки на щеках, глаза — зелёные, смешливые. Он был одет в расшитый золотом камзол, расстёгнутый на груди, и выглядел так, будто только что встал с постели — и не собирался туда возвращаться.

— Кириан, — Рилош предостерегающе поднял руку. — Не начинай.