Пз. ГадАлка. Пазл

Введение

Эта книга, пожалуй, должна была быть написала именно сейчас – в тот момент, когда приходит осознание того, как система сжевывает людей. Но и в общем-то, это не система, а плохие люди, в которых алчность и гордыня родилась вперёд них, которые считаю себя учёными и стараются наживаться на простых добросовестных людях.

Я девчонка, простая, которая любит короткие юбки, которая любит не ругаться, но и в тоже время не люблю к себе никого подпускать. Такой уж характер и понимание собственной святости. Только так можно сохранять себя – не гармонизацией, не свечечками, не аскезами. Всё поменялось неспроста – мы перестали чувствовать природу, мы забыли, что такое погода, мы не знаем уже ни чёрта, ни Бога. А всё потому, что мы стали позволять себя использовать, в надежде, использовать тоже кого-то.

С каких пор это стало возможным? С тех самых пор, когда появилась возможность работать удалённо и с согласия руководства «молчать», для использования людей в качестве расходников. Так уж произошло, что одним из таких людей оказалась я – не однократно. И я решила не позволить этому и огласить полный список вины среднячкового начальства, их реальное поведение показать не сложно. Для меня важнее, чтобы каждый человек, понимая это, смог постоять за себя.

Я не могла. Потому защитников у меня много. А главным образом, Бог и Народ.

«Всем встать, Суд идёт»

Во всем известной советской картине есть такое знаменитое изречение: «Да, здравствуйте наш Суд! Самый гуманный Суд в Мире». Слова говорит подсудимый, который виновен в коварстве – дабы облегчить себе меру наказания, но вот сесть он не может – соль, знаете ли мешает. Название всем известной картины «Кавказская пленница». Что символично, я и мой итоговый найм были как пятилетний срок, удалённо, в моей собственной квартире в 20 квадратов. И нет, я была ни в чём не виновата – я просто устроилась на работу, где первое время мне были рады. А потом решили избавиться от меня.

Я не однократно слышала, что правовое поле у нас достаточно хорошо защищает простой народ, трудовые права, да и не только – много всего, о чём мы даже не подозреваем. Но мы, чаще всего, об этом не знаем. Или как я, не хотим «выяснять отношения», тратить время и деньги, для того чтобы не переживать. И даже я, имея опыт в журналистике и таковое образование, должна была быть отлично подкована в правовых вопросах – если не с точностью до мелочей, то хотя бы примерно.

Но нет, знаете ли! Когда в действительности у человека что-то происходит – то есть ваши права нарушают, есть множество сомнений, из-за которых бороться не хочется. В моём случае – это страх, неготовность переживать, чувство вины, истощение, и, внимание, - вера в мою несостоятельность, со слов работодателей. Да, это они умели. И это не плач неудачницы, это вполне логичный вывод, который я могу сделать по итогам работы в найме больше 13 лет. Практически каждый хотел объяснить и доказать, что со мной не так: характер не подходит для повышения – не справляешься, платье недостаточно строгое - не справляешься, не согласилась работать без отпуска, значит тобой невозможно управлять – на справляешься, устала и приболела – мы решили тебе помочь и не ждать, раз ты – не справляешься, уходи. В последний, критический момент это случилось за 2 дня до отпуска. Итак. Я обратилась в суд для защиты моих интересов. Не сразу, не сама, и вообще первые недели просто делала, что мне советовал голос разума, поскольку принимала антидепрессанты. Итого, время восстановления составило 8 месяцев.

Меня уволили как-то по обидному. Практически в один день, за три минуты - за два дня до отпуска. Очень положительная компания, ну или эта компания просто хотела выглядеть в таком свете. Факт остаётся фактом: увольнение свершилось до того, как я поняла, что произошло. Причина – моя усталость, и вообще, просто чтобы не ждать времени моего ухода, ещё 4 месяца.

Личная не трагедия: не конфликтность, ум, нежелание спорить

Я считаю, что у каждого человека есть какая-то своя личная трагедия. Большая или маленькая, но что-то такое, с чем человек научился жить, пережил, или прошёл. Это не про «синдром жертвы» - это скорее про те боли, которые человек мог испытывать в детстве, школе; сложности – и тем не менее пережил и живёт с этим или без этого. В моём случае, наверное, единственная и ощутимая трагедия была связана с отцом. Когда я была ещё малюткой с ним что-то произошло: вероятно его личность и стрессоустойчивость стала распадаться вместе с СССР, и он начал пить, бить маму, стекла в окнах дома и вообще быть не собой, а типичным алкоголиком. Будучи маленьким ребёнком я это видела, пережила и как будто бы не помнила. Я никогда не считала это трагедией. Это просто было. Как и возникшее после этого решение, не допустить такого в свою жизнь.

Было и прошло. Мать развелась с ним ещё в начале 90-х, оставила его и благополучно вернулась к своей маме с нами, двумя маленькими детьми. Вы не поверите, я даже любила отца – ну просто за то, что он у меня был. Я рассуждала так: «Некоторым детям мамы говорят, что их отец космонавт». Или что у них вообще нет отца. Я же, так или иначе, знаю его. И пусть даже это - уже лучше». К тому же, он был очень даже не плох во всём, а что на самом деле произошло – неизвестно, да и истина не в этом. Истина в том, что у любого маленького человека должны быть и папа, и мама. В то время у нас не было денег, зарплату часто выдавали продуктами – тогда нам даже помогали от социальной защиты. Я видела, как мама плачет вечерами, а на вопросы о причинах слёз она отвечала очень понятно для пятилетки: «Я не смогу ничего вам дать. Я умру, вы останетесь никому не нужны». Спойлер: не умерла и даже очень нужны. И почему-то в пять лет я решила, что нет, я всё тебе сама дам. Но не сказала так, просто решила, а ответила, как типичный ребёнок: «Мамочка, пожалуйста, не плачь, всё будет хорошо». И с тех пор было по-разному, но то решение – оно навсегда осталось на подкорке.

Я не стремилась выйти удачно замуж: ведь моя мама выходила очень удачно замуж, за очень красивого, приличного и состоятельного мужчину. У нас даже был видео магнитофон. И это далеко не типично для 1989 года, и так было до их свадьбы, а спустя пару лет что-то пошло не так. Я не стремилась быть отличницей, потому что нас учили, что бизнес строят троечники, а нанимают они как раз отличников. Всё так и вышло – все мои бывшие руководители, троечники и на деле им многого не хватает, в основном ценности труда чужого человека. И также я не стремилась требовать что-то у матери, потому что единственная квартира, которая у нас была, была куплена бабушкой, у меня есть ещё младший брат, с которым мы как-то так договорились, что у нас просто всё будет нормально – и не пытались срывать звёзд с неба.

В общем, эта небольшая вводная для понимания, что я – среднестатистический гражданин, рождённый в 1989 году. Таких семей было много. Однако, эта книга не про мои личные страдания, которых даже нет, а скорее про общественную трагедию. Которая вполне может усугубить личную и привести к настоящей катастрофе. В этом и будет доказательная геометрия на простых жизненных примерах, которые встречаются каждому.

В виду того, что в детстве я испытала такой стресс с побитыми стеклами и спасением бегстввом от пьяницы отца, я каким-то образом научилась забывать плохие события. Вообще, сколько живу, понимаю, что мозг человека – безграничен. Я умею не вспоминать плохое и не подпускать к себе. Тогда не было психологов, да и родители могли отругать так, что потом месяц проказничать не захочется. А вот личный психологический комфорт я, вероятно, сама себе обеспечить могла и умела. В общем, я жила и не знала об этой суперспособности – пока во взрослой жизни со мной не начались суперстрессовые ситуации, которые создавали супертроечники для своей супервыгоды. И как-то всё так просто проходило – я словно бы была непробиваемой, не реагировала и даже становилась радостнее и легче что ли – мол, стресс закаляет, я всё смогу, не страшно. Ах, как я была горда своей стрессоустойчивостью. Стрёмный повод для гордости, кстати. Это понимаешь спустя время, когда дело даже не во внешности, а в способности восстановить здоровье. Ресурсы человека не просто должны восполняться, они должны быть надёжно защищены – так, чтобы не требовалось глобальное восстановление. Но что есть «должны», и что есть «получается»? Когда стрессовых ситуаций столько, что можно умереть, не глядя и неожиданно, когда от стресса сносит память, крышу и всякие планы. Этому нас не учили. Не предупреждали. В моём случае, в стрессовых ситуациях я не могу быстро реагировать и просто улыбаюсь или, если сильно устала, могу заплакать. Также я не воспринимала никогда стресс, как «болезнь» – не было у нас в семье такого понятия вообще – даже тошноты и головокружения от стресса. То есть, воспринимать это как риски и опасность я не могла: не то что опыта, не было даже такого понятия.

Скажете: «Да всё женщины такие! Не замечают, а потом, бах» - возможно вы сильно не правы. Опять же, стрессовая ситуация стрессовой ситуации рознь. У меня это проявляется при сильном неадекватном поведении оппонента или при таком критическом истощении, когда ну просто не может не проявиться. И даже в этом случае, мне достаточно отдохнуть.

По сути же, стрессовая ситуация не обязательно связана с конфликтами. Вообще, с детства я любила не конфликтовать – промолчать и исследовать вопрос. Меня было легко напугать, например, бесшумно подойдя ко мне и ничего не говоря. Первый раз это случилось в первом классе, учительницей. Ещё однажды в детстве я даже спряталась под козырёк балкона от парнишки, он просто на кого-то кричал, а мне стало страшно. Возникающий страх – это как первое решение твоего организма: способ защиты самого себя. Второе решение, уже подумать и отреагировать на это своим правильным способом. И у каждого он свой персональный, в зависимости от организма, характера, воспитания, обстоятельств и личной заинтересованности.

Если совсем по-честному, когда-то давно я из-за своей не конфликтности и страха публики не смогла работать в журналистике, не могла справиться со страхом и постоянными отказами (да, в журналистике их тоже много). Хотя признаться, профессия хороша, для меня – люблю создавать красивые вдохновляющие тексты, но не спорить и доказывать, что в то время было обязательным условием. Тогда пресса ещё яро боролась за аудиторию и интернет был не так развит. А жизнь сложна, работа с людьми не легка, стоимости и ценности разнятся – всё сложно и по-разному, к тому же, время не стоит на месте и всё меняется быстро. И даже при этом, я обожаю своё Журналистское образование, хотя и не могу нигде по специальности устроиться. Ведь теперь у меня есть драгоценный опыт продаж (больше 13 лет). А бизнес сейчас устроен так хитро и «непринуждённо», что HR-специалисты даже не рассматривают кандидатов с дипломом (опыт в журналистике тоже есть, просто небольшой) и, если видят должность в трудовой «менеджер продаж» – принципиально не предлагают ничего кроме продаж. А работа, надо сказать, адская – кто бы что ни говорил, «хождение по кругу», а без должной организации процессов и вовсе муки. Не потому ли HR направления все как один следуют некому безмолвному «сговору» нарушая законодательство не явно, не обижая, делая вид, что всё как будто бы «хорошо», но вот «пожалуйста», вам только Продажи. Проверено многократно – даже не пытаются общаться.

А между тем, журналистика – моё призвание, я занималась журналистикой с 10-го класса. Как-то в восьмом классе я открыла закон Архимеда. Дурачась в ванной, я с интересом наблюдала, за моим погружением в неё и обратно. Я вдруг поняла, что вода выталкивает тот объём, который в неё помещается. Мне, конечно, захотелось, постройнеть после такого опыта – но дело было в физике, я очень обрадовалась своему наблюдению. О чём радостно проинформировала маму. Мама, хоть и имела лишь музыкальное педагогическое образование, откуда-то знала, что такой закон уже открыли. Я конечно расстроилась немножечко, но стала догадываться о своей наблюдательности и интересе к открытиям. Не думала я тогда, что, имея высшее филологическое образование, квартиру, автомобиль - буду загнана в угол, без всего, с долгами и низкой вариативностью поиска работы. А также не думала и о том, что буду несказанно рада работе в Пятёрочке.

Не за что. Меня любить

На самом деле я всегда была долгожданной, любимой, приносящей счастье (после потери трёх детей), высокоскоростной, говорящей с восьми месяцев, умной не по годам, везде рыскающей и ничего не боящейся малюткой – маме приходилось мне обещать позвать бабайку, и даже это меня не пугало. Бабайкой даже иногда наряжали соседку, и этого хватало, чтобы я посмотрела и кивнула – ни слёз, ни сомнений, ни страха, ничего сокрушающего меня не касалось. Такой большой маленький человек, который спустя 36 лет завтра идёт стажироваться с Пятёрочку. При этом, я не считаю это зазорным – любой труд стоит уважения. В сложившихся обстоятельствах – оставшись без всего, из соображений «надо что-то делать», осадок, конечно, не очень.

В школьные годы я была молчалива и, признаться честно, кроме семьи мне никто не был интересен. Мне было спокойно просто наблюдать, слушать, задавать вопросы, учиться грамоте и реагировать, а дома радоваться и делиться впечатлениями. Особенно, когда мы играли с младшими братьями. Меня даже в школе за мою молчаливость и правильность считали «белой вороной».

Потом «развенчали» и, вы не поверите, я стала активисткой, спортсменкой, красавицей: начала заниматься всем чем было возможно и даже умудрялась совмещать школьные активности в виде Президентства, руководства командой КВН с журналистикой и дзюдо. Школьные годы вселяли в меня не уверенность, а скорее интерес и занятость, примерное понимание дальнейшего незамысловатого плана: поступление, работа, создание семьи, возможности, о которых ещё предстоит узнать. О, эти планы, им почему – то было не суждено сбыться, дальше труда по найму дело не дошло. Поступление я пыталась провалить, потому что мне не хотелось учиться в Амурской области. Работу оплачиваемую, будучи студенткой, так за всё время и не нашла, а возможности – они до сих пор мне снятся. В общем, я была какой-то не слишком удачливой, податливой. И возможно все те возможности – это и есть сама я, просто надо не замолчать после увиденного и пережитого, и думаю, мне удастся выполнить одну свою жизненную цель: сделать хорошее дело для людей.

Многочисленное общение, доступность интернета сделали мир красочнее, ближе – можно было общаться всегда, хоть с кем, хоть сколько. Персональный компьютер появился у меня в 10 классе – так жадно обучаться новому я до этого даже не умела. Скорость печати, серфинг в интернете, изучение всего и даже того, как поисковая строка выдавала результаты запросов – было время для наблюдения, анализа информации и мозги работали. Во всяком случае, была возможность понимать логику работы алгоритмов. И это было интересно, перегонять интернет и скорость получения информации. Как теперь оказывается – всё должно быть в меру, ну или мы пока не научились этим пользоваться. Поскольку ещё не известно, какова вредность работы на производстве и сидение за ПК 8\7\22. Сейчас обучаться как раньше почти невозможно: спам, реклама, платные подписки и множество реального хлама, найти что-то стоящее даже за деньги не реально. Кроме того, всё всегда меняется – а над стабильностью картинки и фактически нужными ресурсами стоит поработать. А пока в интернете творится «вырви глаз», то стоит немного отодвинуться от некого Спид Инфо. Стало непонятнее: даже результаты поисковых выдач стали очень нелогичными, заточенными скорее под бизнес: реклама и маркетинг уже взяли на себя функции обучения. Правда очень поверхностного и мошеннического. Мы всё чаще видим не познавательные, а призывные лозунги «Купить!». Оно в целом и понятно: «Мой бизнес, сам оплачиваю, значит вы видите то, что мне надо». Но уже надоело и, признаться честно, должно как-то регулироваться.

Другое дело – ленты активности, где даже читать не надо, просто листать. Даже клипартовскому мышлению пришёл конец, мы не можем или не хотим читать даже короткие новости. Когда я ловлю себя за этим жалким занятием, мне становится жалко не времени, мне становится неудобно за то, почему это вообще показывают и это нельзя сделать лучше. Уж, как есть. И даже к себе просыпается какая-то нелюбовь, не удовлетворение, потому что картинка не радует глаз.

Эта предыстория гласит о том, что было ещё 20 лет назад, совсем недавно, как раз я окончила 11 класс школы. Кружки, живое общение по интересам, никаких «под задачу», но и гранты, обучение, обмен опытом. И кстати, за моё обучение моя мама не платила, у меня была оформлена пенсия по потере кормильца, и оплата моего образования находилась в зоне ответственности налогоплательщиков. Да, тогда это стоило не 400 000 т.р. в год, а всего около 32 000 т.р.\год и пенсии хватало на то, чтобы покрыть эти расходы. Это вселяло огромную уверенность в будущее.

Училась я в Благовещенске, Амурская область – на границе с Китаем. Тогда люди закупались там, перевозили через границу сумки с «награбленным» и вполне успешно продавали товар в России. Таких перевозчиков называли «Челноки» и в одной сумке можно было провезти до 30 килограмм свежего товара. Так делали и студенты, чаще студенты. Я была растяпой – во мне не было никакой предпринимательской жилки – была очень задумчивая, как мраморная статуя, одухотворённая, не всегда внятная, но вполне конкретная и твёрдая. И в школе, и в студенчестве: одноклассники и одногруппники активно обсуждали законы и юридические аспекты, варианты действий, известные случаи – это было главой номер один. В моём классе учился сын известного адвоката и он снабжал нас хорошеньки историями, с качественными юридическими комментариями. Это было познавательно. В пору обучения журналистике мы просто не могли не изучать закон – это было даже частью наших экзаменов. В общем, вероятно, вы поняли, что я не «Жертва» с Большой буквы и вполне всегда осознавала рамки и границы, зоны ответственности. Рассказываю вам это для понимания, что уж если Я побывала в таких ситуациях с незаконным увольнением, то что же происходит с менее подкованными людьми?

Однако, обо всем по порядку. Ведь именно благодаря работе в найме – а это почти всё время после вуза, мне постоянно доказывали именно то. Что любить надо «за что-то», или «не за что», или что «любовь надо заслужить» – гавкая как маленькая собачка на поводке, в продажах. Что в общем-то мне не требовалось, так как работа всё-таки всегда получалась превосходно. Но вот о повышении можно было не мечтать, так как облизывать палец дающего я не хотела и не считала необходимым. Зачем, если я и так всё могу?

Скелетик из шкафа

Я долго не хотела это вспоминать, рассказывать, кого-то осуждать, бороться, спорить сама с собой и вообще помнить об этом. Но именно из-за этого случая я чуть было не сошла с ума. Случаем это сложно назвать. И на моём месте мог бы быть любой человек. Я пришла работать в Телеком компанию примерно в 22 года. Молодая, слишком красивая, и безденежная (но разве это важно), после пережитого не взаимного романа – без вариантов найти стоящую подработку. К слову, до этого меня уволили из Новосибирского Санатория за то, что я улыбнулась мужчине, без содержания и выплат, с присущим никчёмной женщине заносчивым взглядом. Так что, мне уже и в самом начале трудовой деятельности ни во что особо не верилось, был скепсис. Меня позвали в Телеком заведение – компания крупная, я об этой сфере ничего не знала. В мои задачи входило работать с клиентами, заниматься продажами и согласилась я потому, что руководители были мужчины – «уж они точно не увольняют за улыбку», так мне думалось. Даже наоборот, улыбка должна была бы помочь, так: то что усложняло мне жизнь стало призвано облегчить её.

Ещё я согласилась и потому, что не требовалось названивать клиентам – что было огромным плюсом. Что же произошло с такими прекрасными вводными данными? А всё банально. Даже сейчас об этой истории я писать не хочу. Потому что вероятно я хоть и не нарушила закон, но моими руками сделали не очень красивые вещи. Это не точно. И вероятно, меня к этому склонили. Это точно. Но даже тогда я чувствовала, что соглашаюсь на нечто запретное – ах, как жаль, что это был не секс. Однако, я себя в своих глазах оправдала, была защищена – или мне так хотелось думать (!?) и в сущности, выполняла данные договорённости и клиентам, и начальству. Но по факту, я стала соучастницей финансового преступления: когда моё начальство вверило мне перевести клиентов на новое юридическое лицо, а оно оказалось совершенно не связанное с прежней компанией. У руководства случился конфликт, спланированная месть, а я стала красным оружием в их руках.

Ну вот так. Произошло то, что нередко случается в крупных Московских компаниях: смена руководства на месте в регионе, прислали директора из Москвы. Не красиво, быстро, дискомфортно – новая метла с первого дня смела то былое чувство уютности на работе. Меня даже попросили переодеться. Вероятно, из-за этого я и согласилась на предложение обиженного былого начальства, которое звучало совершенно невинно, а я и не подозревала ничего серьёзного. А именно: переоформить клиентов на новое юридическое лицо. Как я узнала в последствии, трое приличных мужчин начальников, использовали изначально своё оборудование под IT-облачное решение кампании и «в сущности для клиентов бы ничего не поменялось», только договор, как мне объяснили. Больше того, все данные мной гарантии в начале работы стали бы как раз соблюдены, т.к. оставаться на прежнем оборудовании означало переезд с текущего облачного хранения со сменой IP_адресов – это на ИТ языке «больно для клиентов». Мало кому бы понравилось – вот так логично и правильно мне объяснили моё «правильное» решение. Пусть и не сразу. Однако, мне не пообещали ничего, что должны были бы. Если бы каждый играл честно. Но честно не играл никто, увы.

Например, могли предложить повышение до руководителя – потому что руководитель тоже был в сговоре, просто решил «постоять в сторонке» и не давить на меня. Или могли дать повышение оклада – какой-то небольшой процент повышения там был, но не принципиальное, на деньги я не смотрела. Мне важно была защищённость и чувство безопасности, оставить всё как раньше – то есть то, на что мне было не дано повлиять. И я это выбрала сделала. Полгода я работала на две компании: тогда ещё не зная, что такое Стресс и к чему это может привести в реальности. Мне пообещали сразу же после этого мероприятия заслуженный отпуск, и я работала, думая только об этом, работала и утешала себя будущим релаксом. Даже не так. Я просто знала, что выживаю до отпуска. Думать я не могла уже тогда – настолько хронический стресс давил со всех сторон и невозможность ситуации наваливалась на меня снежным комом, когда поддержки было ждать не от куда, и когда я не понимала, что тону в переживаниях.

Если так поразмыслить, я пошла за мужчинами – некие родительские отношения, их было трое, и я была уверена, что ничего плохого произойти не сможет. Эдипов комплекс – это всем известное и часто запятнанное понятие в разных смыслах. Конечно, «у меня такого не могло быть». Однако, живя без отца и не имея мужского плеча для поддержки, разочаровавшись в женщинах руководителях, я сделала ошибочный вывод – мужчины надёжны. Но я не уточнила, что они надёжны для своей семьи, а не для своих наёмников. И не все мужчины. И не все мужчины вообще Мужчины. И не всегда. В общем, люди есть люди. Как и везде.

Работу я сделала не просто хорошо, а супер хорошо – обеспечив новой компании на рынке в первые месяцы доходы от клиентов не меньше миллиона с первого месяца. Точные суммы не помню, но это что-то в районе миллиона, а то и больше. А дальше произошёл фак-ап – мои ресурсы, а тогда ещё понятие «не в ресурсе» и все учения о потоках и ресурсности не были так раскручены. Да, мои ресурсы исчерпались и нервы начали сдавать. Надо отдать должное этим не лишённым хитрости и осторожности руководителям мужчинам: ни слова упрёка и лишь поддержка были до того, как я ушла с основного, обидевшего их, места работы. Как только я перешла в их подчинение на новых условиях: мне отказали в отпуске в первые три дня. Больше того, поставили нового руководителя, задачи, которых не было до этого за все три года работы – звонить и быть колл центром в единственном лице. А моя крышка уже шаталась… Мы даже не поругались: они с напускной интеллигентностью, я уже еле сдерживаясь от рыданий пыталась отстоять своё право на обещанный отпуск. И как раз в тот период у меня ещё и угнали автомобиль (подарок мамы). Банально, я рыдала на ступеньках красивого модного здания не в состоянии на что-либо ещё – как сейчас помню: сидела на лестнице рыдая от бессилия и понимая свою несдержанность в слезах. Параллельно с этими событиями у меня угнали автомобиль и обокрали – вынесли всё золото. Карма? Возможно.