- -
- 100%
- +
Глава 1
– Куда ж ты торопишься, золотой мой? Я тебе ещё всю правду не рассказала!
– Дамочка, я похож на идиота? – оборачиваюсь к приглашённой на корпоратив то ли «предсказательнице», то ли цыганке.
– О, нет! – женщина в длинной, метущей полы юбке и безумном количестве свисающих с плеч шалей, улыбаясь, подходит ближе.
Пристукиваю ногой. Где этот чёртов парковщик?!
– Ты же не идиот – бояться того, что могу нагадать тебе, а? – хитро прищурив чёрные блестящие глаза, женщина откидывает голову, поправляет тяжёлый пучок волос.
Усмехаюсь, заметив сверкнувший на запястье браслет, кольца на каждом пальце. Неплохо она видимо зарабатывает. Да и неудивительно.
Народ как с ума посходил. Все верят кто в дурацкие карты, кто – в какую-то астральную… или натальную? – ерунду.
– Мне не интересно, – равнодушно отворачиваюсь, делаю пару шагов в сторону.
– Да пожалуйста! – несётся насмешливое вслед от «потомственной ведьмы». – Предупрежу только, так уж и быть. Встреча с прошлым тебя ждёт. Ангела найдёшь! Потеряешь её – и всё потеряешь вместе с ней.
– Что за… – злюсь сам на себя, что реагирую на такую белиберду, не оборачиваясь, язвительно парирую: – Ангел, наверное, с неба спустится!
– Скорее упадёт, – фырканье за спиной.
– Слушайте, хватит уже… – поворачиваюсь наконец и… никого не вижу.
Испарилась она, что ли?
– Простите за ожидание, – к выходу подкатывает моё авто, из которого тут же выскакивает молодой парень.
Кивнув, сажусь за руль. Из ресторана, который мы сняли для корпоратива, доносится взрыв хохота. Сотрудники, похоже, отрываются по полной.
Выруливаю со стоянки и, подумав, сворачиваю не домой, а к башне, в которой находится головной офис. Впереди выходные, но в понедельник стартуют очередные переговоры. Вот и захвачу с собой рабочий ноутбук. Надо было сразу забрать, но несколько часов назад я ещё надеялся, что смогу нормально провести вечер.
– Добрый вечер, Марат Львович, – кивает мне охранник при входе.
– Добрый, – киваю рассеянно.
– Марат Львович, а тут приходила… – начинает ещё один парень в форме охранного агентства, но его тут же пихают в бок.
– Куда лезешь? – слышу тихое.
– Что такое? – останавливаюсь, перевожу взгляд с одного мужчины на другого.
– Извините, Марат Львович, он новенький, – первый охранник качает головой.
– Ничего страшного, я спросил, что такое? – поднимаю брови.
– Да тут… девушка приходила, – мужчина пожимает плечами. – Говорила, к вам ей нужно. По личному вопросу.
– И где она сейчас? – уточняю с усмешкой.
– Была тут где-то, – оглядывается новенький.
– Да ушла она уже, – вздыхает его напарник. – Такие девицы с личными вопросами тут косяками ходят. И всем сразу к президенту компании надо, естественно… Извините, Марат Львович!
Махнув рукой, иду к лифтам.
Действительно, всех девиц принимать – офигеешь. Да и вообще… выбрала тоже время! Конец недели, корпоратив! Специально что ли с заделом на выходные? Нет уж, спасибо.
Поднимаюсь на лифте к себе в кабинет, забираю ноутбук. С сомнением смотрю на дверь в углу за моим рабочим столом. Она ведёт в небольшую комнату отдыха, там и кровать есть, и душ, и сменная одежда… Может, хрен с ним, с домом, остаться здесь?.. Всё равно меня никто не ждёт.
Пересилив себя, всё-таки спускаюсь к машине в подземный паркинг. Тут почти пусто – и неудивительно, в пятницу-то вечером.
Сажусь в авто и еду по спиральному подъёму к выходу.
– Чёрт, – морщусь, глядя в зеркало заднего вида.
Съехало оно немного что ли? Парковщик, видимо, под свой рост менял, а я как-то внимания не обратил.
Тянусь рукой вверх, настраивая зеркало под себя.
От дороги отвожу взгляд буквально на секунду! Это же парковка! Практически пустая! Время за одиннадцать перевалило.
И тут из-за боковой колонны, пятясь спиной, появляется человек.
– Дерьмо!!!
Удар по взвизгнувшим тормозам, выкрутить руль… До меня доносится слабый вскрик. От которого мурашки по коже и волосы встают дыбом.
– Зараза!!! Господи!
Выскакиваю из машины, и сердце на секунду перестаёт биться при виде лежащей на бетонном полу женщины.
Глава 2
Второе, что замечаю – коляску за колонной.
Чёрт, нашла, где ходить с ребёнком в двенадцатом часу ночи!
Кидаю взгляд туда, но видно, что с ребёнком всё в порядке, видимо спит. Похоже, она не успела выкатить коляску, просто отпустила. Почему, чёрт подери, она упала?! Я же успел затормозить – почувствовал бы, если б было столкновение! Да и скорость была совсем низкая!
Всё это проносится в голове за какие-то несколько мгновений. А я уже на чистых рефлексах подскакиваю к девушке, которая лежит лицом на сгибе локтя.
А если её трогать нельзя?! Мало ли, позвоночник повреждён или перелом чего-нибудь?
– Девушка! – зову её, но тщетно. – Эй! Вам больно? Вы меня слышите?
Осторожно щупаю пульс на сонной артерии, до которой получается добраться. Есть, но в сознание не приходит.
Навыки, вбитые в тело, не позволяют подхватить пострадавшую, на которой какая-то не по сезону лёгкая курточка. Первая ошибка при неотложной помощи – все сразу начинают хватать людей, куда-то перетаскивать…
Достаю мобильный, дозваниваюсь в скорую, объясняю ситуацию. Мне подтверждают, что с места её трогать нельзя, бригаду обещают прислать срочно.
– Откуда ж ты взялась, такая бедовая? – спрашиваю в пространство, присаживаясь на корточки рядом с продолжающей находиться без сознания незнакомкой.
Оглядываюсь на коляску, в которой мне мерещится какое-то движение. Показалось? Кажется, показалось… Ещё ребёнка с истерикой мне тут не хватало!
Мне снова звонят из диспетчерской подстанции, уточняют, какой въезд на парковку. Объясняю и вдалеке уже доносится приближающийся шум машины скорой помощи, когда с другой стороны детский голосок спрашивает растерянно.
– Мама?
Резко оборачиваюсь. В коляске сидит девчоночка, мелкая совсем.
Нифига не разбираюсь в детях, но, наверное, ей года два? Или побольше?
– Мама?! – ребёнок скидывает с себя укрывавшее её одеяльце, под которым обнаруживается вроде бы тёплое, но белое платье, всё в каких-то кружевах.
Сталкиваюсь взглядом с крохой, и она замирает. Смешно наклоняет голову набок.
– Где мама?!
Нифига себе требовательные интонации у такой малышки! И даже не боится, похоже.
– Э-э-э… – не знаю, как себя с ней вести, подхожу ближе, присаживаюсь рядом, – Привет! Меня зовут Марат!
– Пивет! – девочка тянет ко мне руки.
Хочет, чтобы я её вытащил из коляски? А ну как разревётся?
На свой страх и риск помогаю ребёнку и беру её на руки.
Чёрт, маленькая какая!
– Как тебя зовут? – спрашиваю у малышки.
– Геля, – отвечает кроха.
– Геля, что мама тебе говорила? – допытываюсь у неё. – Зачем вы сюда пришли?
– К папе, – выдаёт светловолосое создание.
– А кто твой папа? – уточняю терпеливо.
Это кто ж такая сволочь, что мать с дочерью должны его на парковке дожидаться ночью?! Неужели у меня в компании работает? Найду козла и ноги повыдёргиваю!
– Не знаю, – она мотает головой. – К папе!
Тут из-за угла наконец выворачивает скорая.
– Где мама? – вертится ребёнок у меня на руках.
– Так, Геля, слушай внимательно, – не понимаю, как с ней разговаривать, поэтому говорю, как умею. – Твоей маме стало нехорошо. Сейчас приехал врач, он ей обязательно поможет. А когда она придёт в себя, то всё расскажет, и вы пойдёте домой, понятно?
Девочка кивает, глядя на меня ясными глазами, но, подозреваю, половину моих слов она не уловила.
Тем временем из скорой вылезают двое фельдшеров.
– Рассказывайте, что случилось! – один из них обращается ко мне, другой начинает проверять лежащую девушку.
– Да вот, упала…
Меня перебивает тихий стон. Пришла в себя! Слава богу!
– А с чего упала-то? – мужчина смотрит на меня подозрительно.
– Да я сам не понял, с чего, – покосившись на ребёнка, продолжающего тихо сидеть у меня на руках, цежу сквозь зубы. – Я её пальцем не трогал, если вы об этом! И машина слишком далеко! Я вообще не успел увидеть, что произошло! Словно она в обморок свалилась!
– Так, слушай, тут закрытая черепно-мозговая, похоже, – второй фельдшер поднимает на нас глаза. Куда падала, вы заметили?
– Вперёд, кажется, – говорю, пытаясь вспомнить.
– Похоже на то… – мужчина оглядывается вокруг себя. – Вон, лужа масляная. Могла поскользнуться, о колонну удариться, об угол… Вот и кровотечение. Височная рана.
Только сейчас вижу, что кровью пропитался и рукав куртки, а потом перевожу взгляд на лицо и…
С трудом сдерживаю отборные ругательства.
– Таня!
В памяти тут же всплывают обстоятельства нашей последней встречи. Так себе встречи, надо сказать… Три года прошло.
Девушка испуганно шарит глазами вокруг себя, пытается приподняться, но тут же со стоном опускает веки.
– Тихо, тихо, не вскакиваем! – фельдшер придерживает её за плечо.
– Где… я? Что случилось? Геля… Геля! Где Геля?! Дочка…
Надо сказать, а у меня словно язык отнялся. Только сжимаю зубы, глядя на Таню. Круги под глазами, измученная какая-то… Или это из-за травмы?
– Тут она, тут, – отвечает вместо меня врач и поворачивается к коллеге. – А, ч-чёрт! Так, ну-ка давай быстро, в больницу. У диспетчера запросись, куда!
– Что? – подхожу ближе. – Она что, снова сознание потеряла?!
– Да, – мужчины достают из скорой носилки, сноровисто укладывают туда девушку, закатывают в машину.
– Стоп, подождите! – иду вперёд.
– В машину взять не можем, некуда, – бросает мне фельдшер. – Подъезжайте в больницу, там всё скажут!
Класс!
Скорая отъезжает, а я, как дурак, стою посреди стоянки с чужим ребёнком на руках.
Глава 3
Осторожно кошусь на… как там её… Гелю, которая задумчиво ковыряет пальчиком петлицу моего пиджака.
Что это за имя – Геля? Это же сокращённое…
– Малышка, а какое у тебя полное имя? – спрашиваю у девочки. – Ну вот смотри, я Марат, а коротко… чёрт!
У меня и имени-то короткого нет, доходит с опозданием.
– Чёйт! – повторяет Геля довольно.
– Да уж, он самый, – подтверждаю уныло.
Молодец, чего сказать. Шикарно просто! Танька меня прибьёт за то, что я её дочку ругательствам научил.
– Чёйт! – девочка довольно показывает на меня пальчиком. – Геля! – уверенно тыкает себя в грудь.
– Ага, чёрт и Геля, – невольно фыркаю, затем вздыхаю.
Мне нереально, просто нечеловечески повезло, что кроха такая спокойная.
А это, кстати, вообще нормально? Разве дети такими бывают?
А может, она всё-таки тоже как-то ударилась?! Коляска, например, откатилась или ещё что?!
Ловлю себя на мысли, что начинаю переживать из-за, собственно говоря, незнакомого мне ребёнка.
Правда, я знаю её мать. Так что можно считать, что в каком-то смысле мы немного знакомы.
Вздохнув, выкидываю всю чушь, которая лезет мне в мысли, из головы.
– Поехали к маме! – говорю девочке.
Надеюсь, она побудет в спокойном состоянии ещё хотя бы немного.
– К маме! – Геля хлопает в ладоши.
– Да-да, я тоже рад, – говорю сумрачно.
Ссаживаю девочку с рук в свою машину. И тут до меня доходит, что у меня нет детского кресла. Дерьмо, гайцы на мне озолотятся!
Хотя нет… Дело не в штрафах. Ей небезопасно будет ехать непристёгнутой. Даже если я буду тащиться сорок километров в час.
Матюгнувшись про себя, достаю мобильный.
Мой заместитель и по совместительству лучший друг отвечает только с третьего раза.
– Марат, чтоб тебя… – ворчит, еле ворочая языком. – Какого… ты звонишь в двенадцать ночи?
– Хочешь сказать, что ты уже спишь сном праведника? – зло язвлю в ответ.
– Ну-у… – довольно тянет Егор. – Не то чтобы сплю… и уж точно не то чтобы праведник…
– Так, поднимай свою… пятую точку, – успеваю сдержаться и не выругаться при девочке, которая как раз в эту минуту тянет на себя ремень безопасности. – Э-эй, малышка, не надо! Не тяни это в рот! – отбираю у неё застёжку.
– Ты там чем занят? – подозрительно уточняет Егор.
– Бл…ин пасхальный, Егор! Совершенно не тем, о чём ты подумал! – подхватываю Гелю, которая сползает с сиденья и намыливается сбежать, прижимаю ухом мобильный к плечу. – Короче, быстро, найди мне детское автомобильное кресло!
– Марат, ты чего, друг? Чего случилось?! Какое нахрен кресло?
– Детское, – пыхтя, снова подхватываю Гелю на руки. – Года на два. Или на три.
– На какие три года?! Тебя чего, замели? В тюрьму собираются сажать?!
– Сдурел? Это возраст! Детское автокресло, для ребёнка возрастом два-три года! – устав бороться с малышкой, не желающей сидеть у меня, опускаю её вниз и просто слежу, чтобы она никуда не утопала. – Так, Егор, включай мозги, бросай свою девицу или с кем ты там развлекался сегодня, и найди детское кресло. Где хочешь! Сотрудникам компании позвони, из тех, которые с детьми, или «Детский Мир» ограбь – что угодно! Но чтобы через полчаса у меня было кресло! Я на стоянке в головном офисе. Жду, – отключаюсь, не давая другу возразить.
Геля тем временем доходит до своей коляски, вытаскивает из неё одеяльце.
– Так ты что, замёрзла? – качаю головой. – Надо было сказать…
Тут же ощущаю себя идиотом. Ну да, скажет тебе мелкий ребёнок.
– Это Гелино! – серьёзно сообщает мне малышка.
– Молодец, – показываю ей большой палец. – Своё надо держать при себе.
Ребёнок кивает, будто всё понял, и показывает на коляску.
– Да, коляску тоже заберём, – вздыхаю, разглядывая агрегат. – Она, наверное, складывается… Только совершенно непонятно, как. Ладно, сейчас разберёмся.
Разборки с коляской занимают все те полчаса, которые я дал Егору на поиск кресла. Вспотев и вспомнив про себя все ругательства, наконец кое-как складываю бесовское сооружение и запихиваю в багажник. Заглядываю в машину и вижу, что малышка уснула на заднем сиденье.
Покачав головой, осторожно укрываю её одеяльцем. Смешная… Ладошки под пухлую щёку подложила и сопит.
Вглядываюсь в лицо. На Таньку похожа. Наверное. А может, на папашку своего непутёвого… Почему-то от этой мысли во рту становится кисло.
Прикрываю дверь и сам тоже сажусь на переднее сиденье. Откидываю голову на подголовник. Ну и где Егор?
– Марат! Друг! Чего стряслось?!
Вскидываюсь, потому что меня тормошат за плечо. Чёрт, и как я заснуть умудрился?! Видимо, вырубился ненадолго.
– Тише ты! – шиплю на Егора. – Ребёнок спит!
– Какой ко всем чертям ребёнок, Марат?!
– Заткнись, я сказал, – меня уже раздражает тот факт, что друг отказывается понимать сказанное ему человеческим языком.
– Охренеть! – тянет Егор, разглядев наконец малышку на заднем сиденье. – Откуда?!
– Оттуда, блин, – морщусь, вылезая из машины. – Сиденье привёз?
– Ага, – мужчина растерянно кивает, достаёт из своей машины какое-то жутковатое фиолетово-синее сиденье.
– Что нашёл, – пожимает плечами в ответ на мой скептический взгляд. – Повезло, что с корпоратива не уехал. Мы с Оксанкой наверх поднялись… – похабно ухмыляется, но я перебиваю.
– Без подробностей!
– Да ладно, – Егор отмахивается. – У замначальника айти-отдела сын есть. А мужик на машине был. Непонятно, зачем на своей тачке на корпоратив приезжать, если пить собираешься! Ну неважно, короче… В общем, он мне сиденье одолжил. Всё равно машина возле ресторана ночевать будет, сам он за руль не сядет сегодня. А я потом верну. Но ты мне так и не ответил, откуда ребёнок-то?
– Она с матерью была, – почему-то не хочу говорить, что я с ней знаком. – Я мимо проезжал, а мать как раз из-за колонны выходила с коляской. Испугалась, поскользнулась и головой об угол… Сознание потеряла. Я скорую вызвал, её увезли, а ребёнка им девать некуда было.
– А ты, значит, весь такой благородный, – хмыкает Егор. – Надо было полицию одновременно вызывать и отдавать им девчонку! Возиться ещё с мелюзгой…
– Я твоего совета не спрашивал, что мне делать, – устало морщусь.
Знаю, что Егор к детям относится… ну, никак. Больше всего боится, как бы от него кто не залетел.
– Ну и куда ты теперь? – спрашивает мужчина.
– Поеду в больницу, куда её мать отвезли, – пожимаю плечами. – На месте разберусь, что делать.
– А-а, ну это правильно, – Егор хлопает меня по спине. – Там они наверняка знают, кого вызывать. Опеку там или ещё кого…
Мысль об опеке кажется неприятной. Не думаю, что Таня хотела бы, чтобы её дочь забрали непонятные незнакомые люди. В принципе-то, она же не виновата, что всё так случилось… С каждым может произойти.
Беру кресло, устанавливаю в машину – к счастью, сбоку на пластмассу прилеплена бумажка с инструкцией. Боюсь разбудить Гелю, но как-то же её надо пересадить туда! Времени уже второй час ночи!
Но мне везёт, девочка не просыпается. Только, причмокнув, устраивается поудобнее, когда я пристёгиваю её ремнями.
– Ну ладно, давай, – Егор, стоявший рядом со мной всё это время, кивает. – Сплавляй мелочь и езжай отдыхать. У нас переговоры в понедельник…
– Я помню, – махнув рукой, сажусь за руль.
До больницы доезжаю быстро. Приходится ещё раз взять Гелю на руки, не оставлять же её в машине, но девочка, обняв меня за шею, продолжает спать.
Прохожу в приёмный покой и тут соображаю, что даже не знаю, про кого спрашивать. Раз у Тани есть ребёнок, и Геля говорила мне про папу, значит, она замужем… Или по крайней мере, была. А какая у неё фамилия? И вообще… а документы?
Чёрт! Вспоминаю, что отдал фельдшерам сумку, которая была при девушке, там всё было… А сам спросить не удосужился.
– Девушка, – обращаюсь негромко к дежурной медсестре, которая поднимает на меня глаза и улыбается, увидев спящую малышку, – к вам примерно два часа назад доставили женщину с черепно-мозговой травмой…
– Да, – она проверяет что-то в компьютере. – Поливанова Татьяна.
– Всё верно, – киваю с облегчением.
Фамилия, значит, осталась прежней… Ладно, это потом узнаю!
– Вы можете мне сказать, как она?
– Подождите минуту, я уточню у дежурного врача, – кивает медсестра. – Присядьте пока!
Осторожно устраиваюсь на колченогом стуле, но почти сразу встаю, увидев пожилого мужчину, который идёт за возвращающейся медсестрой.
– Добрый вечер, – кидает на меня строгий взгляд. – Вы муж Поливановой?
– Э-э-э… да… – выдавливаю, потому что подозреваю, что без этого мне никто ничего не скажет.
– К сожалению, ваша жена сейчас без сознания, – сухо говорит врач. – У неё отёк мозга.
Глава 4
– Что значит отёк мозга? – голос у меня внезапно садится. – Это… насколько это опасно?
– Мы делаем всё возможное, – продолжает мужчина. – Сейчас главное стабилизировать состояние больной. Она на ИВЛ. Вам, тем более с маленьким ребёнком, находиться сейчас здесь не нужно. Оставьте свой номер телефона, с вами свяжутся, как только будут новости.
– Но… – не успеваю ничего сказать, потому что раздаётся резкий звонок.
Все тут же начинают бегать, словно в муравейник палку воткнули. Врач моментально отвлекается, идёт к выходу – там уже распахивают двери.
Видимо, скорая очередного пациента привезла.
А мне-то что делать? Кошусь на спящую девочку на моих руках, сжимаю зубы до скрипа.
Да… вашу же мать!!! И родственников до седьмого колена!
Ну не могу я сейчас подойти к медсестре и сказать ей, что малышке я никто! Вот, мол, привёз к матери, держите ребёнка, вызывайте полицию, опеку и разбирайтесь. Да меня же совесть сгрызёт, не успею в машину сесть!
Кое-как ловлю за рукав пробегающую мимо дежурную, которая звала к нам врача.
– Возьмите мой номер телефона! – лезу в карман, достаю бумажник, вытаскиваю визитку и удачно завалявшуюся купюру, отдаю всё это женщине. – Позвоните, пожалуйста, когда станет известно, что с… Поливановой. Когда она придёт в себя.
Отказываюсь даже думать, что может пойти по-другому.
Медсестра обещает, что всё сделает, и я с Гелей выхожу наружу. Вдыхаю свежий воздух после всех этих больничных запахов.
– Ну что, – обращаюсь негромко к девочке. – Поехали… домой.
Малышка не просыпается, пока я заново устраиваю её в кресле. Вот ничего себе крепкий сон у ребёнка! Я-то думал, они ревут всё время… Хотя, это, наверное, младенцы.
Морщусь, глядя на сине-фиолетовое убожество. Сынок зама айтишников явно любит пожрать в машине. Всё в каких-то пятнах и крошках.
– Ладно, мы с тобой завтра новое купим, – обещаю Геле и чувствую себя дураком.
Разговариваю со спящей девчонкой. Совсем уже свихнулся, Марат! А, хрен с ним… Кто меня сейчас видит.
Устало потерев лицо, сажусь за руль.
Дома вместе с мелкой мы оказываемся уже в третьем часу ночи. Осторожно укладываю девочку на диван в гостиной, укрываю её же одеялом. А если она будет вертеться и упадёт?! Подумав, притаскиваю из спальни подушки, обкладываю всё вокруг, и сам наконец падаю спать, положив поближе мобильный. Надеюсь, из больницы быстро позвонят…
Правда, будит меня не звонок. А детский плач.
Подрываюсь, впрыгнув в штаны, на бегу натягиваю футболку и залетаю в гостиную.
– Эй! Геля! Ты чего?! Не плачь, пожалуйста! – притормозив, подхожу к дивану, стараясь не напугать девочку.
Кроха поднимает на меня огромные глазищи, из которых катятся крупные слёзы. Сглотнув, присаживаюсь рядом.
Ну не умею я детей успокаивать! Чего делать-то?!
– Малышка, помнишь меня? Ты вчера заснула у меня в машине! Твою маму забрали врачи, немного полечить, – болтаю всё подряд, что в голову придёт, потому что ребёнок вроде бы перестаёт рыдать.
– Чёйт! – кивает головой.
– Э-э-э… Марат, помнишь? Меня зовут Марат!
– Майат. Чёйт!
– Ладно, чёрт так чёрт, – вздыхаю.
– Где мама?
– Мама сейчас у врача, – говорю осторожно. – Мы с тобой поедем к ней… но попозже! Сейчас нас не пустят. Мне вот позвонят из больницы и скажут, когда мы сможем её повидать.
– Позвонят? – девочка вытирает слёзы.
– Да, позвонят.
– Скойо?
– Не знаю, малышка, – пожимаю плечами. – Но как только позвонят и скажут, что можно к маме, я тебя отвезу.
– Хойошо, – заявляет Геля, успокоившись, а потом повергает меня в ступор. – Я хочу на гойшок!
– Э-э-э…
К такому меня жизнь не готовила!
– Я покажу тебе, где туалет, – единственное, что мне приходит в голову.
Чёрт! Чёрт! Что делать в таких ситуациях?!
Протягиваю ребёнку руку, помогая слезть с дивана. Но в ванной застопориваюсь.
Она явно мала, чтобы делать все свои дела на унитазе!
Ладно. В конце концов, мужик я или нет! Что я, ребёнку не смогу помочь?!
Преодолев неловкость и смущение, кое-как справляюсь с задачей. А вот Геля приходит в себя и начинает болтать. Я правда половины нифига не понимаю… Но улавливаю, что дома у них есть удобное сиденье. И что у девочки своя щётка, чтобы чистить зубы – я вручил ей новую, которую нашёл у себя, но она явно слишком большая для ребёнка. И что паста у неё вкуснее, чем моя…
Мысленно составляю список, что купить в детском магазине.
Счастье хоть, что Геля уже достаточно взрослая для памперсов или что там носят дети помладше.
С завтраком у нас происходит затык. В холодильнике мышь повесилась, готовить я не особо умею, да и не из чего. Напрягшись, вспоминаю, что в моём жилом комплексе на первом этаже вроде есть какие-то кофейни.
– Геля, пойдём позавтракаем в кафе, – предлагаю малышке.
Удивительно, до чего понятливая и самостоятельная у Тани дочка! Сама умудряется надеть ботиночки, которые я вчера с неё снял, спокойно спускается со мной на лифте.
Нам везёт – оказывается, внизу есть не только кофейни, но и детское кафе, даже с какой-то игровой комнатой. Правда, официантка нагоняет на меня ужас, начав спрашивать насчёт аллергий. В итоге прошу принести максимально неаллергенную еду.
Как матери справляются со всей этой ерундой?!
Я с ребёнком всего несколько часов, считая ночь, а уже устал! Слежу глазами за девочкой, которая после еды пошла в игровую. Надеюсь, не ударится там ни обо что!
Вибрирует мобильный, и я, дёрнувшись, смотрю на экран – из больницы?!
Чёрт, нет, это мать звонит!
– Да, мам! – отвечаю на звонок. – Я немного занят! Нет времени! Что такое?
– Ты всегда занят, – ворчливо отвечает моя матушка. – Когда ты последний раз ко мне заезжал? Три недели назад или четыре?
– Майат! – ко мне подбегает Геля. – Смотйи! – показывает какую-то каляку-маляку.
– Да, малышка, просто отлично, – отвечаю, не подумав, что в телефоне всё слышно.
– Марат?! – растерянное от мамы. – У тебя там что, ребёнок?!