Договор на брак. Наследники для (не)любимого

Пролог

– Сегодня ровно год с момента подписания контракта. Двенадцать месяцев, как и договаривались. Я тебя больше не задерживаю.

Муж произносит это с порога, не меняя тона, не делая пауз. Просто ставит точку. Поднимаю глаза от чашки, в которой давно остыл чай, и не сразу понимаю смысл его слов. Несколько секунд я даже не шевелюсь, в голове будто включается отсроченное эхо. Вроде бы услышала – но мозг отказывается обрабатывать информацию.

Максим стоит в дверях, такой же, как всегда, собранный, спокойный. Этот его разворот плеч, на котором невольно останавливаешь взгляд. Только вот смотрит на меня совсем по-другому.

– Что? – спрашиваю растерянно. – Прости, я не поняла. Что ты сказал?

Я ждала мужа весь день. Приготовила вкусный ужин, надела то самое платье, которое ему так нравилось на мне, он ещё шутил, что лучшее платье – это то, которое хочется побыстрее с меня снять.

Я проигрывала в мыслях этот разговор сотню раз. Надеялась, что Максим не останется безучастным, когда узнает, как всё изменилось. Надеялась, что он поймёт и обрадуется.

Но последнее, о чём я думала – так это о том, что мне напомнят о договоре, который мы заключили год назад.

Договоре о фиктивном браке.

Мне казалось наш брак давно стал настоящим?

Муж проходит в комнату, останавливается прямо напротив меня. Действует так, как будто всё просчитал заранее – и слова, и шаги, и последствия. Я смотрю на него и не узнаю. Или может быть, наоборот? Узнаю слишком ясно – того, кто с самого начала не обещал мне ничего, кроме временной печати в паспорте?

– Ты советовалась с юристом по поводу нашего брака, так? – на секунду в глазах мелькает что-то, но я не успеваю понять, что именно. – Не лги!

– Да, – киваю, припомнив, что действительно переписывалась с нашим юристом. – Да я и не собиралась врать, – добавляю, сдерживая обиду.

– Действительно, что это я – теперь муж смотрит с каким-то разочарованием.

– Максим, я не понимаю

– Ты всё прекрасно поняла, – он говорит медленно, взвешенно. – Мы оба знали, на что идём. Контракт завершён. Условия соблюдены с обеих сторон. Ты мне ничего не должна Как и я тебе.

Поднимаюсь с дивана, на котором сидела с чашкой ноги подкашиваются, но я держусь. На языке крутится фраза, которую я весь день собиралась сказать... Она казалась такой простой, такой логичной – но теперь слова как будто заперты где-то в горле и не идут наружу.

– Максим, – начинаю с трудом, – подожди, пожалуйста. Я просто хотела

На меня – сквозь меня – кидают взгляд. Равнодушный. Ни злости, ни сожаления – только то, что, наверное, уместно на собрании совета директоров: твёрдость, под которой прячется окончательное решение.

– Не усложняй, – муж, покачнувшись с пятки на носок, суёт руки в карманы. – Ты знала, что всё закончится именно так. Я предупредил об этом в первый же день.

Мне становится холодно. Он говорит обо всём, что между нами было, как о чём-то техническом. Словно я была элементом сделки. Срок вышел – элемент подлежит утилизации.

– Но я думала – сбиваюсь, не заканчивая фразу.

Максим не ждёт продолжения, не даёт мне сделать лишний вдох.

– Если ты ожидала другого – это твоя ошибка, не моя, – говорит спокойно, не повышая голоса, но в этих словах есть что-то острое, обидное, как будто он считает меня наивной дурочкой.

А кто ещё ты есть, Алина? – спрашиваю сама себя. Дура и есть. Раз поверила

– Благодарю за соблюдение условий, – продолжает муж. – Мне, как ты понимаешь, известно, что все просроченные выплаты давно закрыты, долги погашены. Жильё у тебя есть. Можешь собираться спокойно, столько, сколько надо – хотя не думаю, что это займёт много времени. Нескольких дней тебе хватит? – чуть прищуривается и сам же отвечает: – Полагаю, хватит. Я всё равно сейчас уезжаю в командировку на неделю. Так что это время в твоём распоряжении.

Разворачивается и идёт к выходу.

Стою, с трудом заставляя себя дышать. Воздух не проходит в сведённые судорогой лёгкие, даже звука издать не могу.

Максим приостанавливается у двери, кидает на меня последний взгляд. Вроде бы хочет что-то сказать, но, помедлив, просто кивает на прощание, открывает дверь, делает шаг наружу.

И только в этот момент моё горло отпускает спазм.

Но сил на то, чтобы сказать что-то в полный голос, всё равно нет.

– Я беременна, – шепчу почти беззвучно в широкую спину.

Глава1

Чуть больше года назад

Телефон вибрирует, дребезжа по стеклянной столешнице, пока я пытаюсь сосредоточиться и доделать отчёт. На экране – имя брата. Он звонит редко. Обычно пишет. Когда звонит – значит, всё плохо.

В последние дни звонков стало слишком много.

– Слушаю! – цежу в трубку, незаметно оглядываясь по сторонам.

– Алин я не знаю, что делать, – Егор говорит свистящим шёпотом, словно его могут подслушать. – Они снова звонили! Эти... из агентства. Угрожали приехать!

– Какие именно? – шепчу, вставая из-за стола и выходя в коридор, чтобы не слышали коллеги. – Словами угрожали или?

– Сказали, если не будет платежа до конца недели – начнут действовать. Алин, я не специально! Я думал, я смогу отыграться, вернуть...

– Вернуть проигранную долю в фирме? – голос срывается, хотя я стараюсь говорить тихо. – В покер?! Серьёзно, Егор?!

Он молчит. И от этого становится только хуже.

– Мы только вступили в наследство, – закрываю глаза, которые начинает щипать. – Папы не стало совсем недавно, а ты уже

– Знаю, – выдыхает Егор в трубку. – Алин, я же просто другу помогал!

– Ну и где он, твой друг?! – цежу сквозь зубы.

Брат молчит, тяжело дышит в трубку, как будто курил, хотя обещал бросить. А я сжимаю переносицу, стараясь не сорваться. Нельзя. Сейчас нельзя.

Это же Егор мой младшенький тот, которому я была и мамой, и старшей сестрой одновременно, когда мы остались только с отцом.

– Алин, я прошу – сдавленный всхлип. – Они найдут меня

– Я что-нибудь придумаю. Сиди дома, никуда не выходи, не заходи ни в какие приложения и отключи геолокацию! Ты понял меня, Егор?! Всё. Мне пора.

Сбрасываю звонок, захожу обратно в кабинет и делаю вид, что полностью сосредоточена на таблицах, хотя буквы расплываются. Работать дальше бессмысленно. Мне осталось три недели, и я бы ушла хоть сегодня, если бы не брат, долги, и та самая фирма, которую мы унаследовали с ним от отца. Половина уже не наша. Теперь не наша. Я планировала развивать юридическое агентство – маленькое, нишевое, со специализацией в корпоративных спорах. Но теперь и эту половину мы можем потерять! И ладно бы, если б речь шла только о деньгах

Но ему уже угрожают!

Чёртов Егор! Чёртов покер и чёртовы его «друзья»!

Усилием воли выпрямляю спину. Надо просто доработать. Всё под контролем, если не начинать паниковать.

– Алина, – ко мне заглядывает Татьяна Сергеевна, моя непосредственная начальница.

Губы недовольно поджаты. Ну что там ещё?!

– Подойди, пожалуйста, в первую переговорную. Тебя хочет видеть партнёр. Орлов.

Имя заставляет меня на секунду замереть. Максим Орлов – один из управляющих группы, с которой мы работали, когда я стажировалась в юридическом отделе холдинга. Тогда он запомнился тем, что отличал дельных людей с одного взгляда и говорил меньше всех. Но каждую фразу потом разносили цитатой по коридорам.

Я время от времени пересекалась с ним по работе, но вплотную мы никогда не общались. И этот мужчина не из тех, кто случайно заглядывает на огонёк.

– Хорошо. Сейчас подойду, – киваю и вытираю ладони о подлокотники кресла, словно могу таким образом убрать напряжение.

Через минуту я уже захожу в полутёмный из-за прикрытых жалюзи кабинет.

– Максим Юрьевич, добрый день, – здороваюсь первая.

– Просто Максим, – он протягивает мне руку, сжимает мою ладонь, задерживая в своей. – Пойдём пообедаем, Алина.

– Что? – растерянно хмурюсь. – А зачем тогда переговорная

– Чтоб внимания не привлекать, – он усмехается.

В кафе заказывает мне кофе, сходу называя именно тот, который я брала перед утренними совещаниями когда-то во время стажировки.

– Надеюсь, вкусы у тебя не слишком изменились? – смотрит, прищурившись.

– Нет, не слишком, – невольно улыбаюсь, отпивая латте с шапкой пены.

Мне почему-то очень приятно, что он запомнил.

– Алина, у меня к тебе есть вопрос, – начинает Максим, кладя руки на стол. – Постарайся отнестись к этому адекватно с первой же минуты.

Заинтригованная, подаюсь вперёд, киваю.

– Ты нужна мне в качестве жены, – выдаёт Орлов. – Ненадолго. Всего на год.

Он говорит это так ровно, как будто мы с ним обсуждаем временное партнёрство по проекту. В голосе нет ни издёвки, ни намёка на что-то личное. Только спокойствие и голый расчёт.

– Прости, – говорю медленно, потому что он явно ждёт ответа, а я до сих пор не могу поверить, что услышала именно то, что он сказал. – С чего ты решил, что я соглашусь?

– С того, что у тебя сейчас ситуация, когда ты не можешь позволить себе роскошь отказать мне, – отвечает он, глядя прямо, не отводя взгляда. – Звонки коллекторов, долги твоего брата, утерянная доля в фирме Я ничего не забыл?

Стискиваю зубы. Разумеется, он узнал.

– Ты хочешь сохранить агентство. А я могу помочь.

Его лицо не выражает сочувствия. Но и злорадства в нём нет. Просто констатация фактов.

– Ты следил за мной?

– Проверил, – поправляет спокойно. – Уже после того, как подумал о тебе.

– О том, чтобы я стала твоей фиктивной женой? – усмехаюсь.

Он слегка улыбается. Не насмешливо, скорее примиряюще.

– Лучше сказать – формальной. Мы оба взрослые. Мне нужно соответствие юридическим требованиям для получения контроля над корпорацией. Условие – брак. Только зарегистрированный. Без него я не смогу вступить в управление активами компании.

– Почему именно я?

Орлов чуть склоняет голову.

– Я наблюдал за тобой всё то время, когда ты была на стажировке. Ты не раз проявляла себя с наилучшей стороны. Работала честно, грамотно, без игр. Я ценю такие качества. Сейчас мне нужен человек, на которого можно положиться. И который не полезет в мою жизнь дальше положенного.

Это звучит почти как комплимент. В его системе координат – так точно.

– Что именно входит в обязанности? – выговариваю с трудом.

Господи, поверить не могу, что я готова согласиться на это! Если бы не Егор с его проигрышем

– Брак, – начинает перечислять Максим. – Официальная регистрация. Общее проживание. Формальное присутствие на мероприятиях. Близость – как договоримся, заводить любовницу я не намерен, это проблематично со всех сторон, да и слухи могут пойти, ни мне, ни тебе это не нужно – а мы с тобой оба взрослые люди, у которых есть определённые физиологические потребности.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Он невозможен вот так это всё обсуждать?!

– Дети исключены, – продолжает Орлов. – Всё фиксируется в контракте, брачный тоже подпишем. За год ты получишь сумму, с помощью которой ближайшие лет десять, а то и больше, не будешь переживать о деньгах. Ну, и ваше семейное агентство остаётся у тебя.

У меня немного кружится голова. Смотрю на мужчину, который хмуро сводит брови, глядя мне в лицо, а потом встаёт, достаёт визитку, кладёт передо мной.

– Я не настаиваю на ответе прямо сейчас. У тебя есть сутки. Сообщи мне о своём решении завтра до полудня.

Глава2

– Это стандартно, поверь. Просто бумага, в которой прописаны очевидные вещи. Без тонкостей, без подводных камней. Всё максимально прозрачно, это в моих же интересах, не переживай.

Максим кивает на две папки, аккуратно разложенные между нами.

Мы встретились на следующий день, когда я написала, что готова прочитать договор и обсудить условия подробнее. Сидим в его кабинете. Я – в кресле напротив, он – за столом из тёмного закалённого стекла, между нами стопки бумаг, приборы, две чашки кофе. Всё выверено до миллиметра, как будто речь идёт о сделке на миллионы. Хотя может, так оно и есть?

– Раз всё стандартно, зачем я здесь? – спрашиваю, беря лист, но не прикасаясь к ручке. – Мог бы отправить по электронной почте.

– Потому что я предпочитаю договариваться лично. Особенно с теми, с кем собираюсь делить крышу. Формально – но всё же.

– И много таких было? – кидаю на него скептический взгляд. – Тех, с кем делил крышу?

– Ты первая, – он откидывается на спинку кресла, смотрит на меня.

Ну надо же, какая мне честь оказана.

Пододвигаю к себе ближе листы и просматриваю пункты. Регистрация брака, совместное проживание, конфиденциальность. Контакт на публике. Без детей. Всё то, о чём он и говорил. Контракт составлен грамотно, предельно сухо, без эмоциональных приправ. Но именно это и делает его почти невыносимым.

– То есть мы должны выглядеть как настоящая пара? – уточняю, взглянув на него.

– Именно, – Максим кивает. – Ты должна быть убедительной. Не перегибать, не переигрывать. Просто быть рядом.

– Это звучит как... – откладываю лист, – как будто я арендуемый реквизит.

Он чуть напрягается. В лице всё то же спокойствие, но челюсти крепко сжаты и выдают сдерживаемую реакцию.

– Если тебе не нравится, мы можем прекратить этот разговор прямо сейчас. Ты свободна, и я не собираюсь тебя заставлять. Найду другой способ.

Я молчу, не в силах решиться окончательно. Пауза тянется дольше, чем нужно. Напряжение между нами в воздухе такое, что, кажется, вот-вот заискрит.

И тут на экране моего мобильного вспыхивает имя. Егор!

Опять. Я не беру трубку, просто смотрю на экран секунду, две И все мысли, мечущиеся в моей голове, собираются в одну, чёткую: он-то найдёт другой способ, да. А вот я не найду.

– Дай ручку, – говорю негромко.

Орлов не двигается, только слегка кивает на угол стола. Одним росчерком подписываю бумаги и отодвигаю от себя папку.

Всё.

В груди разливается пустота, но успокаиваю себя тем, что это решение моих проблем.

Мы расписываемся без особых церемоний в небольшом зале. Никаких гостей, никаких свидетелей. Максим подаёт мне руку, как деловой партнёр. Целует в висок – формально, по договору. Единственное, что делаем – фотографируемся, это фото попадёт в новости о нашей тайной свадьбе. «Как романтично».

– Идём, – Максим берёт меня за руку, выходя из ЗАГСа, но я торможу.

Возле припаркованного рядом чёрного автомобиля женщина в возрасте. Инга Александровна, мать моего теперь уже мужа. Высокая, элегантная, в перчатках, с безупречной осанкой и взглядом, от которого хочется поправить волосы и выпрямиться.

– Сынок, – приветственно кивает Максиму.

Он наклоняется, целуя мать. Мне от неё достаётся только презрительный взгляд. Максим предупреждал меня, что его мать в курсе, одобряла его решение и наш договор, но что-то мне подсказывает – она уже составила обо мне своё мнение. Я ей не нравлюсь. И вряд ли понравлюсь.

Так и получается. Мы вроде как едем в ресторан, хотя я воспринимаю это, как «отметить удачную сделку» – другое определение мне в голову не приходит. И весь вечер, несколько часов, меня упорно игнорируют. Точнее, Максим-то ведёт себя максимально корректно и сглаживает все углы, а вот «свекровь» даже не смотрит в мою сторону.

– Не обращай на мать внимания, – муж открывает мне дверь машины, когда этот изматывающий вечер заканчивается. – Она со всеми так, дело не в тебе.

– Ясно, – киваю сдержанно, хотя хочется свернуться комочком и всласть нареветься.

– Устала? – его руки ложатся мне на плечи, осторожно массируют. – Сейчас приедем домой, отдохнёшь.

– Я пока не готова – напрягаюсь, ожидая, что он потребует от меня первой брачной ночи.

– Ну, Алин, – укоризненное. – Я же не зверь какой-то! Успокойся, пожалуйста! Мы с тобой походим по мероприятиям, поживём вместе, привыкнем. Я не собираюсь давить, сразу ведь сказал.

– Да, я помню. Спасибо, – с облегчением улыбаюсь.

Так оно всё и идёт. День за днём складываются в недели, мы приноравливаемся друг к другу. Если бы не договор, можно было бы сказать, что мой муж ухаживает за мной, внимателен, даже заботлив... Но в целом замужняя жизнь для меня практически ничем не отличается от незамужней. Разве что я перестала нервничать из-за брата, агентства и всего остального – Максим решил всё в кратчайшие сроки, а Егора, посоветовавшись со мной, отправил в филиал компании в Якутск. Брату пришлось подчиниться, и я надеялась, что жизнь на севере прочистит ему мозги.

Перед очередным вечером в закрытом клубе, куда мы являемся вместе, Максим предупреждает:

– Будь рядом, пожалуйста.

– Конечно, – киваю, соглашаясь. – У нас же договор, – добавляю неожиданно язвительно.

Постоянное напряжение и недосказанность, так и висящие между нами, меня уже настолько утомило, что я сама не знаю, чего хочу.

– В чём дело? – на меня кидают яростный взгляд, крепче сжимают талию.

– Ни в чём, – отмахиваюсь, но тут подходит фотограф, и я заставляю себя улыбаться.

Всё идёт гладко – до того момента, как я отхожу на две минуты в сторону, чтобы поговорить с одним из знакомых отца. Он всегда был вежлив, уважаемый человек, клиент ещё с тех времён, когда семейной фирмой руководил папа.

Когда возвращаюсь к мужу, он смотрит так, как будто я вышла за рамки оговоренного.

– Это было неуместно, – цедит сквозь зубы, когда мы заканчиваем «публичную жизнь» и, выйдя из зала, остаёмся наедине в пустом фойе. – В следующий раз спрашивай, прежде чем идти болтать со старыми знакомыми.

– Слушай, я не твоя собственность, – раздражённо запахиваю пальто. – У нас фиктивный брак, а не армия. Я разговаривала ровно тридцать секунд.

– Мне плевать на секунды, если это выглядит, как будто ты действуешь сама по себе! Особенно, когда ты общаешься с другими мужчинами! – выпаливает Макс.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.