- -
- 100%
- +
Глава 1
– Эй, Огнев! Да ответь ты уже на звонок!
Оборачиваюсь на оклик и быстро ловлю кинутый мне мобильный, который перед разминкой оставил на скамье в углу.
– Кто там тебе наяривает? – хмыкает Глеб, один из парней моего расчёта. – Бабу, что ли, очередную отправил куда подальше?
– Да иди ты, – отмахиваюсь от коллеги беззлобно и, посмотрев на экран, скидываю вызов.
Надоело. Просил же не звонить, когда я на дежурстве!
Поставив телефон на беззвучку и засунув в карман, возвращаюсь к турнику, стоящему в углу спортзала. Два подхода по двадцать уже сделал, мышцы приятно тянет.
Но снова начать подтягиваться не успеваю. Сбивает вибрация.
– Да чёрт! Вот не угомонишься! – недовольно снова достаю мобильный. – Слушаю!
– Сынок! – слегка запыхавшийся голос в трубке. – Ты почему не отвечаешь?
– Потому что я на работе! – отрезаю в ответ.
– Очередную кошку достаёт из канализации? – доносится до меня издалека отцовский голос, и я сжимаю зубы, поняв, что у матери опять включена громкая связь.
– Ох, ну что ты как… – начинает мать укоризненно в сторону.
– Так, мам, – прерываю её. – Я занят. В чём дело?
– Сынок, ты же помнишь, что у папы скоро юбилей? – вкрадчиво говорит она. – Я надеялась, ты придёшь… Может быть, вместе с Инной или…
Сжимаю челюсти. И вот из-за этого она мне названивает?!
Громкий сигнал тревоги заставляет раздражение отодвинуться на задний план.
– Потом созвонимся! – бросаю в трубку, не слушая ответ, отключаюсь и бегу к выходу.
– Чего там? – уточняю у сослуживцев, уже натягивая на себя подготовленный боевой комплект.
– Торговый центр, – балагур Глеб сейчас серьёзен, да и я хмурюсь, услышав эти слова.
Хреново. Эти сооружения горят, как спички, особенно если при строительстве использовались материалы подешевле.
В машину мы залетаем через несколько секунд, и с сиреной мчимся по адресу.
– Расступитесь! – старший в моём расчёте орёт на толпу зевак, возбуждённо переговаривающихся, глядя, как из-под крыши, откуда валит чёрный дым, то и дело вырываются языки пламени.
Ещё и смартфоны у всех в руках, естественно! Блогеры недоделанные, мать их…
Наш расчёт, прибывший на место, уже второй – на такую площадь одной машины мало.
– Первое звено, гидрант! Давайте-давайте! – команды раздаются со всех сторон.
– Ах, м-мать его, – цедит Глеб, доставая и разворачивая рукав.
Мы всегда работаем в паре – я впереди, он вторым.
– Что?! – резко разворачиваюсь к нему.
– Явились!
Краем глаза замечаю массивную фигуру в форме, но сейчас не до того. Видно, высокое начальство приехало. Ну ясно, как не поруководить – а заодно и интервью дать, наверняка же уже журналисты съехались. Минута славы.
– Заходим!
К счастью, торговый центр не из тех многоэтажных махин, хотя и два этажа – это уже много. Входим внутрь, продвигаясь в клубах плотного дыма. Сразу чувствую, как повышается температура воздуха вокруг, хотя до открытого огня мы ещё не дошли.
Первая задача – эвакуировать людей, если кто-то здесь ещё остался. Но белёсая взвесь в воздухе такая тяжёлая, что даже свет рабочих фонарей не пробивает дальше метра.
– Помогите! – слабый женский голос откуда-то сверху, кашель, детский приглушённый плач.
Мы с Глебом первые задираем головы, направляем вверх луч.
В этом центре не сплошные потолки между этажами. Второй этаж – проходы по периметру здания вдоль магазинов, а в центре пустое пространство до самой крыши, с которой свисает какая-то обычная ерунда – украшения, лампочки. И сквозь густой дым я с трудом вижу очертания двух фигур – маленькой и большой.
Женщина, кажется, почти лежит на полу, пригнувшись и прижимая к себе плачущего ребёнка.
– Оставайтесь на месте! – повышаю голос, чтобы она меня расслышала. – Сейчас мы вас вытащим!
– Лестница… там горит… – саднящий кашель. – Возьмите… Возьмите! Поймайте её!
– Какого?!.. – мы с Глебом бросаемся вперёд одновременно, увидев, что женщина отцепляет от себя малыша и, протиснувшись под перила ограждения, свешивается вниз, держа отчаянно орущего ребёнка на вытянутых руках.
– Поймайте её! – повторный крик, и я, подлетев в нужное место, вскидываю руки, в которые в ту же секунду падает визжащий малыш.
– Дьявол! На выход! Игнат! Быстро, давай!
На воздух я вылетаю спустя считанные секунды.
– Мама! Мама! Мама! – не останавливаясь, орёт у меня в руках… девочка.
Рыжая кроха выворачивается из моей крепкой хватки. Замечаю у неё на лице сползшую влажную ткань платка, через которую она, видимо, дышала – молодец её мама, быстро сообразила, что делать.
– Сейчас достанем мы твою маму! – пытаюсь успокоить ребёнка, оглядываюсь, ища взглядом скорую.
– Давайте сюда! – ко мне подбегает медик, перехватывает у меня девочку. – Тихо, тихо, малышка, всё в порядке, всё хорошо…
– Ма-ма-а!!!
Оглядываюсь, ища Глеба.
– Где её мать? – спрашиваю у тяжело дышащего напарника.
– Игнат… – он оборачивается на здание, из которого мы только что выбежали.
– Что?! Сдурел?!
– Стой, Игнат!
Я, натянув обратно маску, бегу к выходу, не глядя отпихнув с дороги кого-то в форме.
Краем глаза успеваю поймать недовольное сердитое выражение на лице… А, чёрт, это же один из высоких чинов… помню его, приезжал в нашу часть как-то.
– Огнев! – орёт тот. – Стоять! Это приказ! Стоять, мать твою, сейчас крыша рухнет!!!
Глава 2
– Плевал я на твой приказ! – бурчу себе под нос, сберегая дыхание и кислород в маске.
Вопли остаются за спиной, когда вбегаю в дым, который стал как будто ещё гуще и плотнее.
Был бы я собакой – сейчас шерсть на загривке стала бы дыбом.
Потому что чутьё… чутьё матёрого опытного спеца говорит о том, что у меня остались считанные минуты.
Это напряжение в воздухе, этот треск, доносящийся даже не до уха – до тела, которое чует опасность всем своим существом.
Включив фонарь, несусь по направлению к тому месту, где поймал девочку. Молюсь только об одном – чтобы её мать никуда не отползла. Она уже наверняка без сознания, и если куда-то сдвинулась, то в таком дыму я её не найду, просто не успею!
– Эй! – кричу, светя вверх.
Предсказуемо. Никто не отзывается.
– Давай же, давай, давай… ну, где ты?!
Луч света выхватывает тонкую свисающую вниз руку. Аллилуйя!
Быстро оглядываюсь вокруг, ощущая жар приближающегося огня. Лестницы понятное дело у меня нет, её в одиночку с собой не захватить. А добраться до второго этажа…
Шарю в дыму фонарём и буквально в нескольких метрах обнаруживаю что-то типа киоска с витринами. Сойдёт!
Забегаю с другой стороны и резко, всем телом, наваливаюсь на витрину, которая поддаётся и летит на пол боком. Раздаётся звон разбитого вдребезги стекла. Скидываю с рук краги, которые сейчас только помешают, заскакиваю на высокую боковую часть и, примерившись, прыгаю с неё вверх.
Мне везёт дважды. Во-первых, я таки допрыгиваю. А во-вторых, перила, огораживающие второй этаж не сплошь стеклянные, а просто заграждение из трёх рядов поручней на разной высоте. И за нижний мне удаётся зацепиться!
– М-мать твою!!! – надсадно дыша, подтягиваюсь, в боевом комплекте – это не в футболке и штанах на турнике висеть!
Переваливаюсь через поручень и подбегаю к лежащей на полу женщине. Кое-как нащупываю пульс на сонной артерии – слабый, но есть!
– Держись, милая! Держись! – оглядываюсь, но путь к лестнице в конце этажа закрыт – сквозь дым уже видны багровые всполохи пламени.
Ну, Огнев. Давай! Дважды повезло. Пусть повезёт в третий раз? Надеюсь, тому парню наверху, если он существует, интересно посмотреть, чем это всё закончится?
Подтаскиваю девушку к самому краю подальше от разбитой внизу витрины – не хватало нам ещё приземлиться на неё спинами. Сам снова перелезаю через перила и, держась одной рукой, второй затаскиваю себе на плечо бесчувственное тело. На полу остаются только ноги. Как только я её дёрну на себя, двоих, вися на одной руке, мне уже не удержать. Так что надо прыгать одновременно с этим…
Всё это проносится в моей голове за считанные доли секунды.
И я дёргаю.
И тут же отпустив поручень, лечу вниз с девушкой, стараясь, чтобы она упала на меня.
Хрен с ним, если сломает ногу или руку. Главное, чтоб спину и голову не повредила!
Падать, к счастью, не так уж высоко, но спружинить ногами у меня, естественно, не получается. Дух выбивает, когда оказываюсь на полу, прижатый сверху тяжёлым бессознательным телом.
И тут треск становится громче. С дальнего от нас конца здания раздаётся грохот. Крыша!
Секунда… две…
Матерясь чуть не в голос, подскакиваю с пола, хватаю девушку теперь уже привычным захватом пожарного и несусь к выходу, не разбирая дороги, только видя впереди смутный прямоугольник света – дверь, еле различимую в дыму.
Кислород в индивидуальной маске, рассчитанной только на полчаса – а я успел потратить большую часть при первом заходе в здание – заканчивается.
Надсадно кашляя, спешу вперёд, тело на плече с каждой секундой кажется всё тяжелее и тяжелее.
Но когда до выхода остаётся несколько метров, мне навстречу всё-таки вбегают двое человек. Подхватывают меня, стаскивают девчонку с плеча, и мы все вместе вываливаемся наружу.
И за нашими спинами раздаётся оглушительный треск осевшего здания.
Всё же повезло. Трижды.
Девушку, всю в копоти и грязи, перехватывают медики. Начинают реанимационные мероприятия.
Сейчас… сейчас я немного отдышусь… И подойду к ней. К ним. Где там её дочка?
– Огнев!!! – взбешённый голос, который я, стащив с лица маску и жадно вдыхая свежий воздух, не сразу узнаю. – Неподчинение прямому приказу!.. Да тебя…
– Дебильным приказам не подчиняюсь! – бросаю громко и яростно, ещё не остыв после горячки последних событий и не придя в себя.
– Сдурел?! – меня дёргают за плечо, шипят на ухо. – Остановись!
Но я сбрасываю руку и, проморгавшись, наконец вижу перед собой красного от злости генерала МЧС.
И пару журналистов. С направленными на нас камерами.
Красота. Кажется, у меня проблемы.
* * *
– Ну ты!.. – в речи Глеба, которую я выслушиваю, сидя на ступеньке машины и дыша кислородом под маской, цензурные только предлоги.
От всего остального уши в трубочку сворачиваются.
– Так, заканчивай! – отнимаю на секунду маску от лица. – Чего трепыхаешься, как курица с отрубленной башкой? Девчонку вытащил – вытащил. Сам не пострадал – ну и ладно. Что, в первый раз, что ли?
Напарник только отмахивается.
– Ты сейчас герой, только забудут про это через три дня. А работать тебе нормально не дадут! Не мог язык прикусить?! Зачем надо было прилюдно высказываться?!
– Вот он!
Энергичный женский голос сбоку заставляет дёрнуться и обернуться.
Глава 3
– Игнат Огнев! Вы настоящий герой! – экспрессивно начинает девица в костюме и с… микрофоном в руке. А за ней маячит худощавый парень с небольшой камерой.
О-о, нет! Вот только этого и не хватало!
– Пару слов о произошедшем! – микрофон тут же суют мне прямо в лицо. – Как по-вашему, генерал действительно ошибался, отдавая приказ?
– Никаких интервью! – резко поднимаюсь, отводя от себя рукой чёртово устройство, а второй хватаясь за поручень.
Пережидаю секундное головокружение, но всё быстро проходит.
– Игнат Валерьевич!..
– Я сказал нет, – хмурюсь, уже и отчество выяснить успели.
Хотя это в принципе не проблема.
– Вы сознательно рисковали не только жизнью, но и карьерой, поставив под сомнение приказ… а ведь по иерархии вы не имеете права… – девица несётся за мной, когда я широким шагом иду к машинам скорой помощи, откуда доносится плач ребёнка.
– Я сказал, хватит! – оборачиваюсь к настырной журналистке. – Это моя работа, ясно? Я просто выполнял свою работу! Всё!
Она наконец отстаёт с недовольно-разочарованным выражением на лице.
А я дохожу до скорой.
В одной из машин как раз закрывают двери, один врач уже внутри, второй с озабоченным лицом собирается залезть внутрь.
– Как она? – хватаю его за рукав. – С ней всё будет хорошо?
– Да, но… – он встревоженно качает головой, – извините, нам надо поторопиться!
Дверь захлопывается, и скорая под маячком срывается с места. Провожаю машину взглядом и подхожу ко второй скорой, откуда слышны детские крики. Еле успеваю сориентироваться и поймать каким-то образом выскочившую наружу малышку.
– Эй! Ох, спасибо, – за ней рывком выпрыгивает врач. – Не удержал!
– Ты куда, малышка? – придерживаю маленькую рыжулю, которая продолжает кричать и вырываться. – Помнишь меня? – приседаю перед ней на корточки. – Я вытащил твою маму. С ней всё будет хорошо.
Девочка на секунду перестаёт рыдать, вглядывается мне в лицо.
– Т-ты… – икает и всхлипывает.
– Да-да, я, – киваю ей. – Я тот… э-э-э, дядя пожарный, который вам помогал. Твоя мама теперь тоже в безопасности. Ты сейчас просто поедешь… – смотрю на врача, запнувшись, взглядом спрашивая, а куда она, собственно, поедет?
– Мы её осмотрели, госпитализация не требуется, – негромко отвечает тот. – Уже позвонили в опеку. Документов при них не обнаружено, пока у ребёнка не объявятся родственники, побудет в распределителе…
Тьфу ты, чёрт. Меня от одного этого слова передёргивает.
А у ребёнка начинается новый виток истерики.
– Мама! Где мама-а?! – рыдает она, размазывая слёзы по щекам.
– Всё с твоей мамой будет в порядке! – убеждаю малышку. – Врачи её вылечат! А если в больницу её отвезти, к матери? – спрашиваю врача.
– Опека так и так приедет, только туда, – он пожимает плечами. – О, они уже тут, собственно.
Оборачиваюсь и вижу женщину в форме, подходящую к нам.
– Это та девочка? Давайте, я заберу её. Привет, малышка, – сотрудница улыбается рыжуле.
Вот только тут малышка с визгом прячется за меня, вцепившись мёртвой хваткой мне в костюм.
– Нет! Нет! Нет! К маме! Хочу к маме!
– Так, стоп! – останавливаю женщину, собравшуюся подходить ближе… непонятно зачем.
Что она, силком рыдающего ребёнка потащит?!
– Подождите минуту, – оглядываюсь, ища глазами Глеба, который стоит тут же, неподалёку. – Можешь мне мобильный принести?
Напарник кивает и идёт к машине. А я вытаскиваю из-за своей спины ребёнка. Девочка вдруг с силой вцепляется в мою шею, обхватывая меня ручонками.
– Эй, не плачь, сейчас мы всё решим, хорошо? – придерживаю её, смотрю на врача. – Куда повезли её мать?
Мужчина называет больницу, и я выдыхаю облегчённо.
Очередное везение.
Набираю на мобильном, который мне передаёт Глеб, один из номеров, который у меня стоит на быстром дозвоне. Гудки-гудки-гудки… Если Сашка сейчас занят в операционной или ещё где-то, то он, естественно, не ответит…
Но трубку всё-таки поднимают.
– Слушаю! Говори быстро! – резкий отрывистый голос.
– Саш, к вам сейчас должны привезти девушку с пожара, – начинаю, но друг перебивает.
– Уже привезли. Только что. Но принимал не я, коллега. Что с ней и в чём дело?
– У меня тут её дочь, – говорю осторожно. – У мал о й истерика. К маме хочет. А опека говорит…
– Подожди секунду, – Саша прерывает звонок, слышу торопливые шаги, шум приёмного покоя вокруг. – Она в сознании? – доносится до меня вопрос, но ответа я не разбираю, как ни напрягаюсь.
А потом слышу Сашино:
– А-а, чёрт!!!
– Что?! – непроизвольно крепче прижимаю телефон к уху, а заодно и малышку к себе.
– В общем, ты можешь привезти ребёнка сюда, – медленно говорит Саша. – Или тебя не отпустят?
– Думаю, это не проблема, – мне не нравится его тон. – В чём дело? И что сообщить представителю опеки?
Женщина хмурится, глядя на меня, но сказать ничего не успевает.
– Дело в том, что я знаю эту девушку, – слышу я Сашин голос. – И ты… тоже её знаешь.
Глава 4
Только открываю рот задать естественный вопрос, кто она такая, но тут же морщусь. В динамике телефона раздаётся резкий звонок. И я знаю, что он означает – в приёмный привезли что-то срочное. Вопрос жизни и смерти.
Поэтому неудивительно, что Сашка в ту же секунду сбрасывает вызов. Уже рванул туда.
Ладно. Разберёмся.
Поворачиваюсь к недовольной сотруднице опеки.
– Я знаю мать этой девочки, – говорю ей. – И сейчас отвезу малышку в больницу. Как только её мама придёт в себя, мы всё решим.
– Я не могу вам этого позволить! – хмурится женщина. – Вы сейчас уедете с ребёнком непонятно куда, а мне потом отвечать?!
Так и хочется закатить глаза. Значит, на девочку ей плевать, беспокоится только, как бы ей не прилетело?
– Послушайте, – говорю миролюбиво. – Я же не прохожий с улицы! Вы можете переписать все мои данные и проверить потом. Или поехать в больницу вместе со мной и девочкой, проконтролировать, как всё пройдёт. Вы же не хотите доводить ребёнка до истерики?
Вижу, что она колеблется, и добавляю:
– Врач, которому я позвонил – мой друг и заведующий хирургическим отделением больницы, куда отвезли маму этой девочки. Он тоже её узнал. К сожалению, просто не успел дать мне больше информации.
– Ну ладно, – нехотя кивает сотрудница. – Данные ваши мне все дадите. И в больницу поедем вместе.
– Вот и отлично. Прошу прощения, не спросил, как вас зовут? – широко улыбаюсь, а женщина вдруг смущённо отводит глаза и даже как будто хихикает тихо.
– Ольга Павловна, можно просто Ольга!
– Прекрасно, Ольга, приятно познакомиться, – киваю, немного растерявшись от её реакции.
– Игнат Валерьевич! – голос из-за спины.
– О, боже, что опять?! – поворачиваюсь с ребёнком на руках и жмурюсь от неожиданной вспышки. – Какого …?!
Опять эта журналистка!
– Я же сказал, хватит! – рычу на неё, и девочка у меня на руках начинает хныкать.
Сбавляю тон, покосившись на малышку.
– Потрясающий кадр! – девушка всплёскивает руками. – Игнат Валерьевич, не ругайтесь! Это же замечательно! Аудитория нашего блога будет в восторге! Спаситель с малышкой, которую вытащил из огня! Вот, возьмите, – суёт мне какую-то визитку. – Если передумаете насчёт интервью…
– Не передумаю! И вообще, у меня руки заняты! – отворачиваюсь, но она успевает всунуть картонный прямоугольник мне в карман, ещё и улыбается соблазнительно.
– Я Инна! Обязательно позвоните! – выговаривает с придыханием.
С ума они, что ли, все посходили?!
Ловлю ухмылку Глеба, который так и продолжает стоять в нескольких шагах и наблюдает всю эту сцену.
– Так, Игнат… Валерьевич, – сотрудница опеки теперь уже снова хмурится, недовольная чем-то. – Либо мы едем прямо сейчас, либо я передумаю насчёт вас!
– Можно просто Игнат. Да, конечно едем, – киваю ей, а потом смотрю на притихшую в моих руках девочку. – Ну что, поехали к маме?
– К маме?! Да, да, да, к маме! К маме! Хочу к маме! – начинает вертеться малышка.
– Супер, – киваю, а потом соображаю, что даже не знаю, как у ней обращаться. – Как тебя зовут, кроха?
– Даинка, – лепечет она.
– Как? – хмурюсь, не понимая. – Это твоё имя?
– Даина, Даинка, – начинает на разные лады повторять малышка.
– Думаю, её зовут Дарина, – негромко подсказывает мне Ольга.
– Даринка, значит, – невольно улыбаюсь девочке. – Красивое у тебя имя, Даринка. А я Игнат.
– Инат! – выдаёт она и прячет личико у меня на плече.
– Ну, пусть так, – вздыхаю. – Надо, наверное, вызвать такси?
– Я на служебной машине, у меня есть детское кресло, – Ольга трогает меня за локоть, показывая. – Я припарковалась вон там, пойдёмте. И возьмите документы, если у вас что-то с собой есть. Я перепишу данные.
– Хорошо, сейчас, – киваю, пытаюсь отлепить от себя Даринку. – Малышка, давай ты пойдёшь к Ольге? А я сейчас…
– Нет! Нет, Инат! С тобой! – она тут же опять начинает всхлипывать, нижняя губа дрожит.
– Ладно, со мной – так со мной, – ворчу, устраивая ребёнка на одной руке. – Пойдём, я тебе пожарную машину покажу. Ольга, мы сейчас, пару минут подождите.
Глеб присоединяется ко мне, когда мы возвращаемся к машине. Достаю рабочую куртку, а то на мне одна только футболка. Это в горячке работы и потом, как в себя приходил, холода не чувствовал, но вообще-то на улице сейчас не май месяц.
– Несправедливо, – ворчит напарник полушутя-полусерьёзно. – Я вообще-то всё время рядом маячил. Но бабы все на тебя вешаются!
– А ты в следующий раз тоже пошли подальше кого-нибудь чином повыше подполковника, – усмехаюсь невесело, краем глаза заметив подходящего к нам старшего.
– Ты, Огнев, нам всем такую свинью подложил, – цедит старший расчёта. – Не надейся, что это спустят на тормозах! Командир отделения уже тоже в курсе! И в пабликах новостных уже шуму навели, все постят это видео с тобой!
– Какое ещё…
– Да вот это! – мне в нос суют экран мобильного, на котором меня видно крупным планом.
"Дебильным приказам не подчиняюсь! Герой, вытащивший из огня девушку и её дочь…", – читаю начало новостной заметки и матерюсь про себя.
– Если бы понадобилось пройти всё заново, я ничего бы не изменил! – не повышаю голоса из-за ребёнка на руках, но кидаю на коллегу яростный взгляд.
– Да и геройствовал бы сколько надо! – бросает мужчина. – Но выступать тебе какого хрена понадобилось?
– У нас тут ребёнок, – намекаю многозначительно, чтобы он следил за лексиконом, но старший только устало машет рукой.
– Короче, завтра тебя на ковёр вызывают, – говорит мрачно.
– К командиру? – пожимаю плечами. – Ладно.
– А ты не понял, на кого наехал прилюдно? – качает головой коллега. – Нет. Не к командиру. В главное управление МЧС!
Глава 5
В очередной раз пожимаю плечами. Ну в главное управление. Что с того?
Можно подумать, меня там сходу расстреляют без суда и следствия за неподчинение приказу.
– Окей, – киваю спокойно.
– Знаешь, Огнев, с таким отношением к делу повышения и следующего звания тебе в ближайшее время не видать! – окидывает меня взглядом старший.
– Отношение у меня не к делу, а к генералу, – сдерживаю презрительный хмык и тут же качаю головой. – Ладно. Всё это неважно! Меня сейчас больше интересует, чтобы с матерью Даринки всё было в порядке…
– С кем? – хмурится мой собеседник.
– Даринки, Даринки, – показываю на девочку в своих руках, и она прижимается ко мне покрепче, искоса с подозрением глядя на мужчину напротив. – Так что извини, но я поеду!
– А-а, – старший безнадёжно машет рукой. – Проваливай. Герой…
– Да хватит уже, – вздыхаю устало. – Это наша работа, скажешь, нет?
Коллега не отвечает, отмахиваясь и торопясь к нашему водителю.
– До чего ты иногда правильный, аж тошно, – усмехается Глеб, протягивая мне поясную сумку, которую я оставлял в машине и в которой лежит паспорт и права.
– Спасибо, – хмыкаю в ответ. – Ну что, поехали смотреть, как там твоя мама себя чувствует? – обращаюсь к малышке.
– К маме! К маме! – она кивает несколько раз.
– Вот и отлично. Главное, ты не плачь, хорошо? – иду с ней к тому месту, где должна стоять припаркованная машина Ольги. – Никому я тебя просто так не отдам, поняла? – говорю машинально, но тут же с удивлением понимаю, что именно это и чувствую.
Если девочка будет плакать и рваться от опеки, то… Даже не знаю, но наверняка можно что-то придумать.
– Извините за задержку, Ольга, – киваю женщине, которая стоит возле машины.
– Ничего, – она улыбается, открывает дверь. – Кресло с этой стороны. Давайте я посажу девочку… – тянется к Даринке.
Очередной визг и крепко сжавшиеся вокруг моей шеи маленькие ручонки заставляют меня поморщиться.
– Знаете, давайте уж лучше я как-то сам, – качаю головой.
Кое-как устраиваю упрямящуюся малышку в детское кресло.
– Нет! Не-ет!!! Ина-ат!
– Да здесь я, ты чего? – уговариваю её. – Вот, смотри, я рядом сяду! С тобой поеду, можешь меня за руку держать!
Девочка окончательно успокаивается, только когда я торопливо залезаю в машину, устраиваясь рядом с детским креслом. Намертво вцепляется в мою руку, крепко сжимая крошечные пальчики.
– Просто удивительно, как она вам сразу доверилась, – Ольга, уже севшая на место водителя, заводит машину и ловит мой взгляд в зеркале заднего вида.
Улыбается. А я пожимаю плечами.
– Сам удивляюсь.
– У вас, наверное, большой опыт общения с маленькими детьми? – спрашивает с интересом. – Наверняка у вас с женой уже не меньше двоих?
– Я не женат, – с трудом сдерживаюсь, чтобы не нахмурится.