- -
- 100%
- +
Глава 1
– Тебе что, нужен ещё один ребёнок? – презрительно спрашивает меня соседка по палате, одеваясь. – Серьёзно? Можешь забрать моего!
– Ты с ума сошла?! – смотрю на неё круглыми глазами, прижимая к себе новорождённого сынишку. – Что за шутка?
– Да с чего бы мне шутить? – фыркает девушка.
Она чуть постарше меня. Очень ухоженная, дорого одетая… Совершенно не понимаю, как она оказалась в таком роддоме, но дело не моё – вот и не спрашиваю.
– А куда ты? – удивлённо слежу за её сборами.
– Ухожу, – она легко пожимает плечами, подводя глаза возле зеркала.
– Но… разве вас уже выписали?
– Да что ж ты такая тупая-то, – закатывает глаза соседка. – Я же сказала, ребёнок мне не нужен, сейчас напишу на него отказ и оставлю здесь, сама ухожу.
– Ты точно сошла с ума, – шепчу ошарашенно.
– А ты точно не хочешь его себе забрать? – девушка расчётливо прищуривается, глядя на меня через зеркало и заставляя полностью растеряться.
Мы обе родили два дня назад. Не знаю, как она – а я совершенно не так, как планировалось.
Приехала к маме в городок, в ста километрах от столицы. Надеялась немного отдохнуть, ну и мужа чуть-чуть разгрузить. Коля последнее время раздражительный, срывается по пустякам. То я не ту еду приготовила, что за овощные салаты и курица, когда мужику нужны мясо и пироги. То беспорядок в квартире и рубашки его не поглажены.
Мужу не приходило в голову, что с пирогами придётся долго хлопотать у плиты, а я устаю, да и нельзя на последних сроках беременности такую тяжёлую пищу. А если буду стоять или сидеть неподвижно за гладильной доской, у меня отекут ноги.
Он правда потом извинялся, говорил, что на работе устаёт. Это я могла понять и старалась не обращать внимания. Коля ведь правда очень много работает – с тех пор, как я ушла в декрет, денег у нас стало меньше.
К маме я приезжаю за полтора месяца до родов, вот только и двух недель не проходит, как у меня начинаются схватки, да не тренировочные, а самые что ни на есть настоящие. И спустя несколько часов я уже держу на руках своего крошечного сынишку.
– Стремительные у тебя роды были, Иванова, – бурчит акушерка, одна из двух на крошечный городской роддом. – Хорошо, без разрывов обошлось, и младенец задышал сам – крепенький, хоть и недоношенный малость. Вообще, радуйся, как кошка родила. Вон, соседка твоя чуть не двенадцать часов мучилась и нас всех замучила претензиями своими! Тоже, как и ты, явилась непонятно откуда, а гонору, словно миллионерша какая!
Я не слушаю ворчание женщины. Я, улыбаясь, разглядываю личико своего Сашеньки. Какое это невероятное счастье – мой ребёнок! Я теперь мама!
Пишу мужу, получаю поздравление, но он сразу пишет, что приехать не может – работа, дела, да и далеко. Он же не планировал, что всё так рано случится. Скрепя сердце, соглашаюсь. Ну ничего, Коля же просто не понимает пока… Вот увидит малыша и будет относиться ко всему по-другому. Это же сын! Его и моё продолжение!
И вот два дня спустя – такие слова от только что родившей женщины! Как у неё вообще язык поворачивается произносить такое?..
– Ну так что, – моя соседка поворачивается ко мне от зеркала, подходит чуть ближе, и я чувствую исходящий от неё лёгкий аромат каких-то явно очень дорогих духов. – Может, договоримся? Заберёшь себе ещё одного?
Смотрю на неё молча, до сих пор не веря, что она это всерьёз.
– Ты что же, продать мне его хочешь? – вырывается ехидное.
– Ты же говорила только что, что мечтала двойняшек родить, – пожимает плечами моя собеседница. – Ну так я тебе и предлагаю абсолютно бесплатно исполнить мечту. Хотя… Дети, конечно, дело затратное. Так что могу тебе перевести небольшую сумму на первое время, – задумчиво постукивает наманикюренным пальцем по губам.
А мне вдруг приходит в голову… господи, наверное, у неё какой-то психоз! Я же читала что-то такое в интернете, статью, в которой говорилось, что у женщин после родов может развиться навязчивое состояние, это как депрессия, только страшнее! Наверное, поэтому ей и ребёнка не приносили ни разу!
Божечки, что же за ней никто не смотрит?! А если она сейчас попытается сделать что-то мне или моему сыну?
Главное, соглашаться! С такими спорить нельзя!
– Хорошо, – киваю, стараясь казаться спокойной. – Да, Инна, ты права, с двумя мне сложнее будет, и денег больше нужно.
Девушка пренебрежительно хмыкает, глядя на меня.
Это какой-то сюр, честное слово… Я, кроме имени, о ней даже не знаю ничего!
– Ну и отлично, – решительно кивает. – Так даже лучше, – добавляет задумчиво, словно про себя. – А то начались бы выяснения, что и как… Всегда следы найти можно…
Я почти не слушаю, что она там бормочет, пусть бы только уходила, куда собиралась. Далеко ведь не успеет уйти – а там уж я скажу акушерке, что с ней не всё порядке.
– Так, ладно, давай мне свой номер, переведу тебе деньги на карту, – Инна достаёт мобильный, выжидающе смотрит на меня.
Помедлив, диктую телефон. Думаю даже соврать, но вдруг проверит? Ничего не случится, если она будет знать. Номер и поменять можно, если что.
Инна записывает, кивает и уже собирается что-то сказать, как к нам в палату заглядывает акушерка, принимавшая роды.
– Инна Валерьевна, вы уже готовы, – тянет женщина до того приветливо, что у меня глаза на лоб лезут.
Ничего себе! Она же совсем недавно орала на старенькую санитарку так, что стёкла тряслись! Да и меня шпыняла, что я, неумеха, не так ребёнка к груди прикладываю.
– Да, готова, – надменно произносит Инна. – Показывай, куда идти! Ну ладно, ты дальше и сама разберёшься, – бросает мне, небрежно машет рукой и идёт к выходу из палаты.
Незаметно выдыхаю с облегчением. Значит, персонал всё же заметил, что у неё проблемы с психическим состоянием.
Ну и слава богу! Наверное, уведут её в отдельную палату.
Успокоившись и оставшись одна, какое-то время хожу с Сашенькой на руках, разглядывая своё чудо.
А потом дверь открывается, и акушерка закатывает внутрь… вторую люльку!
Глава 2
– Господи… – шепчу, не веря своим глазам. – Господи… как же это…
Передо мной две люльки, и в каждой спит по ребёнку. Один – мой Сашенька. А второй… у него ещё нет имени.
Когда мне только привозят второго ребёнка, я недоумевающе смотрю на акушерку.
– В чём дело?
– Как в чём, Иванова, – женщина удивлённо хмурится. – Твой младшенький!
– Что?! – голос у меня пропадает.
Все вокруг с ума посходили?!
– Так, ты мне зубы тут не заговаривай, – акушерка злится, оглядывается по сторонам, а потом понижает голос: – Договорённость у вас была, не у меня! Я своё получила, бумаги оформила. Старые истории уничтожены, так что… по всем документам ты, Иванова, родила двойню! Что, хочешь тоже отказ написать? – прищуривается женщина. – Ну так учти, в таких случаях мы полицию вызываем и психиатрическое освидетельствование делаем! Явно у матери не всё с мозгами в порядке, раз одного ребёнка оставляет, а другого забирает! Так что проблемы у тебя будут, Иванова! Как бы и второго ребёнка не отобрали! А у меня комар носа не подточит, в документах всё чисто, и роды я у тебя принимала. Тут тебе не столица. Кто нас полезет проверять в наши гребеня? Сама видишь, и врачей-то больше нет. А неонатолог что хочешь подтвердит, ему только бутылку поставь, он уж и так последний год работает, на пенсию собирается.
– Но… у меня ведь муж… он знает… – хватаюсь за голову.
Такого просто не может быть, потому что… не может быть никогда!
– А мне почём знать, что ты там мужу плела, – отмахивается от меня акушерка. – Сами разбирайтесь! Деньги-то ты получила!
– Какие ещё деньги?.. – смотрю ей вслед, но она уже выходит из палаты.
Непослушными пальцами тянусь за телефоном и вижу пропущенное сообщение из банка. Открываю, и глаза у меня лезут на лоб!
Она, эта Инна Валерьевна Б., и в самом деле перевела мне сумму – лично для меня просто огромную!
Сумасшедший дом.
Как только я прихожу к этому выводу, второй ребёнок начинает плакать. Даже не плакать, а хныкать, тихонько так, словно безнадёжно.
Его же, наверное, даже никто особо на руках не носил эти два дня. Не подходил на плач. И кормили смесью…
Встаю и осторожно поднимаю малыша на руки. Он тут же затихает и смотрит на меня глазками непонятного пока цвета.
– Какой ты… крепкий, – говорю ему тихонько.
Действительно, этот ребёнок явно доношенный, мой Сашенька не такой крупненький и весит меньше.
– Дима, – произношу вдруг негромко, глядя на него. – Ты вылитый Дима. Димочка.
Дима глядит на меня так внимательно, словно ему не всего лишь два дня от роду, а потом снова морщится, собираясь заплакать. И я прикладываю ребёнка к груди. А как я могу поступить по-другому?!
К счастью, молоко уже пришло, малыш быстро наедается, и они оба снова довольно сопят.
А я, решившись, беру мобильный. Для начала, эти деньги, которые мне прислала мать-кукушка, тратить нельзя. Что если всё-таки это какая-то ошибка?!
Поэтому я быстро создаю отдельный счёт и перевожу всю сумму туда. Благо, через приложение это дело пяти минут. Ещё и скрываю его, чтобы на главной странице ничего не было видно. А затем звоню маме.
Рассказываю ей обо всём, что случилось, без утайки. Мамочка у меня женщина простая, честная, сначала приходит в ужас от всей этой истории. А потом задумывается.
– Доня, что ж делать-то будем?
– Не знаю я, мамуль, – катаю то одну, то другую люльку. – Надо Коле рассказать, но не представляю, как он к этому отнесётся…
– Он хоть писал тебе? – хмыкает мама.
Она не слишком одобряет моего мужа. Не заладилось у них. Коля считает себя потомственным москвичом и немного пренебрежительно относится к провинциалам. С другой стороны, на мне-то ведь он женился. Значит, это всё напускное.
– Писал, конечно, – говорю маме укоризненно.
– Ты уже два дня как родила, а он явиться не соизволил, – не сдаёт она позиций.
– Он работает, – пытаюсь уговорить не столько маму, сколько себя саму.
– Ох, доня… – мама вздыхает, но больше ничего не говорит.
Она эти два дня то и дело прибегала, приносила мне еду, вещи для Сашеньки – я же была неподготовлена. А без домашней пищи молоко бы у меня вряд ли пришло – кормят тут отвратительно.
– Меня выпишут через день, – размышляю вслух. – Коля должен меня встретить, я ему напишу…
– Элька-а-а!!! – вдруг доносится из-за закрытого окна.
– Подожди минутку, – говорю маме, – кажется… Ох, Коля приехал! Приехал! – меня охватывает радостное возбуждение, смотрю на мужа, который стоит под окнами палаты. – Сюрприз, наверное, сделать хотел! Мам, перезвоню!
Сбрасываю звонок и жестами показываю Коле, чтобы подождал, а сама торопливо иду к люлькам. Подкатываю их ближе. Первый этаж здесь высокий, видимо, есть какой-то полуподвал, и, конечно, видно не слишком хорошо. Но всё равно видно. Закусив губу, поднимаю сначала Сашеньку, устраиваю его на одной руке, а затем и Диму, который занимает своё место на второй. Резко выдыхаю, беря себя в руки, и подхожу к окну.
Коля, открыв рот и вытаращив глаза, смотрит на нас, всех троих.
Слабо, неуверенно улыбаюсь, осторожно приподнимаю обоих мальчиков.
Лицо у мужа искажается. И выражение на нём совершенно не радостное. Он достаёт мобильный, показывает мне на него. Киваю, и тут же раздаётся звонок. Хоть бы подождал, пока я детей уложу! Разбудит же!
– Эль, какого хрена?! – выпаливает, не поздоровавшись, как только я отвечаю на звонок. – Откуда двое?! И чего они разные такие?! Один рыжий, второй чернявый, я же заметил! У тебя что, двойня была? Почему ты вообще не сказала мне?
– Я… – пытаюсь вставить хоть что-то в поток слов, но муж продолжает, всё больше и больше повышая голос:
– Ты реально сдурела совсем?! Нам и одного-то ребёнка выше крыши, а тут двое! Специально скрыла, да?! Понятно теперь, чего раньше срока родила! Блин, охренеть можно! Если б я знал, что у тебя двойня, да я бы…
– Что, Коля? – говорю помертвевшим голосом, глотая слёзы. – Что, «ты бы»?
– На аборт бы отправил тебя! – орёт муж в трубку.
Медленно отнимаю телефон от уха и так же медленно провожу по красной иконке вызова, отключаясь.
И это он считает, что оба ребёнка его…
Господи, а если бы я сейчас рассказала ему?.. Что бы он сделал? Что сказал?
Мобильный снова начинает разрываться, и я отключаю звук, а потом вообще выключаю его. Надо перезвонить маме, но у меня нет сил. Слёзы так и текут, не получается их остановить.
– Так, Иванова, чего ревём? – ко мне заглядывает санитарка, тётя Маша. – Ты давай кончай жидкость лить, она тебе для детей нужнее!
Всхлипнув, утыкаюсь в ладони. Спустя пару секунд чувствую, как меня неловко треплют по плечу.
– Да ладно, ладно, чего ты, – пожилая женщина говорит тихо, успокаивающе. – Слушай, чего скажу тебе… Вы сейчас в Бога не очень-то верите, но вот послушай меня, старую. Я молодая была красавица, парни вокруг меня увивались.
Поднимаю глаза на санитарку. Если приглядеться, можно заметить, что да, у неё действительно правильные черты лица, прямой нос, глаза до сих пор красивые, ярко-голубые, а не выцветшие, как обычно у людей в старости.
– Ну и вот, – она смотрит в окно, – а я ими всеми крутила, как хотела. А потом… забеременела от хорошего парня. Хорошего, да не таким он мне казался. Хотела другого, покрасивей, с работой получше. И избавилась от ребёночка.
Женщина мрачнеет, переводит взгляд на меня.
– Плохо всё прошло. И детей я с тех пор иметь не могла.
– Мне очень жаль, – говорю тихо.
Мы молчим какое-то время, а потом тётя Маша произносит твёрдо:
– Не гневи Бога, слышишь? Он тебе богатство целое дал! У многих и того нету. Кто знает, от чего ты этого ребёночка выручила. Может, ты жизнь ему спасла! Всё у тебя хорошо будет, воздастся тебе за доброту!
Я киваю и понимаю, что успокоилась. И в самом деле, чего я расклеилась? Справлюсь! Со всем справлюсь! С мужем или без мужа. Вон у меня какие два теперь богатыря, и оба мои! Защитники мамины вырастут.
Выписывают меня с детьми, как и положено, через три дня после родов. И встречает нас только моя мама. Я этого ждала, но всё равно чувствую себя отвратительно. Муж, когда я включила телефон, так больше и не позвонил и ничего не написал. Я надеялась, что шок, который он перенёс, пройдёт, и Коля хотя бы извинится. Но нет – ничего подобного.
Мамуля изо всех сил старается меня подбодрить, когда мы с ней приезжаем в старый дом, который выстроил ещё мамин дедушка – мой прадед.
– Смотри! – она с гордостью показывает на угол спальни, в котором стоит большая кроватка, как-то странно разделённая пополам. – Это тебе соседи передали! Кроватка у них на чердаке стояла много лет, но я её отмыла-отдраила, продезинфицировала! А дядя Федя перегородочку сделал, чтоб наши малыши друг дружке не мешали.
– Спасибо, – растроганно улыбаюсь, на глаза наворачиваются слёзы.
– Ну-ну, доня, ничего, перемелется – мука будет, – напоминает мне мама старую поговорку. – Может, одумается ещё твой Николай, – недовольно поджимает губы и отворачивается.
– Может быть, – говорю задумчиво.
А хочу ли я, чтобы он одумался?
Чтобы выговаривал за каждую потраченную копейку? Попрекал меня и дальше несделанными домашними делами? Требовал рубашки и пирогов? А ведь я совершенно точно не буду успевать делать всё, с двумя-то новорождёнными детьми.
Но ведь муж всё-таки. Может и правда всё ещё наладится?
Но проходит целая неделя, во время которой от мужа ни слуху, ни духу. Только спустя десять дней, как мы с детьми находимся дома, я через окно вижу Николая, который решительно направляется к нашему крыльцу.
– Коля! – выбегаю навстречу, но тут же торможу.
– Я всё знаю! – заявляет он, и сердце у меня падает в пятки.
Глава 3
– Ты о чём? – еле шевелю моментально пересохшими губами.
– Обо всём! О детях! – Коля прищуривается. – Спасибо матери, открыла глаза мне на тебя!
Я боялась, что он каким-то образом допросился правды у акушерки роддома, и теперь растерянно хмурюсь.
– А твоя мама тут при чём?
Со свекровью у нас отношения не сложились. Она не лезла в жизнь сына и не указывала, на ком ему надо было жениться, но её вечно поджатые губы и недовольный вид говорили сами за себя.
– Ты мне изменила! – заявляет муж, и у меня глаза чуть из орбит не выпадают.
– Коль, ты в своём уме вообще?! – повышаю голос.
Что-то неладное творится вокруг, я эту фразу уже, кажется, не в первый раз повторяю.
– Как бы я могла тебе изменить?! И при чём здесь дети?
– Как-как, как все бабы изменяют, – злится муж. – А дети у тебя от разных мужчин! Один мой, а второй – от любовника твоего!
Прислоняюсь к столбу крыльца, поддерживающему крышу. Меня бы кто поддержал, а то ноги подкашиваются.
– То, что ты говоришь, – невозможно, – устало качаю головой.
– Ещё как возможно! – выдаёт он. – Посмотри сама, сколько статей на эту тему!
– В интернете? – спрашиваю скептически.
Нашёл, где смотреть! Хотя нет, это же мама его глаза ему раскрыла, значит, она нашла. Ну, тогда я ничему не удивляюсь. Свекровь любит всяческие теории заговоров, псевдомедицинские передачи, расследования и всякое такое.
– Ты мне зубы не заговаривай! – рявкает Коля. – У нас у всех волосы рыжие! Твоя мать, мои родители, я, ты – все без исключения! А ты рожаешь двойню, в которой один пацан темноволосый! А?! И ещё врать мне в лицо смеешь!
Самое смешное, что по сути-то он прав. Ребёнок действительно не его. И не мой. Вот только… я боюсь ему об этом говорить! Потому что совершенно не представляю, какой будет реакция!
Кроме того… я уже прикипела к этому малышу и считаю его своим. А между прочим, в некоторых странах дети, выкормленные одной женщиной, считаются молочными братьями – и это самое настоящее родство, покрепче кровного!
И всё же, надо рассказать мужу. Пусть он хотя бы знает, что я ему не изменяла.
– Коль, всё совсем не так, – говорю мягко. – Понимаешь, я не рожала этого, второго ребёнка.
– Чего? – мужчина смотрит на меня озадаченно.
– Да, не рожала. Я родила только одного мальчика, Сашеньку. Нашего с тобой сына. А второго ребёнка… так получилось, что его в роддоме оставила родная мать. И, понимаешь, я… просто не смогла его бросить! Да ещё акушерка мне угрожала… – рассказываю немного путано, нервничаю.
– Ну ты даёшь, – перебивает меня муж, качая головой. – Не замечал за тобой такой богатой фантазии, Эль! Это ж надо, выдумать такую ересь, чтоб от себя обвинения отвести!
Разворачивается и спускается с крыльца.
– Коль! Коля, ты куда?! – теряюсь, не понимая, что делать.
То есть два ребёнка от двух разных мужчин – это ему нормально и правдиво, а оставленный матерью в роддоме сирота – сказки?!
– Я домой! – бросает муж, не оборачиваясь, и быстро выходит, пнув калитку.
Подрываюсь было бежать следом, но останавливаюсь. Во-первых, у меня дети дома, а мама вышла в магазин. Во-вторых… а что, собственно, я ему скажу? Он уже придумал себе версию и поверил в неё. Любые другие слова будут выглядеть, как оправдания. Зачем только приезжал? Неужели просто высказать всё, что накипело?
Зябко поёживаюсь и возвращаюсь обратно в дом. Ради любопытства лезу в интернет, и… действительно нахожу медицинские статьи, посвящённые редчайшей патологии, когда женщина умудряется забеременеть от двух мужчин в течение небольшого промежутка времени. То есть, это правда может случаться! Надо же, кто бы мог подумать…
– Доня, не будет от него толку, – качает головой мама, когда я рассказываю ей о приходе мужа. – Ты уж меня прости, но… слабый он. И гнилой.
– То есть… разводиться, да? – плечи у меня опускаются сами собой.
– Милая, я не могу тебе тут советов давать, – мама гладит меня по руке. – Я, и когда ты замуж выходила, не говорила ничего.
– Помню, – слабо улыбаюсь. – Ты тогда только сказала, что всегда мне поможешь, если понадобится.
– Вот именно, – мамуля кивает. – Но знаешь, как многие женщины живут: «Хоть плохонький, да мой»… Нет, не хотела бы я тебе такой судьбы. Загнобит он тебя. Возможно, примет, если придёшь к нему, удобна ты ему была и дальше будешь, виноватая жена вообще всегда удобна. А потом всю жизнь он тебя будет изводить, долбить, как капли по темечку.
Весь вечер думаю над мамиными словами и понимаю, что она, видимо, права. А ещё… вся моя любовь к мужу куда-то делась словно в одночасье. Может, из-за этих его жутких слов об аборте, может, из-за сегодняшних обвинений. А скорее всего, наложилось всё сразу и вместе.
– Мамуль, посидишь с мальчиками? – прошу её через пару дней, в выходной. – Я сцедила молоко в бутылочки, много, две порции в морозилке, и ещё две в холодильнике стоят.
Все эти дни я приноравливалась кормить детей и поняла, что сцеживание для моих малышей – не самый плохой вариант. Всегда есть запас на тот случай, если они проснулись голодные и оба плачут.
– Посижу, – кивает мама. – Поедешь к нему?
– Да, – киваю решительно. – Звонить пробовала, писать, не отвечает. А нам надо что-то решить. Попробую поговорить с ним ещё раз.
– Езжай, доня, и будь осторожна, – предостерегает меня мамуля. – Правильно, что детей не берёшь, нечего им там делать пока!
К счастью, мы живём совсем близко от железнодорожной станции, а поезда сейчас ходят скоростные, новые и современные, не то что старые электрички. Я подгадываю расписание и добираюсь до столицы через час. Спустя ещё один час добираюсь до квартиры, где мы живём… жили с мужем, и открываю дверь своим ключом.
Что что-то не так, я понимаю сразу. Запах какой-то… чужой. А ещё голоса. Точнее, голос. Женский.
Не разуваясь, делаю несколько шагов по направлению к комнате.
Глава 4
Открывшаяся картина – словно начало дурного анекдота. Приезжает жена внезапно…
Двое в постели хоть и не занимаются сексом прямо в эту конкретную минуту, но абсолютно точно либо только что закончили, либо планируют начинать.
– Добрый день, – здороваюсь почему-то с крайне вежливой интонацией. – Рискну спросить, что здесь происходит?
Незнакомая блондинка, которая при виде меня сделала ротик идеальной буквой О, фыркает и натягивает на себя простыню. А я перевожу взгляд на Колю.
– Чего тебе? – муж приподнимается и садится на кровати с каким-то показным равнодушием.
– Уже ничего, – качаю головой.
Наваливается противная тяжесть, ещё и живот внезапно немного тянет. Я всё-таки не до конца восстановилась после родов…
– Я хотела поговорить, – начинаю с трудом, – но вижу, это бессмысленно. Николай, я подаю на развод.
– Хочешь развода? – муж, наконец вставший с кровати и натянувший штаны, зло усмехается. – Будет тебе развод! Собирай вещи и на выход, овца!
Проглатываю оскорбление вместе с непролитыми слезами, разворачиваюсь и выхожу в коридор.
– И, кстати, не забудь привезти мне моего сына! Оставишь его здесь, у меня! А второго забирай, он мне нахрен не нужен! – несётся мне в спину.
Мужчина выходит следом за мной.
– Как ты можешь?! – разворачиваюсь к нему, не веря тому, что только что услышала. – Они оба наши… мои дети! В один день родились!
– Ты это придумала – ты и верь, – выплёвывает супруг. – А мне нужен только мой ребёнок!
– Зачем, Коль? – спрашиваю у него тихо. – Ты с детьми справляться не умеешь. Малыши на грудном вскармливании, что ты вообще планируешь с сыном делать? Я не понимала раньше… но… Ты же не хотел ребёнка. Ни двоих, ни даже одного! – последние слова почти выкрикиваю со слезами.
– Ничего, сын и наследник – дело неплохое, – щерит в усмешке зубы муж. – Смеси купить – вообще не проблема. Мать поможет, её внук всё-таки. Няньку найму.
– На какие деньги? – хватаюсь за косяк, так и знала, что без свекрови тут не обошлось.
– А ты, дорогая моя, будешь платить мне алименты! – довольно говорит он.
– Что-о?!
Это и правда какой-то сумасшедший дом.
– Я всё узнал, – продолжает, не слушая. – Алименты платит тот родитель, который ребёнка оставляет. И неважно, мать это или отец! Так что… – разводит руками и прищуривается. – Ну или, конечно, можешь заплатить мне сразу! И тогда я не буду настаивать, чтобы суд оставил младенца со мной!
– Коль, ты в своём уме?! – смотрю на него, чувствуя, как в груди поднимается злость. – Ты хочешь, чтобы я… выкупила у тебя своих детей?!
– Молодец, дорогая, схватываешь на лету, – хмыкает мужчина.
– И сколько ты хочешь?
– Миллиона хватит, – пожимает он плечами и поднимает палец. – За каждого! И так и быть, забирай их себе!