- -
- 100%
- +
Глава первая. Начало
Ксюха в прямом смысле слова сидела на чемодане. На старом, потертом временем и побитом о пол и стены, бледно – коричневом, набитым пожитками чемодане.
В свете солнечных лучей, пробравшихся в комнату, летали мелкие пылинки. На кухне мама что-то оживлённо рассказывала отчиму. Он не так давно вошёл в их семью. Самый обычный мужик, ничего примечательного. Простой работяга с автосервиса. Но мать в нем души не чаяла. Ещё бы, почти два года одна, без мужа. Нет, Ксюхин отец вовсе не погиб, даже не влюбился до беспамятства в молодуху. Вовсе нет… Да и к бутылке он прикладывался разве что по праздникам. Он вообще нормальный был. Никогда руки не распускал, тарелки за собой мыл, мусор выносил, с дочкой уроки учил и за «двойки» не бранил. Казалось бы, все хорошо… Но, так, наверное, только казалось.
«Амеба» – вот как называла его супруга. Денег зарабатывал не много, решений серьёзных принимать не любил. В какой-то момент Ксюхиной матери все это надоело, и она выставила неугодного мужика вон. Он даже не заикнулся о квартире, как о совместно нажитом имуществе. Он просто собрал вещи и уехал к своим престарелым родителям. Как есть амеба! Хоть бы сказал обидное на прощание. Нет, счастья и здоровья пожелал!
А спустя два года появился он, отчим. Он хотел, чтобы Ксюха звала его папой. А у девчонки язык не поворачивался. Был у неё папа. Был и есть. Один он у неё.
И тут же Ксюха стала плохая. Неблагодарная. Даром только хлеб ест, который дядя Отчим (так она называла даже на людях) зарабатывает потом и кровью. Для семьи он старается. А она вот такая вот малолетняя гадина!
Ксюхе было все равно. К отцу она сначала ездила в гости, а потом ему стало не до неё. Он внезапно нашёл хорошую работу. Деньжат подкидывал, а общением единственную дочь обделял. Так же вела себя теперь и мать. «Подай! Убери! Постирай! Уроки сделала? В магазин сходила?» И все! Остальную нежность она дарила дяде Отчиму.
И в это лето они собирались в какой-то супер модный санаторий на юге. Ксюхе места не нашлось. Пятое колесо она была для них. Балласт!
Девчонка бросила взгляд на стол, где лежала путевка в летний лагерь. Мать взяла на работе для неё. Постаралась. Чтобы доча хорошо отдохнула. Ага, чтобы им хорошо без неё отдыхалось. И она бы под ногами не путалась. Выбора у Ксюхи не было. Едешь и все тут!
– Готова? – мать заглянула в комнату.
Улыбка до ушей, но совсем не из-за дочки.
– Готова… – буркнула Ксюха.
Автобус должны были подать к автостанции к десяти утра. Времени до выхода из дома оставалось немного.
– Что такая надутая? – мать перестала улыбаться, вошла в детскую и прикрыла за собой дверь. – Очень хороший лагерь. Я бы сама поехала, будь в твоём возрасте, конечно! Тебе там понравится. Друзей хоть заведешь. Давай-ка, не расстраивай нас. Веди себя там прилично. И не обижайся! Ты уже почти взрослая, должна все понимать. Мы имеем право быть вдвоём. А ты уже вполне самостоятельная. Так… – женщина посмотрела на часы. – На выход, а то опоздаем. Не хватало ещё автобус догонять по колдобинам.
Печется не о том, что дочь опоздает, а о том, как бы новенькую машинку не угробить на плохой дороге.
Ксюха потащила чемодан в прихожую. Не такой уж он и тяжёлый. Туда и положить то особо нечего было. В последнее время Ксюху редко баловали обновками. Приходилось донашивать. Вытертые джинсы, застиранные футболки, платья, которые уже малы. В классе то стыдно. А в лагерь ясное дело многие едут покрасоваться.
На счёт друзей девчонка сильно сомневалась. У неё их никогда не было. Настоящих не было. С первого класса она держалась отстраненно от всех. Стеснялась чего-то, блеяла как овечка, вот одноклассники в игру и не принимали. Гулять никогда не звали. Все свои Дни рождения Ксюха проводила в одиночестве.
Когда стала она постарше открыла для себя музыку и чтение. Уходила подальше, на пустырь. Наушники, книжка, бутылка колы – вот и классно. На какое то время можно было забыть о том, что ты пустое место.
Страшилкой Ксюха не была. Природа над ней потрудилась даже. Дала густые каштановые волосы, голубые глаза, довольно стройные ноги. Но девчонка все равно комплексовала. Волосы стягивала резинкой, косметикой не пользовалась. Не любила она выделяться. Постоянно казалось, что засмеют.
Лет в пятнадцать Ксюха подружилась с одной местной компанией. Странно, но им она даже нравилась. Компания, правда, была не сильно благополучной. Там Ксюха и курить пробовала, и кое-какие нецензурные выражения подучила. Гуляла допоздна. Мать и отчим не одобрили. Посадили под домашний арест. А потом кто-то из той компашки съехал, и все заглохло. Распалась компашка! О Ксюхе никто из них не вспоминал даже. Вроде и не нужна она им была. Так девчонка в себе окончательно замкнулась.
Соседи говорили, что она не от мира сего. Да и самой ей так казалось. Одинокая, понурая, матери с отцом ненужная девочка.
* * *В автобусе все галдели. Места занимали. Родители толпились на тротуаре, руками махали, наставляли.
Мать Ксюхи просто подтолкнула её к автобусу, бросила скупое «не скучай» и убежала к машине, где ждал муж. Он даже вылезти не соизволил, чтобы нормально падчерицу проводить на отдых.
Ксюха села одна. Никто место рядом с ней так и не занял. Даже малознакомые ребята не видели в ней, казалось, человека. Хорошо, хоть сумки свои на неё не побросали.
Автобус тронулся. Ксюха нацепила наушники и стала смотреть в окно. За время пути почти все перезнакомились. К Ксюхе это не имело никакого отношения. Ей хотелось ехать как можно дольше. Оттянуть момент, когда придётся с кем-то общаться, делать что-то совместное на благо лагеря.
Прошло около трёх часов с того времени, как автобус покинул пыльный родной Ксюхин городок. Заскрипели огромные ворота, и автобус неспешно въехал на територрию лагеря под названием «Сосновый бор».
Ксюха потянулась к своему чемодану. Как же не хотелось покидать уже насиженного места! Так бы и вернулась обратно на этом автобусе. Пожила бы одна. Вот красота! Но мать и дядя Отчим считали, что за ней нужен догляд. Ага, будто сами много доглядывали!..
Девчонки хихикали. Мальчишки кричали, выпрыгивая из автобуса. Многие были здесь не впервые. Одна из девушек, по телосложению больше похожая на двадцатилетнюю женщину, чем на школьницу, запрыгнула прямо на молодого вожатого, повиснув на его шее, а поясницу обвив ногами. Ксюха даже поморщилась. Прям при всех так себя вести?! Немыслимо… Тут же и дети как бы находятся. Позже Ксюха узнала, что девушку эту зовут Джерри. И почему такое имя? Она же не иностранка. Только никто её не дразнил, не кричал: «Эй, где Тома потеряла?» Перед ней пресмыкались, её уважали и почитали, как королевну. Ксюха почитать её не собиралась. О чем впоследствии пожалела. Эта Джерри была тут частой гостьей и считала себя полноправным лидером.
Прошла перекличка. Выдали ключи от комнат. Ксюху поселили в комнату на четверых. Хотя кому-то достались двухместные палаты. Ксюха бы лучше жила с кем-нибудь вдвоём. Особенно, если это нормальный адекватный человек. Но… Давно нужно было смириться с невезением.
Комната непримечательная. Четыре кровати, по две у противоположных стенок, на которых не было обоев, зато выкрашены они были в бледно-розовый не самый приятный цвет. Большое зеркало и четыре тумбочки, а посередине комнаты обосновался стол с поцарапанной столешницей и двумя продавленными стульями. На полу лежал выцветший ковер. Обстановка сильно удручала. Радовало только то, что в комнате располагался санузел с раковиной и то, что окна комнаты выходили на небольшой садик. Но на этом все плюсы и заканчивались.
Соседки Ксюхи тут же начали трясти шмотками, фоткаться, воображать друг перед другом. А Ксюхе стало тоскливо. Она не участвовала в разговорах. Молча застелила кровать и легла на неё с книжкой.
Чуть позже состоялись сборы отрядов. Вожатые рассказывали, чем тут можно заниматься, каков распорядок дня. Планировались дискотеки, просмотр фильмов, экскурсия в старый храм. А так же бассейн, настольный теннис, верховая езда. Но ничего такого, что могло реально заинтересовать Ксюху. Она надеялась, что время будет занято по большей части, но ошибалась. В основном ребята были предоставлены сами себе. И это удручало.
* * *Ксюха проводила время сидя или лёжа на своей кровати. Читала, слушала музыку. Никто никуда её не звал. Да и она не стремилась. Только один раз к ней обратилась девушка из её отряда и попросила пофотографировать её. Ксюха согласилась. Все же какое то дело, чтобы скоротать время. Они нормально пообщались, посмеялись, но на этом все и закончилось. Больше та девчонка к Ксюхе не подходила, даже толком не здоровалась.
С утра ребят будили, включая громкую музыку. После нужно было построиться на зарядку. Она заключалась в пробежке по территории лагеря. Потом завтрак. А потом…
Например, бассейн. Ксюха плавать почти не умела. Держалась у бортика, наблюдая за остальными. Или уроки верховой езды. Ксюха любила лошадей, но издалека. Ей постоянно доставалась ужасно упрямая кляча, которая и двигаться то не желала. И как-то Ксюха свалилась с неё. Шлем слез на глаза, больно ударив по носу. А кляча ещё и на ногу умудрилась наступить. Ксюхе было реально больно, но никто ей даже не помог. Все просто тыкали пальцами и хохотали.
Хохотали над Ксюхой и на экскурсии в старый храм. Она надела сарафан, а обула кеды. Ну, нечего ей было больше надеть. Не пойдешь же в храм в штанах! Но ребята нашли повод, чтобы подкалывать Ксюху всю дорогу. Будто им делать больше было нечего! Девчонка шла спокойно, стискивала зубы и старалась не слышать этих выпадов в свой адрес. Но экскурсия омрачилась.
Единственное приятное занятие было кино. Сидишь спокойно в зале. Никто не трогает, говорить ни с кем не надо. Даже забываешься.
Ещё у Ксюхи был календарь, в котором она зачеркивала дни до отъезда. Дядю Отчима видеть не хотелось, но и нахождение в лагере радости не приносило.
Глава вторая. Без вины виноватая
Спустя неделю, в лагере объявили первую дискотеку. Соседки Ксюхи как с цепи сорвались. Как будто это не в лагере дискотека, а в модном столичном клубе для элиты.
Девчонки наряжались, красились, волосы накручивали, обсуждали, как будут танцевать, репетируя движения у зеркала и друг перед другом.
Ксюха танцевать не умела. Нарядов у неё не было, косметики тоже. Ничего у соседок просить она не собиралась. Грела мысль, что можно будет пару часов побыть наедине с собой. В тишине. Да хоть в туалете посидеть спокойно!
Когда соседки убежали на танцы, Ксюха, предоставленная сама себе, с удовольствием развалилась на кровати с книгой. Стало вдруг так спокойно после всего этого балагана, что девушка, ощутив расслабление в теле, задремала в непривычной тишине.
Ей даже приснился довольно приятный сон. Много мороженого и сладкой ваты, а ещё карусель. Да, такая с веселыми лошадками в ярких попонах. Отец катал её на такой, когда Ксюхе было года четыре.
Пробуждение наступило резко. В комнату ворвались девчонки и стали рыскать по сумкам. По обрывкам фраз Ксюха поняла, что они хотят на что-то скинуться. Оказалось, что на бутыль шампанского. А ещё собираются пригласить каких-то парней.
Ксюха была против. Против шампанского и парней, но разве её кто-то слушал?! Не нравится – иди и сиди в холле со своей книжкой, тихоня, а мы собираемся зажигать.
Шампанское и правда где-то раздобыли. А вместе с проклятой бутылкой ввалились в комнату и парни из старшего отряда. Одного из них Ксюха узнала. Его звали Миха. Когда-то он учился в её школе, потом перешёл в другую. В свои тринадцать Ксюха даже была в него влюблена. Тайно, конечно! Он тогда вообще не знал о её существовании.
Сейчас он повзрослел. Но всю свою привлекательность утратил. Высокий довольно, физически развитый, короткостриженый и с абсолютно пустым взглядом. С ним притащился его приятель, Сергей. Тоже высокий и широкоплечий, но в отличие от Михи, он носил длинные волосы, да и взгляд его был менее пустым. За ними вбежала троица пацанов, лет четырнадцати. Но эти совсем были как дети.
Ксюхе стало неловко. Захотелось просто исчезнуть. И к чему эта вечеринка? Но её соседки принялись предлагать парням выпить, усаживали их на свои кровати, кокетничали.
Миха начал рассказывать, как побил кого-то во дворе, что отец отдал ему старые «Жигули», в которых он теперь тусит. Ещё назвал сколько женских тел он поласкал своим языком.
Это уже было выше Ксюхиных сил. Она постаралась слиться со стеной и отключить собственный слух. Не получилось… Миха уселся на край её кровати.
– А че это у вас тут? – спросил он с ехидством.
Ему ответили, что это Ксюха, из этой же комнаты.
– А я подумал куртку кто-то бросил! – и он заржал как конь, а после обратился к Ксюхе. – Слышь, ты живая вообще? Че, только и лежишь на своей кровати?
Голос у него был противный. Прокуренный сильно и хриплый. Неужели он когда-то нравился ей? Невообразимо!
К Михе подскочила одна из Ксюхиных соседок, села рядом с ним. И они вдруг начали целоваться, а потом начали заваливаться на кровать. Прямо на саму Ксюху.
У девушки сдали нервы. Она резко вскочила, оттолкнув парочку обеими руками и, как ошпаренная, вылетела из комнаты. Решила пойти в зал, где проходила дискотека, чтобы хоть как-то убить время. Но танцы уже закончились. Ксюха постояла немного у стены, наблюдая как ди-джей сворачивает аппаратуру. Потом побродила по этажу. После села на первом этаже на потертый продавленный диван. Она понятия не имела, когда закончится вечеринка в её комнате.
По коридору двигалась одна из дежуривших вожатых – неприятная худощавая женщина лет двадцати пяти.
– Ты почему не в комнате? – заметила она Ксюху и остановилась. – Дискотека уже закончилась. Всем положено спать в своих кроватях.
– Я… Просто подышать… – забормотала девушка.
– Марш в комнату! – скомандовала вожатая.
Ксюхе ничего не оставалось, как подчиниться. Но вожатая не отстала от неё, так и вела до двери. Будто Ксюха тут самая страшная преступница, а сама она конвоир. Само собой, Ксюхе пришлось открыть дверь. Точнее пришлось стучать, так как дверь оказалась заперта на накидной крючок изнутри. Но тут уж по двери забарабанила вожатая. Не порядок – запираться!
Конечно, она увидела, что творится внутри. Некоторые из гостей пытались спрятаться. Один полез под Ксюхину кровать, второй забрался прямо в её кровать под одеяло. Третий пацан так напился, что его пришлось выводить под руки. Это делали Миха с Серегой. Но эти двое вожатой даже не испугались. Прошли спокойно мимо, вроде как так и надо.
Хозяек комнаты отчитали. При повторной подобной выходке обещали отправить домой.
Ксюхе пришлось отряхивать свою постель, так как на ней остались крошки, ещё какая-то грязь. Ложиться было противно, но надо. Ксюха легла не раздеваясь. В комнате витал запах алкоголя и пота. А с утра обнаружился сломанный стул с двумя вывернутыми вверх ножками…
Но это было полбеды. Соседки стали обвинять Ксюху, что это она их сдала вожатой. Ксюха рассказала, как было дело, но девчонки все равно смотрели на неё, как на врага народа.
А на пробежке Ксюху вдруг сильно толкнули в спину. Она упала на землю и разбила коленку. Охая и ахая от боли, села, потерла ушибленное место. Штанина порвалась. Жалко! Единственные спортивные штаны. Ксюха попробовала встать, но тут же была снова сбита с ног.
Над ней возвышалась Джерри.
– Слушай, ты! – голос звучал более, чем угрожающе. – Какого хрена у вас вчера в комнате делал мой парень?!
– Какой?.. – сипло прошептала Ксюха; в горле внезапно пересохло.
– Какой? Ты хочешь сказать у меня их много?! За шалаву меня держишь, сука?! – рыкнула Джерри, сжимая кулаки.
– Да я с тобой даже не общалась. И не знаю, кто твой парень… – оправдывалась Ксюха, которой совсем не хотелось нарваться на эти самые кулаки.
– Так знай, тварь! Это Миха! Ясно?
– Хорошо, только я его не звала. Это… – Ксюха запнулась на слове, не хотелось снова «сдать» соседок?
– Че? Язык проглотила? Ещё раз увижу его в вашем клоповнике – порву на хрен! Поняла?!
Джерри пнула Ксюху в бок носком кроссовка. И Ксюха поспешно закивала. Быть избитой этой крупной девочкой – меньшее, чего бы ей сейчас хотелось. И при чем здесь она? Ей то этот Миха вообще не сдался! Надо бы девчонок предупредить, что Джерри в курсе всего. Может, и реабилитируется в их глазах?..
На завтрак Ксюхе не досталась порция еды. Повариха заверила, что всем уже разнесли и больше не положено. Ситуация повторилась и с обедом. А после и с ужином. Ксюха ходила голодная, желудок предательски урчал, голова кружилась.
Оказалось, что это дело рук Джерри. Она просто выкидывала Ксюхины порции. Но почему она привязалась именно к ней? Разгадка пришла неожиданно. Ночью. Соседки были уверены, что Ксюха крепко спит и шептались. Но девушка не спала, просто лежала с закрытыми глазами и все слышала.
Говорили они о том, что Джерри будет мстить Ксюхе за Миху. Вроде как она сама виновата, что вешалась на него. И что у Джерри уже есть план, как Ксюху подставить, но это пока секрет.
Девчонка зажмурилась. По щеке поползла слеза. От обиды и несправедливости. За что с ней так? Да, соседкам она поведала о Джерри ещё в тот день. Они молча выслушали, покивали головами. И остались спокойными. Они уже успели оговорить Ксюху. Будто это она надумала пригласить Миху, напоить его и соблазнить. Но он, верный своей Джерри, отшил Ксюху, после чего она и сдала всех вожатой. Соседки выходили сухими из воды, а Ксюха оказалась виновата во всем…
Она так и не выдала себя. Держалась. Зато теперь она все знала. Только что может придумать Джерри? Ксюхе ничего не приходило в голову. Она старалась больше времени проводить в комнате и не попадаться на глаза агрессивной девчонке.
Как-то после завтрака Ксюха, как обычно, сидела на своей кровати и читала книгу. Вошли её соседки в сопровождении вожатой, той самой, что застала Ксюху в холле в тот день. Вожатая окинула изучающим взглядом комнату. Соседки, как по команде, расселись по своим местам и замолчали, скромно опустив глаза.
– Так, девочки, – начала строго вожатая, – прошёл слух, что у вас опять намечается пьянка! Это так?
Все отрицательно помотали головами. Вожатая уставилась на Ксюху.
– Ты! Я, кажется, предупреждала! Тебе плевать на коллектив?! На правила?!
– Что?.. – Ксюха от растерянности часто заморгала. – Почему я?..
– Да все про тебя известно, Ксения! Ну-ка встань и покажи, что у тебя под матрасом! Живо!
У Ксюхи ничего под матрасом не было и, как ей самой казалось, и быть не могло. Поэтому она спокойно его приподняла. И обомлела. Она никогда в жизни не видела такое количество презервативов. Вожатая расплылась в мерзкой улыбочке. А после нагнулась и заглянула под кровать. Выудила оттуда пару бутылок из-под пива и пачку сигарет.
– Мне все ясно! – заявила она. – Вот кто подрывает здесь дисциплину. Ксения, я вынуждена сообщить твоей матери о твоём вопиющем поведении. И завтра ты в наказание моешь второй корпус.
После ухода вожатой Ксюхе хотелось орать во все горло. Без вины виноватая! Почему все так?! Соседки не поддержали, напротив, начали начитывать морали. Ксюха в момент превратилась в гулящую девку без тормозов и совести.
А вечером её по телефону распекала мать.
– Не могу поверить, что вырастила шлюху! – кричала она в трубку. – Да ты ещё и пьешь, как сапожник! И оказывается до сих пор куришь! Водишь парней в комнату! И не стыдно тебе перед девочками другими? Какой пример ты подаешь?! Кем выставляешь меня?! Знать тебя после всего не желаю! Это позор!
Мать ещё долго бранилась. После бросила трубку и больше не отвечала на звонки. У Ксюхи все в голове и душе перемешалось. А на завтра ещё и уборка предстояла…
Но это было даже хорошо. Ползать с тряпкой по полу и ни о чем больше не думать. Физический труд здорово отвлекает. Ксюха протерла полы, стены, подоконники, полила цветы. И отправилась в уборную, чтобы сменить воду в ведре. Но когда стала выходить столкнулась с Михой. И как она могла забыть, что он в этом корпусе как раз и живёт.
– Привет! – сказал он и подмигнул ей. – Как дела?
– Неважно, – ответила девушка и попросила. – Дай пройти.
– Дам. Если ты мне дашь, – он гадко ухмыльнулся.
– Что тебе дать?.. – растерялась Ксюха.
– Сама знаешь. У тебя же склады резинок под матрасом.
Тут Ксюха поняла, о чем он говорит. Захотелось надеть ведро нахалу на голову. Жаль, что вода в нем теперь чистая. Она рыкнула и попыталась выйти из уборной в коридор, но парень втолкнул её обратно.
– Далеко собралась?! Я с тобой ещё не закончил!
Он двинулся к ней. Ксюха задрожала. Разве с ним справишься? Он как скала. Тогда-то Ксюха и закричала. Громко. Пусть хоть кто-то да услышит. Миха перепугался, стал шипеть, чтобы она, дура такая, закрыла пасть. Но Ксюха не затыкалась: орала и лупила ведром по кафельной стене, создавая нереальный шум. Миха закрутился на месте волчком, а после сбежал. Крикнул на бегу, что она ненормальная.
А Ксюха просто сползла по стене на пол. Чёрт, как же все это пережить?! Жаль, что бросила курить. Такие нервы!
Девушка швырнула ведро под одну из раковин и покинула корпус. Вспомнила, что видела одно местечко, за конюшней, где можно побыть наедине с собой. Ксюха направилась туда, но до пункта назначения так и не дошла. Нарвалась на Джерри и двух её приспешниц.
– Я тебя предупреждала, шваль, чтобы к моему Михе ты не лезла! А ты его уже в сортире зажимаешь!
– Это не я, а он меня! Лучше за ним следи, чем за мной! – выпалила Ксюха и тут же получила удар по лицу.
Не упала, так как её тотчас подхватили и потащили прямо к сараю возле конюшни. Били не долго, но сильно. Ксюха пыталась кричать, но это было бесполезно. Её тут же били в живот так, что она начинала задыхаться. И ещё грозились повыбивать ей все зубы.
Очнулась девчонка на земле. Все тело ломило. Под носом запеклась кровь. Ну да, теперь пустят слух, что это она устроила драку! Интересно, Джерри сломает себе конечность, чтобы подставить её и в этот раз?
Ксюха еле поднялась. Кое-как добралась до своего корпуса, до комнаты. С трудом вымылась. А после легла в кровать и укрылась одеялом с головой. Сейчас ей было все равно, что будет дальше. Она для себя уже кое-что решила.
Глава третья. «Святоша»
Телефон мягко завибрировал на простыне. Ксюха отключила будильник и сжала телефон в ладони. Время пять утра. Но девушка не ощущала недосыпа. Она ворочалась почти всю ночь и сейчас была только рада, что нужно подниматься.
На цыпочках она прошмыгнула в душевую мимо посапывающих соседок. Главное, никого из них не разбудить! Но девки спали как убитые.
Ксюха побрызгала в лицо холодной водой, наскоро расчесала волосы и завязала их в небрежный хвост. Собственное отражение в зеркале вызывало отвращение: бледное лицо, синева под глазами и зеленоватый след от удара на скуле. Девушка поморщилась и принялась рыскать по полочке под зеркалом. Сгребла свою зубную щётку, пачку влажных салфеток…
Что же, что же… Что же ещё может пригодиться?..
Подумала и прихватила пилочку для ногтей. Вернулась в комнату. Одна из соседок спала с широко открытым ртом. Ксюхе так и захотелось в него плюнуть. Или перышко из подушки на язык положить. Но от этого соседка проснулась бы однозначно, а рисковать было нельзя.
Стараясь не шуметь, девчонка натянула заштопанные спортивные штаны, футболку, сверху накинула спортивную куртку, влезла в свои заношенные кеды, дырявые сбоку, и сунулась в чемодан. Там, под подкладкой лежало немного денег. Дядя Отчим расщедрился. В лагере наличность и не особо нужна, но мало ли что… Девушка быстро сунула деньги в карман, проверила, чтобы не выпали (молния уже давно толком не застегивалась). Чемодан ногой загнала поглубже под кровать.
Так-так, что ещё может понадобиться? Телефон, само собой, парочка карамелек… Ксюха выдохнула и прошла к двери. Выскользнула в коридор и быстро спустилась по лестнице.
И внизу столкнулась с первой проблемой. Входная дверь была ещё заперта. Конечно, до подъёма ведь ещё пару часов, а то и больше. Но запасной вариант нашёлся быстро. Ксюха, оглядевшись по сторонам, потопала в уборную, где можно было выбраться через окно.
Первый этаж, внизу какая-то яма, но девчонка справилась. Сердце заколотилось, как бешенное, когда она заметила сторожа, идущего к корпусу. Он патрулировал территорию. Ксюха нырнула за ближайший куст. Она чувствовала себя шпионом на задании. Пробралась почти неслышно поближе к воротам. Да, они так же были закрыты. Но и вход в лагерь был только по пропускам или в сопровождении вожатых. Так что Ксюха принялась искать лазейку. Где-то должна быть дырка, углубление под забором, да что угодно! Девушка была готова уже сама сделать подкоп, как обнаружила одну выломанную из забора железную палку. Худышкой Ксюха не была от природы, но и далеко не толстушкой, так что смогла протиснуться в узкую щель между двумя другими палками. Испачкала спортивный костюм в чёрной краске, но было наплевать.