Домохозяйка проклятого мага

Глава 1

Остался последний адрес.

Есть хотелось страшно. И не только есть, но и спать. Дора наклонила голову к плечу и принюхалась. Да, и ванну принять не мешало бы. Тут она споткнулась о выступающий из булыжной мостовой камень и едва не растянулась у ржавых, жалобно поскрипывающих ворот.

Ее спас тяжелый саквояж, на который девушка и приземлилась, больно ударившись о металлический уголок.

Дора скривилась и потерла бедро.

“Уфф…Будет синяк”, – огорчилась она и вытерла пот со лба. Ноги уже заплетались.

Немудрено.

С раннего утра Дора, выпускница столичной Академии магии, замучилась обивать пороги всех мало-мальски приличных домов.

Но, как ни печально, а бытовые маги никому не требовались.

“Но это странно, – подумала девушка, одной рукой придерживая шляпку с зеленым пером, которая так и норовила взлететь под порывом ветра. – У меня же направление на руках!” – И Дора достала из кармана своего дорожного платья магически оформленную бумагу.

Вгляделась в нее.

“Ну вот! Черным же по белому написано”. – И она еще раз проверила все десять выданных ей адресов.

Однако жаждущих заполучить ее услуги по ним не оказалось. Кто-то с удивлением смотрел на нее и вчитывался в предоставленный документ, недоуменно пожимая плечами.

Двух других вообще не оказалось дома.

В четвертом перед ее носом захлопнули дверь, чуть не сбив девушку с ног.

На шестом адресе Дору уже стала бить дрожь.

Появилось неприятное предчувствие, даже под ложечкой засосало.

И предчувствие ее не обмануло.

Такого дома по выданному адресу не было. Совсем.

Дора еще раз вгляделась в адреса и поняла, что остался только один.

Десятый.

Она вздохнула и поднесла листок поближе к глазам.

И буквально в ту же секунду адрес, написанный жирными буквами: “Липовый тупик, дом 13”, – исчез.

Дора не поверила глазам и поднесла листок еще ближе.

Все верно.

Вместо десяти адресов имелись девять, уже жирно перечеркнутых красным.

Девушка вздрогнула. А листок, будто того только и ждал, вдруг вырвался из ослабевших рук и понесся, гонимый ветром прямо по булыжной мостовой.

Дора ахнула и, забыв про усталость и больные ноги, кинулась за ним.

Листок белел в сгущающейся темноте и вдруг замер, будто играя с ней в догонялки.

Задыхаясь, девушка подбежала к нему и скорее протянула руку.

Однако откуда ни возьмись опять поднялся ветер, и листок, махнув Доре на прощанье, юркнул вниз. Прямо в решетку водостока.

Но Дора не сдалась. Она, плюнув на приличия и новенькое дорожное платье, растянулась на камнях, которые больно врезались ей в тело, и просунула руку в решетку.

Тщетно.

Внизу журчала вода, которая и унесла заветный листок в неизвестность. И еще оттуда пахло.

“Канализация, надо же, – удивленно подумала девушка. – Вот тебе и провинция. Но отстойники давно не чистили”, – сразу поняла она.

Как поняла и то, что местный бытовой маг при магистрате явно манкирует своими обязанностями.

“А что, если прямо с утра да в магистрат? В конце концов глава магистрата просто обязан принять распределенного в его город мага!” – решительно подумала Дора. Мысль была вполне трезвая и разумная. Но только было одно “но”. А именно, это вот “с утра”.

Потому что до утра еще надо было дожить. Нужно было найти место ночлега. А денег… Денег не было. Ну, не сказать чтобы совсем, но Дора не собиралась тратить накопленное за время учебы на гостиницу.

И даже на постоялый двор.

Она вообще не сомневалась, что сразу найдет работу. Да и почему бы ей на это не рассчитывать, если она была одной из лучших выпускниц и получила приглашение в целых десять домов Колиарга?

Города, где она сейчас и находилась. Точнее, сидела на булыжной мостовой в уже порядком испачканном платье и с тоской глядела вслед уплывшему листку.

Впрочем, как она уже поняла, все эти приглашения, выданные ей адреса, оказались фикцией. Обманкой. А, возможно, кое-чем и похуже.

Вот об этом “похуже” Дора думать совсем не хотела.

“Саквояж!” – вдруг вспомнила девушка и, кинув прощальный взор вниз, поднялась на ноги и поспешила назад.

Назад, к тем скрипучим, кое-где покрытым ржавчиной воротам, у которых тогда едва не упала.

Она чуть прихрамывала, потому что правая туфля сильно натерла пятку и явно грозила порвать чулок.

На улице, несмотря на довольно еще ранний час, не было ни души.

“Провинция”, – подумала Дора, которую этот факт только порадовал. Свидетелей ее забега и безуспешной попытки достать листок с адресами не оказалось.

Ибо негоже молодой девице вести себя подобным образом.

Дора доковыляла до ворот и со вздохом уселась на саквояж.

– Но он же был! Этот, последний адрес… – простонала она и даже расстегнула плотно застегнутый ворот приличного дорожного платья.

– Десятый, – протянула она еще раз и тупо уставилась на ворота.

Ворота, непривычные к такому вниманию, будто шевельнулись, и левая створка неожиданно приглашающе распахнулась.

Дора моргнула.

“Показалось”, – подумала она и с облегчением выдохнула. После такого денька чего только не покажется.

Девушка опять вздохнула и сняла правый башмак.

– Ну, так и есть. Дырка и мозоль водяная. Вот что значит надеть в дорогу новые туфли, – пробормотала она и, прикрыв глаза, коснулась рукой дыры.

Через мгновенье ее как не бывало, и новенький, гладкий чулок уже красовался на ее ножке.

Правда, с мозолью ее бытовая магия справиться не могла.

А целительской магией девушка не владела. Не было таких задатков. Увы.

“Ну, хоть вид приличный, и то хорошо”, – подумала Дора и натянула башмак на ногу. Встала, притопнула ногой и охнула. Мозоль была свежа и болела.

Девушка опять опустилась на саквояж и уныло огляделась.

Улица была пуста. И странно так пуста. Потому что в отдалении, там, откуда Дора недавно пришла, получив отказ, люди явно были.

Да она даже сейчас слышала чей-то смех и стук лошадиных копыт.

Но здесь… Здесь было пустынно.

Дора хмыкнула.

Да, она закончила факультет бытовой магии. Но на первом курсе целый год посвящался обзору всех известных ее видов.

И здесь, к гадалке не ходи, а чувствовала лучшая выпускница, что без магии не обошлось.

Глава 2

Девушка потерла усталые глаза и еще раз внимательно огляделась по сторонам. Ветер, который налетал неожиданными порывами, вдруг стих.

Но Дора на всякий случай постаралась поглубже натянуть шляпку. Шляпка натягиваться никак не хотела, и девушка, чертыхнувшись сквозь зубы, решительно сняла ее и засунула в саквояж.

Конечно, с непокрытой головой леди ходить весьма неприлично.

Но магу, пусть даже бытовому, многое прощалось.

При этом ее зеленое перо, которое так выигрышно смотрелось на желтом фоне шляпки, вдруг обломилось у самого основания.

– Не везет так не везет, – вздохнула Дора и потянулась за пером, которое упало на булыжную мостовую.

Однако перо, так же, как и магически заверенная бумага с адресами, не далось ей в руки. Оно легко взмыло над мостовой и рыбкой нырнуло в приглашающе распахнутую левую створку ворот.

– Ну что ты будешь делать! – только и сказала Дора, проводив его взглядом. Догонять еще и обломанное у основания перо ей совсем не хотелось.

Не хотелось, да.

Но – надо.

Как ни крути, а перо это было своего рода символом, цеховым знаком бытовых магов. И зеленые перья выдавались, между прочим, магам первой категории.

Конечно, Дора смогла бы достать и другое. Но для этого… Для этого нужно было заполнить целую кучу оправдательных документов – где, когда, по какой причине пришел в негодность и нуждался в замене цеховой знак…

Тоска!

Бюрократия в чистом виде.

Хотя тут и говорить-то не о чем. Ведь она за считаные мгновения может его починить. Поэтому, хочешь – не хочешь, а пришлось Доре подняться с насиженного места.

“Как хорошо, что я взяла саквояж, а не ту клетчатую сумку через плечо, – подумала девушка, с благодарностью глядя на столь полезный предмет. – Многофункциональный он у меня”.

И только она встала, как раздался резкий скрип, и Дора вздрогнула.

Подняла глаза и увидела, что левая створка ворот раскрылась еще сильнее.

– Магия…Так, а что же за магия здесь у нас? – задумчиво пробормотала Дора и нахмурилась.

При этом она расфокусированным взором просканировала ворота и ничего похожего на все известные ей доселе виды магии не нашла.

За воротами была видна заросшая травой узкая дорожка, по которой давненько никто не ходил.

Но, даже несмотря на это, дорожка производила впечатление достаточно ухоженной.

Казалось, она звала Дору – иди ко мне, ну же. Ступи на меня.

Дора же…

Ну, никто бы не назвал ее трусихой. Еще чего! Да Дору не пугали даже лягушки, в детстве засунутые в постель вредным двоюродным братцем.

А уж когда она вошла в силу и прекрасно осознала наконец все преимущества бытовой магии, например перед той же боевой, то братец уже не рисковал с ней связываться.

А то, знаете ли, идет себе юный лорд под ручку с леди, укравшей его сердце, и млеет, ненароком косясь на ее розовые губки.

И тут вдруг ни с того ни с сего его щегольские панталоны шуршащей юбкой падают вниз.

Прямо на начищенные до блеска сапоги, открывая тощие волосатые ноги кавалериста и скромное исподнее.

Дора даже сейчас расплылась в улыбке, вспомнив тот случай. Однако сразу же пришла в себя.

“И что это меня потянуло на воспоминания?” – удивилась она, с подозрением оглядываясь кругом.

– Вот нашла время. И, главное, место! – отругала себя девушка.

А место перед ней действительно было удивительное. Впрочем, не столько удивительное, сколько странное.

Тут Дора охнула и остановилась, поглядев вниз.

Внизу неожиданным образом оказалась та самая дорожка, на которую она смотрела, не решаясь войти в ворота.

По ее краям зажигались и гасли тусклые зеленые огоньки. А впереди…

Впереди было темно.

– Ну нет, господа! Так дело не пойдет, – резко сказала девушка и попятилась. Что-то было не так.

Тусклые зеленые огоньки, казалось, замерли как по команде.

Она отступила на шаг, внимательно глядя на огоньки. Еще на один шаг. Ничего не изменилось.

Огоньки, которые приглашающе перемигивались и звали ее к себе, будто впали в спячку.

Дора, тихо пятясь, шаг за шагом возвратилась назад. Туда, где сиротливо стоял ее дорожный саквояж, сверкая металлическими уголками под мягким желтым светом фонаря.

Фонаря, которого минуту назад там не было.

“Впрочем, я ведь могла и не заметить”, – успокоила себя Дора, Однако сердце успокаиваться не хотело и билось в груди так, словно хотело из нее выпрыгнуть.

Девушка сделала последний шаг, и тут раздался грохот.

Дора подпрыгнула и обернулась.

Ворота, будто обидевшись на несговорчивую гостью, с размаху захлопнулись.

Зеленые огоньки погасли, и дорожка пропала в темноте.

Девушка почувствовала, как ее сердце застучало и остановилось.

Она попятилась и опять чуть не упала, зацепившись левой туфлей за собственный саквояж.

И только тут поняла, что руки ее сжаты в кулаки. А ладони мокрые от пота.

Дора брякнулась на многострадальный саквояж и с изумлением воззрилась на ворота.

Те стояли как ни в чем не бывало.

И вот тут девушка заметила потертую медную табличку рядом с левой створкой.

Она моргнула.

Над табличкой тотчас зажегся маленький зеленый фонарь в виде совы, охватившей крыльями прозрачный стеклянный сосуд.

Сова выглядела совсем как живая и будто подмигивала ей круглым правым глазом.

А на табличке был четко выбит адрес.

Липовый тупик, дом 13.

Дора помотала головой и вгляделась в табличку еще раз. Глаза ее не обманули.

– Липовый тупик, дом 13, – прошептала девушка, и ее опять пробрала дрожь.

Ведь это был тот самый адрес.

Десятый, который на ее глазах исчез с листка бумаги выданного ей направления.

Глава 3

– Однако… – протянула Дора и несколько раз закрыла и открыла глаза. Потом еще раз взглянула на табличку.

Табличка была на месте и все так же освещалась маленьким зеленым фонариком в виде совы.

Девушка глубоко вздохнула и вдруг почувствовала неприятный запах.

– Боже, да я вся вспотела! – осознала Дора, и этот факт ее раздосадовал донельзя.

Ведь бытовой маг, от которого несет, как от крестьянина, только что вспахавшего поле, – это нонсенс.

В любой другой момент она с этой проблемой справилась бы на раз-два. Только хорошо было бы пополнить магический резерв. Дора чувствовала, что там остались сущие крохи.

Источник требовал, причем весьма настоятельно, подзарядки.

Дора еще раз посмотрела на табличку. Вгляделась туда, где была злосчастная дорожка, и решила было плюнуть на унесенное ветром перо.

Бюрократия – это, конечно, зло.

Великое.

Но если…

Если этот адрес действительно тот, где требовались ее услуги…

Несмотря на все странности, окружающие это место, Дора почувствовала вдруг, как в ней просыпается надежда.

Надежда на то, что сегодня ей не придется тратиться на постоялый двор.

Надежда на то, что в этом месте она получит наконец вожделенную работу.

Работу, которая была нужна ей как воздух.

Странности? Странности были. Да разве магия сама по себе не большая странность? Дора вспомнила, как отец, бывало, говорил:

– Все в мире нашем странно. И самая главная странность – наличие в нем магии.

Уж почему он так считал, девушка уже и не помнила. А вот слова помнила до сих пор.

Она вздохнула и оглядела себя с ног до головы.

Что сказать, видок был не очень.

Дорожное платье из теплой шерсти кирпичного цвета помялось и кое-где покрылось пятнами.

Туфли, ее новенькие дорожные туфли из красной кожи, одетые явно сдуру, покрылись пылью, и носок у левой был сбит.

Дора вздохнула и вытащила маленькое карманное зеркало.

Взглянула на себя и вздохнула еще раз.

Светлые волосы выбились из косы и вьющимися прядками обрамляли ее худенькое решительное лицо с высокими скулами.

Глаза подозрительно блестели, и весь ее вид просто молил о еде и теплой постели.

– М-да. Пожалуй, сил у меня осталось только на то, чтобы дойти, черт уже с ним, до ближайшего постоялого двора.

Идти к потенциальному работодателю в таком вот виде никак нельзя.

“Что это за бытовой маг, который не может привести себя в порядок?” – с неудовольствием подумала Дора.

Конечно, она знала, знала с самого детства, что ее магия была весьма своевольна.

И что резерв у нее был совсем невелик.

Собственно, ей просто пришлось идти в бытовые маги. Туда, где большого резерва и не требовалось.

Был ли у нее другой выход?

О, да!

Дора вздрогнула и поморщилась. Замуж за третьего сына барона Колина. Для кого-то это был действительно выход и весьма хорошая партия.

Третий сын барона, Оливер, был недурен собой и, пожалуй, не глуп.

Но вот только имел паршивую привычку цыкать зубом и смотреть на нее как на свою собственность.

Вспомнив его холодные, липкие руки, которыми он имел наглость коснуться ее плеча, Дора передернулась.

Нет, она нашла очень хороший выход из положения. Поступила в Академию магии в столице, и все.

“Поди-ка теперь достань”, – хмыкнула Дора. Ведь маги в обществе занимали привилегированное положение. Даже бытовые. И никакие родители не могли больше заявить на нее права.

Правда, они лишили ее довольствия. Это было ожидаемо, но очень неприятно. Пришлось привыкать жить на стипендию. Дора даже вздрогнула, вспомнив свой первый год учебы.

А замуж…

Да Дора была вовсе не против. Но только тогда, когда ей встретится Он. Один, единственный. Тот, которого она полюбит. Однако до сих пор, а Доре исполнилось уже двадцать два года, никто похожий на единственного ей не попался.

Так, встречалась время от времени с одним магом. Он был боевиком, старше ее на два курса. Но… не то. Все не то.

Дорино сердце не билось сильнее при встрече с ним, а пресловутые бабочки в животе и вовсе спали беспробудным сном.

Девушка опять вздохнула. Посмотрела на табличку и в ту темноту, которая таилась в глубине за воротами.

И вытаращила глаза. Там, в глубине, появилось золотистое свечение. Круг света разрастался, становился все шире и объемнее.

И в нем неожиданно засиял яркими огнями чудесный особняк с высокими колоннами и восхитительной мраморной лестницей у парадного входа.

– Шикарная иллюзия! Просто шикарная, – прошептала девушка, замерев на месте и глядя во все глаза на разворачивающееся перед ней действо.

Дора сразу поняла, что это именно иллюзия. Почему? Ну, девушка весьма неплохо училась и даже посещала факультатив по основам иллюзостроения. И будь бы ее магический резерв больше, она бы пошла на мага иллюзий.

И только она произнесла эти слова, как сфера золотого цвета, в котором сиял особняк, стала сдуваться, как воздушный шарик, и вскоре за воротами опять стало темно.

Пропал нарядный особняк с парадной лестницей, и опять задул ветер. Выбившиеся из косы прядки лезли в глаза. Дора заправила их за уши и посмотрела на ворота, ища взором табличку.

Табличка с адресом оказалась на месте и все так же освещалась мягким зеленым светом.

И сова все так же подмигивала левым глазом.

Глава 4

Дора нерешительно подошла к воротам и замерла. Ворота никак не отреагировали на ее приближение.

Она посмотрела на табличку еще раз. Глубоко вздохнула и решительно повернула назад.

– Что же, – пробормотала девушка. – Придется выложить ползолотого. Не меньше.

Она опять вздохнула. Денег было жалко, да так, что сердце дрогнуло.

Но та темнота, которая царила теперь за воротами, и стихший вдруг ветер будто торопили ее вернуться назад.

Туда, где были слышны голоса и раздавалось конское ржание.

Туда, где она видела не так далеко отсюда достаточно чистенький постоялый двор.

Дора повернулась и пошла к саквояжу. Взялась за ручку и из последних сил потащила его вверх.

Вот тут она пожалела уже о том, что не взяла старую клетчатую сумку.

– Повесила бы через плечо, и делов, – проворчала девушка.

Потому что саквояж был ну просто неподъемный.

Она же как думала?

Найдет работу, получит задаток, поселится, если сильно повезет, в доме работодателя.

А если не сильно, то в гостинице.

И магического резерва ей вполне бы хватило вплоть до завтрашнего утра.

Поэтому часть его она использовала, чтобы не тащить тяжелый саквояж.

И он плыл себе спокойно рядом с ней, подчиняясь нехитрому бытовому заклинанию.

Нехитрое-то оно нехитрое, а магии жрало прорву.

Вот и результат.

Тащи его теперь сама.

Дора крякнула, приподнимая саквояж над выступающим из мостовой камнем.

Дороги.

Дороги в провинции были… мягко говоря, дорогами в провинции.

Последний раз эту вот, ведущую от странного особняка к ближайшему постоялому двору с вывеской “Рады всем”, мостили не иначе как в прошлом веке.

Ну точно!

Левая нога попала в скрытую мусором выбоину, и Дора упала на колени.

Прямо как перед алтарем в святилище.

Но если в святилище это еще куда ни шло, по крайней мере, колени обычно не так страдали, то тут она ударилась знатно.

Девушка зашипела от боли, и слезы брызнули у нее из глаз.

– Это я еще долго держалась, – всхлипнула Дора, кулаком растирая их по щекам. И тут же велела себе не раскисать. – Потом, все потом. Вот дойду до постоялого, а там уже можно расслабиться.

Она поднялась и, скривившись, потерла колени. Нащупала две знатных дыры.

“Лето. Ну куда я чулки надела? Носочками можно было обойтись. А чулочки приберечь для парадного выхода”, – огорченно подумала Дора.

Но ей так хотелось произвести на работодателя благоприятное впечатление!

Согласитесь, девушка в чулочках – это совсем не то же самое, что в носках.

Даже если коленки ее и не видны под платьем.

Платье на Доре было длиной до середины голени и на размер больше.

Специально такое купила в лавке. Для дороги самое то.

Оно отлично скрывало все изгибы ее фигуры, не давая мужскому взгляду никаких зацепок. А то ведь бывали случаи…

Мысль о том, что дырки на коленях не видны под платьем, несколько утешила Дору, и она потащила саквояж дальше.

Девушка так устала, что уже и не пыталась его поднимать, встречая торчащие камни. Но вот выбоины обходить приходилось.

Наконец Дора доползла до поворота.

А вот за поворотом… за поворотом все изменилось.

Злосчастный саквояж неожиданно показался совсем легким.

Девушка удивилась и поставила его на мостовую.

Потом с недоверием подняла и почувствовала, что – да.

Это действительно так. Саквояж ощутимо стал легче.

И звуки…

Те самые звуки, которые там, внизу у особняка были едва слышны, обрушились на нее смесью разговоров, смеха, ударов колокола и всеми теми звуками, которыми бывает полна оживленная улица теплым летним вечером.

Дора помотала головой, привыкая к новому уровню шума.

Она даже пожалела, что магическая завеса, а это наверняка была она, тут кончалась.

И запахи. Девушку настигли запахи. О, какие это были запахи! Пахло мясом, готовящимся на углях. Запеченными овощами с чесночком и заморскими специями. Запахи будоражили все ее вкусовые рецепторы, которые резко очнулись от вынужденной спячки и заставили Дору крутить головой в поисках желанного источника.

Леди, крошки не имевшей с раннего утра, эти запахи казались чудесной песней.

Ведь разве можно считать нормальной едой пару круассанов с медом и орешками, которые она решила себе позволить?

Нет, конечно.

Зато сейчас желудок взбунтовался и запел, выдавая такие рулады, что Дора даже порадовалась, что вокруг так шумно.

Оставшиеся до постоялого двора сто метров девушка преодолела в рекордные сроки.

И только тут поняла, почему.

Не зря ей показалось, что саквояж стал значительно легче.

Ведь он опять плыл рядом, только периодически касаясь мостовой.

– Ого! – удивилась Дора. Это что же выходит? А выходило так, что магическая завеса, которая осталась позади, блокировала и магию. А возможно, не столько блокировала, сколько… поглощала?

– Вот оно как, – протянула девушка и остановилась в задумчивости, застыв будто изваяние.

Но тут дверь постоялого двора распахнулась, и ей навстречу выпорхнул субтильный субъект в фуражке с надписью “Рады всем”.

Козырек ее лихо смотрел вверх, открывая глубоко посаженные голубые глаза под нависшими черными с проседью бровями и большой нос картошкой.

Одет он был в синий с позументами форменный сюртук и синие же брюки.

Позументы на сюртуке давно поблекли, а брюки топорщились на коленях, выдавая их немалый возраст и отсутствие регулярного ухода.

– Просим, просим, госпожа маг, – радостно затараторил субъект. На его лице заиграла такая широкая улыбка, что Дора чуть не попятилась.

Не доверяла она таким вот улыбкам.

– Позвольте ваш багаж, – засуетился, судя по всему, местный “мальчик за все” и протянул руку к саквояжу.

Саквояж, будто почувствовав, что с него на сегодня хватит трудов, брякнулся на мостовую перед выщербленным крыльцом и отдался в руки субъекту.

Тот крякнул, поднатужился и поволок багаж наверх.

Дора же только вздохнула, поглядев на скособоченного под тяжестью багажа мужичка.

И с некоторым сомнением посмотрела на гостеприимно распахнутую дверь.

Выщербленное крыльцо и сам вид выбежавшего ее встречать мужчины несколько смутил девушку.

Но желудок опять взбунтовался, и ее сомнения потонули в его жалобных завываниях.

“Ну хорошо, – подумала Дора. – Надеюсь, тут по крайней мере чисто и можно наконец поесть как следует”.

Перед ее глазами сразу нарисовались одна за другой тарелка с золотистой горкой жареного картофеля с лучком и керамическая мисочка тефтелей в томате.

“А самое главное, ведь не больше же ползолотого придется выложить за все про все, включая ужин и ночлег?” – подумала девушка и смело вступила на ступеньку.

Глава 5

Перед Дорой оказался обширный зал с тяжелыми дубовыми столами и не лишенными некоторого изящества стульями с выгнутой спинкой. Судя по всему, заведение знавало лучшие времена.

Даже отсюда было видно, что их поверхность нуждалась в хорошей чистке, если не в шлифовке.