Хозяйка гостиницы «Семь ветров»

Глава 1

– Да стой ты, окаянный! – крикнула Ольга и подобрала полы длинного яркого сарафана.

“ Вот я дура! Черт же дернул залезть в теткин сундук и нацепить эту красоту”:

– Ойй.. Тут девушка со всего размаха шлепнулась лицом в высокую траву.

Сарафан высоко задрался, обнажив ее длинные ноги, обтянутые потертыми джинсами.

– Ну погоди ты у меня, – прорычала Ольга и поднялась, выплевывая забившуюся в рот траву и подвязывая полы несчастного сарафана на талии.

Трава была горькая и отдавала мятой.

Девушка огляделась и на глаза ей попался одинокий подсолнух, невесть как выросший в чистом поле.

“Сейчас ты у меня получишь,” – мстительно подумала Ольга и со всей силы дернула растение. Подсолнух даже не вздрогнул. Ольга плюнула на ладони и потянула еще раз.

Подсолнух стоял как вбитый в землю столбик.

Девушка хмыкнула и задумалась на секунду.

Потом двумя руками схватила растение ближе к уже заливающимся чернеющим семечкам и резко крутанула. В результате в ее руках осталась половина стебля с головкой.

“Ну, хоть так,” – подумала Ольга, выдохнув.

Взмахнула им как мощным боевым оружием и осторожно двинулась вперед.

– Цып-цып-цып, – елейно приговаривала девушка, внимательно глядя по сторонам.

“Если упущу Фильку, тетка точно не простит. Еще бы. Да она на одних цыплятах от него, считай, и живет,” – с тоской подумала Ольга.

Неожиданно справа от себя она увидела гордый профиль Филимона пятого.

– Филя! – грозно крикнула девушка и взмахнула подсолнухом. Часть созревших семечек блеснула на солнце.

Филимон пятый высоко поднял малиновый гребешок и издал боевой клич.

Ольга даже сквозь высокую траву видела, как гордость тетки левой ногой с мощными шпорами деранула по траве. И петух кинулся ей навстречу.

Девушка выдохнула, отскочила в сторону и неожиданно подсекла боевого Филимона так вовремя сломанным стеблем подсолнуха.

Петух глухо кукарекнул и перевернулся через голову.

Ольга прыгнула как заправский ниндзя.

Перелетела через Филимона и тут полы сарафана развязались и накрыли возмущенного петуха.

Девушка попыталась закутать беглеца поплотнее и взвыла.

– С-скотина ты эдакая, Филька! – прошипела она сквозь зубы. – Руку кормящую клевать?! Л-любитель свободы нашелся…

Кобелина еще один на мою голову, – скорбно подумала Ольга и прижала пораненный палец к губам.

Спеленутый, но не сломленный Филимон принялся скрести шпорами, раздирая подол раритетного сарафана.

Ольга ахнула.

“ Что тетке скажу?! Фильку нашла, а сарафан угробила. Боже мой… Да они поют в этих вот сарафанах на всех своих спевках,” – подумала девушка но, плюнув на все последствия, прижала Филимона еще сильнее.

Слабой девушка не была и Филимон познал это на своем опыте.

Но свободолюбивый характер не давал ему сдастся так просто.

Филька закряхтел, поднатужился и неожиданно так поддал мощным клювом, что Ольга не выдержала и едва не разжала руки.

Из дыры раритетного сарафана на нее глянул налитый кровью глаз.

Петух выдал глухое и раздраженное “Ко-о-коо!”

Ольга сжала руки и попыталась встать на ноги с беспокойной ношей. Зеленая шелковистая трава с неохотой ее отпустила и белые ромашки качнули головками вслед.

Ей удалось сделать два шага по ровному словно на картинке лугу, как земля под ногами неожиданно просела.

Девушка почувствовала, что ее засасывает как в трясину.

Филька забился сильнее и заголосил, будто предчувствуя скорый конец.

Ольга замерла.

Она помнила, что когда попадаешь в трясину – главное, не шевелиться.

“Трясина… Но откуда тут трясина?!”

Сердце колотилось как сумасшедшее.

Внезапно колебание земли прекратилось.

– Ффу-у, – Ольга выдохнула. Постояла пару минут и медленно-медленно ощупала ногой, обутой в легкие летние кроссовки,  почву под собой.

Почва была твердая словно камень.

“И ровная такая… Будто плита,” – подумала взмокшая Ольга и вспомнила, ох как некстати вспомнила, фильм про Индиану Джонса.

”Там вот тоже плиты всякие были, ловушки,” – с содроганием подумала девушка.

–Ну, раз камень, сейчас в два счета выберусь, – решительно сказала Ольга и, упершись двумя ногами в плиту, рукой ухватилась за плотный дерн сверху.

Однако стоило только ей упереться посильнее, как плита, будто того и ждала, беззвучно повернулась градусов эдак на сорок пять, и Ольга вместе с замершим Филимоном соскользнула вниз.

Девушка автоматически прижала к себе Филимона еще сильнее и закрыла глаза.

Перед ними неожиданно будто наяву пронеслась недавняя картина.

Картина была из тех, которую она бы никогда не хотела видеть. Но картина эта как назло так и встала перед глазами.

“Да что ж это! Тут можно сказать, с жизнью прощаешься…А последнее, что видишь – голую задницу Сергея. И скрывшуюся под шелковой простыней Ленку. Можно подумать, я сразу не поняла, что это она”, – мелькнула последняя мысль и Ольга наконец-то потеряла сознание.

Глава 2

Пришла она в себя быстро. Еще бы. Где-то совсем рядом раздавался молодецкий храп. Некто невидимый выводил на редкость слаженные рулады.

“Мужик. Где-то рядом,” – от неожиданности подпрыгнула Ольга.

“Да провались ты-ы”, – тут же взвыла девушка, схватившись рукой за пульсирующую шишку на голове.

Потолок неизвестного помещения, в которое они попали, оказался на редкость низким.

– Коо-о…– выдал Филимон и последним мощным ударом продрал сарафан и вырвался на свободу.

Но далеко не ушел.

Потому что из помещения, в котором они оказались, выхода не было.

Сухое и пыльное, неожиданно довольно светлое, оно явно находилось под землей.

“Подвал чей-то, – подумала Ольга и вздохнула. Вот меньше всего на свете ей хотелось сейчас разных там приключений.

Хватит.

Наприключалась уже.

И дернул же меня черт поехать к тетке, в эту тьмутаракань. Одно название чего стоит – “Глухое”.  Как же!

Отдохнуть и прийти в себя захотелось. Тяжелый развод.

Ну, развод.

А у кого он легкий бывает?” – в сердцах подумала Ольга и перевела взгляд на Филимона:

– Цып-цып-цып…

Филька как-то прям по-человечески вздохнул и мелкими шажками стал приближаться к хозяйке. В тусклом свете, пробивающемся откуда-то сверху Ольга увидела, что его гребень, обычно торчащий как боевой штандарт, несколько обвис и малость потерял в цвете.

Тут раздался еще один молодецкий всхрап и оба вздрогнули.

И если Ольга опять чуть не подпрыгнула, то Филимон Пятый показал себя истинным бойцом.

Его гребень налился багровым цветом и он заголосил во все свое луженое горло:

– Ку-ка-ре-ку-уу!!!

Звук  отразился от всех четыре стен и Ольга присела, закрывая уши.

Он звучал и звучал, будто набат и уже никак не напоминал кукареканье боевого петуха.

Преобразившейся звук будто окружил Ольгу мощным световым коконом, спеленывая ее по рукам и ногам.

Девушка свернулась клубочком и закрыла глаза, проклиная все на свете.

Тишина наступила неожиданно.

Звук исчез будто его и не было.

И вместе с ним исчез и другой звук.

Тот самый, который пробудил девушку.

Храп.

И там, наверху, наступила тишина.

Недобрая такая. Прямо зловещая. Ольга почувствовала это всем своим существом.

Один бедовый Филимон не сдавался.

Петух, которого световой импульс чуть не размазал по стенам, заставив сгорбиться и прижать роскошное оперение, приоткрыл один глаз.

Не заметив ничего нового, открыл другой и замер, прислушиваясь.

Замерла и Ольга.

Неожиданно раздался тонкий вибрирующий звук. Вверху что-то чпокнуло и над головами двух почти погребенцев появилось отверстие.

Оба уставились вверх. Отверстие тут же закрылось и послышался глухой звук. И не где-то там, а совсем рядом, в подвале.

Совершенно обалдевшая Ольга повернула голову и увидела в центре помещения, прямо под бывшим вверху отверстием, мужскую фигуру.

Фигура была ничего себе.

Обнаженная мускулистая грудь притягивала взгляд. “Качок? – подумала Ольга. Не похоже. Какой-то он… Натуральный, вот”.

Длинные темные прямые волосы криво спадали на лицо мужика, закрывая глаза. Он мгновенно отшвырнул их рукой, на поверхности которой живого места не было.

Сплошная татуировка. Синие, багровые и зеленые линии сплетались в сложнейший рисунок.

У Ольги даже голова закружилась.

Филимон Пятый тоже заметил мужика и куда раньше девушки.  Глаза неуемного бойца загорелись негасимым огнем и он с разбега, не забывая издавать оглушительное “Ку-ка-ре-ку” кинулся на появившегося невесть откуда мужика.

Мужик, надо отдать ему должное, не ушел  с пути несгибаемого бойца. Он просто протянул руку вперед и сделал ею неуловимое движение.

Филимон замер на месте с поднятой шпорой и открытым в предвкушении клювом.

Ольга тоже открыла рот и от удивления шлепнулась на мягкое место.

Мужик перевел взгляд на нее и поднял руку в другой раз.

Однако тут его глаза округлились:

– Т-шира-а?! – неверяще сказал он и рука медленно опустилась.

Ольга открыла было рот, чтобы сказать, что мол, моя -твоя не понимай и вообще -

кто ты, что тут и где мы, когда эти непонятные слова вдруг преобразились в совершенно обычные:

– Не может быть!

– Может, еще как может– протянула Ольга, не отрывая взгляда от мужика, который бледнел буквально на глазах.

– Но как?!  Предел закольцован…, – сказал он недоуменно  и медленно, чуть прихрамывая,  двинулся к девушке.

Ольга так же медленно, сидя на попе и додирая несчастный сарафан, стала от него отползать. Наконец спина коснулась стены и будто прилипла к ней.  А потом ее тело выгнулось дугой. Ольгу сотрясали конвульсии. Один раз, другой. Тут мужик хлопнул себя по лбу и бегом кинулся к стене.

Глава 3

Осторожно дотронулся до едва заметного выступа и

Ольгу буквально отшвырнуло от стены и не абы куда, а прямо на склонившегося над ней мужика. Мужик крякнул и достойно принял вес.

Не сказать, чтобы девушка была полной, но кость имела тяжелую. В отца пошла.

Голова Ольги дернулась напоследок и впечаталась со всего размаху в лоб мужику.

Мужик стоически замер. А Ольга ошалело посмотрела ему в глаза.

– А ты ничего так, зеленоглазый, – прошептала она и отключилась.

Сайрус чуть пошатнулся и медленно опустил девушку на пол.

С удивлением уставился на ее странную одежду, выглядывающую из-под традиционного сарафана.

Чуть отошел, не отводя глаз от нежданного подарочка из-за Рубежа и глубоко задумался.

Обычно оттуда появлялись существа куда более агрессивные. Собственно, камера и создана была специально для таких тварей.

Но эта девушка никак на них не походила.

Совершенно.

Сайрус Кавендиш, граф Класото и бывший охотник на приходящих из-за Рубежа в этом был уверен.

Почти.

Но еще одна проверка не помешает.

Он поднял руки и сцепил их перед грудью, переплетя пальцы.

Татуировки на предплечьях задвигались как живые, озаряя всеми цветами радуги бледное лицо девушки.

Сайрус провел сцепленными пальцами вдоль ее тела. Татуировки замерли.

Бывший охотник медленно провел руками обратно и тут, в области сердца, узор из татуировок будто сошел с ума.

Цвета набегали,сменяя друг друга и наконец Сайрус понял, в чем дело.

У девушки была странная аура.

Нет, не похожая на ауру тех, кто приходил из-за Рубежа.

Но… странная

Цельная и яркая, в области сердца она истончалась и едва не сходила на “нет”.

Сайрус вздохнул и задумался.

Прошло уже лет пять как он обосновался в этих краях.

После последнего ранения, когда он и выжил-то едва-едва, милостью Созданного.

Не хотел, ох, не хотел бывший лучший охотник вынужденного переезда на земли, подаренные за верную службу князем.

Но проклятая хромота лишила его скорости. Лишила маневренности, а, стало быть, успешной охоты. Даже любимый меч Сайруса теперь висел на стене почти как украшение. Собственно, и приходящих из-за Рубежа здесь давненько не видали. Да и камера эта была столетней давности. Просто в таких вот отдаленных местах иначе не строили. Граф скрипнул зубами и горько улыбнулся.

“Вот девушек теперь ловить стал, м-да… Каким же Созданным она сюда попала? И это существо с ней? Сайрус повернулся к замершему в той же позиции Филимону.

Филимон стоял не шелохнувшись, буравя налитым глазом врага.

– Боевая птица, – одобрительно кивнул бывший охотник. Постой пока так.

– В-вы…Кто? – раздался слабый голос и Сайрус резко повернулся.

“Надо же, как она быстро пришла в себя”, – удивленно подумал мужчина и хмыкнул.

– Позвольте представиться. Сайрус Кавендиш, охотник, – ответил он, запнувшись.

– Охотник… Так это вы нас с Филей поймали?! – вдруг ошарашенно завопила Ольга, слабость которой резко сошла на нет.

– Я.. Да я буду жаловаться в ваш гребаный сельсовет! Или самому губернатору этой тьму-таракани, вот! Совсем офонарели!  На людей уже ловушки ставят, – закончила Ольга упавшим голосом.

До нее почему-то только сейчас дошло, что если на людей, то…

Что это за охотник? И зачем ему люди?

Девушку накрыло. Вот сейчас она испугалась.

Была у Ольги такая особенность. Откат. В критических ситуациях она была такая боевая, что прямо мама не горюй. А потом накатывало вот.

Девушка опять вся сжалась и тут увидела Филимона. Поза лучшего теткиного, да что говорить, лучшего на селе, если не на районе, производителя, была такой странной, что гнев на мужика опять прорвался с новой силой.

– А-а-а! А  вы с Филей сделали?! – Ольга вскочила на ноги, опять запуталась в рваном подоле сарафана и грохнулась к ногам охотника.

Сайрус хмыкнул.

“Напористая девица. Впрочем, иная вряд ли прошла через заставу. Хотя… Нет, надо обновить заклинания, – решил он”.

Мужик вздохнул:

– На вас, ловушку? Нет, совсем не на вас. И куда вы жаловаться-то собирались? Я не понял. А кто такой губернатор? Вы из Люберии, что ли?

Сайрус помнил, что именно там правили некие губернаторы. Или груберы? Вот тут он усомнился. Все-таки историю сопредельных государств бывший охотник знал не так хорошо.

Ольга поднялась сама, отряхнула драный подол и грозно показала пальцем на Фильку:

– Что с ним, я спрашиваю?!

Тут Сайрус почувствовал, как в глубине его одинокой охотничьей души поднимается гнев.

Что себе позволяет эта невесть как забредшая в ловушку, совсем не для нее предназначенной, девица?

Да с ним, высокородным графом Класото никто не позволял себе такой тон.

Ладно. Кое-кто позволял. Ну и где этот кое-кто сейчас?

Сайрус сжал кулаки и резко выдохнул.

“Созданный, да что со мной?! Совсем выдержку потерял. И еще про высокородного вспомнил. Какая-то пришлая девица в драном сарафане сказала пару слов, и я совсем… М-да, отвыкли вы, граф, от придворной жизни. Потеряли сноровку, – выдохнул Сайрус и сурово ответил:

– Да ничего особенного. В стазисе он.

Ольга остолбенела.

– В чем, в чем? В каком таком стазисе? – и тут перед ее глазами встала картина маслом.

Как этот же самый мужик поднял руку и махнул ею по-особенному.

Она сглотнула.

Происходящее нравилось все меньше и меньше. И если сначала ей пришла в голову мысль, что они попали в логово извращенца, то…

Стазис?!

Она знала это слово. Впрочем, кто его не знает в наш век интернета и фильмов он-лайн.

Только вот…

То, что происходило с ней здесь и сейчас как-то мало походило на фильм.

Или походило?

Или у нее бред после сотрясения мозга? Вон, как ее трясло у стены. Да и потом, когда лбом ему заехала в лоб же.  А еще с самого начала шишку на макушке поимела.

Так что, может, все еще и ничего, а?

– В обычном стасисе, – добавил мужик , который там охотник. Больно он боевой у вас.

– Боевой, – согласилась Ольга и сердце ее сжалось.

Она еще раз огляделась вокруг. Оглядела мужика в татушках и широких коротких штанах из непонятного материала и тихо спросила:

– А я где?

Глава 4

– А я где? – спросила Ольга и с ужасом, с замирающим сердцем стала ждать ответа. Уставилась на мужика, сжала кулаки и замолчала.

Бывший охотник замялся. На своем веку он перевидал достаточно барышень и меньше всего Сайрусу хотелось возиться теперь и с этой. Скажи ей, где – и опять в обморок хлопнется.

Эти чуть что хлопающиеся в обморок дамочки достали его еще в бытность при дворе. Граф уже понял, что случилась редчайшая магическая неувязочка.

“А ведь еще на прошлой декаде хотел я обновить заклинание, – угрюмо подумал мужчина. Он чувствовал свою, если не прямую, то вполне явную вину. Обновил бы заклинание, так, глядишь, и не сидела бы перед ним эта красавица.

“Красавица? А что, пожалуй. Вон какие брови в разлет. Губки сочные да смачные. Коса пшеничная. Да и статью девица не обижена. А эта одежда, торчащая из-под порванного сарафана, прямо притягивала взор.

Ножки какие,” – пронеслась коварная мысль.

“Отставить, Сайрус!” –  выругался про себя граф. Он был удивлен.

“Созданный! Не было тут девиц сколько лет и вот на тебе. А где девицы, там и проблемы”, – тяжко вздохнул Сайрус и наконец ответил:

– Княжество Оринецкое. Северный предел Рубежа.

И внимательнейшим образом посмотрел на девицу.

Ольга вздрогнула.

“ Опаньки… Приехали. Княжество. И где ж такие у нас? М-да… Уж если не везет, но не везет. Видно, такая полоса,” – отрешенно подумала девушка и кивнула головой:

– Оринецкое, стало быть. Ну что же, могло быть и хуже, – и она вздохнула не менее тяжело.

“ В конце концов, здесь люди живут, а не всякие там…Как их, негуманоиды, вот,” – мелькнула весьма здравая мысль.

– Могло, – не мог не согласиться Сайрус. Особенно если бы меня в доме не было, – добавил он и убрал наконец волосы с лица. Руки у него были длинные и мускулистые. А глаза и правда зеленые. На левой щеке от уголка глаза до ноздрей змеился тонкий розовый шрам. И смотрел на нее мужик внимательно и с тщательно скрываемым раздражением.

Ольга отвела глаза.

“Еще не хватало пялиться на него. Обычный мужик. Иномирный вот только.

И как только всплыло в ее уме это слово, как все сразу стало на место.

“Где-где княжество Оринецкое у нас? А нету такого. Нетути. В нашем мире так точно,” – с ужасом подумала Ольга и широко раскрытыми глазами посмотрела на мужика.

И Сайрус, глядя на нее, понял, что до девушки наконец дошло.

И на душе его стало еще более погано. Ведь если бы он декаду назад не ушел в никому не нужный обход Предела, то точно бы обновил заклинание.

“И что делать теперь?” – с тоской подумал мужчина. Ведь назад хода-то  нет. Не для того ловушки строили предки.

От мысли, что теперь ему, похоже, придется возиться с девицей явно не робкого десятка, Сайрусу поплохело.

Охотник имел все основания ругать себя. Конечно, магической силы в нем было кот наплакал, но он вполне мог обновить заклинания за вечер и избежать новых проблем. Если бы вспомнил.

Но… Не сиделось мужику на месте. Даже последние спокойные годы не могли повредить привычке ежедекадных обходов Предела.

Ольга исподлобья посмотрела на мужика:

– Что, так и будете нас тут держать? – и с вызовом уставилась на Сайруса.

Ведь нападение лучший способ обороны, верно?

Мужик вздрогнул и прям вот как-то нерадостно сказал:

– Тут не буду. Да ведь я вас сюда не звал, между прочим! – вдруг неожиданно для самого себя взъерепенился он.

– Звал-не звал, а ваша ловушка! Я вот к вам в гости тоже не напрашивалась! – зло сказала Ольга и сверкнула глазами.

“А глаза у нее как летнее небо,” – вдруг подумал Сайрус и нахмурился.

– Ошибка вышла, – хмуро проговорил он и дотронулся до выемки вверху стены. Наверху тотчас нарисовался круг теплого желтого цвета.

Ольга схватила Филимона, неожиданно оказавшегося легоньким как перышко, и прижала к себе.

Еще бы.

Единственная родная душа в этом чужом мире.

Из глаз ее неожиданно брызнули слезы. Злые и отчаянные.

Сайрус поморщился. Женских слез он терпеть не мог.

“Начинается. Уже и слезы пошли. Слезы, сопли. Мамки, няньки.

Где я ей здесь нянек возьму?” – раздраженно подумал бывший охотник.

Но тут девушка хлюпнула носом и с вызовом уставилась на Сайруса.

Сайрус нахмурился еще больше и отвел глаза. Еще раз дотронулся до выемки и что-то там сделал. И тут Ольга почувствовала, как неведомая сила отрывает ее от земли.

В то же самое мгновение все трое оказались в просторной комнате.

Комната была довольно большая. Два окна были плотно задернуты занавесками и в помещении царил полумрак. Но несмотря на это Ольга неплохо ее разглядела.

У стены стояла разобранная постель со смятыми простынями, на которой валялась подушка и скинутое второпях яркое лоскутное одеяло.

У другой стены разместился рабочий стол. Пустой, с единственной раскрытой посередине книгой. Над постелью красовалось  какое-то оружие.

“Меч, – подумала Ольга. В Средневековье попала, ага. Мечи, короткие кожаные портки… И тут девушка вдруг почувствовала, как ее мочевой пузырь стал подавать недвусмысленные знаки.

“Отлично. Мне нужен сортир,” – наконец с неудовольствием осознала Ольга. Она огляделась и поставила Филимона прямо на стол. Мужик сурово задышал, но промолчал.

“А, была – не была,” – подумала девушка и сказала:

– Мне нужно попудрить носик, – и с вызовом уставилась на мужика.

– Пудрите, – разрешил мужик и отвернулся.

“Девицы… Носик ей попудрить! Можно подумать, у меня этой пудры завались. Нет, не будет мне покоя, “– с ужасом подумал Сайрус. Сначала пудра, потом висюльки, потом притиранья потребует…

– Вы что, не поняли? – с удивлением произнесла Ольга. Повторяю для особенно продвинутых:

– Носик мне нужно попудрить!

Увидев ясный взор явно не понимающего мужика, девушка отбросила всякую конспирацию и сказала прямым текстом:

– Пи-пи мне нужно. Срочно. Теперь понятно? – и чуть не скрипнула зубами с досады.

Лицо Сайруса озарилось пониманием.

– За этой дверью, прямо по коридору. Последняя дверь справа.

Ольга кивнула и бодро рванула дверь на себя.

Дверь не поддалась.

Ольга нахмурилась и дернула за ручку еще раз.

Рука тотчас онемела и будто приклеилась.

– О-ой-й, – простонала девушка и беспомощно оглянулась.

Сайрус закатил глаза и в одно мгновение оказался рядом. Дотронулся пальцами до зачарованной ручки  и Ольгина рука получила свободу.

– У вас тут что, везде ловушки? – зло и обиженно сказала девушка и вылетела за дверь.

Глава 5

Легкие летние кроссовки быстро донесли ее до нужного места.

Местный кабинет для раздумий поразил Ольгу в самое сердце.

“Нет, это не Средневековье”, – хлопнула глазами девушка и ее рот приоткрылся.

В центре небольшого помещения на возвышении как на помосте стоял совершенно обычного вида унитаз.

Только темного цвета и с полным отсутствием бачка.

Но долго раздумывать было уже недосуг и Ольга чуть не бегом кинулась к предмету своих мечтаний.

Каково же было ее удивление, когда стоило ей только подняться с этого помоста, как слив начался сам собой. И в воздухе запахло… Вот самой настоящей, нагретой на солнце хвоей.

“Да. Это не Средневековье. Это прямо местная Япония, – подумала Ольга и застегнула джинсы. Джинсы почти повисли на бедрах.

“Когда это я успела так похудеть?” – изумилась девушка.

И тут ее взгляд упал на сарафан. Грязный и оборванный, он унылой тряпочкой скрыл почти сваливающиеся с бедер джинсы. Ольга вздохнула и оправила несчастную одежку.

“Чего ж я футболку вниз не одела, – с сожалением подумала девушка. Сарафан, конечно, вполне себе закрытый. Но… И снять я его не могу. Не в лифчике же оставаться. Да в таких вот джинсах…

Девушка вздохнула и вдруг поняла, что ей совсем не хочется покидать это гостеприимное заведение. Она опустилась на пол. Пол оказался неожиданно теплым.

“Господи, с подогревом тут у них, что ли? – удивилась Ольга прогрессу местного мира.