Обсидиановые Клинки. Кровь Хаоса

Глава

Лилия Альшер

Обсидиановые Клинки. Кровь Хаоса

АННОТАЦИЯ:

Обсидиановые Клинки… Так в Шанакарте называют наследников трона ― Ктару и Тайиреля. Они молоды и прекрасны, они ― будущее империи. Но у них есть одна ужасная тайна: в их жилах течёт Сила бога Хаоса, медленно сжигая их собственную магию.

Особенно непросто приходится Ктаре. Ведь она почти теряет себя в Хаосе, разрываемая долгом, неразделёнными чувствами к другу отца и безнадёжной страстью к собственному наставнику. Каждый день она ходит по тонкой грани и становится всё опаснее.

И сейчас, когда старый могущественный враг вернулся, а Шанакарт стоит на пороге войны, Клинкам придётся стать той силой, что принесёт спасение или гибель. И кажется, выбор именно в руках Ктары…

ПРОЛОГ

Дети рисуют будущее, в котором жить нам.

(Эльмирриан Инниар)

Двадцать лет назад

В Шанакарте стоял ещё один длинный, ясный, летний день. Ещё один день, отдаляющий его от старой войны и приближающий к новой, конечно.

Но пока яркий жизнерадостный свет заливал Обсидиановый замок, проникал во все его комнаты и галереи, лился через хрустальные витражи, расцвечивая роскошную обстановку и чёрные, зеркально гладкие стены. И выхватывал из теней черноволосую растрёпанную девчушку лет шести, которая со всех ног неслась по коридору в перепачканном землёй белом кафтанчике с позолоченными разрезами. Свернув на лестницу, девочка обернулась, прислушиваясь, нет ли погони, и побежала вниз, семеня по ступенькам. Выскочив в мрачноватый коридор с чередой суровых тёмных дверей с серебристыми табличками, она распахнула ближайшую, влетела внутрь и захлопнула тяжёлую створку. Пытаясь отдышаться, она прижалась спиной к прохладному дереву и оглядела случайное убежище.

Им оказался рабочий кабинет одного из Советников, Князя Эженталля Тианшеля. Арши с жемчужными волосами, заплетёнными в тугую косу, и сапфирово-синими глазами сидел за широким письменным столом перед большим зачарованным Стеклом и со сдержанным удивлением смотрел на неожиданную гостью.

― Доброго дня, Ваше Высочество.

Девчонка вздёрнула подбородок и повелительно произнесла:

― Князь Тианшель, я приказываю вам не выдавать меня нянькам!

Эженталль хмыкнул, отложил бумаги и агатовое перо и расслабленно откинулся на удобную спинку кресла.

― Буду рад служить вам, Принцесса Ктара. Клянусь честью, что ни за что не выдам вас нянькам. Даже если меня будут пытать. Только ответьте, Ваше Высочество, почему вы от них прячетесь?

Ктара непокорно оттолкнулась от двери, по-хозяйски прошла по светлому пушистому ковру, оставляя земляные крошки, и забралась на мягкий диван цвета слоновой кости, стоявший неподалёку от его стола.

― Я сбежала от них, чтобы поиграть в воительницу диких джунглей. А если меня поймают няньки, то заставят играть с ними в куклы! Они такие глупые! Им бы всё ленты, да платья. А я не хочу играть в куклы, я хочу быть как папа! Я хочу сражаться!

Эженталль серьёзно кивнул, пряча улыбку:

― Да, это поистине ужасно. Не представляю, как бы я негодовал, если бы меня заставили играть в куклы! Но таким милым леди, как вы, не пристало сражаться. Оставьте это нам и вашему брату.

― Но моя мама ― леди, и она тоже сражалась!

Князь вздохнул, явно вспоминая что-то неприятное, и сказал, не пряча сожаления:

― Да, леди Шанакарта тоже сражались. Вашей маме это почти стоило жизни, а многие погибли. Мне не кажется это правильным. Битвы ― это не увлекательно, Принцесса, это страшно, больно и грязно. Позвольте нам, мужчинам, защитить вас от этого. Вам не нужно быть сильной воительницей. Хотя бы вам не нужно.

Ктара тяжело вздохнула и повела головой, осматривая со своего места кабинет Князя и болтая ногами. Не найдя ничего интересного в пусть роскошной, но деловой обстановке, она остановила взгляд переменчивых александритовых глаз на арши.

― А что вы делаете?

Князь машинально заглянул в свои записи и улыбнулся:

― Пишу для вашего дяди очень скучный отчёт о своей прошлой поездке.

― А куда вы ездили?

― В одну далёкую страну, в которой живут сильфы. Валларан. Вам уже рассказывали о ней на уроках?

― Рассказывали. У них так скучно?

― Нет, у них не скучно. Но о самом интересном в отчёте писать нельзя.

― Потому что дядя Шейлирриан будет завидовать?

Тианшель рассмеялся.

― Да, именно поэтому.

За дверью вдруг послышались шаги и отголоски голосов: «Не понимаю, куда она могла подеваться», «Её хоть на цепь сажай!». Затем в дверь постучали.

Ктара мгновенно соскочила с дивана и спряталась за подлокотником, прижимая к губам маленький пальчик и показывая Князю молчать. Эжен кивнул и взмахнул рукой, стирая земляные улики и возвращая дивану и ковру нетронутый вид.

― Войдите.

В проёме дверей показались две совершенно смущённые придворные дамы. Одна из них сделала лёгкий шаг вперёд:

― Нижайше прошу простить, что помешала, Ваша Светлость, но не видели ли вы сегодня Принцессу Ктару? Слуги сказали, что она забежала на этот этаж…

Князь отрицательно покачал головой:

― Нет, не видел. А вы её потеряли? Наместник будет очень зол, когда узнает об этом.

Демоница побледнела:

― Нет, что вы, Князь, мы просто играем в прятки.

― Не думаю, что есть основания полагать, будто мой кабинет ― подходящее место для детских игр.

Женщина отступила. Вторая дёрнула её за рукав и прошипела: «Мне только что сообщили, что в оранжерее погром. Ктара наверняка где-нибудь там». Дверь закрылась.

― Значит, вы разгромили оранжерею, Принцесса?

― Я же говорю, я воевала в джунглях с нежитью, как папа в Гиблом лесу. На войне невозможно обойтись без жертв, ― развела руками Ктара, снова рассмешив Князя. ― Можно я пока останусь с вами?

― Если пожелаете, Ваше Высочество. И знаете, вы очень поможете мне, если нарисуете что-нибудь красивое к моему отчёту.

Эжен взял со стола несколько листов бумаги и самопишущее перо и передал чумазой Принцессе. Та с притворной неохотой села обратно на диван и без энтузиазма начала что-то черкать, а Тианшель вернулся к работе. Тяжко повздыхав и измазав цветочками и похожими на волосяные комья чудовищами пару листов, Ктара наконец нашла источник вдохновения и с головой ушла в рисование, хмурясь от усердия. На долгие полчаса в кабинете снова воцарилась умиротворяющая тишина…

Закончив, Ктара спрыгнула с дивана и, немного розовея, принесла Эжену рисунок.

― Я нарисовала ваш портрет!

Арши с вниманием забрал его и с минуту рассматривал, втайне надеясь, что выглядит не столь импозантно. Особенно Ктаре удались синие глаза Князя ― она поставила на рисунок две сочные чернильные кляксы.

― Очень красиво, Принцесса! Я до глубины души восхищён вашим талантом.

Ктара благосклонно кивнула:

― Можете повесить его в своей резиденции.

― Всенепременно. Повешу прямо рядом с позолоченным деревянным луком, который мне подарили ваши родители. У вас одинаковый вкус на подарки. Очень хороший.

Принцесса улыбнулась и кокетливо пожала плечиком:

― Мне пора. Нужно всё-таки немного поиграть в куклы с няньками, а то они, наверное, совсем без меня соскучились. До свидания, Князь.

― До свидания, Ваше Высочество, ― склонил голову Эженталль.

Ктара гордо дошла до дверей, раскрыла их, высунула голову в коридор, осматривая его в оба конца, и побежала к лестнице. Щёки её полыхали.

Для себя она абсолютно точно решила, что, когда вырастет, такой галантный и красивый Князь Тианшель обязательно станет её мужем.

ГЛАВА 1. Мой дом ― моя крепость

Долгая разлука украшает встречу.

(Эльмирриан Инниар)

Тайирель шёл по сверкающей галерее Обсидианового замка вдоль кабинетов Советников, не обращая внимания ни на серебристые таблички, ни на открывающийся из широких арочных окон вид. Он лишь мельком взглянул на раскинувшийся внизу под скалами Океан и большую цветастую гавань с полчищем крикливых чаек.

Утренний свет лился из окон и переливался на драгоценных вышивках чёрного кафтана Принца, на длинных прямых волосах, отражался в александритовых глазах, и они казались то зелеными, то сиреневыми. Думая о чём-то своём, Тай усмехнулся и толкнул вычурные двери с гербом Шанакарта ― водяной лилией, пронзённой мечом снизу вверх.

― Вы опоздали, Принц, ― встретил его холодный голос Императора, как только он вошёл в Малый зал заседаний.

Заседание, кстати, было в разгаре.

― Меня задержали дела государственной важности, Ваше Величество, ― клыкасто улыбнулся черноволосый стройный нахал, проходя вдоль длинного аметистового стола, вокруг которого, в массивных деревянных креслах с высокими резными спинками, сидели советники.

Император сегодня вызвал всех, и Принц чувствовал на себе недовольные взгляды сразу девяти Князей и Наместника. Не хватало за столом только Ктары, палача и Наследника. Его.

Дочери Императора, Россмиэль и Линнара, ни политикой, ни правом сильнейшего не интересовались и на трон претендовать не могли, отчего Совет был для них закрыт. Что к лучшему.

― Какие дела, позвольте узнать? ― недовольно уточнил Император.

Тайирель сел на место по его левую руку, мазнув взглядом по пустому креслу сестры: Ктара была в почётной дипломатической ссылке и должна была как раз сегодня вернуться. Принц поудобнее поправил чёрный камзол с драгоценным шитьём.

― Это не важно, дядя. Вы же знаете, у меня, в силу положения и титула, все дела государственные.

Шейлирриан только вздохнул, укоряюще посмотрев на Наместника.

― Твоему сыну стоит что-нибудь узнать про приоритеты.

Альшер, красивый демон Льда с молочно-белыми волосами и хризолитовыми глазами, ответил ему точно такой же издевательской усмешкой, что играла на устах его родного сына.

― Боюсь, что он их как раз расставил, Ваше Величество. И мы там не в первой десятке.

― Отнюдь, отец. Советы входят в тройку, ― очень убедительно соврал Тайирель.

― Сразу после вина и женщин? ― усмехнулся Князь Эльмирриан Инниар, приходившийся паршивцу прадедом.

― После короны и Шанакарта, ― поправил Тай, прикладывая к груди ладонь.

Инниар насмешливо фыркнул. Он как раз занимался в Совете вопросами внутренней политики. И видят боги, получалось у него отменно: Наместнику он приходился родным дедом, Наследнику ― прадедом. До короны его потомкам оставался один шаг.

Формально, конечно, Князьям запрещалось слишком приближаться к трону, чтобы соблюсти баланс власти. Но Эльмирриан тонко и ловко переставлял фигуры на шахматной доске последние четыре сотни лет и, пожертвовав фамилией, сделал потомков Шанакартами, а не Инниарами. Он почти объявил мат королю. Возможно, чисто из спортивного интереса.

― А вино и женщины тогда где? ― иронично спросил Альшер.

― Навсегда в моём сердце, отец, ― скромно улыбнулся Принц, и Наместник рассмеялся.

Князья реагировали по-разному: кто-то тоже засмеялся, кто-то качал головой. Арши, как и эльфы, не старели, но глаза и характер выдавали их истинный возраст. Поэтому над столом вместе со смехом так и звенело мысленное стариковское брюзжание. Однако… Уже закалённые выходками Альшера, они воспринимали поведение его сына как наследственное. То есть неизбежное и неподдающееся контролю и воспитанию. В конце концов, из Альшера получился прекрасный Наместник, а значит, и из Тайиреля ещё вырастет что-нибудь приличное. Может, даже новый Император.

Шейлирриан устало качнул головой.

― Продолжим, ― обратился он к присутствующим, складывая руки перед собой на гладкой сиреневой столешнице с картой мира. ― Князь Тианшель, я знаю, что у вас есть важные новости.

― Да... ― Эженталль, представлявший внешнеполитические интересы Шанакарта, раскрыл лежавшую перед ним тонкую чёрную папку и очень серьёзно посмотрел на Шейла. ― Со мной связался Иссалирион Лорс, мэр Свободного города на Материке. Он очень обеспокоен тем, что в Свободном появляется большое количество незнакомых арши. Демоны приходят в Город за припасами и оружием. Изгнанники, живущие в Свободном, говорят, что на побережье, неподалёку от них, образовалось поселение. Никто не знает, откуда пришли незнакомцы. Но среди них нет ни одного представителя другой расы, только арши. Взрослые.

― Думаешь, портал снова открыт? ― уточнил Шейлирриан. Голос казался спокойным, но серые глаза приобрели стальную холодность.

― Я не могу утверждать со стопроцентной уверенностью, ― осторожно ответил Эжен, покручивая в пальцах агатовую ручку, ― но, кроме как из мира Тайлоса, новым демонам появиться просто неоткуда. Мы населяем здесь лишь Шанакарт и Свободный. Конечно, одиночки рассыпаны по всему Материку, но я не представляю причины, чтобы они вдруг начали стекаться не в Свободный и не возвращались бы сюда… Это не дети изгнанников, их никто не знает. А все мы относительно малочисленны, долгоживущи и сложно воспроизводимся.

― И они вооружаются, ― понимающе повторил Тайирель, переглядываясь с Эженом. Тот развёл руками.

Выводы Князя были хоть и не стопроцентны, зато весьма однозначны… И выглядели как огромная проблема. Шейлирриан нахмурился и тяжело посмотрел на присутствующих. Он уже забыл про опоздание Принца. Советники неприятно переглядывались.

Все арши пришли из Тайлоса ― тесного, обречённого на вечную борьбу мира, где нужно сражаться за само право существовать.

Сотни лет назад Астель Шанакарт, первый Император, нашёл способ вырваться сюда, в мир Лестелль. И здесь, как в закрытой экосистеме, их души могли только бесконечно жить, умирать и возрождаться в новом младенце. Да, арши условно бессмертны, но последние две войны сильно проредили их численность. На счету каждый, и каждый хоть кому-то знаком.

Что до полукровок… Наплодить их было непросто: для этого не хватало одного влечения, требовалась ещё сильная магическая кровь, вроде эльфийской, или брачный ритуал объединения Сил. И равное желание завести ребёнка. Так, матерью Шейлирриана стала эльфийка, а матерью Тайиреля и Ктары ― человечка, жена Наместника.

Возможно, причина была в том, что они чужие этому миру, но от арши рождались только арши, и только те, что уже жили однажды. В общем, воспроизведение шло медленно, тут Эжен был абсолютно прав.

И это могло означать только одно.

― Галлард… ― выдохнул Инниар горько.

― Ты думаешь, их привёл Галлард? ― практически одновременно и скорее утвердительно спросил Шейлирриан. ― Прошло тридцать лет с его побега.

Эжен вздохнул.

― Мы не можем этого исключать.

― Какой же ты политик, Эжен, ― усмехнулся Альшер и иронично переглянулся с сыном.

― Если этот ублюдок вернулся, мы должны найти его и… ― зло начал Князь Тайконер и осёкся.

― И… что? ― повернулся к нему Альшер. ― Конечно, мы найдём его. Более того, он сам нас найдёт. Другой вопрос, что мы действительно можем с ним сделать? Заточить обратно вместе со всей армией? Если убьём, это даст только отсрочку.

За столом повисло недолгое молчание.

Галлард Лартиан. Первый советник Астеля, первый мятежник, готовивший переворот. И первый сбежавший преступник.

Его магия была так опасна, что его не казнили, а заточили без права перерождения. Но тридцать лет назад то ли по стечению обстоятельств, то ли по велению судьбы, Галлард всё же вырвался. И все знали, что он вернётся мстить и забрать то, что считал своим. Нет, Советники тоже на месте не сидели и готовили солдат и вооружение. Только ведь и Галлард этого ожидал.

― Как давно появились чужаки? ― сухо спросил Император.

― Горожане говорят о двух месяцах. Сперва они не придавали этому значения, грешив на молодёжь. Пока их не стало появляться больше. Кратно больше.

― Как много? ― подался вперёд Тайирель.

― С полсотни, ― сверился с записями Эжен. ― Но мы думаем, в Город приходят не все. Лорс тоже отправил пару лисиц на разведку, правда, информации мало. Чужаки замкнуты, никого не пускают ближе чем на милю к своим границам и на вопросы не отвечают. Но много строят. Подозрительно много. Возможно, возводят гавань.

Альшер прищурился:

― Как настроены Свободные?

― Как обычно. Подозрительны к чужакам. Приезжая в Свободный, незнакомцы стараются держаться тихо, не общаются ни с кем дольше необходимого. Забирают, что нужно, расплачиваются камнями, монетами и самородками и уезжают. Горожане немного напряжены количеством оружия, которое они скупают. Особый интерес проявляют к чародейской стали, ищут её везде…

Кто-то не сдержал тяжёлого вздоха, который слился с парой тихих крепких ругательств.

― Чародейскую сталь, значит? ― протянул Эльмирриан, задумавшись и глядя на Эжена. ― А ведь это единственное оружие, способное нас по-настоящему убить. Что ж... Идеально для Галларда: уничтожить всех нас и отдать руины выходцам из Тайлоса, чтобы править новым умирающим миром... Жаль, что он о ней узнал, конечно, жаль...

― Но клинков выковано только двенадцать, ― уклончиво повёл головой Альшерриан. ― Даже если он соберёт все, замучается, пока доберётся до каждого из нас.

― А что, если это как раз наш шанс разделаться с ним, ― улыбнулся вдруг Тайирель. ― Давайте сами соберём клинки. Нужно только опередить его.

Шейлирриан обернулся к Наместнику.

― Сколько чародейских клинков осталось на Материке?

Альшер пожал плечами:

― Два у нас в оружейной… Значит, ещё десять клинков там. Но они веками были утеряны, и мы не знаем, сколько нашёл некромант, который помог сбежать Галларду. Я уверен, часть мечей прибрали к рукам эльфы и другие расы. Но это запретное оружие, никто про него прямо не скажет. Эжен, сколько мечей незнакомцы выкупили в Свободном?

― Ни одного. Когда Лорс узнал о странном пожелании чужаков, выкупил у своих всё, что нашёл, чтобы подстраховаться. Не говорит, сколько. И опережая вопросы ― нет, нам тоже не продаст. Сказал, что уже избавился от них.

Тайирель болезненно поморщился: видимо, как раз эта идея была у него на уме.

― Как бы узнать, нашли ли что-то из мечей чужаки? ― задумчиво протянул он.

Эженталль покачал головой:

― Пока никак. Только шпионаж внутри Свободного города и на отдалении от новой колонии. Магически они экранируются, Лорс уже пробовал.

Инниар покачал головой, постукивая тонкими пальцами по аметистовой столешнице.

― Мы должны сегодня же отправить кого-то в Город. Нельзя полагаться только на Лорса. Он рассказал о колонии, потому что запахло проблемами, которые он сам не может решить. Он не скажет ничего, что посчитает для себя опасным, и нам изгнанники Свободного тоже помогать не станут.

― Сегодня возвращаются Ктара и Алый. Думаю, нам стоит дождаться его, ― ответил Князю Тайирель. ― Они с Лорсом старые друзья, несмотря ни на что, и он точно знает, как подсадить какого-нибудь кукушонка в этот курятник.

― Как неизящно, Ваше Высочество, ― со скрытым довольством пожурил правнука Инниар.

― Тем не менее, точно, ― вздохнул Шейлирриан, молча слушавший размышления своего Совета и обдумывавший новости. ― Дождитесь Мираля и выберите с Тианшелем подходящие кандидатуры. И обсудите с Миралем чародейские клинки, он о них знает больше, чем кто бы то ни был, ― повелительно качнул он головой, и по волнам его золотистых волос пробежались блики солнца.

― Конечно, Ваше Величество, ― любезно кивнул Инниар и прищурился. ― И ещё кое-что. Я не знал, какие новости нам принесёт сегодня Князь Тианшель, но в дополнение к сказанному... Мне доложили, что магический фон на Материке меняется. Как все вы помните, мы ещё следим за местом, откуда сбежал в Тайлос Галлард. И могу уверить присутствующих, там абсолютно спокойно и безопасно. Но вдоль побережья, где, видимо, обосновалась колония чужаков, магический фон превышает средние значения в десятки раз. И они вполне характерны для ситуации, как если бы там обосновался арши с магией Архитектора. Строят они явно не руками...

― Это только подтверждает, что нам необходимо разобраться. Пока будем исходить из того, что Галлард вернулся.

Напряжённый разговор вдруг прервал нежный музыкальный перезвон. Тайирель быстро достал из кармана чёрное Зачарованное стекло и посмотрел на гладкую светящуюся поверхность. И очень довольно улыбнулся.

― Вы не поверите! Корабль Ктары подходит к порту.

― Так рано? ― Альшер сверился с часами, висевшими на стене за Шейлиррианом. ― Мы ждали её к вечеру.

― У капитана что-то в расписании поменялось. Наверное, не мог отказать себе в удовольствии избавиться от них с Алым как можно скорее. ― Тайирель встал с кресла и окинул родных быстрым взглядом. ― Лично я иду встречать Принцессу. Кто со мной?

― Совет ещё не закончен, ― покачал головой Альшер, отвечая и за себя, и за брата. ― Оповести мать, пожалуйста, она должна встретить её. И пришли сюда Алого.

― Конечно, ― Тай кивнул и посмотрел на Князя Тианшеля.

Эженталль смешался и отвёл взгляд.

― Я не смогу. После Совета я должен вернуться в Тианшель, есть дела, которые невозможно отложить. Я всё равно не успел бы к прибытию корабля Принцессы.

Со своего места, с привычной ленной грацией, поднялся только Эльмирриан, и на глубине его хризолитовых глаз заплескалась новая авантюра.

― А я, пожалуй… с вашего позволения, ― он поклонился Шейлирриану, ― пренебрегу Советом, чтобы встретить Её Высочество. И сам сначала поговорю с Лордом Миралем.

Как только Принц и Князь вышли из кабинета, и двери за ними плотно закрылись, отсекая голоса магическим блоком, Тайирель остановился и посмотрел на прадеда.

― Я так понимаю, ты хочешь послать Алого в Свободный город?

Речь шла, конечно, о Дейриане Мирале ― палаче, главе Тайной службы и наставнике Ктары. Прозвище «Алый» за столетия и войны так приклеилось к нему, что стало неотделимым и значащим куда больше, чем имя. Хотя при дворе его чаще называли Безумным Лордом. Что Тайирель считал крайне опрометчивой глупостью: за последние годы Мираль стал даже слишком разумен.

Слава и репутация эксцентричного психопата, конечно, до сих пор бежали впереди него, но Принц подозревал, что этот образ ему просто на руку. Впрочем, байки о выходках Мираля леденили даже его демоническую кровь.

― Почему бы и не предложить? ― свободно пожал плечами Эльмирриан, заложил руки за спину и медленно пошёл по сияющей галерее к выходу с этажа, где сливалась с тенями стража. ― Он будет только рад. Когда Ктара переступит порог Замка и учует присутствие Тианшеля, нужда в нём, как в телохранителе, отпадёт, и Дейриан будет счастлив попытаться убиться в очередной авантюре. Почему бы нам не использовать это благое стремление? Как раз и повод хороший.

― Но Тианшель собирается объявить о помолвке, ― намекнул Тай.

― О, я это прекрасно знаю, ― с обворожительной улыбкой обернулся Эльмирриан, не давая усомниться, кто же этому поспособствовал. ― Князьям, как ты помнишь, не следует слишком долго смотреть на потенциальных Наследников.

― Другим Князьям, ты хотел сказать?

Эльмирриан тихо рассмеялся, но промолчал, скрывая за веками хитрые хризолитовые глаза. Стало ясно, что старый вечноюный лис опять затеял партию сам с собой. Тайирель посмотрел в широкое окно, окаймлённое хрупкой воздушной рамой. Внизу, в окружении бликов волн, скользил по глади Океана чёрный тяжёлый корабль…

― Что ж, давай поторопимся. Ктара безумно не любит ждать.

***

Чёрный корабль с золотой отделкой и гербовыми парусами зашёл в замковую гавань Шанакарта, шумно рассекая тёмные волны. Чайки, мечущиеся серебристые росчерки, кричали в небе, почти заглушая грохот ветра в парусах и скрип мачт.

Ктара наклонилась, оперлась локтями на гладкий лак планширя и с предвкушающей, хищной улыбкой посмотрела на приближавшийся берег. Океанский ветер невидимыми пальцами смело забирался под расшитый чёрными бриллиантами белый шёлк её открытой блузки с высоким воротом-стойкой, заигрывал с длинными чёрными волосами, уложенными в замысловатую высокую причёску, холодил спину. Блузка прикрывала только грудь, плечи и руки Принцессы, оставляя спину обнажённой до самой поясницы, и порывы ветра холодными ласками скользили по красивому изгибу и по татуировке с двумя мечами в клубах чёрного тумана.

Она тряхнула головой, скидывая с глаз выбившиеся волосы, и на ярком солнце засверкали острыми гранями золотые и платиновые звёзды в её причёске, подчёркивая холодный блеск узкой серебристой диадемы. Ктара улыбалась и поглощала взглядом берег и величественный чёрный замок, чувствуя опьяняющее, почти безумное счастье.

Уже скоро, совсем скоро она будет дома. Совсем скоро она увидит родных. И Эжена… От этой мысли сердце сладко замерло, внутренности обдало приятной изморозью, и светлая кожа покрылась мурашками, будто от слишком холодного ветра. Это предвкушение почти невозможно было вытерпеть, не хватало дыхания.