- -
- 100%
- +
Лилия Альшер
Шанакарт. Корона Сумрака
АННОТАЦИЯ:
Корона Шанакарта… Вожделенный всеми демонами венец из белой платины.
Его безупречную красоту не посмеют нарушить ни царапины, ни даже время. Вот уже десять лет он не венчает голову законного императора, и список претендентов на обладание им непрестанно растёт. Игра давно началась, мастера интриг плетут смертоносные сети.
И кем же станет в этой игре маленькая человеческая графиня? Жертвой, союзником или трофеем победителю? А может…
От автора: Вторая часть дилогии "Шанакарт". В книге вас ждёт ажурная вязь дворцовых интриг, довольно много хитрых и изворотливых персонажей, приключений и безграничное море иронии и романтичного флирта. Приятного чтения!
ПРОЛОГ
Начало начал
Для сохранения хороших отношений в семье отца не должно быть ни видно, ни слышно. (Оскар Уайльд)
Двери тихо раскрылись, впуская в рассветную спальню высокого арши в традиционных чёрных одеждах. На золотых волосах покоилась узкая острая корона из платины. Это был Эллисандр, император Шанакарта.
– Прими мои поздравления с рождением сына, Иллиабель.
Прекрасная тонкая демоница с белоснежными волосами, почти сливавшимися с просторным белым одеянием, безмятежно глядела на озарённый розовым рассветом Океан. Услышав знакомый до боли голос, она прикрыла сиреневые очи, побеждая минутную слабость, оторвалась от созерцания и повернулась. На руках её мирно спал закутанный в шелка и парчу младенец. Женщина гордо улыбнулась и вздёрнула подбородок:
– И я поздравляю тебя, Эллисандр.
Император заложил руки за спину:
– Мой сын родится лишь весной, весь Двор знает это.
Иллиабель насмешливо фыркнула и грациозно подошла к резной позолоченной колыбели. Она бережно уложила туда сына. Ребёнок только вздохнул, продолжая безмятежно спать.
– Что может знать Двор?
– То, что нужно короне, разумеется, – с лёгкой угрозой подчеркнул Эллисандр, заслужив ещё одну усмешку. Он подошёл к женщине и встал рядом с ней, глядя на ребёнка.
– Он прекрасен, как все Инниары.
– Он моё Совершенство, – промурлыкала демоница и погладила сына по щеке. В ответ на ласку мальчик распахнул сияющие хризолитовые глаза.
Император только тяжко вздохнул.
– Я не могу больше любить тебя, Иллиабель. Узы моих брачных клятв не позволяют мне. Я не чувствую ничего, – помолчав, он погладил кончиками пальцев её по спине. – К тебе…
– О, это уже не важно. Узы моих брачных клятв не позволяют мне чувствовать к тебе ничего, кроме разочарования, – она до обидного легко рассмеялась. – Но у меня есть Селлестераль и единственное ценное, что ты мог подарить мне.
– Об этом никто не должен знать. Особенно – мой брат.
Она провокационно изогнула чёрную бровь:
– Боишься, что он будет похож на тебя?
– Илли…
Она села на высокий мягкий табурет возле колыбели, и устало вздохнула:
– Вы же близнецы, Эллисандр! Какая к Тёмным Богам разница? Один Шанакарт, другой Шанакарт… И неужели, ты в самом деле думаешь, что Селлестераль не знает? Вынуждена признать, что я всегда недооценивала его. Но хоть ты не делай эту ошибку.
– И всё же, я хочу, чтобы это осталось между нами.
– Уходите, Ваше Величество.
Эллисандр сделал попытку прикоснуться к молочно-белым волосам женщины, которые так очаровывали его всегда, и безвольно опустил руку, так и не коснувшись. Её красота больше не перехватывала дыхание, её не хотелось носить на руках. Все воспоминания о их блистательных и наполненных ослепляющей любовью днях поблекли, утратили очарование. Он всё помнил, но ничего не хотелось повторить.
Он буднично нахмурился.
– Ещё кое-что. Я пришёл не с пустыми руками, – из внутреннего кармана кафтана он достал широкую плоскую шкатулку из красного дерева и протянул ей, раскрывая. – Ещё раз поздравляю, Иллиабель.
– О, это плата за молчание? Как мило.
На бархате цвета запекшейся крови лежало колье из платины с совершенными рубинами. Они гроздьями спускались с тонкого, как струна, литого ошейника и в зарождающемся свете дня горели алыми огнями в гранях. Женщина сверкнула глазами, на миг открывая всю ярость, кипевшую внутри, и взмахом руки отшвырнула протянутую шкатулку. Колье рассыпалось, бусины горошинами покатились по пушистому белому ковру.
Эллисандр со вздохом проводил взглядом кровавые капельки камней.
– Прощай, Иллиабель, – прошептал Император и на прощание погладил сына по щеке. – Ледяной…
– Его зовут Альшерриан. И единственное, что я могу тебе пообещать, ты смертельно пожалеешь, что твой сын родится лишь весной.
– Когда-нибудь, возможно.
Он был повелителем всего Шанакарта, но не её. Под холодным, насмешливым взглядом он вышел из комнаты. И из её жизни…
ГЛАВА 1. Горький вкус сладких побед
Победителям иногда приходится долго расхлёбывать плоды своей победы. (Эдуард Александрович Севрус (Ворохов)
Корона Шанакарта, вожделенный всеми арши венец из белой платины, наконец, был в его руках. Свет скользил по идеально гладкой поверхности металла, красоту которого не посмела бы нарушить ни одна царапина. Арши любовно ласкал пальцами драгоценность, не в силах оторвать взгляд от вытянутых остроугольных зубцов. По внутреннему краю текла узорчатая линия рун, отпечатавшаяся в памяти, как молитва. «Во славу и Силу арши от истоков и до края Вечности да будет род Шанакарт неиссякаем». Род Шанакарт… Фальшивка! Подмена! Но скоро, очень скоро, на ней вновь проявится то имя, для которого она была рождена из платины и магии. Он поднял корону над головой и, стараясь растянуть миг удовольствия, водрузил на свою голову, примяв золотистые волосы. Белый свет вырвался из глубин металла и окутал арши с ног до головы. Руны менялись, вырисовывая новое имя, и вдруг…
Он открыл глаза. Перед ними была лишь знакомая до отвращения каменная кладка его темницы.
***
Туман серой шалью лежал на поверхности Океана, влажной дымкой дрожал в воздухе, ложился тысячами капель на такелаж и чёрное дерево корабля. Он был столь густым, плотным, что размывал и стирал силуэты уже на расстоянии вытянутой руки, заглушал звуки, делая плеск волн и тихий скрип перекрытий совершенно загадочными.
Альшер вдохнул сырой воздух, стылым потоком прокатившийся по лёгким, и задумчиво стёр матовый покров капель с поручня. Последние несколько часов ему не давал покоя всего один вопрос. Успел он замкнуть это демоново заклинание или нет? Он честно прислушивался к своим ощущениям, но, кажется, ничего не изменилось. Никакого неодолимого притяжения. Даже ни одной романтической мысли. Хотя… памяти всплыл образ Шелары в фривольном одеянии. Нет, это точно не считается.
Альшер покачал головой. Может, девчонка не выпила тарлиш? Им стоило рассмотреть и такой вариант. Что ж, это решаемо.
Где-то недалеко на палубе раздалась неблагозвучная ругань Шелары, споткнувшейся обо что-то в тумане, и сердце непривычно пропустило удар. М-м-м… Подумать только! Он успел! Не сказать, чтобы ощущения были приятные, но больше всего они напоминали волнительное предвкушение. Пожалуй, это будет интересно.
Принц с самодовольной ухмылкой оттолкнулся от планширя и пошёл искать в тумане свою неромантичную даму сердца.
***
Шелара медленно продвигалась вперёд, стараясь как можно осторожнее идти сквозь молочный туман, заволочивший палубу. Не хватало только ещё во что-нибудь врезаться. Пока о мечте увидеть снасти при свете солнца можно было забыть: оно не торопилось выступать из густых серых облаков.
Ощущение жути, оставшееся в груди после сна, стёрла влажная прохлада океанского воздуха, и девушка больше не возвращалась мыслями к ночным видениям.
Она подошла к борту, коснулась обнажённой ладонью сырого планширя, ветер вздохнул в лицо солью и йодом. Откинула за спину тёплые волосы…
– Не слишком чарующий пейзаж, не так ли, принцесса?
Из белёсой мглы выступил лорд Мираль и опёрся поясницей на край планширя, складывая на груди руки. На фоне его чёрного костюма пышные волосы казались светящейся лавой, а свёрнутая плоская стальная плеть с зазубренными гранями на бедре – затаившейся ядовитой змеёй. Демон весь источал скрытую, но ощутимую опасность.
– Туман, – равнодушно озвучила она очевидное, борясь с желанием отойти подальше.
– А нравится ли вам туман, милая-милая принцесса? – спросил Алый, наклоняясь к ней всем корпусом так, чтобы его взгляд оказался на уровне её глаз. Эти вишнёвые радужки и расширенные зрачки Шелара узнала сразу же и, ахнув, отступила. Он же оскалился привычной безумной улыбкой. – Нравятся ли его сумрачные липкие объятия?
– Нет, – она медленно шагнула назад, собирая ладонью холодную воду, и брезгливо стряхнула её, остановившись. – Мне не нравится туман.
– О! Мне кажется, мы уже встречались, не так ли? У вас то же прекрасное чувство? – вздохнул Алый, отталкиваясь от поручня и делая к ней шаг с хищной улыбкой, останавливаясь совсем-совсем близко. – Ваши глаза стали ещё чудеснее, чем в тот миг, когда та сталь пронзила моё тело!
Алый мечтательно облизнулся и прижал ладонь к животу, скрытому под приталенной чёрной курткой. Шелара нервно сглотнула и сделала ещё два неверных шага назад. И оказалась в плену чужих рук, поймавших её за плечи. Кто-то заботливо прижал её к себе, переместив одну руку на талию. Влажный туман сделал гуще и богаче ароматы лаванды и кедра, они бархатисто окутали Шелару. Алый взглянул на того, кто стоял за её спиной, и отступил, не прекращая улыбаться.
– Не пугай мою маленькую принцессу, Алый, – попросил Альшер, обнимая девушку. От его рук и прикосновений становилось как будто бы теплее. Не такой уж он и Ледяной. – Иначе отвечать придётся передо мной.
Мираль с интересом изогнул бровь:
– Даже так? Мы с леди всего лишь мило поболтали о её таланте к метанию клинков.
– Неужели есть и такой? – спросил, ни к кому конкретно не обращаясь, Альшер, и провёл пальцами по чёрным волосам, укрывающим её спину. – Нам определённо есть, что обсудить. Не сходишь поторопить Шейлирриана?
Мираль понимающе хмыкнул и, отвесив Шеларе совершенно ненужный и вычурный поклон, отправился к каютам.
Когда они остались наедине, девушке стало немного неловко, она пошевелилась, желая высвободиться из его рук. Но Альшер объятий не разжал, опуская и вторую ладонь ей на талию.
– Ты в порядке? – заботливо спросил арши, касаясь губами её волос.
– Он пугает меня, – тихо призналась Шелара, глядя вслед Алому.
– Неужели наша маленькая колючка всё же чего-то боится?
– Это не смешно. Он…
Она замолчала, не уверенная, можно ли рассказать Альшеру то, что случилось по дороге в Тианшель. Если Алый его соратник, а сам второй принц – извечный соперник Шейлирриана, то вероятность того, что он причастен к покушению, почти стопроцентная. Шелара изваянием застыла в его руках.
– Что случилось?
Она покачала головой и пошевелилась, желая высвободиться. Но принц медленно развернул её к себе лицом и заглянул в глаза.
– Так чем тебя пугает Алый? Ну же! Ты можешь сказать мне.
Шелара отвела взгляд.
С другой стороны, если он причастен, то и сам знает, что произошло. А значит, ничего секретного она ему не поведает. Решившись, девушка снова подняла на него глаза и призналась:
– По дороге в Шанакарт на нас напал отряд всадников. Он был среди них, пытался убить Шейла, и я его узнала. И он знает, что я узнала.
– Какие у вас запутанные отношения! – хмыкнул демон.
– Ещё какие! Я же его едва не убила.
– Едва не убила? Ты?
Его насмешливый тон заставил улыбнуться:
– Мне повезло. Ну-у, или не повезло, потому что он выжил и теперь…
– Шелара, – вздохнул Альшер, чуть прижимая девушку. – Он ничего тебе не сделает. Но если боишься, я могу остаться рядом с тобой.
– Не надо, – она покачала головой и вдруг нахмурилась, заметив, наконец, что он по-прежнему обнимает её. – А что ты делаешь?!
– Наверное, пользуюсь моментом.
– Тогда заканчивай! – она категорично положила ему ладонь на грудь. – Всё, ты можешь меня отпускать.
– А если я не хочу?
– Всем нам приходится иногда делать то, что нам не хочется.
Шелара решительно вывернулась из заботливой хватки принца и непокорно встала у поручня. И без особой радости отметила, что пророненная с пафосом фраза отчасти относилась к ней самой: долгожданная свобода оказалась с привкусом холода и промозглого туманного неудовольствия. Возможно, что-то такое отразилось на её лице, потому как Альшер тихонько рассмеялся, опираясь ладонями на планширь.
– А ты не знаешь, сколько сейчас времени?
– Опять пытаешься сменить тему?
– Отчасти. Но мне на самом деле интересно.
– Когда я выходил из каюты, было около восьми утра. Ты рано встала.
– Как оказалось, мне плохо спится на открытой воде.
Шелара непроизвольно поёжилась, вспоминая ощущение маслянистой крови на щеках и обеспокоенное лицо Альшера в своём сне. Счастьем было видеть его в добром здравии, привычно шутливым и очаровательным. Она отвела взгляд и засунула руки в карманы куртки, рассеянно глядя на тёмные волны Океана.
В его глазах мелькнула едва заметная тревога.
– И что тебе снилось?
– Не хочу вспоминать. Один жуткий сон. Я даже проснулась.
Альшер костяшками пальцев провёл по её замшевому рукаву:
– Если это повторится, приходи ко мне, моя каюта рядом, и кошмары тебя больше не потревожат. Там чудесно спится, я проверял.
Шелара усмехнулась в привычной беззаботной манере:
– Ты страшнее моих снов, Альшер!
– Неужели? Чем же?
– Они не реальны, и от них я хотя бы могу проснуться.
– Пожалуй, так, – опустил ресницы демон, глядя на неё сверху вниз. – От меня не сможешь.
– Но я всё равно попробую. Долго нам плыть?
Он посмотрел на горизонт, в сторону Материка:
– К вечеру, при попутном ветре, будем в порту Свободного города. Попутный ветер, разумеется, с Шейлирриана.
– Мы идём к Свободному городу?
– Да, проникнем на Материк через «чёрный ход»: обойдём стороной Приграничные леса и людские патрули. У выходцев из Свободного особые отношения с властями людей: наёмники оказываются очень полезными, когда нужно решить проблемы с нежитью. Или с «житью».
– Я слышала, там много изгнанников из Шанакарта. Они не будут против нашего появления на их земле?
– Нас, конечно, постараются как можно скорее выпроводить. Может, даже кинут пару камней или кинжалов… Но я надеюсь, что золото растопит лёд недопонимания.
– Ты ведь у нас Ледяной демон, тебе виднее, отчего тает лёд.
– Есть много факторов, – улыбнулся он одним уголком губ.
Вышло как-то скромно, и от этого ещё более волнующе, чем обычно, Шелара порозовела и отвернулась, пока он не заметил. В присутствии этого арши приличные мысли, как на грех, практически не посещали голову. Да что с ней такое?! Это же Альшер! Она вздохнула, отгоняя наваждение.
– Ты сказал, мы будем на Материке вечером. А потом?
– Зависит от того, как встретят горожане. Если удастся уговорить мэра, то останемся ночевать, если нет – лучше бы нам до темноты выехать за пределы города. Мы будем вне их законов.
– А кто у них мэр?
– Иссалирион Лорс, полукровка-арши, рождённый в Городе. Он не имеет к нам счетов, поэтому мы можем рассчитывать на минимально враждебный приём.
– Пара камней и кинжалов, говоришь?
– Это же лучше, чем несколько тысяч мечей?
– Вот оно как! – понимающе качнула головой Шелара. – И Шейлирриан пошёл на такой риск?
Альшер доверительно склонился к девушке, вновь обдавая её ароматом лаванды и кедра:
– А он ещё не знает. Мы все ждём его пробуждения, чтобы устроить импровизированный Совет.
***
Виаль взмахнул тонкой ладонью, и тёмные ремни, за годы использования сотни раз пропитанные литрами чужой крови и сотни раз высохшие и намокшие вновь, туго затянулись на белых запястьях обнажённого мужчины, распростёртого на сером каменном столе. Он был без сознания, в потускневших, некогда рыжеватых волосах, сосульками свисавших с края, застыли комья грязи и склизкого мха, покрывающего стены местных темниц. По полу вокруг камня были разбросаны ошмётки его одежды, в них медленно искали пути к новым горизонтам хрупкие улитки и жирные слизни.
Виаль подошёл к столу вплотную, под его ногами захрустели тонкие панцири, превращаясь в осколки. Демон внимательно осмотрел свою жертву. Очень худ, кости уже выпирали из-под посеревшей белой кожи, плоть нехотя служила хозяевам, выжимая из них самые остатки Силы. Сколько они ещё протянут здесь? Найдёт ли он разгадку?
Виаль провёл ладонью по груди своей новой жертвы, по впалому животу. Кожа теряла гладкость, дубела от грязи. По его боку лениво полз слизень, оставляя скользкую дорожку. Демон смахнул его краем ножа на пол и приступил к эксперименту номер бесконечность.
***
Калерна лежала в окружении пуховых подушек, обласканная мягким шёлком постели, согретая теплом одеяла, и не чувствовала ровным счётом ничего. В груди было так пусто, словно оттуда что-то вынули, оставив лишь саднящее чувство утраты. Притуплённое и не проходящее.
Бездумно, не мигая, она смотрела вверх, перед собой, над ней нависали тяжёлые складки алого полога, испещрённые золотыми узорами, похожими на розы, и иногда то начинало казаться, что она падает в них, то, что они сейчас обрушатся на неё. Но текли минуты, возможно, часы, и ничего не происходило. Только изредка затуманивался и искривлялся вид полога. А потом по щеке прокатывалась остывающая слеза, и всё вновь становилось предельно чётким.
– Вставай, Калерна, мы должны подготовиться к званому обеду.
Она даже не услышала, как в комнату вошла мать, пока та не заговорила с ней. Высокая, безупречная во всём, темноволосая леди в светло-жёлтом платье прошла по ковру и села на край кровати, возле дочери. Она окинула её сочувствующим взглядом и тяжело вздохнула. Всё закончилось так, как только и могло закончиться. Но разве она виновата, что потеряла всё, доверившись чувствам? Так и живут демоны, вся жизнь – огонь, а у Калерны – пепел. Так сложилось. Мать протянула руку и сжала безжизненное, но тёплое, запястье девушки.
– Ты никому не должна показывать свою слабость. О тебе и так сегодня станет шептаться весь Двор. Не хватало ещё к тому же убедить их, что ты страдаешь.
– Мне всё равно. Пусть говорят, что вздумается.
– А мне не всё равно. Довольно с нас слухов. Вставай и улыбайся лорду Сарринтелю, раз уж он снизошёл до нас.
– Снизошёл… – фыркнула Калерна.
– Именно снизошёл! Род виконтов Сарринтель сейчас один из самых влиятельных. Тебе напомнить, что у них общие корни со Старейшинами Тайконер?
– Не надо, – Калерна устало прикрыла ладонью глаза. – Я помню. Тайконер в Совете поддерживает Инниара и Селлестераля. Альшер позаботился, чтобы такой компромат, как я, оказался в рядах их соратников.
– Это не так уж плохо. Их позиции значительно крепче, чем у своры Вилькортина.
– О, мама! Опять эта политика! Избавь меня от этого!
Девушка бессильно повернулась на живот и спрятала лицо в подушке.
– Не могу. Свой шанс выйти замуж по любви ты потеряла. Теперь ты сделаешь так, как выгодно роду.
– Я не выйду за Сарринтеля. Клянусь!
– Хватит! – осадила её мать, поднимаясь. – Ты сейчас же встанешь, приведёшь себя в порядок, наденешь платье, которое я приготовила для тебя, и встретишь лорда самой очаровательной улыбкой, на которую способна. И не дай Боги, чтобы она сошла с твоих губ хотя бы раз за этот вечер!
Калерна не ответила, не поднимая от подушки головы.
***
– Мы идём к берегам Свободного города?
О, как много эмоций слилось в тихом голосе Шейлирриана! Здесь было и удивление, и неудовольствие, и внимание и почти утверждение. Чудесное сочетание, чтобы начать Совет.
Альшер в ответ любезно повёл головой и раскатал по столешнице, обитой нескользким красным сукном, тугой рулон карты. Эжен, стоявший по левую сторону стола, разгладил пергамент и прижал его кромку стальным держателем. Лист стал гладким, как кожа юной красавицы. Альшер навис над картой и требовательно указал на кусочек суши, выделенный оранжевым пунктиром.
– Я уже говорил Шеларе, скажу и тебе. Прибытие на Материк через Свободный город даст нам возможность сократить путь и миновать Приграничные леса. И стражей в этой части Объединённого королевства почти нет.
Сейчас он был без перчаток, и Шелара засмотрелась на пару плетёных платиновых колец, украшавших его указательный и средний пальцы. На левой руке зеркальным отображением красовалась ещё одна пара подобных колец, довольно изящных и широких, с переливом золота.
– Стражи людей никогда не были нам помехой, мы спокойно проходим все границы. Дипломатический скандал с демонами им не нужен. Я не вижу смысла прятаться по секретным тропинкам Свободных, – возразил наследник. Айша, стоявшая за его плечом, согласно кивнула.
– А ты бы предпочёл, как в прошлый раз, гордо проехать на даркинтах по всем центральным трактам Четырёх королевств? Боюсь, что с оружием и четырьмя арши будет сложнее сохранять инкогнито.
– Тем более, нам, – добавил Эжен. – Алый, как бы это ни звучало, словно красная тряпка для Стражей, тем более, в нашей компании. Воспоминания о войне ещё свежи.
– Кстати, где он? – обернулась Айша.
– Кто-то должен был остаться за рулевого.
– О, Боги! Он же сейчас развернёт корабль грабить торговые галеоны!
– Отнюдь, – пожал плечами князь. – Я сказал ему, что мы идём грабить Свободный город.
– И что ты скажешь ему, когда мы достигнем Города? – изогнул бровь Шейлирриан.
– Я решаю все проблемы последовательно. Кроме того, я политик, мне иногда приходится лгать, и это не вызовет во мне внутренних противоречий, – признался Эжен, складывая на груди руки.
– Мне ты тоже когда-нибудь врал? – шутливо сощурился Альшер.
– Конечно, нет! – с улыбкой покачал головой Эжен, глядя другу прямо в глаза, и оба рассмеялись.
Шелара прикусила губу, чтобы не последовать их примеру и опустила голову.
– Вопрос о Свободном городе ещё открыт, – напомнил Шейлирриан.
Альшер откинул мешавшую прядь волос за плечо и вновь склонился над картой. Упрямая прядка опять соскользнула вперёд.
– Мы продумали весь маршрут. Алый сказал, что ты собираешься к Мертвенным болотам в районе Гиблых лесов. Я предлагаю, – арши протянул вбок раскрытую ладонь, Эжен вложил в неё алый карандаш, – от Свободного ехать к городу Трэса, затем в Улей, в Сочну, в Саю и, наконец, в лес. Тебе, кстати, какое-то определённое нужно или любое болото подойдёт?
– Я не знаю, – признался наследник, впервые задумавшись над тем, что он будет делать, когда достигнет болот, чем заслужил чуть снисходительный взгляд от брата.
Эжен заглянул в карту.
– В то время, когда составлялась карта, крупных трясин было около десятка, и все в северной части леса, – Эжен забрал карандаш и отметил самые крупные пятна чёрной штриховки. – Не думаю, что ландшафт сильно поменялся. Можем от Сочны проехать напрямую в лес и просто прочесать местность.
– Разумно, – согласно кивнул Альшер. – Если найдём какие-то следы конницы, которые ещё чудом не смыло дождями или временем, перекопаем болото.
– Нет, – подал голос Шейлирриан, нарушая воцарившуюся идиллию.
– Что?
– Мы должны ехать через Саю.
– Почему? Что такого важного в этой дыре? – скептически посмотрел на карту Альшер. – Клад ты в ней что ли закопал?
– Твоё чувство юмора оставляет желать лучшего, – ядовито резюмировала Айша.
– Оно у меня хотя бы есть, любезная леди Айшариль. Так что с Саей?
– Мы должны там побывать. Именно оттуда пришло ко мне последнее известие об отце.
Эжен и Альшер переглянулись, и князь многозначительно полуулыбнулся. Второй принц кивнул.
– Тогда сделаем крюк. От Саи поедем на юго-запад, заедем в лес южнее и проинспектируем каждое болото на пути.
– Нет, – вновь упрямо покачал головой наследник.
– Твои поправки? – взмахнул ладонью брат.
– Мы осмотрим каждый клочок земли в Сае и там уже решим, куда двигаться дальше.
– Ну или так, – легко согласился Альшер. – Ещё возражения есть?
Шейлирриан задумчиво посмотрел на алый ковёр с золотой отделкой, устилающий пол в капитанской каюте, и мысленно прикинул план, который предложили Альшер и Эжен. Возражений, к сожалению, не находилось. Эти двое умели готовить операции.
– Пока я соглашусь.
– Отлично, – Альшер убрал с карты держатель и, свернув её в тугой рулон, убрал в металлический тубус. – Выпьем чаю?