Пробуждение Чёрного Дракона
- -
- 100%
- +
Имард тоже задавался этим вопросом. Времени чтобы подумать катастрофически не хватало. Они позаимствовали у градозащитников военную форму, облили их остатками медовухи из фляги Имарда, заперли в погребе. То, что до сих пор никто не поднял тревогу, и так – настоящее чудо.
Имард выдернул клинышек, которым так успешно заблокировал выход, поднял засов, потянул на себя дверь. Она поддалась слишком легко.
Внушительных размеров стражник перегородил выход во двор крепости. За его спиной стояли ещё пятеро.
Нутро Имарда сжалось как пружина. Сражаться? Отступать? Сдаться? Шансы выйти живыми из этой передряги стремительно обращались в ничто.
Стражник мутным взглядом окинул охотников, пробормотав извинение, протиснулся между Имардом и Рэдой. Остальные прошли за ним, но последний остановился напротив Рэды.
– Эм… а… ты… новенькая? – пьяно спросил он, уперевшись рукой о стену рядом с лицом Рэды.
– Ага, – согласилась она.
– Вот, угощаю. – Он всучил ей флягу. – За здоровье сотника Волиса!
Под его сальным взглядом Рэда откупорила сосуд.
– За здоровье. – Она приложила горлышко к губам, сделала глоток.
Донёсся тонкий хвойный аромат пойла. Морокух. Свартова отрава! Имард едва сдержался, чтобы не выбить флягу из рук племянницы.
– Это всё мне? – вытерев рот рукавом, невинно поинтересовалась Рэда. – Ты такой щедрый!
– Я о-очень щедрый, – согласился стражник.
– Нам нужно идти, – вмешался Имард.
– Ещё поболтаем, – пообещала Рэда и проскользнула под рукой градозащитника к выходу.
Как только за ними закрылась дверь, Имард отобрал у племянницы флягу, принюхался. Хвойный запах ему не померещился.
– Тебе ведь хватило ума, не пить эту дрянь?
Имард огляделся. Во дворе – никого. Выход из ямы прятался в тени восточной стены, и отсюда было не заметно, что решётка из брёвен разворочена.
– А что такого? Ты вот в последнее время постоянно к своей прикладываешься, – фыркнула Рэда, направляясь к арке выхода из крепости.
– Там морокух! – Он догнал племянницу.
– Морокух… надо же. А такой приятный вкус…
– А вот твой труп через пару лет будет не слишком приятным.
– Ой, да мы может и года не протянем. Забыл, в чем нас обвинили? – Рэда оглянулась на возвышающуюся над крепостью Башню Раскаяния, на последнем этаже которой располагался кабинет Главы градозащитников Омакпайи Софэна Батиса. – Не занудствуй.
– Если я снова увижу тебя вот с этим… – Тон Имарда приобрёл угрожающий оттенок. Он поднял флягу на уровень лица племянницы. С ней нельзя поговорить по-человечески, она готова была бесконечно придумывать язвительные отговорки.
Рэда отмахнулась от фляги.
– Ладно-ладно, успокойся. Не пила я эту гадость. Мне и своих пороков хватает для счастливой жизни. – Последнюю часть фразы племянница сказала шёпотом. Они подходили к арке выхода из крепости.
В боковом помещении находился механизм подъёма ворот. В такой же комнатке напротив был механизм, опускающий мост через широкий ров, окружавший крепость. Как правило, внутри дежурили по одному.
– Угостим наших доблестных градозащитников приятным хвойным напитком? – поинтересовалась Рэда, когда они остановились у узкой двери.
Имард нахмурился, ему не нравилось предложение. Во-первых, у него внутри всё передёргивало от мысли, что он будет потворствовать зависимости стражей закона от этой отравы. Во-вторых – это каралось смертной казнью. Кто сказал, что все градозащитники Омакпайи забыли о чести и долге? Что если стражник, что отвечал за механизм подъёма моста – порядочный человек?
Открытая фляга перевернулась горлышком вниз. Розоватая с ярким хвойным запахом жижа тягуче полилась на землю. Рэда закрыла распахнутый от удивления рот.
– Значит, по старинке? – прошептала она, когда фляга опустела. – Я посторожу, а ты твори там свою риардайядорскую «магию».
Он кивнул и постучал в узкую дверь.
– Эй! Внизу! – прогремел раскатистый мужской бас. – У ворот!
Имард осторожно обернулся. Стараясь не задирать голову, посмотрел на стену в поисках кричавшего. Жаль, что форма градозащитников не предусматривала шлемов или капюшонов, под которыми так удобно было бы прятать лица.
– Слышите?! – продолжал кричать стражник со стены. – Скажите, чтоб ворота открывали.
– Чего вам? – Сонный градозащитник, приоткрыл дверь комнаты с подъёмным механизмом, заставляя охотников отступить в сторону.
– Ворота открывай! – нетерпеливо крикнул стражник со стены.
– Кого там на ночь глядя принесло, – заворчал градозащитник и скрылся в комнатке.
– Второго разбудите! – не унимались со стены. – Ну! Живее!
Охотники одновременно подорвались ко второй двери.
Зазвенели цепи подъёмного механизма. Шамрисы взяли на себя почётную обязанность распахнуть ворота для гостей крепости. Сняли тяжёлый засов, потянули двери, открывая нараспашку, поспешили поднырнуть под поднимающуюся решётку.
Мост опускался. Цепи натужно звенели, разматываясь с деревянного барабана.
Имард просчитывал варианты. Они почти сбежали из крепости. Почти. Осталось преодолеть ров и торговую площадь. Главное, чтобы входящие в крепость не обратили на них внимания, не подняли тревогу.
Он бросил взгляд на Рэду. Та была напряжена словно кошка перед прыжком. Пальцы сжимали древко копья. Глаза следили за опускающимся мостом. Племянница повела плечами, будто прикидывая, сможет ли запрыгнуть сейчас на мост, а оттуда сигануть на тот берег.
– Спокойно, мы почти выбрались. – Имард поправил Рэде волосы, прикрывая ворот котты. Кровь раненой стражницы слишком сильно пропитала одежду.
Мост с мерзким скрежетом замер на уровне глаз Имарда, словно что-то заклинило. Рэда шагнула вперёд, остановилась, оглянулась на Имарда, не решаясь предпринять что-либо. Имард подошёл, со всей силы толкнул мост ногой, и тот резко полетел вниз, с грохотом бухнулся на землю, поднимая клубы пыли.
Холодный свет опускавшейся к горизонту Старшей луны обрамлял градозащитника с копьём, двух его спутников и двух лошадей по ту сторону рва. Фигуры в широких плащах было сложно распознать. Лица охотников Старшая освещала намного лучше. Имард опустил голову.
Первыми с места сдвинулись фигуры в плащах. Потянули за собой лошадей. Рэда тут же двинулась им навстречу. Имард догнал её, стараясь выглядеть стражником при исполнении. Целеустремлённый, задумчивый, хмурый. Такой, чтобы ни у кого не возникло желания остановить.
На середине моста, когда они поравнялись с гостями, Имард почувствовал удушающий приступ паники. Сердце неровно ускорилось. Пальцы рук начало покалывать. Мир сузился в одну маленькую точку, – на человеке, проходящем мимо.
Имард подавил желание бежать как можно быстрее. Затылком почувствовал на себе пронзительный взгляд человека в плаще.
Головная боль, сидевшая глубоко под черепной костью, лавиной рванула наружу. Имард пошатнулся. Племянница вовремя дёрнула его за котту, оттаскивая от края моста.
– Не судите строго… – словно сквозь солому послышался голос стражника, сопровождавшего людей в плащах. – Главу Софэна многие любили. Мировым человеком был! У нас все сейчас слегка не в форме… Идёмте.
– Переигрываешь, – шепнула племянница, потянув Имарда к ближайшему переулку.
«Выбрались», – мысленно выдохнул он.
Боль отпускала. Но чувство тревоги усилилось. Приступы стали слишком сильные. Слишком непредсказуемые. Следующий – мог стоить им жизни. Закрывать на них глаза и дальше было опасно, только вот что он мог сделать?
Прийти в храм Энга'арта? Пасть ниц перед Богом, в которого не верил?
Возможно, настало время вернуться в Риар Дайядор, почувствовать успокоение того места, которое Имард мог назвать домом, поговорить с наставником.
Имард мотнул головой, пытаясь переключиться на насущные проблемы. Прежде всего необходимо добраться до укрытия.
Глава 12. Убежище
13 листопад 268 года
Многое, о чем говорится в писаниях – ложь. Сегодня я развеяла ещё одну легенду.
На труп наткнулась случайно. Заметила ворон, кружащих над чем-то в поле. Мужчина, похожий на пастуха. Даже остыть не успел.
Я подготовилась. Сняла ленту с трупа, связала ему руки и ноги. Соорудила подстилку из сухого лапника, развела несколько костров неподалёку, подготовила факела и масло, чтобы сжечь тело, если оно начнёт оживать.
Отвар из элеуха помогал мне бодрствовать. Я отгоняла падальщиков три дня и три ночи. На четвёртую ночь не выдержала и уснула. А когда проснулась, труп продолжал лежать на том же месте. Мужчина так и не воскрес. Не стал атанарием 13 . Легенда оказалась ложью.
Возможно, и о патакэисах 14 нам всё врут?Я не видела ни одного проявления настоящей магии. Всё можно было объяснить явлениями природы, совпадениями или клеветой.
Меня всё больше страшит мысль:
«Что если все те люди, которых мы казнили за колдовство, были невиновны?»
– из личных записей орбэнарта Санэйи Сарэтис
24 посевен 299 года эпохи Лунного Древа~ Имард Шамрис ~Тёмные переулки, брешь в стене, что окружала квартал ремесленников, остатки строений старого города. Имард и Рэда несколько раз останавливались в заброшенных постройках, чтобы переждать дозоры. Затем продолжали двигаться прочь из города.
Небо на востоке начинало светлеть, когда Шамрисы добрались до надёжного укрытия.
Узкая тропинка, заросшая малинником, вела к каменным развалинам поместья древнего золотого рода Эрдаисов. В стене дальнего коридора южного крыла у Имарда находился небольшой схрон.
Они прошли между облупившихся колонн, которые украшали центральный вход в здание. Лестницу завалило камнями. Стебли дикого винограда оплетали столбы, цеплялись за стены, обрамляли зияющие в них дыры. Крыша поместья давно обвалилась, большая часть верхних этажей тоже.
– Это и есть твоё тайное убежище? – насмешливо спросила Рэда, пряча глаза полные восторга. Развалины были её страстью. Она могла часами исследовать каждую комнатку, взбираясь на полуразрушенные башни, спускаясь в затопленные подвалы, ища несуществующие сокровища.
За ближайшим проёмом виднелись покосившиеся колоннада и сводчатые окна главного зала. От лестницы, что вела в него, осталась лишь чудом уцелевшая верхняя ступень.
На уровне пояса. Рэда с разбегу опёрлась на копьё и подпрыгнула. Послышался хруст. Древко надломилось, и племянница плюхнулась на землю.
Имард сдержал смешок.
– Добро пожаловать в поместье Эрдаисов, – сказал он, без труда заскочив на ступень.
– У этих градозащитников даже копья прогнили. – Рэда приподнялась, обиженно взглянула на сломанное копье и откинула его.
Имард протянул племяннице руку. Та, на этот раз, соизволила принять предложение помощи. Возможно, ей надоело позориться. Имард надеялся, что это чувство задержится у неё дольше обычного.
Тайник находился в центре длинного коридора – в дыре у основания стены. Имард убрал камни, пошарил рукой, выудил мешок. Сухой. Невредимый. Такой, каким он его оставил три года назад. Хоть что-то в этот день складывалось по плану.
Завязки мешка не поддавались. Тонкая верёвка затянулась тугим узлом. Имард не стал с ней возиться и дёрнул, разрывая.
Сверху лежал кошель. Двадцать золотых, сорок серебряных, десять медных, если не изменяла память. Этого должно хватить на первое время.
– О, а это мне, – обрадовалась племянница, вытаскивая чехол с метательными звёздочками. Оружие было хорошо заточено, Имард другого не держал, но Рэда всё равно проверила пальцем остроту лезвия.
Среди припасов был тёмно-синий старенький балахон. Подобные любили носить отшельники. Длинный с глубоким капюшоном, он полностью скрывал фигуру. Жаль, что балахон только один. Охотникам не мешало бы сменить приметную форму градозащитников.
Имард бросил балахон племяннице. Скинув окровавленную котту, Рэда закуталась в мешковатую синюю ткань.
Вино. Он и забыл, что припрятал здесь бутыль отменного дэрдийского вишнёвого. Пробка с хлопком освободила горлышко. Имард сделал большой глоток. Терпкая жидкость согрела глотку.
Рэда недовольно хмыкнула, он отлепился от бутыли. Предложил вина ей. Она качнула головой, отказываясь. И когда это она успела стать ханжой. Впрочем, с выпивкой племянница никогда не дружила. Слишком быстро пьянела, ввязывалась в сомнительные истории, а наутро ничего не могла вспомнить.
Под недовольным взглядом Рэды, Имард сделал ещё один неспешный глоток. Этот сумасшедший день закончился. Укрытие найдено. Можно чуть расслабиться. Впрочем, нескольких глотков было достаточно.
Пустая фляга, привязанная к ремню, ждала, когда её наполнят. Имард достал флягу, откупорил, принялся переливать вино из глиняной бутыли в более надёжный сосуд. Вишнёвый аромат стелился по коридору.
Небольшая фляга быстро переполнилась, алая жидкость окропила землю.
Следы сапог на земле. Кто-то прошёл здесь совсем недавно. Кому могло понадобиться это заброшенное поместье? Бродяги? Бандиты? Искатели сокровищ?
– Здесь кто-то был… Двое. – Он присмотрелся. Широкие, твёрдые шаги перемежались с лёгкой, едва различимой поступью. Скорее всего, мужчина и женщина.
– Жди здесь.
Он направился по цепочке следов. Нужно выяснить: что потребовалось в развалинах этим людям, опасны ли они?
За столетия от прежней роскоши поместья Эрдаисов не осталось ничего. Лишь полуразвалившиеся стены, скелеты винтовых лестниц, завалившиеся колонны.
Лёгкое головокружение сбило Имарда с шага. Головная боль возвращалась. До жути захотелось заглушить пульсацию в висках вином. Он остановился, переводя дыхание. Сдержал порыв откупорить флягу.
Следы терялись в тёмном коридоре среди плоских камней.
Среди ночных звуков, на грани слышимости, Имард различил тихую поступь. Он затаил дыхание. Звук мягких шагов за стеной становился громче, приближался к проёму, но всё равно был едва уловим. Так могли ходить дикие кошки или опытные следопыты.
По ту сторону стены тонкий металлический звук завибрировал в воздухе. Этот звук был хорошо знаком охотнику, – неизвестный противник достал из ножен меч. Опасный. Очень опасный противник.
Имард покрепче перехватил копьё. Не самое удобное оружие в узких коридорах.
Звон. Далёкий звон эхом пронёсся по развалинам. Противник Имарда замер и тут же ринулся на звук. Имард поспешил наперерез. Где-то там была Рэда. Она вступила в бой.
Пробегая по извилистому коридору, Имард наткнулся на висящий на стене балахон, тот самый, в который переоделась Рэда. Балахон был проткнут метательной звёздочкой.
Охотник побежал дальше. Не было времени разбираться в том, что здесь произошло. Бой продолжался совсем близко. Но вдруг затих.
Вынырнув из проёма, Имард увидел Рэду. Живая. Она стояла высоко на полуразрушенной стене в объятьях черноволосого мужчины. Коричневый плащ скрывал его фигуру. Такой же плащ носил один из гостей крепости градозащитников, которые так удачно посодействовали побегу.
Имард силился понять происходящее. Похоже, что черноволосый удерживал Рэду от падения со стены. Они не шевелились. Она с улыбкой смотрела на него. У неё был меч. У него был меч. А в руке женщины, обходившей стену, был нож. Она занесла руку, чтобы метнуть его в Рэду.
Охотник одним прыжком преодолел расстояние до женщины. Выкинул копьё перед собой, удерживая рукой за обух, хлестнул основанием наконечника по руке. Нож отлетел в траву. Имард прижал древко копья к горлу противника, сдавливая гортань. Резкий толчок впечатал Имарда в стену. Через мгновение он летел через голову в другую сторону. Ударился лопатками о колонну, сгруппировался и отскочил, уклоняясь от меча.
Тем временем черноволосый свалился со стены. В последний момент ему удалось извернуться, он приземлился на ноги, перекатился в сторону. Рэда прыгнула следом, атакуя коротким мечом.
Противница Имарда рубанула мечом наискосок. Охотник чудом успел разорвать дистанцию, пригляделся к лицу и узнал.
– Тара?..
Тара Нарис. Три года прошло с тех пор, как Имард видел её последний раз. Здесь. В развалинах поместья Эрдаисов. Тёмно-рыжие с проседью волосы убраны в тугую косу. Глубокий рваный шрам расчерчивал скулу.
В глазах пылал огонь ярости.
– Тара… Прими мои соболезнования. Софэн был достойным человеком. – Имард начал догадываться о том, какую боль испытывает Нарис. И кого винит в этой боли.
– Ты смеешь говорить о нём?! – Тара атаковала. Неистовый гнев изливался через смертоносные взмахи её меча.
Имард поймал её движение, прижал копьём лезвие меча к земле. Она ударом ноги переломила древко. Он ушёл в сторону от укола, доломал копьё, разделяя его на две части. В узких коридорах с таким оружием было чуть удобнее.
Краем глаза Имард следил за боем племянницы и черноволосого мужчины. Узнал и его. Тэпат Ши – первый ученик Парда Сэмтиса, правая рука Тары.
Рэда ушла от удара меча Ши, скрылась за стеной. Он последовал за ней.
Имард знал, что они проиграют. Рэда, несмотря на всю свою прыть, была не ровней тэпату Ши. Даже удивительно, что она так долго продержалась против него. А Имард… Он не хотел навредить давней подруге, не мог всерьёз сражаться против неё. Нужно её убедить. Но как? Как достучаться до сердца, полного боли?
Нарис резанула по диагонали. Имард уклонился. Ухватил её за руку. Шагнул за спину. Развернул и прижал к стене.
– Я бы никогда… Я знаю, как он был дорог тебе, – произнёс Имард.
Из стены рядом вылетели камни. Имард расслышал приглушённый стон Ши. Почти сразу на площадку кубарем выкатилась Рэда. Следом выбежал тэпат. Она кинула песок ему в лицо. Тот прикрыл глаза рукавом. Успел защититься от укола мечом. Атаковал.
– А она? У градозащитников есть доказательства. – Нарис кивнула на Рэду.
– Свора лживых псов! Нас подставили, – выругался Имард и отпустил Тару.
Как его давняя подруга могла вообще в это поверить? Они вместе служили, вместе сражались в Кровавой войне. Столько раз спасали друг другу жизнь, что не счесть.
Нарис приняла боевую стойку, направила кончик меча на горло Имарда, но нападать не спешила. Она смотрела в глаза, взвешивала его слова на хрупких чашах доверия.
Он выдохнул. Кажется, уговоры начали действовать. Осталось угомонить остальных.
– Рэда! Ши! Хватит! – раздраженно крикнул Имард.
Они замерли и обернулись его на голос. Задумчивое выражение на лице племянницы озарилось коварной улыбкой.
«Сварт! Когда же эта девчонка начнёт слушаться?!»
Рэда ударила Ши исподтишка. Выхватила из его руки меч. Напала уже с двумя. Ши выбил ногой меч из левой руки племянницы. Перехватил правую, заломал. Меч вылетел, звякнул по камням, исчез в молодой поросли кустарника.
Рэда вывернулась из захвата, подсекла ноги Ши.
Имард устало опустил изрубленные куски копья, посмотрел на Тару.
– Знакома с моей племянницей? Никогда меня не слушает… – Имард кивнул на Рэду.
– Ши полезно иногда размяться… – с сомнением произнесла Нарис.
Безоружные, Рэда и Ши продолжали сражаться. Рэда дикой кошкой играла с противником, подныривая под его атаки, ища уязвимые места, пытаясь обмануть, запутать. Ши словно читал каждое намерение Рэды до того, как она начинала атаковать, успевал блокировать удары, молниеносно отвечал точными, отработанными до абсолюта движениями.
Рэда вошла во вкус. В её глазах играл озорной огонь. Имард удивился, заметив под маской невозмутимости Ши такие же искры удовольствия от схватки.
Имард увидел на земле метательный нож, который выбил у Тары. Тот самый нож, что он подарил ей когда-то. Имард осторожно присел и поднял оружие.
– Ты его сохранила… – Он протянул нож Таре.
Она никак не отреагировала на этот жест.
– Ты мне веришь? – спросил он.
– А я должна?
Имард вложил рукоятку ножа в ладонь Тары, приставил острие к своему горлу, даря Нарис власть над его жизнью. Рука Тары дрогнула, но она не стала её убирать. Плотнее прижала лезвие к коже. Внезапный приступ головной боли едва не вырвал стон из уст Имарда. В глазах потемнело. Только не сейчас!
Послышался полный недовольства рык Рэды. Ши прижал меч к её шее, не давая пошевелиться.
Теперь охотники полностью зависели от решения Тары. Поверит ли она его словам настолько, чтобы отпустить?
– Дай нам уйти, – попросил Имард, собственный голос он слышал словно сквозь толщу воды. С трудом удалось всплыть на поверхность, вернуть ясность сознания. Головная боль отступала.
– Лучшие следопыты Этвата пойдут за вами, – ответила Тара, нацепив непроницаемую маску спокойствия.
– Они нас не найдут. Если ты им не поможешь, – горько улыбнулся Имард.
Тара знала большинство его схронов и убежищ. Они вместе создали многие из них. Поэтому она так быстро появилась в развалинах поместья Эрдаисов.
Невыносимо долгая пауза прервалась шумным выдохом Тары. Она убрала нож от горла Имарда, спрятала в ножны меч.
– Ши, отпусти её, – сказала она.
Тэпат замер, растерянно уставившись на Тару.
– Это приказ, – сказала Нарис.
Тэпат отпустил Рэду, убрал меч в ножны.
Племянница, заправив за ухо упавшую на лоб прядь, направилась к Имарду. Серебряная серёжка-кинжал в левом ухе Рэды показалась всего на миг и тут же спряталась под непослушными волосами.
Тара провернула в руке нож, убрала его в ножны на поясе, развернулась и, не прощаясь, пошла в сторону выхода. Ши подобрал второй меч, направился следом.
– Тхаитран! – крикнул Имард слово искренней благодарности.
Нарис обернулась и бросила ему ножны. С тем ножом, что он подарил ей когда-то. Что чуть не оказался у Рэды между лопаток. Что сейчас стал символом доверия.
Имард благодарно кивнул подруге. Оружие в бегах никогда не бывает лишним. Тара кивнула в ответ и скрылась за стеной дикого винограда.
Он направился к тайнику. Усталость каменной плитой придавливала к земле. Имарду хотелось пойти с подругой, поддержать после такой страшной утраты. Но это невозможно, пока их обвиняют в убийстве потомка золотой крови. Из охотников они стали дичью.
– Поищем убежище понадёжнее? – спросила Рэда.
Имард догнал Тару и Ши, когда те дошли до своих лошадей.
– Я найду для тебя убийцу Софэна, – сказал он Таре, пытаясь отдышаться после бега. – Он за всё заплатит. Клянусь.
Охотник протянул руку. Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем Нарис её пожала.
В тот же миг Имард словно получил удар под дых. Вспышка света ослепила. Осыпаясь золотыми искрами, она явила взору изменившийся мир.
Вокруг раскинулся сад, дальше высилось громада поместья, словно отстроенного заново. Пурпурный флаг с гербом рода Эрдаисов венчал высокую каменную башню.
Перед Имардом стояла Тара. Она была другой. Шрамы исчезли. Огненные волосы густыми локонами спускались до поясницы. Лёгкое бежевое платье струилось по её телу. Глаза светились счастьем.
– Клянусь, – сказал Имард чужим голосом.
Тара тепло улыбнулась. Нежно коснулась его щеки, потянулась за поцелуем.
Имард отпрянул, отпуская руку Тары. Видение рассыпалось клочками золотого тумана. Головная боль ударила по вискам. Воздуха не хватало.
– Что с тобой? – озабоченно спросила Нарис. Прежняя Тара Нарис. В поношенном плаще, штанах и рубахе, с убранными в косу волосами, рваным шрамом на скуле, мечом на поясе. За её спиной виднелись наполовину разрушенная башня поместья Эрдаисов.
– Ничего, – выдохнув, неуверенно произнёс Имард.
Глава 13. Ученик
Великодушие Тхаймоны не знало границ. Она никогда не впадала в гнев или печаль. Была, как чистая воля Энга'арта, добрая и справедливая.
Только со злом чистейшей формы она не знала примирения.
– «Жизнь Великой Тхаймоны Дайядор», Ипюр Шоробис
Империя Этват, предгорье Дайяринн, клан Риар Дайядор~ Пард Сэмтис ~Рассвет врывался в томный мир. Лучи прорезали плотные низкие облака, сверкали на глади Безмятежного озера и рассыпались мириадами бликов на отполированной стали, со свистом вспарывавшей воздух.
На берегу озера обнажённый по пояс Пард Сэмтис с двумя изогнутыми мечами кружился, словно в танце, повторяя замысловатые комбинации движений. Сочетая прыжки и кувырки с убийственными атаками. Клинки то таились в его ладонях, то вспыхивали, как молнии, поражая невидимую цель. Оружие двигалось быстро и точно.
Это место на берегу озера помнило тысячи его тренировок. Невыносимый зной и промозглый холод не останавливали Парда. Упрямый и яростный. Словно самый выносливый и могучий из горных хищников. «Белый Барс» – так переводилось его имя с изначального языка.
Пард остановил вихрь клинков и замер, входя в состояние медитации. Взгляд недвижимо лежал на глади Безмятежного озера.
Внутри Сэмтиса струился Свет Дэйи – сила медитации. Она наделяла его сверхчеловеческой наблюдательностью, позволяла видеть незаметные другим детали. В трёх шагах от него в траву опустился и щёлкал еловую шишку клёст. К самой кромке воды подплыл и схватил водомерку малёк. Слепень влетел в тонкую паутину, рвал её, но не мог вырваться. Порывистый западный ветер хлестнул Парда, принеся далёкий, едва различимый запах дыма. Это риардайядорский дозор на перевале следил за границей с Империей Вируан.