Неминуемая любовь для ректора Амальгамы

Мы с подругой сидели среди адептов посередине большого сада перед главным корпусом. Парни и девушки шептались и разглядывали помост, вытащенный сюда для ректора и преподавателей, рядом с ним высилась таблица, приковывая к себе взгляды.

Я вытянула ноги и облокотилась на скамейку, Илирия пошевелилась, из-за чего её колени неудобно воткнулись мне в спину. Ойкнув, я отодвинулась, подругу захватила таблица, со сформированными для академических соревнований командами. Я подозвала паренька из старшего курса, — они наверняка уже всё выведали.

— Вы в разных, — даже не дойдя до меня, хмыкнул Райдер и отвернулся, махнув золотыми волосами, а я насупилась.

— Проблема, — прошептала Илирия, девушка тяжело вздохнула, но продолжила всматриваться в деревянную доску у помоста.

Золотое солнце озаряло серую траву и редкие, такие же бесцветные кустарники, в нашем мире Амальгамы не было красок, в природе. Ртуть внутри земли подпитывалась ртутью из междумирных врат, населяющих наш мир повсюду, из-за этого мы будто стали похожи на этот металл.

Я оглянулась на Илирию, её прямые серые волосы развевались на лёгком ветерке, от которого шелестели редкие растения, и подруга прислушивалась к этой песне, наверняка успокаивала себя. Она очень надеялась оказаться со мной в одной команде, да и я тоже, но преподаватели решили иначе. Девушка провела пальцем по скуле с алеющей царапиной, и выпрямилась, её приятно-пухлое тело отлично смотрелось в бордовом приталенном пиджаке и обтягивающей юбке, она была гораздо выше меня и не стеснялась показывать фигуру.

Хотя и я не стыдилась, тонкий фиолетовый костюм на мне подчёркивал такие же яркие глаза, а маленький значок свитка из аметиста эффектно сверкал на груди. Хотя мне всегда нравилась рубиновая молния на форме Илирии, я всё равно обожала свой факультет Междумирных Пророчеств.

На помост поднялся Теренс Ноттэ́н, молодой и восхитительно красивый ректор академии Амальгамы, он неизменно облачился в строгий костюм-тройку, угольный цвет выделялся среди формы остальных адептов. Лишь парни и девушки с факультета Охраны Врат гордо высились в чёрной форме по бокам сада, будто показывая всем, что ректор — их человек, выпускник того же факультета.

— Приветствую всех собравшихся, — сильный и приятно грубый голос Теренса пробрал меня до мурашек, и я мгновенно вытянулась, — поздравляю с успешной сдачей теоретических экзаменов. Впереди вас ожидает практика, и ежегодные соревнования. В этот раз победившая команда получит возможность сопровождать претендентов на Испытание Железом, и помимо этого автоматически закроет практические экзамены.

Я восхищённо выдохнула, в этом году преподаватели особенно расщедрились, шанс автоматом защититься на практических экзаменах освобождал тебя хотя бы от нервов учёбы. Взгляд сам упал на ближайшую белоснежную макушку, манящий лип к своей цели, наверняка предвкушая, как утянет её на дно Мантии в конце этого года.

— После сегодняшнего выходного вы приступите к практическим занятиям и подготовке к соревнованиям. Списки команд будут слева от меня, я озвучу их в конце собрания. Если забудете распределение, — ректор снисходительно осмотрел нас, — ищите доску в главном корпусе.

Я задумчиво нахмурилась из-за появившейся идеи. Конечно, использовать пророчества на такого рода встречах неэтично, но я хотела обрадовать подругу. Илирия внимательно слушала Теренса, описывающего вкратце расписание и предстоящие испытания. Затем на его место взошёл декан факультета Охраны Врат и недовольно, заученно отчеканил технику безопасности.

Рука в сумке вполне быстро нащупала свиток, его я вытащила из крохотных врат этой ночью, очень кстати. Пока никто не смотрел, я быстренько развернула бумагу, снова пробежалась глазами по фразе.

«Соприкоснуться руки на этой бумаге, и имена встанут рядом».

Довольно необычное личное пророчество, чаще всего нам попадаются свитки для использования стихийной магии, у каждого адепта целая книга с такими листочками, которые позволяли тратить междумирную энергию на взаимодействия с миром. Это пророчество относилось к более сложным — парным, они влияют на отношения или события двух людей.

— Илирия, — я взглянула на неё, дожидалась пока она повернётся.

— Чарующая?

Недовольно и тихо проговорила она, брови сами сошлись на переносице — не люблю, когда так коверкают моё имя. Проще же — Чара. Я схватила её руку и приложила к свитку, девушка удивлённо замерла, а затем довольно сощурилась.

В этих пророчествах многое было расплывчатым и неточным, что-то додумывалось, и это давало возможность адаптировать их. Сейчас же, наполняя бумагу своей мантийной энергией, накапливающейся в ртутных сосудах по всему телу, я представляла, как наши имена становятся рядом друг с другом именно в журналах преподавателей, и потом — на доске.

— Какое странное, — пролепетала Илирия, прочитав пророчество.

— Наверняка подойдёт девушкам, которые хотят заниматься на тренировках с определённым парнем, а не со случайным, — не смогла я сдержать своих мыслей о выгоде.

А затем улыбнулась, вспоминая занятия спортом с Райдером, он учился на курс выше, а поэтому уже мог тренировать третьекурсников. Как-то мы с ним оказались в паре, было довольно весело и легко, хотя возникла мысль, что он жалел меня.

Ощущая, как пульсируют ртутные сосуды, я прикрыла глаза, услышав, что Теренс уже начал зачитывать список. Энергия Мантии протекала по всему телу, собираясь в свитке, а затем серебряные буквы загорелись, будто их выжигали лучом солнца, и тут же погасли. Мы с Илирией устало выдохнули и с предвкушением переглянулись.

— Команда пятьдесят три, — продолжил Теренс, мне не терпелось услышать результат работы с пророчеством, — Дина Кэл, Чара Раярра, — мурашки побежали по спине, предвкушая результаты пророчества, — Элли Дарнино, Илирия Ялли, Крэй Риано, Виана Ван, Райдер Йендэ.

Мы с подругой облегчённо выдохнули, и неожиданно рядом показалось круглое лицо Райдера, он хитро прищурился и восхищённо осмотрел меня.

— С такой сообразительной адепткой я уверен, что мы будем наверху счёта.

Илирия рассмеялась, я подмигнула ей и запихнула свиток обратно. Большинство пророчеств можно использовать сколько хочешь раз, но некоторые, например, мировые или вообще междумирные были одноразовыми.

— Но, чтобы ваш план был идеальным, — внимательно и серьёзно проговорил Райдер, — вам нужно убедить и самих учителей, которые эти списки составляли.

— Да ты что, — всё ещё улыбаясь, я махнула рукой, — они наверняка уже и не помнят ничего. К тому же каждый год кто-то да подтасовывает команды. Я с тем же успехом могла бы напрямую с Теренсом поговорить.

Я прикусила язык, заметив недовольный и смущённые взгляд Илирии, я старалась не распространяться о своих делах с ректором. Райдер задумчиво посмотрел на меня, наверняка так удивился тому, что я Теренса просто по имени зову.

— Тогда я сам об этом позабочусь, — решительно выдохнув, сказал Райдер, — команд в итоге семьдесят пять, да? — Парень скривился, я знала от него же, что числа не его любимая вещь в мире.

Поэтому кивнула, будет сложно среди семидесяти пяти команд отыскать ту, из которой пророчество вытащило одно из наших имён, но по сосредоточенному взгляду Райдера было понятно, что он готов сам потратить на это время.

Парень улыбнулся, его золотистые волосы приятно блестели на солнце, а чёрная спортивная форма хорошо показывала прелести фигуры. Хотя, мой взгляд плавно перешёл на Теренса, заканчивающего оглашать списки, образ ректора был в несколько раз привлекательнее. Я мечтательно вздохнула, а в голове снова затрезвонил голосок, призывающий сблизиться с ним хотя бы ради поцелуя.

Кивнув на прощание Райдеру, — он спешил на тренировку сразу после собрания, — я прижалась к коленям Илирии. Было заметно, что девушка расслабилась. Это ещё больше уверило меня в правильности ночных вылазок. Как помогать и ей, и себе решать проблемы — только с помощью пророчеств. Чем больше свитков из Мантии в твоей книге, тем сильнее ты считаешься.

Теренс замолчал, давая возможность адептам обсудить своё распределение, а затем поднял руку, призывая к последнему моменту тишины. Его взгляд нашёл мой, лёгкая улыба скользнула по лицу, и мужчина, не отворачиваясь, прожигая своим пылким взглядом, проговорил.

— Мы приемлем мухлеж, — я смущённо улыбнулась, но не отвернулась, — но не в самих испытаниях. Будьте благородны и смелы, а также аккуратны. В связи с пропажами адептов каждый этап будет проходить под строгим надзором, что обеспечит и безопасность, и честность.

Адепты зашептались, каждый понимал о чём речь. В нашей академии есть постоянная опасность — манящие, появляющиеся адепты третьего курса, — в их несуществующей памяти всегда закреплён один человек, цель. Они называли его любимым, лучшим другом или врагом, тем, кто вызывает сильные чувства в мантийных сердцах, разогревает ртуть в сосудах. И если кого-то выбирал манящий, обязательно в конце третьего курса на последнем экзамене, он исчезал в Мантии — пространстве между мирами. Именно беловолосые попаданцы изниоткуда утягивали их туда, обрекали на гибель.

Но в этом году адепты начали пропадать раньше времени, всё моё тело напряглось, ведь до этого мы переживали только за выбранных адептов. Теперь боялись все. Подобно пророчествам, наша академия стала таинственным и опасным местом.

— Желаю всем удачи, — напряжённо проговорил Теренс и кивнул мне на прощание.

Адепты сразу повскакивали с травы, уносясь к своему последнему отдыху перед месяцем практики и испытаний. Илирия кивнула мне и молча удалилась, постарается своими глазами увериться в том, что мы теперь в одной команде. Я улыбнулась и медленно пошла по траве, сегодня днём у меня нет планов. А вот ночь будет гораздо интереснее, ведь я опять буду рыскать во вратах для поиска пророчеств.

Внимание! В данном произведении упоминается ртуть — опасное химическое вещество. Реальные свойства и опасности ртути значительно отличаются от описанных в книге. Не используйте или взаимодействуйте с ртутью без соответствующих знаний и мер предосторожности. Помните, что работа с этим веществом требует профессиональных навыков и соблюдения правил безопасности.

Если вам интересна история, пожалуйста, не забывайте подписываться на автораи добавлять книгу в библиотеку.

Глава 2

Я спустила ноги на холодный деревянный пол, глаза пытались разлепиться, но темнота вводила в заблуждение. Может, они уже открыты? Повернувшись к окну, я наконец разглядела лёгкий серебряный свет луны, крупный круг разрезал тёмное пространство острыми и яркими лучами, пробиваясь через тюль в мою комнату.

Быстро сложила ладони друг с другом и начала тереть их, будто пытаясь разжечь костёр с помощью палочки. Междумирная энергия потянулась к пальцам, и я наизусть прошептала пророчество, усиливая своё желание.

— Когда зажжётся незримый костёр, пламя разбежится по коже.

Простенькое предречение, полученное мной ещё на первом курсе в прошлой академии, такой набор выдавали всем адептам, чтобы развивать их способности обращения с ними. И пусть большинство таких фраз были непонятными, если у тебя было достаточно междумирной энергии, с ними можно было устроить настоящие проблемы.

Поэтому на территории академий действовали ежедневно обновляемые ограничения по единоразовому использованию энергии. Все мы могли применять пророчества только определённой силы.

Я мотнула головой, отвлеклась на размышления. А мне ведь надо представить, как под моими руками зажигается костёр. Будто я разогреваю лунку в коре с помощью ветки, дым начинает виться вокруг моих рук, лёгкий жар окутывает кожу. И вслед за воображением кончики пальцев оказались в огне, светло-оранжевые язычки заиграли на коже, но жара не было. Вся прелесть этого пророчества была в том, что ты мог представлять холодный огонь, он же и распространялся на кожу не обжигая.

Комната озарилась бликами и зайчиками, я раскинула руки, озаряя пространство вокруг себя, света было достаточно, чтобы сносно ориентироваться в темноте. Быстро одевшись, я стащила со стола перчатки, у которых были отстёгивающиеся клапаны на пальцах, что позволит мне регулировать силу света.

Корпус женского общежития тихо вздыхал, наполняясь свежим, тёплым воздухом, тюль в коридорах пытался заигрывать друг с другом. Прикрыв все пальцы, кроме одного, я быстро направилась к боковому выходу, миновав дежурных, их расписание я уже успела выучить за год своего пребывания в этой академии.

В прошлой всё было легче, мы не жили в ней, а лишь приходили на занятия, поэтому я была вольна делать ночью что угодно. Тогда-то я впервые и наткнулась на маленькие врата, их почти не изучали, так как они не были пригодны для перемещения в другие миры или попадания в Мантию между мирами. Но такие окна были довольно хороши в поиске пророчеств.

Деревянный пол под ногами слегка скрипел, но я уже вышла из общежития, направляясь мимо ещё одного к ближайшему саду. У нас не было деревьев в Амальгаме, но как только появились врата в мир Флорилы, разумные растения захотели обжиться и на нашей земле. Так и появились искусственно созданные сады и парки Амальгамы.

— Не шелестите, это Чара, — прошептала я, приближаясь к яблоням.

Приятный и сладкий аромат наполнил мои ноздри, я глубоко вдохнула, наслаждаясь любимым запахом. Яблони задвигали ветками, будто на них напал игривый ветерок, но почти тут же уняли свои шепотки. Поначалу они мне дико мешали работать, постоянно отвлекали разговорами, но со временем привыкли, а затем подсказали маленькие врата, спрятанные в корневище огромного дуба.

Конечно, дерево высадили раньше появления перехода, но это не помешало ему возникнуть в очень удобном месте. Серо-серебряный треугольный разрез пространства выделялся на фоне ствола, сизые ручьи ртути стекали по корням, но дуб стоически сражался с этим, будто и не был привезён сюда с Флорилы.

Разложив рядом с собой сумку и несколько нитей, я опустилась на удобный корень и стащила перчатки. А затем резко оборвала приток междумирной энергии к рукам, пламя погасло, и мир вокруг стал более серым и блестящим. Туман врат светился очень слабо, но его было достаточно, чтобы я видела окружающие меня деревья.

— Чара?

Я напряглась, услышав незнакомый голос: это не один из моих клиентов. Из-за дуба выглянул беловолосый парень, серые глаза с интересом изучали меня, а вот я лишь напряглась и слегка удивилась — манящий, неизвестный мне, возможно, он не раскрывал свою цель.

Неужели это буду я?

— Да, зачем ты здесь? — Прошептала я, запуская руку во врата.

Если он пришёл сюда, чтобы выбрать меня, я не собиралась терять время. Будто тысячи иголок поцеловали кожу, когда она соприкоснулась с внутренним дымом врат, я замерла, не высовывая руку с той стороны, мантийные твари хоть и не пролезут через это окно, но вот руку отгрызть могут.

Пальцы почти сразу нащупали грубый материал бумаги, я схватилась за свиток и запустила вторую руку, наклоняясь ближе к серебристому туману. Ощутила запах пыли и жара и слегка отодвинула голову.

По началу пророчества выпадали из врат сами, подплывая слишком близко к нашему миру. Иногда люди увлекали их за собой, но потом мы научились вытаскивать свитки намеренно, всего лишь оставаясь внутри переходной части — в самой Мантии. Обычно врата ведут тебя через неё по мостам из разных амальгам, и вокруг бескрайнее и всенаправленное пространство Мантии, — постоянно движущийся ртутный туман.

— Мне нужно пророчество, — прошептал манящий приближаясь.

Они не были безумными или сумасшедшими, вели себя как обычные люди, адепты. Единственное что их отличало от людей — это белые волосы, брови, ресницы, сероватый оттенок кожи и глаз. В остальном они были как все остальные, и это ещё больше добавляло жути. Происхождение манящих было неизвестно, так же как и почему в их головах появляются определённые люди, ведь в пустом разуме неоткуда взяться воспоминаниям.

Я кивнула на сумку, в которой было несколько пророчеств на продажу. Это занятие на протяжении всего университетского времени, помогло накопить на учёбу, да и многие адепты готовы были щедро платить за более подходящее или сильное пророчество.

— Но вначале скажи зачем оно тебе? — Я посмотрела на него, отвлекаясь от врат.

Внутри ртутного тумана я уже успела привязать к запястью одно пророчество, и сейчас просто ждала, когда руки поймают следующее, если повезёт.

— Вот это, — проговорил парень, вытягивая развязанный свиток, — «Когда веки закроются, вы свяжетесь во снах». Плохо сплю очень, думаю, его можно использовать как личное.

Я задумчиво его осмотрела, манящий наверняка уже следил за своей целью, и это пророчество не выглядело чем-то, что могло навредить. Короткий ёжик белых волос выделялся в темноте сада, свиток в руках был помят и с оторванным уголком, видно давно у меня уже лежит.

Сколько же вытащила пророчеств из врат за время обучения? Уже потеряла счёт им.

Парень нервно скрутил его и обвязал резинкой, вытащенной из кармана, его глаза сверкали страхом и усталостью. Обычно пророчества манящих всегда парные, направленные на телесный контакт с целью. И после его исполнения, выбранный обречён. Поэтому задумчиво и настороженно, но я кивнула.

— Сто маль, — довольно хорошая цена за такое пророчество, хотя его можно было продать и подороже, средства от бессонницы довольно редки, — делаю скидку.

Манящий кивнул и вытащил из кармана десять серебряных капель, связанных друг с другом крючками, они были похожи на виноградную гроздь. Толстая чёрная линия на хвостике означала, что одна такая капля равнялась десяти малям. Он быстро пересчитал их и положил рядом с сумкой, я кивнула и вернулась к своему занятию, полностью утратив интерес.

Манящие были как обычные люди, способные чувствовать, переживать и радоваться. Поэтому я никогда не испытывала к ним неприязни, скорее жалость и тревогу, ведь они также хотели освободиться от пророчества, связывающего их с целью. Я грустно выдохнула и поймала ещё один свиток.

Парень потоптался, но, поняв, что может идти, скрылся за ближайшими деревьями. Яблони тут же недовольно зашелестели, но потом почему-то смолкли. Сбоку послышались шаги, и где-то далеко на подсознании я ощутила мягкий толчок, будто меня ударили по плечу. Вскинув голову, я увидела знакомый тёмный силуэт.

— Как дела, чарующая? — Этот голос и прозвище сейчас влияли другим способом, нежели когда меня так называла Илирия.

Мужчина сделал последний шаг, оставаясь в тени, но его мускулистая фигура в строгом костюме хорошо просматривалась. Мои мысли тут же унеслись к нему, желая сорвать рубашку с его груди и своими руками почувствовать кожу. Пальцы непроизвольно сжались, и я поняла, что держу ещё один свиток.

Вытащив руки, я положила три бумажные трубочки перед собой и начала изучать. Прочитав все пророчества, я подняла голову и недовольно нахмурилась — там не было нужного, Теренс это понял.

— Продолжай, и больше не продавай их манящим.

— Всего один раз, — недовольно пробурчала я, раздражённая его всеведущим вниманием, — всё нормально.

— Чара, — грубость в голосе запрыгала по кончикам пальцев мужчины, он слегка дёргал ногой, выражая своё недовольство, — прошу тебя. У нас и так хватает проблем с ними.

— Хорошо. Выдели тогда для меня кабинет или что-то подобное, и сам контролируй желающих.

Теренс дёрнулся, но тут же прислонился к дереву, я увидела, как он нервно сложил руки на груди. Я вздохнула и кивнула, понимая, что этот спор бессмысленный. Мне и так позволяется заниматься не совсем законной продажей пророчеств, которые по правилам должны принадлежать академии.

— Отлично, — его голос стал мягче, и он, наконец, решил выйти на свет.

Серое свечение из врат рассыпа́лось по его слегка смуглой коже, каштановые волосы лежали непослушными волнами, немного прикрывая уши и глаза. Он был уставшим, напряжение превратило тело в камень, и двигался грузно, медленно, но завораживающе.

— Может, расскажешь, почему ты выбросил то пророчество?

— Не могу, — Теренс подошёл ближе, почти вплотную склонившись надо мной, — но когда-нибудь ты узнаешь.

Ректор внимательно перечитал свитки передо мной, кивнул, подтверждая, что там нет нужного ему, а затем накрутил мой локон волос на палец. Каштановый цвет приобрёл холодный оттенок, попадая под свет врат, я заворожённо вглядывалась в тёмные, коричневые глаза Теренса.

Именно в такие моменты, когда мужчина приходил ко мне узнать, как выполняется его просьба, я всегда ощущала незримую связь. Влюблённость за год трансформировалась в сильную привязанность и доверие, он защищал меня как брат. Но не был им, и сам это понимал. Особенно сейчас, его взгляд полыхал любопытством и желанием, точёные черты лица были напряжены, но за его бронёй я видела, как и он борется со своими чувствами.

— Будь осторожна, — сказал отрывисто и нежно, — чарующая.

И опять это слово, приятно думать, что я его очаровала.

Но отношения между нами будут напряжёнными и тяжёлыми. И пусть мой возраст уже многое позволяет, но предубеждения насчёт отношений преподавателей и их учеников всегда привлекали к себе неправильное внимание.

Поэтому мы ограничивались лишь этими встречами. В одну из первых ночей в академии Амальгамы я увидела его, как раз выкидывающего свиток, с уже закреплённым пророчеством, однозначно правдивым. Даже печать рода Ноттэ́н блестела серебром внизу бумаги, и потом он же и попросил меня вернуть это пророчество, потому как был уверен, что мне это под силу.

Теренс задержал взгляд на моих губах, а затем столь же резко и отрывисто поднялся и потонул в тенях ночи. Я проводила силуэт своего главного клиента томным взглядом, желая вновь ощутить его дыхание на коже, а затем склонилась над пророчествами. Перед продажей мне нужно проверить их на правдивость, а после закрепить.

Время двигалось очень быстро, и когда показались первые серо-розовые лучи восхода, я вскочила и бросилась обратно к общежитиям. Успев как раз вовремя, я закопалась под одеяло, предвкушая будущую встречу с моей командой для академических соревнований.

Внимание! В данном произведении упоминается ртуть — опасное химическое вещество. Реальные свойства и опасности ртути значительно отличаются от описанных в книге. Не используйте или взаимодействуйте с ртутью без соответствующих знаний и мер предосторожности. Помните, что работа с этим веществом требует профессиональных навыков и соблюдения правил безопасности.

Если вам интересна история, пожалуйста, не забывайте подписываться на автораи добавлять книгу в библиотеку.

Глава 3

После ночи работы с пророчествами я еле разлепила глаза, первый день недели начался у меня в спокойствии сухих ветров Амальгамы и тусклом свете белого шара. Я быстро переоделась в фиолетовый сарафан с вышитым свитком на лямке, собрала густые волнистые волосы в высокий хвост и подмигнула своему отражению в зеркале. Наборы формы были до ужаса скучные, простые брюки, юбки и пиджаки, поэтому почти сразу я наведалась в Аэр, союзное королевство странствующих островов. Их наряды были очень элегантными и удобными, подходящими для учёбы в академии, там я и набрала кучу фиолетовых нарядов — в цвет своего факультета.

Аметистовый кулон сверкал в магическом свете ламп, пальцы ощутили холодный камень, мантийная энергия стукнулась о границы кулона, и я отдёрнула руку. Сердце бешено застучало, я резко обернулась на зеркало, но никаких изменений не было.

И чего я себе надумываю.

Стащив со стула сумку, я запихнула в неё свою личную книгу пророчеств, записные принадлежности, и выбежала из комнаты. Женское общежитие наполняли весёлые голоса и смех, адептки спешили на свои практические занятия. Я же направилась в главный корпус в библиотеку пророчеств — Прорию.

Выйдя из общежития, я испуганно отпрянула, увидев перед глазами куклу, мурашки побежали по телу, и я поспешила обогнуть преподавателя Дарнуна Нуна. Его удивила моя особенно широкая траектория движения, но я всегда так обходила любые куклы, ужасно боясь их. Быстро пробежав по аллее с берёзами, которые подгоняли меня своими насмешливыми шепотками, я наконец оказалась в главном корпусе академии Амальгамы.

Здесь столпилось ещё больше народу, часть адептов изучали расписание, часть застыла перед доской, на которую вносили манящих и их цели. Я быстренько проверила её, — моего имени и имени Илирии пока нет, а значит, переживать нет смысла. Даже если у нас есть манящие, им всё равно придётся раскрыться, когда они попытаются исполнить своё роковое пророчество.