Хинсидес в огне

Published in the Russian language by agreement with Banke, Goumen & Smirnova Literary Agency, Sweden

© Albin Alvtegen and Karin Alvtegen, Brombergs Bokförlag 2017

Published in agreement with Koja Agency

© Екатерина Крестовская, перевод со шведского, 2025

© ИД «Городец», издание на русском языке, 2025

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

@ Электронная версия книги подготовлена ИД «Городец» (https://gorodets.ru/)

Глава первая

Иногда Линус думал, что теряет рассудок. Подобное случалось, когда он ловил себя на мысли: а существует ли Хинсидес в действительности? Вдруг это всего лишь плод фантазии, разыгравшейся прошлым летом, пока они с Линнеей и мамой жили в Тракеборге?

С тех пор прошел целый год. Долгие дни сливались в месяцы. О Двери между мирами мальчик за все это время не поведал ни единому человеку. Знал один только Арон. Жизнь шла своим чередом, но никогда прежде Линус не чувствовал себя таким одиноким. Конечно, он всегда ощущал себя немного другим, будто не совсем вписывался в круг одноклассников, а пребывание в Хинсидесе лишь усилило это чувство. Линус ходил в школу, как обычно, и в то же время единственный знал о существовании другого мира. Эта огромная тайна лежала на нем тяжелым бременем. Бывало, когда неприкаянность ощущалась особенно остро, возникало желание кому-нибудь рассказать. В такие минуты Линусу хотелось выплеснуть наружу всю историю целиком. Но он знал, что нельзя. Скорее всего, никто бы ему не поверил, а если бы и поверил, было бы хуже вдвойне. Вдруг кто-нибудь попробует найти Дверь и вновь открыть ее? В таком случае сбудутся самые ужасные опасения жителей Хинсидеса насчет людей.

Линус сидел за письменным столом в своей комнате. Линнея – у окна в инвалидном кресле. По ее лицу прыгал солнечный зайчик, отражавшийся от окон соседнего дома. Казалось, девочка его не замечает. Она уставилась пустым взглядом в подоконник. На коленях лежал мамин мобильник, игравший классическую музыку – мама говорила, что это полезно для мозга Линнеи.

Линус посмотрел на руки сестры, как обычно неподвижно лежащие на коленях. Они лишь раз пришли в движение, когда Линнея победила Крысочеловека. Та сцена ярко врезалась в память, Линус по-прежнему отчетливо видел ее перед собой. А сразу после сестра посмотрела ему в глаза. Всего на секунду, но как дорога ему эта секунда.

Мальчик часто пытался поймать взгляд сестры. Так хотелось вновь различить намек на ее внимание, хотя бы на мгновение. Но Линнея, как всегда, оставалась недоступной для контакта. Однако теперь Линус знал: ее существо скрыто глубоко внутри, она видит и слышит брата. Он знал, что Линнея слушает его. Просто, когда не получаешь никакого подтверждения, очень трудно не дать этой утешительной мысли исчезнуть.

Линус ощупал конверт.

– Посмотри, – сказал он, показывая его Линнее. – Сегодня пришло письмо от Арона.

Мальчик прочитал изящно выведенный адрес. У Арона не было ни компьютера, ни электронной почты, но они часто общались по телефону. А если требовалось обсудить что-то, не предназначенное для чужих ушей, писали друг другу письма на бумаге.

Разорвав конверт, Линус не без труда принялся разбирать старомодный почерк.

Линус!

Надеюсь, эти летние каникулы начались для тебя лучше предыдущих. Было бы приятно вновь увидеть вас в Тракеборге, но я только что узнал, что в этом году он не сдается. Известная тебе неприятная особа – Хенриетта, сестра Вильхельма – решила, что дом необходимо освободить и продать. Похоже, все имущество Вильхельма будет выброшено или распродано. Это просто позор. Ее брат путешествовал по всему свету, собирая всякие любопытные штучки. Я уже не говорю обо всех диковинных вещах, которые он изобрел сам!

Мой друг мог часами просиживать в своей библиотеке за чтением старых книг. Однажды я увидел, как он носится, будто сумасшедший, по газону с саблей в руках и фехтует с невидимым противником. Вильхельм закричал, что мне надо держаться подальше, пока он не «разберется кое с кем». В таких обстоятельствах лучше не возражать ему, подумал я тогда. Что ни говори, он был большим чудаком. Хотя всегда дружелюбным и готовым помочь, если потребуется. Вильхельм заслужил бóльшего уважения, чем то, что ему выказывает Хенриетта.

Линус в задумчивости расправил бумажный лист на письменном столе. Арон привык говорить о Вильхельме, будто тот умер, однако и Арон, и Линус прекрасно знали, что он очень даже жив. Живет себе в Хинсидесе и явно не одобряет продажу Тракеборга.

Мальчик продолжил чтение.

Перспективы продажи дома меня беспокоят. Ты уверен, что не осталось никаких следов, указывающих на Дверь? Если есть риск открыть ее по ошибке, это очень опасно. Ведь мы же с тобой не хотим, чтобы кому-нибудь пришлось пережить то, что выпало на твою долю? Как думаешь? В любом случае тебе лучше знать.

Твой друг Арон.

Линус отложил письмо в сторону. «В любом случае тебе лучше знать», – написал Арон. Мальчик вздохнул. А что, собственно говоря, он знает? Только то, что лаз, ведущий к Двери в полу потайной комнаты, исчез после того, как Линус вернул все сокровища, украденные Крысочеловеком в Хинсидесе. И еще он знал, что Дверь заперта.

Поднявшись, Линус подошел к батарее. К ручке регулятора была привязана еле заметная леска. Он осторожно потянул за нее и вытащил из пыльного пространства между батареей и стеной большой черный ключ.

Мальчик опустился на корточки перед Линнеей.

– Ты слышишь меня, Лионора? – спросил он, показывая ей ключ. – Я храню его в надежном месте, но теперь Тракеборг продадут. Может ли лаз, ведущий к Двери между мирами, открыться вновь?

Выражение лица девочки оставалось прежним, и было непонятно, слышит ли она его. Линус задержался на секунду, наблюдая за сестрой. Потом, поднявшись, погладил ее по руке, повесил ключ обратно и вернулся к письменному столу, чтобы ответить на письмо Арона.

Лионора радовалась каждый раз, когда видела, что ключ хранится у брата. Сейчас ее сознание покинуло тело Линнеи в Мире людей, легко проскользнуло через Границу и возвратилось на место.

Она долго сидела неподвижно. Пальцы поглаживали подлокотники гигантского кресла Храмры. Кресло было настолько широким, что Лионора могла вытянуться в нем поперек, а когда сидела, ноги и наполовину не доставали до пола. Девочке тут нравилось, кресло стало ее любимым уголком. Отсюда Линус казался ближе, потому что однажды сидел здесь вместе с ней – в последний раз, когда брат с сестрой могли поговорить друг с другом. Больно думать подобным образом, но это правда. Лионоре страстно хотелось побеседовать с Линусом, она даже не подозревала, что можно так сильно чего-то желать. Девочка заметила, как упорно он ищет контакта с ней, но в Мире людей тело Линнее не подчинялось. Как бы она ни старалась, ничего не получалось.

Поэтому приходилось выбирать.

Либо она проводила время с Линусом в Мире людей – немая и неподвижная, скованная ущербным телом. Либо оставалась в одиночестве по эту сторону Границы – здоровая и сильная, к тому же наделенная необыкновенными врожденными способностями. Так было с раннего детства. По какой-то загадочной причине сознание девочки всегда существовало в двух ипостасях. Она жила в обоих мирах, оставаясь и Лионорой, и Линнеей. Никто не знал, почему так вышло. Даже Храмра, которая знала почти всё. Она ухаживала за девочкой с рождения, как мама в Мире людей.

В огромной печи опрокинулось полено. Треск огня отвлек Лионору от размышлений. Вздохнув, она сползла с кресла. Пора идти, Храмра вышла заранее. Они увидятся на встрече с Ариатламом – советом, с незапамятных времен собиравшимся для защиты народа. Члены совета представляли разные племена, но последнее время в Ариатламе фактически не было нужды. Крысочеловека больше не существовало, Граница надежно укреплена, а все драгоценности возвращены в Памятный зал Сантионы.

Вокруг царил мир.

Лионора отворила огромную дверь, ведущую в туннель, и вышла из дома Храмры. Город Сантиона издалека был похож на обычную гору, здесь не было улиц и дневного света – одни только туннели и жилища. Зеленые стеклянные шары на потолках и стенах тускло освещали бурые камни. Проведя несколько дней в Сантионе, Лионора обычно рвалась наружу. Она стремилась в лес и в поля, к ясным, звездным ночам и светлым просторам. Но сейчас девочка шла вдоль широкого главного туннеля Сантионы, прорезавшего гору по спирали. Здесь было шумно и оживленно. Горожане беззаботно общались между собой, сновали туда-сюда, хлопая дверьми и устремляясь вперед по коридорам. Лионора не любила толчею и обычно пользовалась небольшими туннелями или сразу переносилась туда, куда ей требовалось, но сегодня что-то заставило ее выбрать большую дорогу.

Народ расступался и уважительно кивал при встрече с Лионорой. Она вежливо улыбалась в ответ, но в глубине души расстраивалась. Из-за такого почтительного отношения девочка ощущала себя сиротливо. В этом мире опасались и ненавидели людей, Вильхельм испортил репутацию человеческого рода. Он – единственный из людей, если не считать Линуса, кто когда-либо пересекал Границу. А Лионора внешне походила на Человека, хотя на самом деле занимала промежуточное положение. Других таких не было.

«Если бы только Линус очутился рядом, – часто думала она. – Я бы никогда больше не чувствовала себя одинокой».

Она улыбнулась еще одному почтительно кивнувшему горожанину. Девочка старалась ко всем проявлять любезность, потому что уважение, которое ей выказывали окружающие, вовсе не означало, что ее любят. Нет, любовь Лионора получала от Храмры. И еще от мамы и Линуса в другом мире, где достаточно быть Линнеей. Здешние жители ее побаивались, их отпугивали ее способности. Если использовать силу только для защиты окружающих, может, в конце концов получится им понравиться? По крайней мере, она на это надеялась.

Стражница границы вскарабкалась на потолок туннеля. Снизу проходил Тенариим. Его бледная кожа была испещрена синими татуировками, указывающими на принадлежность к клану. Тенариим возился со своей поклажей и не заметил, что Стражница спускается на землю. В последний момент Тенариим уклонился от столкновения с ней, но потерял равновесие и упал. Из покрытых шерстью плеч высунулись острые костяные шипы.

Лионора остановилась, наблюдая за сценой. Она никогда не испытывала симпатии к Стражницам границы, да и они к ней – тоже. В открытую не конфликтовали, но по возможности избегали друг друга. Для Стражниц долг защищать Границу между мирами был дороже жизни, своей и чужой. Лионоре это не нравилось. Защищать живущий в этом мире народ она считала ничуть не менее важной задачей.

Тенариим прикрыл голову руками. К удивлению Лионоры, Стражница протянула ему одну из своих четырех рук и помогла подняться. Девочка улыбнулась про себя. После того, как Линус спас Границу от разрушения, Стражницы стали, пожалуй… немного добрее.

Вспомнив о Линусе, девочка улыбнулась еще шире. Когда она думала о брате-близнеце, ее лицо часто озаряла улыбка.

В тот же момент Лионора почувствовала, как по спине пробежала дрожь. Это явный сигнал опасности. Сосредоточившись, она поняла, что кто-то пристально за ней наблюдает. Впереди, в туннеле, совершенно неподвижно и будто отстранившись от толчеи вокруг, стоял человек. Казалось, никто его не замечает.

Это был Вильхельм.

Между костяшками его пальцев крутилась золотая монетка.

В руке Лионоры загорелось серебристо-белое пламя.

Вильхельм долго где-то пропадал, неизвестно чем занимаясь. И вот он стоит в центре Сантионы. Светлые волосы песочного цвета собраны в хвост. На глазах – старомодные круглые очки, и, как обычно, трудно определить его возраст. Казалось, будто он меняется каждую секунду.

«Хорошо еще, что кроме меня никто его не замечает, – угрюмо подумала Лионора. – А то поднялась бы паника».

Ухмыльнувшись, Вильхельм скрылся в одном из ответвлений туннеля.

Не совершив ни единого движения, Лионора оказалась у входа в темный коридор. Подол зеленого плаща Вильхельма, мелькнув в полумраке, исчез за поворотом. Быстро осмотревшись вокруг, Лионора последовала за ним. Она понимала, что поступает именно так, как рассчитывает противник, и что скорее всего он ведет ее к ловушке, но девочка не могла позволить Вильхельму беспрепятственно разбойничать в Сантионе.

– Иди же сюда, Вильхельм! – кричала она. – Я знаю, что ты здесь!

В темном коридоре стояла оглушающая тишина. Этой частью города никто не пользовался, разве что только Стражницы границы.

Подняв руку, на которой горело пламя, Лионора перелезла через обломки разрушенной стены почти в полметра шириной. Стена рассыпалась, будто была вовсе не каменной, а песчаной.

Девочка вновь осмотрелась, на этот раз внимательнее. Туннель вел в большой зал с совершенно гладкими стенами и потолком. Каменные поверхности казались выровненными, словно они расплавились, а потом опять застыли. Воздух неожиданно стал жарким. От духоты при дыхании саднило горло.

Лионора остановилась. В дальнем конце зала находилась огромная дверь из литого железа. Обожженную дочерна дверь вдоль и поперек пересекали многочисленные цепи и засовы.

Вильхельм стоял перед дверью, повернувшись к Лионоре спиной. Он активно жестикулировал, будто с кем-то разговаривая, но кроме них у двери никого не было. Лионора слушала его бормотание. Казалось, будто Вильхельм отвечал собеседнику, которого слышал один он. Внезапно услыхав другой звук, девочка вздрогнула. Из полумрака пещеры доносился приглушенный стон. Обежав зал, она заметила двух лежавших на полу Стражниц. Одна не двигалась, другая, потеряв отполированную маску, тщетно пыталась дотянуться до своего фонаря, но он валялся слишком далеко. Его зеленый свет еле мерцал.

Лионора бросилась к ним и опустилась рядом со Стражницей без маски.

– Что он с вами сделал?

Желтые глаза Стражницы медленно моргали. Коса расплелась, и волосы свисали рыжими локонами, заслоняя покрытое татуировками лицо.

– Не волнуйся о нас, Несущая свет, – прошептала Стражница. – Ты должна остановить его. Если он освободит это, всем нам придет конец.

Слова будто током ударили Лионору. Она сразу поняла, куда привел ее Вильхельм, и в груди затрепетал страх. В долю секунды девочка оказалась перед зловещей железной дверью. Жара была невыносимой, казалось, внутри горело само солнце.

Вильхельм стоял рядом, убрав руки за спину.

– Кого я вижу! – воскликнул он и повернулся к Лионоре. – Подумать только, как удачно сложилось, что ты шла мимо.

Лионора взглянула на его самодовольную улыбку.

– Ты поплатишься за это, – коротко сказала она.

Вильхельм поднял брови.

– Что? Я еще даже ничего не сделал.

Лионора посмотрела на Стражниц границы, Вильхельм проследил за ее взглядом.

– Так ты их имеешь в виду? – произнес он, пожимая плечами. – А что мне оставалось делать? Я вежливо попросил отойти в сторону, но они предпочли остаться на посту, охраняя эту дверь. Не моя вина, что некоторые не прислушиваются к советам.

– С чего они должны тебя слушать? – огрызнулась Лионора так, что россыпь мелких камней поднялась вихрем у ее ног.

– Может, потому что иначе все закончится вот так печально? – предположил Вильхельм, кивнув в сторону Стражниц.

Лионора чувствовала, как внутри нарастает гнев, но старалась сдерживаться. О способностях Вильхельма было известно мало. Насколько он в действительности опасен? Она знала только по слухам.

– Зачем ты пришел сюда, Вильхельм? – спросила девочка.

Он показал рукой на железную дверь.

– Хочу освободить того, кто слишком долго сидел взаперти. Кого Стражницы границы использовали как самое обычное топливо для своих фонарей. Это просто отвратительно. Как ты, Лионора, могла такое допустить? А еще называешь себя доброй защитницей Хинсидеса.

Теперь вихрь из каменной крошки поднялся во весь ее рост. Она сжала кулаки, пытаясь унять разбушевавшиеся в ней силы.

– Ты знаешь не хуже меня: тот, кто находится за этой дверью, слишком опасен, чтобы выпускать его на свободу!

– А как же так называемые Стражницы границы? – спросил Вильхельм, скорчив презрительную мину. – Они ведут себя, словно неприрученные дикие животные. Почему это им можно разгуливать на свободе, а другим нельзя? Они же и братца твоего, беднягу, чуть дотла не сожгли, стоило ему только открыть Дверь в Хинсидес!

– Не смей говорить о Линусе, – закричала Лионора, и кружащиеся вокруг нее мелкие камни заискрились, словно огненные мухи.

Вильхельм умолк и поглядел на девочку с возросшим интересом.

Лионора прикусила язык. Противник искал ее слабые точки и нащупал главную. Не следовало показывать, как много значит для нее Линус. Она любой ценой должна не допустить, чтобы с братом что-нибудь случилось. Пока Линус находится в Мире людей, за него можно не беспокоиться, но вдруг Вильхельм туда вернется? Хотя сумеет ли? Ведь Ключ к Двери хранится у Линуса.

– Да-да, Линус, – произнес нараспев Вильхельм. – Очень приятный парнишка. Кое на что годится, не так ли?

Лионора не смогла сдержаться.

– Ты ничего не знаешь о нем! – прошипела она, выставив вперед руку. Сгусток ослепительно белого света, потрескивая, устремился в сторону Вильхельма.

Возведя глаза к небу, он с усталым выражением лица стукнул каблуком сапога об пол. Будто из-под земли вырос каменный столб. Сгусток огня Лионоры попал в столб, и тот с треском взорвался – за ним стоял Вильхельм, целый и невредимый, и стряхивал пыль с плаща.

– Раз уж речь зашла о Линусе, – продолжал он как ни в чем не бывало, – ты скоро с ним увидишься, совсем скоро. Но вначале мне надо кое-что устроить…

Вильхельм прервал свою речь, застыв на месте. Секунду казалось, будто он к чему-то прислушивается.

– Да, естественно, это вот-вот произойдет, – сказал он, кивнув в пустоту.

Потом опять повернулся к Лионоре.

– На чем мы остановились? Ах да, мы говорили о твоем брате. В ближайшее время ты вновь встретишься с ним. В последний раз, конечно, но нельзя же получить от жизни всё.

Лионора почувствовала, как сердце сжимается в груди. Она крепко стиснула зубы, чтобы скрыть испуг. О Вильхельме ходит много слухов. Какие из них – правда? На что он способен в действительности?

– Ты лжешь, – сказала девочка, но голос ее выдал.

Вильхельм ухмыльнулся. Было очевидно, что он упивается своим превосходством.

– У тебя есть только один способ узнать наверняка, разве нет? – медленно произнес Вильхельм. – Так чего же ты ждешь? Отправляйся к Линусу.

Мысли в голове Лионоры проносились со скоростью молнии. Ей хотелось вернуться к брату и проверить, все ли в порядке. С другой стороны, надо оставаться здесь и не спускать глаз с Вильхельма. А вдруг Линус в опасности? Девочка попыталась остановить себя, но она должна была взглянуть на брата, хотя бы на пару секунд. Сделав глубокий вдох, Лионора закрыла глаза. Быстрее скорости света она преодолела неописуемое расстояние, разделяющее два мира. Оказавшись в своем втором теле, ощутила летнюю духоту в комнате Линуса, беспомощность и неспособность двигаться.

Брат сидит за столом и пишет. Но что-то с ним не так. Взгляд на удивление пустой, будто вместо глаз – стеклянные бусины. Высокая черная фигура склонилась над его плечом. Она лишена четких очертаний и похожа скорее на тень. Тень держит Линуса за руку и водит ручкой по бумаге.

Линус сидит будто в трансе, не оказывая сопротивления.

Внезапно фигура застыла и медленно повернулась к Линнее. Ни лица, ни глаз, ни рта. Одна бездонная чернота.

И все равно девочка почувствовала ее ухмылку.

Глава вторая

Охваченная ужасом, на мгновение Лионора забыла, что находится в теле Линнеи. Она хотела бежать, но руки и ноги оказались прикованы к инвалидному креслу. Темная фигура продолжала водить рукой Линуса по бумаге. Девочка так испугалась, что, когда покинула тело Линнеи и кометой ринулась через Границу, ощущение было подобно взрыву.

Лионора открыла глаза. Она лежала на земле, но не там, где несколько секунд назад стояла, беседуя с Вильхельмом, а в дальнем конце зала. Тело болело, будто ее туда швырнули. Было жарко, как в печи. Вокруг эхом отзывался трескучий смех, а по каменным стенам плясал зеленый огонь.

Девочка быстро встала на ноги. Черная железная дверь открыта настежь. Будто кто-то выворотил наружу металл гигантскими руками. Куски засовов и цепей разбросаны по полу. Вильхельм стоит с распростертыми руками, его плащ развевается по ветру, которого не должно быть в сердце горы. Вокруг растекаются изумрудные волны, еще секунда – и они сольются в огромного, похожего на привидение огненного монстра.

Устрашающий огонь на свободе.

– ТЫ ЧТО, НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО НАДЕЛАЛ?! – орала Стражница.

От искры у нее загорелись волосы, но Стражница, похоже, этого не замечала. Ей удалось подняться на ноги и схватить свой фонарь; подняв его над головой, она кинулась к Вильхельму. Секунду спустя фонарь взорвался, превратившись в стеклянный дождь. Капли зеленого пламени поползли вверх по мантии Стражницы, и скоро вся она была объята огнем. Тогда раздался крик, но он быстро умолк. Не осталось даже пепла.

Огонь от фонаря пробежал по полу и слился воедино с огромным монстром. Может, это последствие шока или просто померещилось, но Лионоре показалось, будто в пламени Устрашающего огня ухмыляется искаженное лицо Стражницы.

Вильхельм, как зачарованный, смотрел на место уничтожения. Вторая Стражница по-прежнему лежала на полу, и теперь Вильхельм обернулся к ней с предвкушающей улыбкой. Разгадав его намерения, Лионора выпустила молнию. Разряд прорезал зал так стремительно, что Вильхельм не успел отреагировать, но в тот миг, когда молния должна была ударить в него, между ними проскользнула огромная рука Устрашающего огня. Белый огонь Лионоры растворился в зеленых языках пламени и исчез.

– Ах да! – засмеялся Вильхельм. – Ты же здесь. Я почти успел забыть о твоем существовании.

Потом он обратился к Устрашающему огню:

– Вот она, – кричал он, кивая на Лионору, – одна из тех, кто хотел удержать тебя взаперти. И меня недолюбливает, как ты успел заметить. Разве за это не полагается наказание? Может, у тебя есть подходящие идеи? Я открыт для любых предложений.

Устрашающий огонь согнулся перед Вильхельмом, изобразив подобие поклона. Потом повернулся к Лионоре. Она невольно попятилась назад. В следующий миг Устрашающий огонь покатился на нее горящей волной.

Лионора едва успела подумать. Она знала одно: с таким мощным врагом ей прежде встречаться не приходилось. Как далеко простираются ее способности? Она и сама не знала.

Девочка создала невидимую стену, всплеснув руками.

Она была близка к тому, чтобы проиграть Устрашающему огню в первую же атаку, и чувствовала, как трещит по швам выстроенная ею защита. Быстро, словно вспышка, Лионора метнулась туда, где все еще неподвижно лежала Стражница. «Лишь бы она была жива», – подумала девочка и, взяв в объятия Стражницу, шагнула к потолку. Им необходимо выбраться отсюда, сила Устрашающего огня слишком велика. Надо вернуться к Храмре и попросить о помощи.

Из подушечек ее пальцев выстрелили тонкие, как лезвия, потрескивающие языки белого пламени. Они прорезали потолок пещеры, словно он был сделан из теста. От потолка отделился кусок камня, и в туннеле над ними образовалось отверстие. В дырку провалился покрытый зелеными перьями Рауль в шоке от того, что земля ушла у него из-под ног. Лионора не успела поймать его. Она хотела вернуться, но Стражница вытянула одну из своих длинных рук и ухватила горожанина за серый плащ. Лионора вытащила всех вместе наверх через отверстие в потолке и, сделав глубокий вдох, закрыла его невидимым люком. Под ними глухо грохотал Устрашающий огонь. Они оказались в одном из больших туннелей, и вокруг уже стали собираться группки зевак. Забравшись на люк, Лионора окинула взглядом собравшийся народ.

– Устрашающий огонь на свободе! – прокричала она так, чтобы все услышали.

Горожане умолкли.

– Все должны покинуть город! Чего вы ждете?! – продолжала она.

Сначала послышался беспокойный ропот, потом раздались крики ужаса. Лионора видела, как по толпе, будто волны по воде, распространяется паника.

– Послушай! – обратилась она к Стражнице границы. – Проследи, чтобы все вышли, не затоптав друг друга до смерти. Передай это сообщение другим Стражницам. И оставьте ваши фонари. Они нам больше не помощники.