Ведьма, нечисть и прочие неприятности

Вместо пролога

Кто бы знал, как тяжело было заманить ведьму из Ветрограда в убогий городишко! Их переписка была долгая, муторная, тщательно выверенная, отчего мужчина начинал психовать. Но вот, прямо ко Дню памяти мертвых, она решила почтить город своим присутствием.

Молодая, красивая, пышущая жизнью она лежала рядом с серой могильной плитой и тихо хрипела, слабо дергаясь. Это отвлекало. Магическое плетение получалось хлипким, несуразным, но все же получалось. Больше мужчину ничего не волновало.

– Ты служишь великой цели, милая.

Глава 1

Фифи в последнее время было невыносимо, до тянущей боли в висках скучно. Отросшими ногтями она барабанила по столу и вздыхала. Жалобно так, устало.

– Может, я просто ненормальная?

Фигура сзади недовольно цокнула и возмущенно принялась хлестать себя хвостом по бокам (а хотелось просто треснуть эту девку). «Опять она за свое», «Сколько можно!», «Она слишком много работает». Громкие шепотки за спиной игнорировать получалось плохо, но Фифи упрямо продолжала это делать.

– Научусь показывать фокусы и наконец избавлюсь от горожан. То зубы у них болят, то с женой не ладится, то симпатичный рыцарь заедет и его срочно должны обольстить все, кому не лень, и кому лень тоже! Надоело! Уйду в лес, ромашку собирать, да папоротник сушить! – Фифи все сильнее распалялась, стеная.

«Не уйдет же, сколько раз собиралась», «Ведьма, а темноты боится! Стыдоба!», «И на ромашку аллергия», «Подумаешь, зубы она лечить не хочет. Выбирает еще!», «А за рыцарем-то тоже ухлестывать пыталась, посмотрите-ка на нее! Вертихвостка!»

Глаз нервно дернулся.

Все началось год назад.

Тогда Флоренс только-только закончила Школу ведьм и магичек с отличием и отправилась в столицу по наставлению родителей. Успехи дочери они воспринимали почти как свои – с особым трепетом и радостью. Фифи их восторга не разделяла совершенно. Жизнь в шумном городе, учеба в Академии надоели ей уже через неделю. Через две ведьмочка начала страдать от количества заданий, а уже через месяц споро собрала небольшой чемоданчик и поспешила прочь из столицы.

В свои двадцать она стала счастливым обладателем наследства тетки, которую видела-то за всю жизнь раза два в лучшем случае, да и те в детстве.

Фифи была ведьмой в шестом поколении, единственным ребенком, которого всегда всячески баловали как родители, так и прочие родственники. Поэтому было не удивительно, что тетя Пэгги отдала все, что у нее было, именно крошке Фифи. Жаль, что этого оказалось катастрофически мало – крошечный домишко на краю небольшого городка, со всех сторон окруженный деревьями и поросший мхом.

Когда впервые открыла дверь в этот дом, Фифи недовольно поморщилась, вдыхая затхлый запах сырости и старости. Выглядело жилище грустно – чуть покосившееся, с заросшим фасадом и кое-где сгнившими досками на полу. Но выбор был невелик – либо возвращаться в столицу и слезно умолять ректора взять обратно, либо мириться с неудобствами.

«Здесь в любом случае лучше, чем в общаге», – хмуро усмехнулась Фифи и прошла вглубь дома, чтобы оценить масштаб трагедии.

Комнат было три, каждая из которых маленькая и потенциально светлая – если вымыть окна и обрезать плющ, который нагло струился снаружи по стенам, кое-где даже пролезая в щели. Центральную комнату использовали, судя по всему, как торговый зал и гостиную. Посреди нее стоял добротный прилавок из дорогого дерева, застекленная витрина и полочки, на которых безобразными клоками вихрилась паутина и клубки пыли. Спальня была обставлена бедновато, но на первое время сойдет. Больше всего Фифи порадовала лаборатория – со всем необходимым оборудованием, большая и явно обустроенная с большой любовью.

Была здесь крошечная кухонька и даже ванная! Пожалуй, последнее было решающим фактором. В общежитии для Фифи было настоящим испытанием успеть помыться, пока не закончилась горячая вода, еще и обойти всех соседей в этом хитром деле. Студенты не гнушались никаких средств. Кто-то нагло лебезил перед комендантом, чтобы вредная сварливая тетка открыла душевые пораньше, кто-то обманывал соседей или успевал проскочить вне очереди. Фифи редко удавалось побеждать в этих побоищах.

– Так, допустим. Все будет гораздо лучше, если прибраться, – вслух успокаивала себя ведьма, на всякий случай сжимая в руке острую шпильку для волос. Атмосфера в доме почему-то нервировала.

– Согласен, – от рокочущего голоса Фифи подпрыгнула, резко развернувшись и наткнувшись на темную полупрозрачную фигуру. Та смутилась и застучала длинным хвостом по полу. Ведьма на всякий случай испуганно взвизгнула и отскочила подальше, выставляя вперед свое оружие.

Чем поможет миленькая заколка с бабочкой в борьбе с полупрозрачной непонятной сущностью, Фифи старалась не думать. Впрочем, как и всегда.

– Ты кто?! – срывающимся голосом взревела ведьмочка, пытаясь перебороть крупную дрожь в теле.

Неизвестный опустил голову, демонстрируя лихо закрученные длинные рога, которым всякий баран позавидует, и разве что ножкой не шаркал смущенно. Длинный хвост с острым зеленым кончиком нервно стучал по полу, а хитрые желтые глазки рассматривали ведьму. Перед ней точно стоял демон, при чем явно не из низших. Он был высоким, с копной длинных спутавшихся черных волос и острых черных когтей. Внушал бы больше ужаса, если бы был не полупрозрачным.

На пару минут в доме повисла напряженная тишина, которую, казалось, можно было ложками зачерпывать.

– Зус, – брякнул наконец демон, но этот ответ Фифи не устроил. Она глухо зарычала и поднялась на носочки в попытке выглядеть устрашающе, медленно наступая на возможного сожителя. А соседство с другими существами ей, между прочим, еще в общежитии надоело! – Дряхлая Пэгги привязала нас к этому месту и заставила служить, – полупрозрачный Зус скривился.

– Нас?

Из-за спины ведьмы вышло еще двое – маленький, размером с кошку, тролль с длинными ушами и крыса. В камзоле. Фифи нервно хихикнула раз, второй, а потом рванула прочь из дома, плотно прикрыв за собой дверь. На всякий случай даже облокотилась на нее всем телом, чтоб чертовщина точно не вырвалась из дома.

– Либо я схожу с ума, либо тетка была не в себе, – пробубнила себе под нос девушка. Грудь ее нервно вздымалась, никак не получалось глотнуть воздуха и отдышаться, а ноги отказывались слушаться.

Вдруг рядом выплыла фигура Зуса – почему-то по пояс.

– Эй, лучше бы помогла нас освободить, а не убегала. Это поведение, недостойное ведьмы, – нагло заявил рогатый и даже руки на груди сложил.

Фифи скосила на него глаза и фыркнула.

– Вот еще!

– Тебя как звать?

– Фифи.

– Странное имя для ведьмы.

– Сам ты странный! – Фифи возмущенно всплеснула руками и обиженно шмыгнула носом. – Флоренс. Но лучше Фифи. А те двое – их тетка тоже заточила?

Призрачный демон пожал плечами.

– Я появился позже. Но наверняка они сами остались, когда срок службы истек. Эта парочка своеобразная…

Позже Фифи сама в этом убедилась – тролль Сева и болтающая без умолку крыса Руфус ощущали себя в этом доме едва ли не полноправными хозяевами. Но Сева – ворчливый и очень трудолюбивый тролль – отлично помогал с уборкой и готовкой, поэтому Фифи была даже рада. Справляться с проблемами не в одиночку было гораздо проще. Руфус же просто болтал без умолку.

Среди горожан очень быстро разнесся слух, что место старой ведьмы Пэгги заняла ее юная преемница, поэтому народ валил к дому Фифи с завидным постоянством.

Ведьмочкой она была совершенно очаровательной – исправно снимала венцы безбрачия, которые сама же накладывала, варила приворотные и отворотные зелья (на деле – сладенькие витаминки для волос и ногтей). Даже помогала снимать зубную боль или залечивать раны.

И пусть монотонность скоро надоела, жизнь все же стала налаженной, как старенькие, добротные часы – идут, и хорошо. Пусть уныло, без огонька, без веселого звона, но уверенно.

– Это все тот рыцарь, я уверен! Говорил же, надо брать нахрапом, чтобы увидел – и тут же обомлел. Давай волосы тебе покрасим, а? – Фифи в очередной раз отмахнулась от Зуса, который явно загорелся идеей и стал копаться среди склянок с зельями.

Молодая ведьма давала больше свободы заточенной сущности, чем ее предшественница, а он был рад стараться – вновь становиться бесплотным призраком не хотелось. Но эта его бурная деятельность только раздражала и немного даже пугала. Стеклянные мензурки летели в разные стороны, периодически расплескиваясь, а маленький тролль лишь жалобно вздыхал, да пытался ловить склянки, чтобы уменьшить масштаб разрушений.

Фифи недовольно скосила глаза на творящееся безумие, хмыкнула и опять заголосила:

– Я просто сошла с ума, эти голоса мне чудятся. Ну в самом деле, разве бывают крысы, которые носят камзолы? Нужно отдохнуть, точно. Уехать куда-нибудь к морю, поваляться в грязевых ваннах… Или можно в горы! Говорят, очень полезно для здоровья, все ж не молодею…

– Не трожь мой камзол, паршивка! – взвился Руфус, коротко взвизгнув от недовольства. Он угрожающе поднялся на задние лапы, длинный лысый хвост метался из стороны в сторону, выдавая нервозность хозяина. – Сейчас как закидаем тебя землей с огорода – будут и ванны, и все на свете! Ишь ты, какая!

Ведьма даже головы не повернула к недовольному, только проворчала что-то и закрыла глаза. Руфус вытерпеть это оскорбление не мог.

Маленькие лапки крыса ловко обхватили ножки стула, на котором не повезло сидеть Фифи, и зверек мигом влез ей на коленки. Ведьма рассеянно погладила его пальцем между круглых ушек, и Руфус довольно повёл длинными усами, враз забыв о своем недовольстве.

– Скучно, – чуть ли не проскулила Фифи, сжимая в пальцах маленькое, но упитанное тельце крысы. – Надоело это все.

– Жениха тебе надо, – выдал вдруг тролль. Он недовольно сопел, бубнил, но упрямо натирал до блеска стеклянную витрину, на которой выставлялись новые образцы зелий. – Не будет времени о глупостях думать.

И так уверенно он это говорил, что даже Зус с Руфусом удивились. Низкорослый зеленый тролль вообще редко делился своим мнением, чаще бурчал по любому поводу и попрекал всех (доставалось даже Зусу, когда он был еще в призрачной форме).

Фифи же только скривилась, будто недоспелый лимон целиком съела.

– Не нужны мне никакие женихи!

– Потому что надо искать себе по статусу, дурочка, – Руфус ничуть не смутился под ехидным взглядом ведьмочки и продолжил говорить так, будто все крысы в этом захудалом городишке были в его единоличном пользовании. В общем, был совершенно неубедительным. – И дался тебе этот рыцарь? Вон, седой весь почти, и кости у него скрипят, когда ходит. Даром такие не нужны нам!

– И нечего глаза закатывать, нечего! – рявкнул Сева возмущенно. Тролль даже не поленился подойти и пару раз шлепнуть вредную девку влажной тряпкой, правда, Фифи была уже научена опытом и лихо вскочила на стул, чтобы ее не достали. Руфус сердито запищал, хватаясь острыми коготками за платье ведьмы и еле-еле удерживаясь на нем.

В дверь робко поскреблись. Настолько робко, что никто из домашних даже бровью не повел. Фифи вообще предпочитала не искать себе лишнюю работу и головную боль (почему-то они всегда шли бок о бок, как неразлучные подружки), если уж кому правда нужна помощь ведьмы – так и дверь снесут, и в окно полезут, и орать полночи будут, а не жалобно скрестись.

На мгновение все замерли. Нечисть была готова в случае чего прятаться в других комнатах, а Фифи – выпроваживать потенциального просящего. Вообще-то у нее выходной, даже кривая записка на двери имеется!

Жалобное мяуканье не оставило вопросов.

Глава 2

На крыльце притулился крошечный черный котенок с рваным ухом. Видок у него был выдающийся – потрепанный, шерсть местами свалялась и скомкалась, тельце болезненно исхудавшее, тощее. Фифи оглянулась на всякий случай, в поисках нерадивого хозяина, и подхватила зверька на руки. Он тут же зашипел, вцепился когтями в бледные человеческие руки, шерсть угрожающе вздыбилась.

Ведьма хмуро свела брови. Сцепила пальцы на холке котенка и вытянула руку, подальше от лица – еще вцепится.

– Какой злой, – пожурила беззлобно девушка.

Котенок ощерился и показал крохотные зубки – он был совсем еще малыш, но наверняка уже какое-то время скитался по улицам. Стоило ведьме опустить его на пол, как зверек тут же забился в угол, злобно сверкая огромными зелеными глазищами. Зус попытался подойти к нему, но наткнулся на угрожающее шипение.

– И зачем он нам, а? – Руфус недовольно сложил лапки и обиженно зыркнул на Фифи. – Сама же говорила, что одной усатой морды тебе достаточно. А он тоже усатый, между прочим! И агрессивный! Не то, что я, – крыс недовольно вышагивал взад-вперед, царапая коготками пол, но внимания на него никто не обращал.

Все взгляды были прикованы к шипящему комочку в самом углу комнаты.

– У нас тут приют для всех просящих?! – крыс сильнее распалялся, но держался на приличном расстоянии от котенка. Мало ли что.

Фифи тем временем опустилась на корточки и медленно поползла к напуганному зверьку, который скрутился в клубочек. Он выпустил коготки, но рычать перестал, только смотрел с любопытством. Девушка улыбнулась и осторожно протянула руку вперед.

Все замерли в ожидании, даже Руфус вытянулся по струнке.

Незваный гость зыркал глазищами и напряженно бил хвостом по полу, принимая решение. Наконец он сделал крохотный шажок и уперся мордочкой в теплую ладонь. Он тыкался влажным шершавым носом в руку ведьмочки, тихо-тихо урча.

– Ты испугался, малыш? Конечно испугался, – ворковала девушка, легонько поглаживая длинную темную шерстку. На шее у котенка обнаружилось светлое пятнышко в виде звезды, но из-за грязи на маленьком тельце оно было мутно-серое. – Обижали тебя в городе, да? – зверек принялся тереться о ведьму, довольно мурча. Будто пытался отблагодарить за терпение и ласку. Мол, ты извини, что шипел, не признал уважаемую ведьмочку.

– Думаешь, это обычный кот? – Зус недоверчиво покосился на ушастого.

Фифи фыркнула.

– А какой еще?

– Похож на ведьмовского, глянь-ка повнимательнее, – Сева протопал ближе и бесцеремонно поднял котенка за шкирку. Тот тут же зашипел и попытался вцепиться в тролля, но лапки были слишком короткими для таких маневров, поэтому он только изгибался под немыслимыми углами и ругался на своем, кошачьем. – Абсолютно черный с пятном на шее, длиннющий хвост, большие уши, – деловито перечислял Сева с видом профессора, не иначе. – И глазоньки ярко-зеленые. С блестяшками.

Обитатели дома уставились во все глаза на вышеупомянутое. Даже котенок перестал вырываться, смущенный таким вниманием к своей скромной четвероногой персоне. Глаза у него действительно были необычные – яркие, с крапинками золота в насыщенном зеленом цвете.

Фифи осторожно взяла котенка на руки и погладила по спинке. Позвоночник прослеживался слишком уж четко, поэтому ведьма рванула на кухню в поисках чего-то подходящего для зверька.

Руфус семенил за ней на четвереньках, но молчал, что было странным. Обычно крыс не затыкался, даже когда его просили.

– Странно это все, точно вам говорю, – Сева продолжал причитать, но вопреки ожиданиям уселся на мягкую лежанку и терпеливо ждал, что скажет ведьма.

Он явно был доволен произведенным эффектом, но пояснять ничего не собирался.

Кувшин с молоком и кусочек сырого мяса быстро оказались в блюдце. Котенок тут же накинулся на угощение. Он довольно урчал, прижимая мясо лапками, чтобы точно никто не утащил. Не то чтобы кто-то собирался, но этого зверек знать не мог.

– Если это и правда ведьминский кот, – осторожно начал Зус, опускаясь на корточки рядом. – А по всему выходит, что так оно и есть, то чей? Я думал, дряхлая Пэгги единственная в этой дыре. Кроме тебя, конечно.

Фифи подложила котенку еще кусочек курицы и нервно почесала шею.

– Понятия не имею. В Светлограде действительно больше нет ведьм, я узнавала. Да и разве народ пер бы ко мне, будь здесь кто-то поопытнее? Странно это. Почему он пришел сюда?

– Ясно же – спасения искал, – Руфус отмахнулся и заполз к Фифи на колени. Он поднырнул ей под руки, явно выпрашивая свою порцию нежности. Или пытался так храбриться перед чужаком. – Ведьмовскую магию здесь учуял и пришел. Иначе не жить ему, без ведьмы.

Все замолчали. Котенок недовольно поднял мордочку, но есть не перестал. Фифи нахмурилась, рассеянно поглаживая Руфуса между круглых розовых ушек.

– Ведьминские коты уходят от хозяев только если те умирают, им нужно находиться рядом с источником энергии. Но если его ведьмы не стало… Сколько же он прошел, чтобы добраться сюда?

– Или в деревушке неподалеку жила ведьма.

– И о ней никто не знал? Брось, Зус, это почти невозможно. Чужую магию бы наверняка почувствовали. В любом случае, бросить Черныша мы не можем.

Руфус вздохнул. Каким бы вредным созданием он ни был, понимал – без ведьмы кот долго не протянет.

– Сделаешь своим фамильяром? Боюсь, толка от него не будет никакого. Обычно котов ведьмы заводят только для приятной компании.

– Вот будет мне компания, он хотя бы помалкивает, – под суровым взглядом Фифи демон и крыс лишь согласно кивнули и потупились. – Будет накопителем энергии – и ему полезно, и мне помощь.

Котенок, с лёгкой руки ведьмы названный Чернышом, довольно облизнулся и нетерпеливо дернул лапкой. Мол, а где добавка? Я голодный вообще-то! Но Фифи забрала блюдце.

– Хватит с тебя, поплохеет еще. Попозже покормлю, а пока нужно тебя хорошенько вымыть.

За борьбой Фифи и Черныша в большом тазу наблюдали всей дружной стаей – семьей назвать эту ехидную нечисть ни у кого бы язык не повернулся.

Котенок терпеливо наблюдал за ведьмой, которая носила теплую воду и добавляла в нее пахучие травы – ненавистную ромашку для успокоения, подорожник для заживления ран, даже на лепестки роз для красивой лоснящейся шерсти расщедрилась. Но когда его лапки коснулись чана началась битва не на жизнь, а на смерть.

Черныш вырывался так отчаянно, будто его не помыть хотели, а утопить. Безжалостно царапал бледные руки, яростно рычал, демонстрируя черное от злости нёбо и становиться чистым отчаянно не хотел.

Нечисть хихикала в сторонке, но на помощь не спешила. Даже Сева, мудрый маленький тролль, только качал плешивой головой.

– На воротник пущу, – мрачно пообещала Фифи, окуная наконец вредного зверька. Тот униженно мяукнул, поджимая хвост. И смотрел так вкрадчиво, обиженно, будто его чести лишили. – Или на перчатки, с тебя воротник получится дрянной, – смилостивилась ведьма и поудобнее перехватила котенка. Тот вырываться перестал, но явно собирался мстить.

Даже кусочки хрустящей жареной курочки не улучшили положение – после ужина Черныш забился под прилавок и выходить наотрез отказывался.

«Не дом злой и страшной ведьмы, а лечебница для душевнобольных» – Фифи устало завалилась в кровать, не обращая внимания ни на что. Ни на бубнящего Севу, который убирал расплескавшуюся воду, ни на играющих в карты Зуса с Руфусом. Играли они яростно – то и дело слышались приглушенные ругательства и шипение.

Наутро убирать записку с двери с красноречивым «Ведьма изволит отдыхать, кто помешает – первый в очереди на проклятье» Фифи не спешила.

Сначала Руфус решил обучить себе оруженосца в морде Черныша, который явно был против этой затеи и носился по дому, как осой ужаленный. Потом Зус требовал на завтрак не сваренные вкрутую яйца, а хлеб, смоченный кровью, или хотя бы булочки с маком. Сева сначала отчитывал Руфуса с Чернышом, которые устроили погром и разбили несколько зелий, которые нещадно воняли, а потом принялся и за Фифи. Досталось ей за всех обитателей, горожан и еще с горочкой. Даже тетку Пэгги упомянул, хотя Фифи ее в глаза не видела неизвестно сколько лет.

В общем, настроение у ведьмы было скверное. Поэтому, когда в дверь постучали, а после нагло оную распахнули, губы ее искривились в гаденькой ухмылке.

Пальцы споро хватали магическую энергию, витавшую в воздухе старого ведьминского дома, и плели кружево проклятия. Абсолютно безвредного, но крайне обидного. Девушка завязывала последние узелки, когда в дом вошел рыцарь.

Тот самый, который пару дней назад страшно обидел ведьмочку. Фифи наскоро развязала плетение, подбирая что-нибудь более обидное, противное. Одна проблема – проклятия были не самой сильной ее стороной, еще и вспоминаться отчаянно не хотели.

– Привет, кроха.

Все в доме замерли.

Зус бросил на кресло книжицу с картинками и поспешил удалиться на кухню, чтобы переждать бурю. Руфус юркнул следом, быстро перебирая лапками. Черныш совершенно не понимал, что происходит, но, когда Сева сцапал его за шкирку, вырываться не стал. Чувствовал, как накалялась атмосфера, а магия опасно сгущалась.

– Я. Не. Кроха, – угрожающе прорычала Фифи, хотя вышло скорее обиженно.

Глава 3

Когда на городской ярмарке Фифи зацепилась взглядом за высокого, широкоплечего мужчину в черной униформе наперевес с мечом, она ахнула. Рыцарь был возмутительно хорош. Взрослый, лет на пять старше, с короткими светлыми волосами и щетиной, весь в магических рисунках-начертаниях, которые должны хранить в бою, он приковывал взгляды всех свободных женщин. И несвободных тоже – слишком уж явно пялилась на него цветочница Кори.

Но больше всего Фифи поразили его глаза – ясно-голубые, с хитринкой. От них очаровательной паутинкой расползались лучики-морщинки – рыцарь явно часто улыбался.

Ведьмочка замерла, во все глаза уставившись на незнакомца. Вот он – тот, кто мог развеять ее скучные будни! Кто мог красиво за ней ухаживать, пока Фифи усердно делала бы вид, что мужчина совершенно ей не интересен. Кто умолял бы подарить ей поцелуй или хотя бы случайный взгляд.

Фифи поправила платье, ликуя, что нацепила одно из самых красивых – насыщенного зеленого цвета с милыми кружевами и декольте, заправила темный локон за уши и смущенно опустила взгляд.

Мужчина отвлекся от разговора с другим рыцарем и повернулся к девушке, мягко ей улыбнувшись.

– Что такое, кроха? – ласковое обращение теплом разлилось внутри. «Попался», – ликующе подумала девушке, пока не услышала следующее. – Ты потерялась? Ищешь родителей?

Романтический флер как рукой сняло. Улыбка сползла с лица девушки, сменившись гримасой. Горожане, что стояли рядом, опасливо отступили – о вредном нраве Фифи из домика на окраине ходили слухи один краше другого.

Рыцарь не понимал, что происходит, поэтому глупо лыбился.

– Я не кроха, здоровяк, – сердитой кошкой прошипела Фифи, но решила-таки дать дурачку еще один шанс. Ну не разглядел ее дьявольской красоты и очарования, со всеми бывает, верно? Может со зрением у бедняги проблемы. – Меня зовут Фифи, – мягко продолжила ведьма и положила ладонь на плечо мужчины. Она казалась абсолютно крошечной на фоне крепкого тела. – А вас?

Фифи даже ресничками похлопала кокетливо. Знала, как на мужчин действуют колдовские глаза янтарного цвета. А уж на фоне роскошных, чуть вьющихся черных волос – совершенно обезоруживающе.

Но мужчина вместо того, чтобы влюбленно улыбнуться, нахмурился.

– Эндрю Вайлет, старший рыцарь ордена Золотого обелиска, – по-военному отчеканил он, а Фифи заулыбалась. Она была уверена, что мужчина хочет произвести на нее впечатление – не каждый в относительно юном возрасте может дослужиться до такой должности. – Какое странное имя…

– Нормальное имя, – сквозь зубы процедила Фифи, даже игривая улыбка дрогнула. – Флоренс Эгаль, если угодно. Давно вы здесь?

– Только прибыли. Тебе нужна помощь? Что-то случилось?

– Да, кое-что действительно случилось, – ведьмочка обманчиво расстроенно покачала головой, поглаживая крепкое натренированное тело. Даже сквозь слои формы чувствовалась мощь и сила. – Вы бесцеремонно вскружили мне голову, – добавила томно, чтобы у рыцаря не осталось и шанса на спасение.

Мужчина нахмурился на мгновение, а потом поджал губы и тихо засмеялся. Фифи отпрянула удивленно, уже сомневаясь в ментальном здоровье этого… Эндрю.

Не такой реакции ожидала девушка. Рыцарь должен был смутиться, упасть на колени и расцеловывать ее руки – в идеале. Впрочем, парочки искренних комплиментов тоже было бы достаточно. А этот болван смеялся ведьме в лицо, разглядывая хрупкую, но ладную фигурку.

– Тебе лет-то сколько, малышка? Родители не наругают, что общаешься со взрослыми дядьками? – к разговору подключился другой рыцарь – кудрявый блондин с родинкой под левым глазом. Собственно, именно в этот глаз Фифи хотела ударить, но отчаянно боролась с желанием прибить рыцарей на месте. Она уже жалела, что подошла.