Призраки сожалений

Глава 1. Болтовня и другие напитки

Кофейня “Бочка” открывается в 7 часов утра. Вскоре она начинает встречать первых клиентов: обычно это преподаватели из ближайшего института. Сонные, измученные повышенной нагрузкой на работе, они приходят за стаканчиком эспрессо, надеясь найти в нем дополнительную энергию. Либо раздраженные и загруженные своими проблемами, они хотят повысить свое настроение, наслаждаясь любимым напитком.

Первый час работы для бариста проходит быстро, потому что клиенты в этот ранний час мало обращают внимания на окружающий мир, а также не хотят, чтобы внимание обращали на них. Они приходят за кружкой кофе в фирменном чёрном стакане и понимающим тихим обслуживанием. Никакой громкой музыки, минимум приветствий – это то, что постоянные клиенты ценят в маленькой кофейне у института.

В следующий час клиентура начинает меняться, и кофейня заполняется студентами, сквозь толпы которых каким-то чудом все еще просачиваются молодые преподаватели, а также работники других сфер из соседних компаний. Музыка в помещении переключается на более бодрую, позиции популярных напитков теперь заняты латте и капучино, а разговоров становится больше.

– А вы делаете кофе из зерен робусты или арабики? – долетел до ушей баристы тонкий женский голосок.

Избавившись от утреннего легкого транса, вызванного привычной монотонной работой, бариста поворачивается к источнику голоса и видит у кассы молодую взбудораженную девушку. Кажется, чтобы задать этот вопрос, ей пришлось проявить непривычную смелость.

– 70% арабики и 30% робусты, – стараясь не заглядывать в глаза собеседнице и пожилой женщине за ее спиной, ответил Сергей, отворачиваясь от девушки и возвращаясь к приготовлению латте на миндальном молоке. Эспрессо уже готово, осталось взбить молоко и добавить его в кофе.

– А у вас кофейные зерна спешалти или обычные? – настойчиво продолжила девушка задавать вопросы спине баристы.

– Мы закупаем зерна хорошего коммерческого уровня, – не поворачиваясь к собеседнику лицом, ответил мужчина.

– А почему не спешал? Они же лучше? – тихо произнесла девушка.

– Лиза, ну ты сама подумай, смогли бы мы покупать тут кофе, если бы они делали кофе из элитного зерна? – ответил девушке парень из группы студентов, которые оживленно болтали у высокого столика при входе в кофейню, – прекрати донимать Сергея, дай ему делать свою работу.

Сергей, он же бариста, благодарно взглянул на громкого парня, который теперь переключился обратно на рассуждения о том, что растительное молоко в кофе полезнее животного. Студенческие веселые и прогрессивные разговоры, оживленность, аромат сладкого кофе в воздухе – все эти особенности послераннего часа нравились Сергею. Ему лишь не нравились посетители, которые никогда ничего не покупали.

Спустя два часа кофейня потихоньку опустела, и Сергей принялся наводить чистоту на своем рабочем месте, а также в зале. Он всегда работал один, без напарников, меняясь со второй командой каждые два дня, и всегда успевал сделать все необходимые дела, не сильно уставая. Во второй команде работали двое: молодой парень и девушка. На двоих они получали столько же, сколько получал Сергей один. По крайней мере, так говорил владелец кофейни, и Сергей ему верил. Деньги не являлись его главной причиной тут работать, но зарабатывать больше все же лучше, чем зарабатывать меньше. Деньги не приносят счастья, как известно, но без них житье обычно более несчастное. Да и на корм коту приятно зарабатывать. Ну и на свой, более разнообразный.

До обеденного наплыва оставался еще час, зал и кухня приведены в порядок, сэндвичи заготовлены, и у Сергея появилось немного свободного времени. Обычно он пролистывал в инстаграме блог известного баристы @sergio_coffe, изучал обзоры на кофемашины, знакомился с новыми трендами и смотрел на успешного человека, который занимался тем, что ему нравится. По иронии судьбы, владельца блога звали так же, как и его самого. И иногда, совсем иногда, он любил представлять, что это его блог и его жизнь. Но если бы кто-то его заподозрил в подобных фантазиях, то Сергей бы отрицал это. Почему? Ему хотелось создавать впечатление довольного всем человека, которому большее и не нужно.

Который большее и не заслуживает. Который довольствуется тем, что есть.

Он оторвался от экрана смартфона и выглянул в окно. Сквозь почти чистые стекла с легкими разводами была видна оживленная улица, по которой неторопливо шли редкие пешеходы. Смотреть на людей украдкой, словно подглядывая, Сергея устраивало больше, чем смотреть людям в глаза. Про себя он называл их бездельниками, которым нечем заняться в рабочее время. Которые могут себе позволить не работать и жить за чужой счет. Попробовали бы они выживать так, что только от их усилий каждый день зависит, будет ли где им жить и чем питаться в следующий месяц. Переводя взгляд с одного прохожего на другого, Сергей старался избегать смотреть на фигуры, которые шли за многими след в след. Нет смысла думать о чужих переживаниях, ему хватает и своих забот. Случайно переведя взгляд на свой силуэт в отражающей поверхности стекла, он заметил, что соседка была права, пора что-то сделать с отросшими волосами, которые сейчас взлохмаченно торчат в разные стороны. Но парикмахер, к которой он ходил на дом последние годы, ушла в декретный отпуск, а это значит, что нужно искать нового. А ходить в новые места или знакомиться с новыми людьми очень не хотелось. Когда Сергей встречался с новыми людьми, он разом получал от них слишком много информации, больше, чем ему хотелось бы.

Колокольчик над дверью прозвенел, сообщая о новом посетителе кафе. Сергей перевел взгляд на гостя и ненароком посмотрел ему в глаза.

“Медленно закрывающаяся дверь, возмущенный отклик остающегося мужчины, сожаления о завершенной дружбе…”

– Здравствуйте. Вижу, что у вас нет в меню такого кофе, но можно мне юаньян? Это кофе с чаем. – избавившись от наваждения, бариста увидел перед собой мужчину средних лет в потной светлой рубашке с неряшливой прической.

– Вам холодный? – через несколько секунд ответил Сергей, вспоминая, когда последний раз делал этот напиток дома.

– Да! Если можно – обрадовался посетитель, – сколько будет стоить?

– Как стоимость чая и эспрессо. Но нужно будет подождать, можете пока присесть у любого столика.

– Спасибо! Я подожду, – посетитель выбрал стол поближе к кондиционеру и присел на деревянный стул, предварительно убрав с него подушку. Выгляну в окно, он мягко улыбнулся, – знаете, я не был в этом городе уже почти 12 лет, и оказывается совсем забыл, как тут бывает тихо. Или мне только так кажется? Люди выглядят такими спокойными и счастливыми: никуда не спешат, ни о чем не переживают.

Посмотрев сперва на довольного посетителя, а потом на прохожих, Сергей почувствовал небольшой азарт из-за возможности переубедить собеседника, поэтому решил ответить: “Почему вы думаете, что они ни о чем не переживают?”

– Ну, они же вот, идут спокойным шагом, улыбаются! Посмотрите на этих двух девушек с колясками – они выглядят очень довольными!

Бросив беглый взгляд на девушек, о которых говорил посетитель, Сергей спокойно вернулся к завариванию чая и произнес: “если человек улыбается, это вовсе не значит, что он ни о чем не жалеет и не переживает. Вот взять вас, вы улыбаетесь, но разве вы ни о чем не сожалеете? У всех нас есть похороненные истории: у кого-то о любви, у кого-то о дружбе.”

Собеседник удивленно вздрогнул, услышав слова Сергея, но оставил свой взгляд на прохожих. Кажется, он ушел куда-то глубоко в себя, и уже не видел, что происходит в мире.

Не получив ответа на свой вопрос, бариста обернулся к посетителю, чтобы понять, почему тот молчит. Но картина, которую он увидел, ему не понравилась. Собеседник безжизненно смотрел в окно, не выражая при этом никакой заинтересованности в происходящем. А молчаливый компаньон, который вошел следом за мужчиной, прислонился к его спине, положив свои бледные руки ему на плечи. Глаза компаньона, светлого молодого парня лет 20, были закрыты – он полностью был погружен в процесс насыщения чужими переживаниями. Или, вернее, не совсем чужими. Это был тот самый молодой человек из вспышки воспоминания, которую Сергей увидел, ненароком встретившись взглядом с посетителем.

Черт, совсем не такой победы в споре хотел он получить.

Резко отвернувшись обратно к своему рабочему месту, Сергей добавил сгущенное молоко в чай и начал варить эспрессо, стараясь не обращать внимание на посетителя. Спустя неловкие пять минут холодный напиток был готов, и Сергей привлек внимание мужчины, сообщив, что заказ можно забирать.

Посетитель вымученно улыбнулся и взял свой холодный юаньян из теплых рук бариста в свои прохладные. Сергей ответил ему такой же улыбкой и поспешно отвернулся.

И только к вечеру он смог отделаться от неприятного привкуса от этой встречи.

В 7 вечера кофейня закрывается. Незадолго до закрытия Сергей начинает промывать всё оборудование и наводить чистоту на всех поверхностях. В вечерние часы посетителей почти не бывает, и окончание рабочего дня происходит спокойно. Очистив банку для чаевых с надписью “На велосипед”, он с удовлетворением понимает, что этих денег хватит на автобус и бутылку пива. Но для покупки кошачьего корма уже нужно будет лезть в кошелек за своими кровными.

Выходя на улицу, он надевает солнцезащитные очки, которые, правда, уже не очень нужны в это время суток для защиты глаз от солнца, и надвигает поглубже на лоб черную кепку. От солнца прятаться уже не нужно, но эта “ броня” позволяет ему полностью избежать случайного пересечения взглядов с людьми в автобусе, на котором ему приходится ездить. Да и в очках проще игнорировать навязчивую рекламу на подсвеченных билбордах. Последние полгода одна вызывала особенное раздражение: “Дом отдыха “Тело и душа” – помоги себе избавиться от лишних сожалений!” Больше всего хочется избавиться именно от такой навязчивой рекламы.

Дойдя до нужной ему остановки, он стал ждать автобус №17. И пусть этот автобус довезет его не до самого дома, но ему нравится невысокая популярность этого маршрута – от этого поездка домой после работы не напоминает консервирование людей – овощей в переполненные банки. И уменьшает вероятность неловких ситуаций. Наконец, нужный автобус приезжает на остановку и открывает двери для всех желающих войти. Немного помедлив, Сергей входит в автобус, осторожно оглядываясь. Сложно сказать, сколько в нем людей, и даже не пытаясь найти свободное кресло, он уходит в край автобуса и отправляется в долгую страну ожидания своей остановки.

Пока он едет, он привычно отправляет свои мысли на берег океана. Представляет, как выбирает себе место на гальке, расстилает плетеный плед и присаживается, вытягивая ноги в сторону воды. Берёт в руки камешек, который первым попадается под руку и шепчет ему название “путник с другом”, после чего кидает камень далеко в океан. Ну, насколько получается закинуть. Эту методику он подглядел как-то давно в журнале Лены, когда они еще жили вместе. Нужно лишь представить спокойное место и, давая имена своим сожалениям, далеко их кидать. Можно было также их сжигать или закапывать, но образ летящего в океан камня очень понравился Сергею, и он остановился на нем. Любой способ хорош, если он работает.

Как только транспорт достиг нужной остановки, мужчина вышел из него и направился в сторону своего дома, ступая по чистым островкам земли между строительным мусором. Посадский район, по которому он шел, еще только застраивался: через два года застройщик обещал здесь возвести 5 новых домов с парковой зоной и местом под новый детский сад. Было бы хорошо иметь возможность купить здесь квартиру. Может быть в какой-то другой жизни он мог бы даже тут жить: с женой, сыном и кошкой. Пусть и с черепашкой, главное не с собакой – тех Сергей не любил, эти животные слишком о многом могли сожалеть, испытывая жуткие муки совести от каждой украденной печеньки. Он бы смотрел по вечерам в окно из удобного кресла, наслаждаясь закатом и вкусным ужином. На ужин были бы овощной салат и ребрышки с пивом, а потом вечер семейного просмотра кино…

Пожалуй, именно ребрышки он сегодня и купит в “Авокадо” у дома сегодня на ужин. И, конечно, кошачий корм с говядиной для Чарли. Этот вчерашний бродяга быстро освоился в скромной квартире Сергей и установил свои правила, и одно из правил гласило – “кормить нового короля можно только кормом Гурмет с говядиной”. В целом, этих правил и было то всего два, и второе касалось личного пространства кота. Не стоит гладить кота, пока он сам этого не попросит. А просил он редко.

Спустя 15 минут неспешного шага мужчина дошел до магазина, который располагался на первом этаже многоэтажного дома. Дома, в котором он удачно купил квартиру в начале своей юности. Но сам он не считал покупку удачной – ему нужно было вложить куда-нибудь круглую сумму денег, а квартиры в этом здании как раз были равны этим деньгам. Дом вызывал у него отвращение и ужас – тринадцатиэтажное здание грязно – желтого цвета было словно окутано атмосферой гниющих надежд, и Сергей рассчитывал, что покупка временная. Но нет ничего более постоянного, чем временное. И вот спустя десяток с лишним лет он идет в свою небольшую “временную” квартиру №47 на седьмом этаже, совершив успешный набег на придомашний магазин.

Когда он уже достал ключи от квартиры, сзади раздался задорный женский голос:

– На этой неделе обещали поставить, наконец, энергосберегающие лампочки в нашем подъезде. А то столько времени об этом говорили, нужное число голосов уже набрали, и всё чего-то ждали! – собеседница выглядывала из квартиры напротив, высунув на площадку только голову и массивную грудь. Это была немолодая женщина лет 70, светлые вперемешку с сединой волосы были аккуратно уложены в тугую култышку, но взгляд горел молодым огнем, которого нет у многих юных девушек.

– Здравствуйте, Софья Сергеевна. Да, было бы хорошо, – ответил Сергей, чтобы скорее закончить разговор. Говорить о том, что в голосовании он не участвовал, потому что не видит смысла в этих лампах, он не стал.

– Я собственно зачем вышла. Услышала, что ты шумишь на этаже, и подумала – вот если сейчас не скажу, то когда? Вдруг вечером внуки доведут до белого каления и всё, все мои мысли и советы останутся при мне. Нехорошо!

“Спорно”, – тихо хмыкнул Сергей.

– Помнишь, я говорила тебе, что космы твои длинные пора в порядок привести? На твою удачу, у нас соседка новая на пятом этаже поселилась, вместо этих шумных. Сегодня заехала только. Я с ней разговорилась утром, когда она вещи свои переносила – а вещей, кстати, совсем и мало. Так вот, она курсы парикмахерские эти окончила недавно. Я ей и сказала, что она в нашем доме сможет найти себе клиентов, на ком руку набить сможем. И ей опыт, и тебе дешевле – удачно, верно?

С ужасом представляя, что такой мастер может сделать с его головой, Сергей ненароком сделал шаг назад, уперевшись спиной в холодный металл прочной двери.

– Я подумаю, спасибо за заботу, – насколько возможно вежливо ответил он и поскорее стал открывать входную дверь, чтобы закончить этот навязчивый разговор.

– Танечка живет в 33 квартире, запомни! – крикнула заботливая соседка в закрывающуюся дверь, словно стараясь забросить свой багаж в отъезжающий поезд. И кажется, ей удалось.

Квартира встретила привычной прохладой и запустением. У входа лежала груда кроссовок, которые нужно разобрать еще с прошлого сезона, но пока к ним присоединилась еще одна пара; на один из последних стойких настенных крючков была повешена куртка, и Сергей направился на кухню разбирать покупки. Незаметно на кухню за ним проскользнул как тень гибкий Чарли – он мог бы быть скрытным убийцей в темной квартире, если бы не его яркие леопардовые пятна, которые лишали его незаметности. До сих пор оставалась загадкой, почему такой породистый кот оказался на улице – но одним летним вечером он прятался на жилой площадке этого дома и воспользовался импульсивным приглашением хозяина зайти в гости. Желания уйти гость не проявлял, как и сожалений – это Сергей знал точно. И так и прошли последние два года этих двоих, без лишних разговоров, без лишней привязанности.

Весь следующий день, находясь на работе, а потом и по пути домой, Сергей раздумывал о том, стоит ли менять что-то в своем привычном укладе жизни и решаться на нового парикмахера. Идти в гости к незнакомой девушке за стрижкой, тем не менее, было так же неуютно, как и искать салон. Уже несколько раз были взвешены все плюсы и минусы. Из очевидных плюсов знакомства с соседкой было то, что она обитает дома, скорее всего, одна. Да и стоимость стрижки ожидалась меньшей, чем в салоне. Из очевидных минусов – есть риск в итоге остаться лысым. А пойдет ли ему лысина? Не станет ли она привлекать слишком много внимания? Нужно еще раз всё обдумать.

В таких размышлениях прошла вся эта и следующая неделя, и идея о домашней стрижке уже почти была отвергнута, но всё решил случай.

Ранним утром, направляясь на работу, Сергей покинул квартиру и с неудовольствием обнаружил, что лифт вновь не работает. В их доме подобное случается довольно часто, потому что это здание сочетает в себе двух страшных врагов этого подъемного механизма: бесконтрольных детей с походкой кенгуру и чрезмерно экономную управляющую компанию, к которой относится их дом.

Раздраженно смахнув отросшие пряди со лба, мужчина пнул дверь лифта, которая ответила лишь тихим металлическим звоном, но не возобновила свою работу.

– Ну и черт с тобой, ржавая трещотка, – пробормотал он и направился к лестнице. Толкнув тяжелую металлическую дверь, Сергей стал спускаться пешком. Преодолев один лестничный пролет, он вышел на лестничную площадку, которая располагалась снаружи дома. Слегка поежившись от прохладного утреннего воздуха, он стал спускаться дальше, радуясь, что по утрам на площадках почти не бывает людей, в отличие от вечера.

И только на пятом этаже он встретил кого-то из соседей. Эта была молодая девушка в мятой длинной футболке и джинсах, которая задумчиво стояла в проеме открытой двери на площадке с квартирами. Ее правая рука нервно постукивала по стене, а левая была скрыта за дверью. Кажется, она была чем-то озабочена, и эта напряженность отражалась как в ее позе, так и в растрепанной короткой стрижке, которая, похоже, пока не удостоилась внимания своей хозяйки. Бегло бросив взгляд на девушку, Сергей стал спускаться дальше, но тут его заметили.

– Знаешь, этот дом на удивление тих по утрам. Вот бы он был так же тих и по ночам. Каждый вечер на этой лестнице я слышу столько шума и криков, словно живу в баре. А по утрам в доме такая тишина, что я, бывает, стою тут и просто наслаждаюсь. Хотя ладно, еще и борюсь со своим желанием выйти на площадку и закурить хотя бы одну сигарету. Или хотя бы половинку. Черт, да я согласна и на одну затяжку…. У тебя случайно нет сигареты? Хоть нет, не отвечай, это неважно. Ты ведь Сергей, верно? Я не ко всем незнакомым пристаю, не подумай. Просто после тесного общения с Софьей Сергеевной я словно знакома лично со всеми жильцами.

– Да, это я, – не спеша ответил мужчина, оценивая, как отнестись к этой встрече. Девушка пугала его своей общительностью, а он до сих пор не понял, чем он заслужил это внимание.

– Я так и подумала, – закивала головой девушка, – я все еще жду тебя на прическу, помнишь? Мне не помешают новые клиенты, а тебе, честно говоря, не помешает стрижка. Софья Сергеевна сказала, что ты зайдешь на этой неделе. Хотя я ждала тебя еще вчера.

– Я…все еще думаю, – напряженно ответил Сергей, скорее желая прервать этот разговор, и продолжил спускаться по лестнице.

– Если что, я живу в 33 квартире, и пока есть свободные окна сегодня и завтра с 4 до 8! – крикнула вслед удаляющемуся мужчине собеседница, – я Таня!

“Она сумасшедшая”, – подумал Сергей и ускорил шаг.

Глава 2. Стрижка с дымом прошлого

Но девушка ему понравилась, хотя он и не хотел себе в этом признаваться. В ней была какая-то безуминка, которая когда-то была и в нем самом, в более юные и авантюрные времена. А еще, что немаловажно, с ней не было спутников. И это была та причина, благодаря которой он мог убедить себя к ней зайти.

На следующий день, достигнув пика уверенности в своем решении, после работы он направился сразу к дверям 33 квартиры. Девушка открыла сразу после первого звонка и пригласила войти в квартиру.

– Привет! – я рада, что ты все же решил зайти, – поприветствовала Таня и скрылась на кухне, – можешь пока располагаться в зале: там стоит кресло, а я мигом.

– Привет, – только и успел удивленно сказать Сергей быстро скрывающейся фигуре, но в квартиру вошел.

Первым делом он почувствовал сильный запах сигарет, из которого словно состоял воздух. Сдержав рефлекторно подступивший кашель, мужчина снял свои белые кроссовки и неуверенно ступил в зал в своих таких же белоснежных носках. Хотелось быть вежливым гостем и не сообщать хозяйке дома о страхе за чистоту носков, но удавалось с трудом: помещение явно нуждалось в тщательной уборке и хотя бы капельке уюта. Комната создавала ощущение заброшенной парикмахерской, но никак не жилого помещения. В центре небольшого зала стояло черное кресло на металлической ножке и пара столиков, а на голых стенах с рисунком обоев из позапрошлого десятилетия висело одинокое большое зеркало, создавая импровизированный салон. В дальнем углу стоял диван, на котором громоздился монстр из наспех свернутого пледа и подушки, а рядом с ним стояли полураскрытые коробки с вещами. Дополняли обстановку прикрытые шторы темно—зеленого цвета.

– Будешь чай или кофе? – вывел мужчину из замешательства голос с кухни.

– Только воду, – прохрипел Сергей, откашлявшись.

– Черт, извини, у меня слишком дымно. Я все таки сорвалась. Стараюсь не дымить в подъезде, чтобы не ссориться с соседями, только дома. Знаю, что нужно бросать – все говорят, но это пока мой единственный способ бороться с переживаниями. Я человек воли, точно знаю, что когда необходимость в успокоении пропадет, я быстро брошу. Люди пытаются бросить с помощью всяких пластырей и книг, но они просто еще не готовы завязывать, только себя обманывают, – объясняла девушка, выходя из кухни с двумя кружками. Поставив кружки на столик, она быстро метнулась к шторам, раскрывая их полностью и впуская закатный свет вместе с прохладным вечерним воздухом от открывшегося окна.

– Спасибо, – ответил Сергей, присаживаясь в кресло и разглядывая пролетающую в воздухе пыль, которая радостно кружилась в воздухе.

– Держи, твой кофе, – радостно протянула Таня кружку с горячим напитком своему гостю и встала за его спиной перед зеркалом.

– Хм, спасибо, – взял он в руки напиток, поворчав про себя, что можно было и не спрашивать, что он будет пить, и только сейчас взглянув в глаза собеседнице, которая отображалась в зеркале.

Но стоило только взглянуть ей в глаза, как Сергею сразу предстал ее молчаливый компаньон. Маленький мальчик лет 5 проявился рядом с ней, зло глядя на мужчину. Мальчик словно пылал в темно—фиолетовом огне ненависти, заражая не только своего носителя, но и всех, кто стоит рядом.

Скрытный спутник прятался, пока Сергей не взглянул в глаза носителю. Самый мерзкий тип.

Как Сергей мог так наивно полагать, что эта девушка одна? Ведь все в ее виде и обстановке показывает ее внутреннюю борьбу. С сожалением, болью, самобичеванием – с призраком, который ходит за ней по пятам неотступно. И теперь Сергей в ее доме, вынужден находиться под влиянием этого призрака. Черт, и ведь даже уйти нельзя – это будет слишком подозрительно. Хотя если не смотреть девушке в глаза, то и призрак не будет иметь на него сильного влияния, только мерзко тлеть на фоне.

– Ну, что, как стричь будем? Тебе просто восстановить старую форму или делаем что-то новое? – попивая горячий напиток, спросила Таня, одной рукой перебирая волосы мужчины.

– Да, восстановить старую, если можно. Виски убрать, длину хвоста уменьшить на пару сантиметров, – стараясь не смотреть парикмахеру в глаза, ответил он.

– Без проблем, – ответила девушка, продолжая мягко перебирать и гладить волосы – дай мне пару минут допить кофе и приступим.

Сергею очень хотелось попросить ее перестать так бесцеремонно трогать его, но он не смог. Потому что это было так приятно. Милая девушка, хоть и странная, гладит его по голове – это же хорошо? Хоть она и имеет интерес только к его волосам, пока он сидит в уютном кресле. Хотя и вряд ли очень чистом. Да, оговорок слишком много, но все еще приятно. Пусть это мгновение длится вечно.

Но стоило ему прикрыть глаза и расслабиться, как до него долетели слова “ой, что это я”, и миг блаженства прекратился.

Открыв глаза, Сергей встретил смущенный взгляд Тани и, что удивительно, только ее. Компаньон скрылся.