Тайна

2002-2014

Стихи

В минуту тягостных сомнений

Ищу я скромный уголок,

Ищу я тень уединений,

Где душу я раскрыть бы смог.

Одним стихам могу её раскрыть,

Одни стихи спокойно станут слушать,

И не сочтут за главное судить,

И не заткнут стыдливо свои уши.

Дом

Бревенчатый дом.

Для нас он в деревне был первым.

Просторные комнаты, сад за окном

И белая известь на стенах.

И в ненастье, и в тихие будни

Шелестела листва за окном.

Я его никогда не забуду,

Этот милый уютный наш дом.

Пичужка

Пичужка жалкая упала

На землю с раненым крылом.

И долго так она лежала,

Да и забылась мёртвым сном.

И подошёл вдруг к ней стрелок.

Несмело взяв её на руки,

Он проклинал себя, как мог.

Не от печали, а от скуки.

Я тебя не увидел сегодня

Я тебя не увидел сегодня,

И тоскою вспороло грудь.

В день последний, предновогодний,

Я не смог на тебя взглянуть.

А так хотелось увидеть глаза,

Что нежной грустью наполнены иссиня,

И сказать тебе, что-то сказать,

Что-то нежное, искренне – искренне.

И прижать тебя нежно к груди –

Никого, только мы вдвоём,

Чтоб никто нас не разбудил

В этот дивный предновогодний сон.

Но я тебя не увидел сегодня,

И тоскою вспороло грудь.

В день последний, предновогодний,

Я не смог на тебя взглянуть.

31.12.2005

Маме

Не грусти, родная, не грусти.

Хоть, увы, ничего не поделать,

И мы с тобою уже далеки,

Но мы будем друг другу верить.

Я буду верить, что всё хорошо.

Что ты зимнею ночью не плачешь.

Что боль и печаль – всё прошло.

Что когда-нибудь будет иначе.

Я прошу, ты мне тоже поверь,

У меня всё нормально и ладно.

Скоро – скоро в родную дверь,

Постучу я, вернувшись обратно.

Я вернусь, и всё будет, как хочешь.

Я ещё ненадолго в пути.

Ты только не плачь зимней ночью,

Ты только, прошу, не грусти.

Сентябрь 2006.

Волки

Я часто гуляю с волками.

Они не тронут, они – свои.

Да, я видел, я видел, как волки клыками

Вгрызаются в плоть до крови.

И до смерти в бою и своей, и чужой.

Но я видел ещё и другое.

Я видел, я слышал протяжный вой –

Это волки общались с луною.

Они мне заменили людей,

И мы вместе бродили по свету.

Дни сменялись ночами, ночи – ужасом дней

Но однажды – я помню это –

Мы вместе общались с луной,

И делились с ней горем и болью,

И страшный протяжный вой

Мне душу порвал надвое.

2007

Мне хочется прийти в такую церковь

Мне хочется в церковь прийти, да такую,

Чтоб купола до облаков

Возвысились со мной, и чтоб ликуя,

Я слушал перезвон колоколов.

Чтоб перезвон – так слёзы – росы.

Чтоб перелив – так скрип души.

Чтоб просто так, чтоб ноги босы.

И сердцу луговая ширь.

А после – в тишине читать молитву,

Впервые в жизни у святых икон,

Чтоб стало всё порочное забыто.

И как теперь – как будто испокон.

Чтобы забыть все тяготы и муки.

Чтоб отдохнуть уставшею душой.

Чтоб не страдать в безделье или скуке.

Чтоб обрести надежду и покой.

2007

Независимо от песен, независимо от слов

Независимо от песен,

Независимо от слов

Независимо от века –

Я любитель человека

И крушителя оков.

Только он мне интересен

Пусть он стар и пусть он сед –

Чтобы слово, а не бред.

Пусть в груди тяжёлый камень

Или сердце молодца –

Чтобы он зажёг своё пламень

И пронёс вперёд отца.

Мама, спой мне этой ночью

Мама, спой мне этой ночью

Что-нибудь из детства.

Назови меня сыночек,

И прижми к груди согреться.

Расскажи мне тихо сказку,

Чтобы мне спалось здорово.

Чтобы я увидел снова

Детство в деревенских красках.

Чтобы я увидел счастье,

Где нет в твоих глазах печали,

Где мы в наивной детской страсти

Ничего не замечали.

Где нет мучительных страданий,

Где сердце ни о чём не ныло,

Где всё ещё так радостно и мило,

Где нет проблем и оправданий

Спой мне тихо песню, мама,

Успокой больную душу.

Твой покой мне ох как нужен,

Ах отчего его так мало.

Капал и капал, и капал

Капал и капал, и капал

Тонкие пальчики оземь.

Плакал и плакал и плакал

Маленький дождик в осень.

Может, у дождика папы нет,

Может, соскучился очень?

Может он больно царапает

Тонкие пальчики оземь?

Может его напугал тёмный лес

Какая-то чёрная птица?

А может среди незнакомых мест

Он просто успел заблудиться?

– Так это, милый, не так это?

Только шагов твоих

Я печальней не слышал такта

И тише не слышал их.

– Я сегодня гулял в лесу

Он очень красивый в осень.

И средь ёлок берёз и сосен

Я рыжую встретил лису.

Мы будем играть, веселиться,

Будем бегать по грязным лужам.

Вы не правы, мне не грустится

Я сегодня и весел, и дружен.

Я сегодня кому-то нужен.

Может, лисе, может птицам.

Может быть, грязным лужам.

Может быть, грустным лицам

Что панихиду служат.

Грустной матери

Скрой досадную грусть,

Не тревожь понапрасну

Ни детей, ни себя.

Не вздымай тихо грудь,

Не вгоняй себя в краску,

Пока дети глядят.

Потерпи, придержи,

Им ведь тоже досадно,

Что у матери жизнь

Вся не складна, не ладна.

Им ведь тоже печаль.

Им ведь тоже беда

И тревожное детство.

И от этих начал

Им потом никуда

Не сбежать и не деться.

Какой октябрь!

Какой октябрь! Какая нежность!

Я влюблён в эту тихую осень.

В её красивую и лёгкую небрежность.

И первый снег с листвою вроссыпь.

Мне мил печальный шорох листьев

И редкий нежный тёплый дождь.

И ветер, что играет – злится,

И ветви клёнов, кашляющих в дрожь.

Мне мил октябрьский рассвет

И тишина октябрьской ночи.

И свет луны, такой печальный свет,

Когда всё ласково заботливо молчит.

Какая грусть! И всё-таки легко.

Всё как-то по душе и очень близко.

И свежей россыпью октябрьских стихов

Мне хочется душой излиться.

Какое небо

Какое небо!

Какая нежность!

Какая тишина и безмятежность!

Ах, как давно я счастлив не был!

Ах, как давно! Теперь уж и не вспомнить

Вкус сладостного счастья на губах.

Печаль и грусть в неласковых глазах,

И душу болью-судорогой сводит.

Мне б бросить всё, покинуть этот мир,

Мир, потонувший в грязи ноября,

И жизнь, прожитую как будто бы зазря

В глуши неубранных квартир.

Какое небо! Какая нежность!

Там тишина, покой и безмятежность.

Рушатся чувства и мысли заветные

Рушатся чувства и мысли заветные —

Всё же тревоги правы.

Нет, я не верю, что стану поэтом,

Увы! Увы!

И мысли, и чувства – всё без ответа,

А вы? А вы,

Написанные когда-то —

Как грусть, как грусть?

Все убежали куда-то.

И пусть. И пусть.

Но если бы вспыхнуть душой

Да с вами сгореть без остатка!

И с чувством в смертельной схватке,

И с сердцем в последний бой!

Но я не стану, не стану поэтом,

Как жаль. Как жаль.

Ни счастье, ни радость – ничто не воспето,

Ни грусть, ни печаль.

И дальнее эхо по ветру, по ветру:

«Прощай. Прощай…».

Подмигни красивым глазом

Подмигни красивым глазом,

Помани к себе на небо —

Прибегу туда же сразу,

Да туда, где ещё не был.

К тем приду, кого не знаю,

Погляжу, чего не видел.

Ах, что за жизнь у вас чудна́я!

Вот бы жить такою жизнью!

Вот бы жить, да вот бы славить!

Да гореть такой звездою.

Позови меня, и я ведь,

Может быть, чего-то стою.

Может, я горел бы тоже.

Может, мне бы в свет смотрели.

Может быть, такое может

Быть на самом деле?!

Я брошу всё, и даже счастье,

Только позови меня скорей.

И со всей своей энергией и страстью

Я хочу звездой сгореть.

Осенний вальс

Ах, эта осень! Какая осень!

Вперемешку золото и кровь.

И ты, в глаза мне глядя, нежно спросишь:

«Скажи мне, это ли любовь?»

И я отвечу: «Счастье и любовь».

И мы закружим с листопадом

Осенний вальс под первый снег.

И ты со мной, со мною рядом,

И нас счастливей в мире нет.

Осенний вальс под первый снег.

Ах, эта осень! Ах, это счастье!

Ах, эта прелесть жёлтой красоты!

Ах, как не хочется с тобою мне прощаться!

И так не хочется терять свои мечты.

Ах, эта боль осенней красоты.

Ах, эта осень! Эта грустная осень.

Я один в упоении ласковых чувств.

Снег ложится на мокрый асфальт, словно проседь,

И на сердце щемящая тонкая грусть.

Ты меня о любви не спросишь.

Мне уже ничего не вернуть.

Если б я был художником

Если б я был художником – было бы счастье,

Я б как стих написал твой портрет.

Я б был предан ему всей душою и страстью,

Я б забыл, что тебя рядом нет.

Я б его полюбил, как никто никогда,

Такой чистой открытой любовью.

Я всю ласку, всю нежность ему бы отдал,

Я бы верил, что ты со мною.

Если б я был художником, было бы счастье,

Но я не художник, нет.

Боль останется болью, страсть останется страстью,

Но не я напишу твой портрет.

2007

Мы не вдвоём, но чувства не обманешь

Мы не вдвоём, но чувства не обманешь,

И мне тебя так просто не забыть.

И мне осталась на прощанье память,

О том, что посчастливилось любить.

И я писал тебе об этом строки,

О жизни, помнится, и даже о судьбе.

И были вечера и ночи одиноки,

Но я писал о чувствах, о тебе.

Но ты же холодна к моим стихам,

Ты никогда не восхитишься ими.

Прости, что для тебя я их писал,

Они не перестанут быть твоими.

Ты ни одной строки в них не прочтёшь,

И не подумаешь ни на одно мгновенье,

Как билось сердце чувственно и в дрожь,

И как я увлекался вдохновеньем.

И всё же, самою большой наградой

Мне было б, если б ты сочла сказать:

«А знаешь ли, я очень рада,

Что ты не бросил их писать».

Песня

Снегопад, снегопад, снегопад,

Скрой следы её туфелек тонких,

Чтобы смех её звонкий – звонкий

Мне не вспомнить уже никогда.

Чтоб забыть её ласковый взгляд

И нежную грусть улыбки.

Заметай, заметай, снегопад,

Все печали и все ошибки.

Заметай, заметай, заметай,

Ничего не желаю помнить.

Что же снег твой проклятый тает.

Давай-ка ты лучше спой мне.

Спой, да так, чтобы вон из души.

Чтоб ни голос, ни взгляд не остался

По которым когда-то грустил.

Пой, снегопад! Пой, снегопад! Пой, снегопад, и пляши!

Да мало ль в кого я влюблялся.

Да мало ль кого я любил.

А теперь затяни заунывную,

Что-то хочет душа погрустить.

Как любил я когда-то милую,

Как её не могу забыть.

В прошлое

Ну вот и всё, тебе моя последняя строка,

И между нами нет ни слова и ни взгляда.

И ты, увы, увы, со мной не рядом.

Ты от меня безумно далека.

Прости меня за все мои стихи,

Что для тебя написаны так нежно.

Прости меня, что всё-таки надежда…

Но, впрочем, хватит вспоминать грехи

И глупости, и прочее былое.

Всё позабудь, иди своей тропой.

И если ты всё та же, то с тобою

Пускай пребудет кто – нибудь такой,

С кем ты захочешь лучшего себе,

И вспомнишь обо мне. В былое глядя

Я ж благодарен той судьбе,

Что не свела меня с такою бля…ю.

2010. 16.10.2017

Никто не знает, как рождаются стихи

Никто не знает, как рождаются стихи,

Лишь тот, кто всей душой болел.

Кого они томили, как грехи,

Кто, как свеча, в стихах горел.

Кто весь сгорал, до углей и дотла,

Кто всё сжигал – спокойствие и разум.

Но в том огне, как ночь была светла,

Он тоже знал. Поэзией наказан,

Быть может, он. Прости меня, Господь,

И всё-таки, не каждому понять,

Как ломится душа, и тает плоть,

Чтоб всё излить и чтобы написать.

Чтоб всё излить, и чтоб легко вздохнуть,

Всё выложив и высказав при этом.

Чтоб сквозь печаль и трепетную грусть

Понять, какое всё же счастье быть поэтом.

Нет прежней радости

Нет прежней радости, и счастья больше нет.

И прежней искренности в строках – нет, не будет.

Я очень много потерял за пару лет

И с парой вверенных чужих и милых судеб.

Я искренне теперь не рассмеюсь,

Не утону в мечтаниях и спорах,

Что очень, очень скоро

Пройдут печаль и грусть.

Что ж, пусть пройдут, теперь мне всё равно.

Пусть будет так, как будет.

Пусть кто-нибудь решит и всё рассудит,

Пусть кто-нибудь допьёт моё вино.

Я всё утратил, искренность ли чувств,

Утратил нежность, страсть и силу

Сердца, что когда-нибудь любило,

И пламень дерзких уст.

Я стал другим, былого больше нет,

И прежнего, увы, уже не будет.

Я очень много потерял за пару лет

И с парой дорогих ушедших судеб.

2010

Тревога

Дни и ночи много – много

На душе моей тревога

Снова говорит.

На столе горит свеча,

Жадно в тишине треща.

По кому горит?

Может быть, она по мне?

Может, по моей стране?

Может, просто так?

За стеной играет скрипка.

Кто-то тихо дверью скрипнул

Грустной скрипке в такт.

Может, кто пришёл за мной?

Может, за моей страной?

Может, это друг?

Снова выглянул в окно.

Ночь. Уже темным-темно.

Я увидел вдруг:

Тряпка ночи чернь черна.

Как бельмо висит луна.

Тишина ночи.

Как-то мне не по себе.

Сел и встал – не стал сидеть —

Стоя помолчим.

Знать, не зря горела свечка,

И играла в этот вечер

Скрипка грусти в такт.

Может быть, она по мне.

Может, по моей стране.

Но не просто так.

Ты знаешь, я не люблю просить

Ты знаешь, я не люблю просить,

Но мне сегодня отчего-то грустно.

Сегодня тягостные чувства

Меня решили погубить.

Ты просто посиди со мною рядом,

Не нужно ничего ни говорить, ни делать.

Я буду занят сам своим уделом,

А больше ничего не надо.

Я помолчу немного сам с собой,

Подумаю о чём-нибудь, осмыслю.

Я соберусь с серьёзной мыслью

Над жизнью, смертью, над судьбой.

Как и теперь, я думаю порой,

Что значит моя жизнь в судьбе других?

Что значат этот самый стих,

И все стихи, написанные мной?

Не нужно возражать и соглашаться,

Я знаю, ничего не значат.

Давай же выбросим тот лист, который начат,

Давай научимся прощаться.

Хоть и не склонен я грустить,

Но мне сегодня отчего-то грустно.

Какое всё-таки ничтожное искусство

Никчёмной жизнью жить.

Есть стихи, от которых грустно

Есть стихи, от которых грустно,

Что написаны просто так.

От безделья, не для искусства,

Не от души и не сердцу в такт.

Не от большого таланта, нет.

Из навязчивых слов и фраз.

Просто так, просто чушь, просто бред.

Написанные на раз.

Написанные без права, да.

И даже бывает обидно —

Что за чушь! Это правда,

Есть стихи, за которые стыдно.

Я ухожу поутру в темноте

Я ухожу поутру в темноте,

Разглядеть не желая чужую квартиру.

Чужое давно мне претило.

Обои и те

Противны.

Опостылевший вид из окна.

Свет фонаря напротив.

Взгляд отворачиваю. Стена,

В прикосновенье к которой профиль

Стынет. Я не вернусь до темна.

В успокоенье закрытых глаз

Вся темнота в просторах.

И ничего, никого, кроме нас,

Нас, которых

(Боже правый, в который раз !)

Терзает, ломает свет,

Ожидающих тьму, как счастье,

Которого всё – таки нет

И жизнь чёрно – белой масти.

Горит рассвет.

Становится озарена

Знакомая до отвращенья

В четверть, в десятую часть окна,

Комната – нет – помещенье,

Ибо помещена

В жизнь мою (даром, что молод).

За ту сторону казённых дверей!

Плевать на время, усталость, голод.

Так уводите меня скорей,

Лестница, улица, город.

В тонких книжках будут строчки

В тонких книжках будут строчки,

А меня уже не будет.

Мои сыны и мои дочки,

Мои маленькие люди.

И, быть может, в уголочке

Кто-то даже ночь загубит

С тихой грустью в одиночку,

Что меня уже не будет.

В тонких книжках будут строчки,

И, быть может, книжку купят.

И тихонько в уголочке

С наслажденьем ночь загубят.

А быть может, той же ночкой

Кто-то в книжку палец сунет,

Замарает книжку в слю́нях,

Может, даже в книжку плюнет —

Не понравилось ни строчки.

Ах, посмотри, какая грусть

– Ах, посмотри, какая грусть!

Какая боль и трепет в лицах!

И сердце хочет жить и биться,

Но знает – жизни не вернуть.

Скажи, наверно, мне всё это снится?

Ах, отчего я не проснусь.

– Нет, ты не спишь, и жизнь не сон.

И эта боль тебе не снится.

И эта грусть, и этот стон,

И глупых судеб вереница.

Ах, если б это был лишь сон!

И всё-таки, взгляни вокруг,

И ты увидишь: есть иное,

И есть влюблённые, и эти двое

Впредь не разнимут нежных рук.

Есть беззаботные мгновенья

И звонкий смех в забавах детских,

И счастье чьих – то планов дерзких,

Восторг и радость, изумленье

И искренность улыбок встречных —

Чужих и близких – в знак ответа.

И радость в мелочах – простых и вечных.

Скажи, ты видишь ли всё это?

– Я вижу! Вижу! Мир прекрасен!

Какой весёлый трепет в лицах!

И сердце хочет жить и биться,

И жизнь начнётся с новой страстью.

Скажи, наверно, мне всё это снится?

– Нет, ты просто разделил чужое счастье.

Вечер поэзии

Вечер поэзии. Милая девочка,

Мне бы только начать писать,

А потом никуда не денется

Рифмы красивая стать.

А потом никуда – никуда

Не разбегутся проказницы – мысли.

Мы удержим их и тогда

Уловим нам нужный смысл.

Мы напишем с тобой обо всём,

О чём нашим душам захочется.

О радуге под дождём,

О счастье, об одиночестве.

И ты увидишь, по тонким строкам

Будут, будут слова бежать,

То бурлящим, то нежным потоком

Будут нас и манить, и звать.

Будут звать нас в свой чудный мир,

Где от ритма захватит душу.

Мир муз и мир пьяных лир.

Слушай, милая девочка, слушай.

Слышишь, слышишь, играет музыка?

Неповторимый мотив и стиль!

Это играют музы

На своих инструментах стих.

Поэзия – это чудо,

И прекрасней искусства нет.

Посмотри, разве ты забудешь,

Как читает стихи поэт?

Так прекрасно, так вдохновенно!

То спокойно, то в шёпот, то в крик.

Посмотри, как заслушались все мы

В этот чудесный миг!

А ты знаешь, что Александру Блоку

В ответ на «Стихи о Прекрасной Даме»,

Может быть, на «Незнакомку»

Пели птицы в небесной дали?

Ну скажи, разве это не чудо?!

Нет, прекрасней искусства нет.

Милая девочка, ты никогда не забудешь,

Как читает стихи поэт.

Всемирный день поэзии

Всемирный день поэзии.

Пишите стихи разные.

Ходите босиком по лезвию,

Красивые и безобразные.

Пишите, мужчины и женщины.

Пишите, богатые и бедные.

Пишите о войне, пишите о нежности.

Кто пишет быстрей, а кто медленней.

Поэты! Поэты! Поэты!

О сколько вас талантливых и разных!

И хочется верить, что нету

Ни одного с разумом.

Поэзия только от сердца —

Пишите и рвитесь в клочья.

Чтоб кто-нибудь мог согреться

Поэзией от одиночества.

Чтоб от ваших стихов душа

Болью болела прекрасной.

Чтоб зачитываться и дышать,

И чувствами задыхаться.

Поэзия – это дар.

Но не будем красивых слов.

Но коль дар вам от Бога дан,

Так пишите же про любовь,

Пишите про чувства и дружбу,

Пишите про боль и грусть,

В словах оставляя душу,

В ритме оставляя пульс.

Пишите про горе и счастье.

Пишите про Мир и дом.

Пишите, как больно прощаться.

Про зарево за окном.

Пишите душой и сердцем.

Пишите о самом разном.

Чтоб кто-нибудь мог согреться

Поэзией – чудом прекрасным.

Мерцание звёзд не заметно

Мерцание звёзд не заметно.

Дыхание ветра чуть слышно.

Колокол церкви медный

Далёко гласит о Всевышнем.

Ничем не приметный, не праздник,

Как и другие, будний.

Ах, сколько таких не разных,

Ничем не приметных будет.

Я хотел бы другого счастья,

Быть любимым одной тобой,

С неподдельной тревогой и страстью,

С преданностью и любовью.

Чтобы был нам прекрасным праздником

Каждый последующий, новый,

Неповторимый и разный,

Господом день дарованный.

А если же ты отобрана,

Иль тебя от природы нет —

Благослови же, Господь, и одобри

Умереть мне в расцвете лет.

И коль в смерти бывает счастье,

Я другого бы не просил -

Пусть со мною придёт прощаться

Та, которую я любил.

Когда в тебя влюблён поэт

Когда в тебя влюблён поэт,