- -
- 100%
- +
Глава 1. Поцелуй лун
Риэра
Я ушла из своего мира, унося разбитое сердце. Больше я ничего не взяла с собой. Только боль. В озере было темно и спокойно. Просто плыть вперед, как рыба, сквозь толщу воды, ни о чем не думая. Тьма вокруг рассеялась, золотой свет пульсировал вокруг, уплотняясь и приобретая форму фигур. Кто это? Похожи на смесь львиц с птицами. И еще у них есть хвост – как у драконов из детских книжек со сказками, что няня читала мне на ночь.
«Это симурги, – раздался у меня в голове голос Богини. – Души твоих сестер. Помогут, когда потребуются».
Что ж, пусть так, удивляться уже не получалось. Я покосилась на сияющих существ и поплыла дальше. Беспокоило только то, что Лию рядом не вижу. Надеюсь, у нее все хорошо.
Впереди свет. Но все не так, как когда смотришь со дна реки на солнце, вовсе нет. Этот свет жемчужно-розовый, никогда не видела такого оттенка! Я поднималась наверх, словно меня вытягивало из воды неведомой силой. Всплеск. И вот тело уже на поверхности. Рот жадно хватает воздух, а ведь когда плыла, об этом не думалось, совершенно!
Вода была похожа на расплавленное серебро – видела однажды, как отливают монеты, отец брал с собой. Полоска серого песка, растительность. Вдалеке белые башни, какие же они, должно быть, высокие! Кажется, что достают до темно-серого неба. А на нем… Богиня-мать! Огромный черный круг со светлой окантовкой. Мрачно, но красиво. Это затмение? Да, если присмотреться, уже видно, как диски светил начинают расходиться в разные стороны.
О, их три! Две луны – черная и светлая, примерно одного размера, и солнце. Вынырнув из-за лун, оно залило все вокруг золотистым светом. И только тогда я поняла, что сильно замерзла и поплыла к берегу.
Выбираться из воды в платье было нелегко – ставшее раз в пять тяжелее, оно тянуло меня обратно, заставляло падать. Да еще и дно проседало под ногами, засасывая ноги почти по колено. Так что на песок я практически выползла на четвереньках и тут же, сорвав верхние жесткие юбки, рухнула на спину.
Глаза утонули в небе этого мира. Не голубое, а скорее, светло-сиреневое, усыпанное «перышками» серебристого цвета, оно утянуло меня в свою высь, позволив раствориться в красоте. Не знаю, сколько бездумно утопала в нем, но когда приподнялась на локтях, отдохнувшая, даже платье уже успело подсохнуть.
Укоряя себя, я пробежала глазами по берегу, надеясь увидеть Лию. Но на песке, что теперь ослепительно переливался под солнцем, никого не обнаружилось. Лишь один из симургов, самый маленький, с неуклюже заплетающимися лапами, гонялся за местными бабочками, которые казались сгустком блестящей пыльцы. Стоило мне подойти ближе, эти существа начали кружить вокруг. Невесомые крылышки самых разных форм и оттенков издавали нежный перезвон.
– Ты им нравишься.
Я резко развернулась на звук женского голоса и едва не упала. Незнакомка поддержала за локоть, улыбнувшись. Чуть выше меня, с длинными седыми волосами и лучиками морщинок, что расходились в стороны от уголков голубых глаз, она вызывала инстинктивное доверие.
– Детка, да ты горишь! – ахнула женщина. Перестав улыбаться, она прижала запястье к моему лбу. – Кипишь вся! Идем-ка!
Я послушно пошла с ней, чувствуя облегчение из-за того, что все позади и можно кому-то довериться. На меня разом нахлынула усталость и такая слабость, что ноги задрожали и не удержали тело. С губ сорвался стон. Перед глазами потемнело. Все, кажется, лимит выносливости исчерпан.
Как же не хочется открывать глаза! Веки тяжелые, словно на них камни лежат. Дышать больно. Тело болит. Все, полностью, везде. С меня что, кожу сняли? Вспомнился узник Деметрия, которого пожирают во время отлива мелкие ракообразные, и глаза открылись через «не могу». Темно. Значит, в этом мире тоже есть ночь. Ничего не вижу, только светло-серый арочный проем в стене напротив. Кажется, это окно.
Пить хочется. Во рту так сухо, что безумно хочется кашлять, но понимаю, как будет больно телу. Лучше сдержаться. Я повернула голову и увидела «кубик» рядом с кроватью, на котором угадывались очертания кувшина и кружки. Пусть в нем будет вода, умоляю, Богиня-мать!
Приподнявшись, я протянула к ним руку. Перед глазами помутнело, накатила дурнота, и, нащупав стакан, моя задрожавшая ладонь уронила его на пол. Звон стекла едва услышала – словно снова была под водой. Со стоном разочарования я упала на спину. Вскоре мою голову приподняли, и в рот хлынула холодная влага. Хорошо-то как! Я застонала и подалась вперед.
– Не торопись, детка. – Голос донесся издалека, не разобрать.
Хотелось поблагодарить, но едва удалось перевести дыхание, как сознание вновь ушло по своим делам.
В этот раз мне было намного лучше. Тело все еще ужасно болело, но я уже понимала, что это из-за лихорадки и не беспокоилась. Всегда быстро выздоравливала, мать даже прозвала за это ненавистную дочь сорняком.
Сама она всегда недужила с удовольствием, нещадно гоняя прислугу, желая то одно, то другое. На царственном лбу лежало влажное холодное полотенце, которое горничные обязаны были менять каждые десять секунд – и не дай им Богиня замешкаться! Отец все это выносил стоически – в его обязанности входило сидеть с трагическим видом у постели жены и сжимать ее руку при каждом тихом стоне.
Я улыбнулась, но сердце тут же словно на вертел нанизали, отправив на огонь боли. Все они погибли по моей вине. Уж лучше бы Кассия била меня каждый день, ненавидела, но была бы жива! Ведь в сердце ребенка все равно растет любовь к той, что подарила жизнь, какие бы испытания ни обрушил мир на мать и дитя.
Как жить с этой виной, Богиня? Почему я не умерла вместе с ними? В мучениях, в объятиях огня, которые заслужила! И как бы хотелось в этот момент прижать к себе Деметрия – убийцу всей моей семьи! Чтобы он испытал то же, что и мои сестры, брат, родители!
Они ушли, а я осталась совсем одна – медленно сгорать от боли и вины. У меня свой костер.
Рыдания скрутили пылающее лихорадкой тело, но на лоб легла холодная рука.
– Это боль выходит из тебя, девочка, – шепот вился вокруг. – Отпусти ее, прости себя и живи дальше.
Как же хочется последовать этому совету! Начать все сначала, в другом мире. Я замерла, стараясь ни о чем не думать, и, кажется, провалилась в сон. А когда глаза снова открылись, в комнате было темно. Воздух серой массой обнял меня, вставшую с кровати. Холодный. По коже пробежался озноб. На кровати лежал то ли плед, то ли шаль. Я взяла колючую ткань, накинула на плечи и, пошатываясь, подошла к окну-арке в стене.
Весь этот мир был жемчужным. Свет рассыпался мельчайшими блестящими пылинками вокруг, вуалью укутывая приземистые строения и высокие башни, что протыкали горизонт. По серебристому небу плыла одна из лун – темная, делая его похожим на створки раковины, хранящие драгоценную крутобокую жемчужину. Даже ветер, что обдувал мою разгоряченную кожу, был, казалось, соткан из пепельных прядок, что приятно поглаживали лицо.
Тень, промелькнувшая в небесах, заставила меня вздрогнуть. Что это? Птица? Облако? Или показалось просто? Последнее более вероятно. Нет! Вот снова! Как вспышка, только темная! Я запрокинула голову, напрягла глаза и… Богиня-мать, это же… Дракон?!
Дыхание замерло на вдохе. Огромная тень на фоне луны выглядела точь-в-точь как на картинках из книги сказок, что читала няня! Драконьи крылья закрывали темную «жемчужину», длинный хвост разрезал воздух, шея с массивной головой запрокинулась назад, и мне показалось, что я слышу его довольное рычание.
Все это длилось лишь пару секунд. Перевернувшись в воздухе, тень нырнула в легкие серые облачка, будто купаясь в них, выскользнула, прошила ночной воздух и растворилась в линии горизонта. А я все еще слышала горловой рокот этого мощного прекрасного существа.
Глава 2. Отведи меня домой
Саяна
Это и есть пресловутый Горан Драган? Тот самый, что мечтает убить Ангела? Что-то непохоже. Высокий, худощавый, длинноногий, весь в черном. Волосы темные с седыми прядками у висков, густые, до воротничка рубашки. Хищные черты лица, резкие. Его можно назвать красивым, по-женски я на него реагирую. Но глаза! Те самые, что преследуют меня с Лас-Лахаса! И почему, скажите на милость, я не узнала их, когда увидела на фото? Голова не просто идет кругом, ощущение такое, что сейчас рухну в обморок!
– Саяна! – он сделал шаг ко мне, и я поспешно отступила.
– Прости, так надеялся, что ты вспомнишь, увидев меня! – в его глазах протаяла такая боль, что стало не по себе. Она ощущалась как моя собственная. Почему?
– Ты мой враг. – Прошептала я.
– Саяна, это неправда!
– Поэтому они все здесь? – дрожащие руки очертили полукруг, указывая на его людей.
Один из них, молодой блондин, чья мерзкая туалетная вода била в нос через все помещение, уронил Алекса на колени. Другие медленно подбирались ко мне, настороженно поглядывая на Ангела, которого, очевидно, побаивались.
В темнокожем несуразном мужчине, в котором все было длинным – сам он, ноги, руки – чувствовалась сила, с которой мне будет сложно поспорить. Похож на богомола. Темноволосая девушка, совсем еще юная, но вовсе не простая, не сводила с меня взгляда странных глаз – они такие же неуловимо нечеловеческие, как у демонов! С ней тоже нелегко сладить, это очевидно.
– Отойдите все, – Драган вынул из перевязи под черным пиджаком кинжал и протянул мне рукоятью вперед. Когда я взяла его дрожащей рукой, санклит опустился передо мной на колени. Его люди, отступившие на несколько шагов, напряглись.
– Ты можешь убить меня, если хочешь, но сначала выслушай.
– Говори. – Рука сжала клинок.
– Я не знаю, что Алекс наплел тебе, Саяна. Мне известно лишь, что этот мерзавец напоил тебя водой Леты, чтобы ты все забыла.
– Река забвения! – потрясенно прошептала я. Нервный смешок замер на губах – вспомнился поисковый запрос на ноуте Орлова. – Это же сказки!
– Сказки? – Мужчина усмехнулся. – Как и санклиты, Охотники, демоны-оборотни, ангелы, Люцифер?
– Он тоже есть?
– С ним ты уже разобралась, родная.
– Что?!
– Прости. Все тебе обязательно расскажу, но позже, хорошо? – он несмело улыбнулся.
– Саяна, он лжет! – выкрикнул Алекс.
– Я всегда говорил ей правду! – рявкнул Драган, окатив его взглядом, полным ненависти.
– Ты сделал ее такой, это твоя вина! – Орлов захлебнулся негодованием, но блондин, что стоял рядом, врезал ему кулаком по лицу.
– Еще раз так сделаешь, познакомлю твой нос с моей ногой, понял? – прошипела я, глядя в голубые глаза.
– Саяна… – он растерянно посмотрел на меня.
– Она права, Спиридон. – Вмешался Горан.
– Почему ты решил, что мне проще поверить тебе, а не собственному мужу? – ощетинилась я.
– Мужу?! – он бросил на Алекса испепеляющий взгляд. – И на это совести хватило? – глаза непонятного цвета вновь замерли на моем лице. – Я твой муж, Саяна, а не он.
– Ложь! – снова взвился Орлов.
– Наши с ней дети, крохи, у которых ты украл мать, тоже ложь?! – громыхнул санклит. – Смотри сама, родная. – Он протянул мне смартфон.
С экрана на меня глянули два ангелочка: мальчик-блондин с васильковыми огромными глазенками и темноволосая девочка. Те самые малыши, которые в моем сне плакали и звали маму! Как же сразу не догадалась – вот кого они мне напоминали, мое собственное отражение в зеркале!
– Это мои дети?.. – потрясенно прошептала я.
– Наши дети. – Тихо уточнил Горан. По его лицу потекли слезы. – Саян и Горана.
– Но… как же авария, в которую я попала? – мой взгляд переместился на Драгана. – Алекс говорил…
– Авария?! – санклит закатил глаза, стиснув кулаки. – Единственная авария – это он сам!!!
– Встань. – Прошептала я. – И… Отведи меня к нашим детям, Горан. – Он протянул руку и улыбнулся, когда моя ладонь легла в нее. Доверчиво улыбнувшись в ответ, я пошла с ним к лестнице, даже не оглянувшись на крики Алекса, который умолял меня остаться.
Забрав из сейфа кольца, я прихватила и бутылку с остатками воды – похоже, той самой – Леты, реки забвения. Мы с Гораном вышли из дома. Во дворе лицами в землю лежали демоны. Как же их много! Я вгляделась в девушку, чье лицо закрывали спутанные волосы. Она мотнула головой, ненависть в ее глазах резанула по мне. В горле демоницы заклокотало рычание. Зоя. Я вспомнила об Агоре, но сказать не успела – меня сжали в объятиях.
– Саяна! – выдохнул на ухо мужской голос. – Наконец-то нашлась! – борода уколола мое лицо, но беспокоиться, похоже, было не о чем – Горан хоть и был по виду недоволен, но все же усмехался.
Когда незнакомец отпустил меня, я воспользовалась случаем рассмотреть его. Пожилой, с очевидным лишним весом, со стремительно редеющими волосами, едва прикрывающими залысины, но, как назло густой и кучерявой бородой, в которой серебрились нити седины. Цепкий взгляд из-под кустиков бровей пробежался по мне. В глазах тоже сияли слезы.
– Это Давид Гор, глава Хранителей, – пояснил Драган. – Она не помнит, прости. – Он перевел взгляд на мужчину.
– Так ты был прав! – тот крякнул. – Орлов все-таки напоил ее этой чертовой водой! Под трибунал его мало отдать за такое!!!
– Приятно познакомиться… снова. – Мне оставалось лишь улыбнуться.
– А я глава твоей охраны, – вклинился в разговор темнокожий мужчина с несуразно длинными конечностями. – Николае Ковач.
– Здравствуйте, Николае. – Я пожала его детскую на вид ладошку и сморщилась – значит, сила в нем мне не почудилась.
– Ты звала меня Нико. А это Спиридон, – он кивнул на блондина, что вонял ужасной туалетной водой.
– Спиро, – поправил тот.
– И Гайя, – продолжил Нико, указав на юную девушку со странными глазами.
– Демоница. – Она сразу предпочла расставить все по полочкам, глянув исподлобья.
– Ничего страшного, – я усмехнулась – она мне нравится. – Кстати, там Агор в погребе сидит.
– Извини, гад сбежал. – Высокий шатен с хвостиком крепко обнял меня. – Рад, что ты в порядке, девочка моя ненаглядная!
Мой взгляд вновь устремился к Горану. Плотно сжатые зубы, глаза полыхают. Ревнует!
– Привыкай, это месяца на два, Драган, – Нико похлопал его по плечу. Тот кивнул, что-то бурча себе под нос. – Хан, Саяна тебя не помнит.
– Я Данила, глава Охотников, – мужчина встревоженно вгляделся в мое лицо большими серыми глазами. Кажется, у него ко мне чувства, которые он даже не думает скрывать? У нас что-то было в прошлом? Кто бы рассказал, чем я до амнезии увлекалась? Хотя бы знала, как реагировать. – Внешне ты совсем не изменилась. Стала даже еще красивее!
– Наглеешь, Хан. – Горан не выдержал и оттеснил его от меня.
– И ты, Драган. – Не остался в долгу глава Охотников, с усмешкой глянув на него. – Если Саяна потеряла память из-за Орлова, то тебя она тоже не помнит. А это значит, что ты не имеешь ровным счетом никакого права тут распоряжаться!
– Повтори! – рявкнул мой супруг, двинувшись на него.
– Да без проблем! – тот сжал кулаки.
– Стойте! – меня буквально толкнуло в спину, словно Крылья проснулись, заставив встать между ними. Одна рука легла на грудь Охотника, другая – санклита. – Прекратите!
– А что вообще изменилось-то? – Нико изогнул бровь. – Рычит она, как и ты, Горан. Зад демонам надирает по-прежнему. Саяна все та же!
– Весьма странно, – пробормотал Давид, задумчиво глядя на меня. Почему-то именно это остудило Драгана и Хана – оба уставились на главу Хранителей. – Я консультировался у наших спецов, – пояснил он, – они в один голос заявляли, что ты должна быть полностью обнулена, Саяна. Человек вообще под воздействием воды Леты становится, э-э…
– Овощем? – сорвалось с моих губ.
– Скорее, младенцем – рефлексы присутствуют, но только основные, все остальное стирается подчистую. Даже ходить и говорить надо учиться сначала.
– И он дал мне эту воду, зная?.. – слезы стиснули горло, не позволив договорить.
– Возможно, Орлов не знал. – Давид отвел глаза.
– Убью подонка! – Горан прижал мою ладонь, все еще лежащую на его груди, своей рукой и отпускать, похоже, не собирался. Я не возражала. В его взгляде взвилась боль, отразив мою.
– Мы разберемся с ним, – на лице Данилы заходили желваки.
– Вернемся к важному, – я поморщилась. – Почему на меня вода повлияла по-другому?
– Потому что таких, как ты, больше нет. – Супруг одарил меня нежной улыбкой.
– А если без лирики?
– Тогда не знаю, как это назвать. – Продолжил глава Хранителей. – Даже черты характера сохранились! А то, что ты помнишь боевые искусства – вообще нонсенс, которому нет объяснения!
– Есть, – Нико усмехнулся, – ее учили лучшие! – он ткнул пальцем себе в грудь.
– А ты скромный, да? – я прищурилась.
– Верхом на метле! – фыркнул богомол.
– На ней, родимой. – Пробормотали губы.
– Говорю же, она все та же! – глава охраны рассмеялся.
– А ведь должна была… – Давид осекся.
– Что? – я вгляделась в его лицо. – Говори, как есть. Стать обычной слабенькой смертной?
– Да. Но Драган прав, ты одна такая, других нет.
– Это точно. – Вставил свои «пять копеек» Спиро. Его взгляд обжег меня откровенным обожанием. Твою мать, с ним у нас тоже что-то было? Кажется, я женщина легкого поведения! Бедный Горан! – муж тем временем взял мою свободную руку и начал пристально разглядывать.
– Но раны заживают медленнее, чем раньше. – Пробормотал он. А мне думалось о другом – его касания не казались навязчивыми, это было словно само собой разумеющимся, я не вздрогнула, как если бы кто-либо другой так сделал. Кто-то чужой. – Больно? – санклит подул на костяшки, сбитые в кровь о морду Агора.
– Нет, – прошептала я, утонув в его взгляде и тут же смущенно отведя глаза, хотя хотелось смотреть и смотреть. Наверное, каждая женщина втайне или явно желает, чтобы на нее так глядели – с всепоглощающей любовью, пронзительной нежностью, обожанием и страстью.
– А ведь нашли мы тебя по кровавому следу, – Давид направил мои мозги в другую сторону. – В смысле, по тем, кого ты исцелила. Не верили, что ты, обнуленная, на это способна. Только Драган был уверен. А уж когда нашли колумбийку пожилую, велосипедиста, убедились. Ну, и Марек, конечно же, рассказал, что это ты была.
– Так он жив! – крикнула я. Невероятно, ведь видела, как мужчина упал с большой высоты, когда Алекс выкинул его из кабинки канатной дороги!
– С твоей кровью в организме он выжил бы, наверное, даже после того, как его переехала бы машина! – проворчал Горан. – Иногда, Господь свидетель, хочется именно так с ним поступить! Хотя он живуч, как таракан!
– Почему? – искренне удивилась я, а потом прикусила язык – вспомнила, как Марек признавался в любви. Нет, мне точно пора поработать над репутацией!
– Вот именно! – Драган одарил меня красноречивым взглядом. – Приставучий, как репей! А теперь, с твоей кровью, он вообще прохода тебе не даст!
– Мы, вроде, о другом говорили.
– Стрелочница! – фыркнул Нико.
– Он всегда такой? – я кивнула на главу охраны.
– Эй, я просто счастлив, что ты снова с нами!
– Уволю ведь!
– Не, ты меня любишь!
– И тебя тоже? – простонала я.
– Не в этом смысле! – Ковач окончательно развеселился.
– Что значит тоже? – Драган напрягся.
– Забыла уже! – я невинно захлопала глазками и перевела взгляд на бородатого. – Так почему это все тебя так настораживает, Давид?
– С чего ты взяла?
– Может, все-таки честно скажешь, если мы старые друзья?
– Хорошо. – Цепкий взгляд из-под кустиков бровей впился в мое лицо. – Я вспомнил, как ты говорила – если сила растет, то для чего-то.
– Это слова Сэмуэля. – Губы жили своей жизнью. – Оу, кто такой Сэмуэль?
– Архангел. – Пояснил Нико, ему это явно доставляло удовольствие. – Вы с ним друзья.
– А с Господом я не на «ты» случаем?
– Нет. – Мрачно ответил Горан. – По крайней мере, пока.
– Все, хватит на сегодня! – разум взмолился о пощаде. – Вези меня к нашим детям! Остальное – потом!
Глава 3. Древо Офель
Риэра
– Проснулась? – голубые глаза в ловушке сети из морщинок пристально меня оглядели. – Как чувствуешь себя?
– Лучше, – голос был хриплым, да еще тут же напал кашель. Моя спасительница налила мне стакан воды и помогла ее выпить, поддерживая донышко. – Спасибо вам!
– Пожалуйста, детка. – Женщина поставила посуду на «кубик»-тумбочку. – Как тебя зовут?
– Кас… – начала я и запнулась. Нет, не Касикандриэра. Нужно забыть о роде Касик, да и наследной принцессы уже нет. – Риэра. – Твердо сказала я. – Так меня зовут. А вас?
– Не выкай, – спасительница усмехнулась. – У нас не принято. Зови Цета. Я настоятельница храма Офель.
– Офель?
– В твоем мире богиню зовут по-другому?
– Вы… знаете? – потрясенно прошептала я.
– Что ты иномирянка? – моя спасительница расхохоталась. – Детка, я тебя во сне давненько вижу! Видимо, Богиня свела нас. Но другим советую о переходе не рассказывать – это не для чужих ушей.
– Со мной была еще служ… – Снова пришлось прикусить язык. – Девушка была, Лия.
– Не объявлялась такая. Всему свой срок. А сейчас давай приведем тебя в порядок, садись. – Цета поставила на табурет у кровати тазик с водой и опустила туда белую ткань, что мяла в руках. Большие руки женщины скрутили мои волосы в жгут, ловко закрепили в пучок на затылке с помощью палочки и распустили завязочки просторной рубахи, в которую я была одета, заставив ее осесть до талии.
– Цета, ночью мне кое-что показалось. – Смущаться я не стала.
– Что, детка? Подними руки.
– Смотрела на небо и… Увидела дракона.
– Зачем вставала? – женщина укоризненно глянула на меня. – Ложись, обмоем остальное.
– Может, я сама?
– Ты слабая, как новорожденный котенок! – она фыркнула и приступила к обмыванию того, что ниже талии, заставив меня покраснеть. – Зачем вставала? Могла упасть, удариться!
– Так они мне почудились? – я нырнула головой в свежую рубаху взамен прежней и с облегчением натянула подол до пят.
– Нет. – Цета отвела глаза и пробормотала, – но странно, что они тебе открылись.
– Как это? – мне пришлось лечь на бок, чтобы настоятельница смогла стянуть с постели белье.
– Их редко кто может видеть. Чаще всего они не разрешают. Драконы наши Владыки. К ним не всякий даже просто приблизиться может. Только их слуги – айки у Владык воды и горный народ у Владык суши. И живут обособленно – башни белые видела, поди? Это их замок, Владык суши, сейчас они – правящая династия.
– А как же они в башнях? – голова пошла кругом от обилия информации. – Ведь драконы же?
– Детка, – женщина рассмеялась, – драконы – это обличие их силы. – А в обычном они как все мы выглядят. Ну, или почти. В мирах на нашей ветке практически все народы схожи.
– Ветке? – я совсем растерялась.
– Богиня тебя учиться привела сюда, очевидно. – Она заправила углы простыни под тюфяк, стянула наволочку с подушки и замерла. – Если кратко: миры – это древо, наша ветка – семь миров, они похожи. Во всех почитают Богиню. В твоем ведь тоже есть жрицы?
– Кахары.
– Мы их зовем также. С древнего языка переводится – знающие. – Цета положила в ноги новое одеяло и, зажав подмышкой грязное белье, свободной рукой прихватила таз, уперев его в бедро. – Богиню называем Офель. А вы?
– Богиней-матерью.
– Не страшно. Важна суть. Еще у нас в храмах растут древа Офель.
– У нас таких нет. А что это? – я с удовольствием улеглась на свежее постельное, пахнущее только что срезанной травой.
– О, не объяснить. Увидишь. – Глаза женщины засияли. – Это волшебство! Отдыхай пока, скоро принесу покушать. И не вставай!
– Хорошо! Не знаю, как тебя благодарить!
– Спасибо уже сказала, вполне достаточно. – Настоятельница ушла. А я не заметила, как провалилась в сон.
О, светло! Сегодня принцесса для разнообразия проснулась днем! Бывшая принцесса, напомнила я себе, с удовольствием потянувшись. Лихорадка, похоже, отступила. Хватит валяться, там целый новый мир совсем не познанный, а я только и делаю, что чахну и сплю! Пора начинать обустраиваться на новом месте. Вот прямо сейчас и начну!
На табурете обнаружилась одежда. Я повертела ее в руках – это же платье, что надевается на исподнее? А где само одеяние? Или здесь так принято? Уж начинать все сначала – так по правилам этого мира. Надо посмотреть на местных. Подойти к окну было легко, хоть ноги и дрожали. Снаружи кипела жизнь. И на женщинах на самом деле было только одно платье! Что ж, тогда и мне нечего стесняться.
Я переоделась в темно-коричневое платье. Такое легкое! Или так кажется после тех монстров, которые напяливать удавалось лишь с помощью Лии? Где она сейчас? Жива ли? Надеюсь, Богиня о ней позаботилась, и мы еще свидимся. Зеркала в комнате не было, я оглядела себя, как могла. Вроде, не особо отличаюсь от тех девушек, что видела на улице. Я расчесала волосы гребнем, что нашла на тумбочке, скрутила в жгут, как недавно делала Цета, закрепила палочкой и села на кровать. Сердце стучало как бешеное даже от такой малой нагрузки.