- -
- 100%
- +
– Да я вовсе не об этом, – слегка раздраженно бросил Джейсон.
– А о чем? – забеспокоился Пит.
– Я не понимаю, почему у нас опять вышла такая ситуация? Почему у нас свидетели? А это, между прочим, по твоей части, ты должен следить!
Джейсону показалось, что его слова испугали и озадачили друга.
– Но я не виноват, – начал он оправдываться мышиным голоском. – Ты же сам сказал, что эта Элис тут оказалась случайно, а отследить такие ситуации никак невозможно!
– Отследить ее по камерам в доме тоже было невозможно?
– Но я точно видел, как она и еще пять человек, включая прислугу, уехали из дома!
– Да, но она потом вернулась!
– Но откуда я мог знать? – нервно потирая руки, возразил Пит. – Вероятно, я должен был, конечно, проверить запись и дальше, но я даже предположить не мог…
– Я понял, понял! – раздраженно прервал его босс, только бы не слушать дальше эти писклявые оправдания, а затем, смягчив тон, спросил: – И что нам теперь с ней делать?
– Как – что?! – Казалось, глаза Пита расширились до размера его очков. – Естественно, то же, что и с другими, – убить.
От этого слова Джейсона передернуло.
– Помнишь, мы должны сделать все, чтобы обойтись без жертв?! – осадил он сообщника.
– Ничего не поделаешь, Джейс! Мы всегда по триста раз проверяем наличие на объектах людей, недели тратим на отслеживание их планов и расписания. Что мы еще можем?
Джейсон удрученно вздохнул и потер ладонями лицо.
Пит будто почувствовал в нем слабину и тут же потянул одеяло командования на себя:
– И вообще, если ты не хотел жертв, то не надо было идти наверх! Мы могли просто уехать ни с чем! Но ты не любишь отступать, правда? – Еще более уверенным тоном и почти без писка, он продолжил: – Послушай, Джейс. Я все понимаю, и мне тоже не нравится, что нам иногда приходится делать. Но у нас нет выбора! Ты не можешь отпустить ее. Она же всех нас видела и сдаст при первой возможности! У полиции появятся наши фотороботы. Босс усмехнулся:
– Фотороботы? Я не знаю, кого по ним находят. Главное – не попадаться на камеры и не оставлять отпечатков.
– Конечно, ты прав, но к чему нам лишние неприятности?! Пойми, этим людям просто не повезло…
– «Этим людям»? – вскипел Джейсон, изо всех сил пытаясь сдерживать громкость голоса. – Она – не «эти люди»!
Босс запустил руку в волосы и нервно зашагал по комнате.
– Ты что, серьезно не понимаешь, какая разница между этой девушкой и теми нелегалами? – он говорил с жаром и практически без пауз, даже не давая Питу возможности ответить. – Ее отчим – Джек Халиб! Думаешь, он не поставит на уши всю полицию и не перевернет весь город, если его дочурка внезапно исчезнет? Или если ее найдут мертвой, думаешь, он не станет искать убийцу? Или, по-твоему, тогда у нас будет меньше проблем, чем от карикатур девчонки?
Пит выглядел немного ошеломленным и тер переносицу, пока Джейсон сверлил его взглядом, наконец-то остановившись на месте.
– Ну да, так и есть. Но… – аккуратно начал парень в очках – Все же я думаю, живой свидетель – наибольшая угроза для нас.
Джейсон язвительно скривил лицо.
– И почему, позволь узнать?
– У нас будут проблемы из-за этого предпринимателя. Возможно, нам придется уехать, но вероятность нас найти мала, потому что нет свидетелей! А девчонка – бомба замедленного действия. – Пит слегка сдвинул очки и сказал уже очень серьезно: – Я не хочу жить в страхе. Она в любую секунду может вспомнить что-то новое и важное, что поможет копам схватить меня – и всех нас!
Громкий высокий голос Пита звенел в воздухе, так что Джейсону резало слух.
– Если бы мы каждого жалели, то давно сидели бы за решеткой, – добавил Пит уже тихо, но уверенно и опять поправил очки.
Босс молчал.
– Какое наше главное правило? – не унимался Пит. – Верно – никаких свидетелей. Все остальное – на втором месте! – И после некоторого молчания спросил: – А что ты сказал девушке?
– Конечно, что отпущу ее, – оживившись, ответил Джейсон.
– Вот это правильно! Пусть так и думает, а то еще натворит глупостей! И, кстати, малец тут спрашивал, что завтра будет по камерам?
– Ты о чем? – заторможено спросил босс.
– По логике девчонка должна демонстративно уехать, разве нет? Или думаешь, за этим никто не следит?
– Я не знаю… Лучше не рисковать и вывести ее, – задумчиво и немного рассеянно ответил Джейсон. – Все равно ей тут нельзя оставаться.
– А с какого места в доме ее будет видно на камерах?
– Спроси у Алекса, он точно знает, где камеры работают, а где – нет. Я знаю, что в спальных комнатах и у черного входа их вообще нет, – устало ответил босс.
– Хорошо, завтра утром предоставлю тебе всю информацию!
– И еще: ты должен сменить Стива через три часа. Он в машине, если что.
– Я знаю, не переживай. – Пит деловито похлопал друга по плечу и завалился спать на ближайший диван.
9.
Зеркало висело прямо перед Элис, но она его упорно игнорировала. Кое-как взяв себя в руки, она умылась. Лицо от воды горело, глаза и кожу вокруг носа разъедало, словно из-под крана лилась кислота, а веки на ощупь были как маленькие резиновые шарики. Выглядело наверняка все еще хуже.
Ночь выдалась ужасная. Бандиты заперли ее в комнате для прислуги на нижнем этаже, там, где нет окон. Спасибо, хоть не в подвале без воды и электричества! По факту у нее были все удобства. Даже еда в холодильнике. Но кусок в горло не лез. Уснуть толком тоже не получилось. Слезы с диким страхом не давали. Возможно, в короткие промежутки болезненного полузабытья ее мучали кошмары, но Элис этого не помнила. Не вспомнила она и план побега, который придумала. Или он ей приснился?
Часы показывали уже восемь утра, и Элис показалось, что именно сейчас за ней должны прийти. Она решила расчесать волосы и собрать их в хвост. Распущенные могут мешаться: вдруг все-таки удастся что-то предпринять и получится сбежать.
Случайно зацепившись взглядом за зеркало, Элис поняла, почему она его избегала. До жути опухшие глаза превратились в маленькие щелки, лицо стало бледнее, чем обычно. А эти круги! Их как будто нарисовали синей шариковой ручкой!
«Неприятное зрелище», – подумала Элис и поняла: оказывается, настроению еще есть куда ухудшаться, как и всему, что с ней происходит. Еще вчера ей казалось, что разрыв с Ароном – самое ужасное, что может с ней случиться. И Вселенная сжалится над ней и обязательно преподнесет что-то хорошее в самые кратчайшие сроки. Она же заслужила! Но нет. Все стало еще серьезнее! Все стало невообразимо плохо! И страшнее всего то, что это, вероятно, далеко не конец.
В предчувствии новой беды Элис снова хотелось зарыдать, но не было сил. Или слез уже не осталось… Она застыла у зеркала. Тело словно вросло в пол. Что это? Безразличие к своей судьбе уже накрыло ее? Так скоро? Но ведь еще рано сдаваться! Нужно хотя бы сделать попытку побороться за жизнь.
Элис с трудом оторвала ладони от раковины и отвернулась от зеркала.
Никто не приходил.
Попробовать немного поспать? Ведь силы могут понадобиться.
Она снова легла на кровать с весьма жестким матрасом и закрыла глаза.
Несмотря на дикую усталость, сон не приходил. Теперь сознание работало активнее, чем ночью, и Элис все больше ощущала нарастающий страх и безысходность, как во время депрессии из-за смерти матери. Тогда невыносимая тоска особенно остро чувствовалась именно утром. Почему-то сейчас происходило то же самое: ночью Элис была настроена оптимистичнее, точно решив биться до конца. А сейчас она видела свое спасение таким же фантастическим, как существование Нарнии.
Пожалуй, она больше верила бы в хороший исход событий, если бы ночью по дороге в ссыльную комнату все не пошло наперекосяк.
Это же надо было так оплошать: стоять как вкопанной и рассматривать лица преступников, словно экспонаты в музее! Но что она могла поделать? Просто глупая случайность. Элис выполняла все, что говорил ей парень с пистолетом: спокойно шла вперед и не оборачивалась. Но, как назло, из-за поворота после лестницы прямо перед ней возникли четыре вооруженных бандита. Она чуть не столкнулась с ними! Разве успела бы она среагировать и мгновенно отвернуться? Конечно, нет! Как и любой другой человек, которого застали врасплох! Несомненно, она пялилась на них чуть дольше, чем делал бы любой другой человек, но ее тело в тот момент онемело и категорически не слушалось. На самом деле Элис даже не разглядела их лиц, а уж тем более не запомнила! В память врезался только человек со шрамом на щеке, и то приметила она лишь шрам, а не самого человека. Но тем не менее совершенно непонятно, в силе еще обещание преступника или нет? Наверняка он имел в виду, что отпустит ее, если они останутся инкогнито. А теперь, похоже, все пропало…
От бессилия, ужаса и тяготившей ее неизвестности Элис лежала и не шевелилась. Мысли хаотично носились в голове, а глаза щипало от выступивших слез – казалось, только они могут принести облегчение. Но едва дав слезам волю, она услышала шаги. Вскочив, Элис торопливо утерла красные вспухшие веки, причиняя жгучую боль и без того измученным глазам. Комнату открыл ключом тот самый человек, который благородно пообещал оставить ее в живых. Элис почему-то сразу опустила голову, как обвиняемая перед судьей.
– Пойдем, – бросил парень безэмоциональным голосом.
Она быстро последовала за ним в коридор, и вот они оказались перед лестницей. Ноги подкашивались, а подниматься предстояло ступеней тридцать. Для Элис сейчас это казалось убийственным. Потом они странным путем прошли до ее спальни, и преступник сказал, что через главный вход она должна выйти одна. Сам он где-то скрылся. От страха Элис стала послушной и смиренной, как пациентка сумасшедшего дома, которую накачали психотропными лекарствами. Она, не задавая вопросов и даже не пытаясь понять, что происходит, просто беспрекословно выполнила приказ.
Внутри Элис разрывало от страха и напряжения. Но она спокойно миновала коридор, спустилась по лестнице, пересекла фойе и наконец вышла на улицу.
Солнца не было. Но глаза все равно заболели. Немного привыкнув к свету, она осмотрелась – и с трудом узнала двор.
Вот ее любимые, благоухающие едва уловимым сладковатым запахом сиреневые кусты, название которых она постоянно забывает. Отяжелевшие ветви сползали по стене и едва касались воды, гармонируя с белой мраморной плиткой бассейна. Справа – ухоженный розовый сад с цветами невероятных окрасок. За ним, у небольшого пруда – беседка и плетеные качели. А в центре – фонтан, который Джек заказал у очень крутого дизайнера за баснословную сумму. В его основании – прекрасная богиня Флора изящно держит на голове огромную чашу, увитую цветами, из которой и бьет вода.
«Боже, только бы они ничего не испортили!» – в мыслях переживала за предметы искусства Элис.
С пришествием бандитов хорошо знакомое место стало казаться ей чужим и небезопасным. А сказочная красота двора – серой и безликой.
Она дошла до конца сада и вышла за ворота, закрыв их, как ей и сказали. Заметно ощущалась утренняя прохлада. По коже неприятно пошли мурашки, и Элис подумала, что надеть рубашку с длинным рукавом было не лишним. Зато свежий ветер привел в ее чувство и придал сил. Слева у дороги она заметила машину и двух человек. А преступник уже ждал ее у ворот и повел к автомобилю, стоявшему чуть в стороне. Двое других бандитов не могли не заметить Элис. Они курили, о чем-то разговаривали и бросали на нее взгляды.
«Лучше не смотреть!» – скомандовала она себе. Ей совершенно не хотелось контактировать с ними даже зрительно.
Парень сказал, чтобы она не делала глупостей и что он скоро вернется.
«Похоже, самую ужасную глупость я совершила, оставшись вчера дома. О боже, лучше бы я страдала и смотрела на сладкую парочку, чем стала заложницей у грабителей!» – с грустью подумала Элис.
Несмотря на собственное предостережение, она все же наблюдала за преступниками, стараясь это делать незаметно.
Бандиты уже рассматривали какую-то карту, когда к ним присоединился ее сопровождающий. По тому, как они обратили на него внимание, и по его манере поведения Элис показалось, что он тут вроде главный. Один из бандитов – в очках, с не особо приятной внешностью – беспрестанно следил за ней. Другой, помладше, тоже периодически оборачивался.
– Да уж, сбежишь тут… – удрученно произнесла Элис.
Да и бежать некуда: вокруг поля и небольшие возвышенности. До города шестьдесят километров. До ближайшего дома – десять. И даже если удастся до него каким-то образом добраться, скорее всего, он окажется пустым: дома здесь в основном для отдыха в выходные. Еще где-то в пятнадцати километрах – коттеджный поселок, где как раз и находился офис их службы охраны. Но Элис даже понятия не имела в каком он направлении.
Она никогда не понимала страстного желания отчима покупать недвижимость вдали от цивилизации. Джек объяснял это любовью к тишине и природе, но Элис видела в покупке домов «на отшибе» еще и желание сэкономить. Если бы особняк находился в черте города, такого бы не случилось!
– Садись в машину, – внезапно прозвучало над ухом.
Элис, погруженная в мысли, не заметила, как бандит вернулся. А через секунду она осознала: им предстоит куда-то ехать. Ну конечно, не зря же ее оставили у машины. К тому же парень вчера упоминал об этом.
Девушка рассердилась на себя за то, что ее мозг сейчас работает, как столетний компьютер. Одновременно ей стало не по себе. Куда они едут?
Естественно, ничего не спросив, она села на переднее сиденье и пристегнулась, хотя обычно этого не делала.
10.
Первые минуты оказались очень напряженными. Элис вжалась в сиденье автомобиля. Ей хотелось превратиться в какое-нибудь незаметное существо, а то и вовсе раствориться в воздухе. В ее жизни, конечно, были люди, перед которыми она терялась и в определенные моменты их сильно боялась. Например, родители, учителя, начальник. Но человек за рулем был просто концентратом их всех, помноженный на тысячу! Само собой – ведь от него зависела ее жизнь! От этой мысли застучало в висках, ладони мгновенно стали мокрыми, а живот скрутило узлом. Элис боялась даже немного повернуть голову в сторону преступника. Единственное, куда она позволяла себе смотреть, – в окно или на собственные колени. А еще Элис старалась дышать почти беззвучно и неглубоко, инстинктивно пытаясь не привлекать к себе внимания.
В таких условиях крайне тяжело думать, особенно когда ты спал часа два от силы. Но Элис было просто необходимо собрать мысли воедино, чтобы себя спасти. Она абсолютно не доверяла словам этого человека.
Но пазл с планом побега категорически не складывался, зато картины скорой гибели рисовались сами собой. Элис уже чувствовала, как ее пронзает свинцовая пуля и как она захлебывается кровью.
А может, смерть будет быстрая и она даже не поймет, когда все закончится? И что потом? Наверняка этих христианских мест не существует и ее ждет лишь пустота. Так же, как и до рождения. Она разом вспомнила всех умерших родственников и знакомых и даже кота. Они уже знают, что там…
Мысль, что ей тоже предстоит это выяснить, причем очень скоро, повергла ее в ужас. Тело охватила неконтролируемая дрожь и Элис едва сдерживалась, чтобы не закричать.
Монотонный звук мотора создавал гнетущую атмосферу и только способствовал таким жутким размышлениям.
– Ты что, плачешь? – прозвучавший рядом голос внезапно вернул Элис в реальность.
– Нет, – машинально ответила она, вытирая на всякий случай глаза. Элис вообще слишком любила это слово, и его употребление вошло в привычку, иногда вредящую. Даже когда в старших классах ее пригласил на свидание парень, которого она любила втайне два года, она сказала: «Нет». Почему? Просто по привычке! Второго предложения уже не поступило.
Помолчав немного, сидящий за рулем мужчина снова начал диалог.
– Так почему ты не поехала на тот праздник?
– Я же сказала, что заболела, – тихо ответила Элис.
– Чем? Разве от болезни у тебя вчера были красные опухшие глаза? – В голосе послышался смешок, но добрый.
«Наверное, он догадался, что причина не в этом и я просто весь вечер рыдала, – подумала Элис. – Может, не отвечать?»
Но она чувствовала на себе взгляд, требующий пояснений.
– Мой бывший привел на вечеринку другую девушку. Я узнала и поэтому не поехала. – Элис решила, что такая ситуация не выставляет ее слишком жалкой.
– О, понятно, – с улыбкой ответил водитель.
Элис удивилась. Мог бы посочувствовать хоть из вежливости! Но, видимо, у преступников такие чувства атрофируются.
– Вы с твоим отчимом правда близки? – уже серьезнее спросил он.
– Ну… да.
– И что, у тебя больше нет близких?
– Все умерли… Есть несколько дальних родственников, но я с ними почти не общаюсь.
– Да? И почему?
Странный допрос продолжался долго.
Элис впервые почувствовала, как это необычно – так много говорить о себе. Словно даешь интервью журналисту. В диалогах она обычно выполняла роль слушателя, а не рассказчика. Отвечая на вопросы, Элис ощутила облегчение, ведь жуткие мысли о смерти ее покинули. Но потом внезапно допрос начал злить: нужно срочно решать, что делать дальше и как сбежать, а бандит не дает ей даже возможности подумать!
«Когда же ты заткнешься! – с огромным раздражением думала Элис. – Сколько можно, зачем тебе все это?»
Но, глядя в окно на однообразный пейзаж, решила, что преступнику наверняка ужасно скучно. Вот и старается себя развлечь.
– Кем ты работаешь?
– Менеджером в рекламной компании, – пробурчала Элис себе под нос.
– И тебе нравится твоя работа? – с интересом спросил парень.
– Да, нравится, – небрежно бросила Элис, не поворачивая головы.
– Хм, а вот ты им, похоже, не очень…
– Что? – Элис отвлеклась от окна и удивленно посмотрела на преступника.
– Сегодня понедельник и уже почти половина десятого, а с работы про тебя никто не спрашивал, – лукаво улыбаясь, ответил он. – Или там всем плевать на опоздания?
«Откуда он знает?! Копался в моем телефоне? Или они там создали общий чат с моими переписками?!» – но эти бурлящие в голове вопросы она не рискнула задать.
– А-а-а… Нет, не плевать, просто у меня свободный график, – спокойно ответила Элис, стараясь не подавать вида, что такая осведомленность преступника ее испугала.
– О, надо же… У всех гостей вечеринки тоже, видимо, свободный график, раз вы решили собраться в ночь на понедельник? – беззлобно съязвил парень.
– Нет, – чуть улыбнувшись, отмахнулась Элис. – Просто именинник очень суеверный и отмечает дни рождения строго в срок.
– Тогда ясно… – улыбнулся он. – И что же означает твой свободный график?
– В основном я работаю из дома, иногда приезжаю в офис. Вот, например, сегодня должна была… приехать, но об этом никто не знал, потому меня и не ищут.
– Тогда понятно, почему тебе нравится твоя работа, – все также улыбался похититель.
– Нравится – это, конечно, громко сказано. Я пока еще сама не знаю, чем хотела бы заниматься, – решила сказать правду Элис.
– Но есть же какие-то предпочтения?
– Надо подумать. – Она снова с досадой посмотрела в окно, размышляя, что не стоило рассказывать все преступнику так развернуто: на каждый ее ответ он задает по десять вопросов! Теперь придется решать, что ему такого наплести, лишь бы он поскорее отстал. Радует, что солнце незаметно превратило пасмурный день в ясный. Сегодня, похоже, будет жарко. – Наверное, я…
Размышления Элис прервала резкая остановка автомобиля.
– Проклятье, какого черта! – выругался водитель. Он несколько раз попытался завести авто, но безуспешно. – Извини, закончишь позже. Мне надо посмотреть двигатель.
Преступник быстро вышел и полез под капот.
«Извини? Ну надо же, просто сама вежливость! А за то, что вчера тыкал в меня пистолетом, он извиниться не хочет? – подумала Элис и недовольно скрестила руки на груди. – Хорошо хоть он вышел – несколько минут тишины без его занудных вопросов помогут сосредоточиться».
Она начала, путаясь, перебирать в голове варианты, и страх только подбадривал ее. Но ничего не выходило: то ли оттого, что мозг не до конца включился в работу, то ли оттого, что вариантов особо не было.
«Может, стоит его чем-то ударить, завести машину и уехать? Но я же никогда не водила машину! Или выхватить у него пистолет и выстрелить, а самой просто убежать? Но лучше, конечно, уехать – так быстрее доберусь до города. Да кого я обманываю, дело же не в умении водить! Отнять пистолет, ударить, угнать автомобиль – я что, героиня боевика?! Скорее всего, я сильно облажаюсь и меня прикончат намного раньше. Может, как-то позвать на помощь? Но как? Вокруг не души! Телефона у меня нет. – Элис откинулась на кресло и закрыла на пару секунд глаза, пытаясь сконцентрироваться. – О! А если воспользоваться его телефоном и написать СМС? Вот же он. На бардачке». – Сердце забилось чаще.
Элис аккуратно взяла чужой мобильник, но ее тут же постигло разочарование: конечно, он был запаролен. Сразу положив его на место, она чуть не расплакалась. Хотя затея изначально была провальной: Элис толком не помнила ни один номер – или от страха забыла. Вызывать полицию? Разговор преступник точно услышит.
Отчаяние практически завладело ею.
А солнце тем временем поднималось все выше, и Элис решила узнать, сколько сейчас времени. Посмотрев на часы, она увидела на табло девять пятьдесят четыре.
«О боже! Какая же я дура, как же я раньше не догадалась!» – Элис не смогла сдержать улыбку.
11.
В элитном офисном центре работа кипела, как в муравейнике. Солидные люди в не менее солидных костюмах перекладывали бумажки в папки, распечатывали документы, копошились в ноутбуках и все это не выпуская телефонов из рук. Серьезный бизнес требует серьезных усилий.
В самом пафосном кабинете с панорамным видом на город работал глава корпорации – Джек Халиб. Выгнав троих сотрудников движением руки и небрежным: «Свободны», – он закончил затянувшееся совещание. Помощники учтиво попрощались и покинули кабинет начальства.
Джеку хотелось поскорее узнать, в каком состоянии его падчерица после разлада с молодым человеком. Написав Элис СМС и убедившись, что у нее все хорошо и она уже едет домой, он решил немного расслабиться и снял голубой пиджак с серебристым отливом.
Посмотрев на время, Джек набрал секретаршу.
– Тайра, детка, есть ли сейчас какие-то переговоры по плану?
– Нет, они только в одиннадцать часов с корейскими партнерами, помните? – уточнил приятный женский голос.
– Да, вроде что-то такое припоминаю, – с легкой иронией сказал начальник. – Раз сейчас никого нет, то пойду в бассейн, поплаваю. Вели уборщикам там все надраить как следует! Я минут через двадцать – тридцать спущусь. И пусть нужные принадлежности подготовят, а не как в прошлый раз!
– Конечно, как скажете! Могу я чем-то еще помочь? – спросила сладкоголосая секретарша.
– Нет, Тайра, это все. – Джек повесил трубку.
Последнее время он стал слишком сентиментальным. Постоянно пересматривал старые фотографии, слушал лирическую музыку и очень много курил. В собственном кабинете ему ничто не мешало предаваться теплым воспоминаниям о том, как в ресторане на праздновании своего пятидесятилетия он увидел грустную очаровательную женщину. Она сидела в компании трех подруг, они о чем-то болтали. Но по ее скучающему лицу он понял, что ей совсем неинтересно. Женщина лишь медленно потягивала яркий красивый коктейль и теребила салфетку. Даже еда на тарелке была почти не тронута. Джек буквально вырвал ее из плена утомительных разговоров, пригласив на танец. С тех пор они всегда были вместе. И расстались два года назад в день ее смерти.
Первый его брак оказался неудачным. Нет, в конце все были живы, разве только Джек едва не умер… от скуки. Первая жена по характеру очень походила на его сестру Марию. Она тоже слонялась днями без дела, а по вечерам посещала бесконечные тусовки и ВИП-встречи. И каждые выходные улетала «проветрить голову» в новую точку мира. Не исключено, что за двадцать лет брака она посетила больше мест, чем Жак-Ив Кусто! С каждым годом Джека все больше утомлял ее треп ни о чем, злили ее бесконечные траты и очень расстраивало отсутствие наследника. А еще лучше – наследницы. Но, как потом оказалось, Джек просто не мог иметь детей. В итоге этот брак и вовсе потерял для него всякий смысл. Только сам развестись Джек не решался: все-таки он давал клятву. И он терпеливо дождался, пока жена попадется с молодым любовником.
Второй брак был прекрасен. Они были так счастливы. К тому же в этот раз он обрел не только жену, но и дочь. Но жизнь оказалась слишком жестока…
Больше Джек не хотел жениться. Да и он уже не был тем мужчиной в расцвете сил, каким был семь лет назад. Тогда он мог за пару минут покорить женщину. А сейчас… Разве что ушлую девицу, падкую на подарки и его огромное состояние. Нет, такого великолепия ему не нужно.