Маня и Волк

Глава 1

Как только мы продали с братом доставшуюся нам от бабушки квартиру и разделили деньги пополам, я совершила очередной наиглупейший поступок, перекрывший все предыдущие мои «заслуги» (по мнению мамы) – купила дом, точнее дачу, в небольшом микрорайоне, который был раньше дачным поселком, а теперь стремительно разрастался новенькими современными коттеджами. Раньше у бабули тут находилась дача, где прошла счастливая часть моего детства, но отец ее продал, потому что ухаживать за ней было некому, и она за пару лет заросла так, что никто не решился броситься на борьбу с бурьяном. Решение это прошло мимо меня, я о нем узнала уже по факту.

Получив достаточно большие деньги на руки, я поняла, что если быстро не найду им применения, то мамуля вытянет их из меня под благовидным предлогом и ищи потом свищи справедливость в этом мире. И тут не иначе как велением судьбы я встретила бабулину подругу и бывшую коллегу с ее дочерью, от которой узнала, что они подумываю продать дачу, но бабушка не хочет, боится, что домик, где каждое окошко сделано руками деда, снесут, и я, конечно, предложила свою скромную кандидатуру и даже пообещала пускать их в гости.

Это была авантюра чистой воды и на ровном месте. В какой-то момент я даже подумала, а не дурь ли я сейчас совершаю… Маман бы подтвердила, что дурь, но ее мнением я не планировала интересоваться в этом вопросе. Тетя Оля несколько раз переспросила у меня, уверена ли я, тем более я ей рассказала откуда у меня деньги, и она волновалась, не приняла ли я это решение необдуманно… Ну, конечно необдуманно, но разве не так совершаются самые интересные наши поступки? В общем, я решила романтизировать свою глупость и убедила ее, что все в порядке и я все равно планировала купить дачу, и в этом, кстати, заключалась доля правды, потому что денег на полноценную квартиру у меня не имелось, брать ипотеку я боялась, а потребность съехать от родителей была уже невыносимой.

Год назад я вернулась из столицы домой, чтобы ухаживать за бабушкой, сломавшей ногу, и все это время жила в основном у нее. Это было неплохое время, если не брать в расчет, что бабуля заглядывала в мою комнату каждые полчаса и спрашивала, как дела и что я ела, а еще ночами занималась какой-то бесовщиной со своим вредным котом Тишкой. Тот не спал по ночам и лазал по кухне, роняя чашки и требуя еду, а она не могла не откликнуться на этот зов. В итоге эти двое испортили сон и мне. Теперь ночами я работала и ела, а днем спала, как бабуля и кот, но в один из дней бабули не стало, пришло время продавать квартиру, и мы наняли рабочих, чтобы те немного подлатали квартиру. Вот и пришлось мне с котом перебраться к родителям.

Кот своим привычкам изменять не стал, а на фоне стресса из-за нового жилища засрал квартиру родителей, и те несколько раз порывались выбросить пушистика, но я не давала, обещая, что скоро мы съедем и я его увезу.

– И куда ты собралась? – возмущалась мама, жаря сырники у плиты в своем разноцветном фартуке.

– Сниму квартиру.

– Зачем?

– Ма… – Думаю, честный ответ она услышать не хотела, но наверняка знала, что я не рискну сказать ей в лоб, что жить с ними я не хочу.

– Что ма? Живи с нами, комната твоя пустая.

– Не… я уже привыкла одна.

– Хватит тебе глупостями страдать и деньги разбазаривать. Живи с нами, работай, вместе дом в деревне достроим, эта квартира вам с братом достанется, а мы с отцом туда уедем.

Ну да, знаю я эту басню и этот жрущий деньги долгострой. Мама от своей работы никуда и никогда не уедет, поэтому домик этот не более чем развлечение и мечты, они его строят уже больше десяти лет и будут строить еще столько же, требуя попутно помощи в стройке и на огороде, и почему-то преимущественно от меня, брату всегда удается как-то филигранно улизнуть, а у младшей сестры при слове огород обостряются все самодиагностированные хронические заболевания.

Идея с дачей давно крутилась у меня в голове, потому что я недавно получила права и купила подержанную, но заботливо всю перебранную, очень резвую буханку-уазик со спальным местом в дальней части кузова. Вообще это был отчаянный шаг, потому что я знала, что с родителями долго не протяну. А если вдруг мне совсем некуда будет податься, то я себе навоображала, что смогу жить в буханке… Но стоило съездить на ней в поход с друзьями и попасть там в ливень, я поняла, что жить в ней лучше в ясную погоду, без осадков, поэтому когда подвернулось предложение с дачей, я ухватилась за него мгновенно. Можно было, конечно, рассмотреть и другие варианты, но я боялась совершать сделки с незнакомыми людьми, мало ли что…Плюс это ж нужно поездить, посмотреть, и не факт, что подойдет, это все потребует немало времени, а тут я знала, как выглядит эта дача, и она была как раз тем, что мне нужно, плюс этот дачный микрорайон мне известен от и до и находился в противоположной части города от дома родителей. То есть максимально далеко в рамках одного города, и это как раз то, что мне нужно.

– Наш сосед просил дачу продать, предлагал больше, но мама не согласилась, по нему ведь понятно, что он своими экскаваторами на следующий же день снесет дом, – пожаловалась тетя Оля, – но теперь наш домик в надежных руках. Ты уж за ним присмотри, Манюш, если что – звони, я Вовку к тебе отправлю, он поможет, а то ты ж одна.

– Одна?

– Ну, в смысле не замужем?

– А, ну да, не замужем, – пришлось выдавить улыбку и задать дополнительный вопрос, чтобы отвлечь знакомую от моего семейного положения, которое, кажется, всем окружающим не давало покоя.

Тетя Оля благополучно отвлеклась, но я рано праздновала победу, к моменту, как мы обсудили ее катаракту, она снова вспомнила, что у нее Вовка не женат, а я таки, конечно, невеста на выданье.

– Он у меня хороший и работа у него хорошая, и образование. За компьютером только сидит, некогда выйти и познакомиться, – пожаловалась тетя Оля на тяжелую долю.

– Да уж, от этих компьютеров и зрение портится, – поддержала я ее, решив соглашаться со всем на свете, дабы завершить сделку на хорошей ноте, но это была неправильная стратегия, потому что я стала ей казаться идеальной невесткой, и к концу оформления документов она мне Вовку своего сватала уже не стесняясь, рассказывая, какие они будут хорошие свекры и совсем не будут лезть в наши отношения.

Красная как свекла я отнекивалась как могла, пока не выдвинула своей главный аргумент, который будущая свекровь видимо не заметила.

– Я толстая, он-то у вас вон какой красавец. – Вообще Вовчик не был красивым, но я решила подбодрить тетю Олю, чтобы она уже наконец подписала мне документы.

– Да какая ж ты толстая, Маша?! – воскликнула женщина на весь кабинет юриста, который уже и сам не чаял, когда мы от него выйдем.

В общем, на мою новоприобретенную дачу меня повез Вовчик, которому позвонила тетя Оля и, видимо, нашипела что-то настолько проникновенное, что бедный парень примчался спустя десять минут с отпечатком подушки на щеке, опухшим от сна лицом и торчащими волосами, застывшими в том положении, в котором лежали на подушке.

– Он тебя отвезет и все покажет, а мне уже на работу пора, – улыбаясь самой своей милой улыбкой, распрощалась тетя Оля и, опасно прищурив глаза, зыркнула на сына так, что стало ясно, без внуков ему лучше дома не появляться.

– Смотрю, обложили тебя со всех сторон, – хмыкнула я, садясь в его машину. – Требуют жениться.

– Угу. – Вовка горестно вздохнул и завел машину, а я, обернувшись, заметила у него маленький гвоздик в ухе.

На дачу мы приехали, когда солнце почти закатилось за горизонт. Вовчик мне понравился тем, что не обременял ни себя, ни меня неловкой беседой и ненужной вежливостью, мы всю дорогу ехали молча и оба были этим довольны. Интересно, можно найти взаимопонимание молча? Тогда мне показалось, что можно.

Домик был маленький, но очень хорошенький. Кирпичный первый этаж и высокая крыша со вторым этажом и окошком. Я знала, что с другой стороны, выходящей на лес, есть балкончик.

– Балкон отец заколотил, – пояснил Вовчик, когда мы обходили дом по кругу.

– Зачем?

– Там постоянно кто-то гнездо пытался свить, решили закрыть, да и вторым этажом никто почти не пользовался.

Из-за того, что было темно и комары стремительно слетались на вкусный ужин из нас, пришлось зайти в дом. Простенько, но уютно. Ничего сломанного или покосившегося. Небольшая кухня с резными окошками, смотрящими на ворота, небольшой квадратный зал с камином, вызвавшим у меня приступ восторга, о нем я, честно говоря, не знала, а сбоку от камина небольшая ниша с диваном-книжкой, который я решила как можно быстрее заменить на нормальную кровать. Правда, радовалась я недолго, оказалось, что туалет на улице.

– Да ладно?!

– Да. – Вовка виновато пожал плечами. – Хотели септик ставить, да не нужен никому этот дом, так что ты теперь сама, зато мама тут душ успела сделать, вода из колодца, но бойлер нормально греет, а еще газ есть, электричество и интернет. – Парень, оглядывавший пространство, посмотрел наконец на меня и как-то тепло, по-дружески улыбнулся. – Жить можно. Ты ведь жить тут планируешь?

– Угу… – Ходить, правда, на улицу в туалет я не планировала… но жизнь как всегда вносит свои коррективы. Хотя этому уютному крошечному домику я готова была простить эти неудобства.

– Ну и отлично. Я и сам сюда думал перебраться, но мать бы тогда ездила сюда все лето и заставляла сажать огород, а мне оно не надо.

Я посмотрела на него глазами, выражающими полное понимание его боли и сострадания, мы рассмеялись и обменялись телефонами на всякий случай, вдруг что с бойлером случится, я ж ничего ни в электрике, ни в остальном не соображаю. Он отдал мне ключи и отвез домой.

Душа пела и хотелось улыбаться. Придя домой, я не смогла дотерпеть и с вечера начала собираться, так мама и узнала, что я сделала. Крик поднялся такой, что я едва не уехала в этот же вечер на дачу, но папа не дал довести ситуацию до этого и развел нас по разным комнатам. Слова пощечинами остались в душе, и я лишь утвердилась в том, что это было верным решением. Я собирала вещи под крики мамы в соседней комнате.

– Ты, Тишка, не вешай нос, завтра в настоящие джунгли с тобой поедем, – разговаривала я с настороженным котом, прислушивающимся к крикам в соседней комнате и наблюдающим за моими судорожными сборами вещей.

Если бы маме не нужно было утром на работу, думаю, так просто я бы не уехала из дома. Уходя на смену, мама гремела всеми дверцами, звенела посудой, но разбудить меня у нее не вышло, я решила, что буду симулировать сон несмотря ни на сильнейший зов природы, ни на мамины сигналы к завтраку.

Несколько лет я жила одна и уже отвыкла от слишком близкого контакта, от которого коротило нервную систему и выбивало пробки, поэтому, как только дверь за родителями закрылась, я подпрыгнула с постели и, сбегав в туалет, принялась за сборы. В голове мелькнула мысль, что, возможно, стоило вообще в другой город переехать или вернуться в столицу, но почему-то не хотелось в съемное жилье, тем более у меня сейчас неплохая дистанционная подработка и рваться обратно не было смысла. Возможно, стоило взять паузу и подумать, как быть дальше, тем более после покупки дачи у меня остались деньги и можно немного расслабиться… я так давно не была в отпуске, точнее сказать, никогда в нем не была, что, возможно, сейчас то самое время, когда стоит наконец выдохнуть.

Глава 2

По специальности я не работала. Юридическое образование оказалось для меня просто бесполезной корочкой, хотя при приеме на работу в очередной магазин она стала приятной галочкой в графе образования. Мамино разочарование. Она видела меня юристом или каким-нибудь чиновником, но не получилось ни то ни другое. Была просто я. Желающая оторваться от нее как можно дальше и жить свою не самую удачно складывающуюся жизнь самостоятельно. Поэтому, как и всегда, я сосредоточилась на повседневных задачах, стараясь не думать о том, что будет дальше, потому что в моем «дальше», по мнению родителей, ничего хорошего. Ну разве не повод жить одним днем?

Труднее всего оказалось поймать кота, который заныкался где-то в глубине квартиры и ни на какие «кыс-кысы» не реагировал.

– Выходи, мохнатый свин! – разговаривала я с ним, расхаживая по квартире. – Никто, поверь, не будет любить тебя так же, как я!

Кот не отзывался, и я уже подумывала оставить его тут, но в последний момент, когда я уже выносила сумки в машину и вернулась за последней, паршивец вылез из гардеробной и, вальяжно продефилировав мимо меня, забрался в переноску и улегся там, словно говоря: «Можешь нести меня, кожаный раб, я готов».

– Ну спасибо, ваше величество.

Застегнув переноску, я заглянула в шкаф, чтобы забрать свои куртки, и почувствовала запах кошачьего «сюрприза».

– Ах ты скотина мохнатая! – наклонившись к переноске, ругалась я. – Вот оставлю тут, они тебя быстро на колбасу пошинкуют! Такого толстого! Не веришь?! – Кот зевнул и, пристроив голову на передние лапки, решил и дальше игнорировать мое существование.

Вымыв шкаф, я, вся взмыленная, наконец вышла из дома, закрыла двери и, спустившись с пятого этажа, села в свою ласточку. Хотелось выдохнуть и посидеть в тишине, дать себе время перевернуть страницу, но за мной попытался припарковаться сосед, и я решила освободить бедолаге место.

– Ну че, Тиш, начинаем новую жизнь?

По дороге в наш новый дом заехала в магазин, прикидывая, что мне еще туда нужно, почему-то из памяти повылетало вообще все, что есть и чего нет в доме, в голове была лишь мокрая крыша, алая от падающего на нее света закатывающегося за горизонт светила, а еще закрытые ставни и высохшая лоза. Надо бы ее снять, как только приеду, и ставни открыть. По телу бегали электрические разряды, хотелось подпрыгивать и подпевать. Подпрыгивать я не решалась, а вот подпевать какой-то незатейливой песне по радио вполне.

Свернув по дороге в торговый центр, я затарилась постельным бельем, одной подушкой и тонким матрасом. Предстояло купить нормальную кровать, но пока ее нет, обойдусь матрасом на диване. Еще купила большой светильник, светлый, с рисунком немного выцветших цветов. К нему тюль на окна, прозрачную кастрюлю, которую давно хотела, и сковороду, пузатый чайник с земляничками, длинный тройник и несколько дешевых дорожек, связанных из переработанной ткани. Потом вспомнила о том, что неплохо было бы убраться, и набрала перчаток, порошков, чистящих средств, мыла и шампуня. В общем, отвела душу, радуясь тому, что еще осталась небольшая, но приятная сумма после покупки домика. Шопинг закончился мягкими тапочками для дома больше похожими на плюшевые игрушки и пусть походным, но очень удобным креслом.

Таща набитую доверху тележку, я заметила мужика, ходившего вокруг моей машины и громко возмущавшегося.

– Ну надо же! Явилась! – возопил блаженный, заметив меня. – Тебя парковаться не учили?! Ты сразу два места заняла!

Подъехав к задним дверцам в машине и открыв их, я начала перекладывать содержимое тележки в машину, пока рядом со мной возмущался мужик, изгаляясь в красноречии. Не видя никакой реакции на свои слова, он начал запинаться и сбиваться с мысли. Закончив разгружать тележку, я достала наклейки для машины, которые приобрела на кассе, закрыла одну из дверок и наклеила желтый квадратик с восклицательным знаком на стекло. Мужик к тому моменту уже умолк и просто молча следил за мной. Как только я разгладила знак и обернулась, чтобы отвезти тележку в сторону, он как-то странно посмотрел на меня, собираясь с мыслями, чтобы что-то сказать, но, видимо, передумал.

– А где твой значок?

– Какой еще значок? – не понял мужик.

– Ну, что ты инвалид по зрению, – вскинув руку, я показала на огромное свободное пространство за его спиной. – Там пустая парковка, ее только слепой не заметит.

Ответ на свою реплику я ждать не стала, развернулась и направилась в машину.

– Я бы на твоем месте отъехала чуток в сторону, а то габариты машины не очень чувствую, могу случайно и в твою въехать.

Он что-то сказал, но я не расслышала. Мужик машину отогнал в сторону, и я выехала, подмигнув ему на прощание. Обычная внешность. Лет, наверное, тридцать пять – сорок. Судя по рукам, кажется, не женат. Только вот зачем мне эти подробности, я не знаю. Наверное, это чисто женское, автоматическое сканирование потенциального кандидата. Ничего не могу с собой поделать, хотя давно решила, что замуж не выйду, лучше жить одной, чем так, как мои родители, а я почему-то была уверена, что у меня будет так же, как у них. При этой мысли передернула плечами.

Придерживаться своего решения мне помогала моя не самая привлекательная внешность. Если с лицом мне повезло, то вот с ростом и весом не очень.

Свернув на обочину, я остановила машину недалеко от заправки и нескольких выстроившихся в ряд магазинчиков. В одном я купила себе две бутылки пива, тут могло быть более элегантное и достойное культурной девушки вино, но будет не достойное и не элегантное просто пиво. Взяла еще сушеной рыбки, кальмаров и пакетик фисташек. При мысли о том, как я вечерком поставлю креслице на небольшую веранду, вытащу пиво из холодильника, возьму кальмары и фисташки и все это съем, пальцы на ногах поджались от блаженства. Господи, еще бы с умным и задумчивым видом затянуться сигареткой, выпустить дым в воздух с лицом повидавшего жизнь, разочаровавшегося циника, но мой организм сигареты ни в каком формате не принимал, а от запаха электронных мне вообще дурно, алкоголь еще как-то терпел, но тоже со скрипом, потому придется без прокуренной эстетики насладиться бренным бытием одинокой двадцатишестилетней женщины… или еще девушки? Лучше, наверное, женщины. Хочу, как Джейн Эйр, надеть чепец, типа я старая женщина, и чтобы все от меня отстали с ожиданием, когда я выйду замуж и нарожаю детей. Или это было не в "Джейн Эйр"? Ну не суть важно.

Прикупив в соседней палатке свежую селедку, черный хлеб и картошку, я вернулась в машину, но потом снова вылезла. Все же совсем без печенек как-то грустно. Десять минут в пути, и я свернула на дорогу в наш то ли микрорайон, то ли дачный поселок и остановилась на светофоре. Настроение было отличное. Пальцы сами собой барабанили по рулю в такт песне, а я еще и пританцовывала, подпевая кое-как песне на английском, но веселье прогнал раздраженный клаксон. Встрепенувшись, я нажала на газ и бросила взгляд на зеркало… знакомая машина… он что, меня преследует?

Настроение немного испортилось, и сделав музыку потише, я поехала к дому, поглядывая на боковое зеркало. Вскоре хам меня обогнал, явно превышая скоростной режим, и умчался куда-то вдаль, позволив мне выдохнуть и избавиться от подозрений в преследовании, но радовалась я недолго, потому что заметила знакомую машину рядом со своим забором.

За следующие сорок минут я узнала, что именно этот мужик собирался выкупить участок, который я приобрела. Точнее он работал на того, кто его пытался купить. Узнав за сколько я его купила, мужик побелел от гнева и попытался у меня его перекупить, даже цену назвал такую, что я бы возможно согласилась, не веди он себя как распоследняя скотина, а так просто из чувства мести отказала, да и настроилась я уже на этот дом и бывшим хозяевам пообещала, что не продам их теремок. Потому, хлопнув дверью и проскрежетав воротами так, будто это калитка в царство сатаны, я ему отказала и с чувством выполненного долга взялась за инвентаризацию всего что есть в доме и за уборку, но перед этим заварила чай с лимоном и, закинувшись парочкой печенек, посидела в новом кресле на веранде, рассматривая огород, с которого не так давно сошел снег, а новая травка уже тянула тоненькие иголочки к небу.

Воздух тут был невероятный, а еще тишина и звуки леса. Весна-а-а. Стоило прикрыть глаза, как чувства обострялись вдвое и можно было почувствовать, как дышит мир, а голубая небесная линза кажется такой огромной, что кружится голова.

Посидев и помечтав, подкрепившись печеньками, я выпустила кота изучать новую территорию, а сама, переодевшись в старые джинсы и толстовку, взялась за дело, от которого бежали мурашки в предвкушении – уборку. Словно в Нарнию, я нырнула в свой новый дом, разбирая хлам, перебирая вещи, определяя, что на выброс, а что еще пригодится. Через пару часов моя многострадальная спина уже отваливалась, и я с трудом разгибалась, но не собиралась останавливаться и решила добраться еще и до второго этажа.

Чтобы открыть дверь, пришлось повозиться, но я смогла, и даже бывшим хозяевам звонить не пришлось. Наверху барахла оказалось гораздо больше, и я даже подумала отложить его разбор на завтра, тем более комната была очень захламленной, но все же решила самое большое и ненужное, что мешает двигаться по комнате, выкинуть уже сейчас, а завтра доразобрать остальное.

Какие-то доски, плинтусы и провода, ящики от разобранного шкафа, все летело через окно на улицу, пока наконец я не решила, что достаточно, тем более лампочка на втором этаже перегорела, и я просто не видела ничего в стремительно сгущающихся сумерках.

На душе было спокойно и радостно, до тех, правда, пор, пока я не увидела количество пропущенных звонков от мамы, а еще сообщения. Грудь знакомо ошпарило кипятком, а желудок на мгновения сжался так, словно пытался стать камнем. Вдохнув и выдохнув, набрала маме сообщение, что убиралась и ничего не слышала. Сегодня для себя решила не говорить им, где конкретно я купила дом, чтобы они не приезжали… Возможно, подло, но я совершенно не хотела слышать о месте, в котором у меня пела душа, слова вроде «что это за дыра?», «тебя обули как идиотку» и прочее. Почему-то, несмотря на все мое сопротивление и выстраиваемые защиты, мамины слова всегда попадали прямо в цель, пробивая все щиты, поэтому решила просто не говорить где я. Не знаю, правда, чего мне будет это стоить.

Мама попыталась позвонить, но я не ответила, записав голосовой ответ, что тут плохо ловит сеть и я не могу ответить. Следом прилетело сообщение с изобилием восклицательных знаков. Настроение стремительно портилось, поэтому, отложив телефон, я включила бойлер, достала новое полотенце, любимую пижаму с удобными штанами и широкой футболкой и забралась в душевую. Вода шла с перебоями, но помыться мне все же удалось. Замотав мокрые волосы в полотенце, я решила сварить-таки купленную картошку и провести вечер как планировала, с бутылкой пива и рыбкой. В какой-то момент в голову закралось подозрение, а не многовато ли для столь поздней трапезы, но я была такой голодной, что решила грызть себя за лишние калории завтра… ну или послезавтра… ну или после, послезавтра, никогда.

Пока варилась картошечка, я почистила нежнейшую селедку, нарезала ее и разложила в тарелке, залив маслицем. Нарезала черный хлеб, вынесла все это на веранду, а еще две свои бутылки пива и закуску к нему. Божечки, это было очень вкусно! Жаль, не удалось запихнуть в себя вообще все, хотя я старалась. Наевшись и немного замерзнув, я закрыла двери, оставив кота на улице, дабы тот не будил меня среди ночи, а то я еще то ссыкло, могу проснуться ночью и испугаться спать в доме. Очень важна была первая ночь и крепкий сон. Благо две бутылки пива и выматывающая уборка обеспечили мне его до утра.

Глава 3

Утро было солнечным, но холодным, а еще сопливым. Горло немного опухло, но все это не могло испортить мне настроение, несмотря даже на то, что пришлось часа в четыре утра найти что-нибудь еще, чем можно накрыться. Этим чем-то оказался старый ватный матрас… Возможно стоило поискать что-нибудь почище, но спящий мозг нашел единственное рациональное решение в тот момент и мгновенно привел его в действие. Накрывшись матрасом, я мгновенно согрелась и снова заснула, проснувшись уже в шесть утра покусанная клопами, но зато тепленькая.

Вылезать из-под матраса не хотелось, но конвектор все же стоило включить, поэтому, сбросив клопий домик на пол и закутавшись во все одеялки и плед, вместе с покрывалом я таки добралась до конвектора, который из-за вчерашнего теплого вечера оставила включенным на двоечку, выкрутила его на максимум, еще для надежности включила круглый газовый обогреватель. Купила его сто лет назад просто потому, что точно такой же был в любимом аниме… Ни ума, ни фантазии, конечно, в принятии решений, но теперь я была собой довольна, потому что и смотреть на него приятно и ледяные ступни греть тоже, тем более второй раз забраться под старый матрас я не решилась, все же мозг уже работал адекватно. Большей адекватности ему придавали покусанные ляжки, которые расчесывая, я думала о том, что стоит потеплее одеяло купить… Это что-то совсем не теплое, или плед потолще, да еще и носки какие-нибудь вязаные, и еды я вчера не то чтобы много купила и что сумела, то в себя уже затолкала, а еще вчера так и не добралась до туалета, и что-то мне подсказывало, что вид там будет мало вдохновляющим.