Песнь Великой Любви. Воин света. Тысячу лет спустя
- -
- 100%
- +
– Илья, скажи мне, почему я тоже стал свидетелем откровения? Может быть, потому, что спал вместе с вами в пещере? Я не могу понять, за что оказана мне такая Божья милость! – Антон был действительно смущён тем, что оказался в кругу Ильи, Вероники и этих высоких господ.
– То же самое и я хотела сказать… – произнесла Агапия.
Илья успокоил их.
– Заслуга перед Богом лежит в духе… Вся истина нашего участия в откровении известна только Богу. Он выбрал нас всех, как равных, и Он знает, почему…
«Значит, я есть воин Света?» – проговорил про себя Антон.
– Илья, – продолжил разговор Юстиниан, – Великий Воин Света сообщил Иисусу Христу: «Мы потеряли путь, надо дождаться звёздного положения». В ответ на это Иисус Христос сказал: «Что нам путь, когда вся Земля ждёт нас?» Что эти слова могут означать?
– Думаю, господин, что слова эти, как и другие слова, которые Он изрёк, были обращены не только к Великому Воину Света, но и к нам, воинам Света… Воин Света не ищет пути, он никогда не заблудится в пустыне, и путь его всегда будет находиться перед ним, ибо он нужен всем и его ждут повсюду.
– Это касается меня тоже? – спросила Агапия. Она ещё не верила, что призвана к служению, что она становится посвящённой и воином Света.
– Тебя так же, как и каждого из нас… Мы все равны перед Богом…
После каждого пояснения Ильи наступала пауза. Все умолкали и сердцем, и умом осмысливали услышанное и пережитое. Каждый был охвачен душевным волнением.
– Илья, – продолжил Юстиниан, – далее мы были свидетелями, как Иисус Христос начертил на песке…
Всем сразу захотелось поучаствовать в восстановлении живой картины: начертания на Небе, Храм, музыка сфер, пение хора, Слова Иисуса Христа.
– Что скажешь, Илья?
На этот раз Илья надолго задумался.
– Господин, – начал он потом, – нам будет трудно понять всё сразу из нашего общего откровения. Нам было сказано и показано очень много и с глубоким смыслом. Думаю, каждый из нас со временем поймёт больше, чем я смогу сказать вам… Здесь я извлеку для себя следующие выводы и догадки. Небесный Храм, который возник над нами и вобрал в себя всех, кто находился вокруг холма, есть знак того, что Храм Христа объединит всех людей и все народы Земли, и они будут жить в нём так же единодушно и гармонично, как играла музыка сфер и пел хор ангелов. Нам было хорошо в том Храме, душа каждого из нас подпевала хору ангелов. А это значит, что люди Земли устремлены к единству и сотрудничеству…
Илья опять задумался, углубился в себя и из этой духовной глубины произнёс вполголоса, как бы только для себя:
Храм без Учения не Храм…
Где Учение, там и Храм…
Учение Христа – матерь Жизни…
Жизнь без Учения – матерь своих могильщиков.
Потом он вернулся к обычному состоянию и продолжил:
– Иисус сказал о Пестике, который Он заложил в Храме, и где он будет цвести… Пестик этот, по моему разумению, есть Учение Христа, есть религия, которую Он принёс людям…
Илья умолк. Задумался.
Все взирали на него с восхищением и почтением. Тоже молчали, чтобы не помешать ему сосредоточиться, и терпеливо ждали, что он дальше скажет.
А сердце Агапии трепетало при каждом слове Ильи.
– Вот что я ещё думаю, – продолжал Илья. – Обителью истинного и вечного Храма Христа, где будет цвести Пестик, является душа человека… А созидать Храм в себе должен сам человек своими устремлениями и усилиями, трудом и творчеством, своими мыслями и образом жизни… Но надо, чтобы кто-то принёс ему Пестик Христа, объяснил, какая вечная жизнь заложена в нём, чтобы человек восхитился им и заложил его в основании своего Храма в духе… В число тех, кто это сделает, каждый из нас может причислить себя тоже…
Вдруг Илья опять отрёкся и углубился в себя, и произнёс шёпотом, как секрет:
Человек без Учения Христа – мёртвое существо…
Учение Христа без человека тоже мёртвое зерно…
Ибо Иисус Христос пришёл на Землю для людей…
И Учение Своё Он принёс людям.
После минутного молчания заговорил Юстиниан.
– Илья, ты сказал, что Храм Христа есть сам человек. А Храм Христа, который мы построили, ведь тоже есть Храм?
– Да, господин, это так. Но земной Храм Христа мы построили только тогда, когда он у нас был построен в духе… У нас нет слова, как по-другому назвать прекрасное сооружение, посвящённое Богу. В нём мы собираемся, чтобы объединить мощь наших молитв и устремлений и снискать к нам милость Бога… В этих земных Храмах человек ещё и учится, как творить и совершенствовать в себе Храм Небесный… Служители Господа, вроде нашего Иакова, помогают людям укрепиться в себе, объясняют им смысл веры, дают возможность воспламениться от других, уже воспламенённых… В земных Храмах накапливается духовная мощь поколений людей, созидается единая воля… В них хранятся святые и чудотворные вещи и предметы, через которые люди могут получить Божью благодать и милость… Храм земной есть земной Дом Отца нашего Небесного…
– Илья, поясни теперь последние слова Иисуса Христа: «Почему ждём пути, когда он перед нами?»
– С этими словами Он встал и пошёл, не дождавшись звёздного положения… – добавил Илья.
– Этим, я полагаю, нам было сказано: воину Света нужно нести Учение Христа без промедления, не страшась сложности пути и испытаний… Иисус Христос поставил каждого из нас перед выбором пути… Он призвал нас к служению, но выбор остаётся за каждым из нас…
– Выбор?! – спросил Юстиниан с удивлением.
– Да, господин… Наша воля, выберем ли путь Иисуса Христа, возьмём ли на себя тяжесть воина Света… Выбор есть строительство Храма в себе… Если выбираешь путь воина Света, то становишься носителем и защитником Учения Христа… Но ведь из-за этого вас хотели вчера казнить?.. Путь духовный человек выбирает только один раз в жизни, и если он повторяется, то происходит предательство… Предательство же духовного пути есть самый тяжкий грех… А выбирать свой путь человек может только сам… В этом есть закон проявления свободной воли…
Наступило долгое молчание. Все размышляли над своей участью.
Антон порадовался тому, что он находится перед выбором и может выбирать тот же путь, который выбрала двенадцатилетняя девочка. «Любовь… Моя Любовь!» Она была истинным воином Света, истинным служителем делу Иисуса Христа. Сейчас в его ушах зазвенел голос Любви: «Антон, ты слышишь меня! – кричит девочка с виселицы. Это не есть крик отчаявшегося, а призыв бессмертного духа. – Я выйду за тебя замуж в Царствии Небесном!..» Глаза Антона наполнились слезами радости, что выбирает путь воина Света, путь служения Иисусу Христу… «Да, я воин твой, Господи Иисус!» – вслух произнёс Антон. А по щёкам его катились слёзы.
Агапия была возбуждена. Да, она приняла веру в Христа от Вероники, но думала, что главное в ней – молиться и не делать никому плохое. Теперь же она почувствовала и отчасти осознала, что Учение Христа возлагает на верующего в него неустанный труд души на созидание в себе Храма и заботу о процветании в нём Пестика Христа. Но ей предлагается быть не только верующей, а нести служение на благо процветания новой религии на Земле. Тогда она должна знать эту религию с её заповедями и законами. Кто ей в этом поможет? Илья? «Я пока не знаю, как надо быть воином Света, но я знаю Илью, знаю его всю жизнь, хотя не знала его до сегодняшнего дня. Любила его всю жизнь, хотя влюбилась только что. Я выбираю Илью, и это будет моим служением». Она подошла к Илье, который в это время был погружён в свои мысли, прислонилась головой к его груди и застыла.
Вероника и не думала что-либо выбирать, ибо сердце её давно выбрало путь. Теперь этот путь подошёл к подножью горной вершины. Отсюда начинается сложная, скалистая, опасная тропинка к вершине.
Не о выборе надо думать, ибо разве есть выбор между Верхним путём и путём в пропасть? А надо думать, как достойно нести служение воина Света. Она вспомнила, как тяжело было Иисусу Христу нести огромный деревянный крест, на котором Его должны были распять. Она своим платком вытирала Ему пот и кровь со лба, с груди. Плакала, рыдала. А он взглянул на неё, улыбнулся и что-то сказал, но в гомоне толпы она не разобрала Его слова. Вот теперь они звучали в ушах Вероники отчётливо, ясно, голосом самого Иисуса Христа: «Женщина, неси ношу Мою, она лёгкая». Вот и понесёт она эту Великую Ношу. Вероника заплакала от счастья.
Августе тоже не надо было выбирать. Её мысли были обращены не на выбор, а на то, как она укрепит свой дух, чтобы стойко пройти испытания. Сердце её чувствовало, что путь её тернистый. Быть матерью для не имеющих матерей и быть Светом для не имеющих света потребует от неё многих лишений и жертв. «Спасибо, Бог мой Иисус Христос, за то, что возлагаешь на мои плечи бремя служения… Я всё вынесу, и любое испытание будет для меня радостью встречи с Тобой… Но молю Тебя, Господи! Забери руки мои, которые умеют играть на арфе, и верни Юстиниану руки свои, которые умеют нести помощь страждущему». Августа взглянула на Юстиниана с ласкою и чистою любовью и со всей надеждой и верою направила ему свой огонь сердца. Она наклонилась и нежно поцеловала его в лоб.
Юстиниан тоже ничего не выбирал. Только ему нужно будет доказать не кому-либо, а самому себе, что он может быть воином Света. Воин Света не размахивает саблей, не мечет копьём, не нападает на спящего, не поносит святыни. Воин Света восполнен Божьей любовью, чувством сострадания, несёт благо, спасает детей, защищает стариков. Несёт Песчинку Христа в ладонях своих, как последнюю живительную влагу, и дарит её первому жаждущему. Воин Света несёт в себе суровость долга и вечную преданность. Да, он мигом извлечёт саблю из ножен, если тьма посягнёт на его святыни. Он не побоится виселицы, распятия, лишь бы возвысить, прославить имя Господа Бога. «Только молю Тебя, Господи, отведи от ангела Твоего Августы тяжесть испытаний и взвали их на меня». Поцелуй Августы заставил его открыть глаза. Он улыбнулся ей улыбкою безмерного счастья.
Илья был занят другим: он искал ответ на вопрос – откуда к нему приходили мысли и слова, о которых он не мог знать, и что давало ему смелость учить Юстиниана и других, как понять данное всем откровение? И ответ, который пришёл к нему, неизвестно откуда, облёкся в слова: «Есть невидимые тебе помощники. Доверься им».
Илья успокоился.
Но неловкость перед Юстинианом, Августой и Вероникой, перед Агапией и Антоном всё же не покидала его.
Вдруг он почувствовал нежное прикосновение: прислонив голову к его груди, Агапия искала убежище в душе и сердце любимого. Илья поцеловал её волосы и собрался объявить всем, что они – Агапия и Илья – любят друг друга.
Но опередила радостная весть: руки Юстиниана исцелились, они стали такими же, какими были.
Каждому захотелось самому в этом убедиться, брать руки Юстиниана в свои, нежно и ласково рассматривать их, целовать.
Юстиниан всех обнимал, благодарил. Сам целовал платок Вероники, на который капали его слёзы и смешивались с потом и кровью Иисуса Христа.
Августа плакала от счастья.
Подошёл Илья, и Юстиниан прижал его к груди своими мощными ладонями.
– Чудо… Чудо… Чудо… – ликовала Вероника.
Глава 21
Небо покрылось звёздами, а они ещё молились.
Каждый молился про себя. Молился, как знал, как мог, как подсказывало сердце. Молился словами, бессвязными или осмысленными. Молился без слов. Молился чувствами, слезами, радостями. Молился восхищением, удивлением, благоговением. Каждый направлял в Небо свою весть, в которой была вера и решимость. Звёзды услужливо принимали их и отправляли дальше.
Первой молитву закончила Вероника. «Аминь!» – прошептала она. Этим она поставила печать сердца на свою весть. Она встала и направилась к пещере.
«Аминь!» – прошептал за ней Антон и встал с колен.
«Аминь!» – произнесли чуть позже Августа и Юстиниан и тоже направились к пещере.
Остались Илья и Агапия.
Илья взирал на звёздное небо и не шевелился. Он был далеко от Земли.
Агапия тоже не двигалась. Она стояла на коленях рядом с Ильёй. Она молилась. Хотя это была не столько молитва, сколько мольба Господу. Мольба души и сердца девушки.
«Господи, дай мне знать, имею ли я право любить Твоего ангела… Кто же он у тебя, если не ангел… И если Ты позволишь мне любить его, пусть тогда это и будет служением Тебе… Не называй меня, Господи, воином Света… Какой я у Тебя воин Света, если я только верю в Тебя, но не знаю ещё, что есть Свет… Лучше назови меня жрицей Божественной Любви и дай любить этой Любовью Илью… Я буду служить Твоему истинному воину Света, и Любовью своею умножу в нём силы его духа… А он пусть отдаст их полностью Тебе, Твоему Великому Делу… Разве это не будет моим служением… Я буду любить Тебя, Господи, любя его… В нём я буду искать Тебя, Твоё проявление, Твоё дело и даже Твой голос… Неужели Ты не примешь, Господи, мою такую любовь к Тебе, неужели отвергнешь меня от Себя… Ничего для себя просить у Тебя не буду, и у него не буду просить ничего для себя… Только молю Тебя – дай мне его любить так же, как могла бы любить Тебя… Если даже Ты запретишь мне это, я не смогу повиноваться Твоей воле… Тогда я покину этот мир и приду к Тебе грешная, любя его… Господи, нет пределов Твоему милосердию… Молю Тебя, дай мне знак, что Ты благословляешь меня…»
Агапия ждала появления знака на небе. Может быть, заиграют звёзды, может быть, вспыхнет новая звезда, может быть, спустится с Небес ангел и принесёт весть. Но знак оказался совсем рядом, и только в последнюю очередь она обратила на него внимание. Или, точнее, сам знак принудил её прислушаться к нему.
– Тук-тук-тук… – стучало сердце Ильи.
Агапия прижала ухо к груди Ильи.
– Это ты мне?.. Это знак? – шепнула она его сердцу.
И оно забилось ещё сильнее.
– Тук… тук… тук… тук…
От счастья глаза девушки наполнились слезами.
– Спасибо тебе, Господи, что услышал меня… – и с благоговением прошептала: – Аминь!..
Илья медленно оторвал глаза от звёздного неба. Он возвращался из тех пространств, где Вечность и Чистая Мудрость, потому не сразу понял, где он находился. Вокруг темно. Он один… Нет-нет! Он не один, вот Агапия, она прижалась ухом к его груди и что-то шепчет. Разговаривает с моим сердцем? О чём?
Ради Агапии он предпринял этот полёт в Высшие Миры.
Там, в сферах Вечности и Чистой Мудрости, он выяснял смысл Любви.
До сегодняшнего раннего утра он о любви никогда не думал. Он просто любил и не умел ненавидеть. А сегодня пришло к нему потрясение: он вдруг обнаружил в себе, что некая сила в нём тянет его к девушке, тянет с такой мощью, что воля его не в состоянии преодолеть её. Ему и не хочется её преодолевать. Как эту силу назвать, если не Любовью?
И что же это такое – это есть особая любовь, или та же самая, какой он любил до сих пор всех? Можно ли любить Агапию больше других? Больше, скажем, чем любит он Саломею, Иорама, Иакова, чем Юстиниана и Августу, чем эту добрейшей души женщину – Веронику, чем этого смелого и преданного Антона? Он не мог понять, что это за чувство, которое приводит его в трепет при виде Агапии. Он любит Бога, но никогда не думал о любви к Богу. Он любит Солнце, но тоже не задумывался об этой любви… Любит цветущее поле и звёздное небо, любит облака и щебет птиц… И зачем думать о любви ко всему, что его окружает, когда без этого состояния духа он просто не существует?
Но вот он впервые задумался о любви сегодня, когда захотелось ему закричать на весь мир: «Я люблю девушку!..» Может быть, есть разная любовь, как есть разные цветы, разные речки, разные птицы, разные облака, разные светила и разные люди? Где причина – кого любить и кого не любить? Где мера любви – кого любить больше и кого меньше? Не любит ли он Агапию больше, чем Бога?..
И он отправился в Высшие Миры, в те Сферы, где царствуют Вечность и Чистая Мудрость. Все молились, а он находился Там, потому полностью был отрешён от всего земного.
«Скажите мне, что есть Любовь?» – раздался в Высших Сферах голос его мысли.
И сразу во всём Высшем Мире для него зазвучали колокола Мудрости.
Каждый звук нёс ему частицу полноты знаний, чтобы смог он воссоздать из них свою Истину. Высшие Сущности, Великие Духи, Помощники Бога в строительстве Вселенной, поспешили помочь ему. В этом колокольном звоне Илья почувствовал Высшую Гармонию, в которой созвучно трепетали мысли:
Любовь есть Причина Вселенной…
Любовь есть Начало Всех Начал…
Любовь есть Творящая Сила…
Любовь есть Смысл Бытия…
Любовь есть Вечность…
Любовь есть Беспредельность…
Любовь есть Божья Мудрость…
Любовь есть Закон Мироздания…
Любовь есть Высшая Красота…
Любовь есть Единство Всего…
Любовь есть Благо…
Любовь есть Жизнь…
Любовь есть Путь…
Любовь есть Истина…
И Илья открыл свою Истину: «Любовь есть Бог!» – зазвучало в пространстве Высшего Мира его открытие.
Колокола Сфер отозвались радостным звоном.
«Научите меня любить!» – взмолился Илья.
И тогда он увидел Восемь Небесных Старцев, которые несли Небесную Книгу Нового Завета. Великая Книга заполняла Небо от звёзд до звёзд. Старцы открывали огненные страницы, на которых описывалась жизнь Иисуса Христа и излагались его проповеди, притчи и совершённые Им чудеса. Илья понял, что эту Великую Книгу, которая уже была написана на Небе Восемью Старцами, эти же Старцы в скором будущем напишут на Земле для всех людей настоящего и будущего. Они перелистывали страницы от звёзд до звёзд и давали Илье вычитывать из них нужные ему мысли. Илья читал и упивался:
Заповедь новую даю вам: да любите друг друга…
Как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга…
По тому узнают вас, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою…
Я говорю вам: любите врагов ваших…
Люби ближнего своего как себя самого…
Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает…
Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец, ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, которого не видит?
В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх…
Дольше Илья задержался на одной странице, с которой ангельский голос озвучивал песнь о Любви:
Если я говорю языками человеческими
или ангельскими,
А любовь не имею,
То я медь звенящая или кимвал звучащий.
Если имею дар пророчества, и знаю все тайны,
И имею всякое познание и всю веру,
Так что могу и горы переставлять,
А не имею любви –
То я ничто.
И если раздам я всё имение моё,
И отдам тело на сожжение,
А любви не имею,
Нет мне в этом никакой пользы.
Любовь долготерпит,
Милосердствует,
Любовь не завидует,
Любовь не превозносится,
Не гордится,
Не бесчинствует,
Не ищет своего,
Не раздражается,
Не мыслит зла,
Не радуется неправде,
А сорадуется истине.
Всё покрывает,
Всему верит,
Всего надеется,
Всё переносит.
Любовь никогда не перестаёт,
Хотя и пророчества прекратятся,
И языки умолкнут,
И знание упразднится…
Великая Небесная Книга Нового Завета закрылась. Восемь Старцев унесли Её вглубь Высших Миров. С чувством благоговения отозвался Илья на заботу Восьми Наставников: «Я понял: Любовь едина. Любя Агапию, могу познавать Бога, Он пребудет во мне, а я – в Нём!» – зазвучала в пространстве Высших Сфер его восторженная истина, и Сферы откликнулись колокольным звоном.
Сердце Ильи затрепетало и забилось сильнее: «Тук… тук… тук… тук…»
…Вокруг было темно. Агапия, приложив ухо к его груди, шепталась с его сердцем.
Он молча встал и помог девушке встать. Взял за руку и повёл за собой.
Они вышли к морю, нашли утренний камень и сели на нём рядом.
– Дождёмся восхода Солнца! – шепнул Илья.
– Да… – сказала девушка.
Но в сердцах каждого солнце уже всходило, и имя его было «Любовь».
Глава 22
Илья воспринял восход Солнца с таинственным благоговением.
Агапия не могла представить, что происходило с ним в это время, но сердце её чувствовало, что происходило что-то высшее. Она смотрела на него и любовалась его отрешённостью.
Наконец Илья вернулся из глубин Солнца, улыбнулся Агапии и притянул её к себе.
– Твоё сердце тоже солнце! – сказал он ей.
Лучи Солнца легли на море.
Вдали от берега Агапия заметила лодку.
– Илья, видишь лодку?
От утренней прохлады знобило её, и она пыталась согреться в объятиях Ильи.
– Вижу… – сказал Илья. – Сейчас узнаем, кто в ней…
Илья воспользовался своим даром приближать к взору своему предметы и рассматривать их со всех сторон. Он прищурил глаза и уставился на лодку. Спустя несколько секунд он увидел её на расстоянии десяти шагов от себя. Лодка была довольно большая, и в ней находился только один человек. Он всеми силами старался грести, чтобы побыстрее добраться до берега. Что он за человек? Илья присмотрелся к нему и с удивлением воскликнул: «Это же Джамал… Да, Джамал!»
Агапия с недоумением взглянула на него: как он может видеть человека в лодке, когда его не видно на таком расстоянии?! А он ещё говорит, что узнал его!
– Ты его действительно видишь? – спросила она.
– Да, он перед моими глазами…
– Как перед твоими глазами?
– Агапия, не могу объяснить, как это у меня получается, но он сейчас в десяти шагах от меня…
– И кто же он, добрый или злой?
– Добрый, добрый! – ответил Илья. – Он тоже был в нашем откровении…
– Может быть, всё-таки стоит нам укрыться? А вдруг в лодке не он?
– Нет, Агапия, это Джамал, и ему понадобится наша помощь…
Вскоре они услышали крик Антона.
– Илья-а-а-а… Мы ищем тебя-а-а-а… Агапия-а-а-а… Отзовите-е-есь…
– Мы зде-е-есь… – отозвался Илья.
Спустя пару минут прибежал Антон, взволнованный и весь в поту.
– Мы вас по всему лесу искали… Господин и госпожа очень встревожены…
Показались Юстиниан, Августа и Вероника. К берегу приближалась лодка.
– Господин… Госпожа… – обратился Илья к Юстиниану и Августе, не дав им что-либо сказать. – Простите, пожалуйста, за тревогу из-за нас… Мы с Агапией провели ночь у моря и встретили восход Солнца. Господин, мы любим друг друга… Небеса благословили нашу любовь… Мы просим, чтобы вы тоже благословили нас…
– Да?! – удивилась и порадовалась Августа.
Юстиниан же обнял Илью, а потом Агапию.
– Вы – как мои дети… – произнёс он с отцовской гордостью.
Илья взял за руку Агапию, и они, опустив головы, встали на колени перед Августой и Юстинианом.
– Вероника, как нам закрепить их любовь и союз перед Господом Богом? – спросил Юстиниан женщину с платком.
Вероника с нескрываемой радостью подошла к Илье и Агапии, приблизила их головы друг к другу и накрыла их своим чудотворным платком. Потом положила руки на их головы и попросила Юстиниана, Августу и Антона сделать то же самое. Она произнесла молитву, и все повторяли её вслед на ней.
– Вы теперь в Боге, а Бог – в вас… – сказала она в заключении. – Мы благословляем вас… Да будет с вами господь наш Иисус Христос… Аминь!
– Аминь! – подтвердили остальные.
Антон был восхищён происходящим и искренне радовался, что участвует в нём.
И как только Илья и Агапия встали, а Августа и Вероника приготовились поздравить их со счастьем и обнять, неожиданно для всех раздался тихий и тревожный крик Антона:
– Здесь чужой… Надо бежать…
Все посмотрели в ту сторону, куда показывал Антон, и увидели: недалеко от них человек со всей силой старался вытащить лодку из воды на сушу. Он явно не замечал их, ибо мешал выступ скалы.
– Бежим… – повторил Антон. Он чувствовал себя ответственным за безопасность всех.
– Не бойтесь, человек этот – Джамал… – успокоил их Илья и побежал в его сторону.
Джамал глядел на Илью, но не узнавал его. Ему показалось, что за ним гонятся, он бросил лодку и побежал в надежде, что спасётся от преследователя.
– Джама-а-ал… Это я, Илья-а-а-а… Стой… – но Джамал не слышал крика Ильи.
Тогда ему помог камень, который оказался прямо под ногами. Он споткнулся и упал.
Илья успел подбежать к нему, пока тот оправился и встал.
Джамал закричал яростно:
– Я не предам Христа, что бы ни сделали со мной…
Но, узнав Илью, с изумлением воскликнул: