Отказать вампиру, или Клыки Убрал!

– Ликом сей змей тёмен и зеленоглаз, словно дикий кот. И кто в эти глаза посмотрит – навеки рабом его становится. Всё будет делать, что не прикажет тёмный ночной дух. А как увидит он девушку красивую да благородную, так и вообще всё! Распахнет черный плащ с алым подбоем, схватит цепко когтями длинными, зенками своими кошачьими зомбирует и во владения свои волочет, кровь сосать да изголяться в меру фантазии!

– Ну всё, хватит, сплю я уже, сплю!

Уж кому-кому, а фантазии нянюшке не занимать. Почище иного ночного духа будет. Каждый день укладывает меня спать, словно маленькую, да рассказывает жуткие истории, чтобы приманить сон. Сегодня вот про легендарных кровососов с заморских берегов. Хорошо, что у нас такие не водятся. Не дай боги встретить подобное чудище, с ума же от страха сойдешь! Если успеешь. А то зомбирует и…всё, поминай как звали.

Нянюшка укрыла меня покрывалом, поцеловала в лоб, погладила по голове, и вышла из комнаты, затворив за собой дверь. Традиционный ритуал вот уже на протяжении многих-многих лет. И только боги знали, как же это всё мне осточертело… Особенно в последнее время.

Тоска завладела моей душой с тех самых пор, как сестра покинула дом, выбрав себе в мужья оборотня из правящего клана. За неё, я, разумеется, была более, чем рада, но вот за себя… Вместо Тайви теперь лишь одиночество составляло мне постоянную компанию. Оно, да еще нянюшка. Так и ума сойти недолго, что со мной и происходило, медленно и печально. Ничего не радовало и не интересовало, и ничто не могло привести меня в прежнее состояние. Я уже даже начинала подумывать о…

На удивление, нянюшка вернулась через несколько минут, неся в руках блюдце и зеркало. Приподнявшись на кровати, я с интересом рассматривала, как та раскладывает их на покрывале.

– Погадаем на полнолуние, – выдохнула она, устанавливая зеркало под нужным углом.

Это что-то новенькое. Ну, в последнее время. Раньше, когда наша семья не убавилась на одного, мы частенько вытворяли всякое, и гадание было самым невинным из наших забав, в которые нянюшка посвящалась в последнюю очередь. Но теперь, очевидно, это будет одно из самых интересных моих времяпровождений. Что ж, на безрыбье и гадание аттракцион. Я уставилась в зеркало, отразившее лунный свет прямо мне в глаз, и прищурилась, стараясь разглядеть свою судьбу. Однако та пряталась очень тщательно, не спеша показываться, вместо этого демонстрируя яркое белое пятно. Ну и что это может означать? Я ослепну? Поседею? Перейду в клан Белой ночи?

Ничего не происходило ровно до того момента, как нянюшка чуть сдвинула зеркальное полотно так, что слепящий свет резко исчез, буквально на секунду продемонстрировав мне изображение человека. Это было настольно неожиданно и так жутко, что я, хоть и не робкого десятка, едва не подскочила на кровати, отползя подальше к стене. Только стукнувшись головой о твердую спинку кровати, я вспомнила, где я и что, собственно, происходит.

– Ну что? – прошептала нянюшка, убирая зловещий прямоугольник.

Что - что? Ничего хорошего. Никогда раньше гадания не оборачивались настолько серьезно. Еще ни разу я не увидела в зеркале кого-то, кроме себя самой, а тут вдруг… такая неожиданность.

– Мужчина… – выдохнула я.

Перед глазами все еще стояло четкое изображение выступающей из темноты мужской фигуры. Лицо, правда, разглядеть не вышло, оно наполовину скрывалось под тёмным капюшоном. И единственным, что привлекало внимание в этой сумрачной фигуре, оказалась пряжка. Светлая и блестящая, с резным изображением какого-то зубастого зверя.

Нянюшка нетерпеливо поерзала.

– Красивый? Знакомый?

Я лишь пожала плечами.

– Не понятно. Вроде стройный, высокий, а остальное… Шут его знает.

Женщина нахмурилась.

– А клан? Герб на одежде был? Или метка…

– Неа. Только зверь на пряжке.

Нянюшка задумчиво почесала подбородок. Но да что тут думать, информации было минимум.

– Ладно, спи, – сдалась она, – может еще приснится, в подробностях. Утром расскажешь.

Подмигнув напоследок, женщина вышла из комнаты.

Не больно то и хотелось. На самом деле, даже этот небольшой инцидент мало что менял в текущей ситуации. Упав на кровать, я мрачно уставилась в темный потолок.

Я – Вираэль, Вирель, или же просто Вира, как угодно, старшая наследница Клана Синих Молний, в последние несколько месяцев просто не находила себе места от тоски. Моя младшая сестра Тайви не так давно удачно выскочила замуж за наследника правящего клана, лишь усилив в мою сторону укоризненные взгляды. Мол, теперь всем ясно, кто в семье паршивая овца. Я не была ни одаренной, ни ярковолосой, ни ослепительно красивой, как сестра. Мои волосы с рождения были обычными русыми, лишь с легким золотистым оттенком, да и талант отсутствовал напрочь. Как ни пыталась я выдавить из ладоней хотя бы искру, те оставались невозмутимо бесталанными. Так что…

Женихи обходили меня стороной, несмотря на мой позитивный настрой и общительность. И даже многочисленные братья мужа сестры в буквальном смысле воротили нос, будто от меня разило чем-то неприятным. Один вроде как и начал робкие ухаживания, да родня его отпугнула, тут же накинувшись с расспросами о дате свадьбы… Бестолочи. Но мнение о мужской смелости у меня все-таки сложилось.

Семья уже давно смирилась с фактом, что их старшая дочь будет до седых волос бродить по семейному замку, расстраивая окружающих своим унылым видом старой неудачницы. Хотя сейчас, в неполных двадцать, несмотря на сложившееся обо мне мнение большинства, я чувствовала себя прекрасно, если забыть о скуке. А о ней я вскоре надеялась забыть, выдумав себе интересное занятие, иначе мое существование грозило стать поистине невыносимым. Вот только какое занятие? Из всех моих увлечений самым интересным было зельеварение. Помнится, в былые времена мы с сестрой частенько пропадали в старой лесной избушке, изучая фолиант о травах и применяя знания на практике. Чудесные были времена… Хм. А почему бы, собственно, и нет?

Засыпала я с улыбкой на лице, наметив себе приятный план на будущий день, за которым странный результат недавнего гадания практически улетучился в небытие. Туда ему и дорога.

*

Утро началось, как и всегда. Подробных снов о всяких там таинственных незнакомцах с яркими пряжками, слава богам, не случилось. Так что, приведя себя в порядок и позавтракав в комнате, я сбежала в лес. Именно так, сбежала, предварительно показавшись всем домашним, мол, жива-здорова, не теряйте. А затем проследовала на конюшню, чтобы неспешно оседлать пони и отправиться восвояси.

Однако у главных ворот меня перехватила нянюшка, огорошив новостью о внеплановых гостях. Я подозрительно сощурилась. Какие это еще гости в такую пору? По негласным правилам те всегда давали знать заранее, чтобы хозяева могли как следует подготовиться к важному визиту. А так… довольно странно. Да и я тут причем? Гости, разумеется, к отцу. И для чего им тогда мое присутствие? Стоять столбом, изображая примерную дочь и умирая от скуки? Нет, спасибо. Поэтому, досадливо передернув плечами, я собиралась было проигнорировать докучливую нянюшку вместе с незваными гостями, но та настырно ухватилась за поводья.

– Гости! – прошипела она, разворачивая пони в обратном направлении, – очень важные! О-очень!

Р-р-р! Плевать! Дернув поводья в свою сторону, я вырвалась из цепких рук и пустила пони в галоп.

Нянюшка коршуном смотрела мне вслед с лютым негодованием. Её колючий взгляд стрелой зудел в спине до тех самых пор, пока я не скрылась в воротах. И уже там меня догнала совесть, да задержалась ненадолго. Я быстро прогнала её мыслями о том, что сделаю для нянюшки мазь от радикулита и презентую вечером вместе с извинениями.

Дорога мягко ложилась под копыта моего резвого пони, несмотря на свою каменистость. То ли пони был отличный, то ли у меня настроение зашкаливало до неприличия. Погода, несмотря на середину осени, царила отличная, теплая и безветренная, словно на заказ. А предвкушая целый день без скорбных взглядов в свою сторону и счастливо избежав сомнительных гостей, я едва не пела весь путь до заброшенной избушки. Точней, заброшенной она была раньше, пока мы с сестрой ее не нашли и не привели в божеский вид. Она стала настоящим логовом, где мы могли безнаказанно творить все, что душа пожелает. А желала она зелий и экспериментов.

Уже через час я была на месте. Жаль, что, утонув в собственных печалях, совершенно позабыла про этот чудесный домик в густых зарослях ежевики. Крыльцо и крышу подзанесло листвой и хвоей, но с виду он был все тем же. Правда жутковатые царапины на двери и куча волчьих следов вокруг внушали опасения… Но я не робкого десятка, и арбалет всегда со мной, а домой планировалось вернуться задолго до темноты.

Всё в маленьком домике казалось таким родным и знакомым. Я словно бы вернулась с детство, сладко пахнущее разнотравьем, да слегка припорошенное пылью прошлых лет. Фронт работ не пугал размерами. Вода из ближайшего ручья была набрана, порядок в домике оперативно наведен, после чего, удовлетворенно оглядевшись, я принялась за работу.

Я перебрала и рассортировала мешочки с травами, щедро развешанные по стенам единственной тесной комнатки. Некоторые совершенно иссохли и пришли в негодность, а кое-какие оказались погрызены вездесущими мышами. Больше всего досталось шиповнику и чернике. Благо, этих запасов было мало и не жаль. А в голове уже сами собой строились планы на ближайшие дни, более того, на целый сезон! Что лучше всего собирать осенью? Корешки!

Закончив с мешками и вооружившись лопаткой, чтобы не тратить времени зря, я бросилась на добычу тех самых корешков. Теплый осенний день - самое то для заготовки валерианы, змеевика и дягиля. Уже чуть позже, промыв и разложив добычу на солнце, я принялась за изготовление мази для нянюшки. Вскоре избушка наполнилась ароматом свежерастёртых чабреца и хвои.

Замешивая ингредиенты в небольшой каменной ступке, я с удовлетворением отметила, что беззаботно напеваю себе под нос. Давно за мной такого не водилось. С тех самых пор… В общем, и так понятно. За этим занятием мне и пришла в голову гениальная мысль. А что, если обустроить домик для зимы? Законопатить щели, утеплить двери и окна, чтобы готовить в нем снадобья да снабжать весь замок лекарствами и мазями? Спасение от скуки и польза окружающим. Это ли не лучший вариант для меня на будущее?

День прошел настолько стремительно, что я искренне удивилась, когда в комнате вдруг начало темнеть. Желудок, синхронно с моим осознанием времени суток, возвестил о своем желании сейчас же наполниться чем-то питательным. Так что, упаковав мазь и наскоро прибрав рабочий стол, я выскочила из избушки и пустила пони галопом в сторону Штормового замка.

Ругать меня, разумеется, не станут. Во-первых, воспитывать детей подобного возраста уже слегка поздновато, а во-вторых, по всеобщему мнению, я и так была достаточно обижена судьбой, чтобы еще и добавлять обид.

Однако сердце неприятно ёкнуло, стоило лишь заметить на пороге замка хмурую, но нарядную нянюшку. Она не стала устраивать допросы или укорять в непослушании, а, безмолвно цапнув за руку, потащила меня в главную залу.

Но мои закономерные возмущения, женщина соизволила объяснить:

– Гости. Они ожидают вас с самого утра!

*

Что, опять?? К такому раскладу я оказалась не готова. Во-первых, простое платье совершено не подходило для демонстрации гостям независимо от их важности. Вот и нянюшка вырядилась в муслиновый кринолин и белый передник. Даже рядом с ней я выглядела замарашкой в своей тёмно-коричневой дорожной юбке, испачканной пятнами от зелий. В панике оглядев себя мимоходом в ближайшем зеркале, я скривилась. Взлохмаченная, с запыленным подолом и в потертых перчатках для верховой езды… М-да. Ну, дай боги, гости сразу испугаются и сбегут восвояси, не заставляя меня позориться дольше.

Но всё же, до чего странно ждать столь незначительную персону, затратив на это весь день? Что вообще происходит? Интуиция подсказывала, что подобные сюрпризы не могли принести ничего хорошего.

Спустя минуту меня буквально впихнули в зал приемов. Едва не запнувшись о порог, я удостоила нянюшку гневным взглядом, затем с достоинством выпрямилась и огляделась. Вечерний свет, пробивавшийся сквозь стрельчатые замковые окна, мягко падал на полированный пол, обволакивал канделябры и бликовал на давно опустевшей серебряной посуде. На столе красовались лишь остатки десерта да помятые салфетки. Поймав на себе не предвещавший ничего хорошего взгляд отца, я невольно выпрямилась ещё больше. Он сидел во главе стола в окружении совершенно незнакомых мне людей.

– Ну наконец то! – голос его, вкрадчивый и сдержанный, обещал даже меньше хорошего, чем взгляд, – мы тебя совсем заждались, дочь.

Как будто кто-то вас заставлял… Не решившись огрызаться при посторонних, я присела в вежливом реверансе, опустив взгляд. Отец жестом пригласил подойти ближе, и я повиновалась, разглядывая гостей сквозь ресницы. Кто все эти люди?

– Позвольте представить! Моя старшая дочь, Вираэль.

Я кивнула, мол да, она самая. Чего надо то?

Мужчина без возраста, сидящий по правую руку от отца, холодно улыбнулся. У него были серебряные, заплетенные в хвост волосы, узкое лицо и острый взгляд хищной птицы. По темному костюму без каких-либо отличительных знаков, судить о его клановой принадлежности представлялось невозможным. Однако тонкие бледные пальцы, усеянные крупными драгоценными камнями, мягко намекали, что гость не из простых.

– Мы очень рады познакомиться с вашей дочерью, она прелестна, – похвалил он, разглядывая меня, словно паук попавшуюся в сеть стрекозу.

Расположившиеся вокруг стола остальные несколько мужчин согласно закивали. Не поняла, меня тут что, демонстрируют? Я перевела вопросительный взор на своего старшего родственника.

– Это мастер Гленн, – великодушно пояснил отец, – глава клана Белой Ночи.

Чего-о-о-о?? Я едва не села там же, где и стояла. Клан Белой Ночи, серьёзно? Накаркала, не иначе… И что же они тут все забыли? А главное, зачем им я? Однако, стоило только вспомнить историю этого необычного клана, как в душу закралось чёрное подозрение…

Несколько сотен лет назад их глава повздорил с правящим тогда кланом Чёрной Зари. Уж не знаю, чего они не поделили, в учебниках истории об этом ни слова, но клан Белой Ночи в один момент оказался изгоем. Их родовой замок опустел, и с тех самых пор служил прибежищем лишь летучим мышам да совам, постепенно ветшая в скалах. И даже с приходом нового правящего клана изгои не вернулись к прежней жизни, они отчалили за море всем составом и обосновались на Мглистых островах. Видать, такой горькой была обида, либо же жизнь на безлюдных островах показалась настолько сказочной, что те не спешили назад, порвав все связи. Я не в курсе причин подобной изоляции. Однако с тех времен клан Белой Ночи стал притчей во языцех и синонимом всех изгоев и отверженных. Их не забыли, но мир слухами полнится, и спустя время, этот брошенный богами клан начали опасаться поминать всуе, мол что-то творится на Мглистых островах, что-то очень нехорошее. Люди изредка пропадают с приграничных земель, да небо над пристанищем заклеймённого клана иногда сияет подозрительными алыми сполохами. Поговаривали, что те увлеклись темной магией и творят на своих землях непотребства, никем не контролируемые и никому не подчинившиеся.

Ну да и шут бы с ними, кабы не одно но. Среди подобных мне благородных дев испокон веков гуляла набившая оскомину страшилка. Мол, прогневаешь чем-нибудь богов и явятся к тебе в качестве кары сваты из клана Белой ночи, заберут из родного дома, увезут на свои жуткие острова и поминай как звали. Никто тебя больше не увидит в Подлунных землях. Забудешь родных, имя твое сотрется из семейной памяти. В пример приводили некую Линн из клана Северного Ветра. Никто о ней слыхом не слыхивал, то-то и оно. Мол, жила себе спокойно, а потом отдали в проклятый клан и все, спустя год никто и знать такую не знает.

Я тяжко сглотнула, и перевела взгляд на отца. Да или нет? Неужели правда? Чем же я так прогневала богов?? Ну нет, живой не дамся! Отец едва заметно повел плечами и поджал губы, что на семейном языке жестов означало: не позорь меня, поганка ты эдакая!

– Мастер Гленн прибыл с Мглистых островов, чтобы сосватать тебя за своего единственного наследника.

Седовласый гордо кивнул. И что, я должна тут же запрыгать на месте от радости? Ноги тут же, как назло, ослабли в коленях, грозя подогнуться, а спина предательски взмокла. Наверное, то же самое чувствовала сестра, когда ее пытались выдать за шрамированного наследника правящего клана. Нет, ну я еще понимаю, правящий клан. Но вот это вот! За что??

Однако никто не торопился с ответом о причинах подобного счастья. Да и самого претендента на мою руку среди гостей не наблюдалось. Уж кому-кому, а ему в таком случае лучше бы показаться лично, не так ли? Но ни один из присутствующих и близко не напоминал наследника, скорее свиту. На всякий случай я с подозрением оглядела гостей. Никто не признался.

То есть, мало того, что явились без приглашения… Так еще и согласия моего хотят заочно? Или не хотят? А что, если отец уже согласился… Тем более, что я заранее разозлила его своим побегом. Чувствуя, что земля уходит из-под ног, я заставила себя выдавить вежливую улыбку.

– Прошу извинить, но мне нужно привести себя в порядок с дороги.

И, не ожидая разрешения, пулей вылетела за дверь, пока нижние конечности окончательно мне не отказали.

2

Целых две пары ног бросились следом. И уже на выходе из замка, буквально оттолкнув с дороги нянюшку, меня схватил отец.

– Ты что себе позволяешь? – прошипел он, приближая свое лицо к моему, – да ты знаешь, кто это такие?!

Я замерла, разинув рот, как оказавшаяся вне воды рыба. Никогда ещё на моей памяти отец не позволял себе таких эмоций в кругу семьи. А значит, что-то здесь серьезно было не так. Но что?!

Каждый клан в Подлунных землях имел индивидуальные особенности, а именно, некоторые их члены обладали определёнными талантами. Например, мой отец, как глава Клана Синих Молний, мог ими и управлять. Члены правящего клана Снежного Зверя превращались в гигантских волков, а клан Черной Зари – в не менее гигантских ворон. Сам же Верховный правитель Подлунных земель из Клана Белой Звезды был в силах ослеплять врагов до невозможности ярким светом. Какими талантами обладал Клан Белой Ночи я не имела ни малейшего понятия, и оттого вдвойне было не по себе.

Отец казался безумно напуганным и не в ладах с самим собой. Чем же могли так испугать эти странные гости? Неужто их особенности были до такой степени жуткими?

Подняв руку, я коснулась пальцами его щеки, но задать вопрос так и не успела. Мужчина вдруг оттолкнул меня, словно чужую. Где-то неподалеку ахнула нянюшка. К ней у меня тоже накопилось пара вопросов, но отец… Его поведение волновало сейчас больше всего. Однако тот был явно не в состоянии разговаривать по душам.

– Подумай на досуге над своим поведением. У тебя неделя, после чего ты отправишься на Мглистые острова!

Обомлев, я безмолвно глядела в спину родного человека. Бросив мне в лицо этот нелестный факт, он просто развернулся и отправился обратно к гостям. Глаза тут же защипало от навернувшихся слёз. Это что такое вообще было? Да, я поступила не лучшим образом, не оказавшись дома во время непредвиденного визита, но заслужить этим такое??

В Подлунных землях давно и безраздельно царил махровый патриархат. Я подозревала, что в иных семьях отношения были не самыми радужными, и мужчины могли позволить себе всякое под защитой толстых стен собственных родовых замков. Но не мой отец. Он никогда не повысил на нас с сестрой голоса. Даже когда скончалась наша мать и в семью вошла мачеха, отец не изменил себе, оставаясь безгранично терпимым к нашим бесконечным шалостям. Но не сейчас… сейчас я его просто не узнавала.

Махнув рукой нянюшке, мол, потом поговорим, я быстро отвязала с пояса мешочек с мазью и вложила в её ладонь, после чего зашагала наверх, украдкой вытирая непрошенную влагу со щёк.

С мачехой Ильной у нас с самого начала сложились хорошие отношения. Та оказалась женщиной весьма своеобразной, но не плохой, часто делясь жизненным опытом и ценными советами. За ними я к ней и поспешила. Женщина по излюбленной привычке восседала на балконе, задумчиво наблюдая закат с бокалом вина в руке. Мягкие солнечные лучи красиво играли в золотистой жидкости, превращая ту в нечто поистине волшебное. Я бы тоже не отказалась от живительного глотка, так как есть по понятным причинам расхотелось совершенно. Никто и не предлагал. Ильна лишь благосклонно кивнула, обнаружив мое присутствие. Шлёпнувшись в соседнее кресло, я прямо поинтересовалась:

– Что с отцом?

Женщина пожала плечами, обтянутыми шерстяным пеньюаром, не отрывая взгляда от пламенеющего неба.

– Это началось неделю назад, когда пришло письмо…

Вот оно что! Так значит уведомление всё же было! Но почему он не предупредил? Хотя… в этом его можно было понять. Заяви отец неделю назад, что по мою душу едут сваты с Мглистых островов, я давно сбежала бы куда глаза глядят. Мне и сейчас, в общем-то, ничего не мешало это сделать. Но да оставлю на крайний случай, как план Б.

Да уж, не такого побега от тоски я себе желала всего день назад... Но, что есть, то есть.

– Не будь к нему сильно строга, – Ильна отпила из бокала, наблюдая мое замешательство, – ему сейчас очень непросто…

Ему то непросто, а мне тогда каково? Когда родной человек ведет себя словно чужой без объяснения причин… Точнее, причины были: письмо да опасные гости. Вот только чем именно они опасны? Интуиция мягко намекала, что не стоило бы мне в это лезть. Однако гости влезли первыми, не так ли?

До боли закусив губу, подобно Ильне, я невидяще уставилась в закат. Солнце почти скрылось за горизонтом, из оранжевого небо плавно становилось сиреневым, перетекая затем в чернильную синь, но перед моими глазами все полыхало алым. Внезапно накатили обида и злость. Кем были эти странные люди, что одним своим присутствием внесли раскол в мои отношения с единственным родителем? Нет, этого я так просто не оставлю! Но для начала нужно успокоиться и переждать, а затем снова попробовать поговорить с отцом без лишних эмоций. Мы же адекватные люди, в конце концов. Возможно, мне удастся выяснить, кто на самом деле эти…сваты, и чем конкретно они так выбили отца из колеи. Уверена, вместе мы обязательно придумаем достойный выход из ситуации. Слегка придя в себя от такой простой и логичной мысли, я расслабленно выдохнула и даже выдавила некое подобие улыбки, хотя руки все еще слегка подрагивали от пережитых эмоций.

Мне бы способности, как у одарённой сестры… Эх, я б тогда раскидала этих зловредных гостей на раз, чтобы бежали отсюда со самых Мглистых островов, забрав с собой весь негатив, что принесли в наш уютный дом.

Но, если моя сестра была талантливым исключением… Ведь одаренных женщин в Подлунных землях практически не водилось, то я уродилась весьма заурядной, и навредить гостям с помощью молний мне, увы, не грозило. Что ж, сложный путь – дорога сильных.

Поднявшись, я поцеловала Ильну в лоб, пожелала спокойной ночи и пошла к себе. Там, приняв травяную ванну и практически успокоившись, произнесла традиционную мантру «утро вечера мудренее» и разрешила себе забыть обо всём до утра.

*

Утро началось в пять часов. Разбудил меня зверский голод, он же и поднял с постели, заставив отправиться на поиски съестного. Солнце едва только готовилось появиться, о чем свидетельствовала узкая розоватая полоска неба на горизонте под темным звездным куполом, тоже начинавшем неумолимо светлеть. В замке в этот час царили закономерные сумерки. И я кралась в них, словно вор, задумавший нехорошее. Благо, все каменные коридоры были выучены вдоль и поперек. Особенно дорога до кухни.

Вокруг звенела благословенная тишина. Птицы еще не проснулись, люди тем более, так что я могла поразмышлять в полном одиночестве, ощущая себя одним целым с огромной каменной громадой под названием Штормовой замок. Если бы он только мог защитить, не пуская в свои стены всех, чьи мысли полны себялюбивых надежд. Да жаль, не судьба. Сейчас, когда отец в буквальном смысле предал, я чувствовала себя брошенным на произвол судьбы щенком. Настроение грозило скатиться в черную тоску, а все оправдания и фантазии насчет собственного дела казались чем-то совершенно незначительным. Но это сейчас, пока замок был погружен в торжественную темноту, а я голодна, как дикий зверь. Наверняка, когда рассветет, а я поем, все и наладится. Наивно? Да. Но ничего иного в моем арсенале утешений самой себя не завалялось.