Слёзы степи

Глава 1

Уже практически расцвело. Холодный ветер яростно трепыхал, стоявшее возле палатки знамя. Невысокая женщина со смуглым, обветренным лицом напряжённо смотрела на едва видневшийся в тумане городские стены. Возле неё напряжённо замерли командиры всех двенадцати терп. Лица их были напряжены и взволнованы. Они ожидали неизбежного приказа.

Предводительница перевела взгляд на своих подчинённых. Она видела, что все кроме Мелвин не хотят идти на штурм города. Они никогда не произнесут этого вслух и с удовольствие продолжат осаду, но если она прикажет, безропотно выполнят её волю. Действительно, если простоять здесь ещё пару недель, можно дождаться подхода союзных войск и переложить все тяжести штурма на них. Но если это произойдёт, в целесообразности её войска усомнятся ещё больше. Если она своими силами не может захватить даже этот небольшой городок, с ней просто никто не будет считаться.

Её звали Инервин. Она была одной из немногих представителей высшей знати Малкон на службе уже ушедшей в историю Алексы. Знатность её рода обеспечивала авторитет в глазах солдат, большинство из которых также были Малкон. Только одна из вверенных ей терп была собрана из жителей Афике и Вартаны. Конечно, это была самая боеспособная терп, руководила которой рослая, русоволосая северянка Мелвин.

Маленькая, кареглазая Инервин смотрела теперь прямо на неё. Мелвин была на две головы выше всех стоявших возле неё малкон, сильно выделяясь на их фоне.  В её бездонно-голубых глазах не было теперь ни страха, ни раболепия.  Напротив, в них читалось недовольство и неприкрытое раздражение, а кончики её губ едва заметно ухмылялись.

– Они так и не прислали парламентёров? – спросила Инервин у своего адъютанта.

– Нет, госпожа. Они отвергли наш ультиматум и не собираются сдаваться.

– Проклятые северяне! Ладно… – Мы дали им слишком много времени! – обратилась Инервин громким голосом ко всем собравшимся. – Сегодня мы покончим с ними! Покончим так, чтобы это стало хорошим уроком для всех остальных! Слушайте мой приказ! Пленных не брать! Убить всех!

– Великий повелитель не одобрит этого, – сказала спокойно Мелвин.

– Здесь я повелитель, и мои приказы не обсуждаются! – крикнула на неё Инервин.

Мелвин ответила только презрительной ухмылкой.

– Выдвигайтесь на позиции! – продолжила говорить Инервин. – Атакуем по сигналу большого рога! Выполнять!

Командиры отвесили ей небольшой поклон и направились к своим стоявшим поблизости лошадям.

– Мелвин, стой! – окрикнула её Инервин.

Мелвин остановилась, повернулась и посмотрела недобрым взглядом на своего предводителя.

– Твоя терп останется в резерве и на штурм не пойдёт, – сказала ей Инервин.

– Это ещё почему?

– Справимся без тебя.

– Нет, это без тебя мы справимся, а без моей терп, вы не сделаете ничего, – не выдержала Мелвин.

Она была уже сыта Инервин по горло. Сыта её глупостью и самодурством.

– Как ты смеешь мне дерзить! Не надейся на свой терп! Стоит мне только приказать и тебя четвертуют!

– Прикажи. Ты только и можешь, что отдавать всякие бестолковые приказы.

– Бестолковые приказы?!

– Да, бестолковые. У нас ничего нет кроме штурмовых лестниц, а там не менее трёх сотен северян, каждому из которых твои Малкон дышат в пупок. Ты просто положишь здесь кучу людей и не добьёшься ничего.

– Да!? Тебя это заботит?

– Заботит, пока вы ещё нужны нам как союзники. Но это ненадолго. Война подходит к концу, и тебе недолго осталось командовать армией, Инервин.

– Поэтому ты стала такой дерзкой? Что же, я могу приказать взять город штурмом только твоей терп, а всех бесполезных Малкон оставлю в резерве. Ты выполнишь этот приказ? Или ты способна только дерзить мне?!

– Я своих людей на верную смерть не поведу.

– Это уже мятеж, и великий повелитель будет на моей стороне.

– Когда узнает, что ты отправила на штурм один терп и оставила одиннадцать в резерве? Ты так уверена в этом?

– Что же. Я даю тебе в подчинение седьмой, девятый и двенадцатый терп, и приказываю взять этот город штурмом. Не выполнишь приказ, будешь мятежницей, со всем вытекающими последствиями.

Мелвин сердито смотрела на Инервин, её пальцы играли на рукоятке клинка. Она явно думала о том, чтобы разобраться с ней здесь и сейчас. Лучшего случая для этого не будет, ведь они были практически одни. С Инервин была только её адъютант, которая не отличалась особым искусством владения мечом.

– Мне надо время на подготовку, хотя бы пару часов, – процедила наконец сквозь зубы Мелвин.

– Хорошо, – согласилась Инервин. – Ступай и готовься.

Мелвин ничего не ответила и, вскочив на свою лошадь, ускакала прочь.

– Тебе стоит перейти в расположение четвёртой терп, госпожа, – обратилась к ней адъютант. – Это самое преданный тебе терп. Если Мелвин будет теперь что-то замышлять, они не дадут тебя в обиду.

– Да, так и поступим, – ответила недовольно Инервин.

***

Мелвин находилась в своём шатре, где уже собрались все офицеры, командиры корт вверенного ей терп. Она уже рассказала им о произошедшем. Все собравшиеся были явно недовольны сумасбродством Инервин и идти штурмовать город не хотели, тем более что в этом не было острой нужды. Война действительно подходила к концу, оставались только небольшие очаги сопротивления мятежников. Можно было просто немного подождать, и их противник сдастся сам или к ним придут подкрепления с осадными машинами.

– Да будь она проклята! – обратилась к ней одна из офицеров. – Мы не пойдём штурмовать этот город! Выставим охрану по периметру лагеря и любого, кто к нам сунется повесим. Пусть эти малкон хоть все передохнут под этими стенами.

– Нет, так нельзя, – ответила ей Мелвин. – Дубоголовая Инервин так и хотела поступить, но позволив ей сделать это, мы сильно подведём нашу великую госпожу. Война близится к концу, а мы именно её войска. Если мы сильны и многочисленны, к ней будут прислушиваться и с ней будут считаться. Если нет, с ней никто не будет считаться. А если не будут считаться с ней, не будут считаться и с нами, так как мы все её рабы. Я уверена, что после того, как закончится война, нам не долго останется нести это бремя. Мы оставим военное ремесло, получим обещанную нам свободу и почести. Дальше придётся жить как-то иначе и насколько хороша будет эта жизнь, зависит от нас.

– Но не идти же нам штурмовать этот проклятый город одним терп? – возразила ей другая офицер.

– Инервин обещала нам ещё три терп из малкон. С ними мы можем хотя бы изобразить штурм.

– Да, давайте изобразим штурм. Пусть эти малкон лезут на стены, а мы поддержим их стрелами.

– Тогда штурм очень быстро закончится.

– Уж это точно.

Створка шатра открылась, и в неё вошла закутанная в плащ, невысокая женщина со знаками отличия младшего офицера. Она спокойно прошла вперёд и оказалась в окружение Асмин, которые теперь недобро косились на неё.

– Меня прислала предводитель двенадцатой терп, – заговорила прибывшая всадница. – Нам сообщили, что госпожа Инервин передала терп в твоё распоряжение. Предводительница послала меня узнать, будут ли приказы с твоей стороны.

– А почему она не приехала сама? – спросила, усмехнувшись Мелвин. – И где представители ещё двух терп?

– Не знаю, госпожа, – ответила спокойно пришедшая.

Она действительно держалась очень хорошо и казалось совсем не боялась окружавших её Асмин, и это в ситуации, когда всё находилось фактически на грани междоусобицы. Ещё немного и малкон с асмин начнут убивать друг друга на радость общему врагу.

– Как тебя зовут? – спросила Мелвин у храброй девушки.

– Меня зовут Винили, госпожа.

– Вижу, ты необычайно храбра для малкон.

– Да, это так, – ответила девушка нескромно.

– Что же, я уважаю проявление храбрости. Отправляйся к своему предводителю и передай мой приказ прибыть сюда лично.

– Госпожа, если бы она не боялась пребыть сюда лично, то не послала бы меня, – ответила, улыбнувшись Винили.

– Хм. Так ты что же, сама вызвалась поехать ко мне?

– Да, вызвалась. Я стремлюсь проявить храбрость всегда, когда есть такая возможность.

– Это похвально. Раз так, я предлагаю тебе остаться с нами.

– Я не могу предать свой род, госпожа.

– Вы, Малкон, всё ещё держитесь за свой род? Посмотри вокруг. Мы тут все из самых разных народов. Здесь жители Вартаны, Афике, Вессена, а эта девушка вообще из народности Мариола. Все мы забыли о своём роде и объединились вместе ради достижения общей цели. У нас уже нет рода, есть великая госпожа, есть государство, которому мы служим. И служба этому государству должна быть превыше рода.

– Я останусь, если ты возьмёшь меня в свой терп, – ответила Винили.

– Хорошо. Но мне надо увидеть тебя в деле. Просто находись пока при мне, я подумаю на какую должность определить тебя.

Винили кивнула в ответ и отошла к стенке шатра.

Едва она успела это сделать, как в шатёр вошла одна из низших офицеров Асмин.

– Госпожа, – заговорила она, пытаясь отдышаться. – Малкон окружили наше расположение. Часовые видели знамёна, первой, четвёртой и шестой терп.

– Они построились к сражению?

– Нет, они просто сосредотачиваются по периметру нашего лагеря.

– Возвращайся и наблюдай дальше, – ответила ей Мелвин. Офицер отвесила поклон и немедленно вышла на улицу.

– Это самые преданные Инервин подразделения, – сказала одна из сидевших здесь офицеров Асмин.

– Да, но не самые боеспособные, – ухмыльнулась Мелвин. – Как же мне противна эта жалкая Инервин. Она просто ничтожество с замашками аристократки. Ладно, если она попытается разоружить нас, я покончу с ней. И будь что будет. А теперь идите на улицу и займите круговую оборону по периметру лагеря. Без моего приказа в бой не вступать, только если они сами нападут на вас.

***

Уже была почти середина дня. Туман рассеялся, так что теперь было хорошо видно всю округу на многие лин. По пустой степи гулял ледяной ветер, свинцовые тучи нависли над полевым лагерем. Штурм города так и не начался в назначенное время, впрочем, как и не начался штурм лагеря Асмин.

Инервин восседала на возвышенном месте, устланном меховыми шкурами. Скрестив под собой ноги, она пила из пиалы горячий эсхе с молоком и солью. Она смотрела на располагавшийся прямо перед собой лагерь Асмин, обитатели которого явно приготовились к сражению.

Подле неё стояла адъютант, а также несколько человек прислуги. К ней подскакала всадница, которую звали Таорин. Она была предводительницей четвёртого терп. Этот терп отличался тем, что в нём служили члены рода самой Инервин, поэтому это было самая благонадёжное и преданное ей соединение.

– Мы ждём твоего приказа, госпожа, – обратилась к ней Таорин.

– Я отдам приказ, когда это будет необходимо, – ответила Инервин, продолжая пить из пиалы эсхе.

– Нам стоит скорее покончить с этим мятежом, госпожа, – не унималась Таорин.

– Пока ещё нет никакого мятежа. Успокойся и присядь рядом.  -Принесите ещё эсхе, – приказала она одной из стоящих поблизости служанок.

Таорин послушно уселась возле своей предводительницы, прислуга немедленно принесла ей пиалу с горячим эсхе.

– Ты так спокойна, это просто поражает, – заговорила Таорин, отхлебнув из пиалы.

– Поводов для беспокойства нет, – ухмыльнулась Инервин.

– Как же нет, когда здесь мятеж.

– Это не мятеж, это недоразумение.

– Недоразумение?

– Уверена, это разрешится мирно. Но для этого понадобится несколько дней или даже неделя.

– Почему так долго, госпожа?

– Потому что нам необходимо выиграть время. Мы не готовы сейчас штурмовать город, так чтобы это прошло без больших потерь. Тем более в этом нет необходимости, так как война уже почти закончилась. Но и просто сидеть без уважительной причины мы не можем. Теперь уважительная причина появилась, и мы можем просто ждать, пока к нам придёт подкрепление и поможет урегулировать это недопонимание.

Инервин отхлебнула из пиалы.

– Ты её специально спровоцировала, госпожа?

– Конечно, специально. Вы же не хотели идти сегодня на штурм. Я прекрасно видела это. Да и этих заносчивых Асмин давно пора поставить на место. Кровопролитие нам сейчас ни к чему, но испортить их репутацию в глазах великой госпожи мы можем и должны. Пусть они будут виноваты в задержке штурма.

– Как прикажешь, госпожа.

– Это всё должно остаться между нами. Держи людей в тонусе. Не думаю, что Асмин сами нападут на нас. Проследи, чтобы из наших никто их не провоцировал.

– Слушаюсь.

– А теперь, возвращайся в своё расположение.

***

День подошёл к концу, наступавшая ночь не предвещала ничего хорошего. Мелвин практически не спала, напряжённо ожидая нападения в любой момент. Окружившие их лагерь Малкон развели по периметру множество больших костров на отдаление трёхсот локтей от их позиций.

Под самое утро Мелвин наконец уснула, приказав разбудить себя в случае, если начнется сражение. Поспать ей удалось всего несколько часов. Сквозь сон она почувствовала, как кто-то тормошит её за плечо. Это была её адъютант.

– Госпожа, проснись, госпожа.

– Они напали? – спросила Мелвин, хватаясь за клинок.

– Нет, госпожа. Их нет, они ушли.

– Ушли? Куда ушли?

– Не знаю. Докладывают, они свернули за ночь лагерь и отошли от города. Лагерь пустой, в нём никого нет, и город не окружён.

Мелвин вскочила на ноги и быстро вышла из шатра на улицу. Их лагерь располагался на вершине холма и отсюда было хорошо видно, что Малкон действительно свернули лагерь и куда-то ушли.

Возле шатра уже стояли все командиры корт, ожидая её дальнейшего приказа.

– Когда они ушли? – обратилась к ним Мелвин.

– Не знаем, госпожа, – ответила одна из офицеров. – Костры горели всю ночь, до самого утра. Затем был сильный туман. Только сейчас он рассеялся, и мы увидели, что они ушли.

– А что мятежники? Из города никто не выходил?

– Насколько мы видели, нет. Мы послали разведчиков осмотреть округу, они скоро вернутся.

Мелвин замолчала. Она пыталась собраться с мыслями. Надо было немедленно что-то предпринять, но она не могла сообразить, что именно.

 И тут к ним подскакали несколько всадниц.

– Госпожа! – закричала одна из них, обращаясь к Мелвин. – Там, юго-восточнее нас, за холмами мы видели крупный отряд всадников, несколько сотен человек. У них нет знамён. Они скакали к реке на запад.

– Всем приготовиться к бою, живо! – закричала Мелвин.

Офицеры немедленно разбежались по своим подразделениям. Два корт выстроились в линию и, расположившись на южном склоне холма, ощетинились стеной копий. Позади них расположился третий корт, который представлял собой резерв, а по флангам выстроились два корт всадников.

Противник не заставил себя долго ждать. Прошло совсем немного времени, как на юге, на вершине соседнего холма показалась беспорядочная лавина всадников. Увидев выстроившегося и готового к бою врага, они на какое-то мгновение остановились.

Без сомнения это были малкон. Не те малкон, которые попали на службу великого повелителя, а их дикие сородичи опустошавшие восточные степи. В это смутное время, когда их могучий противник ослаб в пламени мятежа, они осмелели, так что теперь забрели сюда, фактически в восточную часть Вартаны.

малкон промедлили совсем недолго. Никакой особенно тактики боя у них не было. Они просто пошли лавиной всадников навстречу выстроившемуся перед ними противнику. Мелвин это совершенно не пугало. малкон было примерно столько же сколько её людей, но это пока. Нет сомнения, что если уж они объявились в этих землях, то пришлю сюда всем племенем, а это тысячи воинов. Теперь же им противостоит просто небольшой отряд разведчиков.

малкон набрали большую скорость, спускаясь вниз по склону. Гоня лошадей во весь опор, они стали подниматься вверх по склону, навстречу врагу.

Раздался звук маленького рога и задние ряды, выстроившихся в первой линии корт, залпом выпустили по на двигающимся всадникам тучу стрел.

Мелвин развела руки в стороны и махнула ими вперёд. Загудели два малых рога и две стоявшие по флангам корт всадников, стремительно набирая скорость, двинулись вперёд.

Задние ряды корт пехоты, продолжали быстро стрелять по надвигающемуся противнику, корт всадников тоже стали стрелять в приближающегося противника обходя его с флангов.

Стрелы точно летели в цель, малкон пришли в замешательство. Им явно не хватало организации и единого управления. Они принялись было беспорядочно отстреливаться, но встретив столь решительный и организованный отпор, отвернули от стоявших перед ними ощетинившихся корт и стали разворачиваться, растекаясь на фланги, которые уже охватили конные лучники, осыпавшие их градом стрел.

В среде малкон произошло замешательство, пока наконец, они пришпорили лошадей и всей своей массой поскакали прочь, спасаясь бегством. Два корт всадников преследовали их по флангам, продолжая осыпать вдогонку стрелами. Мелвин презрительно ухмыльнулась, глядя на эту картину.

Она выждала момент, пока спасающихся бегством малкон догнали до вершины соседнего холма. Потом она подняла руку вверх. Бывшая рядом офицер-сигнальщик затрубила в рог особым образом, передавая приказ к отступлению. Конные корт перестали преследовать врага, развернулись и занялись остатками раненого или просто спешенного противника.

***

Мелвин восседала в своём шатре на небольшом раскладывающемся стульчике. Перед ней горел огонь. Вокруг находились предводители корт. Рослые северянки приволокли в шатёр пленного. Его голова была привязана к ногам.

Пленного швырнули к ногам Мелвин и начали сильно избивать. Та, казалось, не обращала на это внимание. Она задумчиво смотрела на горящий перед ней огонь. Избиение продолжалось несколько минут, пока, наконец, Мелвин сделала небрежный жест ладонью. Избиение прекратилось. Одна из северянок перерезала верёвку, освободив голову пленного от его ног. Его тут же взяли под руки и поставили перед Мелвин на колени. Одна из северянок схватила его за волосы и приставила к горлу лезвие ножа.

На Мелвин смотрело опухшее, в гематомах и кровоподтёках лицо. Один глаз пленного полностью заплыл, во втором читался животный ужас.

– Из какого ты племени? – спросила Мелвин спокойным тоном.

– Матон, – прохрипел пленный.

– Имя вашего вождя?

– Рейм.

– Сколько луков вы привели с собой?

Пленный ничего не ответил.

Мелвин махнула ладонью. Державшая его за волосы северянка ударила его по голове рукояткой кинжала, после чего с силой пнула сапогом в спину, так что он упал лицом в пол. Стаявшие по бокам северянки опять принялись избивать его ногами.

Так продолжалось несколько минут, пока Мелвин не сделала ещё один жест.

Пленного опять взяли под руки и поставили на колени. Стоявшая позади северянка вновь приставила к его горлу нож.

Теперь у пленного заплыли оба глаза.

– Сколько луков вы привели с собой? – повторила Мелвин.

– В нашем роде три тысячи луков, – прохрипел пленный.

– В вашем роде? С вами есть кто-то ещё?

– Ещё Апаки и Гураны.

– Три племени?

– Да.

– Сколько всего у вас луков?

– Не знаю точно, – прохрипел пленный. – До двенадцати тысяч.

– Куда вы направляетесь?

– Мы идём отомстить Ромино и сжечь Анафис.

– Да? С двенадцатью тысячами луков? Ваши вожди выжили из ума?

– Ромино убивают друг друга, они не смогут выставить против нас большого войска.

– Где ваш основной лагерь?

– Орда находится в пути, в четверти круга солнца позади нас.

Глава 2

Северянки выволокли пленного из шатра. Предводители корт напряжённо смотрели на Мелвин, ожидая что она скажет. Но та так и продолжала молчать, напряжённо глядя на огонь.

– Госпожа, – заговорила одна из офицеров. – Если мы сейчас бросим обоз, то сможем уйти от орды верхом. До брода через Аон всего несколько часов пути. Пока малкон поймут, что случилось, мы переправимся через реку и окажемся в Вартане.

– Я уверена, что у брода нас будет ждать Инервин, – ответила ей Мелвин. – Вероятно, она в сговоре с малкон, тем более что она знала о приближение орды и заведомо ушла, не предупредив нас.

– Если бы она была с ними заодно, то отправилась бы к ним навстречу, чтобы объединить свои усилия, – сказала другая офицер. – Это значит, что брод свободен, и мы сможем его пересечь.

– Я уже давно знаю Инервин и уверена, что она не пошла навстречу малкон. Она очень властолюбива, а явный переход к малкон для неё потеря всей власти. Тем более, что силы малкон слабы и шанс одержать победу у них крайне мал.

– Но почему она не предупредила нас об опасности?

– Хотела свести с нами счёты чужими руками. Ладно, я решила. Мы не будем оставлять наш обоз и к броду не пойдём.

– А что мы будем делать? – спросила одна из офицеров.

– Пошлём делегацию к мятежникам, объясним им ситуацию и предложим объединить наши силы против малкон. В любом другом случае нас ждёт верная гибель.

– Нет, они просто убьют парламентёров! – возразила одна из офицеров.

– Возможно, но мы попробуем.

– И кого мы пошлём вести с ними переговоры?

– Позволь мне, госпожа.

Все повернулись на голос, доносившийся от стенки шатра. Там, в углу, в полумраке тихонько сидела та самая офицер-малкон из двенадцатой терп, по имени Винили.

– Ты ещё здесь? – удивилась Мелвин, которая на самом деле уже забыла об её существование. – Я думала, ты ушла вместе со своей терп.

– Ты велела мне находиться рядом, с тем чтобы я могла проявить себя, – ответила Винили. – Теперь самый подходящий для этого случай.

– Очень большой шанс, что мятежники жестоко убьют тебя. Ты понимаешь это?

– Да, госпожа. Я готова рискнуть.

– Хорошо. Я так понимаю, ты слышала весь наш разговор?

– Да, госпожа. Я уговорю их впустить нас в город или умру.

– Ступай и не медли.

– Мне нужен пленный малкон для убедительности.

– Хорошо, его привяжут к твоему седлу. А теперь не медли, время дорого.

***

К закрытым городским воротам подскакала одинокая всадница, закутанная в плащ. Ехала она нарочито неспеша. Она явно находилась под прицелом стоявшей над воротами баллисты, одного выстрела из которой хватило бы, чтобы отправить её в страну теней. Винили это прекрасно понимала и на самом деле сильно нервничала. Она хорошо видела эту самую баллисту, стоявшую на башне над воротами. Видела она и несколько десятков угрюмых северян, стоявших на городской стене.

И вот она приблизилась к воротам на пятьдесят локтей. Выстрела из баллисты так и не произошло, что уже было добрым знаком. Значит с ней готовы разговаривать или, по крайней мере, выслушать что она скажет. А если она скажет теперь что-то не то, её немедленно убьют.

– Орда малкон приближается к вашим стенам и вскоре будет здесь! – закричала сидящим на стене Винили. – Вы видели, как мы сражались с их передовым отрядом. Мы взяли пленных и допросили их. Одного из них я привезла на допрос к вам, чтобы вы сами могли узнать об этом. Малкон наши общие враги и не пожалеют никого из нас. Впустите меня за городские стены, и я передам вам пленного.

– Зачем нам твой пленный? – ответил один из стоящих на стене мужчин. – Малкон мы видели своими глазами и то, что их орда рядом охотно верим. Но нам теперь нечего терять. Все мы войны, готовы умереть и с честью переселиться в обитель мёртвых. Убьют нас анту или малкон не имеет значения.

– С вами в городе ваши жёны и дети. Анту убьют только вас, а их оставят жить, а малкон убьют всех. Но даже если и не убьют, их ждёт рабство в далёком крае, которое будет хуже смерти. Вы храбрые войны и ваш род не должен пресечься. Ваши сыновья и сыновья ваших сыновей должны и дальше жить на земле ваших предков. За это боролись ваши отцы и деды, за это они и сражались с любым врагом. В этом была их воля, и вы теперь не должны от неё отказаться!

– Чего ты хочешь от нас?

– Я, от имени своей госпожи, хочу предложить вам сделку. Как видите, бывшие с нами малкон, присягнувшие на верность великому повелителю, предали нас и оставили здесь одних в добычу приближающейся орде. Мы не желаем сдаваться в плен многочисленному врагу и готовы сражаться с ним до конца. Мы смогли бы сражаться дольше и принести больший вред малкон, находясь за городскими стенами. Поэтому мы просим впустить нас в город, где мы будем полезны в сражение с ордой. У нас есть обоз с продовольствием и снаряжением. С его помощью мы можем выдержать непродолжительную осаду и дождаться подхода подкрепления. Если вы поможете нам, мы гарантируем жизнь и свободу вашим жёнам и детям, они смогут вернуться к своей родне в Афике.

– Это обещание твоего командира, а не твоего великого повелителя. Он может решить иначе. Я вижу, вас остался всего один терп. Да и ты по виду малкон.