- -
- 100%
- +
Глава 1
1 глава
МОЛОКО И ХЛЕБ
Воздух Нижнего города никогда не бывает чистым. Но ранним утром, до того как «Дыхание Канавы» поднимется из сточных труб и смешается с потом, жаром и руганью, в нём есть что-то почти терпимое.
Город ещё спит, тяжело, как человек, который боится проснуться, потому что не знает, чем заплатит за новый день. Но хотя бы тихо.
Я иду по улице, которая так и не получила имени, только «третья от бойни». Или просто «та, где воняет». Сапоги — чужие, великоватые, но дарёные — шаркают по булыжнику. Этот звук остаётся единственным, кроме моего дыхания.
Я люблю это время. Никто не смотрит. Никто не ждёт. Никто не лезет с разговорами.
Молочная лавка отца Эйлы стоит на углу, где Третья от бойни встречается с Кривой улицей. Вывеска — просто доска с нарисованной коровой. Когда-то её изображали старательно, но дожди и время превратили рисунок в размытое пятно.
Дверь скрипит. Внутри теплее, чем снаружи: от печи, от дыхания коров за стеной, от жизни, которая здесь ещё есть.
Запах.
Парное молоко, свежий сыр, сено. И что-то ещё, чистое, почти сладкое. Я не знаю, как это называется. Знаю только, что такого запаха больше нет нигде в Нижнем городе. И что каждый раз, когда он ударяет в нос, у меня на секунду перестаёт болеть что-то внутри. Там, где обычно ноет.
— А, Мира, — доносится голос отца Эйлы из-за прилавка.
Он не поднимает головы. Мнёт в руках тряпицу, протирает что-то. Он всегда что-нибудь протирает, даже когда уже чисто.
— Сыр вчерашний остался. На полке. Возьми.
Не «здравствуй». Не «как дела». Он давно не спрашивает. Он просто знает, что я приду. И оставляет сыр.
Я киваю. Он не смотрит, но чувствует: кивок, как и всё между нами, обходится без лишних слов.
Эйла стоит в углу, спиной ко мне, и моет кувшины. Волосы собраны в узел, одна прядь выбилась и лежит на шее. Она не слышала, как я вошла, или делает вид, что не слышала.
Я останавливаюсь на мгновение и просто смотрю.
Потому что здесь она другая. Не та Эйла, которая вечером сядет на край фонтана и начнёт рассказывать про свечи и шёлк. А та, которая просто живёт. Моет посуду. Стоит ко мне спиной. И не знает, что я на неё смотрю.
Она оборачивается, будто услышала мои мысли.
— Мира!
Эйла улыбается своей тёплой улыбкой, словно внутри неё разливают парное молоко из только что наполненного кувшина.
Она подходит, вытирает руки о передник и не обнимает: знает, что я не люблю. Просто касается пальцами моего запястья. Легко. Быстро. Словно проверяет, что я настоящая.
— Ты как?
— Жива, — говорю я.
И это у нас тоже ритуал. Она спрашивает: «Как ты?». Я отвечаю: «Жива».
Это значит: пока держусь. Пока не сдохла. Пока всё идёт по плану, которого нет.
Эйла берёт с полки кусок сыра с неровным краем, где желтоватая корка переходит в белое мягкое нутро, и кладёт мне в руки.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.