Код верности

Глава 1. Рондо в тумане

«Я верую, и мне не так больно, и когда я думаю о своем призвании, то не боюсь жизни».

«Если человек хорош, то он таков лишь потому, что счастлив, что нашел в себе самом гармонию, иными словами, если он любит. Это и было учение, единственное учение на свете; это говорил Иисус, это говорил Будда, это говорил Гегель. Единственно важным на свете для каждого является его собственная внутренняя сущность, его душа, его способность любить».

На разломе дня, на полустанке,

вполноги бреду спозаранку,

вполноги дойти мне ль до рая,

а в аду дела нет мне, я знаю…

Дети новых разливов-разломов,

отступать нам нельзя,

ищем снова

край всевышней

любви и заботы,

нет для счастья в миру,

к счастью, квоты.

…Лера спешила… Еще столь же энергичная и молодцеватая, с модным мелированием, как судьба в полоску, только эти краски гораздо активнее и живее. (Позже покраска резко поменяла «дислокацию» и стала из вертикальной, как строки, горизонтальной – «омбре» с переливами цвета от горького шоколада, лесного ореха, до золотисто пшеничного и серебристо-скандинавского блонда. Тренд времени, ведущий к утраченному романтизму. Он придет к ней позже.) Но еще эпоха простого мелирования не закончилась и можно определять по стилю направлений время происходящего. Она следила за новинками не только литературы, политики, но моды и стиля жизни. Как иначе? Иначе зачерстветь можно. Ее всё живо волновало. Всё, что выходило из-под ее пера также тяготело к трендам времени. Но свой романтизм, круто, как в сказочном горшочке каши, варящий из настоящего, замешан на вечных ценностях и заповедях, вере и любви. Она их хранила. Периодически разбрасывала и собирала камни, складывая из них «дом надежды».

Благо это востребовано. Она, преображенная, восторженная, ехала на встречу к тому, кто так властно завоевал ее сердце. Кому она так поверила! Значит она уже не одна и в ее семье прибавление. А раз так, то все делится на еще плюс один. Не важно, где они находятся, важно, что они несмотря ни на что, на разделённость в пространстве и противопoложности характера, воспитания, отношений с миром, вместе. Любимая присказка Матвеечки, солидного, симпатичного мужчины, (только предательские коричневые пятна и кое-где свесившиеся на веках, мешающие, папилломы, выдавали возраст):

«– Противополоффности сходятся, – заявлял, немного шепелявя, так мило и по-детски. Эта часть детскости в облике солидного мужа-профессора, да и соответствующее, трепетное внимание к престарелой маме, подкупали. Она понимала его и принимала такого.

…А Киев той весной так благоухал, как, казалось, никогда. Вокруг разливалось спокойствие и доброжелательность. Многочисленные турбюро зазывали в манящие поездки: Париж, Рим, Марсель, Бангкок, острова Фиджи или фьорды Скандинавии, Монако, Монте-Карло, Анталья… Глаза и желания разбегались, как зайчики в траве… А весна расцветила всё, как истовый движитель, художник-импрессионист, срывая половодье эмоций и впечатлений, оставляя следы на реальных полотнах, экспонирующихся то там, то тут.

Весна еще счастливого года до военного противостояния. Цветущие каштаны, гроздьями акации, вишни, яблони, пышно зацветающие в украшении столичного города. Мы с тобой приехали из разных городов, как из двух математических задач, из точек А и Б, встретились в Киеве. Я доверяла тебе. Твоей логике и непогрешимости расчетов. Это было еще в две тысячи двенадцатом, счастливом году. Ты приехал, оторвавшись от мамы, я от детей из другой стороны границы. Пошли в Костел святого Николая, мы жили там неподалеку. Помнишь, мы так стремились друг к другу. Такие мечты обуревали. Ведь ты тоже не железный. Хотя в голове – арифмометр, ты же из другого поколения, когда компьютеры пришли в виде запоздалой игрушки, старый кожаный портфель, штабелями газеты для прочтения и тетрадки для проверок контрольных к модулям сессий. Шкафы папок с завязочками. Так было и у ее папы- ученого. Этого она и за что не хотела. А подспудно наш новый лирик в душе собирал фотографии любимых киноартисток, биографии суперзвезд, – интерес к театру. Вот и устроил такой себе театр жизни. Ежедневно встречи в скайпе, деловые, часовые «летучки» о том, о сем. Но еще письма и ответы на ее посылы, лирика и физика. И наоборот.

Но ведь каждый день и ночь писать письма, а не видеть любимую женщину, любой взбесится. Ты дождался каникул. Преподаватель! Или препод, говорят. Одна из трех наиболее властных профессий. От тебя многое зависит. Ведь как ты так смог тогда? Ты – такой опасливый. Дующий на холодное, берущий с собой всегда в тяжелый, с лекциями и может проверенными заданиями, старый, потертый, бывший когда-то черным портфель, складной зонт, лежащий рядом с огромным свертком бутербродов, настоящий, пресловутый Беликов, ты снял квартиру у частных предпринимателей, (а если они оказались бы бандитами, заманившими в сети, обложившими налогом, или могло быть и похлеще), но ты хотел с нею, со мной быть – Лере вспоминался каждый миг того, счастливого времени. Иногда виски сжимало и ты, представляю, как смотрел тупо на календарь: когда уже этот май… Ты так хотел вкусить, наконец, запретного плода… И так неожиданного разрешенного. Но по обоюдному согласию с совершенно серьезными и благородными намерениями. Но пошли чинно через продовольственный на Хрещатике, набрали всего, со свежими булочками, колбаской, сырками, йогуртами, конфетами, коньяком и шоколадом… Ах, как ты тоже умеешь быть джентльменом. О-ля, ля… Шли будто знали куда. По дороге нас подстерег костел. захотелось зайти.

Да, как ты меня тогда называл прелестно, Лика! Чеховская любовь. А мне виделась чайка, нет, две чайки над бирюзовым морем, догоняющие друг друга. Ведь она стала прообразом знаменитой «Чайки»… И ее ранние мечты, и ее роли также были созвучны. Она и Нину Заречную играла в молодежной студии: «люди, львы, орлы и куропатки…» Нечто напоминает их… Это – жизнь и теперь…

Ты – физик, ученый, профессор, всё повторяется и идет циклично, а тут – Лика…Чеховская героиня. Это подходило, как нельзя… – театрал. И даже лирик, видно, в душе. Казалось…

Писалось раньше… Наверняка будут стихи потом с чувствами весны и любви.

А вокруг обступили лики святых и в изысканной архитектуре костела спрятались, будто от искусителей, саламандры и химеры разные. Они так расставлены, как силки невидимые, чтобы сам дьявол запутался в них. Отпугивать зло умудрялись средневековые мастера. Для этого столько создавалось воздушных, будто из бело-розового зефира повесили в воздухе огромную инсталляцию, из кажущихся невесомыми, готических соборов… Строили их веками, и вкладывали в это также особый смысл.

– Для чего ты думаешь, столько в убранстве соборов различных представителей нечисти: летучих мышей, химер, саламандр… Они будто невинные, олицетворение сил зла?

Он шумно выдохнул. Так он любит часто. И приятно шепелявит… говорит «шо», но по-русски, хотя сам украинских кровей. По мамочке.

– Они показывают, шо, да, шо есть в мире всего понемногу, это самое, всё перемешено, – ответил тогда. Лера в душе прыснула от этого забавно-милого «шо». Да, она дома и рядом с родным человеком. А он вторит ее мыслям:

– Рядом с красотой и возвышенным постоянно низменное и ползущее.

– Да, а эти саламандры, видишь, как высоко их разместил скульптор, не видно сразу, если не знать, а они расселяются на недосягаемой глазу высоте, но если знать где, можно найти… Они не для того, чтобы их найти, а для того, чтобы отпугивать духов зла. Все просто. Средневековые традиции! Зачем часто часы показывали разное время? И сама же ответила: чтобы дьявол не мог прийти вовремя, чтобы выбрать себе жертву. Саламандра, да теперь понимаю ту легенду об огненной саламандре, она напоминала об огненном чистилище, но почему говорилось, когда мы проезжали мимо венских лесов, поразилась, если кто ее увидит, будет реально счастлив в этом году?

А потому, видно, поняла теперь, что она уже очищенная, несущая огонь очищения, прошедшая его…

– Да, это так… Как в жизни идет по спирали, так и в этих легендах и сказаниях, также по восходящей… Огонь стихии, символы земли, воздуха, воды… все имеет смысл, охраняет, спасает, очищает. возрождает.

Это – средневековое духовное мироздание. Да и в реальности саламандра в архитектуре собора, зажатая пятой аркой – символ плененного зла. Потому приходят очищаться, здесь зло пленённо. Предполагается, пожизненно. И заходя сюда, оставив за спиной мирские заботы, можно причаститься к высшему, божественному началу.

Время счастья пролетает мгновенно. Время счастья оставляет несмываемые временем следы. После встречи в Киеве, негласного венчания в соборе, вечера при свечах, Лера и Матвей договорились быть вместе всегда. Не важно, что на расстоянии. Зато в виртуале ежедневно по скайпу. Теперь это не проблема. Есть не мало таких пар, нужно верить, что все получится. Если есть любовь, не важно, где проходит граница. Не по сердцам же. Они открыты и просто счастливы!

Но все же поиск выхода из сложившейся ситуации, когда влюбленные находятся по обе стороны границы, не давал покоя. Он снился во снах. Манил к себе. Расстилался сизым туманом, перетекая из одного сознания в другое. Иногда бесило, что вот он рядом, но на противоположном конце провода. Стоит отключить интернет или если поломка, мало что бывает, и, тогда как? Это состояние зависало, как и порой глючащий компьютер.

…Когда прошло несколько лет, здесь, в Киеве, где они начали свой жизненный путь, произошли события из ряда вон выходящие. Нарушившие покой в мире и перевернувший многие укоренившиеся понятия. Об этом далее…

А пока весна отношений благоухает запахами, и всеми красками цветущих каштанов, жасминов, роз и лаванды, лилий, тюльпанов и гиацинтов.

Валерия и Матвей были счастливы как можно только себе представить. Ей забывались прежние страсти, и ушедшие так внезапно в мир иной и ее Главная любовь – отдаленный, но реально вечно любимый, как вечнозеленое растение, былина или притча во языцех, вдруг появляющийся спонтанно, без предупреждения Алекс. Да и бывший муж, будучи уже в разводе, но потом по-доброму общаясь, не видя перспектив жизни, болея, неожиданно, будто мгновенно сдулся воздушный шарик, скончался. Это не могло не печалить и ее. Ведь дочь страдала. Но жизнь диктует свои условия. Новая пара, Лера и Матвей, радовались союзу, и он с гордостью всем ее рекомендовал как свою жену. Она была его первая леди, и верная спутница. Закоперщица интересных путешествий. Они побывали во многих городах и странах, а более всего в Одессе им улыбалось солнце, море, знакомые, друзья детства, соученики, ведь как романтично – они учились в одной школе… В параллельных классах. Играли в КВН даже и снимались в домашнем задании. Есть что вспомнить. Подружились дети, родились внуки…

Когда начались события на Майдане, они оказались по разные стороны. И очевидно с разными представлениями. Вспомнившаяся тогда многим цитата, тиражируемая в различных изданиях, кто во что горазд: «Переведи меня через Майдан», на сегодняшний день оказалась не реализованной. Майдан, как начало кризиса власти, противостояния в обществе Украины, между двумя противниками, ранее братскими народами, ставшими враждующей силой, разногласиями в постсоветском пространстве, продолжается. А началось противостояние с того, что не захотел бывший, предавший страну президент Янукович, так понимаю, подписать соглашение об ассоциации с Евросоюзом. Ах, что тут началось! Но вначале это была обычная демонстрация протеста, каких столько в году в развитых странах, а у нас можно пересчитать. И оборачивается чаще неприятностями. Та сотня студентов, вышедших вначале на Майдан оказалась подогретой силами зла. Возможно, это огненные саламандры выскочили из своих ниш и пошли куролесить. Словно взобрались на огненную колесницу и принялись накручивать обстановку. Вбивать колья противостояния…

Валерии казалось, что ради ассоциации с Союзом стоит стоять на своем. Появятся большие возможности, налаживание экономики, прекращение коррупции, съедающей изнутри страну, закрывающей пути к набиванию карманов депутатам и верхушке, хоть кто-то будет контролировать. Без выполнения определенных условий невозможно попасть в союз. Ведь в Германии нет коррупции. А если появляются отдельные недостатки, как говорилось у нас ранее, то их задавливают в зародыше, уходят в никуда президенты, садятся на скамью подсудимых высокопоставленные персоны. А по последним данным компетентных источников Украина на первом месте в мире по коррупции. Трудно себе представить. Но факт. Значит, что в Африке, в странах диктаторских режимов лучше?!

Новые сведения обстановки везде трактуются по-разному. Пошли потоки лжи. Ненависти. Злобы. Жестокости. Противоборствующие стороны, их последователи и противники схлестнулись везде, где можно. В семьях, в соцсетях, в коллективах, среди коллег и друзей, разделив и разорвав прежние связи. Но свято место пусто не бывает. Эту пустоту стали заполнять множества предложений разных групп, казалось возросших в геометрической прогрессии.

Каждое утро, после происшедших событий Майдана, день наполнялся, не только Валерии, но любого здравомыслящего человека, сообщениями и толкованиями о происходящем в родной стране.

Лера стала чуть грузнее, чем раньше, но старалась быть спокойнее, сдержаннее. Щурясь от тяжести и сухости глаз, видно выплакала все по молодости лет, когда непомерные заботы и тяготы давили грузом и мешали жить, принимала окружающее таковым, а на своей жизни не хотела ставить точку. Но состояние здоровья подводило. Да и интернет давал себя знать. Ничто не проходит бесследно. Экран РС становился камнем преткновения, дающим ощутимую, режущую сухость глаз. Чувство ответственности ее постоянно преследовало, будто накатывало волнами прилива, а отлив не приходил. Жесткость мира передавалась в многообразии. Внутреннее напряжение давало стрессы, плохое настроение. Состояние на грани срыва. Но она все же становилась уравновешенной, вырабатывала умение контролировать себя. Радоваться жизни и улыбаться, а не мрачнеть и брюзжать, жаловаться на здоровье и недостаток денег, как многие любят, а сами на машинах, в обновах, по курортам да турпоездкам. Ей многое из этого ряда не грозило. Главное, дети выросли, она ими гордится, работа есть, заработки тоже, хватает и на поездки по делу, пока не до курортов и больших туров, скромно, но на подарки тоже… Планов громадье, ощущение счастья заполняло, но враз, будто выпадал густой туман над только что гладкой и безбрежной поверхностью моря, закрыв черной пеленой всё вокруг, накрывало ее душу.

В воздухе зависало острое ощущение тревоги.

Сын остался в родной стране. Противостояние набирает силу. Ноябрь 2013 года не похож ни на один предыдущий месяц.

Каждое утро разговаривают по скайпу.

– Сыночек, дорогой, как ты там, как дома?

– Да, как всегда.

– Как же, как всегда. Ведь на Майдане такое творится…

– Так то же на Майдане.

– А как в Одессе?

– Нормально.

– Ужасно волнуюсь. Просто поджилки дрожат… И если не поджилки, то всё внутри точно. Такой противной мелкой дрожью… Я эту дрожь знаю, когда случилось с нашим мальчиком тогда…

Ну, не буду вспоминать еще худшее…

– Да, не волнуйся ма… Всё наладится.

– А как детка? Ходит уже в садик?

– Нет, няню взяли, а то часто там болеет, у нее нет прививок, знаешь же, как она ослаблена была.

– Да, мой дорогой. Это так всё неожиданно произошло. Майдан стоит уже несколько недель, жгут покрышки, таскают булыжники на баррикады, кто бы мог подумать, что в нашей спокойной, такой прекрасной, доброжелательной ко всем, открытой стране, начнется такое… ты смотришь же, что показывают по телевизору?

– Действительно, кто бы мог подумать, – ответил сын. У Леры сжалось сердце. И так она их рано оставила – молодую семью, когда пришлось уехать. Они еще учились. Молодым людям нужно жить в своей стране, во-первых, а если ехать, то с образованием и знанием языка, а тратить время напрасно невозможно. Все равно приходится потом перезащищать диплом, но это лучше.

– Нет, нам некогда раздумывать. Мы работаем… И сейчас уже пора…

– Да, понимаю… Очень переживаю и волнуюсь за вас всех.

Берегите себя!

– А ты себя. И что волноваться тебе. Вообще не смотри телевизор, – отрезал сын.

– Ну, пока, мам…

Переговоры с сыном входили в программу ежедневных конференций с детьми в режиме онлайн.

Часто сын ездит в командировки на дня три, тогда на связи любимая невестка, с которой уже по переписке. В перерыве работы можно и почетать… Коротко перекинуться парой- другой слов в интернете, поэтому до Майдана оснований для беспокойства по поводу взрослых детей, ставших давно на ноги, не было. После взрыва событий в Киеве несмотря ни на что Лера потеряла покой. Страна ведь одна. Напряжение возрастает и перекинуться огонь может сразу и на другие города. А ребенку, внучке, да и другим детям, жить в такой непредсказуемой ситуации…

Пройдет немного времени, и ее виртуальные друзья из соцсетей начнут давать полезные советы: «Заберите детей в Германию!» – будто это какие-то вещи. А они разве хотят этого. «Что им там делать!» А что им делать здесь? «Нужно скорее, а то закроют границы и не сможете вообще!» А вот этого не будет. Также с этой стороны границы кое-кто начинает пугать: «Смотрите, могут тех, кто не гражданин Германии выкинуть в два счета. Берите скорее гражданство». Будто оно дается так просто… Оно стоит денег. А для этого нужно еще отречься от своего гражданства страны, которая тебя вырастила. Да еще за это заплатить круглую сумму. А в честь чего? Лера от гражданства отказываться не собиралась. Еще более советов стало на страницах Фейсбука. Со всех сторон самые противоречивые. И это уже становилось приметой времени. Без этого понимание текущего момента уже невозможно. Вернее, те кто живет вне сетей, обладает иными представлениями о происходящем. Обмениваются по старинке: переговорами по телефону. Более продвинутые – по скайпу. А зарегистрированные пользователи – допущены читать сообщения друзей, комментировать, удалять из друзей, то есть банить. И если раньше говорили: иди в баню, то сейчас говорят – я тебя забаню. Вся разница. Но не вся… на страницы, их стены и сайты, что по сути одно и то же полилась откровенная пропаганда, мат, грязь, ложь, смешанные с маковыми зернышками логики, чести и достоинства.

Советов оказывалось каждый день видимо-невидимо. И они шли по нарастающей. Один другой отменяя, противореча друг другу или подхлестывая, разжигая страсти.

«– На Майдане никакие не повстанцы, там фашисты…» «Правый сектор» «Правосеки, берегись их» «Там подкупленный сброд».

Из брусчатки ежедневно стали вынимать камни и укладывать в баррикады, сверху покрышки, которые также жгли везде и всюду. Их еще нужно было добыть. А добывали просто: выкидывали людей из машин!

«Революция гудэ!»

В любое время в любом обществе есть недовольные, радикальные, экстремистские, криминальные элементы. в какой-то острый момент их можно кликнуть. Они придут. Примчатся, обуреваемые совпавшими идеями в их понимании справедливости. Можно и пожить в это время еще лучше. Побузить, побуянить, покурить, водки попить на шару, – что-то перепадет. И если нет стабильности в стране, заработков, цели, коррупция, раздражающая и тянущая за собой цепную реакцию порока, засасывает. Многие восстали и по патриотическим побуждениями.

Ежедневно Виталий Кличко, боксер, миллионер, живущий тогда в Германии, вздумавший занять место мэра столицы, и таки занявший его, Арсений Яценюк, ее бывший друг из Фейсбука, другие достаточно подозрительные личности со сцены, расточали советы «посторонних», призывы к борьбе, захвате легитимной власти, по сути. В Киев стали съезжаться автобусами на поддержку восставших. Фейсбук загудел ульем. У всех оказались разные мнения. Лера, наконец, только теперь, поняла, почему к ней с отъездом стали неоднозначно относиться бывшие коллеги. Почему ледяное молчание на приветливые обращения… Она в их глазах стала «потусторонней», заграничной штучкой, предательницей, слинявшей… Им ли разбираться, что лежало в основе. Они же оставались в своей стране! Не все бы остались в ней, если бы дали возможность там остаться. А еще бы при таких обстоятельствах, как у нее. При малейшей зацепке: детей, скарб, всё, что поместилось бы в поклажу и вперед… Так и говорили и в службах ОВИРа, и архивах и прочих, где причина обращения становилась ясна. Ни один не посоветовал остаться. Наоборот. Зависть белая и черная… Многие желали, не таясь говорили об этом, но без веских оснований желание не могло быть реализовано.

Лере пришлось выехать! Пришлось! Ведь не могла она сидеть дома с еще одним ребенком на руках, без помощи, без алиментов даже, как на тех двоих, оставленных на произвол судьбы отцом-пропажей, другой папа – также оказался просто неплатежеспособным, их центр коммерции оказался супер, если можно так выразиться, со знаком минус – некоммерческим. А по ту сторону границы проблема выросла в степень – Карина попала в больницу и почти год находилась там. В гости с младшей дочкой посольство не выпускает. Значит, заколдованный круг и она в нем, белкой в колесе… Наглядный треугольник. А это же – дети. Главное в ее жизни. Вспоминалось то время, когда младшенькую оставляла несколько раз, а приезжая, локти можно было кусать, Надюша больна… Да еще болезни такие странные…Всякие кожные, от кошки нужно было побрить голову, чесотку с двумя укусами рядом характерными для этого заболевания, приняли за аллергию и почти не кормили в ее отсутствие. Стала доченька похожа на светлячка. И хоть Лера не была врачом, но врачевала сама и вытягивала детей сразу из разных болячек. Пришлось идти в кожвендиспансер и установить злополучную чесотку. Мазь в руках и через пару дней всё пошло на лад. А не приедь вовремя, что бы могло быть? А сколько таких доморощенных средств от забубённых врачевателей. Самоуверенных шарлатанов околонаук. Ребенок не должен страдать. А как сделать если обе дочери оказались в тяжком положении? У каждого свои условия, могла бы только предложить другим «судьям» обратиться к своим проблемам и их разрешениям. Человек волен вообще жить, где желает. Были бы возможности. А оставаться патриотом и идти за свою родину на бой тоже, приехав или помогая своими возможностями.