Стальная бабочка. Часть 2. Отрицание

Глава 4. Золотые рыбки

Сит закрыл дверь, повернул замок на два оборота, сдвинул влево какой-то рычажок и скинул с плеч рюкзак. Свет включать нельзя. Сит говорил, что горящие окна могут привлечь лишнее внимание с улицы. К счастью, Денис неплохо ориентировался в прихожей, несмотря на царящий в ней полумрак, а Сит и вовсе вёл себя так, словно видел в темноте.

— Как обстановка внизу, Дэнни?

Заслышав вопрос, Денис вздрогнул и поспешно пнул Дениса-номер-два вниз, ко входу в подъезд, ощущая себя как на уроке, когда училка задаёт вопрос по теме, к которой он не готовился. Ему ведь было сказано — высматривать драчуна!

— Тебе дана задача, Дэнни. Сосредоточься на ней, — спокойно проговорил Сит, искоса поглядывая на него. — Не кипишуй. И меньше думай.

Он расстегнул куртку, снял очки и, подхватив рюкзак, скрылся в одной из комнат. Немного помедлив, Денис стянул шапку, от которой уже начинали закипать мозги, сунул её в карман и последовал за Ситом.

Он прав. Не думать, не думать, не думать.

Чем больше думаешь, тем больше всяких неприятных мелочей всплывает из глубин сознания, и начинаешь бояться каждую из них. Не думать!

Это не слишком сложно для такого тупицы, как ты…

Заткнись!

Вот ведь нашёл время действовать на нервы! Целую неделю его было не только не видно, но и не слышно. И в честь чего он опять вылез со своими комментариями?

У крыльца никого не оказалось. Для уверенности Денис прошёлся снизу до третьего этажа и обратно, затем минул стену дома и погулял по окрестностям. Даже дошёл до ближайшего угла и заглянул за него, но тут почувствовал себя так, словно пытается одновременно вызубрить десять параграфов из учебника географии, и голова вот-вот лопнет от нахлынувшего потока информации. Он немедленно дёрнул двойника обратно за угол и глубоко вздохнул, стараясь отогнать подступившую к горлу лёгкую тошноту.

Слабак. Слабак и размазня…

Денис только отмахнулся от него. А ведь странно. Ведь раньше он мог отправить Дениса-номера-два погулять по площади Ленина в разгар Дня города, и ничего подобного не происходило. А теперь мозг словно бы перегревался от переизбытка информации.

Что со мной?

Будто бы стал слабее, не справлялся с тем, что легко давалось ему совсем недавно. Что-то случилось тогда, на складе, куда увёз его Сит. Что-то случилось в тот момент, когда Сит вышел из себя и…

…тысячи чёрных уродливых птиц летят, кричат, бьют крыльями… Больно, больно…

Что?!

Двойник умолк, и Денис невольно тряхнул головой. Это были его мысли или мысли Дениса-номер-два. Что они означали? Птицы? Какие птицы?

— Эй, Дэнни, докладывай, — напомнил о себе Сит, и Денис вздрогнул.

Не думать. Не думать. Сосредоточиться!

— Там никого нет.

— Отлично. Маякни мне, если кто нарисуется. Даже если это будет не пацан. Да, ещё следи, вдруг подъедет машина с людьми, похожими на ментов. И не витай в облаках, малявка.

— Сит...

— Хм?

— Можно снять куртку? Мне жарко.

— Нельзя. Расстегнись и всё.

Денис горестно вздохнул и последовал его совету. Он решил не спрашивать, почему нельзя раздеться. Сейчас не время доканывать Сита вопросами. Тем более ему наверняка виднее, что можно делать, а что нельзя.

Хорошо бы на время прервать концентрацию, отдохнуть хотя бы несколько минут. Но Денис боялся, что если заставит Дениса-номер-два исчезнуть сейчас, то потом очень нескоро сможет вернуть его назад.

Потому что Денис-номер-два сегодня какой-то оборзевший.

— В подъезд зашла тётка. С собачкой.

— Лифт?

— Да, лифт. Нажала седьмой этаж.

— К херам суку. Обеих.

Денис замолчал. Он уже немного научился разбираться во фразочках, которыми любил кидаться Сит. «К херам» значит «забей» или «к чёрту». «На хер» чаще всего значит «скройся с глаз» или «хватит нести чепуху». А «не сцы» значит «всё пучком» или «работай». Иногда… хотя нет, довольно часто Сит позволял себе выражения и покрепче, такие, за которые дома надавали бы по губам, а то и проводом бы побили. И не всегда при этом злился. Он просто… разговаривал плохими словами так, будто по-другому и нельзя. Так даже Ира не делала. Вот она как раз ругалась плохими словами только когда сильно злилась.

— Поди-ка сюда, Дэнни. Посвети мне мобилкой.

Сит возился с ящиком широченного письменного стола, заваленного бумагами. Денис послушно вытащил мобильник, подошёл ближе и направил светящийся экран на замочек.

Именно в этом ящике хранилась часть денег, которые «клиент-с-рыбками» напрятал по квартире, как белка шишки. Пару дней назад Денису удалось отыскать целых шесть заначек: по одной в каждой из комнат, кроме той, что принадлежала девочкам, две на кухне, и последнюю — в ванной. Самым интересным оказался тайничок в зале с аквариумом. Денис особенно гордился тем, что сумел его обнаружить.

— Отлично, держи так…

Сит что-то ковырнул отмычкой внутри замка, и тот тихо щёлкнул. Сит немедленно схватился на круглую ручку и выдвинул ящик на всю глубину.

Тусклый свет, исходящий от телефона, выхватил лежащую внутри картонную коробку. Сит снял крышку, и Денис невольно ахнул.

— Вау, как много!

— Слюной не захлебнись, малявка, — фыркнул Сит. — Это не тебе.

Он сгрёб пухлую пачку денег в рюкзак, перехватил его за одну лямку и закинул на левое плечо. Куртка на мгновение задралась, и на уровне пояса мелькнуло что-то тёмное, похожее на….

Пистолет? Настоящий!

А ты думал… Он же преступник, настоящий…

— Двигаем к твоим любимым рыбкам, Дэнни, — скомандовал Сит, направляясь к двери. — На горизонте чисто?

— Кто-то поднимается на крыльцо. Какой-то мужчина с большой сумкой.

— К хер…

Квартиру прорезал громкий переливающийся звон, и Сит застыл в дверном проёме. У Дениса перехватило дыхание, связь с двойником заколебалась, как поверхность озера, в которую кинули сразу горсть камней. Мобильник выскользнул из рук и улетел в темноту.

Чёрт!

Да-да. Неуклюжее ты чмо… — с каким-то даже самодовольством прошипел Денис-номер-два.

— Спокойно, Дэнни, не сцы, — прошептал Сит, как только трезвон прекратился. — Всё хорошо. Нас здесь нет. Здесь никого нет. Поднимай мобилку и иди за мной.

Он подобно туману растворился в густой как чернила темноте прихожей, его шагов совсем не было слышно. Сит так спокоен! Даже не вздрогнул. Денис в отчаянной надежде уцепился за этот поражающий своим хладнокровием голос и чудом сумел сохранить связь с Денисом-номер-два. Мужчина у подъезда вновь обрёл четкость, как если бы кто-то подкрутил фокус у бинокля.

Неожиданный гость, поколебавшись несколько секунд, вновь начал набирать номер на панели домофона. Жал он, как назло, медленно, примериваясь к каждой кнопке, словно боялся промахнуться.

Снова звонит в нашу?!

Нет, в следующую.

Да, в ту, что этажом выше.

Нужно спешить. Сит ждёт. Сит не сможет без его помощи отыскать тайник в комнате с рыбками.

Денис осмотрелся и заметил уголок телефона, который выглядывал из-под тяжёлой портьеры, волнами падающей на пол. Сквозь щель между занавесками с трудом пробивались последние солнечные лучи. Вот-вот стемнеет.

Стараясь ничего не задеть и ступать также бесшумно, как и Сит, Денис приблизился к окну, поднял мобильник, с той же осторожностью, ступая на цыпочках, пересёк комнату и вновь оказался в прихожей.

В тот же миг мужчина с сумкой вошёл в подъезд и, проигнорировав лифт, начал подниматься по лестнице.

— Сит!

Стоящий посреди зала большой прямоугольный аквариум освещал пространство вокруг мягким голубоватым светом. Денис замер с открытым ртом на пороге комнаты, заворожено глядя на миниатюрный подводный мир, запертый в стеклянную ловушку. Меж тёмно-зелёных лент водорослей неспешно плавали серебристые рыбки с длинными острыми плавниками. Денис глубоко вдохнул наполненный свежестью воздух. Повеяло сочной зелёной травой и искрящимся на солнце синим морем. Правда на море ему бывать никогда в жизни не приходилось, и он мог лишь воображать, что оно пахнет именно так.

— Сит, ты здесь? — неуверенно проговорил Денис и сделал шаг вперёд.

— Да здесь я, здесь. Чего ты возишься? — прозвучало у него за спиной. — Я уже успел обшманать остальные заначки.

Денис подскочил от неожиданности и обернулся.

Как он быстро!

— Тот мужик, ему открыли, он попал в подъезд, он поднимается по лестнице… — скороговоркой зашептал Денис, но Сит прикрыл ему рот ладонью.

— Тихо. Забей на него. Почтальон это, скорее всего.

Призрачный свет слегка касался его лица, придавая сходство с каким-то сказочным глубоководным существом. Глаза светились совсем как драгоценные камни. Откуда он может знать, что это почтальон? А что, если кто-то видел их с улицы? Что, если это знакомый, которого попросили покормить рыбок в отсутствие хозяина?..

Ага, и поэтому он звонил в домофон, чтобы рыбки ему открыли…

Ещё твоего остроумия тут не хватало!

Не тупи, тупица…

Мужчина остановился на площадке с почтовыми ящиками и принялся рыться в своей огромной сумке. Денис с облегчением выдохнул. Почтальон. Сит оказался прав. Как всегда.

— Показывай, где здесь тайник, Дэнни. Пора закругляться.

— Вот, вот! Вот тут! Справа от аквариума! Подойди сюда! Скорее, скорее!

Пацан даже подпрыгивал от нетерпения. Вот ведь шило в заднице, так старается выслужиться, готов из штанишек выскочить. Волосы стоят дыбом, в глазах вспыхивают и гаснут одна за другой голубые искры. В ореоле лазурного света Дэнни немного смахивал на пучеглазого лягушонка. Забавный, сука, спецэффект. Суровый сибирский лохматый лягушонок в облезлой куртяхе, под которой скрывается скользкая зелёная шкурка.

И с чего вдруг в голову лезут такие идиотские образы?

Ступив на ковёр в центре гостиной, я приблизился к мальчишке и глянул в направлении, которое тот мне указывал.

— В полу, что ли?

— Да, да! Я же тебе говорил! Говорил!

Дэнни вцепился в мой рукав, как часто делал в перевозбуждённом состоянии, но я стряхнул его и отодвинул в сторону. Спокойно, я спокоен, я буддист, никаких резких движений, а то пацан перепугается, и проку от него не будет. И почему этот паршивец не может вести себя смирно? Никакого, сука, чувства личных границ, или как оно там называется. Повезло ему, что сегодня у меня настроение средней паршивости, то бишь не самое плохое: этой ночью таки удалось поспать целых шесть часов подряд, невиданная роскошь, спасибо вам, мозг, за такое счастье, блядь.

Пока всё идёт по плану даже несмотря на то, что малолетний любитель подрочить в сортире слегка спутал мне карты. Я рассчитывал, что этим вечером свалят все члены мажорной семейки, но ничего, ничего страшного. В конце концов совсем не факт, что парень заявится домой. Наверняка посасывает пивко где-нибудь во дворах со своими дружками. Знаю я таких… мажорчиков. Да и Дэнни пока что отлично справляется с ролью атасника на удалёнке. Не говоря уж о том, что он заранее наметил места с заначками, неплохо так сэкономив мне время.

— Прямо вот здесь, под аквариумом? — уточнил я, присев на корточки.

— Да, да, да!

И почему у пиздюков нет встроенного выключателя голосовой системы?

— Сбавь обороты, Дэнни.

— Чего?

— Помолчи, говорю!

Мальчишка осёкся, погрустнел и опустил глаза в пол. Его хватит максимум на пару минут, а потом опять начнётся. Плавали, знаем. Прав был наш общий друг Федя: стоит лишь пацану немного привыкнуть к тебе, и всё, его не заткнуть. Строчит порой как из пулемёта. Простая затрещина подействовала бы гораздо эффективнее, вот только вряд ли тонкая душевная организация маленького террориста сдюжит такое бесцеремонное обращение. За прошедшие дни много раз приходилось себя сдерживать, но я ведь обещался не трогать его, а обещания надо выполнять. Ну, по возможности, само собой: жизнь — штука непредсказуемая. К тому же толк от Дэнни есть, лишь пока он чувствует себя в безопасности.

Да и не в моих привычках пиздить такую мелочь, если только она меня не выводит.

Я поднялся и окинул взглядом аквариум и кованую фигурную подставку, на которой он стоял. Конструкция выглядела внушительно, но не нанимает же этот мешок сала тяжеловесов каждый раз, когда ему нужно запустить свои сардельки в тайничок.

— Много там денег, малявка?

— Я не знаю… не считал, — отозвался Дэнни. — Но там много бумажек. И какие-то вещи лежат, цепочки, кольца…

Ах вот где старик прячет рыжьё1! Вот оно счастье, прямо под полом, бери и радуйся!

Как бы только взять?

— Приподнимешь аквариум силой мысли, а, Дэнни?

Я усмехнулся, когда мальчишка вытаращил на меня полные ужаса глаза. Ещё чуть-чуть, и заплачет.

— Но… Но я…

— Да шучу я, шучу. Ну-ка отойди.

Дэнни послушно отпрыгнул в сторону, и я навалился на стеклянную коробку всем своим весом. Рыбки заметались, как вспугнутые тараканы, со дна взметнулся песок и мелкие камешки. Чугунная ножка, на которую указывал Дэнни, легко сдвинулась сантиметров на двадцать, а в следующий миг аквариум опасно накренился.

Блядь!

Мальчишка издал придушенный писк и в ужасе закрыл глаза ладонями, но я успел схватиться за стеклянную стенку. Повезло, что загон для рыб спаян с подставкой, иначе грохот услышали бы даже на последнем этаже. На паркет выплеснулось немного воды. Ну, невелика беда, живём.

— Не сцы, Дэнни. Всё нормально.

Я аккуратно поправил съехавшую на бок крышку аквариума. Надеюсь, пацан не услышит в этой звенящей тишине бешеный стук моего сердца.

Сука! Сука! Сука!!

Проколы случаются. Случаются даже у такого гениального меня… Я просто немного потерял форму — так давно этим не занимался, целый, сука, год… Нет, дольше. Дольше года. С тех пор, как связался с этой тварью Кариной… Так, давай не будем о Карине, Тоша, не сейчас, сука, не сейчас!

Тут я заметил, что пацан как-то странно на меня посматривает, и подмигнул ему. Спокойно, Тоша. Мальчишка не мог заметить, как у тебя трясутся руки. Не в этом полумраке…

А вообще, какого хера, позвольте спросить, меня волнует мнение какого-то малолетнего засранца? Хороший вопрос, но подумаю об этом потом. А теперь проверим, осталось ли у меня ещё немного удачи в запасе. Семёрка на костях или нет?

— Как там погодка снаружи?

— Две машины мимо проехали, — немедленно отозвался Дэнни. — Заходили две тётки с собаками и одна с продуктами. И дядька в очках. Все — лифт. Я не стал говорить, я думал…

— Твою ж мать, малявка, не думай! Тебе вредно думать, сколько, сука, раз повторять?! Докладывай мне обо всём, что увидишь, а уж я сам буду решать, важно это или нет!

Мальчишка съёжился, в золотистых глазах заплескалось отчаянье. Ха, да его мысли можно на лбу прочитать: «Я опять облажался, я такой тупой и бесполезный, хнык!» Дома ему частенько напоминают, кто он и где его место, насколько я успел понять. Самооценка у пацана балансирует где-то на уровне питерской подземки, на том мне до сих пор и удавалось выезжать.

На самом деле меня мало заботили остальные жители подъезда, а тем более их псины, но пусть мальчишка привыкает чётко исполнять команды. Мелочи вроде него муштра необходима, иначе проблем не оберёшься. Со временем, если всё сложится удачно, Дэнни и сам научится отфильтровывать опасные объекты от проходных, но пока стоит держать его в постоянном напряжении.

Я мельком глянул на светящийся циферблат наручных часов и, кивнув мальчишке, чтобы тот подошёл поближе, вновь склонился над предполагаемым тайником. Двенадцать минут с начала операции, из них где-то две ушло на замки. Можно и быстрее, но для начала неплохо.

Некогда безотказное воровское чутьё, которое явно затупилось за последние полгода, неуверенно нашёптывало мне, что скоро у нас с Дэнни будут гости. Аж мурашки начали бегать по спине. Свалить сейчас? Или зря только загоняюсь? Бабла я уже насобирал достаточно: пара сотен косарей, не меньше. И это только рублями. Сколько валютой — один чёрт знает. Но в то же время я чувствовал, что самое ценное мужик доверил охранять своим любимым рыбкам.

Я ж потом себе не прощу, если хотя бы не попытаюсь вскрыть этот тайничок.

Откинув край паласа, я внимательно оглядел аккуратно уложенные паркетные доски, затем пошарил по ним рукой. В чём же секрет? Вроде бы нет никаких кнопок или замочных скважин. Идеально ровный паркет. Спросить бы телефончик мастера у хозяина квартиры. Возможно, при свете фонаря удалось бы что-то рассмотреть, но так не хотелось лезть за ним в рюкзак.

И потом, зачем, в конце концов, я притащил с собой малявку? Пусть отрабатывает свою долю.

— Там вошли дед с бабкой, с кучей пакетов, идут в лифт.

— И пёс с ними. Дэнни, случайно не знаешь, как оно открывается?

Я взглянул на мальчишку и сразу заметил, как тот просиял.

— Я не знаю точно, но могу попробовать открыть. Только...

— Только что?

— Придётся отвлечься от подъезда. Двойник один, он не сможет сразу и там, и тут…

— Даю вам с ним минуту, Дэнни. Потом сразу пинай его обратно на шухер.

Была не была, вдруг и правда откроет. Желание взломать этот заковыристый тайник захватывало меня всё сильнее. Могу поспорить, бабла там больше, чем во всех остальных нычках вместе взятых.

Дэнни коротко кивнул и, бухнувшись на колени, уставился на паркет с таким лицом, будто пытался вывести в уме доказательство теоремы Виета. Должно быть, примерно с такой физиономией он проводит время на толчке.

Не особенно надеясь на успех, я тщательно ощупал паркетную доску, попробовал надавить на неё, затем сдвинуть в сторону, но пальцы только проскальзывали по гладкой как стекло поверхности. Да в этой комнате можно на коньках ездить, если выкинуть пропахший хлоркой и тиной ковёр. Сраные рыбы…

Что-то едва уловимо зашевелилось в воздухе, и меня вдруг пробрало так, что аж вся шерсть дыбом встала. Я сам не понял, как вскочил на ноги и попятился от аквариума. Какой-то животный ужас всколыхнулся на секунду, но я тут же усилием воли затолкал его обратно. Тьфу! Какого хера? Это что такое было?

Сердце опять стучало как бешеное, а мне сейчас больше всего хотелось съебать из комнаты и закурить. Пацан вроде бы ничего не заметил — всё пялился на пол, а я подумал, что не нравится мне этот его сраный невидимый двойник. Не нравится, когда он так близко. Но ладно, сейчас ничего не буду высказывать его хозяину: пусть работает. В конце концов я сам захотел, чтобы Дэнни припёр эту свою потустороннюю сущность прямо сюда. Сам, Тоша, сам…

Краем уха я уловил возню за пределами квартиры. Послышались чьи-то возмущённые возгласы, затем глухо заскрежетал замок. Ага, соседушки по тамбуру притащили домой свои жопы, а в лифт загрузились, потому как неохота тащить на потрёпанном жизнью горбу кучи пакетов. Вот ведь суки, как не вовремя. Но ничего, прорвёмся…

Закрыл ли я дверь тамбура?..

О чём разговор: закрыл, конечно! Я ведь ещё не совсем выжил из ума. Хотя… хер меня знает. Если бы не выжил, скорее всего, меня бы здесь уже не было.

Что-то хрустнуло, половица дёрнулась раз, другой, затем сорвалась с места и взлетела на пару десятков сантиметров вверх. Страшно довольный собой, Дэнни подхватил висящую в воздухе дощечку и отложил её в сторону.

— Отлично! Двойника на шухер, — скомандовал я. — Пусть следит. Докладывай обо всём.

Пацан кивнул, а через мгновение напряжение улеглось, и я невольно расслабился. Даже дышать стало легче. Тварь ушла, в комнате её нет. Во всей квартире её нет. Я чувствовал это каждой клеточкой тела. Только тогда я решился подойти к аквариуму.

В неглубокой нише лежал пакет, под завязку набитым долларами, и чёрная шкатулка размером с кирпич. Не теряя времени, я забросил пакет в рюкзак, схватил шкатулку и высыпал содержимое вслед за деньгами. Вот они, брюлики. Главное теперь найти, кому их сбыть, и мы с Дэнни будем в шоколаде.

Мы?

— Я молодец, да?

Дэнни с надеждой заглядывал мне в глаза. Выглядел он каким-то измученным. Надо бы дать ему отдохнуть пару дней, совсем ведь загонял пацана, все пять дней он у меня работал по десять, а то и по двенадцать часов в сутки.

— Ты умница, малявка.

Я потрепал мальчишку по лохматой голове, накинул палас на образовавшуюся в полу дырку и, поднявшись на ноги, надел рюкзак на спину. Так, аквариум лучше не трогать от греха подальше.