- -
- 100%
- +
Глава 1
Если бы мне платили каждый раз, когда Деймон Эвергрин устраивал очередную потасовку, я бы давно оплатила учебу в Академии и перестала бы волноваться, что дядина нелюбовь к магии пересилит, и он заставит меня уйти с третьего курса.
Раньше я только слышала о магических битвах, что устраивал Деймон, но видеть… Видеть, это совсем другое.
Застыв, словно каменное изваяние, я смотрела, как передо мной развернулся настоящий магический фейерверк. Заклинания, словно разъяренные пчелы, жужжали в воздухе, оставляя за собой светящиеся трассы. Противник Деймона, здоровенный парень с рыжей щетиной, казалось, даже не думает о последствиях, обрушая на него настоящий град из огненных шаров.
Закрыв ладонью рот, чтобы не вскрикнуть и тем самым не отвлечь Деймона, я следила за тем, как он уклонялся, отпрыгивал и едва успевал выставить щиты из мерцающей энергии, что поглощали пламя с тихим шипением. Его скорость, реакция… Просто невероятно, как он все успевал! У него даже дыхание не сбилось, даже прическа…
Странно. Почему даже чересчур длинная челка, словно приклеенная продолжала лежать…
– Стой! Ты же его убьешь! – закричала я, откидывая прочь все сомнения, когда Деймон вдруг оказался загнанным в самый угол, а рыжий гигант, явно с боевого факультета, поднял руку, собираясь добить противника…
Вскинув ладонь, я создала иллюзорный фейерверк возле противника Деймона. Лишь бы он отвлекся, лишь бы услышал…
Парень отвлекся буквально на секунду, кинув на меня быстрый взгляд, но не успела я и слова сказать, как Деймон вдруг хмыкнул:
– Теперь моя очередь атаковать, Самсон. Верно? – в голосе его звучало такое предвкушение, что теперь я испугалась уже за этого рыжего…
Силуэт Деймона, что стоял в десяти шагах от Самсона, вдруг поплыл.
Миг, и три копии Деймона одновременно материализовались с разных сторон, шагнув к рыжему боевику. Синхронно, как может только один организм или иллюзия, один за одним они принялись выпускать ледяные иглы, пылающие огненные шары и жалящие стрелы света. Забирая все внимание Самсона, не давая ему опустить щит ни на секунду, не давая понять, какой из противников настоящий.
– Чертов иллюзорник! – взревел рыжий и внезапно с силой топнул ногой.
Земля начала дрожать. От рыжего боевика из земли полукольцом вдруг принялись выстреливать шипы, грозясь проткнуть любого на своем пути.
Один Деймон исчез, второй…
– Идиот! – рыкнули из-за моей спины, и за миг до того, как опасная волна докатилась и до меня, земля с небом смешались, а я оказалась на руках отпрыгивающего с места удара Деймона. – Тебя не учили колдовать так, чтобы не затрагивать гражданских?!
– Да какая она гражданская? – возмутился рыжий парень, хотя во взгляде его мелькнул испуг, когда один из каменных шипов едва не пронзил меня насквозь. – Она помогала тебе! Явно специально.
– Да ладно тебе, – пренебрежительно отмахнулся Деймон, встряхнув меня, как куклу. – Катарина – наша местная умница и гордость преподавателей. Она любому сирому и убогому помочь готова. Святая просто.
Рыжий на миг застыл, переваривая сказанное, и тут же расхохотался, вызывая у Деймона удивление.
– Что не так?
– Все! – решила вмешаться я, злясь полученной характеристике. – Поставь меня на ноги… убогий.
– Как ты меня назвала, неблагодарная? – вновь встряхнул меня Деймон, хмуря густые брови.
– Так, как ты и представился…
На лице иллюзорника отразилась работа мысли. Он почти догадался, с чего бы это его рыжий знакомый так хохочет, как вдалеке послышался шум приближающихся голосов.
– Преподаватели! – испуганно округлила я глаза, вцепившись в плечи Деймона. – Всех преподавателей и студентов созывают в главный зал. Они скоро будут тут, и нас всех исключат… а после этого дядя меня убьет!
Парни одновременно обвели взглядом место битвы: испещренные темными отметинами от огня стены академии, проплешины на траве от огненных стрел, вздыбленная земля… Такое за минуту не уберешь. Да и бежать смысла нет. По следам от магии нас слишком быстро вычислят.
– Надо что-то делать, – с глубокомысленным видом изрек рыжий боевик.
– И быстро, – кивнул ему Деймон, но ни один из них не сдвинулся с места.
Вот… мужчины! Подраться – это они всегда могут, а решать, как замести следы…
– Так, поставь меня на землю, – потребовала я тоном нетерпящим возражений.
Оба возмутителя спокойствия переглянулись, даже не думая прятать насмешку. И абсолютно зря.
Стоило моим ногам коснуться пола, как я схватила Деймона за руку и, огибая торчащие из земли шипы, потащила его к боевику.
– Руку!
От командного тона Самсон растерялся, так что, фыркнув, мне пришлось самой хватать его за ладонь свободной рукой. Но руки у меня было всего две, а магические жесты сами себя не сделают. Потому, недовольно зыркнув на парней, я переложила их руки к себе на плечи, а сама сосредоточилась на заклинании.
– Твоя умница решила, что сейчас лучший способ нас помирить? Да еще и таким странным образом? – будто нарочно принялся меня отвлекать рыжеволосый боевик, болтая со своим недавним противником, как с лучшим другом.
– Она не моя… – протянул Деймон таким голосом, что я сбилась и обернулась.
Темные глаза лучшего студента-иллюзиониста нашего факультета пробежались по моей фигуре, а заметив мое внимание, чуть пухлые губы изогнулись в хитрой ухмылке.
– … И я совру, если скажу, что мне не жаль. Но у нас есть время все исправить, да, Катарина? Ты же пока… ничья?
Растерялась на миг, а потом вспыхнула, осознав, что он сказал.
Рыжий захохотал, оценив, как на моей светлой коже выглядит румянец гнева.
– Какие же вы дураки! – сдерживая эпитеты покрепче, воскликнула я и, развернувшись, толкнула их обоих к стене.
Из любопытства, не иначе, Деймон поддался моему толчку и своего приятеля заодно приструнил.
– А теперь, – положив руку каждому из парней на грудь, грозно произнесла я, – не шевелитесь, не говорите, а лучше и вовсе не дышите.
Проверять, вняли ли нарушители спокойствия моему указу, времени не было. Я уже слышала, как зашуршали разросшиеся ветви на тропинке, идущей от восточной башни. Сосредоточилась, и…
Я не видела вышедших на поляну преподавателей, повинуясь тем же правилам, что сказала парням. Но слышала их голоса, чувствовала спиной блуждающие взгляды…
Преподаватели не должны были ничего видеть. Точнее, не должны были видеть ничего необычного. Просто тропинка, просто поляна, граничащая со стеной академии… Никаких оплавленных камней, никаких воронок на траве, никаких замерших возле стены студентов…
Они прошли. Почти прошли, когда раздался незнакомый бас:
– Рассел, погоди. Чувствуешь запах жженой травы?
Взгляд мой сам собой нашел рыжего боевика, что так неосторожно раскидывался огнем. Тот ответил мне виноватом взглядом, но сделанного уже не вернешь.
– Хм… и правда. Ну-ка, ну-ка…
Узнав голос, я прикрыла глаза. О, нет! Вот ведь повезло наткнуться на нашего профессора по иллюзиям! Теперь нас спасет только чудо.
– Та-а-ак, а что это у нас стены академии стали вдруг такими чистыми? В прошлую же пятницу растаскивали сцепившихся боевиков…
Ох, перестаралась, создавая иллюзию… Не догадалась, что именно на этой поляне студенты устраивают дуэли, оттого окружение и получилось слишком «вылизанным».
Деймон, стоявший все это время молча, вдруг перехватил мою руку и одновременно отстраняясь от стены, завел меня за спину, при этом не выпуская моей ладони.
Как теперь мне было видно, на поляне оказалось всего два преподавателя: наш иллюзорник и плечистый, низкорослый мужчина с лысой головой. Тот, что и учуял запах жженой травы.
– Добрый вечер, профессора, – громко и четко произнес Деймон, привлекая всеобщее внимание, и в голосе его в равной степени сплелись уважение к преподавателям и будто бы насмешка над ними же. – Вы угадали, профессор Кардейл. Поспешил я, заметая следы.
Вопреки моим опасениям профессор, вместо того чтобы разозлиться, вдруг хохотнул.
– Так и знал, что это твоих рук дело! И как на этот раз, победил боевика?
– Не успел. Мы прервались… когда услышали вас, – шагнул вперед Самсон, еще сильнее нарушая мою иллюзию, отчего она окончательно поплыла.
Судя по одновременно скривившимся лицам, от неправильно закрепленной иллюзии у всех зарябило в глазах. Сжалившись над ними, я уже хотела было снять иллюзию, как Деймон неожиданно сжал мою руку и влил силы в созданную мной картинку.
– Почти проиграть иллюзорнику… – недовольно проворчал незнакомый мне лысый профессор. – Да я тебя на полигоне сгною, Самсон. Как ты на турнир-то поедешь?
– Все равно пары достойной нет, чего туда ехать… – пробурчал тот, но как-то без огонька.
Видимо, угроза с полигоном была вполне реальной.
Лысый профессор, похоже, являющийся главой боевого факультета, на его слова цокнул и повернулся к нашему собеседнику.
– Пары нет – это проблема, да… Рассел, а ты кого своему вундеркинду в пару поставишь, придумал?
– Вот еще, думать за него, – фыркнул профессор Кардейл. – Сам разберется, если не дурак. А дурак, так ему на турнире делать нечего.
Лысый боевик довольно крякнул, позабавленный такой позицией.
– Получается, в прошлом году дураком оказался, раз отбор не прошел? Помнится, от твоего факультета поехал кто-то другой.
– Верно. Деймон в прошлом году руку перед турниром неудачно повредил, едва мне все планы не порушил, – смерив студента недовольным взглядом, отозвался он. – Потому в этом году от меня все только по конкурсу пройдут. Лучшая пара заболеет, берем следующую. Вторые поломают себе ноги? Берем третьих. Понял, Деймон?
Парень молча кивнул, а лысый боевик вновь хмыкнул.
– Сурово. А столько способных девчонок найдешь, или они как переходящий флаг будут?
– Моя бы воля – я бы парней под иллюзией пустил. Лишь бы с девчачьими капризами не разбираться, – сморщился наш профессор, и в тоне промелькнуло хорошо знакомое мне пренебрежение. – Но у тебя на боевом ситуация не лучше.
– Ох, и не говори… Хоть действительно юбку на кого надевай и… Так! А вы чего уши развесили? – рявкнул на парней боевик, заметив, как дрогнули в улыбке губы Самсона. – Быстро навели здесь порядок и марш в главный зал. Опоздаете – следующий день начнете с двадцати кругов вокруг академии.
– Есть навести порядок! – рявкнул в ответ Самсон и тут же с показным энтузиазмом принялся колдовать, заставляя пока невидимые шипы, торчащие из земли, исчезнуть.
Убедившись, что приказ будет выполнен, профессора продолжили прерванный ранее разговор, направившись в сторону главного зала.
Стоило их шагам стихнуть, как Деймон, до этого старательно изображавший бурную деятельность остановился и развернулся ко мне.
– Ну что, Катарина. Я спас тебя и твою репутацию. Скажи, какая награда меня ждет? Нежные объятия, сладкие поцелую или… согласие стать моей парой на грядущем турнире?
От такой наглости я опешила. Он что, серьезно? Это он-то меня спас? Вот нахал!
– Ты сошел с ума? Нет! Я не стану участвовать в турнире. Ни с тобой, ни с кем бы то ни было еще! – ответила я с жаром.
Мой дядя всегда твердил, что приличная девушка не должна выставлять себя на посмешище. «Девица должна быть скромной и тихой, только так ее возьмут замуж. Иначе кто захочет связать свою жизнь с буйной кобылицей?». Фразы про то какой должна быть девушка я слышала с пяти лет. С того самого момента, как дядя стал моим опекуном, а потому «правльный» ответ буквально отпечатался у меня в голове. Слова вырвались даже до того, как я обдумала его предложение.
Деймон смерил меня чуть удивленным взглядом.
– Сколько пыла… Зря ты так быстро отказываешься, Катарина. Слава, признание, деньги… неужели ничего из этого тебя не интересует?.. Или ты из тех, кто идет в академию, лишь бы не платить штраф в казну?
Подобное предположение могло бы звучать обидно, но, думаю, дядя только поэтому и разрешил мне поступить в академию. Если бы не приказ короля каждой девице хотя бы минимально развивать свой дар, чтобы потом передать его детям, сидела бы я дома… Или уже была замужем.
Дядя, как и наш король, поддерживал мысль, что магия должна быть лишь у мужчин. К их сожалению, у девочек магия проявлялась ничуть не реже… Но сейчас не об этом.
– Деймон, не пытайся купить меня дешевыми манипуляциями. Представь себе, не всем нужны слава и признание, – гордо вскинула я голову. – Это ты все время ищешь внимания. А мне оно не нужно. Мне достаточно тихой и спокойной жизни.
По губам Деймона пробежала усмешка.
– Какие громкие слова, Катарина. Но, считай, уговорила. Давай добавим цену моим манипуляциям. Скажи-ка, разве ты, изо всех сил стараясь проявить себя перед профессорами, которым на тебя буквально плевать, не ищешь внимания? Я всего лишь предлагаю более результативный способ. Победи в турнире и тебя, наконец, заметят. Это куда результативней, чем твои пятерки.
Пальцы сжались в кулаки. Голова моя поднялась еще выше. Какой же он все-таки противный и… чересчур понимающий.
– Моя жизнь и мои оценки не твое дело, Деймон, – четко проговорила я. – Прощай.
Проговорив это, я развернулась и направилась к тропинке, по которой ушли профессора.
– Эй… а помочь? – раздался мне вслед басовитый голос Самсона, но я и не подумала оборачиваться.
Вот еще. Все разворотили, а я им должна помогать? Нет. Пусть в следующий раз подумают, перед тем как в драки ввязываться.
Глава 2
В главном зале уже собрались почти все студенты. Случалось, такое нечасто, так что я порадовалась, что форма нашей академии серого-синего цвета. Будь она яркой, в газах бы рябило от ходивших туда-сюда студентов.
В какой именно момент в зал скользнули Деймон и Самсон, я не разглядела – отвлеклась на приветственную речь поднявшегося на сцену ректора. Вот я смотрю вперед, а вот, оттесняя от меня толпу, с двух сторон уже стоят оба парня.
– Ну как, воспользовалась моментом и успела осознать, что я был прав, и на самом деле ты хочешь самоутвердиться, а не оценки хорошие получать? – раздался бархатистый голос иллюзорника над ухом, из-за чего я пропустила начало приветственной речи.
В зале раздались радостные восклики, а я даже не поняла их причину.
Рассерженно повернувшись к Деймону, я шепнула.
– Осознала, что ты хуже репья!
– Но репья, делающего стоящие предложения, Катарина, – хмыкнул он ровно в момент, когда ректор вновь что-то принялся произносить.
И вновь за его словами я прослушала все.
– Деймон, будь добр, приставай со своими стоящими предложениями к другим!
– Поздно, – на мою талию наглым образом легла рука, а его губы почти коснулись моего уха, шепнув, – я уже выбрал тебя, Катарина.
Буквально рыкнув, я первым делом стряхнула наглую руку. Вторым, закрыла глаза и досчитала до трех. Потом до пяти. Потом снова до трех. Спокойствие все никак не приходило. Может, виной тому был Деймон, с интересом наблюдавший за мной.
– Пытаешься справиться со свалившимся на тебя счастьем? – наконец не выдержал он моего молчания, а я чуть не выпустила из носа гневные струи пара, как какой-нибудь дракон.
Вот что у этого парня за суперспособность сводить меня с ума!
– Ты мешаешь. Уйди, пожалуйста, – процедила сквозь сжатые зубы, решив ни за что не отрывать взгляда от ректора.
Может, хоть в конце речи что-то услышу?
– Такая умненькая, а такая глупенькая… – снова раздался смешок над моим ухом. – Не тех ты слушаешь, Катарина. Если тебя что-то интересует – просто спроси, я сам все расскажу. Наш многоуважаемый ректор всего-то и сообщает всем, что скоро начнется межакадемический турнир, куда допустят только лучшую пару от каждого факультета. Как раз нас с тобой. А значит, через неделю вся академия будет сходить с ума, желая добиться победы в отборочных играх. Ничего нового. Все тоже, что и каждый год. Силу я твою видел, так что могу с уверенностью сообщить, что никаких проблем у нас тобой…
Не выдержав его уверенной болтовни, я крутанулась на каблуках и, резко подняв руку, схватила Деймона за галстук, потянув вниз. Рядом раздался придушенный смешок от Самсона. Лишнее внимание мне было не нужно, так что пришлось второй рукой быстренько соорудить отвлекающую иллюзию. Зафиксировав ее, я накрыла ладонью губы Деймона, не давая ему опять заговорить.
– Нет, – медленно и четко проговорила я, глядя в практически черные глаза. – Я сказала «нет». Даже если небо начнет падать, я не стану участвовать в турнире. И уж тем более я не стану участвовать в паре с тобой. Моргни, если понял.
Я выждала почти минуту, но этот вредный иллюзорник даже не подумал моргать.
Раздраженно выдохнув, я отпустила его галстук, убрала ладонь и… И это в точности совпало с моментом, когда ректор закончил свою речь.
Вновь аплодисменты студентов оглушили меня и, чтобы не выделяться, я вместе с остальными принялась хлопать, не забыв убрать созданную иллюзию.
Студенты потянулись к выходу, и я поспешила затеряться в толпе. Я была уверена, что уже скрылась с глаз парней, была уверена, что мое колдовство осталось незамеченным, как вдруг почувствовала на себе чужой изучающий взгляд. Такой, будто меня всю взвесили, обмерили… да практически разобрали под микроскопом.
Но удивленно остановившись и принявшись озираться, я сбила прицел чужого внимания. Только спустя почти минуту поисков я заметила странную фигуру, мелькнувшую в толпе. Почему странную? Так кто ходит на собрания, пряча лицо под объемным капюшоном?! На пару мгновений любопытство овладело мной. Я почти уже собралась пойти против потока студентов и догнать этого неизвестного, как меня неожиданно окликнули.
– Эй, Кросс? Катарина Кросс? – позвали меня.
От входа в зал мне махал рукой сутулый светловолосый парнишка, что обычно разносил почту в академии.
– Гант? – я поспешила к нему навстречу. – Мне пришло письмо?
– Нет, приехал твой дядя. Просил найти тебя и привезти к воротам. Он даже за срочность заплатил серебрушку, так что ты поспеши, ладно?
Парнишка улыбнулся щербатой улыбкой, я же, наоборот, нахмурилась.
Что могло привести моего дядю в академию посреди недели, да еще и без предупреждения? От нехорошего предчувствия взмокли ладони, но строить догадки было некогда. Дядя не из тех, кто любит ждать. Не стоило испытывать его терпение.
– Ты заставила себя ждать, – произнес дядя Клаус, стоило мне занять место в экипаже.
В голосе его не было и капли теплоты. Лишь досада. И причина этого стала ясна сразу же.
Внутри кареты дядя оказался не один, а со своим старинным другом, привычно прятавшимся в тени. Блеснули круглые линзы очков. Чуть подавшись вперед, Август ненадолго вынырнул из тени, чтобы мне улыбнуться и придирчивым взглядом окинуть мою академическую форму. Особое внимание он уделил юбке, что едва прикрывала колени.
Неловко поздоровавшись в ответ, я опустила руки на ноги, стремясь натянуть ткань юбки пониже, и постаралась скрыть иррациональное чувство дискомфорта, что всегда появлялось в присутствии Августа.
– Прости, дядя. Я пришла, как только ректор закончил с объявлением.
Напоминать о том, что дядя не предупредил о желании заехать, и я, соответственно, не смогла быть возле ворот вовремя – не стала. Зачем говорить очевидное? Он ведь и так об этом знал. Просто огорчился, что не получилось в очередной раз продемонстрировать перед другом покладистый характер племянницы.
– С объявлениями? – вежливо переспросил Август, вновь прячась в тень.
Пришлось пояснить, с опаской косясь в сторону дяди. Как и ожидала, лицо его, обычно благодушное, окаменело, стоило мне только начать отвечать.
– Скоро начнутся отборочные для тех, кто хочет представить наше королевство на межакадемическом турнире…
– Турнир?! Надеюсь, ты не собираешься участвовать ни в турнире, ни в отборочных, – в голосе дяди прозвучали стальные нотки. – Ты не цирковая белка, а девица с достоинством!
– Конечно, не собираюсь, – покладисто отозвалась я и, чтобы скорее перевести тему, задала самый невинный, как мне казалось, вопрос. – Скажите, а что за спешка? Куда мы едем?
За окном мелькали знакомые пейзажи: небольшой рыночек со всякими безделушками, рассчитанный в основном на вечно что-то терявших студентов, булочная, где готовили самые вкусные в городе пирожки, кофейни, парк… Все это за почти три года пребывания в академии я давно изучила. Знала каждую улочку, каждую лавку по пути к дядиному дому, в котором бывала стабильно раз в две недели. Вот только проехав по большому кольцу возле парка, карета вдруг повернула в совершенно неизвестном мне направлении.
– В главный столичный храм, Катарина. Август хочет убедиться, что ты здорова и… все еще невинна, – ответили мне равнодушно, словно речь шла о погоде.
Дядя даже не взглянул на меня, сосредоточив хмурый взгляд на окне.
Мои губы продолжали по инерции изгибаться в доброжелательной улыбке, полагающейся приличной девушке, но внутри все застыло.
– Простите, я, вероятно, ослышалась… – начала я осторожно, но дядя тут же обжег меня предупреждающим взглядом, перебивая.
– Что именно ты не услышала, Катарина? Я давно говорил, что подыскиваю тебе мужа. Я не вечен, и кто-то должен взять ответственность за твою жизнь.
– Но Август…
«Он же минимум вдвое меня старше!», – хотела сказать я, но пока еще держалась, опасаясь дяди. Может, я все не так поняла, может, у Августа есть какой-то знакомый, который и хотел узнать…
– Август – подходящий вариант, – сказал как отрезал дядя.
Я все еще пыталась удержать на лице вежливое выражение, хотя улыбка больше походила на гримасу боли.
Нет… Не может быть. Мне послышалось. Точно послышалось.
Замерла, чувствуя на себе выжидающий взгляд дядиного друга. Краем глаза я видела, как он вновь подался вперед, изучая мою реакцию, но сама я посмотреть на него не решалась. Будто, пока я не видела доказательств дядиных слов, все это еще можно было списать на слуховые галлюцинации.
– Подходящий вариант… Наверное, ты имел в виду, что Август нашел мне жениха? – снова попыталась я оправдать всю эту странную ситуацию, но дядя с шумом стукнул по стенке кареты.
– Прекрати, Катарина. Август и есть жених. И не говори глупостей про возраст. Благодаря магии, что течет в его жилах, он проживет гораздо дольше меня. У него есть самое необходимое, чего нет у глупых юнцов: опыт и понимание, чего ждать от жизни. Так что, хватит. Я все обдумал. Август – лучший вариант. Вскоре твое будущее будет устроено, Катарина, а я исполню последнее желание твоей матери и передам в руки достойному человеку.
«Достойный человек», кажется, ничуть не смутился, что невеста смотрит на него глазами, полными ужаса.
– Нет… Пожалуйста, я не хочу… – слова сорвались с губ непроизвольно, как крик боли.
Август в ответ хищно усмехнулся, а в глазах, скрываемых за тонкими стеклами очков, промелькнул недобрый огонек.
– Что значит «не хочешь»? – тягуче, словно давая мне время одуматься, уточнил дядя, и мое сердце зашлось в отчаянном ритме.
Я нечасто слышала от дяди такие интонации. Голос его будто звенел от скрытой угрозы. Пока что скрытой.
– Это значит, я не согласна выходить замуж за Августа… – практически прошептала я в ответ. – … Дядя, при всем уважении…
– О, так ты его все же испытываешь? – едко уточнил он.
Дядя был выше меня на две головы, и сейчас, желая надавить, он подался вперед. Я же вжалась спиной в кресло. Неприятный запах желудочной болезни, которой страдал дядя, вырывался из его рта вместе с дыханием, окутывая меня.
Внутри у меня все свело так, будто кто-то сжал все содержимое моего живота в кулак.
Слова давались с трудом, но я не могла молчать. Только не в этом вопросе.
– Я… Конечно, я испытываю уважение, дядя… Но я не хочу замуж. Не могу. Не пойду. Прости…
Лицо его побледнело. Сжав зубы так, словно из последних сил пытал сдержаться, дядя рыкнул.
– Этому тебя научили в академии, да, Катарина? Перечить опекуну? Думаешь, вопрос состоит в том, хочешь ты или нет?! Да ты хоть знаешь, что…
– Подожди, Клаус, – вмешался вдруг Август, положив руку на плечо другу. – Может, у девочки есть причины отказаться и это не блажь.
Под тут же сощурившимся взглядом дяди я быстро закивала.
– Вот видишь, – улыбнулся Август и ободряюще похлопал меня по руке, ненадолго задержав свою ладонь над моей коленкой.
Я могла поклясться, что он не случайно коснулся тонкой ткани моей юбки, но… Но что я могла сейчас сказать? Попросить дядю заступиться? При том, что дядя же мне Августа в мужья пророчил? Смешно…
Тугой узел, скручивающий мой живот, сжался сильнее.
– Говори, Кэти, – мягко проговорил Август.