- -
- 100%
- +
Платье оказалось очень тяжелым даже с малым количеством украшений. Зенина в какой-то момент засомневалась, что сможет в нем ходить. Девушка никогда не носила таких тяжелых нарядов. В Алтин даже суровой зимой предпочитали легкие, но теплые одеяния. Здесь же летняя одежда казалась грубой, неприятной для нежной кожи, неподъемной. Вышивка ужасно кололась о горло, от чего постоянно хотелось чесаться. Подол тянул вниз, будто вынуждал склониться перед кем-то.
Зенина ойкнула, когда на голову водрузили головной убор. Огромный, каплевидной формы. Он давил, словно камень, и еле держался. А ведь с него сняли не менее пары десятков белоснежных камней.
– Как называется это? – принцесса указала на голову.
– Кокошник.
«Кокошник» – повторила про себя Зенина и хихикнула. Какое странное и смешное слово. Затем посмотрела на Марусю. Она была в похожем головном уборе, но меньшего размера и гораздо скромнее.
– Почему только мы с тобой носить кокошник? – принцессу вдруг стало снедать любопытство.
– Я замужем, Ваше Высочество, – ответила Маруся, расправляя складки на рукавах. – А остальные еще нет. Хотя не все следуют этому правилу. Простые люди чаще просто платок повязывают, но некоторые, особенно те, что постарше, или вдовы, вовсе не покрывают голову.
Волосы заплели в две тугие косы и уложили по кругу головы. Корни волос неприятно заныли. Такая прическа тоже была непривычной. Вообще все было не таким как в Алтин. Будто бы каждая вещь намекала, что к предыдущей жизни уже не вернуться. Зенина закусила губу, чтобы не заплакать.
Когда приготовления были завершены, принцесса ощупала голову и кокошник, осмотрела платье, чуть повертелась. Стоило немного попривыкнуть и наряд уже не казался столь ужасным.
– Все готово, Ваше Высочество.
– Все вышло лучше, чем я ожидать. Благодарю. Вы свободны, – Зенина похвалила служанок и указала на Марусю, – кроме тебя.
– Ваше Высочество, не велите казнить! – Девушка бросилась на пол, пока другие спешно удалялись из покоев, не желая попасть под горячую руку.
Принцесса молча обошла почти рыдающую девицу и заглянула в шкатулку, куда сложили все драгоценности с платья. Она вытащила пять крупных жемчужин и протянула Марусе:
– Благодарю за работу. Раздай по одной твоим помощницам.
Девушка распахнула глаза от удивления. Глаза блестели от застывших слез. Девушка растерянно моргнула, отчего несколько крупных капель скатились по щекам. Недоумевающий взгляд быстро сменился на недоверие и страх. Маруся отпрянула, словно от огня:
– Я не могу, Ваше Высочество, если кто-то узнает…
– Тогда вы привести этого человека ко мне. Я скажу, что дать вам. – Спокойно пояснила Зенина. – Бери и позови кого-то, кто проводить меня.
– Благодарю… Благодарю, Ваше Высочество. Вы очень щедры. Благодарю вас!
Маруся дрожащими руками приняла украшения и прижала к груди. Почти не разгибаясь из бесконечных поклонов, она покинула покои.
Зенина лишь проводила ее пристальным взглядом. В своем дворце она пару раз проворачивала подобное с новыми служанками или со стражниками. Выполнит Маруся приказ или же все заберет себе? Если поступит нечестно, то ей это обязательно аукнется.
Пока служанки отлучились, Зенина мельком проверила свой сундук, но пропавших вещей не обнаружила, потом заглянула под подушку и вытащила из-под нее волшебное блюдце. Бронзовая потертая посуда едва поблескивала в тусклом свете утреннего солнца. Пальцы девушки задрожали, когда она прикоснулась холодной поверхности.
– Сквозь Явь и…
В коридоре послышались шаги. Карман принцесса нащупать не успела, лишь закинула зачарованный предмет обратно в укромное место. Нервный взгляд метнулся к выходу из покоев, но принцесса быстро взяла себя в руки.
В дверь постучали.
– Ваше Высочество, мы пришли по вашему приказу сопроводить вас!
Дверь отворилась и в покои вплыли две молоденькие незнакомые девушки и два стражника. Взгляды дружинников, как они назывались здесь, были серьезными, их обмундирование блестело на свету. Приказ выполнили слишком быстро. А ведь Зенина так хотела посмотреть, где Али и Дарен.
– Приветствуем вас, Ваше Высочество, – сказал один из дружинников, и все вошедшие поклонились.
Принцесса то и дело замечала на себе заинтересованные взгляды мужчин. Их можно было понять, все же она чужестранка. Ее внешность отличалась от местных. Смуглая кожа, длинные черные волосы – слишком непривычно для жителей Старгородского княжества.
– Я буду гневаться, если вы заходить без разрешения еще раз! – громко произнесла Зенина.
В Алтин никто не позволял себе такого. В Старгородском же княжестве Зенина все острее понимала, что она лишь вещь, разменная монета, которую нужно в назначенное время красиво одеть и привести куда-то. Всем как будто было плевать на правила и чувства девушки. Мысль о побеге все больше казалась правильной.
– Игорь Владимирович приказал мне сопровождать принцессу. – Стражники даже ответить ничего не успели, когда послышался голос из-за двери. В проеме показался Бодя в обмундировании дружинника. Порог мужчина не пересек.
Он глубоко поклонился со словами:
– Приветствую вас, Ваше Высочество.
Вот хитрец! Услышал, как Зенина ругается, и решил состроить из себя послушного человека, коим не являлся совсем.
– Но у нас приказ князя. – Один из дружинников недовольно уставился на новичка.
– Приказ изменился. Игорь Владимирович велел передать, что княжич Олег передумал.
Дружинники недоверчиво переглянулись.
– Я знать его, – Зенина гордо подняла голову. – Вы можете быть свободны.
– Как прикажете. – Дружинники переглянулись и удалились.
– Вы тоже свободны. – Бодя жестом указал служанкам на дверь.
– Негоже принцессе среди мужчин одной разгуливать, – отозвалась одна из них.
– Подождите за дверью, мне нужно кое-что обсудить. Или вы не доверять дружине князя? – спросила Зенина.
Девушка возражать не стали. Поклонились и быстро вышли.
– Свиристель. – Бодя прошмыгнул в покои и закрыл дверь. – Хотя ведьма мертва и больше нет нужды в этом слове.
Где-то в глубине души у Зенины будто немного облегчился груз. Дарен сказал, что ведьмы больше нет. Теперь и Бодя подтвердил это. Но расслабляться рано. До ночи, до встречи с Али, до тех пор, пока они не окажутся далеко-далеко, груз внутри не спадет окончательно.
– Нет. Есть нужда. – Сказала Зенина, вытащила блюдце и принялась искать карман, куда можно было бы его положить. Оставлять в покоях точно нельзя. Вдруг украдут или сломают. Но потайного места на одежде не оказалось.
– Как скажете, принцесса. – Ухмыльнулся мужчина. От его покорности не осталось и капли. Он с любопытством уставился на посудину, которую девушка достала из-под подушки. – А что у вас за вещица такая? Дорогая поди? Хотя выглядит так себе.
Бодя подошел вплотную, нагнулся, пытаясь поближе рассмотреть волшебную вещь. Зенина тут же спрятала блюдце за спину.
– Не твой дело! Держи свои руки не здесь!
– А где мне можно их держать? – неприятная улыбка растянулась на его лице, глаза прищурились. – Может здесь?
Неожиданно Бодя схватил Зенину за талию и прижал к себе.
– Не прикасаться ко мне! – принцесса с размаху огрела блюдцем мужчину по голове. Раздался глухой звон. Нахал отшатнулся, потирая ушибленное место. – Если сделать так еще раз, то я приказать казнить тебя!
– Понял! – Бодя поднял руки вверх. – Больше не буду, не гневайтесь.
– Принцесса, с вами все в порядке? – в дверь постучала одна из служанок, которую выпроводили за дверь.
– Да, я уже выхожу! – Крикнула Зенина и пробуравила Бодю недовольным взглядом.
Почему именно такому человеку вдруг стали доверять Дарен и Игорь? Он совершенно не казался надежным. Скорее неприятным, ушлым, хитрым и совершенно невоспитанным. Темница по нему плачет. Зенина крепче сжала волшебный предмет. Она чувствовала, что стоит чуть расслабиться и его умыкнут чьи-то ловкие руки.
Светлые глаза мужчины снова прищурились. Зенина вся подобралась, ожидая новую выходку.
– В таких сарафанах нет карманов, можете не искать. – Просто проговорил дружинник.
Принцесса расстроенно опустила взгляд. Что же делать? Столь ценную вещицу она не готова доверить никому.
– Вот, повяжите это на талию. – Бодя взял со стола и протянул небольшой мешочек с несколькими длинными веревочками. На него Зенина не обратила внимания ранее. Наверное, служанки принесли вместе с сарафаном. Он даже расшит был также. – Это называется лакомник, если память меня не подводит.
Зенина не без помощи Боди повязала красивый тряпичный мешочек, украшенный жемчугом, и положила в него блюдце. Оно вошло как литое. Как же заморочено все у местных девиц!
– Благодарю. – Проговорила принцесса.
– Нужно идти. Нельзя заставлять княжича Олега долго ждать. – Бодя открыл дверь и приглашающе взмахнул рукой.
Зенина шла по коридорам, а за ней семенили две служанки. Бодя шел впереди, показывая дорогу. Шаги разносились гулким эхом. Дворец днем казался совсем иным. Сейчас сквозь небольшие оконца с резными ставнями сочился солнечный свет. Он ложился на пол причудливыми тенями, будто паутина. Тени дрожали, словно живые. Чем больше она петляла, тем больше становилось не по себе.
Идти было тяжко: длинный подол мешал, путался в ногах. Иногда девушка почти спотыкалась о ковровые дорожки. Может все вокруг предупреждало ее, что не нужно идти к Олегу? Пытались остановить? Но Зенина, сжав зубы, терпела. Все это закончится этой ночью. Каждый шаг сопровождался цепким взглядом – запоминала, где что стоит, где поворот, где скрипят ступени, где стоят дружинники. Дворец внутри оказался гораздо больше, а из окон коридора принцесса увидела, что за зданием пролегала небольшая дворцовая площадь. Надо непременно запомнить путь для побега.
Служанки дворца тут же скрывались из виду, стоило им встретиться с Зениной, либо протискивались мимо, склоня голову и рассыпаясь извинениям.
Коридоры были тесные. Будто специально задуманы так, чтоб по ним было тяжело прокрасться незамеченной. Потолки высокие, украшенные толстыми, грубыми балками, изрезанными замысловатой резьбой: звери, листья, рыбы, которые будто следят с высоты. В Алтин такого не было – там во дворце было светло и просторно, все будто тянулось к небу и олицетворяло его.
Стены были сложены из ровных бревен. От дерева исходил стойкий, теплый запах леса. Иногда казалось, будто находишься не в доме, а в чаще. Местами на стенах висели плотные ткани с гербом Заречинска, как заключила девушка. На нем изображалась река, а над ней – скрещенные рыбы.
Когда они подошли к лестнице, принцесса нагнала Бодю и тихонько спросила:
– Ты не знать, куда ушел Дарен?
– Он не сказал. Но попросил поднатаскать тебя в изучении языка и помочь обжиться. – Так же тихо ответил дружинник.
Зенина подозрительно уставилась на него. Ага, значит все-таки эти двое уже общались. Не вчера ли ночью? Знает ли Бодя, почему Дарен выжил после удара мечом? И знает ли, что с ним случилось у Древа Жизни?
Зенина хотела бы расспросить об этом, но прикусила язык. Эти знания ей ни к чему, ведь она все равно собирается сбежать.
Они спустились по широкой деревянной лестнице. Внизу оказались просторные сени – прохладные, полутемные, с резными скамьями вдоль стен, с расшитыми белыми тканями на них и окнах. По деревянному полу от входа до двустворчатых дверей напротив тянулась протертая ковровая дорожка. Сразу становилось понятно, куда чаще всего захаживают во дворце.
В центре сеней горело пламя в чаше. Дым от нее поднимался тонкой струей, вился к потолку и растворялся под сводом, украшенным изображениями бурого медведя и рыбы. В помещении тянуло какими-то сушеными травами и пряной едой.
Бодя проводил принцессу до двустворчатых дверей. Они были почти вдвое выше мужчины, уходили под самый потолок. Изготовлены из черного дуба, украшены тонкой, глубокой резьбой: по гладкой поверхности тянулись ветви деревьев, сцены охоты. Ручки в виде ветвей переплетались кольцами.
– За ними тронный зал, – пояснил дружинник. – Здесь проводятся важные встречи, пиры. Сейчас там только император Алтин, но вскоре прибудет и княжич Олег.
– Почему его звать то князь, то княжич? – вдруг задалась вопросом Зенина.
– Княжич он, – тихонько, но с усмешкой бросил Бодя, чтобы служанки не услышали, – никакой не князь, пока не коронуют. А перстня нет, чтобы на трон сесть. У кого перстень, тот и князь. Сейчас все его дружинники и слуги везде рыщут в поисках. Но как по мне – это словно иголку в стоге сена искать.
Зенина подивилась. Почему править можно только с перстнем? Разве он добавляет способностей или ума?
– Вижу замешательство на вашем лице, принцесса, – с усмешкой произнес Бодя. – Об этом все в Старграде знают, от мала до велика. Как-нибудь спросите меня или служанок – расскажут. – И он трижды постучал в дверь и громко объявил: – Пришла принцесса Зенина!
– Заходи, – тут же раздался родной голос.
Девушку пропустили в комнату и плотно прикрыли за ней дверь. Служанки остались снаружи. Зал оказался просторнее в сравнении с другими комнатами. Потолок здесь был значительно выше и подпирали его восемь резных деревянных колонн, которые Зенина не смогла бы обхватить в одиночку. Вдоль стен стояли столы и лавочки. На них кто-то водрузил горы блюдец, посуды в виде птиц. Видать, дворец уже потихоньку готовили к пиру.
Девушка перевела взгляд. Император восседал в одиночестве. На нем были красно-золотые одежды, сотканные из плотной, но легкой ткани. Вышивка оплетала рукава узором, напоминающим волны, а на груди сверкал круглый нагрудник с изображением орла. Мужчина сидел на стуле, высокая спинка которого была вырезана из цельного куска дерева и украшена затейливой резьбой: там извивались змеи, переплетались ветви, а на вершине – лик какого-то человека, наверное, бога. В углублениях по углам сверкали синие, зеленые, красные драгоценные камни.
Слева от него возвышался огромный княжеский трон, выточенный из такого же дерева, как и двустворчатые двери. Он казался менее вычурным, но не менее властным: подлокотники были сделаны в виде массивных когтистых медвежьих лап. Спинка трона уходила ввысь, завершаясь рогами оленя. На дереве можно было разглядеть выжженные узоры. Трон был покрыт кабаньими шкурами, видать, как символ амулета, который носит Олег и его приближенные.
– Приветствую вас, отец, – девушка присела в легком поклоне, а через мгновение уже кинулась к мужчине. Кокошник почти слетел, а подол под ногами запутался. Мужчина поднялся и ловко подхватил Зенину, не давая упасть. Принцесса обвила такие родные плечи, вдохнула знакомый запах.
– Дитя, я и не узнал тебя! Так непривычно видеть такой. – Император отстранился и с любопытством взглянул на дочь. – А ну-ка, покрутись!
Зенина повертелась в разные стороны, прямо как в детстве, когда ей дарили одежду с украшениями. Но радость длилась недолго.
– Я чувствую себя чужой в этих одеяниях. – Девушка повернулась к отцу, прижалась к его груди и поникла. – Они тяжелые, грубые. Совсем не в моем вкусе.
Он провел своей теплой ладонью по косам принцессы:
– Я согласен, но ты все равно красива, Зенина. Прямо как твоя мать. – Отец часто вспоминал о ней с беспредельной любовью. Но в его словах неизменно сквозила и боль.
– Не верю, что буду счастлива с Олегом. Он ужасен и любит другую. – Зенина потупила взгляд. – Не сыскать мне с ним счастья, какое ты испытал с матушкой.
Отец с грустью посмотрел на дочь. Зенина знала, что он понимает ее чувства, но не может ничего поделать. Принцесса почти не пропускала важных собраний и была в курсе обо всех переменах в стране. Алтин нужен сильный союзник. И нужен приемник.
– Правители творят судьбу страны, но не выбирают свою собственную, дочь моя. Как бы больно ни было, нужно смотреть в будущее с надеждой. Приемник, которого ты родишь, не только свяжет наши государства сильными узами, но и продолжит правление в Алтин. Как жаль, что твоя матушка с братцем не выжили. Возможно, все сложилось бы иначе.
– Я помню про условия договора. – Зенина сжала руку отца. – Мой первый сын уедет в Алтин, а я останусь тут… – и едва прошептала, - до конца своих дней.
Слезы боли и обиды подступили к глазам. Почему так все несправедливо? Почему наследовать должен только мужчина? Она тоже может править. Но вместо изменения законов отправили в страну через море на женитьбу с ужасным человеком. Да, так империя получала свои выгоды и возможность обезопасить границы, но принцесса не могла представить рядом с собой княжича.
Нет, не время лить слезы. Она сегодня сбежит с Али и будет жить счастливо.
– Тебе нужно лучше узнать Олега. Я уверен, что со временем ты полюбишь его не меньше, чем я – твою матушку. Не зря же многие из Совета княжества на его стороне. Поддержку не сыскать на пустом месте. – Отец снова погладил Зенину по голове, едва не уронив кокошник.
В этот момент двери распахнулись. На пороге появился нареченный принцессы. В дорогих одеждах, тугих кожаных сапогах, на голове корона. На груди покоился амулет в форме кабаньей головы. Мужчина гордо прошел мимо к княжескому трону и водрузил на него свое тело. Среди вошедших с ним слуг Зенина заметила Любаву.
– Вот и княжич Олег пожаловал. – Император улыбнулся и встал, так и не дождавшись приветствий. – Рад приветствовать вас. Мне крайне печально было слышать, что ваш отец, князь Светозар, покинул нас. Он был для меня хорошим другом. Надеюсь, его душа обрела покой.
Видать, отец сам еще не общался с Олегом, оттого не понимает чувств Зенины.
Император махнул рукой. Принцесса заметила, как откуда-то из-за деревянных колонн скользнула тень. Девушка осмотрелась. Сколько же здесь личной охраны ее отца?
К правителю быстро подбежал один из слуг Алтин в неприметных темных тканях, покрывающей все тело от пят до головы, и в поклоне преподнес драгоценную шкатулку на красном шелке. Император поднялся, кивком головы велел принцессе следовать за ним, и подошел к трону, где вручил подарок Олегу. Принцесса узнала шкатулку. Они с отцом вместе выбирали ее. Тогда девушка еще была полна надежд на счастливое будущее в чужой стране. Грезила о том, как тепло ее примут. А что в итоге? Она даже доехать до дворца не успела, как всех ее сопровождающих убили. Толком не оплакала их. И никому в Старграде даже дела нет до этого. А суженый оказался примерзким.
Олег с любопытством осмотрел шкатулку, открыл, перебрал ее содержимое.
– Благодарю за подарок. Поставьте на стол. Я сам его потом заберу. – Олег улыбнулся императору, а затем Зенине, но от принцессы не ускользнуло презрение в его взгляде.
Император вернулся на свое место:
– Подайте стул для принцессы, – громко сказал он и продолжил. – Расскажите, что же нам сегодня предстоит в первый день свадебного обряда?
Зенина неспешно шла рука об руку с Олегом и думала лишь о том, как сильно хочет оказаться за сотни морей от него. Не прошли они и нескольких улиц, как княжич начал тяжело дышать, прихрамывать на правую ногу, весь покрылся испариной и раскраснелся. В дополнение к прочему, от него стало пуще прежнего разить потом. Еще в Старграде принцесса мельком слышала истории о силе Олега как воина, но не могла представить, чтобы этот человек был способен удерживать меч и щит в руках. Силенок точно не хватит.
Зенина отвернулась, изо всех сил стараясь держать лицо и не показывать своего отвращения. Чтобы отвлечься, решила рассмотреть город. Когда она впервые ехала по Заречинску, он показался ей совсем небольшим. Но стоило пройтись лишь по нескольким улицам, как все оказалось гораздо масштабнее. Красивые здания в один-два этажа были украшены искусной резьбой. Конечно, все выглядело гораздо скромнее по сравнению со Старградом, но не менее красиво. Мастера по дереву все же знают свою работу в этом княжестве. Каждый дом как отдельное произведение искусства.
Позади нее шел император, окруженный Алтинскими воинами. Среди них были Али и Эразм. Впереди бежал глашатай, громко объявлял, что князь идет со своей будущей княгиней известить народ о скорой свадьбе. Ему подыгрывали те самые музыканты, которых так хотела послушать Любава. Да вот только они брынчали и оглушали Зенину, пока полюбовница Олега рыдала где-то в своих покоях, что не на ней женятся. Люд сразу же вываливался на улицу. Жители Заречинска толкались, кланялись, протягивали руки для получения даров.
Зенина старалась не меняться в лице, но была поражена до глубины души. В Алтин при подобных церемониях жители города восхваляли императорскую семью, благодарили за правление и сами преподносили подарки по своим возможностям: кто-то золотые чаши, а кто-то просто цветы, из которых принцесса с удовольствием плела венки и дарила людям. И даже не смотря на беды в последние годы, предательства некоторых вассалов и обнищание населения, люди выражали свою любовь. Сейчас же до принцессы доносилось только: «Подайте!», «Одарите!»; куда ни взгляни – натянутые лживые улыбки, а ведь эти люди точно не были в нужде. Хорошие дома, дорогие одежды и украшения так и пестрели разными цветами.
Дорога змеей тянулась среди плотно стоящих друг к другу домов. Зенина незаметно подергивала плечами. Они затекли из-за тяжести одеяния. Оно грузом давило к земле, будто желало заставить принцессу преклонить колени. Олег и вовсе шумно дышал, кашлял, вытирал багровое лицо рукавом. Ему явно приходилось тяжелее. Случись беда, кто поведет войско в бой? Сложно представить этого жирного хряка на коне. Зенина едва заметно улыбнулась и тут же одернула себя. Не ей ли вскоре выходить замуж за этого самого хряка? Не ей ли предстоит возлечь под него?
Постепенно резьба на домах стала проще, а людей на улице – больше. Только по заинтересованным взглядам можно было понять, что не часто им удается лицезреть кого-то из княжеской семьи. Вокруг принялись кружить и громко смеяться дети. Дружина плотнее обступила будущих правителей со всех сторон.
– Не вздумай разбрасываться монетами. – Процедил Олег на ухо Зенине. Принцесса чуть было не задохнулась от его дыхания, но вида не подала. Мужчина вручил ей крохотный мешочек с монетами. – Это тебе до конца нашего шествия. Коль не обычай, я бы ни гроша им не дал. Нахлебники проклятые.
Олег поморщился. Девушка лишь удивленно посмотрела на еще некоронованного князя. Любитель много поесть, нарядиться в дорогие одежды, а сам не готов ничего делать для народа. Вот так будущий правитель… Неужели он не понимает, что эти люди его и кормят? Зенина слышала, что он до этого управлял Новиградом. Страшно представить, что творится теперь там. Нищие голодают, богатые с жиру бесятся? И тут принцесса задумалась. Вдруг в княжестве все люди такие жадные, поэтому даже богачи ранее выпрашивали подачки?
На улицу выходило все больше горожан. Олег снова поморщился, достал медную монету из мешочка и бросил в сторону. Люди тут же бросились к ней, как птицы к хлебу. Чуть до драки не дошло.
Принцесса сжала мешочек. Как же это отвратительно. Они словно голодных собак вышли покормить. Неужели это началось при прошлом князе? Но от взгляда девушки не ускользнуло и то, что некоторые горожане стояли в стороне и недовольно смотрели на происходящее. Они либо не нуждались в деньгах, либо не желали их брать. Один из мужчин даже сплюнул и зашел внутрь небольшого дома.
Зенине совершенно не хотелось в этом участвовать. Она оглянулась и посмотрела на отца, но тот лишь покачал головой. Они гости в этой стране и не могут повлиять на обычаи.
У дороги принцесса заметила сгорбленную старушку, невидящим взором блуждающую по улице. Зенина высвободила руку и подошла к пожилой женщине. Та вздрогнула и попятилась, заслышав чужие шаги. Принцесса аккуратно взяла морщинистую руку и вложила в нее десяток медных монет. Хотелось дать более ценные, но таковых не оказалось. Лицо женщины вытянулось, когда она нащупала пальцами содержимое.
– Пусть боги уберегут тебя, дитя. Я буду молиться за тебя. – Проскрежетала старуха.
Стоило Зенине встать рядом с Олегом, как толстые пальцы вонзились ей в плечо.
– Я сказал тебе не разбрасываться деньгами, а ты столько за раз отдала! – Прорычал он.
– Я сделала так, как сочла нужным.
– Ты здесь ничего не решаешь. – Процедил Олег, но затем тихо добавил. – Прекрати привлекать лишнее внимание и улыбайся. Твой отец смотрит.
Принцесса хотела было ответить, как вдруг заметила Траяна в конце улицы. На нем был другой плащ, но от Зенины не укрылось, что подол его одеяний грязен. Даже показалось, что то тут, то там расплылись багровые пятна. Всю уверенность как ветром сдуло. Что будет, если он узнает, что она не ведьма, а настоящая принцесса? Или уже знает? Что с Дареном? Неужели он все-таки погиб, раз Траян жив?
Колдун выглядел уставшим и злым.