Арлин Моторс

— Форсунку заменить? — спросил рыжий механик, который, кажется, уже успел забыть, что его зовут не иначе как «эй, ты».

— Нет, — Арлин покачала головой. — Форсунка в порядке. Проблема в проводке или в блоке управления. Кевин, можешь проверить цепь?

— Уже, — он улыбнулся, и впервые его улыбка не была натянутой. — Сопротивление в норме. Значит, блок. Я закажу новый, но это неделя.

— Неделя — это много, — Арлин задумалась. — А старый перепрошить можно?

— Можно, но…

— Но ты не уверен в прошивке, — закончила она. — Ладно. Делай, как считаешь нужным. Я доверяю.

Кевин поднял голову. Посмотрел на неё долгим взглядом.

— Вы правда доверяете?

— Я правда не разбираюсь в прошивках, — честно ответила Арлин. — А ты разбираешься. Значит, это твоя зона ответственности. Моя — железо. Твоя — мозги. Если мы будем мешать друг другу, ничего не получится. Если будем работать вместе — через три недели этот болид полетит так, что у конкурентов отвиснут челюсти.

Она протянула руку. На этот раз — не для рукопожатия, а для планшета.

— Показывай, что там ещё у тебя есть по телеметрии. Я хочу посмотреть работу подвески на третьем повороте. Дейв говорил, что у вас там была проблема?

— Да, — Кевин снова ожил, пальцы забегали по экрану. — Вот, смотрите. На входе в поворот машина перекладывается слишком медленно, а на выходе…

— На выходе она плывет, — подхватила Арлин. — Я видела. Это геометрия передней оси. Мы её пересчитаем. Макс, ты слышишь?

— Слышу, — прогудел Макс, не поднимая головы от двигателя. — Я уже снял старые сайлентблоки. Они резиновые, дубовые. Надо полиуретан.

— Закажем, — кивнула Арлин. — Кевин, у тебя есть связи с поставщиками?

— Есть, — он уже открывал на планшете каталог. — Какой нужен?

— Жесткость на сдвиг — сто двадцать, на сжатие — двести пятьдесят, — Арлин назвала цифры так же легко, как другие называют свой возраст. Кевин записал.

— Сделаю.

Они работали. Впервые без напряжения, без разделения на «своих» и «чужих». Просто люди, которые умели делать разное, но хотели одного: чтобы машина под номером двадцать три снова стала быстрой.

Макс и Дейв, закончив с двигателем, переключились на подвеску. Рыжий механик, которого звали Том, уже не ждал указаний — он сам подходил, спрашивал, предлагал. Двое других, Стив и Майк, разбирали тормозную систему под пристальным взглядом Дейва, который комментировал каждый снятый узел:

— Тормозные диски, пацаны, это не просто железки. Это ваша жизнь. Если пилот нажал на педаль, а машина не остановилась — это не пилот дурак. Это вы дураки. Потому что вы не проверили. Каждую трещинку, каждую царапину, каждый миллиметр износа. Поняли?

— Поняли, — ответили Стив и Майк хором, как первоклассники.

Арлин, услышав это, улыбнулась. Не заметно для других, уголком губ. Дейв всё ещё мог учить. И они всё ещё могли учиться. К середине дня двигатель был полностью разобран. Детали лежали на верстаке аккуратными рядами — Арлин любила порядок, даже в хаосе.

— Что думаешь? — спросил Макс, вытирая руки ветошью.

— Думаю, мы справимся, — ответила Арлин. — Если Кевин сделает свою часть.

— Сделаю, — раздалось у неё за спиной. Кевин стоял с новым блоком управления в руках — курьер привез его через три часа после заказа. — Я уже скопировал старые настройки. Завтра утром будет готово.

— Завтра? — Арлин подняла бровь. — Ты говорил, неделя.

— Я говорил, что новый блок — неделя, — Кевин пожал плечами. — Но нашёлся на складе. Повезло.

Арлин посмотрела на него внимательно. Повезло. В мире гонок везение — это обычно чьи-то хорошо налаженные связи. Она не стала спрашивать. Просто кивнула.

— Тогда завтра собираем. Сегодня всё, что можно, подготовим.

Она оглядела бокс. Макс уже наводил порядок на своем участке. Дейв, сидя на табурете, объяснял Тому, как правильно выбирать сайлентблоки для разных типов покрытия. Стив и Майк мыли тормозные суппорты в специальном растворе, пахнущем так, что даже привыкший ко всему нос Арлин сморщился.

— Как тут у вас? — раздался голос у входа. Арлин обернулась. Берт стоял в дверях, держа в руках большой пакет. На нем была всё та же простая футболка и джинсы, но выглядел он отдохнувшим.

— Нормально, — ответила Арлин. — Вы где пропадали?

— Дела, — уклончиво ответил Берт. — Принес поесть. Вы, наверное, с утра ничего не ели.

Он выложил из пакета контейнеры. Горячая еда — мясо, рис, овощи. Арлин почувствовала, как желудок предательски заурчал.

— Спасибо, — сказала она, беря один из контейнеров.

— Не за что, — Берт опустился на свободный стул, наблюдая, как механики — и старые, и новые — собираются вокруг импровизированного стола. — Как успехи?

— Двигатель разобрали, — доложил Макс с полным ртом. — Завтра начинаем собирать.

— Кевин перепрошивает блок, — добавила Арлин. — Если всё пойдет по плану, через три дня запускаем.

— Через три дня? — Берт поднял бровь. — Это быстро.

— Это не быстро, это нормально, — поправила Арлин. — Просто раньше вы работали не с теми людьми.

Она сказала это спокойно, без вызова. Просто констатировала факт. Кевин, который сидел рядом и ковырялся в своем салате, поднял голову, но ничего не сказал. Потому что она была права.

Берт посмотрел на Арлин. На её руки, испачканные маслом, которые всё равно держали вилку аккуратно, почти изящно. На её лицо, сосредоточенное, но спокойное. На её команду, которая уже вписалась в его бокс так, будто работала здесь всегда.

«Сделал, — подумал он. — Уговорил. Нашёл. Она здесь».

Вслух он сказал только:

— Я в вас не сомневался.

Арлин подняла глаза.

— Врёте, — сказала она, но без злости.

— Немного, — признался Берт. — Но теперь — нет.

Она хотела ответить, но в этот момент телефон Дейва заиграл бодрый марш, и старый механик, чертыхаясь, полез в карман.

— Алло? — сказал он в трубку, и вдруг его лицо изменилось. — Что? Да, она здесь. А кто это? Банк? Одну секунду.

Он протянул телефон Арлин.

— Там банк. Что-то про проценты и реструктуризацию. Говорят, всё решено, только подтвердить.

Арлин взяла трубку. Слушала. Её лицо, только что расслабленное, застыло. Потом медленно изменилось — от удивления к недоверию, от недоверия к чему-то, что было похоже на… облегчение.

— Да, — сказала она в трубку. — Да, подтверждаю. Спасибо.

Она нажала отбой, посмотрела на телефон, потом на Дейва, потом на Макса. Потом медленно перевела взгляд на Берта, который сидел с самым невинным лицом в мире, ковыряя вилкой в контейнере.

— Ты, — сказала она.

— Что я? — спросил Берт, не поднимая глаз.

— Это ты.

— Я вообще не понимаю, о чём ты.

— Берт, — голос Арлин был тихим, но в нем звучала сталь, которую он уже знал. — Посмотри на меня.

Он поднял глаза. Их взгляды встретились.

— Это ты сделал, — сказала она не вопросом, а утверждением.

— Я сделал так, чтобы мой главный механик думал о моей машине, а не о звонках из банка, — ответил он спокойно. — Это бизнес, Арлин. Не благотворительность. Я вложил в тебя деньги. Я хочу, чтобы эти деньги окупились.

Она смотрела на него долго. Так долго, что Макс и Дейв перестали жевать, а Кевин с механиками замерли, чувствуя напряжение.

— Ладно, — сказала она наконец. — Бизнес, так бизнес.

Она вернулась к еде. Но Берт заметил: её руки чуть дрожали. И когда она снова подняла глаза, в них было что-то, чего он не видел раньше.

Не благодарность. Арлин Уэст не умела благодарить. Это было что-то другое. Что-то, что делало её взгляд мягче, а губы — чуть приоткрытыми, будто она хотела что-то сказать, но не находила слов.

Берт не стал ждать. Он просто улыбнулся и сказал:

— До завтра, Арлин.

— До завтра, — ответила она.

И, кажется, впервые за долгое время, её голос прозвучал не как приказ и не как защита. Он прозвучал как обещание.

Ожившее железо

Три дня. Семьдесят два часа. Четыре тысячи триста двадцать минут. Арлин не считала. Но её тело знало.

Она спала в боксе. На старом кожаном диване, который кто-то притащил из комнаты отдыха. Спала урывками, по два-три часа, просыпаясь от того, что во сне её пальцы продолжали затягивать воображаемые гайки. Макс приносил кофе из автомата в конце коридора — чёрный, горький, который она пила не чувствуя вкуса. Дейв молча подкладывал бутерброды, которые она забывала есть. Кевин жил в своей каморке с компьютерами. Он выходил оттуда с красными глазами и трясущимися руками, пил энергетики, снова уходил. Рыжий Том, Стив и Майк работали посменно — кто-то всегда был рядом, подавал инструмент, держал, крутил, спрашивал.

Берт появлялся два раза в день. Утром — с новым пакетом еды и коротким «как дела?». Вечером — с вопросом «что нужно?». Арлин отвечала односложно, не поднимая головы. Она не была грубой — она просто была внутри. Внутри двигателя, внутри подвески, внутри тысяч мелких решений, которые нужно было принять до того, как стальной зверь откроет глаза.

Сегодня этот день настал.

— Всё, — сказала Арлин, выпрямляясь и отбрасывая ветошь. — Закрываем капот. Её голос прозвучал в тишине бокса как выстрел.

Макс, который дремал на стуле, вздрогнул. Дейв отложил свой вечный секундомер. Кевин высунулся из своей каморки, зажмуриваясь от яркого света. Том, Стив и Майк, которые втроём настраивали что-то в подвеске, замерли.

— Всё? — переспросил Макс, не веря.

— Всё, — Арлин обошла машину, проверяя, всё ли на месте. — Залито, подключено, затянуто. Можно запускать.

Она сказала это спокойно, будто речь шла о том, чтобы заварить кофе. Но Макс, который знал её двадцать лет, услышал в её голосе то, что другие не услышали бы: напряжение. Арлин никогда не показывала страха. Но он был. Всегда. Перед первым запуском.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.