Неизданные записки города N

1 ГЛАВА

Наконец-то этот огромный, нервный, неустойчивый суетливый мир разлетелся на миллиарды мелких осколков, в ее голове и замолчал.

Она облегчённо выдохнула, окинула опустевшим взглядом безлюдный пляж и с наслаждением прикурила сигарету. Все закончилось слишком быстро, выброс адреналина в крови уже постепенно стихал, руки перестали мелко трястись и панический голос внутри ее окончательно затих.

В голове было холодно, темно, тихо и пусто, казалось, кто – то выключил тумблер, льющихся бесконечной патокой, мыслей. Ее это состояние полностью устраивало. Она неспешно и расслаблено брела по остывающему, после знойного летнего дня песку, утопая в его лёгкой прохладе, ногами. Наконец чувство опустошенности и свободы накрыло ее с головой. Девушка совсем никуда не торопилась, тихо шагая по безлюдному пляжу, любуясь зеркальной морской гладью. Солнце устало сползало за горизонт, отчего небо покрывалось алым цветом.

– Совсем, как его кровь – посмотрев на горизонт, тихо прошептала она, усмехнувшись краешком красных, блестящих губ.

Ночная прохлада все ощутимее лизала колени, заставляя оголенное тело в одной белой рубашке, покрываться мелкими мурашками, но девушка совсем не замечала этого. Погруженная в созерцание безмолвной, великой красоты природы, она, казалось, застыла в этом моменте, совершенно забыв о существовании мира вокруг.

Незаметно, для самой себя, она добрела до своей машины. Покрутив в руках бутылку отравленного виски, девушка присела на капот кабриолета и уставившись в зеркало морской глади прикурила энную за вечер сигарету…

Она всегда верила, что именно море прекрасно понимает и поддерживает ее. Морю всегда можно рассказать все, что угодно, открыть и доверить ему самые темные и страшные уголки своей души. Его волны всегда залижут, даже самые глубокие и болезненные раны, помогут дышать легче и ровнее. Уже давным-давно она рассказала морю свой план, и оно поддержало ее, это придавало ей сил.

Внезапно раздавшийся звук телефона вспорол уютную тишину. Мельком взглянув на экран, она машинально ответила.

– Маргарита Алексеевна – запинаясь, проблеяла в трубку ее домработница, уже совсем поздно, мне пора идти, домочадцы совсем меня потеряли. Я Вам на завтра костюм отпарила, ужин в духовке на подогреве стоит, ванну Вам горячую подготовить? Вы скоро дома будете?? Устали наверно совсем?? Причитала в динамик телефона Вера Павловна, ее домработница.

– Конечно, ты можешь идти, семья – это важно, проглотив мерзкий ком в горле, ответила Марго, не жди меня, я только освобождаюсь со встречи, переговоры были слишком нудными и затянулись неприлично долго, ванну не нужно, я слишком устала. Отдыхай, я буду поздно, до завтра – спешно попрощалась девушка и не дождавшись новой порции причитаний от домработницы, отключила звонок.

Закончив разговор с Верой Павловной, Марго удивлённо вскинула брови и расслабленно засмеялась. Уже очень давно ее собственный голос не был таким спокойным и бархатным, на секунду ей показалось, что голос вообще не ее. Она наконец снова обретала саму себя, собирая осколки своего измотанного внутреннего мира по кусочкам и впервые за долгое время, все фрагменты пазла ее души наконец встали на свои места.

Взглянув на часы, Марго увидела на циферблате 2:43 утра.

– Уже слишком поздно и мне пора домой, но спасибо, что поддержало и выслушало меня, ты, как всегда, на моей стороне… – тихо сказала она морю.

Морская гладь отозвалась далёким криком чаек, принимая ее благодарность.

Заведя мотор красного Porshe, включив лёгкий джаз, Марго неспешно поехала на встречу своему новому дню, дню в котором больше нет и никогда не будет Кирилла…

2 ГЛАВА

Я спокоен

Я сдал оружие

Я закурил седьмую

Я проиграл свою личную

Первую

Мировую

© с просторов интернета

Всю ночь снились кошмары. В них она бегала в лабиринте и никак не могла найти выход. Крича до исступления, девушка звала на помощь, но никто, совсем никто не отзывался и не приходил. Так, набрав в грудь ещё больше воздуха, она крикнула, что было сил и резко проснулась.

Сев на кровати, ещё приходя в себя, после ужасного сна и прочищая горло, в котором начинало першить, она машинально провела рукой по соседней половине кровати, но Кирилла на ней не было. От его подушки веяло холодом, обманом и отчаяньем их рушившегося брака. Катя вдруг резко ощутила приступ тупой, ноющей боли где – то между ребрами, от этой боли захотелось выть.

– Екатерина Владимировна, возьми себя в руки, у Вас все ХОРОШО, его просто опять задержали на работе. – В очередной раз, язвительно заметила интуиция.

– Заткнись! – шикнула на нее Катя. Он молодец, он старается, он деньги в семью зарабатывает, чтобы у нас все было в лучшем виде, как мантру повторяла сама себе девушка.

– Дадада, конечно – опять буркнула интуиция.

– Все хорошо, у нас все хорошо – не прекращая бубнила себе под нос Катя, ища в ванной комнате свои антидепрессанты.

Автоматически закинув рот 3 таблетки (чтобы наверняка быстро подействовало) и запив стаканом воды, она шумно выдохнула. Возвращаясь обратно в спальню, девушка аккуратно заглянула в детскую.

Их маленький ангел, ее персональная гордость, безмятежно спал и видел волшебные сны, сотканные из детских грез. Услышав, как он сладко посапывает во сне, Катя подумала, что великие умы были правы, детство – самая прекрасная пора человечества, невесело усмехнувшись своим собственным мыслям, ей вдруг до зуда в горле захотелось выкурить сигарету.

Настенные часы показывали 2:43 ночи,

– Нет уж, мы не курим и Вам не советуем – вспомнила она рекламный слоган и ещё раз оглянувшись на дверь детской, на цыпочках пошла в свою спальню.

Нервно набрав до боли знакомые цифры, Катя прикусила губу от волнения, длинные гудки в динамике телефона лишь накаляли атмосферу. Позвонив 3 раза подряд и поняв, что трубку сегодня никто не возьмёт, она раздражённо кинула телефон на прикроватный пуф, стоящий около кровати.

– Да не паникуй ты, он просто отрубился в офисе, такое уже бывало пару раз – бодро соврала себе Екатерина. Из окна в комнату ворвался лёгкий порыв ветра, отчего Катя съёжилась и по ее спине пробежала стайка мурашек, девушку с головой погружало в состояние липкого жуткого страха, от которого крутило живот и перед глазами возникали черные мушки, но сколько она не пыталась никак не могла понять природу этого самого страха. Надвигалось что – то грандиозно мерзкое, выбивающее почву из – под ног, девушка не могла этому сопротивляться, оставалась лишь крепко зажмуриться и ждать удара, Катя ненавидела это состояние, но изменить его было выше ее сил.

– Слишком странная сегодня ночь… – проглотив комок страха, ожидая, когда наконец ее таблетки возьмут над ней верх, девушка провалилась в тревожный сон.

3 ГЛАВА

Получи, распишись и уматывай в свой закат

У меня нет ни сил, ни желания идти по следу

И не вздумай бросать виноватый и грустный взгляд

Пусть все будет красиво и ярко, как в день победы

Поезжай. Посмотрю, как расплавленный горизонт

Поглотит тебя, сделает маленькой черной точкой

Пусть из кубиков сложится меткое “поделом”

До отвала наелась и ягодок и цветочков.

Комом в горле твоём.

Поезжай, поезжай быстрей

Я- стейк с кровью, и с солью

И болью, и мелкой дрожью

И на памяти вырежу чем – нибудь поострей

Что никто

Никому

Ничего

Не должен

©Совиньон

Утро поприветствовало Гришу руганью соседей за стенкой, топотом ног девчушки – подростка, которая жила этажом выше, спертым запахом дешёвого алкоголя и пылью, что хаотично парила по всей квартире. Кое – как открыв глаза, он издал глухой стон, головная боль вспыхнула сотнями фейерверков, что разом взорвались в его черепной коробке.

– Пора заканчивать с алкоголем. Все, сегодня и больше никогда не пью – в сотый раз бодро соврала себе он, заранее зная, что после работы обязательно заскочит в алкомаркет за углом, где молодые, ушлые девочки с глубоким декольте опять разведут его на пару тысяч кровных рублей. А парень, в принципе и не был особо против. Гриша, как и продавщицы прекрасно понимали правила этой игры и обе стороны эта игра устраивала.

Окинув тоскливым взглядом свою, теперь уже, холостятскую берлогу, он матюгнулся сквозь зубы и угрюмо поплелся на поиски минералки.

– Может не так уж сильно она и ошибалась, называя меня ярым фанатиком и озабоченным следаком, помешанным на своей работе? Может действительно я не видел, что наш брак летит ко всем чертям? Может она правда устала от моего постоянно отсутствия??? Не зря же при каждой ссоре она в яростном приступе исступления называла себя вдовой, при живом муже?! Может действительно в попытках дать ей самое лучшее, я просто потерял ее?..

От этих тяжёлых мыслей, которые тянулись в хаотичном танце его воспалённого и уставшего мозга, Гришу отвлёк телефонный звонок.

– Друг, прости, что без нежностей, тут тело нашли, пригоняй сюда, адрес я тебе уже смс – кой скинул – оттарабанил в трубку его лучший друг и помощник Сашка.

– Выезжаю – обречённо протянул, уже повесившему трубку Александру Григорий.

Вот если честно, ехать на новое дело не хотелось, осматривать новый труп – не хотелось, проводить опрос свидетелей – не хотелось, видеть оторопевшие лица нашедших труп – не хотелось, вообще идти в новый день – не хотелось. Хотелось отмотать пленку жизни на 6 месяцев назад, извиняться, все объяснить, увезти в отпуск, на худой конец, просто обнять и никуда не отпускать, отдать все, что есть, принять любой ее ультиматум, может даже уволиться, лишь бы она не ушла. Лишь бы эта чертова дверь не хлопнула. Этот хлопок до сих пор стоял у него в ушах. Он кожей ощущал один простой факт, это самый страшный шум в его жизни. Казалось, что этот шум был громче ядерного взрыва. Ведь после этого чертового хлопка весь его мир рухнул, так он и остался лежать в руинах былого счастья по сей день.

Иногда, атеист Гриша, молился, чтобы и он сам развалился на куски и остался лежать вместе со своим миром, но кто – то сверху был глух к его мольбам.

Наспех умывшись ледяной водой, чтобы хоть немного прийти в себя, надев первое, что попалась под руку, схватив ключи от старенького Volvo, Григорий выбежал на улицу.

4 ГЛАВА

Снова играешь с моим сердцем

Интересно

С кого ты взял пример?

Я не люблю быть частью коллекций

Ибо я сама ещё тот коллекционер

© С просторов интернета

– Его тело обнаружила старушка собачница с утра – извиняющеся улыбаясь отчеканил Александр. Она стоит немного поодаль около машины скорой и труповозки. Мы дали ей валидол – зачем-то добавил он.

Гриша тоскливым взглядом осмотрел место преступления и бабульку. Место было живописным, отдаленный заброшенный пляж, где давно не ступала нога человека. Природа была максимально первозданна и необычайно красива в своей простоте и яркости красок. Прямо около пляжа начинался лес с огромными раскидистыми вековыми елями, в молчаливое величие их еловых лап и приятную тень посреди знойного дня жаркого июльского лета труп явно не вписывался и выглядел лишним. Чего не скажешь о бабульке, сухонькая поджарая женщина лет 70 на вид, на поводке у которой болталась побитая жизнью болонка. Собака тяжело дышала, сопела, кряхтела и явно хотела домой, а вот ее хозяйка, наоборот, от обилия новых впечатлений и событий была максимально возбуждённой. По ее лицу было видно, что события сегодняшнего утра требовалось немедленно обсудить с подружками на лавочке у подъезда. Гриша болезненно поморщился.

– Ничего, представляешь, совсем ничего – ни следов убийцы, ни отпечатков, ни следов ограбления, ни шантажа, ни наркотиков, на первый взгляд банальный сердечный приступ, задумчиво протянул медэксперт.

– Может реально просто сердечный приступ? – с надеждой протянул Саша, не хватало нам нового висяка в отделе – безрадостно протянул он.

– Не знаю, Саш, пока не знаю – задумчиво протянул Григорий.

Его взгляд задумчиво изучал тело покойного, пытаясь зацепить малейшие детали. Казалось, что сейчас, молодой человек, лежащий на песке, резко встанет, отряхнет идеальные черные брюки, поправит белоснежную рубашку, скорее всего извинится, (испытав лёгкий дискомфорт, что притянул так много внимания, к своей персоне) мягким грудным баритоном и отправится по своим делам в свою роскошную жизнь. Но нет, тело уже остыло, начали проявляться первые признаки сердечного приступа и трупное окоченение, указывая на тот факт, что Кирилл Кузнецов, ведущий дизайнер одного из крупнейших дизайнерских бюро уже умер.

О том, что это именно Кирилл и никто другой, соответствовали паспорт, водительские права, портмоне с фотографией милого мальчугана внутри и ключи от недалеко припаркованной новехонькой Панамеры.

– А он был очень красив при жизни – немного завистливо прогундосил Григорий.

Даже после смерти Кирилл был похож на Греческого бога, вышедшего со страниц старых, пыльных книг: оливковый загар, говоривший о недавнем пребывании на жарких островах, черные, как ночь волосы, модельный рост, кубики пресса, обтянутые белой вуалью плотного, добротного хлопка.

– Реально сердце ёкнуло? – спросил Гриша у медиков.

– Да, по первым признакам, да, следов борьбы и насильственной смерти не обнаружено. Конкретнее скажу, когда проведем вскрытие. Если оно конечно будет, ты же помнишь, что при отсутствии признаков борьбы или убийства, вопрос вскрытия решают только ближайшие родственники?

– Хорошо, я понял, пойду оповещу родных – вяло протянул Гриша.

Он ненавидел этот момент, когда ты чувствуешь себя маленьким черным богом. Ты говоришь родственникам, о том, что близкого им человека больше нет. Максимально отвратительное чувство. Подавив тяжёлый вздох, следователь начал набирать номер телефона жены погибшего.

5 ГЛАВА

Ты делаешь больно, как будто это пустяк

“Прости” говоришь, словно этим легко излечиться

А боль не проходит, а боль разрастается так,

Как будто бы с сердцем ты вырвал ребро и ключицу.

И мы привыкаем; я к боли, ты впаивать боль,

Легко разрушая уверенность и безмятежность

Скажи мне пожалуйста, разве способна любовь

Кромсать по живому, а сверху наклеивать пластырь?

Но ты замолкаешь и просто ведёшь на убой…

© С просторов интернета

– Ну и что теперь ты прикажешь делать????? – спрашивала пьяным голосом Катя темноту. – Тебя больше нет, но мы то остались тут, – заплетающимся языком прошептала она, полуосознанным взглядом смотря на пустую бутылку вискаря, – жаль, что не взяла две, тогда, может быть, было бы хоть немного легче, с надеждой спрашивала она ночную мглу.

Казалось, что правда, от которой она старательно бежала и которую тщательно скрывала сама от себя все годы их брака вдруг нагло выползла наружу, заставляя внимательно вглядеться в мерзкое нутро, прихватив с собой новую жизнь, к которой ни Катя, ни ее сын совершенно не были готовы. Но факты, обстоятельства, события и новая жизнь никого не спрашивали, они просто наступили и все.

– Принимай, как хочешь свою новую реальность, моя дорогая, другого выбора у тебя нет – прошептала интуиция и вдова, как бы ей не было мерзко от осознания этого факта, была с ней полностью согласна. Оставался лишь один вопрос: кремировать без вскрытия или провести процедуру вскрытия тела?

Прикуривая уже четвертую сигарету за вечер и думая обо всем этом, Катя слишком устала. Что он делал ночью один на этом заброшенном пляже? Или он был там с кем – то? Любовался закатом? Занимался сексом? Утешал друга? Что он, черт возьми, там делал??? Кирилл не говорил жене, что собирается после работы куда- то, а значит, он скрыл от нее свою поездку? Что ещё он от нее скрывал? Следов борьбы не обнаружено, следов насильственной смерти тоже, а значит он приехал туда сам, по своей воле, но зачем????? Катя измученно вздохнула, мысли носились в голове безумным вихрем, от которого становилось только хуже. Новая жизнь начавшаяся внезапно в 10 утра вторника требовала сделать выбор.

Кремировать как есть и теряться в догадках, но оставить все его секреты с ним навечно или же провести процедуру вскрытия и жить с новой правдой, которая могла принести слишком много неприятных сюрпризов и открытий вместе с собой. Катя совершенно не знала, что делать. Один вопрос, лишь догадываться и строить предположения, и успокаивать себя, что просто накрутила и никто ни в чем не виноват и у ее, теперь уже умершего мужа не было никакой темной стороны, он был прекрасным отцом ребенка, заботливым супругом и талантливым дизайнером; и совсем другое – знать этот факт наверняка. А что потом делать с этим знанием, Катя и понятия не имела, оно страшило ее, как неизведанная темнота.

В 08:00 утра ей нужно было дать ответ по вскрытию и вдова совершенно не знала, какое решение принять. Их семья была довольно известна в небольшом городке, где они жили. Новость о смерти мужа уже успела облететь местные СМИ, что не очень радовало Катю совокупно добавляя хаоса в ее итак сейчас неспокойную жизнь; а новые подробности могли создать совсем неуместную шумиху, которая однозначно окончательно выбьет ее из колеи и лишит остатков разума. Так какое же решение принять?????

6 ГЛАВА

Ты меня никогда не забудешь

Забывая в других, веселись,

А на утро, когда – нибудь в осень,

Вдруг прошепчешь “Хотя бы приснись”…

© С просторов интернета

Она не привыкла быть такой. Вроде все, как всегда, бокал прохладной минералки и стакан свежевыжатого апельсинового сока на прикроватном столике, хруст и тонкий аромат белого мускуса от свежевыстиранного постельного белья, кровать подиум, утопающая в алом шёлке, лёгкий шорох штор, от дуновения морского бриза, спальня, залитая солнечным светом, тихий бубнеж телевизора на кухне… Все такое знакомое и одновременно совершенно новое. Наверно психологи не врали, жизнь действительно разделилась на до и после него. Марго ещё не успела привыкнуть к новой себе. Это состояние было одновременно дико неизведанным и привычным. От этой полярности ощущений по коже бегали стайки мурашек. Складывалось ощущение, что она знала и не знала новую себя одновременно. Девушка сладко потянулась в кровати изучая и привыкая к новой себе. Ей казалось, что жизнь без Кирилла станет пустой, серой, безликой массой, она боялась укоров совести за свой поступок, но видимо совесть была с ней согласна и покорно молчала.

Новая Маргарита была успешна, красива, уверена в себе и абсолютно спокойна. Именно это спокойствие убаюкивало и настораживало. Это было давно забытое состояние, которое она изучала вновь.

– Тварь ли я дрожащая или право я имею – процитировала вслух великого классика Марго; видимо я имела на это право – сама себе отчиталась девушка и направилась в ванную.

– Маргарита Алексеевна, Ваше расписание на сегодня, я Вам отправила для ознакомления, жду Вас в офисе на летучке – прощебетала в трубку ее личный секретарь, Елена.

– Да, окей, скоро буду – ответила Марго и села в машину.

– Новая жизнь без него обещает быть интересной… – вскользь подумала она, заводя машину.

7 ГЛАВА

Я тебя легко прощала,

Переступая через себя,

На свою гордость наплевала

Любовь выше кричала,

А что дала мне эта любовь?

Боль, слезы, разочарование

Себя не осталось, понимаешь?

Нету меня больше…

Я пустота, я тьма,

Я чувствую пустоту в своем сердце

© С просторов интернета

Языки пламени жадно съедали тело Кирилла, точнее то, что от него осталось. Катя пустым взглядом наблюдала за тем, как привычный уклад ее жизни превращался в пепел. Жалела ли она о своем решении? Билась ли она в истерике? Хотела ли что – то изменить? Прямо сейчас она и сама не знала. Она понимала, что внутри нее лишь глухая тишина, смешанная с пустотой и океанами боли. Вся ее жизнь понеслась в неописуемый хаос всего за 30 секунд. Один телефонный звонок с неизвестного номера, где чужой, тоскливый голос обыденным тоном сказал, что ее мужа больше нет. Казалось, всего на несколько мгновений на Катю упала густая, непроглядная тьма, в которой она, задыхаясь ползла, как слепой котенок, сама не понимая куда идёт. Кровь зашумела в ушах, на несколько мгновений девушка перестала дышать, рот ее был искривлен немым криком. Огромными усилиями она переборола желание упасть в обморок, чтобы ничего не слышать. Чужой голос продолжать что – то бессвязное бубнить в телефонную трубку, но Катя его уже не слушала. Состояние шока накрыло ее с головой, а из глаз брызнули обжигающе горячие слезы.

Сейчас, смотря на дверь кремационной печи она сильно завидовала Кириллу, все, он больше ничего не сможет сделать, ни хорошего, ни плохого, НИЧЕГО, СОВСЕМ НИЧЕГО. А ей нужно жить дальше, растить сына, улыбаться людям, собрать себя по кусочкам обратно, научиться жить с мыслью, что его больше нет. Катя мягко сползла на пол по стене крематория, слезы оставляли мокрые соленые дорожки на щеках, напоминая ей о том, что она ещё жива.

Вдова сама не помнила, точнее не понимала сколько она просидела в такой позе, время остановилось и потеряло свою значимость. Глубоко вздохнув, Катя судорожно выпустила из лёгких весь воздух. Приняв решение разобраться во всем позже. Прямо сейчас она не могла здраво соображать. А впереди ещё поминки, соболезнования друзей и знакомых, вздохи и причитания родных, косые взгляды соседей, истеричные всхлипы матери покойного. Со всем этим придется справляться самой.

– О, Господи, как все это пережить-то?? За что ты так со мной?? – Взвыла Катя безумным взглядом смотря в потолок.

В это мгновение, всем сотрудникам крематория показалось, что одиноко сгорбившаяся на полу вдова издала вой, два медбрата подняли девушку с пола и напоили успокоительным. Взяв в руки урну с прахом своей бывшей счастливой жизни, Катя молча побрела к выходу.

Было душно. Казалось, что весь воздух в помещении поминального зала просто закончился, уступив место гремучей смеси из разнообразного парфюма, сигаретного дыма, пота, алкоголя, от всей этой какофонии запахов Катю начало тошнить. Осознав подкатывающий к горлу ком, она резко побежала к выходу, чтобы как можно скорее ощутить свежий воздух.

– Конец августа, это как вечер воскресенья!!! Разве ты не согласна со мной? – С лукавой усмешкой спросил Кирилл, вдруг это воспоминание, яркой картинкой всплыло в памяти, они оба молодые, красивые, безрассудные и до смерти влюбленные друг в друга.

– Ну скажи, разве я не прав, наше первое лето подходит к концу, но наш путь как пара, только начинается, впереди ещё столько всего кайфового, весь огромный мир лежит у наших ног – глаза Кирилла светились молодостью и жаждой жизни.

– Ну Катюх, не молчи, ты же у меня филолог, ты же умная, – дёрнув легонько прядь волос цвета пшеницы, снова причитал Кирилл

– Да, Кир, ты прав – довольно улыбнувшись ответила Катя, главное, что мы вместе, а конец лета однозначно переживём.

Они сидели на песке и любовались бушующим морем. В эту минуту она чувствовала себя максимально счастливой, ей не нужно было больше ничего, лишь этот песок, шум морских волн и самый шикарный мужчина ее жизни рядом. Положив голову на его мускулистое загорелое плечо, ей захотелось замурлыкать как кошке и остаться навечно в этом моменте.

Ощутив порыв ветра на лице и новые дорожки от слез, Катя вздрогнула, наконец успокоив тошноту и придя в порядок, она вдруг поняла, что отказ от вскрытия было правильным решением. Она хотела оставить Кирилла в памяти таким; живым, весёлым, немного сумасшедшим, до безумия любившим свою жизнь, амбициозным, любящим отцом и прекрасным мужем.

– Выбор сделан, а у каждого выбора всегда есть последствия, теперь все тайны навсегда останутся с ним, ты сама сожгла их в огне, трусиха!! Что он делал на этом чертова пляже?.. – съязвила интуиция, но Катя не обратила на нее внимание.

– Мам, с тобой все в порядке? – ее сын со страхом в глазах пытался поймать ее руку

– Да солнышко, у мамы все хорошо – немного устало потрепав Юрия по голове ответила Катя.

Она не хотела брать его сюда, боялась, что ребенок не отойдет от шока, но в силу возраста, он не до конца осознавал всю ситуацию.

– Мам, а папа больше никогда, никогда не придет? – спросил ребенок, на глазах которого начали наворачиваться слезы

– Нет, мой хороший, папа улетел на звезду, его ждут супергеройские дела, но возможно, ты сможешь найти его в своих снах. – Тихим голосом ответила Катя и украдкой смахнула слезу.