Бывший. (Не) твоя дочь

Глава 6. Алена

Его мотивы оставались для меня загадкой. Да и все остальное тоже. Осторожно прошла сначала в офис, потом за ним до приемной, и вот уже я мнусь на пороге кабинета. Чего ему от меня надо?

В одной комнате с бывшим мне было душно. Хотелось открыть окна, несмотря на высокий этаж, и закрыть глаза. Может, если так сделать, он исчезнет наконец-то?

Но на чудо надеяться не приходилось. Да и кому, как не мне, знать, что сказки – это всего лишь детские книжки и ничего более? Молча наблюдала за Ярославом.

Мне вчера не показалось. Он очень сильно изменился. Казался таким мужественным, с легкой щетиной, что ему очень шла. Разворот плеч стал шире, и наверняка на животе все тот же набор кубиков, которые я так любила целовать.

Стряхнула эти воспоминания. Здесь, внутри его кабинета мои мысли были неуместны. Они пробуждали давно похороненные чувства, что меня не устраивало.

– Итак, Алена, как я понял, все последние задания со звездочкой выполняли для меня вы. Кстати, квартира, что вы порекомендовали, подошла более чем идеально. Скажите, почему вы вдруг решили отойти от моих рекомендаций?

Я ожидала какого угодно вопроса, но не этого. Поразил не только сам вопрос, но и то, как он был задан, переход на «вы» и в целом довольно деловое общение. Во всей этой обстановке лишним была только моя персона в трениках.

– Э-э-э, просто у пары дети. Мне показалось, что было бы важно учесть это обстоятельство, а также то, что им уже почти шесть лет. Ну, и район был важен, а также парк рядом для прогулок…

– Я вас понял. Так много знаете о детях. Работали няней?

Кивнула. В некотором роде можно и так сказать. Смотрела на Ярослава с подозрением. С чего такие перемены? В чем подвох? Но мужчина будто сменил тактику. Теперь он дружелюбно разглядывал мой внешний вид и, судя по всему, увиденное ему нравилось.

Про детей я даже не соврала. Почти. Ведь я мама, а все мы отчасти няни для своих детей. Круглосуточные, семь дней в неделю триста шестьдесят пять дней в году.

Не верилось, что, будучи руководителем такой большой конторы, а я видела снующих по офису, как мышки, людей, Ярослав не пробил меня. Нет, конечно, я сделала все, чтобы к нам с дочерью не было вопросов.

Еще до родов я вернула себе фамилию моей любимой бабушки – Липова. Это пришлось сделать, так как моя настоящая фамилия была не очень привлекательной для поиска работы – Чухчамышкина.

Ну, и просто мне столько раз сказали дома, что я пятно на репутации моей кристально чистой семьи, что я сделала это скорее из принципа, когда меняла паспорт.

Так как в вузе я не училась, нигде не проходила… Обменная карта и роды пришлись еще на старую фамилию, а регистрировала дочку я уже под новой. Получается, что по документам у меня есть дочь, но и не совсем. Там все запутано. Вроде как, в общих базах врачи что-то напутали и внесли нас не совсем правильно.

Из-за этого было много проблем, но руки исправить не доходили. Если Яр и полез бы копать, то наработать много он бы не смог. Надеюсь. Оставалось надеяться и верить в то, что он меня пробить не сможет.

– Итак, задание с банкетом для китайских коллег было для вас наверняка простым, а вот расписанием на месяц удалось меня удивить. Откуда такая тяга к порядку?

Странно. Зачем он все это спрашивает? Глядя на него в упор, осторожно ответила:

– Просто я люблю, когда все по полочкам. Разве это не принцип работы любого человека?

– Судя по всему, нет, потому что ни одна из моих помощниц не могла составить мне расписание с учетом всех событий даже на три дня вперед. А вы подстроили все поездки и личное время с филигранной точностью на неделю! Причем, в реальности даже тайминг соблюли! Я везде успевал и ни разу не опоздал, несмотря на форс-мажоры.

Я над этим расписанием две ночи билась. У Машеньки как раз сопли были, и я одним глазом отмеряла ей специальное средство на травках из деревни, а вторым черкала на коленке дурацкое расписание. Как вышло, так вышло!

Тем не менее, я не могла понять, к чему он клонит. Зачем рассказывает мне все это и нахваливает? Псих какой-то! Все еще смотрела на мужчину с подозрением, а он с усмешкой мне заявил:

– В любом случае, думаю, Алена, мы с вами сработаемся. Так что не вижу смысла откладывать. В столовую вы не вернетесь, зарплату я вам назначу более, чем приятную, и…

– Нет!

Кажется, мой голос эхом отразился от стен его кабинета. Ярослав нахмурился. С него тут же слетела вся эта спесь, если можно так сказать. Я понимала, что таким, как он, не отказывают, но бороться решила до конца, уже тише добавив:

– Я не хочу работать с вами. С вашего разрешения, я пойду в столовую. У нас скоро обед и…

– Кажется, ты меня неправильно поняла, девочка. Я сказал, что ты будешь работать здесь. Ты мне подходишь!

– Нет! – упрямо заявила я нахалу.

Он не сможет меня заставить, но кажется, этот мультик был только в моей голове, так как бывший нахмурился, а потом холодным голосом отчеканил:

– А я сказал да, завтра выходишь. Надеюсь, препятствий не будет?

Глава 7. Алена

Препятствий? Препятствие здесь может быть только одно – наша общая дочь, которая окажется в непозволительной близости от ее отца. Так не должно быть, поэтому я начала маневрирование:

– Я не могу работать полный день, у меня обстоятельства, такая работа мне не подходит.

– Это какие такие у тебя обстоятельства? Тебя пробили, детей у тебя нет, образования тоже. Да любая бы в ноги меня целовала за такую работу!

Он раздражался, я же изо всех сил старалась сдержать удивление. Хорошенькое у него агентство, раз даже на меня информацию найти не смогли. Это и радовало, и напрягало одновременно. Что же придумать…

– Я живу с женщиной, снимаю у нее комнату. Я должна ей помогать.

Надеюсь, тетя Илона никогда не узнает, что я так бессовестно прикрываюсь ее добротой. Она столько для нас сделала с Машенькой, что благодарить ее буду до конца своих дней! Она относится к нам как к родным.

– Не проблема. Да и я часто в разъездах, если надо, то сделала работу и можешь быть свободна. Я не приверженец, чтобы все отсиживали себе задницы только потому, что график.

Он говорил уже немного спокойнее, но все равно со злостью. Понимаю, что великому и удачному Темнейшему было невдомек, что девушки умели отказывать. В сердцах выпалила:

– И я не буду с вами спать.

Он усмехнулся. В одно мгновение из гневного потенциального начальника он превратился в соблазнителя. Я уже знала этот взгляд, полный обещания, понимала, что сейчас пойдет в ход все его оружие. Яр сделал шаг по направлению ко мне:

– Дорогая Аленушка, неужели ты думаешь, – еще шаг. – Что у меня есть проблемы с подбором девушек, желающих оказаться в моей постели?

Он припер меня к стенке. Мой флисовый костюм на раннюю весну вообще не был рассчитан на такие перепады моего состояния. Мне стало невыносимо жарко. Так, что тело начало покрываться испариной.

– Я никогда никого не уламываю, запомни это, Алена. Девушки ко мне сами приходят, и это даже хорошо, что ты такая принципиальная. Работать будешь, а не жопой передо мной крутить, как твоя подружка.

Он сказал это, находясь слишком близко. Вскрывая мое личное пространство и не давая сделать глотка свежего воздуха, если таковой тут вообще имелся. Слишком жарко! Слишком близко!

– Отойдите от меня, прошу вас, – только и смогла выдавить из себя я.

Он усмехнулся, втянул воздух возле моей головы и отодвинулся. Дальше, как ни в чем не бывало, сказал:

– Сегодня изучи тут все, а завтра жду документы для оформления. Как ты уже поняла, отказы не принимаются. И еще… – он окинул меня каким-то странным нечитаемым взглядом. – Форма одежды – офисная.

Я же затаила дыхание, цепляясь за последнюю надежду вернуть себе инициативу. Потому что не хотела работать с ним. Да это чистое безумие! Неужели он этого не понимает?

Хотя, как он будет понимать? С горечью признала очевидную истину: он не узнал меня. Великий и ужасный Ярослав Темный настолько «шикарный» безопасник. Что даже не понял, что провел со мной месяц шесть лет назад. Клялся в любви и стал моим первым мужчиной.

Неужели так плохи дела, что ему совершенно непонятно, кто я такая? Кто давал ему информацию обо мне? А то что Люда тоже родом из той самой деревни, где мы были все вместе, и она знает меня? Подружкой же моей он ее назвал! Решительно заявила:

– Боюсь, что уж точно не подхожу вам. У меня попросту нет всей этой офисной одежды. В моем гардеробе только спортивное и комфортное.

«Чтобы было удобно гулять с дочкой,» – мысленно добавила я. Ярослав уже прищурился. Он выглядел теперь слегка озадаченным. Я думала, что вот он – мой билет на свободу обратно в столовую, как мужчина спросил:

– Я правда не понимаю, любая бы на твоем месте прыгала от счастья. Ты почему отказываешься? Зарплата будет намного выше. Премии и соцпакет, все такое.

Застыла. Я никогда не скажу ему, почему отказалась от такой выгодной работы. Потому что никогда не поставлю свою дочь под удар его семьи. Даже не его боюсь, его отца больше, потому что узнай он, что такая «шалава», как я, воспитывает его единственную внучку – быть беде.

Поэтому я недолго подумала, а потом честно ответила ему, выжидательно наблюдая за реакцией:

– Потому что я не доверяю сомнительным личностям, которые не дают девушкам выбора. Я не хочу у вас работать ни за какие деньги. Вряд ли с такой мотивацией из меня получится образцовый работник.

Ярослав внимательно следил за каждым моим словом. Наблюдал, наверняка ища какие-то только одному ему известные зацепки. Надеюсь, что я себя не выдала! Он ответил:

– Сомневаюсь. Ты классическая хорошая девочка. Отличница, и по какой-то причине жизнь тебя закинула в столовую работать. Еще я думаю, что был в твоей жизни мудак, который тебя обидел, вот ты на мне и срываешься. В общем, не переживай, я не такой. А что насчет выбора… Ты просто представить не можешь, как мне нужна толковая помощница!

Я едва не зашлась в истерическом смехе. Помнил бы ты, что «не такой». Это было настолько весело, что пришлось спрятать лицо за руками. Как-то наша ситуация с Ярославом вообще не подходила под слово «обидел».

Он не обидел меня. Растоптал, уничтожил, выжег изнутри – это да. Но никак не обидел. Чуть не пропустила следующее его заявление:

– А вообще, проблему с одеждой мы решим. И даже сегодня. Так что давай, бери свои вещи, и поедем, купим тебе новый гардероб. Заодно шарахаться от меня перестанешь…

Глава 8. Алена

Когда мужчина миллионер везет девушку из простой семьи в модные бутики, чтобы обновить ей гардероб, это называют сказкой. Только вот я не чувствовала себя Золушкой. Скорее наоборот.

– Я не могу себе этот позволить! – пыталась спорить я.

– На новую зарплату сможешь, – легко парировал Яр.

К слову, я размер этой зарплаты еще в глаза не видела. Меньше всего на свете мне хотелось сейчас оказаться должной ему. Я правда не могла себе этого позволить!

– Я бы никогда не потратила свои деньги на ненужные мне вещи.

– Тогда будем считать, это твоя униформа.

Говоря это, Ярослав не вылезал из телефона, на ходу накидывая мне заданий. Я уже была немного знакома с его работой. Люда третировала меня почти три недели, выделяя особые задания. Ровно с тех пор, как увидела в столовой.

При этом она ни разу не прокололась, кто ее босс, наверное, боялась, что я узнаю и захочу увести. Впрочем, она сейчас так и думала. Ха! Да пусть забирала бы с потрохами.

Только произнести такое в уме оказалось проще, чем представить. Почему-то при мысли о том, что Яр будет проводить время с «подружкой», внутри меня просыпалось что-то дикое и неукротимое.

Я столько лет пыталась закопать эти чувства поглубже, похоронить их, потому что какой смысл страдать по мужчине, которому ты не нужна? Я уговаривала себя, что не я первая, не я последняя.

Сколько еще таких девушек, которых бросили богачи, наигравшись? Мне было всего восемнадцать, я только закончила школу и была полна надежд. Думала, что встретила того самого.

Нет, я сдалась не сразу. Сейчас, бросая на мужчину взгляды из-под опущенных ресниц, вспоминала. Он подошел ко мне во время ополаскивания белья.

Мы жили небогато, и чтобы не таскать домой воду в портативную машинку, я носила белье на озеро. Там меня и нашел скучающий Яр:

«– Ого! Если б я знал, что в этой дыре есть такие красотки, то не стал бы сопротивляться батиному решению провести тут лето!

Я доставала из озера на помост длинный тяжеленный пододеяльник. Посмотрела на наглого мажора, про которого вся деревня судачила. Он приехал к какой-то троюродной тетке всего два дня назад, но уже успел наделать шуму. Проигнорировала его. Парень присвистнул:

– А ты еще и с характером! Что, думаешь, я хороших девочек от местных шалав отличить не смогу? Не переживай. Я чисто эстетически полюбоваться. Даже по нашим столичным меркам ты красотка. А коса-то настоящая?

Мои щеки опалил румянец. Комплименты у нас говорить было некому. Сельская школа, в которую нас возил старенький автобус за пятнадцать километров каждый день, не пестрела ухажерами.

– Настоящая.

– О! Не немая, уже прогресс, как зовут-то тебя, строптивая?

Поджала губы. Мама вчера строго-настрого запретила мне подходить к городскому мажору. Сказала, что сюда приехал просто так, покутить, и от таких, как я, ему только одно и нужно! Поэтому я упрямо молчала.

– Ладно, все равно узнаю. Дружить с тобой будем. Надо же мне тут с кем-то общаться. А то я за два месяца подохну здесь от тоски!

Он стоял и трепался на берегу, даже не предлагая помощь. Опомнился, только когда я скрутила все прополосканное белье и потащила его в тяжеленной корзине домой.

Выхватил ее из рук и начал ворчать, что цивилизация давно освободила женщин от рабского труда. Мое молчание его не смущало. И с того дня он стал находить меня за делами каждый день, постепенно проникая под кожу и в самое сердце…»

– Тебе нужно парочку комплектов. Ау, Алена! Мне некогда тебя сопровождать, я на встречу. Так что давай.

Встрепенулась. Ярослав что-то пытался мне объяснить, а я все опять прослушала. Какие-то комплекты… Мне протянули карту.

– Купи, чтобы было прилично. Как я понял, в нормальные магазины ты и не заходила никогда, но совсем ширпотреб не покупай. Держи, я пошел…

– Но как же… – не успела я и слова вставить, как мой, кажется, новый начальник выскочил из машины.

Этот мужчина словно взял меня в оборот. У меня на коленях был целый блокнот, исписанный его заданиями, в сердце – смута, а в руках, все же, та самая банковская карточка. Вот и что мне со всем этим делать?

Водитель велел мне выходить возле выхода. Яр выскочил где-то раньше. Он был таким серьезным, живым, обаятельным. Неудивительно, что вокруг него столько девушек.

Колючая ревность смущала меня и мешала спокойно думать. Нет, это нормально вообще? На кой он снова появился в моей жизни? Тем не менее, вышла из машины. Водитель, спокойный мужчина средних лет, мило указал мне на ограничения по времени, а потом добавил, что отвезет меня с покупками домой.

А вот этого не надо! Побежала к торговому центру, как высокогорная овца. При этом растерянно сжимала пластиковую карту. В принципе, у меня были деньги, но тратить их на одежду для Яра?

Я начинала потихоньку отходить от случившегося. Тем более, что у меня был план, как можно все это прекратить. Я просто буду ему недостаточно хорошей помощницей, вот и все.

В первом же попавшемся обычном магазине купила себе две блузки, юбку, брюки и пиджак. Еще лодочки на удобном каблуке. Потратила по моим меркам астрономическую сумму.

Все свои покупки сложила в один пакет, в него же засунула другие пакеты. В хозяйстве пригодятся, красивые они. Озираясь по сторонам, пошла в сторону метро, что находилось прямо в торговом центре.

Где я живу, Ярослав точно узнать не должен. Еще не хватало, чтобы он отирался рядом с местом, где может увидеть дочь. Потому что тут вышла одна маленькая загвоздка.

Она как две капли воды походила на своего отца.

Глава 9. Алена

– Машенька, теть Илон, я дома!

Попыталась засунуть пакет с пакетами куда подальше, но он никак не хотел прятаться в стареньком шкафу со своими объемами. Блин! Как так-то? Прикусила губу, когда из-за угла ко мне вылетело мое маленькое кудрявое чудо.

– МамоЧка! – четко проговорила дочь, показывая, что занятия с логопедом не проходят для нее даром.

Я улыбнулась, обнимая ее и вдыхая родной аромат. Такая большая уже, хоть ей всего пять лет. Тот возраст, когда она уже все понимает, но еще остается по-детски наивной.

– Проходи, Аленушка, мы с Машенькой как раз ужин приготовили.

Тетя Илона показалась из коридора, тут же цепким взглядом выхватывая пакет с пакетами за моей спиной. Я лишь покраснела. Не имела привычки обманывать женщину, но сегодня не была готова открывать ей всю правду.

– Как замечательно! Я сейчас вещи в шкаф положу и все-все продегустирую!

– Мама, а что такое дегулирую? Регулирую?

– Это когда ты пробуешь поистине вкусные блюда, милая. Пойдем, не будем смущать маму и ее пакеты.

Ох, как же так, заметила точно! Вот Ярослав, даже тут умудрялся портить мне жизнь! И почему я попалась ему на глаза вчера в этом дурацком коридоре?

Вспомнила про Люду, и настроение снова упало. От нее можно ожидать, что угодно. Удивительно, как еще мои не звонили. Наверняка она и ее мать разнесли горячую новость по всей деревне.

Посмотрела на себя в зеркало в небольшой комнатке. Оттуда на меня глядела уставшая и немного замученная молодая девушка. Неужели я и правда так сильно изменилась?

Покрутилась вокруг своей оси. Наверное, больше да, чем нет. Все-таки похудела я сильно. Сказались последствия материнства. Ведь беременность и первый год после нее были самыми сложными в моей жизни. Врагу не пожелаю того, что я пережила тогда. Но все нормализовалось, когда мы встретили тетю Илону.

Расплела две жиденькие косички и завязала их в пучок. Раньше у меня была длинная густая коса с руку толщиной. До пояса. Ярослав распускал ее и зарывался в объемные волосы, приговаривая, что это его личное золото.

После родов я долго не могла восстановиться. На нормальное питание и витамины денег не было, волосы вылезли, и я их отрезала по самые уши. Сдала в один парикмахерский салон, где мне заплатили очень много денег. На них-то я и выживала.

Волосы, конечно, отрасли, но уже не такие длинные и густые, и не такие красивые, как раньше. Тетя Илона ругала меня, что я не занимаюсь своим здоровьем, но не настаивала, она знала, что я откладываю на операцию Маше.

Накинула на себя простенький халат и пошла на кухню, ароматы «бефстроганова» я узнала сразу. Ну, вот опять наша спасительница купила дорогущее мясо и балует нас.

Мне вообще иногда казалось, что в прошлой жизни одинокая женщина была принцессой. Ее манеры, речь, гастрономические повадки – все выдавало особу голубых кровей.

Но у нас сложился определенный паритет. Она не терзала меня на предмет отца Маши, а я не спрашивала ее про семью и прошлое. Но сейчас женщина смотрела внимательно, сканируя меня взглядом.

Иногда мне казалось, что этот взгляд я где-то видела. Может, он напоминал мне родительский? Не знала. О том, что тетя Илона практически заменила мне мать эти годы, даже говорить не надо было. Все и так понятно.

Как я умудрилась сохранить остатки гордости – оставалось для меня загадкой. Хотя женщина тоже жила довольно скромно, денег на операцию она мне предлагала. Без понятия, где она их собиралась взять, но… Я наотрез отказалась.

Глупо, наверное, но я решила, что лучше в лепешку разобьюсь, чем позволю ей еще и операцию нам оплатить. Хватало того, что она сидела с Машенькой, пока я была на работе. Кстати, о ней…

– Доченька, а у нас теперь на работе форму новую ввели. Мама должна с завтрашнего дня ходить строгая-строгая.

– Правда?! А почему?! Мамочка, расскажи, расскажи, расскажи!

Дочь принялась с излишне активным энтузиазмом отвлекать мое внимание, а я тут же забыла про все новости. Зная своего ребенка, строго спросила:

– И что ты натворила на этот раз?!

Словно застигнутые на месте преступления сообщники, эта парочка переглянулась. Мне иногда казалось, что они реально спелись. Как Бони и Клайд. Илона осторожно начала:

– Аленушка, да там ничего существенного, я все решила уже.

– Дядиной машине так не хватало красок! Я нарисовала ему бабочек! Розовых, у меня еще никогда не получались такие красивые розовые бабочки!

Дочь захлебывалась восторгом, рассказывая про свое творчество. Я никак не могла понять, в кого она такая? Не в меня точно, я за свою жизнь даже солнышка красиво не нарисовала, а вот Маша с детства была повернута на бабочках во всех видах.

Бросила осторожный взгляд на тетю Илону, и та мягко улыбнулась, значит, проказа дочери не влетела на этот раз в копеечку. Как вспомню, что пришлось перекрашивать стену в поликлинике, которую дочь также «украсила» бабочками…

– Милая, мы же с тобой договаривались, что будем рисовать только на специально отведенных для этого материалах. Я тебе купила специальную бумагу, картон.

Строго посмотрела на дочь. Тетя Илона тут мне советчицей не была, женщина убеждена, что талант ребенка нужно развивать. Я же сначала хотела решить вопрос с ее слухом.

– Мамочка, я больше не буду! – делая умилительную рожицу, соврала малышка.

Я же наклонилась к ней, заправляя за ушко непослушную кудряшку. Делала это аккуратно, чтобы не повредить слуховой аппарат, благодаря которому моя дочь могла слышать, и от которого мы обе мечтали избавиться.

Глава 10. Алена

«Завтра будь к девяти утра. Надо будет сделать разноску в конференц-зале, а потом подготовиться к встрече с партнерами из Китая».

Прочитала сообщение раза три. Создавалось впечатление, что мы с ним работаем уже лет десять, и я его незаменимая правая рука. Но самое страшное, я прекрасно понимала, о чем он, и что надо делать.

Маша сидела и делала бабочек из цветного картона на полу в нашей комнате, а я развешивала свой новый мини гардероб. Карточку, что жгла кошелек, засунула в самое дальнее отделение.

В голову начинали закрадываться сомнения. А вдруг эта работа, все же, послана мне судьбой в качестве запоздалых алиментов? Ведь я даже не уточнила, какая зарплата.

Если Ярослав не узнал меня, то просто следует работать с ним и не отсвечивать. Заработать денег, сделать Маше операцию и тогда уже говорить бывшему до свидания окончательно.

Да, план хорош, как ни крути! Я старалась думать об этом исключительно как о выполнении своих новых обязанностей. Тем более, Вероника Юрьевна, судя по всему, полностью списала меня как рабочую единицу.

– Аленушка, тебе очень идет.

Тетя Илона зашла в комнату, предварительно постучавшись. У меня щеки опалило красной краской. И вроде бы, ничего такого, но я дико смущалась, что приходится замалчивать некоторые подробности моей новой работы.

– Спасибо.