Надежда как спасение

Глава 5

Бурьян остался позади. Теперь путников окружала роща величавых многолетних деревьев с массивными стволами и пышными кронами, заслоняющими собой синее небо, постепенно заливавшееся красками подступавшего заката. Создавая атмосферу некой важности момента, стояла тишина, она навевала желание впитать в себя все до единого, укоренить в памяти даже, казалось бы, невозможное, вроде вкуса воздуха, чтобы в будущем вспоминать, сидя у окна, глядя в глубину похожего, но совершенно иного неба. Тишина прерывалась лишь взмахом птичьего крыла, шебуршанием листвы, хрустом веточек под ногами, размышлениями на беспорядочно возникавшие в сознание девушки темы, хоть делала она это и про себя, но любой, кто находился бы рядом в этот момент, почувствовал бы это. Маргарита не разрушила тишину, обратно же, дополнила, словно воссоединяясь с местом откуда была родом.

С наступлением темноты уставшие юноша и девушка расположились под широкополой зеленой шляпой одного дуба с массивными выпиравшими из-под земли корнями. Глаза каждого слипались от долгой дороги, хотя внутри все бурлило от переизбытка впечатлений, Чарли почти провалился в сон, когда с неба посыпались яркие огоньки. Марго потрепала его за колено.

– Сегодня Ночь Перерождения.

Чарли по очереди открыл глаза, зевая. Каждый год в одну из ночей небо озаряется светом дарованным такими огоньками, как сегодня. Их тысячи или даже миллионы, и каждый из них несет в себе энергию, которой напитывает всех до единого из жителей Элемента. В такие ночи в прошлом все население выходило из домов, отворяя двери прямо в ночных рубашках их глаза блестели, отражая в себе чудо невероятно красивой поры. Матери подставляли детей павшему дару, поднимая над своими головами. Именно дару, элементалы испытывали благодарность за возможность получать его. Следующий день после, объявлялся днем Эфира, все собирались на площади, кто-то погружался в ритм музыки, давая волю телу, кто-то играл на музыкальных инструментах, проводя смычком по натянутым струнам или, порхая пальцами по белым клавишам, создавая мелодию тем, у кого с уст текли слова, соединяемые в приятные слуху песни. Народ объединялся в единое празднество веселое, шумное, энергичное, пока не поняли, что могут получать этот дар оставаясь в постелях, под деревянными крышами. Музыка смолкла.

Маргарита, в чьем сердце живет дух тех предков, смотрела в небо, широко раскинув руки, приглашая к себе в объятия. Чарли остался сидеть в мягкой траве, питаясь огоньками. Кожа девушки, как и его, излучала легкое свечение, от чего казалось словно волосы ее парят в воздухе. Чарли задумался: «…тело Марго принимает энергию, значит в ней есть магия, но по какой-то причине не проявляется. Происходит накопительный эффект. Как долго будет это продолжаться и опасно ли это?». Девушка кружилась, тянясь к звездам, широко улыбаясь, показывая свои ямочки на щеках. Остановившись, она сделала два глубоких вдоха с закрытыми глазами, задрав голову в высь, а когда повернулась в сторону друга и распахнула веки, Чарли невольно содрогнулся от встреченного безумного взгляда. По его коже прошлась холодная волна, потушив недавнее тепло. На юношу смотрели два не знакомых ему прежде глаза, ему одновременно стало жутко, но помимо этого еще и притягательно, глаза все еще принадлежали его Маргарите, но теперь в них проснулось потаенное глубоко за десятками масок. Во взгляде бушевали пламя и море. Красная и синяя сторона нитями и вкраплениями извивались, сливаясь в середине, расходились и опять переплетались, создавая водоворот, затягивающий смотрящего в пучину одиночества, переросшего в щит из гнева. Стихии встретились.

– Глаза… – голосом, не идущим из горла, указал Чарли.

Уголки бровей Марго двинулись к переносице, она приняла протянутое ей зеркальце, улыбка сошла, уступая место серьезности и недоверию. Глаза поражено расширились, когда отражающая поверхность оказалась перед ней. Пока в небе не исчезли последние огоньки, Маргарита окаменев стояла, ей было не по себе от себя же. И снова ночь вернула права на этот мир, давая только луне и звездам ласково озарять небесное пространство. Путники, ничего не говоря, легли спать, хоть это получилось не сразу, ведь в головах еще гуляло потрясение.

Глава 6

На следующий день Чарли проснулся от солнечного луча, пробившегося сквозь ветви дуба и светившего теперь прямо в лицо. Когда открыв глаза, юноша не увидел Марго, скоро вскочил и чуть не повалился вновь, ноги его были еще ватные от сна. Ее нигде не было. Тогда Чарли двинулся в сторону реки, высматривая спутницу среди стволов деревьев и густых кустов.

– Марго! – Никто не откликнулся.

Чарли крикнул еще несколько раз, и на каждый из них ответом приходилась тишина. В мыслях юноши таилась догадка, скорее всего Маргарита хочет побыть одна, скрылась где-то среди зеленых перекошенных веток и нарочно не отзывается. Когда в первый раз Марго будучи ребенком скрылась на весь день, не подавая признаков жизни, то сильно испугалась разозленного Чарли, облазавшего все уголки города прежде чем найти подругу и отчитавшего ее вдоль и поперек, насколько умеют это делать старшие братья. Сейчас юноша осознавал причину такого непонимания заплаканной девочкой причины его беспокойства, ведь, как выяснилось, дома ее даже не тронулись, а предупреждать о своем уходе родители и вовсе никогда не просили, временных рамок прогулок, соответственно, тоже не существовало. Чарли должен был найти Марго, ведь как бы очевидно для него это не было, но они в лесу.

– Рита!

Слева раздался хруст. Теперь Чарли увидел ее на берегу, она стояла, склоняя голову над зеркальной поверхностью бегущей в даль реки, и что-то разглядывала. Благодаря своему особенному цвету кожи и волос девушка очень выделялась в толпе элементалов, но отлично гармонировала с природой, и выдавала ее только темно фиолетовая кофта.

– Маргаритка, давай так, в лесу ты копаешься в себе, не уходя дальше, чем кончается поле моего видения. Договорились?

Марго присела и, проведя пальцами по глади воды, пустила рябь на свои глаза.

– Они серые…

Это было действительно так, радужки приобрели уже привычный другу серый оттенок, от них веяло пепельным теплом. Ожидание момента, когда Марго сама продолжит, если захочет поделиться переживанием, заполнило журчание воды на изгибе реки, протекающей в щели меж камней, перекликавшееся с другими звуками леса. В этих от части странных отношениях, в которых каждому в душе дорога и не в шутку важна зародившаяся дружба, в них скрыта сила и самая что ни есть целительная теплота. Однако разум имеет привычку бежать.

Найдя тормоз, Марго отпустила губу, которую все это время сжимала зубами, и начала говорить, сначала медленно, прерываясь, но говорила. Слова передавали все страхи, историю надежды и их крах, уколы силы какую почувствовала она прошлой ночью и зарождение еще одной надежды, картина, сотворенная из всех слов, была ничем иным как гонкой, длинною в жизнь, приз в которой она сама.

– Может нам вчера и вовсе померещилось? – закончила Марго.

Чарли дослушав опустился рядом.

– Мар, вчера в твоих глазах бушевали пожар и цунами, я уверен в том, что видел. Мы оба видели. – Марго отвела взгляд, а за тем и голову. – Если это случилось однажды, значит повториться снова. – Юноша прикоснулся к ее подбородку и обернул взгляд на свои глаза. – В тебе живет магия, ты овладеешь ею, обещаю.

– Что если нет? – То, что гложет Марго с ранних лет. Этот вопрос. Страх остаться бессильной, не нужной, быть никем, ведет Маргариту за руку, уже одиннадцать лет. Но вся болезненность заключается в том, что с другой стороны девушку тянут желание быть любимой, свершать открытия и сила воли, которая день из дня давит, желая вытащить на волю, но тем самым еще больше заставляет чувствовать себя никчемной, из-за осознания собственного потенциала и при этом невозможности его реализовать. Марго разрывает на части. – Ты особенная, Мар, в этом твоя боль и сила одновременно. Для тебя нет заранее прописанного плана, только тебе решать. Хочешь можешь вернутся домой, выдавать книги, протирать пыль с книжных полок, а меж тем гадать есть или нет. Можешь остаться здесь и дальше пялиться в воду, глядишь силой мысли заставишь свои очи вспыхнуть. Вот только ты уже сделала рывок, уверена, что готова остановиться?

Чарли дал ей время, переварить мысли, молча сидел, вглядываясь в небо. На губах девушки появилась улыбка. Встав на ноги легонько шлепнула друга по плечу.

– Чего расселся? Завтрак сам себя не съест.

– Я расселся?!

Весело посмеиваясь друзья устремились к оставленным у вчерашнего костра вещам, по пути собирая хворост.

Глава 7

«Маргарита Верецкая пятого мая этого года пересекла границу Союза и направилась в сторону Никрита в сопровождении Чарли Айдантренко. Вы, служитель двести тридцать четыре, должны вернуть объект наблюдения на территорию Союза. Запрещается вступать с объектом в контакт, принимать физический облик, приносить вред физическому здоровью объекта.

С верой в вас, Совет Пяти»

Ей должно выполнить поставленную задачу в кратчайшие сроки, и все бы так и случилось если бы не одна проблема – стихия огонь, семнадцать лет, верен, целеустремлен, вынослив, тверд, рассудителен, непоколебим. Оберегает ее, не дает сломать. Без него Марго сдалась бы еще на обрыве. Насланные Терезой, выворачивающие душу, кошмары не имели на девушку никакого эффекта, теплое плечо юноши и объятие крепких рук – прекрасное снотворное. Но что, если эти руки задрожат и потеряют былую уверенность?

Пожар в доме, женский крик со второго этажа, звон колокола – знак пожарной тревоги, маленький мальчик лет шести с взмокшими волосами, торчащими во все стороны, глаза и кожа, раскаленные до предела и тело, испещренное трещинами. Потеря контроля. Такое явление редкостно для среднего мира, но все же встречается, чаще у чистокровных, тех в чьем роду лишь представители одной стихий. Чарли из таких. Тот пожар соулийка запомнила, все списали на неполадки в проводке. Тогда ей впервые пришлось вмешаться в жизнь маленькой девочки, до ужастиков перепугавшейся за друга. На подходе к двери Марго осела на деревянный пол, глаза закатились и закрылись. Очнулась на следующее утро, когда все закончилось, с полной уверенностью того, что потеряла сознание с испугу.

Тереза может воспользоваться этим кошмаром, вернется Чарли, вернется и Маргарита, но…

Это слишком жестоко. Однако, она ведь делала вещи и поужасней.

«Вселенная! В моих планах было вернуть объект в Союз и все, но запрет на физическое вмешательство до жути усложнил дело, так еще как некстати, меня стала волновать степень жестокости моих поступков. Ночь Перерождения стерла мой план не только по выполнению приказа, но и тот что на всю жизнь. В прах.

Теперь у меня новое задание «Ни при каких обстоятельствах не дать Совету заполучить Марго» и отвечать тебе перед самой собой, Тереза».

Глава 8

– День десятый… – два слова, оставленные рукой Марго на листе бумаги в дневнике, где хранились ежедневные записи об этом спонтанном путешествии, послужили началом для сегодня.

Утро только вступило в свои владения, давая сигнал птицам, чьи прекрасные пения, девушка слушала, впитывая ритмы природы. Ее душа наполняется гармонией и силой для новых приключений. Сидя на мягкой траве, еще влажной от утренней россы, она поджала ноги уложив их в бабочку, посильнее укуталась в теплую кофту, ворс которой приятно щекотал подбородок. Воздух наполнен прохладой минувшей ночи, а солнце грело слабо. Чарли спал, подложив под голову сымитированную подушку из одной из запасных одежд, его огненные пряди волос кончиками касались земли. Ее друг даже во сне оставался верен серьезному виду. Уголок губ Марго дернулся при этой мысли.

Каждый день после Ночи Перерождения Маргарита, медитировала, погружалась в себя, всеми силами пытаясь вытащить то что так глубоко засело. Чарли взялся за подругу основательно, так же, как и одиннадцать лет назад, только с большим терпением. И вот, вчера с ее кистей посыпались первые плоды, в виде пары искр. Почти ничего, но и одновременно очень многое.

Закрыв глаза, девушка погрузилась в воспоминания прошедшей недели, она наслаждалась каждой минутой, проведенной за границей. Теперь жизнь чувствовалась иначе. Новые запахи, вкусы, краски. В руках, Марго почувствовала легкое покалывание, тепло от кончиков пальцев растекалось по всему телу. Нехотя ей пришлось открыть глаза. Первое время понимание происходящего никак не наступало. Красно-желтые нити опоясывали ее кисти, они пульсировали, перетекали, с одного конца становились больше с другого меньше, тоньше и толще. Энергия пламени текла по ее накаленным жилам, набирая обороты. Дневник за пару секунд превратился в горстку пепла и пылью осыпался на траву. Тонкие резко обрывающиеся узоры покрывали кожу девушки, словно лава из недр земли, поднимаясь к поверхности, пробиваясь все выше и выше, пустила трещины в каменной оболочке. Странно, но огонь не обжигал, он наполнял Марго уверенностью. Все еще смотря на руки, она не находила сил отвести взгляд, языки пламени слились в единый клубок, демонстрируя мощь, заставляли трепетать.

– Марго… – Охрипший голос донесся до девушки, как если бы говорили из другого мира, когда перед глазами потемнело и взорвались три вспышки, по острому удару в разум на каждую.

Маргарита чувствовала, как магия, сконцентрировалась в ее руках и пытается прорваться сквозь барьер, который каким-то образом выстроила она. Если это произойдет, все по близости будет уничтожено, Марго это чувствовала. Такого нельзя допустить.

– Марго! – Вновь услышала она, мысленно молясь что бы Чар не додумался дотронуться до нее, сохранять внимание на контроле такого потока силы трудно, при внешних отвлекающих, еще труднее, а то, что девушка не обучалась практически в этой сфере, все усложняет.

«Я зашла слишком далеко, очень глубоко капнула, я не готова» – пламя сильнее вспыхнуло, барьер пошатнулся.

«Успокойся» – мысленно скомандовала она себе. Глубокий вдох, затем выдох.

«Представь противовес» – это был уже не ее голос, кто-то другой говорит в голове Марго.

«Противовес? Вода!»

Представить ручей, бегущий сквозь лесную чащу, девушке надо представить, как касается поверхности кончиками пальцев, как вода холодит кожу, затем руки опускаются по локоть, по плечи и ныряет с головой, и она это делала. Течение душит огонь, заставляя грозно шипеть его в ответ. Что-то внутри Марго до боли сжалось, будто часть нее страдала вместе с огнем.

– Марго! Да очнись же ты! – Руки друга хватались за ее предплечья, магические нити Маргариты улавливали воздействие чужеродной силы. Кожа в местах касаний снова начала нагреваться.

Воображение подкинуло новую картину, прекрасно описывающую происходящее. Со стороны безграничного водного пространства огромная волна накрывает пожар, охвативший другую земную сторону, деревья, кустарники, животные, все полыхало в ловушке. Волна накрывает убийцу, за ней уже следующая точно также стремительно и безжалостно ударяет в цель. Взгляд Марго немного прояснился. Перед ней на коленях стоит Чар, он не оставляет попыток применить свою магию чтобы помочь ей, очевидно ничего не выходит, Марго чувствовала это и видела у него на лице, в глазах. Еще она видела страх. Взгляд Чарли застыл на ее запястьях, а точнее на том что происходило в энергетическом клубке между ними. В его центре зародилось белое крохотное свечение, с каждой новой пульсацией разраставшееся и принимающее цвета океанских глубин. То темно синие, то светло-голубые и лазурные иглоподобные щупальца выстреливали в разные стороны и впивались в алые, кроваво-красные и желтые нити. От ударов расходились волны, в местах столкновения с волнами, бегущими им на встречу происходили новые рассеивающие вспышки.

Клубок отображал Маргариту и бурлящую битву в ней. Друзья не ошиблись, она состоит из двух стихий. Они царят в теле, наделенные равными правами. До этого дня, силы спали, сосуществовали в мире и гармонии, но этим утром проснулись по призыву. И подчиняться будут только ей. Меж двух сторон из земных глубин проросла стена, разделив соперников. Морская вода билась о камень, но лишь стекала обратно, безжалостный огонь жег камень, но кроме нагори не оставил ничего. Войны отступили, каждый в свой исток, и затаились.

Марго чувствовала, как жар отпускает ее, давая вновь глубоко и свободно вдохнуть, как взгляд становится яснее и вскоре мир предстал перед ней в привычных четких гранях, постепенно она вернулась в реальность.

– Маргарита!

Словно очумелая, девушка вскочила, чуть не споткнувшись о позади лежавшее бревно и понеслась куда глаза глядели. Чарли что-то кричал ей в спину, но она не слышала, в ушах гудело, сердце бешено колотилось, своими ударами отзываясь в голове. Трава хлестала оголенные щиколотки, оставляя царапины. Слезы одна за другой покатились по щекам, они жгли глаза и совсем затуманили взор. Мир снова потерял грани. Не заметив камень, Марго все же споткнулась и полетела наземь, машинально выставив руку вперед. Кисть, проехавшуюся по бугристой почве, пронзила острая боль, губы плотно сжаты, в темноте замкнутых век от удара полоснула искра. В голове окончательно прояснилось.

– Опять рука!? – начал было Чар, но осекся. Его быстрые шаги сопровождались шорохом травы, он опустился рядом с девушкой, все еще лежавшей на земле и помог сесть. Грудная клетка Марго часто вздымалась и опускалась. Аккуратно он взял ее руку и легкими нажатиями прошелся по запястью, на каждое из них она откликалась шипением сквозь зубы. По выражению лица можно было понять, Чарли испуган и взволнован, а еще недоволен и раздражен, еще бы столько времени потратить на отработку падений с подругой, добиться результата, и вот снова. Эта реакция уже должным образом вошла в привычку.

– Пойдем, горе ты мое луковое. – Поднявшись, он помог встать на ноги и ей, подав руку, за которую Марго ухватилась своей здоровой.

Вернувшись к месту стоянки, Чарли указал на его спальное место у рюкзака (из которого он взял бинт), говоря без слов «садись», сам подошел к маленькому котелку над костром и намочил повязку, в остывшей за ночь воде. Запястье девушки начало опухать.

– Откуда у тебя этот котелок? Сейчас таких не раздобыть.

Чарли метнул в нее удивленный взгляд и фыркнув, что-то пробубнил себе под нос.

– От прадеда достался. – Холодный бинт лег на кисть, от чего Марго вздрогнула, его холод ярко разнился с теплом рук юноши.

– Он путешествовал? – Марго поняла, что ее глаза заблестели, как и всегда, стоило ей подумать или услышать о подобном, потому что Чарли посмотрел на нее и глухо рассмеялся, опустив голову.

– Странно, что ты поинтересовалась котелком, лишь сейчас на десятый день. – Он зафиксировал руку. – Что случилось?

– Слишком глубоко зашла – Голос девушки дрогнул. Она смотрела Чару в глаза и видела огонь, в ней бушевал такой же. – и оказалась не готова.

Парень взял руку Марго в свою и крепко сжал:

– Но ты справилась.

– Я думала… Мне показалось, что взяла ситуацию под контроль, но…

– …открыла глаза и поняла, что нет.

– Да. – Марго перешла на шепот, он понимал ее, в нем всегда было что-то, что заставляло ее говорить правду, не скрывая чувств и не стесняясь их. – Я испугалась и побежала. Как и всегда.

– Послушай, сейчас главное, что ты боролась, боролась до конца, а побежала ты потом, это шок, понятно?

Чарли вытер слезу катившуюся по щеке девушки, в месте где обычно расцветал румянец и притянул к себе, крепко-крепко обняв. Маргарита уткнулась ему в грудь и обняла в ответ. Она была благодарна, тому что они снова вместе. Именно он рядом с ней сейчас.

– Спасибо – прошептала Марго так тихо, что если бы здесь кто-то и был помимо них двоих, то кроме Чара, все равно никто бы не услышал.

Потом он тихонько отстранился, еще раз посмотрел ей в глаза и принялся собирать вещи. Пора выдвигаться дальше. Марго помогала чем могла.

– Нет, он не путешествовал… хотел, но не вышло. Родители рассказывали, в тот день случилась авария на его рабочей точке и деда вызвали устранять сбой, посчитав это дурным знаком, он отбросил затею, как и все вещи вместе с котелком в темный угол чердака.

– Понятно.

Глава 9

Еле слышимый аромат горячего супа растекался от котелка и мисок в руках Чарли и Марго в глубь леса, собравшего в себе все оттенки зеленого. Запаса еды хватит еще на десять дней, повезло, что Марго решила сбежать в первую неделю месяца. А именно потому, что каждый житель Союза первого числа получил капсулу, она включает в себя три приема пищи на каждый день месяца. Хранится все это в консервных банках, тюбиках или герметичных пакетах. Очень даже удобно в нынешнем положении путников. По пути им встретились несколько диких животных: зайцы и самка оленя с маленьким олененком. Обычно крупное зверье не отходит далеко от Никрита, города чье население осуществляет контроль над всеми живыми организмами на Земле, да и в здешних местах. Осталось найти его и там, возможно, друзьям удастся у кого-нибудь заночевать.

Чарли аккуратно положил ладонь на плечо девушки, сидящей с боку от него, от чего она вздрогнула, ложка выскользнула из ее руки и со звоном, ударившись о миску, упала на землю. Марго совсем вымоталась, уже несколько минут она сидела, уставившись слепым взглядом в одну точку около ступни, под ее глазами залегли темные круги от недосыпа, угас былой блеск. Каждую ночь мучаясь от кошмаров, она вскакивала в поту, крича от страха. Несколько раз кожа Марго воспламенялась, а магические нити до боли опоясывали тело. Иногда ей удавалось угомонить взбесившуюся стихию, если нет, то Чарли выпускал свою. Его огонь тек по энергетическим каналам Маргариты, выстраивая защитные барьеры, не дающие пламени вырваться. Советы юноши, какими пользовался порой он сам, не помогали, а не сразу сработавший трюк с проникновением проделывать, получалось не долго, ровно до тех пор, пока у девушки не выработалось что-то вроде иммунитета к его силам. Так случилось и этой ночью. Чарли был бессилен.