Великий ламповый поход. Самый теплый и ламповый

Как добраться до Терра-7, имея запас еды на трое суток и десять – двенадцать дней пути? Можно, конечно, съесть Лину. Заслужила. Или попытаться найти по пути отсюда какой-нибудь перевалочный пункт, абы не пиратский.

А ещё давно назревал разговор, от которого Ангелина, пребывая в четырёх стенах, открутиться уже бы не смогла. Во-первых, накопилось вопросов по поводу её личности. Во-вторых, ситуация на Манагассе явно вышла из-под контроля, и снова виной стал очередной косяк Коперник.

С чего начать? Дать оплеуху за всё, что произошло? Наорать? Потребовать всё объяснить? Глядя на пустоту космоса во взгляде Лины, Алиса понимала – достучаться туда сейчас будет сложно.

– М-да… с тобой не соскучишься, – наконец выдала пилот, вглядываясь в виноватую физиономию Ангелины, – Хотелось бы каких-то внятных объяснений по поводу происходящего.

– Не могу я тебе рассказать всё… Не сейчас, по крайней мере, – тихо сказала Лина. Она вжалась в кресло, ожидая любой реакции пилотессы, которая и впрямь была готова отхлестать её по щекам. – Если хочешь, можешь высадить меня на любой перевалочной базе. Я не обижусь…

– Постой-постой. Ты так просто не отмажешься. Я из-за тебя попала в этот чёртов кабак, чуть не отравилась пойлом, стала соучастницей заговора против правительства, и обзавелась дебильной повстанческой наколкой. А ты такая типа «Ой, прости, я ухожу»? Нет! Так дело не пойдёт. Или ты рассказываешь всё, как есть, или…

– Вышвырнешь меня в открытый космос? – Лина пристально посмотрела на злую, как тысяча чертей Алису, прекрасно понимая, что ничего ей особо не будет.

Но ошиблась…

Пилот насмотрелась за жизнь всякого. Потому, во всех ситуациях, когда окружающим нельзя доверять, привыкла действовать первой. Она, насколько смогла, аккуратно приложила Лину коробкой с инструментами, так, что так кубарем покатилась на пол, упав с кресла. Пилот скрутила ей руки за спиной, и связала их проводом.

Очнулась Коперник уже вновь в кресле. Только привязанная, да так, что шевельнуться могла с большим трудом.

– Шишка будет… – констатировала она.

– Будет. И не одна. Если будешь изображать из себя шпиона. Я жажду выяснить, кого же приняла и пригрела у себя на корабле? Что тебе от меня нужно? Хотела ограбить? Так у меня ничего нет, сама знаешь. Корабль угнать? Он гроша не стоит. Прячешься от кого-то? И почему на твои документы все смотрят так, вроде бы ты VIP-персона?

– Блин… Никакая я не шпионка. И ничего плохого бы тебе не сделала. Просто мне нужно было попасть на корабль.

– Так, а вот с этого места поподробнее, пожалуйста. Твоё настоящее имя, цели, и так далее. А заодно, попытайся объяснить, что за бред с маларийским заговором?

– Да какой заговор? – буркнула Лина, – они пьяные были, я тоже…

– А тату мне набили! – рявкнула Алиса, приставляя к горлу Коперник отвёртку.

Ангелина помотала головой, и указала глазами на своё плечо. Пилот оттянула вниз ткань комбинезона, и убедилась в том, что у девушки точно такая же наколка, какую она прошлым утром обнаружила на себе.

– О’кей… Но это не освобождает тебя от необходимости рассказать мне всё в мельчайших подробностях.

Лина кивнула в сторону экранов.

– Отвлечь меня решила, стерва? – спросила Алиса.

Коперник отрицательно покачала головой. – У нас гости…

Пилот взвыла, – Не-е-е-т! Не бывает так! Ну, просто не может быть! За каких-то две недели со мной произошло больше жести, чем за последние шесть лет! И всё после твоего появления.

Лина опустила глаза, а затем буркнула, – Слезь с меня и узнай, кто это… для разнообразия.

Неизвестный корабль приличных габаритов шёл на сближение. Никаких попыток выйти на контакт, никаких сигналов. Одно было странно – абордажного оборудования не видно, орудия не введены в боевой режим. Ну не на таран же они идут с Алисиной допотопной развалюхой?

От корабля отделилось несколько мелких десантных ботов. Каждый примерно в два раза больше, чем «Эксперт», и вооружены неплохо. Пилот решила не рисковать и подняла щиты. Хватит ненадолго, но учитывая, что оборудование этой колымаги на бои в космосе не рассчитано, лучших вариантов не предвиделось.

– У тебя такое постоянно?

– Что?! – заорала Алиса, уже совершенно не понимая, что происходит?

– Странности. Всякие незнакомые корабли. Пираты, и прочее?

Пилотесса зыркнула на связанную Коперник так, что так захотела зарыть голову в землю, как страус. Но в условиях космического корабля даже эта гордая птица смогла бы разве что покончить с собой весьма странным способом.

– Лина… сучка ты кра.. – Алиса осеклась, понимая, что у Ангелины вполне натуральные русые волосы. – Если сейчас нас не пристрелят пираты, или хрен их знает, кто… Я тебе лично морду набью.

– А по-моему, ты перегибаешь с мужским образом. Попробуй побыть немного нормальной девушкой. Платье себе купи. Парня найди. И вообще, не будь такой букой.

– Чего? – ещё больше вскипела Полоцкая, не выдержавшая такой наглости. – Парня? Платье? Мне ещё, может, маникюр сделать?

– Ага, сразу после того, как гостей примем, – парировала Лина, кивком указывая на мигающую лампочку активности стыковочного блока. – Может, развяжешь меня всё-таки?

Алиса фыркнула, – вот ещё… сиди так.

Она посмотрела на экран, выводящий изображение с внешних обзорных устройств. Чужой корабль уже пристыковался, но она не спешила впускать незнакомцев. Сходила за здоровенным гаечным ключом, и только после этого нажала на кнопку.

Послышалось шипение гидравлики, люк открылся. Вошли двое. Шлемы не позволяли опознать хотя бы расу. По росту это могли быть маларийцы, или даже обычные люди. Только вот корабль явно не с Терры. Впрочем, если это пираты, то у них могла быть любая техника. За деньги можно что угодно купить.

Она очень хорошо понимала, что удар ключом по прочному шлему не даст ровным счётом ничего. Надеяться на то, что они снимут шлемы? Глупо. Ведь они могут дышать чем-то совершенно иным, чем атмосфера внутри «Эксперта». И не факт, что у них есть фильтры.

И тут она поняла, что как бы она ни пряталась, и что ни выдумывала, посреди рубки сидит связанная Коперник, которая может запросто её сейчас сдать…

Она, стараясь шуметь как можно меньше, рванула назад. По пути зацепила какую-то железяку, и едва успела её подхватить на лету.

Когда она дошла-добежала-доползла в рубку, Ангелины в кресле не было.

Зато к тому моменту в помещение вошли гости. Они отлично понимали, что корабль их сам впустить не мог. Да и не выглядел он заброшенным.

Хотя у Коперник были связаны руки и ноги, ползла она быстро… Насколько это было возможно в сложившихся условиях. Потому что на 90% была уверена в том, что пришли за ней, чтобы вернуть назад. А этого она допустить не могла. Какие шансы спрятаться на небольшом корабле, внутри которого почти все отсеки закрыты, особенно, если ты надёжно связан? Да никаких. Потому нужно было придумать, как распутать руки.

Первым делом Лина поднялась на колени. Огляделась в поисках чего-нибудь подходящего. Наконец, нашла аварийный комплект. Там, кое-как открыв коробку, выудила резак. Связка прочных проводов в полимерной оболочке оказалась куда прочнее, чем кажется на первый взгляд. Но, к моменту, когда в отсек зашли гости, Коперник внутри уже не было.

В это время её всюду искала Алиса, которая, хоть и злилась на девчонку, начала всерьёз волноваться, что ту уже успели похитить. Успокаивал лишь тот факт, что назад на чужой корабль ещё никто не возвращался.

Каким чудом ни одна из девушек не столкнулась с «посетителями» – вопрос. Но те в недоумении прочесали все помещения, которые можно было открыть, и, никого не обнаружив, направились к выходу в стыковочный отсек.

Когда они уже собирались открыть люк, сзади набросились две разъярённые пантеры, свалив на пол и угрожая какими-то железяками.

– Да сегодня просто вечер женской доминации, – констатировала Ангелина.

Алиса злобно зыркнула на неё, и ничего не ответила.

Пленники почему-то не сопротивлялись, позволив себя связать всё теми же проводами, который в отсеке нашлось метров двадцать. Девушкам казалось странным такое их поведение. Хотелось допросить незнакомцев. Но, в то же время, Лина боялась, что если эти двое пришли за ней, они могут сболтнуть лишнего при Алисе. Это было ей чертовски не выгодно.

Наконец один из «арестованных» поднял стекло шлема.

– Оу… Снова маларийцы. Чудесно. И какого вас сюда занесло?

Примерно полчаса ушло на то, чтобы, в процессе разговора понять, для чего эти двое припёрлись на «Эксперт». Плюс ещё одна пренеприятнейшая новость – татуировки, которые набили им во время пьянки, это не только символ, но и маячок, используя который их можно найти практически где угодно. Технология специфическая. Но этот след будет вести за тобой хоть на край галактики… А ещё, свести такую татуировку можно только одним способом – отрезав руку к чёртовой матери… Но и после этого, в тебе остаются специфические частицы, которые фонят, делая тебя видимым для некоторых приборов.

Алиса несколько раз задумалась о пересадке руки. А лучше – своего мозга в новое тело. Правда, она не была уверена, что такая технология есть на Терре-7.

Тем временем, Лина развязала пленников, которые, действительно не планировали нападать, убивать, и похищать кого-либо. Саму Коперник успокаивал уже тот факт, что они прибыли не за ней. Точнее, за ней, но совсем по другой причине. Виной всему была её глупость в баре, после которой они с Полоцкой внезапно оказались членами тайного общества.

Гости предложили продолжить общение в более непринуждённой обстановке, пригласив девушек на свой корабль. Алиса очень не хотела покидать «Эксперт», потому что не доверяла никому, включая маларийцев. Их запросто могло связывать что-то с пиратами, старьёвщиками, или кем-то ещё, кому она успела насолить за шесть лет пребывания в роли космической кильки в этой жестяной банке. Хотя бы тому же Кеше (Кен’Ши Зуулу – главарю пиратской шайки, который улепётывал от заппи через весь корабль, вопя и испуская ферменты от ужаса). Вряд ли этот засранец вот так взял и забыл обиду и позор, которые испытал за те полчаса пребывания на Алисином боте. Впрочем… могла это быть и её разыгравшаясь паранойя пополам с воображением.

Пилот, скрепя сердце, и заблокировав все отсеки, включая рубку, где хранилась драгоценная лампа, отправилась в гости к маларийским заговорщикам.

Сколько раз Полоцкая себе говорила, что пора обзавестись чем-то стреляющим. И каждый раз приходила к выводу, что получать лицензию, оформлять, продлевать разрешение на хранение, проходить официальные государственные курсы – долго, скучно и затратно. Можно, конечно, купить нелегал, но потом любая проверка и тебе гаплык. Штраф – минимум пять-семь тысяч галакси, плюс лишение лицензии пилота на год. А если за стволом длинная история и пачка трупов, можно загреметь за решётку на долгие годы. Потому, ничего опаснее электрошокеров и ножей у неё никогда в хозяйстве не водилось.

Сейчас, топая по коридорам чужого корабля, в сопровождении хмурых маларийцев, она понятия не имела, чего ожидать. Могут принять, как родных, а могут сейчас Кеше отвезти и заработать.

Коперник же спокойно шла, разглядывая окрестности. Стены отсеков и коридоров были испещрены «наскальной живописью». Некоторые картинки не требовали даже пояснений. Мужики есть мужики, даже, если они с другого конце галактики. Внутри было не то, чтобы грязно, но порядка явно не хватало. Впрочем, это могло бы зацепить Алису, но никак не Ангелину, которая успела разбросать свои вещи по всему «Эксперту» и обклеила свою каюту плакатами и стикерами, словно подросток-бунтарь. Сделала она это спонтанно, или назло пилотессе – вопрос большой. Скорее – всего понемногу.

Наконец, путешествие по длинным и однообразным коридорам с одинаковыми панелями приборов и синими лампочками жизнеобеспечения, подошло к концу. Они добрались до большого раздвижного люка, рядом с которым стояли по стойке смирно двое охранников в броне и с немалых габаритов пушками. Они достали детекторы и проверили девушек на наличие оружия. Покосились на гаечный ключ за поясом у Алисы, но забирать не стали.

Створки люка, с характерным шипением разошлись по сторонам, и гостьям открылась следующая картина:

Посреди просторного помещения стоял большой стол, рядом с ним – минибар, полный разнообразных напитков. Стены были увешаны старинными картинами и гобеленами, сувенирным и настоящим холодным оружием, портретами каких-то маларийцев. Внутри оказалось вполне уютно, что ярко контрастировало с обстановкой в других помещениях корабля. За столом, расположившись в большом кресле из чего-то, подозрительно напоминающего натуральную кожу, сидела маларийка средних лет. Она пила гокку и изучала посетителей с явным любопытством. Охранники встали по бокам от входа и задраили люк.

– Милости прошу в мою скромную обитель, – вежливо обратилась хозяйка. – могу вам что-нибудь предложить?

Видя недоверчивую физиономию Полоцкой, маларийка добавила, – не волнуйтесь, травить, или похищать вас никто не собирается. Мы вам не враги. Скорее даже наоборот.

– И кто же вы? – полюбопытствовала Алиса.

Коперник тем временем разглядывала антиквариат на стенах. Вещи в помещении её привлекали куда больше, чем их владелица. Она прошлась, осматривая экспонаты. Особенно её привлёк большой двуручный меч, украшенный драгоценными камнями. Выглядел он весьма внушительно. Над ним висел шлем и металлические перчатки.

Незнакомка, судя по всему, командующая здесь всеми, улыбнулась, – Я предпочту пока что остаться инкогнито для нашей общей безопасности. Если вас схватят власти и будут допрашивать, никто не сболтнёт лишнего.

– Ладно, будь по-вашему, – согласилась Алиса, – Вижу, вы любите антикварные вещицы? Коллекционер?

– Отнюдь. Просто предусмотрительная женщина. Вовремя собрала всё и сбежала, прежде, чем террианцы начали сбрасывать на головы моему народу мир и демократию.

Полоцкая помрачнела.

– Я не хотела вас обидеть. Просто такова суровая реальность. Быть частью народа малари – большое испытание. Нам никогда не было легко. Но я никого не виню. Наши собственные ошибки помешали стать великой державой. Наша глупость и доверчивость привела к появлению «террианского протектората».

Алиса хотела спросить ещё что-то, но внезапный грохот отвлек их обеих. Женщины обернулись и увидели Ангелину, приваленную грудой металла. В руках она держала тот самый меч, а шлем свалился ей прямо на голову, только задом наперёд. – Ой…

– Ты что там творишь? – грозно спросила Полоцкая.

– Я упала… – покраснев, ответила Лина.

Чтобы как-то разрядить обстановку, маларийка предложила девушкам немного перекусить.

Наличие террианской пищи на корабле заставило аппетит Коперник разыграться не на шутку. – А откуда у вас наша еда?

– Мы подготовились к встрече. Могу даже горячие бутерброды сделать, если желаете.

– Горячие… – простонала Лина, словно только что увидела мужчину своей мечты.

– Поняла, – улыбнулась маларийка. – сейчас всё принесут.

Пара рослых охранников вышли из помещения, и через десять минут вернулись с подносами еды. Там было даже настоящее мясо, которое, после фуд-паков из магазина казалось просто пищей богов. Даже Алиса оценила гостеприимство.

– Может быть, желаете гокки? – спросила хозяйка.

Алиса чуть не поперхнулась, – Эм… нет, спасибо, у меня после неё вот это появилось, – Полоцкая показала на своё плечо, где красовалась ещё свежая татуировка.

Ангелина, жуя бутерброд с сыром, добавила, – Я хотела, чтобы они на попе набили, но ребята сказали, что показывать зад, чтобы продемонстрировать знак повстанцев, как-то некультурно… Ой… кажется, я лишнее сболтнула.

Алиса дала напарнице звонкую затрещину, да так, что у той загудело в ушах. Она едва не подавилась бутербродом, но справилась и пережевала всё, а потом добавила, – Ну не набили же…

– Морду тебе набить надо за такое.

Алиса, старавшаяся всё это время не набрасываться на еду, почувствовала, что желудок её скромности не разделяет. Она отбросила сомнения в сторону и примкнула к Коперник, уплетающей за обе щеки принесённые охранниками яства.

– Блин, вкуснятина какая, – промурлыкала Лина, доедая последний бутерброд, на сей раз – с ветчиной и сыром, которые для террианцев давно стали деликатесами. – Где вы это всё достали?

– У меня хорошие связи. И надёжные поставщики, – подмигнула хозяйка. Она дала знак охранникам, в помещении приглушили свет, вошли ещё двое, держа бутылку и три бокала.

– Это что? – уточнила Полоцкая, искренне надеясь на то, что не будет маларийского пойла, тату на заднице и революции.

– Шато 1978 года, произведено на Терре, до Исхода. В мире всего четыре бутылки. Это одна из них.

Алиса с удивлением взглянула на маларийку, – И зачем всё это:?

– Чтобы вы поняли. У меня нет ненависти к людям. И я очень ценю то, что вы согласились нам помочь.

Пилот подскочила с кресла, – я ни на что не подписывалась! Это всё она! – Алиса показала на Коперник, а та помотала головой, пережевывая мясо и достала коммуникатор. Нашла видеозаписи и включила последнюю.

Алиса стояла на столе и орала – Ярранг, сучки! Мы покажем этим захватчикам, чего стоим! Свобода Малари, смерть оккупантам!

Затем она отхлебнула гокки и упала на одного из повстанцев, едва не вырубив последнего. Дальше Полоцкая смотреть не стала.

– Я под гоккой была и ничего не помню. И вообще…

– Вы – наша единственная надежда, больше никто не сможет это сделать. Нам нужны союзники с Терры.

– Плохи же ваши дела, если последняя надежда – две пьяные бабы, которые даже не помнят, что творили в баре, – ответила пилот.

– Я лично всё помню, – вмешалась Коперник и получила новую оплеуху.

– Эй, хорош рукоприкладства… То связывает, то дерётся. Если у тебя мужика давно не было, не надо на мне свои садо-мазо наклонности демонстрировать!

– НУ все, -не выдержала Алиса. Маларийка кивнула охранникам и те вовремя подхватили разъярённую пилотессу под руки, прежде, чем та успела отправить Лину в нокдаун.

– Девочки, остыньте. Разговор предстоит долгий и непростой. Потому, налейте себе вина и расслабьтесь.

«Переговоры» длились два часа. Вино давно закончилось, и в ход пошла вся выпивка, от которой человек хотя бы не отправлялся в коматозное состояние. Напоили даже охранников, и те распевали патриотические песни. План, созревший у заговорщиц, был столь безумным, что если он сработал, то стал бы грандиозной авантюрой.

Тараканов Алиса принципиально не выводила. Потому что эти существа перекочевали вместе с людьми с их первой родины. Этих мелких паразитов не истребляли из ностальгии по потерянному дому. И вот теперь, когда пузатый и усатый крепыш полз к оставшейся на полу крошке, никто не заносил над ним тяжёлый тапок. Его, как родного здесь ждали и любили. Кто бы мог подумать, что нужно уничтожить целую планету для того, чтобы какие-то отдельно взятые существа начали нормально воспринимать других. Впрочем, в межчеловеческих отношениях эта фишка тоже сработала.

Алиса сидела в любимом кресле. Оно, конечно, было менее крутым, чем кожаные на маларийской тайной базе, но от того не становилось менее мягким, удобным, и уютным. Она вгрызалась в энергетический батончик со злаками, тайно мечтая о кусочке мяса. Этот поход в гости окончательно пробудил в ней мясоедку, хотя ещё пару суток назад она считала себя приверженкой здорового питания. Но мясо, ветчина и сыр…

Лина что-то читала на комме, подключив его к слабому сигналу G-Net. Ближайший маяк был настолько далеко, что скорость соединения можно было сравнить с Dial-up времён старой Терры. Даже картинки грузились столь немыслимо медленно, что Коперник сама напрягалась, когда очередной пиксель не желал показываться на экране. Впрочем, с этим ничего не поделать. Нужны сверхмощные антенны и передатчики. А такие есть только у даль-разведки, военных и, собственно, экспедиционного флота.

Иногда для решения этой проблемы запускали сёрф-ботов. Их в огромном количестве разбрасывали по космосу, чтобы те создавали подобие сети. Большие корабли корпораций бесплатно скидывали их из шлюзов по пути. Многие жаловались на то, что это лишний мусор на торговых путях, но и без них тоже стало бы туго.

Одно дело – реализовать связь на планете, или даже в рамках одной планетарной системы, и совсем другое – в целом секторе галактики. Та связь, что имелась, была, по сути, подарком Дирижёров. Они намеренно не выдавали младшим расам слишком эффективные технологии, чтобы не было перевеса в чью-либо сторону. Развитие должно идти своим ходом. Впрочем, о каком развитии могла идти речь, если все процессы заранее просчитаны?

Наконец Коперник устала ждать, когда догрузится очередная фотка в сети, и забросила комм.

Она подошла к Алисе и присела рядом на корточки: – И что делать будем?

Полоцкая покачала головой: – Вот что у нас вечно так – нажрёмся и соглашаемся на какую-то фигню, которая нам самим не нужна?

Лина развела руками: – потому что мы любим искать проблемы на вторые 90?

В глазах пилотессы вспыхнула искорка, и тут же исчезла. Нет… она правильная, честная, и не нарушает зако… хотя, уже нарушает. Особенно, если включить мозги, и подумать, что в том же кабаке сто процентов были лишние уши и глаза. А значит, не только на комме у Лины может быть видео, где Полоцкая орёт «Ярранг, сучки!». Ничего хорошего это всё не предвещает. Почему они ещё не в розыске? Скорее всего, если безопасники восприняли эту историю всерьёз, они давно отправили во все дыры данные. Алиса поймала себя на мысли, что начинает жутко параноить. А потому пошла к холодильнику за шоколадом.

Три дольки… нет, четыре. Когда половина плитки оказалась в желудке, на душе стало как-то легче. Лина, наблюдавшая за процессом со стороны, помотала головой: – Да, нам срочно нужно валить куда-то подальше.

– Ага, – кивнула Алиса.

– Где нас никто не знает, – продолжила Коперник.

Полоцкая вновь согласилась, доедая последние дольки шоколадки.

Ангелина отошла на несколько метров назад и добавила: – По магазинам походить… Шмоток купить. А то у тебя все мужские. Какой нормальный мужик на тебя клюнет в этом комбинезоне? – на этой фразе она уже сделала три шага назад, ожидая чего угодно, от броска тяжёлым предметом, до прямого в голову. Но пилотский кулак сжимал упаковку от шоколадки, а в уголках глаз выступили слёзы: – Я себе новые шмотки лет семь не покупала…