- -
- 100%
- +
1. Утопленник
- Леонтич утоп! – выпучил подёрнутые пеленой круглые глаза Гаврюша. Его белое яйцевидное лицо не выделялось на свежевыбеленной стене кабинета начальника винцеха райпищекомбината. И если бы не пылающие сквозь серую пелену красными прожилками глаза, нельзя было бы определить, откуда свалился на Учу Михайловича Кобриадзе, на его чёрную курчавую голову, этот вопль безысходности.
- Как, то есть, утоп?! – оторопел начальник.
- Натурально, в цистерне.
- Гаврила Степаныч, подойди, дыхни!
- Уча Михайлович, мы, конечно, обедаем под акацией в тенёчке не без чекушки…
- И?
- Ну, Леонтич полез в бочку с кружкой набрать сусла запить, и свалился. Ни кружки не видать, ни Леонтича.
- Вах! - смуглое лицо Кобриадзе вдруг приняло бордовый оттенок лакированного стола, за которым он сидел, пышные длинные усы решили тут же нарушить закон земной гравитации – встали торчком. Уча Михайлович выпрыгнул из-за стола, громко причитая по-грузински, отстранил судорожным движением руки с пути вытянувшегося по струнке слесаря и бросился в приёмную.
- Аллочка, вызывай «скорую»! – крикнул на ходу секретарше и побежал к бочкам-цистернам во дворе цеха. Следом за маленьким колобкообразным начальником мерил длинными ногами пространство приёмной длиннобудылый Гаврюша.
- Аллочка, «скорую»! – бросил перепуганной секретарше, которая уже крутила диск телефона. Та только махнула ему вслед рукой.
- Напрасно вы, Уча Михайлович, мы не алкаши! Так, для аппетиту, чекушечка… - возражал слесарь, нагоняя начальника.
- Откуда ты знаешь по-грузински?! – удивился тот, не сбавляя хода.
— Вот именно, откуда? Не знаю я по-вашему! - возмутился Гаврюша.
Рядом с бочками, крышка люка одной из которых был отвалена и в него, вися на железной приваренной к цистерне лесенке заглядывало трое рабочих, варёным раком краснел пожарный щит. Уча Михайлович схватил багор, Гаврюша – зачем-то ведро.
- Слазь, вашу мать! – заорал начальник. Рабочие спелыми яблоками ссыпались на землю. С багром наперевес Кобриадзе вкатился наверх. Направляя длинное орудие в небольшое отверстие люка, Уча резко подал рукоятью назад. Что-то звякнуло вначале, следом - глухой стук о землю. Оглянулся. Гаврюша лежал, раскинув руки в стороны, рядом с пожарным ведром. Он лез с ним по лестнице следом за начальником, и тот угодил багром ему под дых.
Фельдшер «скорой помощи» и Кобриадзе метались между недобрым вестником и Леонтичем, лежащим рядом с напарником в луже винного сусла с намертво зажатой в руке жестяной литровой кружкой. Руки-ноги, искусственное дыхание. Наконец фонтанчик-струйка сусла брызнул в лицо фельдшеру. Впалая грудь Гаврюши мехами заходила под ладонями начальника. Уча Михайлович воздел руки к небу и разразился короткой грузинской фразой.
- Да, слава богу, живы! – повторил Гаврюша. Он повернул голову к напарнику и спросил:
- Ты, Леонтич, как?
- Пойдёт… - ответил «утопленник», задумчиво рассматривая облака над собой. – А ты?
- Ништяк!
2. Перекус
- А всё ж-таки вы, Николай Леонтьевич, лучший у нас слесарь, - чесал затылок Кобриадзе. – И по механике, и по сантехнике, и с электричеством на «ты», - загибал короткие толстые пальцы на широкой ладони.
- Та не, Уча Михайлович, пусть Гаврюша сходит, - отнекивался недавний «утопленник», подпирая плечом дверной косяк в кабинете начальника винцеха. Его сморщенное прищуром бронзовое от загара лицо, обращённое к потолку, выражало вялое недоумение, будто на ровной побеленной поверхности что-то непременное отсутствовало.
- Гаврюша, Гаврюша… Вах! Что Гаврюша? Баламут! – нашёл, наконец, Кобриадзе слово. – А это председатель городского суда! Надо всё сделать по уму.
Слесарь продолжал недоумённо изучать потолок.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.