- -
- 100%
- +
– Лис! Лис! Ли-и-и-исссс!!! – Ревела многотысячная трибуна.
Невысокий, в блестящем, как и у других бегунов, огнеупорном костюме Лис мчался в пылающем тоннеле, и до окончания забега оставалось не более пятнадцати метром. Но эти оставшиеся метры были и самыми опасными. Материал, из которого был сооружен тоннель, сосна, сдобренная горючей жидкостью, горела очень хорошо. Квадратная решетчатая конструкция, чтобы было видно, что происходит внутри, в поперечнике два на два метра, длинной в стандартную стометровку выгорала очень быстро, и единственной защитой от нестерпимого огня служил глубокий песок, по которому бежал бегун. В случаях, когда бежать уже было не возможно от упадка сил или нехватки воздуха, инструкцией предписывалось как можно быстрее закопаться в песок и ждать спасателей. Понятно, что бегуны всеми силами старались не допускать остановки, так как понимали, что шансов выжить в раскаленном песке, у них практически нет.
Восемь бегунов-файрмэнов бежали парами каждый в своем тоннеле, после чего проигравший выбывал, а победитель переходил на следующий уровень и продолжал сражаться за победу в следующем забеге. В день проходило не более двух забегов, так как после каждого приходилось заново отстраивать тоннели. Через два дня перерыв, затем вновь два забега – полуфинал, еще день отдыха, и наконец, на шестой день финал, победитель которого получал все…
– … семь… шесть… пять… – шептал Лис потрескавшимися от нестерпимого жара губами. Огонь уже шел вровень с ним, грозя поглотить без остатка, дерзнувшего поспорить со стихией. Гудящее пламя со всех сторон, словно человек, бежит из ада, и только спасительный песок под ногами… – четыре… три… два… – прохрипел Лис, последним рывком преодолевая оставшийся метр. – Все! – Выдохнул Лис, вылетев из пламени лизавшего его костюм. Рухнув на песок, стоять он уже не мог, забег отнял слишком много сил, Лис постарался унять бешеный стук сердца, и восстановить дыхание. Сегодня ему повезло, не то, что Барсуку его сопернику, который отстал в середине своего тоннеля и до сих пор не вышел.
В том место, откуда выскочил Лис, рухнула горящая балка, словно топор гильотины, отделяя человека от жизни и смерти. Если не успел – то опоздал, остался там, в огне и моли Бога, успеть зарыться в песок с головой, иначе… Смерть…
– ЛИС!!! ЛИС!!! – Ликовали трибуны. Их любимец, такой же, как и они, местный паренек выиграл эти соревнования и теперь получит все что захочет.
– Тьфу, тьфу… – Лис выплюнул сухой комок, стоявший в горле, и медленно поднялся. Негоже будущему победителю встречать свой триумф, сидя на песке. Откинув с головы блестящий капюшон своего костюма, стянул вязаную шапку. По влажным и спутанным волосам тут же пронесся прохладный ветерок. Лис поднял голову сквозь прищуренные веки, взглянув на огромное Солнце. Глобальное потепление будь оно неладно, оказалось совсем не таким, каким его представляли двести лет назад в двадцатом веке. Все думали, что это из-за истончившегося озонового слова происходит таяние льдов, но оказалось, что сама Земля меняет орбиту, идя ближе к светилу, которое не только дарует жизнь, но и забирает ее.
«ЛИС» – Высветилось на ярком табло над ареной, Лис, с облегчением вздохнул. Заключительный забег завершился, и он выиграл, время чествовать героя.
С трудом растянув губы в гуттаперчевой улыбке, Лис направился к спешащим к нему навстречу людям. Всем, ему, зрителям, менеджерам владельцев арены и устроителей соревнований, никому из них не было дела, что стало со вторым финалистом, так и не вышедшего из своего тоннеля, остатки которого пылали рядом с тоннелем Лиса. Так было всегда – не всем улыбалась удача, кому-то и перепадал кривой оскал старухи с косой. Из восьмерых участников забега выжило пятеро, трое навсегда остались в своих тоннелях. Такова цена успеха и победы и самой главной награды – жизнь.
«Теперь все будет хорошо» – Лис поднял обе руки вверх, от чего толпа зрителей взревела в яростном восторге. Их горожанин, чей-то товарищ, друг, сын, брат, такой же, как они обычный парень победил!
***
Все началось из-за одного единственного старого ролика, кем-то выложенным в сети. Подвыпившие молодые ребята, дурачась, наперегонки бегали по горящим углям забавы ради, веселя своих не менее разгоряченных подруг. Когда просмотры пятиминутного ролика перевалили за миллион, у одного из многих голодных до денег индивидуумов что-то щелкнуло в голове:
«А что если организовать настоящие соревнования, но по более длинной трассе, например метров сто? Стометровка?»
Вопрос был бы риторическим, если бы его не поддержали такие же жаждущие до денег приятели. Идею быстро оформили в стартап, деньги на удивление тоже быстро нашлись, оказывается наблюдать как рискуют другие интересно многим, а желающих испытать себя и заработать много денег – во все времена хватало… И началось…
Очень скоро для поддержания интереса к соревнованиям его стали усложнять. Кто-то подумал, что бег по углям не так уже интересно наблюдать:
«А, если бегать в деревянном коридоре-тоннеле, который горит? И вместо земли насыпать песок, чтобы не так быстро бежали?»
В первое время на забегах дежурили пожарные машины, однако в течение времени количество просмотров и живых зрителей на соревнованиях стало уменьшаться. Опасность, какая бы она не была будоражащей воображение, заставляющей стынуть кровь со временем приедается, и становиться обыденной. Как любая война, от которой вначале все в ужасе, а потом как-то привыкают и приспосабливаются, а некоторые даже преотлично живут. Возможно, все бы и закончилось тем, чем обычно все заканчивается соревнования превратились бы в банальность, пока однажды арендованные экипажи огнеборцев не опоздали на соревнование. Стремясь получить хоть какую-то прибыль из своего угасающего шоу, владельцы не стали переносить или отменять забег и не прогадали. Запись соревнования, где спортсменам или как их официально называли файрмэны, приходилось мчаться сквозь огненную стихию, без какой либо страховки и надеяться только на песок, моментально стала бестселлером. Дальше было все как по учебнику экономики: «Ни одна жизнь не стоит ожидаемых баснословных прибылей…»
Ушлые менеджеры решившие ковать железо пока оно горячо и на очередных организованных практически через неделю соревнованиях прибывшие вовремя пожарные машины убрали подальше от всеобщих глаз. И аншлаг повторился, и, несмотря на многочисленные ожоги файрмэнов, ранние сходы с дистанции зрители были в восторге. Забег через горящий тоннель из опасного заставляющего сжиматься от испуга соревнования превратился в настоящую борьбу за жизнь. Зрителям довелось воочию наблюдать за известным из покон веков тезисом: «Побеждает сильнейший», рейтинги шоу, а за ними и ставки на файрмэнов, и прибыль его устроителей стремительно поползли вверх. Участь файрмэнов или как их стали называть из-за красных с черными пятнами ожогов лиц – огнеупорные кирпичи, была решена.
***
Барсук с трудом отлепил веки, что бы тут же их закрыть, ослепленный нестерпимым сиянием. Медленно очень осторожно приоткрыл их снова, чтобы палящее беспощадное Солнце вновь не ослепило его, Барсук попытался, повернул голову, и ему это удалось, стало немного легче. Солнце блестело теперь сбоку, и оно не шло, ни в какое сравнение с тем горнилом, в котором он бежал.
«Я проиграл…» – констатировал Барсук, заметив группу пожарных. Те лениво разглядывали догорающие остатки обоих тоннелей и не спешили раскатывать пожарные рукава. Вода в их мире была драгоценностью и тратить ее на то, что само догорит, не имела смысла. – Эй… – позвал пожарный Барсук, но из его уст не вырвалось, ни звука. Только его легкие хрипели, словно старые кожаные меха, с трудом заполняя файрмеэна горелым воздухом. Голова Барсука начала кружиться, до него донесся запах горелой плоти. – Я здесь… – повторил Барсук, но лишь хрип вырвался из его горла.
– Вроде кто-то хрипит… – один из троицы пожарных, что стояли блице к тоннелю проигравшего файрмэна повернулся к напарникам. – Не слышите? – Пожарный ткнул пальцем в груду золы. – Там…
– Да брось Сапсан… – усмехнулся самый старший пожарный. – К этому времени никто уже не выжил, он давно мертв…
– Вот еще… – пожарный поднял темное забрало своего защитного шлема, явив взорам коллег молодое лицо. – Опять! Там кто-то есть…
– Нет там никого! – Попытался урезонить молодого коллегу старший пожарный. – Остынь… Скоро все догорит, сам убедишься…
Молодой пожарный не стал спорить, захлопнув забрало, направился к куче золы.
– Молод еще… – поддержал старшего пожарного третий из их троицы, – не набегался еще… Вот помню я… – пожарный пустился в рассказ одного из эпизодов своего богатого опыта. В это время Сапсан принялся ворошить золу. – Год назад был я на одних соревнованиях… – делился воспоминаниями рассказчик, – и в финале никто не вышел… Представляешь Ястреб, оба кирпича остались в своих тоннеля! Вот была потеха… Ставки–то, делали на обоих кирпича, а в итоге выиграли владельцы арены…
Пожарные дружно рассмеялись веселой концовке истории, наблюдая, как их молодой коллега все еще разгребает золу.
– Здесь живой! – Закричал Сапсан, ухватившись за что-то в золе. – Файрмэн жив!
Двое пожарных тут же перестали смеяться, бросившись на помощь Сапсану. Спасенный файрмэн это хорошая премия и упускать ее никак нельзя.
***
На следующее утро Лис проснулся в шикарном номере отеля. Вчерашняя вечеринка в честь победителя огненного забега удалась на славу. С гримасой взглянув на пышную красавицу, лежащую рядом, Лис быстро отодвинулся от нее, завернулся в простыню и поспешил удалиться в ванну. Включив воду, недовольно посмотрел на свое отражение в зеркале. Какое-то подспудное чувство, недосказанности или неудовлетворенности довлело над ним со вчерашнего вечера. Он чемпион – это, несомненно, и счет на его имя в местном банке ощутимо пополнился – это тоже плюс. Но недовольство все, же присутствовало. Лис сел на край ванны попробовал пальцем воду, затем чуть прикрутил холодной воды. Эта ванна, да и сам номер в отеле теперь по праву принадлежат ему. Так сказали ему менеджеры соревнования, правда, в контракте, который он подмахнул вчера не в лучшем своем состоянии, было указано, что чемпион должен участвовать всех соревнованиях, защищая свой титул. Такова плата за то чтобы всегда быть первым, и вот это обстоятельство больше всего и напрягало, Лиса.
«Мне уже тридцать, возраст не самый лучший для смертельно опасного занятия, тем более… – Лис обвел взглядом огромную ванную, затем вспомнил количество нулей после единицы на своем счете,– теперь мне есть что терять…»
Менеджер же украдкой шепнул Лису, что большие боссы его хотят выставить нового чемпиона на большой чемпионат, раньше такие мероприятия назывались олимпиады. И это было очень плохо, так как Лис не надеясь выиграть вчерашние соревнования, намеривался закончить свою карьеру файрмэна, но похоже, что сейчас отвертеться, ему не удаться. Вздохнув Лис, подмигнул своему отражению:
– Все будет хорошо… Я справлюсь… Выступлю на большом чемпионате и сразу же уйду…
Прикрутив оба крана Лис, погрузился в ванну. Так много воды, которая стоит очень дорого была одной из его привилегий. Теперь он чемпион, и может себе это позволить, поэтому прочь все ненужные мысли. Сейчас нужно максимально все брать от жизни пока есть возможность…
Пока Лис нежился в ванне, наслаждаясь своим чемпионством в это время в таком же роскошном номере, двумя этажами выше двое мужчин, в одном из которых угадывалась властная натура, решали насущные вопросы:
– Что так рано Карась? Договорились же, на одиннадцать часов… Что-то случилось?
– Случилось господин Окунь, второй файрмэн как его… Барсук кажется, выжил!
– Вот как? А как же твой шпион? Ты уверял, что он сделал все как надо. А Карась? Или не сделал?
– Сделал, господин Окунь, сделал? Все как надо сделал! Насыпал ему в его стакан порошка тот и остался в тоннеле…
– Остался, но выжил?
– Да господин Окунь выжил… Его нашли пожарные и это после того как он час пролежал в своем сгоревшем тоннеле… Сейчас он у медиков…
– Это уже не важно… Сам понимаешь Карась о Барсуке никто не должен узнать, любые анализы покажут что он был отравлен…
– Понимаю господин Окунь…
– Ну и?
– Все в порядке господин Окунь… Шпион к вечеру доделает свою работу…
– Вот как? А как же пожарные и медики?
– Думаю перераспределить их подальше отсюда, намекнув, чтобы поменьше болтали…
– Допустим… У нас Карась скоро большой чемпионат и проблемы нам не нужны… Новый чемпион уже подписал контракт и никуда теперь не денется. На него уже сейчас ставят самые высокие ставки… Надеюсь на это раз твой шпион не подведет?
– Нет, господин Окунь не подведет… Уверен, он сделает все как надо…
– Но ты все же подстрахуйся Карась… Подсуетись как-нибудь но чтобы Барсук замолчал навеки… Иначе нам не только своих ставок не видать но и сам понимаешь чего…
– Понимаю, господин Окунь, понимаю…
– Вот и хорошо, что понимаешь Карась… Осечек быть не должно…
– Не будет господин, Окунь… уверяю Вас…
Проводив Карася, Окунь, на прощанье, пожал ему руку, затем позвал из соседней комнаты своего помощника:
– Все слышал Шершень? – Невзрачный, невысокий человек утвердительно кивнул. –Хорошо… Знаешь шпиона Карася?
– Пчелу? – Помощник вопросительно посмотрел на своего босса.
– Да. Он придет больницу к Барсуку, но не должен уйти оттуда, затем надо, чтобы там произошел пожар и на вызов прибыли те самые пожарные, которые нашли файрмэна… Медики, те, кто видел файрмэна, тоже должны остаться там. Никто не должен уцелеть… Тебе все понятно…
– Да босс… – поклонился помощник.
Как только Шершень ушел, Окунь стал быстро собираться, и перед самым выходом из номера, позвонив по ему только известному номеру:
– Доброе утро господин Акула, у меня для Вас есть интересная информация, и я хотел бы с Вами ее поделиться… Да… Спасибо господин Акула… Скоро буду…
***
Личная эмблема Лиса – серый прямоугольник размером с половину ладони, где на фоне зеленой окружности символизирующую Землю встретились две стилизованные зигзагообразные синие молнии, перечеркнутые наклонной черной прямой. В нижнем правом углу было вышито золотыми буквами: Fox. Лис с удовольствием натянул новый костюм, взглянув на себя в зеркало – выглядел он шикарно как настоящий большой чемпион, задрав подбородок вверх, с гордостью произнес:
– Я чемпион! Я большой чемпион!
Именно так – «Большой чемпион» назывался победитель большого огненного забега, в котором предстояло участвовать Лису. Месяц отдыха пролетел быстро, и менеджеры его единственного спонсора господина Окуня недвусмысленно дали понять файрмэну, что хорошую жизнь надо отрабатывать. Выигрыш регионального чемпионата это конечно почетно и несет победителю многие выгоды, но не идет, ни в какое сравнение с победой на большом чемпионате, которые проводят каждые пять лет. Победитель большого огненного забега мог до конца жизни ни о чем, больше беспокоиться и ничего не делать. Сумма, которая полагалась большому чемпиону, была умопомрачительной, как и всемирная слава. За все время существования большого огненного забега было лишь трое его победителей, о которых ходили легенды, и Лис вполне может стать четвертым!
Менеджеры господина Окуня постарались на славу Лис, вдохновленный их словами, с нетерпением ожидал выступления на Большой Арене. Покрутившись еще перед зеркалом, Лис с сожалением снял свой новый костюм, забег только завтра, сейчас же следовало набраться терпения…
В это время на Большой Арене вовсю кипела работа. Рабочие арены, вооружившись длинными с острыми концами шестами, проверяли трассы, демонстрируя судьям и представителям файрмэнов, что в толстом слое песка нет твердых поверхностей. Затем под их пристальным контролем уже другие рабочие в течение нескольких часов строили два тоннеля. Все делалось для того чтобы заинтересованные лица были уверены что предстоящий большой огненный забег пройдет без подвохов и обмана, так как ставки на файрмэнов делались сумасшедшие.
– Как твой чемпион? – Толстый среднего роста лысый мужчина отвернулся от окна, из которого открывался прекрасный вид на арену. – Арена скоро будет готова, затем возле тоннелей выставят охрану… Окунь, ты уверен, что твой чемпион победит?
– Уверен, господин Кит… Не волнуйтесь… – Окунь в полусогнутой позе которого не угадывалось ничего властного с подобострастием смотрел снизу вверх на владельца Большой Арены, – Все пройдет отлично…
– Я тебя услышал Окунь… теперь иди… – Господин Кит, взмахнул рукой, отпуская Окуня, и тот низко кланяясь, пятясь, вышел из кабинета. Практически сразу в кабинете распахнулась дверь потаенной комнаты, из которой вышел плотный мускулистый мужчина. – Что скажешь Акула? – Хозяин кабинета указал тайному гостю на мягкое кресло возле большого стола, на котором стояли вытянутый кувшин и несколько бокалов.
– Думаешь, обманет? – Акула налил себе напитка и слегка пригубил из высокого бокала.
– Да, – хищно усмехнулся господин Кит, – Окунь думал, что все погибли в пожаре устроенном его помощником, но мои ребята успели кое-кого спасти и один из них некий Пчела рассказал, что его хозяин подстроил соревнования, в которых выиграл их протеже. А затем мои люди взяли его… этого Карася и он много чего поведал… Думаю, что чемпион Окуня проиграет большой забег, а это значит, что пропали все наши с тобой ставки.
– Вот гаденыш! – Акула поставил на стол недопитый бокал, несмотря на превосходный вкус напитка пить ему расхотелось. – Этот Окунь приходил ко мне и уверял что победа его чемпиона дело верное…
– Да Акула… – господин Кит оскалился, глядя в пространство перед собой. – Он и мне так говорил…
– Вижу, у тебя есть план… Кит… – Акула вывел хозяина кабинета из задумчивости, – Мы не можем накануне соревнований аннулировать свои ставки, это вызовет, подозрение… Ты что-то придумал?
– Да! – Губы господина Кита сложились в некое подобие улыбки, в которой только заядлый оптимист увидел бы дружелюбие. – И вот что мы сделаем…
***
В день большого огненного забега Большая Арена была забита под завязку. Десятки тысяч зрителей кому посчастливилось купить билеты на это шоу, с нетерпением ждали начала большого огненного забега. Оба файрмэна в своих огнезащитных костюмах в полной готовности смотрели на большое табло, на котором отсчитывалось время до начало старта. Десять минут… пять минут… три минуты… минута… На последних секундах файрмэны отвели взгляды от табло сосредоточившись перед рывком, зрители же стали хором скандировать:
– Пять! Четыре-е-е! Три-и-и! Два-а-а! ОДИН!!!
Лис мгновенно оттолкнулся от асфальта, прыгая как можно дальше в тоннель, почувствовав, как над головой загорелось дерево. Глубокий песок под ногами не давал возможности разгоняться, поэтому приходилось напрягаться изо всех сил, чтобы хоть на немного бежать, впереди пламени, которое с пугающим гудением охватило все стороны тоннеля. Краем глазом Лис видел мелькание его соперника во втором тоннеле, который тоже не плошал и бежал практически наравне с ним. Кто был второй файрмэн, Лис не знал, его имя Медоед – ни о чем не говорило, но бежал он хорошо и до центра тоннеля они добрались вровень. Дальше Лис перестал смотреть по сторонам, пламя с левой стороны тоннеля внезапно оказалось впереди его.
– Ну же! – В отчаянии заорал Лис. – Вперед!
Однако ноги почему-то перестали ему подчиняться, в голове странно помутилось, а затем резкая боль, появившаяся в живота, заставила Лиса остановиться. Пошатнувшись, Лис хотел опереться о нетронутую огнем доску, но рука промахнулась, и он рухнул на песок.
«Закопаться как можно глубже…» – пришли в голову Лиса слова наставления инструкции, – как можно глубже…»
Однако его руки бессильно лежали вдоль его обездвиженного тела, и Лис, с ужасом взирал, как прямо над ним рушится ревущая пламенем деревянная конструкция, ссыпая обжигающие угольки на его лицо…
… еще мои люди вытащили из горящей больницы второго кирпича и вылечили его. – Акула с интересом наблюдали из окон в кабинете господина Кита как копошатся внизу люди возле горящих тоннелей, из которых оба файрмэна так и не вышли. Как владелец Большой Арены, а значит, очень богатый человек господин Кит имел много возможностей, о который мало кто подозревал. Сам же хозяин кабинета не проявлял интереса к забегу, словно зная наперед о его финале. Сидя на кресле за большим столом он с удовольствием смаковал прохладный фруктовый напиток. – Затем сделали ему предложение… Этот Барсук… он очень хотел отомстить за свой проигрыш, поэтому согласился. Мы дали ему другое имя – Медоед это ведь тоже барсук, а дальше дело техники… Понимаешь Акула? – Господин Кит хитро прищурился, глядя на застывшего и начинающего понимать его замысел Акулу. – И самое главное … – господин Кит на этот раз улыбнулся широко и искренне, – все сделанные ставки остаются у владельцев арены в случаи, если оба кирпича не выходят из своих тоннелей… На то они и расходный материал эти огнеупорные кирпичи…