Имменсерит. Огненное сердце Ювина

– Да, ты умеешь производить первое впечатление, – удивился Аеск, глядя на то, как служанка уходит за дверь, при этом она не сводила с Авенира глаз.

– Я не преследовал такой цели, Аеск. Меня не интересует ни эта ни какая другая девушка, – нехотя ответил Авенир.

– Я ничего такого не имел в виду, – хотел оправдаться Аеск, но по лицу Авенира было понятно, что этого не требуется.

Почти сразу же принесли пять высоких деревянных кружек с резными ручками, наполненных до краёв тёмным густым пивом из далёкой славной Тритики.

– Наконец-то я высплюсь в мягкой постели! – пожаловался Валь, сделав большой глоток и испачкавшись в пене.

– Я бы не спешила с выводами, Валь, – предостерегал его Иветиль, сидевшая рядом с ним.

– Нам надо отыскать скорняка по имени Хельвар. Иероним был уверен, что он точно сможет нам помочь. Как мы сможем это сделать?

– Я думаю, что после обеда кому-то из нас необходимо сходить в лавку к кожевеннику, и узнать у кого он берет меха и кожу для своих изделий. Возможно так мы выйдем на Хельвара, – предложил Рогдай.

– Это отличное предложение, мой друг.

– Да, я с удовольствием составлю тебе компанию, – подхватил Аеск.

– И я, – добавила Иветиль и тут же принялась пить из своей кружки.

– Тогда я останусь тут. Мне надо хорошенько подумать над всем тем, что происходит. Валь, чем займёшься ты?

– А я разведаю, что тут и как. Проверю округу, вдруг нам придётся спешно ретироваться отсюда.

– Хорошо, но постарайся без провокаций и инцидентов. Договорились?

– Само собой, Авенир, – с лукавой улыбкой ответил самый юный и самый ловкий участник похода.

Когда все участники отряда допивали по второй кружке пива, принесли горячее. Сначала подали морской суп с целыми кусками красной рыбы, две корзины с белым хлебом и то, от чего Авенир охотно отказался – прозрачный напиток в маленьких деревянных чарках. Сразу после этого принесли целую баранью ногу, зажаренную на огне с травами и чесноком. Она была такой сочной и вкусной, что Авенир невольно вспомнил вечер за столом у правителя Инрама Маарифа Сейфуллы. После того, как с бараниной было покончено и все допивали уже четвёртую кружку пива, подали пироги с птицей, белой рыбой и олениной. Рогдай и Аеск по солдатской привычке не отказывались от горячей еды, когда была такая возможность, но Авенир съел и выпил уже достаточно. Он покинул застолье, попрощавшись со всеми до вечера и отправился наверх. На выходе из эркера стояли Лотта и Бенгда. Обе явно желали составить Авениру компанию прямо сейчас, но он одним лишь взглядом дал понять, что находится не в лучшем расположении духа.

Поднявшись в комнату, где им предстояло квартировать, он бросил свой плащ на стул, расстегнул пояс с ножнами и сбросил сапоги. Уставший, Авенир повалился на жёсткую деревянную кровать и уснул беспробудным сном почти сразу же, как его голова коснулась набитой пухом и перьями подушки.

Ему приснилась Амна. Возможно, это произошло потому, что он думал о ней не переставая уже несколько дней. Сначала она просто смотрела в его сторону и вокруг ничего не было, сплошная пустота. Она искала взглядом помощи, но не видела Авенира, или не могла разглядеть. Он попытался её позвать, но слова растворялись в пространстве. Тогда он решил подобраться к ней ближе. С огромным трудом ему это удалось, словно он шёл через глубокое болото вброд, ощущая постоянное сопротивление. Присмотревшись ещё раз, он увидел, что руки Амны изранены, также, как и лицо. Она не стоит, а сидит, прикованная цепями к каменной стене. Она слабо шевелит губами, но Авениру не слышно, что она говорит и кому, Тогда он попытался подобраться ещё ближе, но сила сопротивления была просто ужасающая. Авенир сквозь сон физически ощущал тяжесть и давление всем своим телом. Какой-то шум, похожий на гул тысячи голосов, мешал ему сосредоточиться, давя на барабанные перепонки. Наконец-то он остановился и посмотрел на Амну ещё раз. Кровавые подтёки под глазами, сломанный нос, искусанные обветренные губы. Она была в ужасном состоянии, ей не протянуть долго. Замерев на месте, сконцентрировав всю волю, Авенир отодвинул на второй план всё, что его отвлекало. Теперь он смог прочитать по губам одно единственное слово, которое она повторяла раз за разом – «помоги».

Авенир резко сел на кровати, тяжело дыша. Через окно было видно, что на улице уже темнеет. Он понимал, что его сон это не просто сон, это видение, которое он сам вызвал.

Авениру ещё никогда не было так плохо, как сейчас. Его слегка потряхивало, словно леденящий душу ноябрьский ветер продувал его насквозь, лоб покрылся испариной, а в голове царил настоящий хаос. Ему хотелось закричать, но он не мог, не было сил. Авенир пошатываясь встал с постели. Он чувствовал себя морально опустошённым. Возможно на него подействовало то, что он увидел во сне, а возможно и сам факт вызванных им образов так израсходовал его жизненный запас сил.

Вечер приближался, а никто из спутников Авенира до сих пор не вернулся. Это был не очень хороший знак. Покинув комнату и неспешно спустившись вниз по винтовой лестнице, Авенир сначала направился к стойке, за которой маячил седеющий тавернщик Лейф Франс.

– Мои друзья ещё не возвращались? – на всякий случай поинтересовался Авенир, щурясь от пламени свечей.

– Никак нет, юный господин. После того, как вы поднялись наверх, они закончили трапезу, и все ушли.

– Хорошо, подай тогда ужин в закрытый эркер на меня одного, а если кто-то из них вернётся, то отправляй сразу ко мне, договорились? – Авенир выглядел измотанным и уставшим, даже слегка больным.

– Как прикажете, – лукаво улыбнулся тавернщик и удалился на кухню.

Авенир добрёл до того места, где сегодня днём они все вместе разрабатывали план действий.

Через какое-то время Лотта принесла ему горячий суп с белыми грибами и бараниной, а следом запечённую с овощами и зеленью рыбину. Выпив почти залпом целую кружку пива, Авенир почувствовал дикий голод. Пока он расправлялся с принесённой едой, в таверну наконец-то вернулись Рогдай, Аеск и Иветиль. Они сразу же пришли к нему в эркер, как Авенир и просил.

Заказав себе еды у служанок, Рогдай и Аеск принялись рассказывать о том, что им удалось узнать за целый день. Как выяснилось, личность Хельвара достаточно известная. Шкуры его выделки пользуются огромным спросом. Благодаря своему таланту он пользуется большим авторитетом у всех кожевенных мастерских, хотя ни с кем напрямую не работает. Особо состоятельные господа обращаются напрямую к нему, а он уже советует мастера, кто может изготовить нужное изделие. Кроме того, Хельвар искусный охотник и опытный следопыт. Он добывал очень дорогие шкуры невероятно редких зверей по специальным заказам. Но, как говорят, ему не доставляло это особой радости. Найти дом Хельвара не составляет большого труда. Он живёт на улице Второго Месяца, напротив лавки оранжерейщика.

– Мы можем отправиться к нему завтра с утра, – закончил рассказ Аеск.

– Отличная работа. Вы узнали всё, что нам было необходимо. По всей видимости именно так мы и поступим.

– Авенир, с тобой всё в порядке? – встревожилась Иветиль вглядываясь в глаза брата.

– Да, сейчас уже лучше.

– Что-то случилось пока нас не было? – упорствовала девушка.

– Не то чтобы случилось, – Авенир потёр ладонями виски и начал рассказ, – отправившись наверх я вовсе не планировал спать. Но когда я только коснулся кровати, то моментально провалился в глубокий сон. При этом, я не понимал, что сплю. Я видел странные образы и что-то мне подсказывает, что они реальны. Они связаны с Амной. Мне очень тяжело это осознавать, но похоже она где-то умирает в сыром подвале, прикованная к стене. А самое ужасное, что ничем не могу ей помочь.

– Может это всё-таки просто сон? – уточнил Рогдай.

– Нет, по ощущениям это совершенно не сон. Всё было слишком реально, и когда я очнулся, я ещё долго не мог в себя прийти.

В этот момент в эркер на полном бегу ворвался запыхавшийся Валь.

– Валь, что с тобой? Ты в порядке? – поднялась ему на встречу Иветиль.

Но самый юный из участников похода был не в состоянии говорить. Складывалось впечатление, что за ним кто-то гонится. Тяжело дыша, Валь схватил стоящую на столе кружку и осушил её в несколько глотков. Переведя дух, он наконец заговорил.

– Авенир, неподалёку отсюда есть ещё один постоялый двор – «Золотой карась» называется. Дак вот я там провел весь день, следил за одной парочкой. А знаешь почему? Я услышал твоё имя в их разговоре! Они тебя знают! Авенир, как они нас нашли?

– Что за парочка? Как они выглядят? – не выдавая волнения спросил Авенир.

– Один такой здоровенный парень, высоченный, широкий. С чёрными волосами и такой же чёрной щетиной по всему лицу как у Рогдая, а девушка, ну та…даже не знаю как описать. Не скажу что красавица, но её глаза – она один раз на меня посмотрела, дак меня до костей страх пробрал! – не успел Валь закончить, как Авенир вскочил и на ходу крикнул:

– Показывай дорогу, Валь. Я давно не слышал столь радостных известий!

– Что ты говоришь, Авенир? Ты знаешь кто они такие? – удивился Рогдай, переводя взгляд с взволнованного Авенира на расплывшуюся в улыбке Иветиль.

– Конечно знаю! Это мой брат – Эфрон и наша подруга из Сорочьего городка Яролика Феман! Поторопимся!

– Но как они здесь оказались? – ещё сильнее поразился Валь.

– Всё просто, мой юный друг. Они получили мою записку, которую я оставил для них в Тритике, в харчевне «Сладкое яблочко».

Глава 23. Неожиданная встреча

– Я тебе говорю – что-то не так. Мы здесь уже неделю, а про них ни слуху, ни духу, – упорствовала Яра.

– Все в порядке, я знаю. Надо просто ждать, – ответил ей Эфрон.

– Чего ждать? Надо двигать отсюда и идти по их следу из Тритики, – девушка как всегда была полна решимости и не собиралась заканчивать этот разговор.

Но Эфрон не хотел спорить. Он знал, что с Ярой бесполезно пререкаться – проще промолчать и сделать по-своему. После нескольких глотков чёрного пива, он осмотрелся по сторонам. В этот самый момент дверь в общий зал постоялого двора отварилась. На пороге стоял высокий светловолосый юноша с обветренным лицом и яркими голубыми глазами. Сразу же за ним внутрь вошла огненноволосая девушка. Это были Авенир и Иветиль. Следом шли ещё трое их спутников, которых Эфрон не знал. Братья встретились глазами и не говоря ни слова направились навстречу друг другу, для дружеских приветственных объятий.

– Как я рад тебя видеть, брат мой! – не сдерживая эмоций выпалил Эфрон, освобождая Авенира из медвежьего захвата.

– И я тебя! Как вы добрались? – Авенир уже поприветствовал Яру, приобняв её.

– Без особых происшествий. Весь путь от Тритики мы проделали по воде. К тому же достаточно быстро. Прибыли почти неделю назад, – ответила Яра.

– Эфрон, Яра, я должен вас познакомить с нашими спутниками. Это Рогдай, – Авенир указал на абсолютно лысого воина с кустистой бородой и густой щетиной на лице, – а это Аеск, а вот это Валь, наш самый юный друг и попутчик.

– Друзья моего брата – мои друзья! – радостно заявил Эфрон, пожимая руки новым знакомым, – предлагаю всем перебраться в более уединённое место и поговорить там.

– Отлично предложение, – согласилась Иветиль, а Яра и все остальные охотно поддержали эту идею.

– Авенир, нам надо тебе много чего рассказать. В первую очередь про Юфранора.

Было принято решение сначала подняться наверх в комнату Эфрона и Яролики, чтобы те собрали свои вещи, а затем все перебрались в тот постоялый двор, где квартировал Авенир со своими спутниками. Вся компания в полном составе вернулась в таверну «Голодная медведица», в тот самый эркер, где совсем недавно обсуждались планы на будущее. Там на столах до сих пор стояли нетронутые блюда с запечённой рыбой и пирогами.

– Авенир пока ты был в путешествии, тебе доводилось что-нибудь слышать про Скифос и про то, что там происходит? – задал вопрос Эфрон.

– Нет, совершенно ничего. Честно говоря, я очень удивился не увидев с вами Юфранора. Он решил вернуться домой?

– Можно сказать и так. В одну из своих поездок в Сорочий городок от скифосийских купцов ему стало известно, что его отец очень резко и очень тяжело заболел. Сам Юфранор сильно этому удивился, потому как со здоровьем у его отца всегда все было в полном порядке. Поэтому он заподозрил, что у него дома происходит что-то неладное, – начал рассказ Эфрон.

– Его опасения были не напрасны. Как мы узнали позже, его отец скончался пока его младший сын возвращался домой. Действительно многие посчитали, что смерть короля Цитолианоса была не случайной, – поддержала разговор Яролика.

– К счастью, по пути домой Юфранор посетил Дикий мыс. Правитель Феракапа хорошо знал младшего из сыновей правителя Скифоса и принял его у себя с большим удовольствием. Там Юфранора постигло первое печальное известие. Эмир Диргам поведал ему, что Бихари Массер так и не вернулся домой. Более того, он погиб несколько месяцев назад.

– Почему он так в этом уверен? – удивился Авенир, – может быть его взяли в плен?

– Юфранор задал этот же самый вопрос И тут же получил на него ответ, – пояснил Эфрон.

– Когда погибает кто-то, в чьих жилах течёт кровь правящей династии Феракапа, деревья в саду возле города-крепости сбрасывают всю листву. Именно так и произошло в этот раз. В одно прекрасное утро вся листва опала с вечных деревьев, растущих под стенами Дикого мыса. Как оказалось, Бихари Массер был братом эмира Дирагма. У них был один отец.

– Да это во истину печальное известие. Бихари был великим воином. Пусть он возродится в лучшем мире, – подытожил Авенир.

⁃ Когда Юфранор уже собирался отправиться из Феракапа в Скифос, правителю Дикого мыса пришло письмо от владыки Эзоденира. В нём было сказано, что накануне от лихорадки скончался Цитолианос Циллестеррос, правитель Скифоса и на трон взойдёт его старший и единственный сын Крайцос. В связи с этим, эмиру Феракапа приказано Волей Четырёх Богов явится с малой свитой и дать присягу новому королю Скифоса.

– Но ни четыре, ни десять, ни даже сто богов не могут приказывать сынам Дикого мыса. Об этом прекрасно знал король Цитолианос Циллестеррос и его старший сын Крайцос. Эмир Диргам сделал вывод, что письмо написано вовсе не старшим сыном безвременно ушедшего правителя Скифоса, а самим владыкой Эзодениром. К такому же выводу пришёл и Юфранор. Странным выглядело требование явиться на присягу с «малой свитой». Это могло означать только одно – эмиру Диргаму был вынесен смертный приговор.

– Поэтому Юфранор написал письмо старым советникам отца, которых посчитал надёжными людьми, чтобы узнать реальное состояние дел. Через семь дней в Феракап пришла одинокая повозка с глухонемым возницей, а внутри оказались белоснежные доспехи, щит и меч, с которыми Юфранор выиграл последний турнир на празднике Фериас.

– Это означало только одно. Скифосом правит вовсе не старший брат Юфранора, а владыка Эзоденир. Его все очень боятся, потому что именно он стоит во главе ордена Касиуса, который разросся и захватил власть, а так же имеет абсолютное влияние во всех сферах жизнедеятельности города. Все ждут, когда Юфранор явится и освободит Скифос от гнёта лжерыцарей ордена огнепоклонников.

– Эмир Диргам вместе с Юфранором написали письма во все окружные города, в которых подробно описали, как на самом деле обстоят дела в замке Ороспекулос и кто, по их мнению, повинен в смерти короля Цитолианоса. Юфранор призвал не доверять написанным письмам из Скифоса. Юфранор призвал всех на помощь в освобождении города от захватчиков, но требовать он ничего не мог, так как он по-прежнему был лишь младшим сыном почившего правителя южной столицы.

– Оставалось только ждать. Не прошло и недели, как к Феракапу стали стягиваться отряды и хоругви со всех сторон. Вскоре вся долина перед Диким мысом была уставлена палатками и шатрами с самыми различными гербами. Им не было числа и подходили всё новые и новые отряды. Со всего юга под стены Феракапа явились правители, откликнувшиеся на зов молодого принца Юфранора.

– Среди тех, кто решил поддержать Юфранора были сыновья эмира Ит-Халаетта, города-оазиса, расположенного посреди пустыни, правитель Киффелема – самого южного из подвластных Скифосу территорий, а так же владыка Яксартских земель, расположенных в устье двух рек, на берегу Туманного моря. И каждый из них привёл с собой столько воинов, сколько смог.

– Юфранор предстал перед ними в том самом облачении, в котором его все запомнили, в белых доспехах с огненной птицей ни щите. Среди тех, кто решил поддержать принца Юфранора был Алеман Садд Модани, первый ятаган Альванских островов, вместе с небольшим отрядом всадников. Именно он и подтвердил, что перед ними действительно принц Юфранор, про которого, как оказалось, давно распустили слухи, что он погиб.

– Что произошло дальше, ты уже и сам догадался. Под высокими стенами Скифоса произошла страшная битва. Почти десятысячное войско рыцарей ордена Касиуса было наголову разбито объединёнными силами правителей южных земель. Город был взят, но владыка Эзоденир сумел бежать.

– Печальны были последствия того, что случилось в Скифосе. Юфранор нашёл своего брата мёртвым, сидящим на отцовском троне в главном зале Ороспекулоса. Он был отравлен. Его старшая сестра Целендайн отыскалась в самой высокой башне, измождённая и больная. Её долгое время держали взаперти.

– Принц Юфранор, точнее говоря, король Скифоса Юфранор очень хочет видеть тебя у себя во дворце, Авенир. Говорит, у него есть для тебя очень важные новости. Всё, что мы тебе рассказали, изложено в письме от него, – закончил рассказ Эфрон, протягивая большой увесистый свиток Авениру.

– Вот это новости, ничего не скажешь. Ордену Касиуса едва не удалось проделать то же самое, что когда-то тенебравийцы сотворили с Арден Экором, только более хитрым путём. Что именно за новости хочет мне рассказать Юфранор, там в письме не сказано?

– Не сказано, Авенир.

– Я правильно поняла, что орден Касиуса уничтожен? – решила уточнить Иветиль.

– Не полностью. Где-то по пустырям ещё бродят малочисленные отряды, но им будет крайне сложно отыскать себе приют в южных городах. Король Юфранор объявил этот орден «вне закона» на всех подвластных ему землях, – пояснила Яра, – более того, Вера Четырёх Богов больше не имеет силы южнее Магнавийского нагорья. Первым приказом король Юфранор отобрал всю собственность и все земли, находившиеся во владении Эзоденира и его приспешников.

– Всё это означает, что началась самая настоящая полноценная война. Юфранор поставил себя в оппозицию всем владыкам Веры Четырёх. Более того, ему удалось разбить один из основополагающих рыцарских орденов. Когда он восстановится и произойдёт ли это вообще – большой вопрос.

– Да, именно так и есть, – поддержал разговор Рогдай, – и вашему другу на юге будет ой как не сладко. У него в тылу стоит Монскорв, оплот Тенебравийского ордена, а на северных границах расположился самый многочисленный из всех – Пинусийский орден.

– Ситуация может стать плачевной. Вряд ли хоть у кого-то хватит сил вести такую войну на два фронта, – поддержал Рогдая Аеск.

– Нужно как можно скорее найти помощь для Юфранора и у меня есть одна мысль, где её взять, – весьма туманно выразился Авенир с очень задумчивым видом.

– Кстати, Авенир, по поводу писем. У нас есть ещё одно послание для тебя, но уже из Тритики, от Олоены. Мы посчитали, что оно личное и не вскрывали его, – с этими словами Эфрон извлёк из внутреннего кармана кожаной куртки ещё один свиток запечатанный сургучом.

Пока Иветиль при участии Аеска и Рогдая рассказывали Эфрону и Яре о своём путешествии от Тритики до Альбастрата, Авенир читал послание сестры князя Ороена. И с каждым прочитанным словом его тревога возрастала. Это не могло не отразиться на его лице и все сидящие за столом обратили на это внимание.

– Авенир, что случилось? В письме написано что-то важное? На тебе опять лица нет, – спросила Яра.

– Мы сами того не желая призвали беду на Тритику и её жителей. Не сложно было догадаться, откуда мы пришли в Зелен Сад, к тому же мы дали уйти тем наёмникам, что устроили на нас засаду в садах Вириды. Видимо, владыка Иробистан сложил эти два факта воедино. Олоена пишет, что старый окудник требует выдать нас и всё, что о нас известно, в противном случае Тритику сотрут с лица земли вместе со всеми жителями. Рыцари Пинусийского ордена вполне на это способны. Им не привыкать убивать ни в чём неповинных людей, которые не способны себя защитить.

– Это печальные известия. Но что мы сейчас можем сделать? – поинтересовался Рогдай, пребывая в глубокой задумчивости, так же как и все остальные.

– Всё складывается воедино. Есть выход из этой непростой ситуации. Мне пришла в голову одна мысль, но нужно действовать быстро. Для начала, нам надо решить вопрос в Альбастрате. От этого многое зависит. Возможно Тритику уже осаждают. Без нас, помощи им ждать бессмысленно. Завтра Рогдай, Аеск и Валь отправятся к Хельвару и попробуют узнать у него что-нибудь про владения архиеремейстера Ярозедора.

– Я отправлюсь с ними, – вмешалась Иветиль.

– Хорошо, я не возражаю, – продолжил Авенир, – мы же с Эфроном и Ярой отправимся в порт и попробуем пролить свет на то, что меня беспокоит очень давно.

– Ты хочешь выяснить, что случилось с Амной? – уточнила Иветиль.

– Да. Иначе я не смогу продолжить свой путь дальше. Мне сложно это объяснить, – признался Авенир.

– Мы понимаем, – поддержал его Рогдай и все остальные охотно закивали.

– Авенир, ты, наверное, уже завтра расскажешь нам, что тебе известно про Амну и почему нам надо её найти? – задал вопрос Эфрон, рассчитывая на положительный ответ.

– Да, брат, ты прав. На сегодня достаточно потрясений. Сейчас лучше всем отправиться отдыхать.

Доев удивительно вкусный ужин, допив всё принесённое пиво, все семь путников разбрелись по комнатам набираться сил перед очередным днём, полным всевозможных испытаний.

Глава 24. Две цели

За час до восхода солнца всех разбудил хозяин таверны, как они и попросили накануне. Даже Валь, который обычно любил поспать до последнего, был готов ради общего дела приложить всевозможные усилия, чтобы оказаться полезным. Он один из первых спустился вниз уже полностью готовый для сегодняшних свершений.

В эркере их ждал сытный завтрак на семь человек. День предстоял очень насыщенный и трудный. Первыми закончили трапезу и встали из-за стола Рогдай, Аеск и Валь, идущие вместе с Иветилью к Хельвару.

– Погодите, у меня для вас кое-что есть, – с этими словами Авенир протянул увесистый кожаный кошель, заманчиво звякнувший золотыми монетами.

– Зачем? – удивился Рогдай.

– На непредвиденные расходы. Мало ли что может случиться, а рисковать нам нельзя. Лучше быть готовым ко всему, – серьёзно ответил Авенир, на что Рогдай утвердительно кивнул и спрятал полученное золото за пазуху.

– Удачи вам сегодня, помните, что наша цель узнать, как можно больше о том, где архиеремейстер Ярозедор может хранить украденные артефакты.

– Да, мы не забудем об этом. Удачи и вам тоже, Авенир. Надеюсь сегодня ты разрешишь свою проблему, – ответила Иветиль, посмотрев брату прямо в глаза.

– Я тоже на это рассчитываю.

Иветиль в сопровождении Рогдая, Аеска и Валя покинула таверну, оставив Авенира, Эфрона и Яру обдумывать план сегодняшних мероприятий.

– Я думаю, что нам нужно отправиться в порт и пройтись по всем кабакам и харчевням в поиске тех, кто может хоть что-то знать о судьбе «Хищника» и Амны. А начнём мы с тайного укрытия всех контрабандистов, с Чёрного Причала, – Авенир немного помолчал, а после добавил, – я периодически вижу её во сне, ей очень плохо, и я чувствую, что она умирает, заточённая где-то в сыром подземелье.

– Ты надеешься её спасти? – поинтересовалась Яра.

– Я сделаю всё, что от меня зависит, чтобы хотя бы облегчить её участь, – ответил Авенир, глядя куда-то в пространство перед собой, – ведь то, что с ней сейчас происходит, во многом моя вина.

Доев завтрак без лишних разговоров, все трое отправились в портовую часть города.

– Эфрон, а где твоя глефа? – внезапно даже для самого себя поинтересовался Авенир, глядя что в руках у его брата ничего нет.

– Я оставил её дома, брат. Я сделал для себя кое-что получше, – с хитрой улыбкой ответил Эфрон, извлекая из-за спины боевой молот.

– Удивительной красоты оружие, брат. Метеорит?

– Само собой, – довольный похвалой ответил Эфрон.

Действительно, молот был на загляденье. Это был не обычный чекан или клевец. Это было нечто более усовершенствованное и грозное. Оружие было крайне опасно в умелых руках, имея пику, один так называемый «клюв» и увесистую ударную часть молота. Больше всего этот молот был похож на произведение искусства, чем на смертельно опасное оружие. Рукоять и место хвата так же были сделаны из метеорита и были украшены плетёным узором по всей длине. Как и глефа, это оружие могло использоваться в двух руках. Авенир оценил его потенциал и мощь. Если он своими мечами вскрывал любые доспехи, даже из самой добротной белой стали, то Эфрон с его чудовищной силой с помощью этого молота будет сминать и крушить всё и вся на своём пути.