Мои мысли мои бабуины

Крым наш!

Маятник истории туда-сюда…

Ломает, строит, всё ставит на места.

Каждый хочет построить свой рай

И у нас на это тоже есть шанс.

Мы построим за этажом этаж!

Крым наш! Крым наш!

Звёздно-полосатый на нас брешет зверь,

Но есть у нас, на это, для него ответ.

Мы сыграем свою игру в пас.

Есть у нас для этого прочности запас.

Мы построим за этажом этаж!

Крым наш! Крым наш!

Наше дело правое, так значит в перёд!

Дай руку мне и мы горы свернём!

Эй, ты, там не стой у нас на пути,

Мы можем не заметить и напрочь снести!

Ведь мы стоим за этажом этаж.

Крым наш! Крым наш!

За океан морем пусть ястребы знают,

Что наш бронепоезд стоит под парами.

Но мы не желаем ни кому зла,

Мы хотим лишь строить за этажом этаж.

Но если мы ответим то не в бровь, а в глаз!

Крым наш! Крым наш!

Но есть и такие… успокоиться не могут,

Мутят воду, тень на плетень наводят.

Давайте этим скажем так,

Чтоб было понятно в двух словах.

Давайте расставим все точки по местам:

«Бог дал, Бог взял.

Бог взял, Бог и взял!»

Недовольство

Вот лежу на диване недовольный вся и всем.

От чего-то, как-то, не хорошо на душе.

За окном дождь – крыша не протекает,

Холодильник полон,

Вроде бы: что ещё надо?

Но какой-то нервоз в моей душе…

Может, быть, выпить чаю мне?

Лежу… пытаюсь себя понять.

От чего мне как-то не так?

От чего мне всё не так???

А где-то в это время идёт война.

Бомбы, снаряды крушат всё и вся.

Находят свои цели осколки и пули.

В тела и головы людей целуя.

Где-то смерч, бушует стихия.

Не выдерживая ливней рушится плотина.

Вода погребает всё под собой.

Люди теряют жизни и кров.

Я встал, пошёл, выпил чаю.

Нет не то, не легчает.

Включил телевизор: идут сериалы.

Похоже, что киношники жизни не знают.

Чёрт знает, что пишут.

Потом эту хрень снимают.

Всё чушь – в жизни так не бывает.

Залез в холодильник, достал котлету,

На неё последняя надежда.

А где-то началась цветная революция.

Люди решили, что, опосля, будет лучше.

Но, как правило, потеряют последнее.

А ведь жили – не тужили, просто заелись.

Где-то эпидемия взялась за дело.

Ну и пошло… и поехало.

Трупы потом пересыплют хлоркой.

Тысячи жизней спрячет бугорочек.

А может быть я на пороге болезни

И что-то происходит с моей энергетикой?

Включил бумбокс,

Пусть меня подпитает.

Нет не то, музыка не вставляет.

А быть может мне помолиться?

Взять да и в Церковь сходить, причаститься?

И тогда в моей жизни станет всё как надо?

Завтра… завтра схожу обязательно.

А где-то в это время под откос сошёл поезд,

С рельсы скрутил гайку какой-то молодчик.

За рулём автобуса заснул водитель,

Много работы – вот и утомился.

У кого-то хирург в животе забыл ножницы

И бедняга умрёт от печёночных коликов.

Много на свете причин всяких,

По которым до срока люди сходят с дистанции.

А мне всё не так!!! Я от этого не в себе.

Так чего же, чёрт возьми, не хватает в жизни мне???

Руки, ноги, голова при мне.

От чего какой-то катаклизм в душе?

Отчего мне всё не то и не так,

Как будто бы я себя потерял.

А может на меня напала депрессия

И я сейчас в процессе.

Надо будет сходить в больницу

И пообщаться с психоаналитиком.

Пусть он покопается в моей жизни

И микстуру нужную мне выпишет.

Я бы долго ещё копался в себе:

Чего же, блин, не хватает в жизни мне?

От чего у меня нет настроения?

От чего вдруг мне всё приелось?

Но тут жена пришла с работы

И в моей депрессии поставила точку.

Зашла на кухню…

А там не вымыта посуда.

Ну и… завелась по-крупному.

Потом сынишка пришёл со школы…

У других, мол, есть, а у меня нет айфона.

А я без работы вторую неделю,

Жена мне уже весь мозг проела.

Потом на улице какой-то шум слышу,

Это с крыши сорвался шифер.

И, прямёхонько, в мою машину.

Тут ноги у меня и подкосились.

Потом пришёл сосед Витёк:

Когда мол, родимый, должок вернёшь?

Потом из института подтянулась дочка

И пошла шептаться с женою.

Потом перестал работать холодильник,

Мотор сгорел, вот и приплыли.

Потом жена мне посмотрела глаза

И сказала… что дочка на сносях.

Правда ещё, так может статься,

Что с будущим зятьком мне придётся разбираться.

Придётся с ним, по-мужски, поговорить,

Если откажется в ЗАГС идти.

И только тут я осознал,

Как был не прав, о как я был не прав.

Ведь каких-то полчаса тому назад

Я и не знал, что в Раю обитал.

Оказывается, в моей жизни, было всё как надо.

А я и не подозревал, что жил и радовался!

Оказывается, у меня, всё было хорошо.

Вот то – то и оно, вот то – то и оно.

За окном тёплый дождь,

Крыша не протекает.

Для жизни ещё здоровья немного осталось.

Есть чаёк и есть котлета.

Да разве мало для счастья этого?

С тех пор, как за женой дверь затворилась

На меня, вдруг, столько всего навалилось.

Оказывается я и не подозревал.

Что просто хернёй страдал.

Увы… порой чтоб понять, что есть счастье?

Сначала надо испить дерьма чашу.

А чтобы постичь всю прелесть бытия.

Надо выйти живым из полымя.

Ария Буратино, из мюзикла « По щучьему велению»

Я знаю: есть в мире много таких историй,

Когда люди жили в полном отчаянии и горе.

А потом с ними что-то, вдруг, происходило!

И они дальше жили, жили и не тужили.

Я хотел бы стать, когда-нибудь, героем

Такого рассказа.

Что б проснуться в тёплой и чистой

Пастели однажды.

Что б раздался звонок

И меня пригласили к обеду,

Я сажусь в лимузин, говорю: «Трогай», –

И еду.

Или пусть даже всё, как-нибудь, будет попроще.

Пусть не будет ни лимузина, ни богатой тёщи.

Пусть не будет: богатых и бедных,

Кромешной тьмы.

Пусть живут в этом мире вечно: я и ты.

Но даже Иван дурак наверное б понял,

Что мечтать в нашем мире о таком и не стоит.

Вот поэтому-то я и хочу попасть в такую историю,

Где сначала пусть будут невзгоды,

А потом счастья море.

Будь собой

Сколько дорог столько тревог.

Какая в какой судьба?

Какою идти,

Ведь в начале пути,

Любая из них хороша?

Ты мог ошибиться тысячи раз,

Чёрное за красное приняв.

Но ты оказался других мудрее

Принимая синее за синие.

Ты видел тысячи огней:

Покой суливших, теплоту.

Но ты не дал похоронить

Свой скудный скарб, свою мечту.

Слывёшь виновником всех бед

И вот на живом тебе ставят крест.

Ты извивался, как мог извинялся

Но остался, собой остался!

Мы, из мюзикла «Они»

Мы через многое прошли и многое познали.

А теперь пришла пора нам зализывать раны.

Теперь одни из нас обитают во дворцах,

Другие в выгребной яме.

И все мы стали старьёвщиками,

Живём в хламе своих воспоминаний.

Мы сдали свои знамёна в утиль,

Теперь нас долбит полный штиль.

Но пока в запасе есть последний вздох

Мы всё торопимся, всё куда-то идём.

Стараемся затеряться в толпе людской,

Чтобы нас не отыскала курносая с косой.

Мы стали мудрыми, очень.

Но слушать нас никому не охота.

Все наши битвы в прошлом,

Как в прошлом и любовь.

Теперь мы ведём свои сражения

Только за лекарства, пищу и кров.

Мы всему себя не жалея отдавали

Себе, себя, оставляя лишь самую малость.

Сейчас пожимаем плоды прошлых лет.

То, что осталось от наших побед…

Сейчас сыты те, кто не терял головы,

A копил, копил, копил, копил…

Да, было время, мы правили миром.

Из нас создавали героев и кумиров.

Теперь мы ушли от всех вопросов.

А скоро превратимся в пепел от папиросы.

Мы старались жить полной жизнью,

Чтоб поймать свою жар птицу.

О, да! Мы бы много всего ещё сделали,

Но вдруг, неожиданно, постарели…

И кто-то из нас шагнул в легенду,

Остальные же просто канули в лету.

Да, мы верили в наших вождей!

Без устали клялись им в верности своей.

Они нас учили, что всё в нашей власти,

Что мы кузнецы своего счастья.

Теперь, когда все парады позади

Но нам ещё осталось сколько-то жить.

Мы начинаем собирать камни,

Кои прежде в своих врагов бросали.

Кто выжил, сменил меч на посох.

И пришёл к Богу…и всё ещё идём к Богу…

Заём

Он ходил, по пятам, за тобой не один день.

Он говорил, что все ему верят.

Он говорил, что порядочность у него в кров

И это вне всяких сомнений.

Он расписывал себя, как только мог,

Он втирался к тебе в доверие.

И вот ты расслабился,

Ты «нюх потерял».

И ты, ты, ты… занял ему денег!!!

Он называл себя другом, настоящим мужиком.

Говорил, что вне всяких сомнений

Он подставит тебе своё плечо,

Когда настанет время.

Он восхищался твоим умом,

Он так ценил твоё мнение.

Он говорил, что он тебе брат.

И ты, ты, ты… занял ему денег!!!

Он обожал тебя, не сводил с тебя глаз,

Он стал твоею тенью.

Ты от него устал, но отчего-то не прогнал,

Как внутренний голос требовал.

Он влез к тебе в душу,

Он вбил тебе в мозг,

Что ближнему помочь

Святое дело.

Он всё рассчитал, он тебя дожал.

И ты, ты, ты… занял ему денег!!!

И вот прошёл год, как закончился срок.

Но он и не собирается отдавать должок,

Теперь всё в точности наоборот.

Ты взываешь к его совести:

«Брат, как же так?»

А он совсем не узнаёт тебя…

Ты ведёшь с ним душевные разговоры.

Но для него ты уже в прошлом.

Но он ошибается думая, что ты глуп.

Ведь ты точишь, точишь, точишь, точишь…

На него зуб!!!

Гимн либералов, из мюзикла «Су…и продажные, козлы вонючие, волки позорные»

Нам наплевать на наш гимн и наш флаг.

Мы лишь хотим жить сытно и привольно.

Эй, вы, там? Кто нам это даст!

Мы отдадимся любому.

От слова Родина нас тошнит,

Оно всё давно изъедено молью.

Мы прагматики, с толстою кишкою!

Мы демократы, мы либералы, мы соль пятой колонны.

Мы за свободу, за демократию

Жизни свои «отдать» готовы.

И если нас спросят: «Зачем вам это надо?»

Что ж, мы вам, охотно глаза откроем.

Демократия это доходное место,

Знай: обливай помоями своё Отечество.

А если доплатят, можем и не такое.

Мы демократы, мы соль пятой колонны.

Друзья, в этом право нет никакого секрета:

Демократия, у нас, это хлебное место.

Не надо горбатится c утра и до вечера,

Просто выполняй инструкции госдепа.

Надо, лишь, внушать этому народу,

Что только свобода и демократия их накормит.

И нам, хоть сейчас, готовы протянут руку помощи.

Как только распилим свои подводные лодки.

Ах, как же наши предки сглупили

Прогнав Наполеона из России.

Сейчас бы жили, как во Франции

И объедались лягушачьими лапками.

Как жаль, что не сдались на милость фашистам,

Сейчас бы объедались Баварскими сосисками.

Нам эти мысли не дают покоя.

Нам демократам из пятой колонны.

Нам, демократам, истинным либералам,

Жить в стране этой совсем не по нраву.

И мы бы давно уже оставили свой дом

Вот только… ни кому не нужны за «бугром».

Нам было сказано: «Здесь ваше место,

Бунтуйте и будете всем обеспечены.

Косите под демократов что есть мочи.

Нам, очень, нужна ваша пятая колонна».

И мы стараемся, что б стягом нашим,

Стал, когда-нибудь, флаг звёздно-полосатый.

А если, всего, лишь станем бензоколонкой

Наших боссов это тоже устроит.

Народ этот: быдло, загоним в резервации

И пусть там себе скоты плодятся.

С гомосеками создадим новую нацию.

Даёшь всей страны пидорализацию!

Так расправим же свои ягодицы, сёстра и братья,

Чтоб в нас поглубже вошла демократия.

Гражданин, как тебе кусок может лезть в горло

Если ты ещё, сука, не в пятой колонне???…

Эй, вы там, ау?…

Мы готовы «демократизировать» для вас эту страну.

Сторгуемся, тут нет ни каких проблем,

Страна большая, хватит на всех.

Но уж когда будете, господа, жрать её по кускам.

Надеемся, что вы не забудете… и про нас.

Война

Когда идёт бой, ты не помнишь себя:

Кто ты такой и откуда?

Вокруг кутерьма, пули свистят.

И бьётся в плечо – плечо друга.

Не помнишь мать, не помнишь свой дом,

Всё из мозгов вышибает:

Слово надо, слово долг.

И ярость, ярость, ярость.

А может быть ты в танке сейчас

И по тебе прилетело.

Дрогнула сталь, но не сдалась,

А значит ты дальше в деле.

И дальше машина тебя несёт,

В которой ты её сердце,

И ярость, что бьётся в твоих висках

Ведёт вас обоих к победе.

А после боя достанешь письмо

И снова перечитаешь.

От почерка мамы, такого родного,

Теплом и уютом тянет.

В письме жены: любим, ждём

Здоровым и невредимым.

А дочурка твой танк нарисовала.

Танк получился красивым.

И ты ещё крепче сожмёшь свой калаш,

В своих ладонях уставших.

И танка пополнив боекомплект,

Баки залив под завязку.

Скажешь таким же, как ты мужикам:

«Пора, поехали братцы.

А то, уж, бандере не терпится

Внучков заключить в объятия».

И снова бой… и снова ты

Вгрызаешься, метр за метром,

В плоть врага и эта война

Для тебя священна.

Ты бьёшься за дом, за батю, за мать,

Что родили, воспитали.

Ты бьёшься за дочку, чтобы она

Без Родины не осталась.

Ешь и пей, из мюзикла «Выпьем за любовь»

Нам врачи твердят: «Соль – яд, сахар – яд,

А колбаска так просто отрава!!!»

И куда не поглядим всюду холестерин

По пятам за нами так и ходит.

Нас учат: «Если хочешь долго жить,

За своим питанием, товарищ, следи.

Не ешь и не пей того то и того то.

И будешь жить счастливо и долго».

Как по мне так вопрос очень спорный,

Ведь ни кто не знает когда встретится с Господом.

Говорят: если хочешь Его рассмешить,

Расскажи ему о планах своих.

Конечно, правильно питаться очень важно.

К примеру: не нужно алкоголем увлекаться.

И на всё остальное налегать без меры.

А курить так вообще очень скверно.

Я о другом, ведь как не планируй

Ни за что не предвидишь, что будет с этим миром.

Ни за что не узнаешь,

Что ждёт тебя за поворотом.

Планировать это не благодарная работа.

Я думаю: «Истина, где-то, посередине.

Конечно надо вести борьбу с холестерином.

Но главное в этой борьбе не забывать о том.

Что раз живём, ведь один раз живём».

Живи так чтоб потом твоя душа,

Там…у Господа в закромах.

Ни о чём бы не сожалела,

Что того то и того то не съела.

Что себя не баловала плодами запретными

И диетологам всех мастей верила.

А если б можно было назад отмотать…

Ох, и покушала бы всласть!

Ведь от чего в лучший мир уйдём,

И когда, нам знать не дано.

Следишь за сахаром и давлением,

А преставишься по недоразумению.

О, сколько в мире таких историй,

Скажем прямо: «Странных собою».

Ведь после того, что с ними произошло.

Люди вопиют: «Господи, за что???»

Мучил себя, жил на диетах,

В рот не брал ни майонеза, ни котлету.

По утрам зарядкой изводил себя,

На работу пешком шагал.

Не надрывал себе ни нервы, ни желудок.

Полагал, что живёт строго по науке.

Насчитал себе многие лета,

А дни закончил под колёсами велосипеда.

Нам врачи твердят: «Соль – яд, сахар – яд.

Майонез и сосиски отрава.

Будь бдителен гражданин ведь холестерин,

По пятам за тобой так и ходит».

Из всех утюгов: «Думай, что ешь,

Если хочешь продлить свой век.

Не забывай, товарищ, считать калории.

И будет всё О. К, будешь жить долго!»

Я слышу это каждый божий день.

И следую всему, ведь я такой же как все.

Ведь я тоже хочу жить долго,

И телевизор мне в помощь,

А телевизор мне в помощь!

Он каждый день руку протягивает мне.

Он помогает мне в моей борьбе.

И вот себя держу в узде,

А значит: проживу сотню лет!

Проживу, если в меня не ударит молния.

Если не упадёт мне кирпич на голову.

Если сосед, в белой горячке,

Меня молотком по голове не хватит.

Если коллекторы меня не сожгут.

Если с обрыва не столкнёт меня друг.

Если костью не подавлюсь за обедом.

Если меня не переедут телегой.

Если не сгорим в ядерном пожаре.

Если жена меня не отравит.

Если грипп свиной или птичий

Не поставит крест на моей жизни.

А вдруг так мои дела пойдут,

Что жизнь меня загонит в петлю.

Или…или… да чёрт его знает:

Ни с того ни с чего вот возьму да и крякну!

Да мало ли может случиться чего,

Ведь мир таков, что мы в хаосе живём.

Вся наша жизнь сплошной бардак,

А значит такой вам будет мой сказ:

«Ешь и пей, чего просит душа,

Пока ноги таскают тебя.

Но, дамы и господа, уж вы мне поверьте.

Знайте меру, во всём знайте меру».

Ария Старичка-Паучка, из мюзикла «Жила-была одна Муха»

В этом мире я ноль.

В этом мире ты ноль.

В этом мире мы ноль.

Это наша боль, это наша боль.

В жизни всё не то и не так.

В жизни всё не то и не так.

Потому что я му..ак,

Потому что ты му…ак.

Поэтому всё не то и не так.

Мир спасёт любовь.

Мир спасёт любовь.

Мир спасёт любовь.

Всё это ложь,

Всё это ложь.

Мир это бардак.

Мир это бардак.

Мир это бардак.

Потому что я му…ак.

Потому что ты му…ак.

Раз, два, три, четыре, пять.

Вышел зайчик погулять.

Вышел травки пощипать,

Вот дурак.

А его охотник: бах – трах – бах – бах!

Жизнь это боль.

Жизнь это боль.

Жизнь это боль.

В этом вся соль,

В этом её соль.

Мы пришли из тьмы и уйдём в темноту.

Мы пришли из тьмы и уйдём в темноту.

Иного не дано.

И молитвы тут не спасут.

Я живу не так.

Ты живёшь не так.

Мы живём не так!

Потому что я му…ак,

Потому что ты му…ак.

Поэтому и живём не так.

Кровь, труд, слёзы и пот.

Кровь, труд, слёзы и пот.

Всё одно и тоже, из года в год.

Кровь, труд, слёзы и пот.

В жизни каждому своё.

В жизни каждому своё.

Кому вода – кому вино.

В жизни каждому своё.

Что есть смысл бытия?

В чём смысл бытия?..

Да просто: тра-ла-ла.

Тра-ла-ла.

Вот и весь смысл бытия.

Позабыв…

Позабыв о печалях и усталостях

В свои дела закопались мы.

Позабыв на минуту о времени,

Не заметили, как постарели мы.

Не заметили… и не оглянулись.

Не увидели, а как-то почувствовали,

Что после всякой драмы

Всё тяжелее и тяжелее нам зализывать раны.

Наши раны.

И осталось нам, как в награду,

За всё, что с нами было.

Желание иметь только самое необходимое.

И если, кто-то из нас, ещё красит волосы.

То это значит: очень трудно забывается прошлое.

Нам пора б отвернуться от жизни

И встать лицом ко времени.

Горы сдвинуты, чащи пройдены,

А что за ними?

Шаг в бессмертие так, ещё, и не сделан.

И мы так мало любили,

Понимали, жалели, и были…

Сами собою были.

Мир тесен и поэтому мы вновь обретаем

То, что время от времени в нём теряем:

Друзей, успех, любовь.

Только время не можем вернуть себе вновь.

Значит: каждый должен быть уверен,

Что им ничего не потеряно.

И что был он: великим, могучим, простым.

И всё лучшее он отдал им.

Отдал им…

Донбасс, Луганск

Это понять невозможно,

Как не пытайся понять.

Как в умах людей разумных

Завелась нацистская грязь.

Как эта мразь возмужала и окрепла,

А потом проникла в души других.

Завладела их умами и сердцами

И заставила ненавидеть иных.

Мы не глупые, да мы всё видели,

Чья рука кормила эту мразь.

Кто её отец и матерь,

Кто её воспитал.

Кто внушал ей долгие годы

Мол: «Русский тебе не брат.

Это он голодомор устроил.

Что б извести тебя».

Им внушали тех ненавидеть,

Кто на русском говорит языке.

Тех кто с ними, по сути, одной крови

Мразь списать решила в небытие.

Возомнив себя сверх человеками,

Свастикой расписав себя.

Мразь взялась вершить суд «праведный»,

Кому жить, а кому нельзя.

Её вожди из могил восстали

Живёхонькие как никогда.

И всё в руки свои взяли,

Ждёт нацистов кровавая страда.

«Москалей скорей на гиляку,

У нас в Европу нет другого пути.

Те кто не с нами: колорады и ватники,

Таких не жалко и в утиль.

Кто не с нами – те сепары,

Куски мяса на двух ногах.

К ним никакой пощады,

Они у нас костью в горле стоят.

Они говорят, что имеют право

На родном языке детей своих учить?

А мы им в ответ: “Вы лишь куски мяса.

И ваше дело по подвалам гнить.

А кто свидомый тем пожалуйста

В новую жизнь билет.

Только будьте кровь проливать готовы,

За старых и новых вождей”».

Разделили подонки один народ надвое.

И решили тех удавить.

Кто им зиговать отказался,

Кто не отрёкся на родном языке говорить.

Тех, для кого язык русский

Останется до гроба родной.

Тех, кто не предал своих дедов,

Победивших нацистов в сорок пятом, весной.

А эти ублюдки всё лютует и лютует.

И вот уже горят,

Под страшными ударами

Кровью истекают Донецк и Луганск.

Но народ за свою правду

Никогда не сдастся врагу.

И кто нас посылал на гиляку.

Здесь сами свою смерть найдут.

Женщины, старики, дети

Для нацистских шакалов вкусная еда.

О, да они все герои,

Когда детям в спины начинают стрелять.

О, да они все герои,

Когда наших пленных начинают истязать.

А сами, когда в плен попадают,

Как осиновый лист начинают дрожать.

С руками в крови по плечи

Тут же поварами объявляют себя.

Вот только мозоль что на их пальце,

Говорит сама за себя.

От идей своих нацистских

Отрекаются, тут же, все, как один.

Но свою шакалью природу

Им невозможно скрыть.

Их кормят, поят и лечат.

Но на секунду к ним спиной повернись,

Зубами тебе вцепятся в шею

Нацист он и есть нацист.

Их президент из артистов,

В своём деле он поднаторел.

В фильме сыграл он роль президента

И сердцами народа завладел.

В него поверили люди,

Что вот, как раз, и нужен такой.

Чтобы страна процветала,

Чтобы мужчины вернулись домой.

Вернулись с позиций

С которых они свой же долбят народ.

Люди верили: «Вот ещё немного,

И войне конец придёт».

Но украинский народ поимели,

Поимели в очередной раз.

Он показал народу то место

Коим он раньше на рояле играл.

Когда люди смотрели тот номер,

Было весело, все смеялись от души.

Раньше он членом играл на рояле

Теперь он этим членом залез им в кишки.

Залез им в кишки,

Через то самое место.

В коем скоро будет вся их страна.